Текст книги "Постчеловек (СИ)"

Автор книги: Алексей Маковицкий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Дата была заблокирована, – перебил Костя. – Хотя вот сейчас, с «Жорой», вижу – действительно прошла неделя.

Мужчина помолчал, потом кивнул и снова заговорил, тщательно подбирая слова:

– Причина твоего, эм… твоей непонятливости, скажем так… твоей ошибочной оценки времени… Ее причина, на самом деле, довольно логична – с помощью некоторых секретных технологий тебе удалили кусочек информации из разных чипов: памяти, воспоминаний и мультичипа. Даже не так! Не просто удалили, а удалили и заменили на другой кусочек!

Костя сдвинул брови:

– Удалили память? Как это возможно? Да и вся информация копируется в си-облако, где…

Толстяк язвительно хмыкнул и перебил:

– Хочешь, напишу тебе куски кода? Чтобы ты не сомневался?

– Нет, но…

– Значит, поверь на слово! Тем более, Константин, копирование информации ничего не значит, когда речь идет о правительственных делах! Или полагаешь, что из облака нельзя так же все потереть?

– М-м-м, хорошо, убедили… – протянул Костя. – Предположим, мне что-то там стерли, и логику с чипами памяти и воспоминаний я проследить могу… Но разве из мозга память стереть можно? И причем здесь мультичип? Разве он нужен не только для подключения к кибернету и работы «Разума»? И все?

Федор Ильич досадливо шлепнул себя ладошкой по лбу:

– Извини, опять забыл, что эту информацию обычным гражданам не сообщают… В общем, как тебе известно, мультичип располагается у твоего виска, куда вживляется одновременно с установкой в руку чип-устройства.

Яковлев кивнул и свесил ноги с койки, чувствуя пятками холод кафельного пола. «Интересно, где мои носки и ботинки?» – невпопад подумал он.

А толстяк тем временем продолжал говорить:

– Никогда не задумывался, почему он именно там, у виска? Нет? А я расскажу. Дело в том, что при первичной активации мультичип, помимо двух упомянутых тобой свойств, приобретает еще и третье – начинает заменять человеку функции головного мозга, который, как ты знаешь, служит для выработки си-энергии… Понимаешь, куда я веду?

Костя пожал плечами:

– Не особо.

– Сейчас поймешь! – заверил Федор Ильич. – Видишь ли, Константин, если позволить мозгу работать в стандартном режиме, с отвлечением на какие-то повседневные задачи, то майнинг си-энергии замедлится и сократится в сотни тысяч раз… а этого наше правительство себе позволить не может! Потому что тогда все пойдет по… – Толстяк запнулся. – По звезде… Остановятся андроиды, вырубятся порталы, встанут теплогенераторы… Вот поэтому мультичипы и вживляют в голову, соединяя их с нейронами. Только лишь для того, чтобы после установки мозг занимался одновременно только одним делом: либо майнингом энергии без отвлечения на второстепенные задачи, либо отдыхом между сеансами майнинга! Все! А мультичип при этом на постоянной основе начинает выполнять все остальные функции мозга, включая зрительные, слуховые, речевые, координационные… и функции памяти. Дублируя к себе часть информации с чипов воспоминаний и, собственно, памяти.

– То есть вы хотите сказать, что если вытащить из меня мультичип, чипы памяти и воспоминаний…

– То ты превратишься в человека без прошлого! Не будешь помнить вообще ничего! Как будто у тебя и не было никакого прошлого!

– Или было, но ты чуть-чуть ударился маковкой, – усмехнулась Кэт, – и теперь у тебя амнезия. Глубокая такая. До самого рождения.

Костя схватился за голову, словно призывая собеседников замолчать:

– О-о-о, чего все так сложно-то? Остановитесь, я вконец запутался! Дайте обо всем подумать!

Пока все выглядело не слишком правдоподобно. Правительственная слежка, бионики, глушилки, чипы… Все это свалилось на голову, как типичный старый рояль, выпавший из окна! Настолько же нелепый и анекдотичный. Можно было бы даже сказать, что все услышанное – полнейший бред и Костю элементарно разыгрывают… Если бы не эта чертова рука! Которая заставляла взглянуть на происходящее под иным углом!..

– Вы сказали, я бионик?

– Да.

– И мое тело на двадцать процентов состоит из деталей?

– Не совсем так. Не думай, что у тебя по туловищу тут и там винтики раскиданы! – засмеялся Федор Ильич. – Рука! Только она механическая. Не знаю, какое это соотношение к телу, двадцать процентов, пятнадцать… навскидку ляпнул! Но вот у меня, например, при одной руке соотношение было бы процента три. Учитывая размер моего брюха!

Яковлев посмотрел на свою кисть. Сжал ее в кулак.

– Значит, только рука… левая.

– Даже не знаю, будешь ты радоваться этой информации или наоборот. Все же в твоем возрасте механическая правая рука пополезнее будет!

Кэт, отвернувшись к стене, захихикала. Что и говорить, а шутка была «шикарной».

– А куда делся разрез? И остальные следы от процедуры? – Костя решил не обращать внимания ни на подколы мужчины, ни на реакцию подруги. Слишком много всего нужно узнать. Понять. Осознать.

– Ах да, по поводу следов… Твоя биокожа на руке обладает высокой регенеративной способностью, рана довольно быстро затянулась, пока ты был в отключке…

– И давно она у меня? Рука?

– Ну как сказать, – задумался Федор Ильич и уставился в затылок Кэтьки: – Кать? Сколько уже? Дня четыре где-то?.. Приблизительно дня четыре.

– Дня четыре, значит… Так… И теперь главный вопрос – откуда она взялась? И второй самый главный – зачем кто-то мне ее поставил?

Ответить толстяк не успел – со своего места поднялась засидевшаяся и заскучавшая Кэт.

– Котик, я вижу, ты пока немного скептически относишься ко всей этой истории… – подойдя к парню и взяв его за «нормальную» руку, вкрадчиво сказала она. – И я тебя понимаю! Недоверие, отрицание, опять недоверие… В тебе сейчас играют противоречивые чувства… А еще Федор Ильич порой очень любит поговорить! – Она повысила голос, через плечо покосившись на мужчину. – Даже слишком любит! Но, Котик, согласись, лучше один раз увидеть… чем дважды обмусоливать одно и то же с Федором Ильичом! Да, Федор Ильич? Я права? Может, пора от слов переходить к чему-то более действенному? И тогда Костя перестанет сомневаться в правдивости ваших слов?

Толстяк не согласился:

– Нет, Катя, дай я сначала отвечу, зачем поставили имплантат! Можно?.. Спасибо! Видишь ли, Константин, в обыкновенную человеческую руку, «в» или «под» чип-устройство, сложно впихнуть больше определенного количества чипов. А вот в такую механику, как у тебя, их можно пихать и пихать! Практично, елки-палки! – сказав это, он встал со стула и потянулся, хрустнув косточками. – А дальше Катя права – остальное ты должен увидеть сам… Идемте, дети!

Костя с неохотой спрыгнул на холодный пол:

– Куда опять?

Федор Ильич заговорщически подмигнул.

– К воспоминаниям! – радостно сообщил он.

Яковлев был настроен менее оптимистично:

– Это, конечно, замечательно, но мне что, босиком идти?

– Не переживай, Константин, не кольцо в вулкан несешь!

– В смысле?

– В смысле тут недалеко!

Они вышли из «больничной» палаты и снова очутились в коридоре. Постоянные переходы между кабинетами изрядно утомляли, но в этот раз путь действительно оказался недолог – метрах в сорока пяти от них, возле открытой двери, прислонившись к стене, стоял балаклавщик.

«Видимо, к нему мы и направляемся», – понял парень и слегка замедлил шаг, пропуская вперед Федора Ильича. Наклонился к Кэтьке и прошептал:

– Кэт, что за чепухня здесь творится? Вот честно, как бы ты ни убеждала меня в правдоподобности ситуации, но пока все это выглядит слишком фантастично и больше похоже на один большой розыгрыш, чем на правду. Лучше сразу скажи, если решила меня разыграть…

– Я и не сомневалась, что ты сразу не поверишь, – прошептала она в ответ. – Поэтому сейчас сможешь визуально убедиться, что все услышанное – правда, и причин не верить нам нет. А еще… – И запнулась, уставившись под ноги.

– Что – «еще»?

– Ляля умер, – глядя в пол, процедила девушка. – И это не шутка.

– Что?! – опешил Костя и остановился. – К-как? Когда? Почему ты не сказала мне раньше?

– Боже, как мне все это надоело. Когда же этот день закончится? – Девушка устало прикрыла глаза. – Узнаешь, Котик. Скоро узнаешь. Потерпи. И мой тебе совет – слушай, что рассказывает Федя… Федор Ильич. Все, что он говорит – важно. Этот человек не станет просто так размениваться на слова.

Замученная Кэт и ошарашенный новостью Костя вслед за толстяком вошли в очередную комнату, не сильно отличающуюся от той, где парню вырезали чип – те же непонятные устройства по левую руку, шкаф с пузырьками, кресла-коннекторы. Разве что Жоры на привычном месте не наблюдалось… Яковлеву даже показалось, что это то же самое помещение. И, возможно, он был прав.

– Садись, Константин, – пригласил Федор Ильич, а сам занялся датчиками.

Тот взглядом проводил Кэт, которая продефилировала к шкафу с препаратами и села на стул в самом углу кабинета. «Один раз я тебе уже поверил, – читалось в глазах парня. – И чем все это кончилось? Процедурой! Хоть ты и говорила, что операционная – это так, одно название…»

Претензии остались неозвученными – Костя молча, с опаской, опустился в ближайшее кресло-коннектор, вряд ли представляя, что может ждать его дальше. Очередная операция?

– По смене пола, ага, – пробормотал он себе под нос.

Пока Федор Ильич возился с настройкой аппаратуры, мужчина в маске копошился возле пациента – вставил два провода в его чип-устройство, подключил к голове и груди датчики-присоски, нацепил на запястья какие-то металлические скобы…

Костя с неподдельной опаской и напряжением следил за всеми манипуляциями, время от времени косясь на спокойно сидящую в уголочке Кэт. Судя по умиротворенному лицу подруги, она была далеко – в «Разуме».

Федор Ильич закончил наладку аппаратуры. Повернувшись, перехватил беспокойный взгляд парня.

– Не переживай, Константин, в этот раз никакого шок-контента, – любезно пообещал толстяк и как-то иронично посмотрел на девушку: – Да, Катенька, больше никаких потрясений?

Кэт вздрогнула, внезапно услышав свое имя, и вышла из «Разума».

– Точно, никаких потрясений! – загадочно подтвердила она.

Федор Ильич хмыкнул:

– Не обращай внимания, Константин, мы тут о своем, о женском! Есть у нас с Катей одна давняя история… Очень давняя! Чисто между нами! Вот, напомнил ей про нее. Сам не знаю зачем…

– Федор Ильич, вроде все готово. – Мужчина в балаклаве закончил навешивать на парня датчики и отступил, внимательно разглядывая, что в итоге получилось.

– Вроде или готово?

– Готово!

– Запускаю!

Еще сильнее занервничавший Костя беспокойно задергался в кресле, чувствуя, как через присоски проходят слабые разряды тока, покалывающие кожу:

– Я не знаю, что сейчас будет… но что-то мне и не хочется узнавать! – Страх перед неизведанным все же переборол любопытство. – Давайте забудем обо всем и я пойду?!

Кэт, видя, что парень весь на нервах, встала. Быстро приблизившись к нему, присела рядом на корточки и ободряюще взяла за руку.

– Котик, расслабься, все будет хорошо, больше никаких операций или чего-то подобного, – нежно поглаживая его ладонь, заверила она и, глянув куда-то под кресло, добавила: – Ой, а я твои ботинки нашла… Тут стояли, под коннектором. Правда, я молодец? – Кэтька улыбнулась и заглянула ему в глаза.

От этого взгляда Костя поплыл, причем во всех смыслах – мир вокруг начал рассыпаться, делясь на сотни маленьких мозаичных плиток…

– Ч-что… что происходит? – с трудом выдавил он. – К-кэт?

Вместо нее ответил Федор Ильич.

– Мы вошли в твой мультичип, Константин, – спокойно пояснил толстяк. – В настоящий момент идет процесс восстановления памяти. Процесс восстановления данных! Хочу предупредить – поскольку для твоего сознания эта информация будет в новинку, то ты вновь переживешь все те события, что были удалены и заменены на другие, начиная с самого начала. Готов? Хотя что я спрашиваю, верно? Итак, включаю воспоминания! – И дернул за рычаг.

Глава 9

Голова театрала запрокинулась назад и повисла на одном позвоночнике…

Постояв еще несколько секунд, Лялик с грохотом свалился на пол и затих.

– Не знаю, что у вас там происходит, но интерфейс заработал, – не открывая глаз, сообщил Фил. – Я сваливаю! – И в следующую секунду растворился в воздухе.

А Костя и Кэтька стояли, не в силах ни пошевелиться, ни оторвать взгляда от товарища, извергающего из себя потоки крови. Черно-красная, неестественного цвета жидкость била настоящим фонтаном, тугой струей долетая до высокого потолка и забрызгивая все вокруг. Выглядело это сюрреалистично.

– Кэт, – с отвращением выдавил Костя, вытирая со лба долетевшие до него капельки, – неужели это ты при создании рума столько крови добавила? Ни за что не поверю…

– Это. Просто. Пиздец, – прокомментировала та. – Все, вечеринка окончена, всех выбрасываю в реал!

– Давай!

Картинка перед глазами привычно потухла. Последнее, что увидел Яковлев перед «выходом», как в рум ворвались сотрудники Службы Внутренней Безопасности…

– Фу-у-ух. Ну и ну.

Костя вытащил провод и встал. В задумчивости прошелся по комнате, мысленно возвращаясь к увиденному в нэте и разминая затекшие мышцы. Те отозвались болью, с удовольствием напоминая о побегушках в «Опиуме».

– Ох, блин…

Он остановился, чувствуя, как мир вокруг закружился сумасшедшей каруселью, а пол резвым гепардом убегает из-под ног. Выставив руки, завалился вперед и уперся ладонями в край матраса. Забившийся в судорогах желудок извергнул на пол остатки газировки…

– Что за фигня?..

Костя сел на задницу. Его все еще слегка мутило, а перед глазами вальсировали мошки… но постепенно он начал приходить в себя.

Решив, что газировка на полу никуда не денется и может подождать, парень с трудом забрался на кровать. Завалившись на спину, устало подумал:

«Надо позвонить Кэтьке, узнать, как она. А заодно набрать Лялю и спросить, какого хрена он творил?»

Глубоко вдохнув, Костя вызвал интерфейс и откинулся на кровать. Быстро создал групповой чат.

Друзья ответили почти сразу.

– Вот это да! Вот это приключение! – первым присоединившись к беседе, воскликнул Фил. – Во Лялик жук, взбодрил так взбодрил нашу унылую тусовку! – И нервно захохотал, теребя в руках дужку очков.

В чат вошла Кэтька. Изображение с ней было почти черным – снизу лицо подсвечено голубоватым сиянием, а вокруг темнота… Судя по тревожной мине и отведенным куда-то в сторону глазам, девушку терзали нехорошие мысли.

– А вот и Кэт! – увидев подругу, обрадовался Филя. – Что с моськой?!

Та неторопливо перевела на рыжего задумчиво-невеселый взгляд:

– С какой еще моськой?

– С какой, с какой… Что с тобой, говорю? Ты чего такая тухлая?

По лицу Кэтьки пронеслась целая гамма эмоций, начиная от легкого удивления и заканчивая нарастающей злостью.

– Сам догадаешься или подсказать? – агрессивно выпалила она. – Ляля не отвечает, это нормальная причина быть тухлой или нет? Или я сейчас должна от счастья прыгать? Не тупи!

Но Фил, казалось, ее не услышал, будто находился в какой-то своей, альтернативной, реальности.

– Признавайтесь, вы с Ляликом все это заранее спланировали, да? – уверенный в своей правоте, поинтересовался он. – Театрал, такой театрал!

Девушка выразительно покрутила пальцем у виска:

– Рыжий, ты с дуба рухнул? Я в таком… кхм, представлении ни за что бы не согласилась участвовать. Я дура, что ли, по-твоему? – негодующе побагровела она и перевела взгляд на Костю. – Дура?

Тот замотал головой: «Не-не, не дура!»

– Не стала бы участвовать?.. Верю. Значит, тут Константинополь замешан!

Яковлев скрестил перед собой руки:

– Не, меня сюда не приплетай, я здесь ни при чем. Сам удивился всему произошедшему.

– Не отнекивайся!

– Фил, отвали! – Костя недовольно наморщился и переключил внимание на подругу: – Кэт, ты сказала, что Ляля не отвечает? До сих пор? Попробуй еще раз набрать!

– Сек. – Она выдержала паузу, пытаясь дозвониться до театрала. – Не, молчок… Ой, ребята, не нравится мне все это!

От ее серьезного тона с лица Фила наконец-то стала сползать глупая улыбка.

– Ну, может… отдыхает он, я не знаю. Спать лег! – предположил рыжий. – Или специально на тебя не реагирует! Сидит, небось, и ржет с нас!

Кэтька вздрогнула и, будто что-то почувствовав, настороженно оглянулась, вслушиваясь в полумрак за спиной.

– Будем надеяться, что сидит и ржет, – неуверенно произнесла она и встала. – Эй, кто там?!

– Кэт, ты чего? – приподнимаясь на локтях, напрягся Костя.

– Не знаю, такое ощущение, что в прихожей кто-то есть. Ну или мне кажется! Пойду гляну. – Девушка сделала шаг к двери. – А-а-а-й! – вдруг взвизгнула она и испуганно попятилась – в темноте квартиры скользили лучи фонариков…

– Кэт!

– Ребята! Ребята! – Ее голос приобрел панические нотки. – Тут кто-то есть!.. Какие-то люди!.. Не подходи, сука! – вновь взвизгнула девушка и схватилась за стоящий рядом напольный торшер.

Короткий, без замаха, удар. Следом мужской стон:

– А-а-а, тварь! Разбила мне голову! Мужики, хватай ее!

Из темноты вынырнули две черные фигуры…

– Отпусти, козлина!

Связь оборвалась…

– Кэт! Кэт! Твою ж мать! – Костя соскочил с кровати и, послав подруге запрос на добавление в чат, в нервном ожидании заходил по комнате, усердно избегая оранжевой лужицы.

«Вызываемый пользователь заблокирован», – равнодушно сообщило вылезшее на половину экрана окно.

– В смысле заблокирован?!

Филя в молчаливом изумлении наблюдал за происходящим.

– Константинополь, это что сейчас такое было? – ошарашенно спросил он. – Получается… Кэтьку только что похитили? – И прислушался.

Костя, весь на нервах, сел на кровать и, судорожно потирая виски, забормотал вполголоса:

– Не знаю. Не знаю. Не знаю! – Встрепенулся: – Похитили! Надо куда-то сообщить! Куда?! В СВБ?!

Рыжий не ответил. Настороженно косясь в сторону, он встал и быстро огляделся, пытаясь отыскать в комнате что-то, чем можно защищаться. Но своего торшера у него не было! Поэтому, не найдя ничего подходящего, лишь горько усмехнулся:

– Прикинь, ко мне, похоже, тоже пришли. Давай, на связи!.. Чем могу быть полезен, господа? – И, напоследок подмигнув другу, отключился.

Яковлев обратился в слух, настороженно ловя каждый звук, каждый шорох, каждое дуновение ветра. И не зря! Не прошло и минуты, как в прихожей раздался топот берцовых сапог, и в комнату уверенно вошли трое мужчин в форме СВБ и защитных масках-противогазах. В руках у каждого – по короткоствольному автомату.

Костя с ногами забрался на кровать и со страхом вжался в ее спинку, не понимая, чего ожидать от незваных гостей – сценка с Кэт до сих пор стояла перед глазами.

«Бить? Меня будут бить? За что? Я просто сижу! – заметались мысли в голове парня. – Рыпаться нельзя! У них оружие! Пристрелят еще! Начнут бить – прикрою голову! И все! Главное, не сопротивляться!»

Вперед выступил низкий коренастый эсвэбэшник. Сквозь линзы маски парень едва рассмотрел его глаза – широкие, впалые, с ледяным сверлящим взглядом. Глаза опытного охотника. Глаза волка…

– Яковлев Константин Витальевич? – сказал «волк» то ли с вопросительной, то ли с утвердительной интонацией. Голос его был под стать глазам – низкий, неторопливый, спокойный. «Волк» знал – добыча загнана и никуда не денется. – Пожалуйста, проследуйте с нами, – неожиданно любезно попросил он.

В этой вежливой просьбе парень уловил нотки опасности и понял – отказываться не стоит! Ведь в следующий раз вместо слов могут последовать более доходчивые аргументы. Например, удары прикладом…

– Простите, а вы кто? Хотелось бы посмотреть удостоверения… – кое-как набравшись храбрости, неуверенно промямлил Костя. Несмотря на форму СВБ, в которую были экипированы гости, подстраховаться все равно стоило – мало ли, вдруг это переодетые недоброжелатели? Хотя, учитывая легкость, с какой они преодолели сопротивление системы безопасности портала, чтобы попасть к нему в квартиру… Вряд ли подобное было доступно обычным людям!

«Волк» вздохнул – скорее устало, нежели раздраженно:

– Третий специальный отдел СВБ, капитан Быстряго. Открыл вам профиль с документами, можете ознакомиться.

Костя вызвал интерфейс. Пошло сканирование… «Служба Внутренней Безопасности города Северогорска. Служебное удостоверение № 048533. Капитан Третьего специального отдела Быстряго Эдуард Тимофеевич. Должность – старший оперуполномоченный по особо важным делам. Удостоверение действительно по: 28 04 2130».

Значит, все же СВБ, а не ряженые клоуны… Интересно, зачем они здесь? Да еще и при параде? И, получается, за Кэт и Филей тоже приходили эсвэбэшники?..

– Пожалуйста, проследуйте с нами, – повторил капитан.

Дожидаться ответа или реакции парня безопасники не стали. Двое не представившихся напарников «волка» подхватили Костю – который мог идти и сам – под ручки и практически поволокли-понесли к двери, не давая ему даже перебирать ногами.

На выходе из комнаты Яковлев не выдержал:

– Может, я все же сам пойду?

– Это ни к чему. Ребята знают свое дело, – невозмутимо отпарировал Быстряго.

Однако из квартиры, как предполагал Костя, его не вывели – вся компания завернула в соседнюю комнату, в спальню отца.

Здесь, на папиной кровати, удобно расположился седой дед с нелепыми густыми бакенбардами, ершистыми бровями и небольшим узким кейсом на коленях. В отличие от остальных визитеров, одет он был в гражданское – брюки и клетчатую рубашку.

Завидев эсвэбэшников, дед неторопливо поправил очки в широкой оправе, щелкнул замками стального чемоданчика и согнулся над его содержимым. Прерывисто, словно на последнем издыхании, прохрипел:

– Мальчика ближе подведите.

Быстряго «нежно» подтолкнул в спины зазевавшихся напарников, придавая им легкое ускорение.

– Угу, замечательно, так и стой, – пробормотал дед, копошась в своем кейсе. – Руку давай. Не эту! Левую! Сейчас я тебе подключу кое-что…

Он извлек из чемоданчика толстый провод со штекером на конце… и резким движением воткнул его в чип-устройство парня! Довольно хмыкнув, застучал по невидимой для Кости клавиатуре, хрипя себе под нос: «Прекрасно… Замечательно… Великолепно…» Так продолжалось несколько минут.

– Проверка завершена, – наконец сообщил дед. – Показатели в норме, никаких видимых изменений не наблюдается. Уводите.

– Я сам пойду! – поспешно возразил Яковлев.

Но безопасники его не послушали – приказ есть приказ!

Подхватив Костю под руки, они проворно оттащили его обратно в комнату и бесцеремонно кинули на кровать. Сами замерли рядом, не сводя с парня глаз и угрожающе поглаживая приклады.

Быстряго же остался стоять возле двери. С любопытством покосившись в сторону цветасто-веселой лужицы, проговорил:

– Что ж, Константин Витальевич, поздравляю, все в порядке. Отклонений в работе чипов после инцидента в баре у вас не выявлено… Так-так, секундочку!

Он показательно приложил палец к уху. Несколько мгновений стоял, кивая и таким образом соглашаясь с невидимым собеседником.

– Мне только что сообщили из штаба, – убрав палец, проговорил «волк», – что у ваших друзей, кроме Алексея Ляликова, тоже все в порядке. Но!

– Что – «но»?

– Но вся ваша компания еще должна побыть некоторое время на самоизоляции… Недолго!

– На какой еще самоизоляции? – не понял Костя. – Что это и для чего?

Быстряго утомленно вздохнул:

– Мы должны убедиться, что с вами точно все в порядке, что мы не ошиблись. Наши люди будут удаленно наблюдать за вашим состоянием, поведением. А изоляция… Тут все просто – вы не сможете пользоваться ни коннектором, ни интерфейсом для общения с другими людьми. Под запрет попадают обычные и групповые чаты, любые звонки, принятие приглашений в кибернет и отправка таких приглашений… Также вам будут недоступны двери-порталы.

Яковлев покорно кивнул:

– Ладно, раз так надо… Хоть я и не особо понимаю смысл запрета на общение… А что с Лялей? В смысле, с Алексеем?

– С Алексеем? – переспросил «волк», словно вспоминая, о ком идет речь. – А, с Алексеем! С Алексеем все хорошо, просто подхватил… небольшую инфекцию! Не хочу вдаваться в подробности, это совершенно неинтересные технические моменты. Лишь скажу, что в настоящее время Алексей находится на карантине. На чистке! Через пару дней, как кончится ваша самоизоляция, вы сможете пообщаться.

Костя вновь кивнул:

– Ясно. Вопрос – я правильно понял, что не смогу выходить в кибернет?

– Выходить сможете. Но с ограничением. Для использования доступна только сингл-версия программы, без общения с другими людьми. Мультиверсия у вас выключена. – Быстряго недовольно погрозил пальцем: – Послушайте, я ведь об этом уже упоминал! Будьте внимательнее!

А Костя, будто не слыша его, продолжал допытываться:

– Из дома я тоже не могу выходить? И что мне делать в четырех стенах?

– Так я же говорю – пользуйтесь синглом! Поверьте, это не так страшно! Посмотрите записи видеороликов, стримов, почитайте книги, поиграйте, в конце концов!.. Чем вы обычно занимаетесь? Вот все то же самое! Только никакого «мульти», никакого общения с другими людьми, в третий раз, наверное, повторяю!

– А общение почему запрещено?

Быстряго не ответил – бесконечные вопросы начинали раздражать его. Развернувшись, бросил через плечо:

– Если вам, Константин Витальевич, все понятно, то всего доброго! – И, жестом увлекая за собой напарников, направился к выходу.

– Всего доброго…

Едва шаги стихли, Костя встал, выглянул в коридор – никого. Заглянул в комнату отца – деда с чемоданчиком также не наблюдалось.

– Ура, блин! – пробормотал он и попробовал связаться с друзьями.

«Данная функция временно заблокирована», – сообщил интерфейс.

Вот Быстряго! Не соврал, гад…

Костя разделся и забрался под одеяло. Глянул на хронометр в правом углу интерфейса – поздно, пора спать… Но – ни в одном глазу! «Наверное, от всего пережитого», – решил он.

От скуки и чтобы притянуть сон парень залез в «сингл» – одиночную версию «Разума» – и принялся пролистывать страницу за страницей развлекательных и новостных заголовков, не особо задерживая взгляд хоть на чем-то, как вдруг…

– Новый смертельный вирус! – взорвался интерфейс от громкого баритона. Вылезшая в рекомендациях новость перепрыгнула на полный экран, и перед глазами парня появилась картинка – активно жестикулирующий черноволосый ведущий на фоне телевизионной студии на старинный манер. – Сможет ли человек одолеть напасть? Сколько времени отводится заболевшему? Как передается эта гадость? Подробности после рекламной паузы только в шоу «Давай послушаем!» Не переключайтесь!

«Вот блин, – подумал Костя, – неужели опять про тот же самый вирус будут говорить? Второй раз за сегодня натыкаюсь… Или не о нем? Ну ладно, "давай послушаем"!.. А потом все же надо ложиться спать!»

Тем временем короткая реклама закончилась, и на экране вновь возник метросексуальный живчик-ведущий.

– Сегодня в нашей студии находится, – сверился он с карточкой в руке, – один из ведущих разработчиков антивируса «Щит» – Борис Блох! Борис, выходите!

В студии появился пышноусый и слегка плешивый мужичок лет пятидесяти, каждое движение которого выдавало волнение и неуверенность. Одернув рукава старого застиранного свитера, Блох возбужденно выхватил микрофон у ассистента ведущего и опустился на диванчик. Сгорбившись, застыл.

– Итак, Борис! – торопливо и практически без пауз заговорил ведущий, словно за каждую остановку его кто-то хлестал плетками. – Вот уже две недели по всему Северогорску учащаются случаи неестественного и опасного поведения граждан в кибернете. Люди ведут себя максимально неадекватно и по схожему сценарию – в местах массового скопления граждан с кулаками бросаются на первых встречных, используют подручные предметы в качестве оружия, бьют случайных прохожих… Расскажите нам, что происходит?

– Что происходит? – удивленно проскрипел гость студии и замолчал, лихорадочно бегая вокруг глазами. Казалось, Блох не был готов к тому, что ему вдруг начнут задавать вопросы!

– Да, Борис, мы все ждем от вас ответа!

– Ну что я могу сказать? Кхе-кхе… – Блох прокашлялся и, будто смутившись своего внешнего вида, уткнулся взглядом в ковер на полу. – В городе появился новый цифровой вирус, который легко обходит все стандартные протоколы защиты. – И замолчал.

– Обходит протоколы, как интересно! – воскликнул ведущий и, видя, что гость не намерен разговаривать по собственной инициативе, задал наводящий вопрос: – А распространяется он?..

– Ровно девяносто процентов подтвержденных случаев инфицирования пришлось на момент нахождения человека в кибернете. Остальные десять процентов состоялись во время посиделок в интерфейсе и при общении в чатах.

Ведущий наигранно ужаснулся:

– Какой кошмар! Значит, мы все в опасности! Но как происходит заражение?

– Элементарно. – Борис, вдруг почувствовав в себе уверенность, выпрямился, а его скрипучий голос приобрел нотки высокомерия. – При подключении к интерфейсу вирус обходит базовую защиту, но в этот момент он все еще не очень страшен. Куда как опаснее он становится при вхождении в кибернет – из-за некоторых дыр в безопасности, на данном этапе вирус внедряется в мультичип…

– Вы упомянули дыры в безопасности, – перебил ведущий.

– Да, к сожалению, стандартные протоколы защиты до сих пор довольно… забагованы, – закивал Блох. – Поэтому я рекомендую антивирус «Щит» как идеальное средство для…

– Борис-Борис! Не отвлекайтесь!

– Да, хорошо, простите… После удачного внедрения вирус всего за несколько минут полностью подчиняет себе мультичип и перехватывает у него… управление человеком, говоря кратко. Это если не углубляться в технические термины! И вот только после этого вирус и начинает творить всякую агрессивную чушь! Которую вы уже упоминали.

– И чем заканчивается заражение?

Борис Блох замялся:

– Как правило, все это заканчивается тем, что мультичип впадает… в некую агонию! Он начинает сопротивляться из последних сил, посылая организму защитные сигналы… а затем принимает единственно верное, как ему кажется, решение – уничтожить своего носителя для безопасности окружающих.

Наступила пауза.

– Значит, вирус передается в основном через кибернет… И что, получается, он заражает всех подряд?

Борис замотал головой:

– Нет, нет, что вы. Шанс заболеть есть у всех… но у кого-то меньше, у кого-то больше…

– От чего он зависит? Шанс?

– Честно? Мы пока не знаем…

Ведущий прикусил губу, выслушивая в наушнике указания редактора. Спросил:

– Что еще надо знать или опасаться нашим зрителям?

– Что еще, что еще? – задумался Блох. – Если вы вдруг очутитесь в одном руме с заболевшим, то легко это поймете еще до вербальных проявлений! Дело в том, что вирус блокирует любые интерфейсы, находящиеся рядом! Другими словами, просто перейти куда-то, свалить, как говорится, подальше от инфицированного у вас не получится. Вирус будет стараться изо всех сил передать себя всем, кто находится в руме!

Ведущий вновь приложил палец к уху.

– Мне сообщают, что у нас осталось слишком мало времени до конца программы. Поэтому последний вопрос – у вируса уже есть название?