Текст книги "Ветеран хаоса (СИ)"

Автор книги: Алексей Ковтунов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

Что за чертовщина? Неделю назад тут был один Прохор, а теперь целое поселение.

Сам староста выскочил на дорогу, едва завидев меня. Лицо счастливое, глаза блестят, чуть ли не светится весь от радости.

– Ваше благородие! – заголосил он. – Приехали! А мы вас ждали, ждали!

– Это что тут происходит? – я спешился и привязал Колбасу к забору. – Откуда народ взялся?

– Так это ж бывшие наши, барин! – Прохор чуть не подпрыгивал на месте. – Те, что раньше здесь жили, до того, как Патлатовы всех переманили!

– И с чего они вдруг решили вернуться?

– Так прослышали, что вы вернулись! – староста всплеснул руками. – Что барин снова в поместье наведывается, дела ведёт, порядок наводит. Вот и потянулись обратно. Это ж только первые, ваше благородие! Скоро ещё придут, из второй деревни тоже собираются!

Я огляделся по сторонам. Из домов выглядывали любопытные лица, кто-то махал рукой в знак приветствия. Простые люди, крестьяне, с натруженными руками и усталыми лицами. Но в глазах у них была надежда, и это, пожалуй, стоило больше любых денег.

– А на какие шиши они тут обустроились? – уточнил я у старосты. – Куры, коровы, это ж денег стоит.

– Так на те, что вы оставили, барин, – Прохор смутился. – Вы же велели тратить на возвращение людей. Вот я и потратил. Кому курочек прикупил, кому семян для огорода, кому инструмент. Всё по делу, ничего не пропил! Ну, только тот рубль, который вы велели пропить.

– Верю, – усмехнулся я. – А что с условиями у Патлатовых? Почему народ оттуда бежит?

Лицо старосты помрачнело.

– Плохо там, ваше благородие. Совсем плохо. Почти весь урожай забирают, работать заставляют с рассвета до заката. Люди еле-еле семьи кормят, на себя ничего не остаётся. А если кто возражать начинает, так того быстро приструнивают. Там управляющий зверь, а не человек.

– Понятно, – кивнул я.

Типичная картина для феодального общества. Выжать из крестьян все соки, пока те не загнутся от истощения. А потом удивляться, почему урожаи падают и людишки разбегаются.

– Ваше благородие, – Прохор замялся, – люди спрашивают… Будет ли здесь по-старому? Ну, как раньше было…

Я посмотрел на него, потом на дома, на людей, которые украдкой наблюдали за нами из-за заборов и из окон.

– Не по-старому, – проговорил я и похлопал старосту по плечу. – Гораздо лучше. Будем работать вместе, и всем будет хорошо. И мне, и вам.

Прохор просиял. Кажется, он готов был расплакаться от счастья прямо на месте.

– А что насчёт чужой… Кхм, я хотел сказать гостевой скотины? – вспомнил я. – Больше никто не пасётся на моих землях?

– Нет, барин, – староста покачал головой. – После того случая с коровами больше никто не заходил. Патлатовы, видать, поняли намёк. Даже пастухи их стороной обходят, близко не приближаются.

Это хорошо, значит, урок был усвоен. Пусть временно, пусть не навсегда, но хоть какая-то передышка.

– Ладно, пойду осмотрюсь, – махнул рукой. – Дело есть, надо продумать.

Оставил Колбасу на попечение Прохора и отправился бродить по своим владениям. Теплицы всё ещё стояли занятые чужим урожаем, но теперь это уже не раздражало, а скорее вдохновляло. Скоро всё это станет моим, надо только правильно разыграть партию.

Шёл и думал о том, чем можно заняться в ближайшее время. Земля есть, люди возвращаются, деньги после продажи коров тоже имеются. Надо развивать хозяйство, налаживать производство, создавать источники дохода. Долги сами себя не погасят, а враги не уймутся, пока не увидят, что дом Клинцовых снова на ногах.

И ещё надо разобраться с хаосом. Найти способ попасть на место всплеска, зажечь огонёк внутри. Без этого я так и останусь дряхлым стариком, который едва передвигает ноги. А с хаосом… С хаосом совсем другой разговор будет.

Остановился на холме, откуда открывался вид на всё поместье. Запущенный особняк, оживающие деревни, поля, озеро. Красиво здесь, спокойно. Совсем не похоже на царство хаоса с его вечным огнём и бесконечными сражениями.

Но покой это не для меня. Скучно жить спокойно, когда впереди столько интересных дел. Враги, которых надо наказать. Долги, которые надо выплатить. Внучка, которую надо защитить. И хаос, который надо вернуть.

Усмехнулся и направился обратно к деревне. Колбаса уже нетерпеливо переступал копытами, явно соскучился по хозяину. Или просто хотел побыстрее вернуться к сену и отдыху.

– Сегодня задержимся здесь, – погладил его по шее, – Зато уже завтра утром получим какой-никакой доход!

Переночевал в одном из пустующих домов, который Прохор заботливо подготовил для моего визита. Ничего особенного, обычная крестьянская изба с печкой и лавкой, но после ночёвок в царстве хаоса это просто дворец. Там-то приходилось спать на голых камнях, да ещё и вполглаза, потому что в любой момент могла налететь какая-нибудь тварь.

Проснулся рано, ещё до рассвета. Тело ныло после вчерашней поездки верхом, но это приятная боль, рабочая. Значит, мышцы потихоньку приходят в форму, привыкают к нагрузкам. Глядишь, через пару месяцев и вовсе перестану чувствовать себя развалиной.

Вышел на улицу, потянулся, хрустнув суставами. Деревня уже просыпалась, из труб тянулся дымок, где-то кукарекал петух. Мирная картина, почти идиллическая, только вот в голове у меня крутились мысли совсем не мирные.

Прохора нашёл у колодца, тот как раз набирал воду.

– Доброго утра, ваше благородие! – староста сразу выпрямился и поклонился. – Как почивали?

– Нормально, – отмахнулся я. – Слушай, Прохор, дело есть. Серьёзное.

– Весь внимание, барин. – он сразу забыл про свои ведра.

– Урожай пора собирать, – проговорил я, оглядываясь по сторонам. – Тот, что в теплицах и на полях. Сегодня ночью этим и займёмся.

Прохор нахмурился, явно не понимая, к чему я клоню. Потом до него дошло, и глаза его расширились.

– Так это ж… Там же патлатовские работают, барин. Они ж нас…

– Ничего они нам не сделают, – перебил его. – Земля чья? Моя. Теплицы на чьей земле стоят? На моей. Урожай, стало быть, тоже мой, всё по закону.

Староста почесал затылок, обдумывая услышанное. Видно было, что идея ему одновременно нравится и пугает. С одной стороны, справедливость, с другой стороны, связываться с Патлатовыми страшновато.

– А если они того… С оружием придут?

– Вряд ли придут, – махнул я рукой. – Мы всё сделаем тихо и быстро. Вечером их работники разойдутся по домам, а мы выйдем в поле. К утру уже закончим, и предъявлять претензии будет поздно. Урожай-то уже собран, обратно его в землю не воткнёшь.

– Понял, барин. Сделаем. – решительно кивнул Прохор после пары секунд раздумий.

– Вот и молодец. Теперь слушай внимательно, расскажу, как действовать будем. – тем более, что я уже примерно прикинул как там все устроено. Погулял недалеко, посмотрел и некоторые выводы уже есть.

Мы отошли в сторонку, чтобы никто лишний не услышал. Хотя какой тут лишний, в деревне сейчас только свои, но привычка есть привычка. На войне научился не болтать о планах при посторонних, и эта привычка не раз спасала мне жизнь.

– По идее, в теплицах самое ценное, – начал объяснять, хотя это и так очевидно, особенно для местных.

– Ну да, барин, там магические травы для зелий, – развел руками Прохор, – причём многолетние кусты в том числе. Такие стоят хороших денег, если знать, кому продать. Ещё ягоды разные и немного овощей.

– Верно, – кивнул ему, а сам поставил отметку в памяти. О магических травах я уже читал и мало того, видел их на рынке. Ценник и правда вполне приятный, правда мороки с ними ого-го, – Собственно, на полях обычные овощи, но их там много. Тоже неплохой доход выйдет.

Прохор слушал внимательно, кивал в нужных местах.

– И кстати, вы наверняка сами знаете… – протянул он задумчиво. – Травы для зелий аккуратно надо собирать, чтоб не попортить, иначе цена будет не та.

– Верно мыслишь. Поэтому к травам только тех, кто понимает в этом деле. Остальные пусть овощами занимаются, там ума много не надо.

– Сделаем, барин. А куда всё это потом девать? Хранить-то негде особо.

– Об этом не переживай. Пошли кого-нибудь молодого и шустрого на ярмарку, пусть найдёт Кузьму, скупщика скота. Знаешь такого?

– Как не знать, – кивнул староста. – Жук ещё тот, но дело своё знает.

– Вот именно. Пусть передаст ему, что я готов продать урожай с полей по выгодной для нас обоих цене. Документы на землю имеются, всё законно. С него сбыт, а по цене договоримся уже здесь, когда приедет.

– А если не захочет связываться? Патлатовы всё-таки…

– Захочет, – усмехнулся я. – Кузьма жадный, а жадность всегда побеждает страх. Тем более что закон на нашей стороне, придраться не к чему.

Прохор ещё раз кивнул и сразу побежал выполнять поручение, ну а я остался стоять посреди двора, глядя на восходящее солнце. День обещал быть длинным и насыщенным, но это даже хорошо. Не люблю сидеть без дела, от безделья только хандра накатывает.

Остаток дня провёл в разведке. Объехал на Колбасе окрестности, присмотрелся к теплицам и полям. Работники Патлатовых копошились там, не обращая на меня внимания. Ну или делали вид, что не обращают. Ничего, пусть, скоро всё равно уйдут, а мы своё заберём.

Стоит отметить, что мои теплицы оказались довольно внушительных размеров. Штук пять больших строений из стекла и дерева, внутри зелено и влажно. Через мутноватые стёкла виднелись ряды кустов и грядок. Магические травы я узнал сразу, как минимум потому, что в прошлой жизни я подобных растений не видел, да и если присмотреться, то можно заметить, что они слегка мерцают, отдавая накопленную энергию.

На полях попроще, там обычная картошка, морковка, капуста. Но объёмы приличные, несколько гектаров засеяно, и это только у меня. Надо будет потом еще у соседей поспрашивать, вдруг тоже решат продать патлатовский урожай. Но даже без этого, если всё это собрать и продать, выйдет неплохая сумма. Не миллионы, конечно, но на первое время хватит.

Вернулся в деревню только к вечеру. Прохор уже собрал людей, человек двадцать крепких мужиков и баб. Стоят, переминаются с ноги на ногу, на меня поглядывают с надеждой и опаской. Понимаю их, рисковать страшно, но и жить впроголодь надоело.

– Значит так, – обратился я к собравшимся. – Работать будем быстро и тихо. Никаких разговоров, никакого шума. Пришли, собрали, ушли. Ясно?

Народ закивал.

– В теплицы идут только те, кто разбирается в травах. Остальные на поля, там овощи. Корзины, мешки, телеги, всё должно быть готово. Вопросы?

Вопросов не последовало и люди разошлись готовиться, а я остался ждать темноты. Солнце медленно клонилось к горизонту, тени удлинялись, воздух становился прохладнее. Обычный осенний вечер, ничего особенного. Только внутри разливалось знакомое предвкушение, как перед боем. Не то чтобы я ожидал серьёзного сопротивления, но адреналин всё равно приятно щекотал нервы.

Собственно, выдвинулись мы сразу, как только стемнело. Телеги оставили на окраине, чтобы не шуметь колёсами, дальше пошли пешком. Я ехал чуть позади на Колбасе, присматривая за процессией. Конь вёл себя на удивление спокойно, видимо, ночная прогулка пришлась ему по душе больше, чем дневная суета.

Работники Патлатовых действительно разошлись по домам. Теплицы и поля стояли пустые, так что мы разделились на группы и принялись за дело. Тихо, споро, без лишней суеты. Крестьяне своё дело знают, руки у них умелые, работа спорится.

А пока они работали, я объезжал периметр, следя за обстановкой. Вокруг темнота, только звёзды мерцают над головой да иногда вспыхивает огонёк факела у кого-то из работников. Красиво, чёрт возьми. Давно не видел такого мирного неба, без красного зарева хаоса на горизонте.

Прошёл час, потом второй. Корзины наполнялись, мешки пухли, люди сновали между грядками как муравьи и таскали урожай к телегам. В общем, никаких неожиданностей и я даже начал расслабляться, думая, что обойдётся без приключений.

А вот и зря надеялся…

Колбаса первым почуял чужаков. Навострил уши, фыркнул, переступил копытами. Я прислушался и тоже услышал, шаги, негромкие голоса, звяканье металла. Кто-то шёл в нашу сторону, и судя по звукам, не один.

Тихо направил коня к дальней теплице, откуда доносились голоса. Спрятался в тени большого дерева и стал наблюдать.

Со стороны соседей к нам приближались двое. Крепкие мужики в форменной одежде, при оружии, на груди у каждого бляха с гербом, похожим на сноп пшеницы. Патлатовские гвардейцы, надо полагать. Охрана, которая патрулирует угодья хозяев.

Они как раз наткнулись на группу крестьян, которые собирали капусту на ближнем поле. Те замерли с набитыми мешками в руках, не зная, что делать.

– Это что тут такое? – рявкнул один из охранников, здоровенный детина с рябым лицом. – А ну стоять! Воры!

– Мы не воры, господин, – попытался объяснить кто-то из мужиков. – Мы тут по приказу барина…

– Какого ещё барина? – второй охранник, пониже ростом, но пошире в плечах, схватил ближайшего крестьянина за грудки. – Это земли дома Патлатовых! Вы тут чужое добро воруете!

– Но господин…

– Молчать! – рябой замахнулся, явно собираясь ударить.

Ну вот, а я только расслабился.

Пришпорил Колбасу и вылетел из темноты прямо на освещённый факелами пятачок. Конь, почуяв возможность поразвлечься, радостно заржал и взбрыкнул передними копытами. Рябой охранник не успел среагировать, и мощная конская грудь врезалась ему прямо в плечо. Детина отлетел в сторону и шлёпнулся на землю, выронив дубинку.

Второй охранник отпустил крестьянина и схватился за рукоять сабли, но я уже положил ладонь на свою шашку.

– Вы кто такие? – спокойно поинтересовался я, глядя на него сверху вниз. – Я вас не звал. Идите лесом.

– Мы гвардейцы великого производственного дома Патлатовых! – выпалил охранник, пытаясь придать голосу твёрдость. Получалось не очень, всё-таки старик верхом на явно неуравновешенном коне производит впечатление. – И вы прямо сейчас воруете имущество дома!

– Разве? – я усмехнулся и слегка качнул шашку в ножнах. – А напомните-ка мне, чьи вообще эти земли?

Рябой уже поднялся и теперь стоял рядом с товарищем, потирая ушибленное плечо. Взгляд у него был злой, но нападать он пока не спешил.

– Ну, по документам… – начал было второй охранник.

– Вот именно, по документам, – перебил я его. – По документам эти земли принадлежат дому Клинцовых. То есть мне. А всё, что растёт на моей земле, тоже моё. Логично?

Охранники переглянулись. Видно было, что крыть им нечем, но и отступать просто так не хочется. Гордость не позволяет, да и перед хозяевами потом отчитываться придётся.

– Наши хозяева эти теплицы строили! – нашёлся рябой. – И поля засевали! Это их труд, их вложения!

– Теплицы строили мои люди, не ври. И поля тоже мои, я их в аренду не сдавал, так что сеять здесь нельзя, – повторил я терпеливо. – Без моего разрешения, разумеется. Знаете, как это называется? Самозахват. За такое и под суд можно угодить.

Рябой побагровел, но промолчал, но его напарник оказался посообразительнее.

– Мы доложим хозяевам, – процедил он сквозь зубы. – Они этого так не оставят.

– Докладывайте, – пожал я плечами. – Заодно передайте, что если они хотят оспорить моё право на эту землю, пусть обращаются в суд. Документы у меня в порядке, печати на месте. А теперь идите, не мешайте работать.

Охранники постояли ещё немного, сверля меня злобными взглядами. Потом рябой сплюнул под ноги, и оба развернулись и зашагали прочь. Я смотрел им вслед, пока они не скрылись в темноте.

– Продолжайте, – бросил крестьянам, которые всё ещё стояли с мешками в руках. – До рассвета надо закончить.

Те закивали и вернулись к работе. А я снова отъехал в тень, чтобы следить за обстановкой. Что-то мне подсказывало, что на этом приключения не закончатся. Патлатовы не из тех, кто спускает обиды. Но это будет потом, а сейчас главное – собрать урожай и вывезти его отсюда.

Колбаса фыркнул и потряс головой. Кажется, ему понравилось сбивать людей с ног. Надо будет почаще его так развлекать, глядишь, станет посговорчивее.

Глава 16

Утро выдалось холодным, но ясным. Солнце только-только показалось из-за горизонта, окрасив небо в розовые и золотые тона, а мы уже стояли посреди деревни и смотрели на плоды нашего ночного труда.

Четыре телеги, гружёные овощами под самую завязку. Мешки с картошкой, корзины с капустой и морковью, всё аккуратно уложено и перевязано верёвками, чтобы не растерять по дороге. А рядом, в отдельной повозке, лежал самый ценный груз. Магические травы, бережно собранные и упакованные в специальные короба, чтобы не повредить нежные листья и стебли. Там же несколько ящиков с ягодами, которые тоже пойдут на зелья и настойки.

Прохор стоял рядом со мной и не мог оторвать взгляд от всего этого богатства. Наверняка за последние годы он и не видел такого количества добра в одном месте. Остальные крестьяне тоже собрались вокруг, переговаривались вполголоса, поглядывали на меня с ожиданием.

– Ну что, неплохо поработали, – проговорил я, оглядывая результаты. – Это только начало, но для первого раза сойдёт.

– Ваше благородие, – Прохор откашлялся, явно собираясь с духом. – А как же с оплатой-то? Люди всю ночь трудились, руки в мозолях, спины ноют…

– Об этом не переживай, – я повернулся к собравшимся крестьянам. – Сейчас каждый возьмёт столько овощей, сколько нужно для семьи. Картошки, капусты, моркови. Берите с запасом, на зиму. Не жадничайте, но и не стесняйтесь.

Народ зашевелился, но никто не двинулся с места. Стоят, мнутся, переглядываются между собой. Привыкли, видать, что за каждый кочан капусты надо втридорога платить или работать до седьмого пота.

– Ну чего встали? – нахмурился я. – Берите, сказал же. Или мне самому вам в руки совать?

Первым осмелился молодой парень лет двадцати пяти, крепкий такой, широкоплечий. Подошёл к телеге с картошкой, взял один мешок, посмотрел на меня вопросительно.

– И всё? – хмыкнул я. – Зима долгая, один мешок на неделю хватит, если на всё семейство. А ну бери ещё!

Парень набрал ещё пару мешков и оттащил их в сторону. После него потянулись остальные, сначала робко, потом всё смелее. Но всё равно брали по чуть-чуть, словно боялись, что я передумаю или потребую деньги.

– Да что ж вы как мыши-то? – не выдержал я. – Запасайтесь на зиму, дурни! Или мне потом придётся покупать вам еду втридорога, когда запасы кончатся! Берите больше, пока дают!

После этих слов народ немного расслабился. Корзины и мешки начали наполняться активнее, люди тащили добро к своим домам, возвращались за добавкой. Картошку разобрали почти всю, капусты и моркови тоже взяли прилично.

Прохор наблюдал за этим и качал головой, словно не веря своим глазам.

– Патлатовы так никогда не делали, – тихо проговорил он. – Те, наоборот, запрещали запасаться. Мол, зачем вам лишнее, живите одним днём. А потом зимой продавали то же самое по двойной цене, когда у людей запасы заканчивались.

– Потому они и Патлатовы, – буркнул я. – А я Клинцов, у нас по-другому.

Примерно через час раздача закончилась. На телегах осталось примерно две трети овощей и почти все магические травы, их крестьянам без надобности. Теперь оставалось только дождаться покупателя.

Кузьма появился ближе к полудню. Его телега загромыхала по деревенской улице, и я сразу узнал знакомую физиономию на козлах. Хитрые глазки, золотая цепь на шее, довольная ухмылка человека, который чует выгодную сделку.

– Ваше благородие! – торговец спрыгнул с козел и тут же склонился в поклоне. – Прибыл по вашему приглашению! Слышал, есть что предложить?

– Есть, – кивнул я и повёл его к телегам. – Смотри сам.

Кузьма обошёл груз кругом, заглянул в мешки, пощупал капустные кочаны, понюхал травы. Лицо его при виде магических растений приобрело какое-то мечтательное выражение, словно он увидел сундук с золотом.

– Травы хороши, – пробормотал он себе под нос. – Свежие, правильно собранные. За такие в городе хорошую цену дадут.

– Ну так и ты давай хорошую цену, – хмыкнул я. – Чего мяться-то?

Торговец почесал затылок и состроил страдальческую мину.

– Так ведь, ваше благородие, время нынче тяжёлое. Покупатели капризные, конкуренция большая. Да и риски немалые, товар-то пока до города довезёшь, мало ли что случится…

– Давай без прелюдий, – перебил его. – Сколько?

– За овощи дам по три копейки за килограмм, – начал Кузьма загибать пальцы. – За травы… Ну, скажем, по полтора рубля за связку. За ягоды…

– Совесть-то имей, – я покачал головой. – На рынке картошка по пять копеек, капуста и того дороже. А травы эти в городе по пять рублей за связку уходят, я узнавал.

– Так то в городе! – всплеснул руками торговец. – А мне ещё везти, хранить, продавать! Это ж расходы, ваше благородие!

– Ладно, – я почесал подбородок, делая вид, что размышляю. – С коровами я тебе скидку дал, потому что документов не было. А тут всё чисто, земля моя, урожай мой. Так что давай так, овощи по четыре копейки, травы по три рубля. И это моя последняя цена.

– Три рубля? – Кузьма схватился за сердце. – Да вы меня разорить хотите!

– Могу сам в город отвезти и продать по нормальной цене, – пожал я плечами. – Мне не к спеху.

Торговец замолчал, прикидывая что-то в уме. По глазам было видно, что он считает барыши и понимает, что даже при таких ценах навар будет приличный. Но сдаваться сразу не хотел, принципиально.

– Два с половиной за травы, – выдал он наконец. – И по четыре за овощи. Больше не могу, хоть режьте.

– Два семьдесят пять, – я протянул руку. – И по рукам.

Кузьма вздохнул, помялся ещё пару секунд для приличия, а потом всё-таки пожал мою руку.

– Эх, разорите вы меня когда-нибудь, ваше благородие. Ладно, по рукам.

Дальше всё пошло быстро. Люди Кузьмы, которые приехали с ним на нескольких телегах, принялись перегружать товар. Взвешивали мешки, пересчитывали связки трав, записывали всё в толстую тетрадь. Торговец лично следил за процессом, время от времени поглядывая на меня с нескрываемым уважением.

– А травы я бы посоветовал сдать в городе самостоятельно, – вдруг проговорил он. – Есть там пара аптек, которые берут напрямую у поставщиков. Цену дадут лучше, чем я могу предложить.

– Это с чего вдруг такая щедрость? – я удивлённо приподнял бровь.

– Да не щедрость это, – Кузьма хмыкнул. – Просто если вы разоритесь, мне потом не у кого будет товар покупать. А так вы в деле останетесь, и мне выгода, и вам.

Разумно мыслит, нечего сказать. Может, и не такой он жулик, каким кажется на первый взгляд. Или просто жулик дальновидный, что ещё лучше.

– Ладно, – кивнул я. – В следующий раз тогда сам в город свезу.

Когда подсчёт закончился, Кузьма достал из-за пазухи увесистый кошель и начал отсчитывать деньги. Овощей набралось примерно под три тонны, по четыре копейки за килограмм это сто двадцать рублей. Плюс магические травы еще на тысячу с лишним, итого тысяча триста с копейками.

– Вот, ваше благородие, – торговец протянул мне деньги. – Всё как договаривались.

Пересчитал, убедился, что сумма верная, и спрятал деньги в карман. В общем, неплохо для одной ночи работы.

Проводил процессию скупщиков взглядом, и сразу отсчитал пятьсот рублей и подозвал Прохора.

– Вот, – протянул ему деньги. – На развитие поселения. Инструменты там прикупи, семян на весну, скотины какой. Сам смотри, что нужнее.

Староста принял деньги трясущимися руками и уставился на них так, словно я вручил ему корону императора.

– Ваше благородие… – пробормотал он. – Это ж целое состояние…

– Это аванс, – поправил его. – Работа ещё не закончена. Собрали только десятую часть с полей, остальное ещё ждёт. На следующих выходных продолжим.

– Слушаюсь, барин! – Прохор чуть не подпрыгнул от радости. – Всё сделаем в лучшем виде!

Народ вокруг тоже оживился. Видят, что дело пошло, что деньги есть, что барин не просто так сотрясает воздух. Глядишь, и правда всё наладится.

Но насладиться моментом мне не дали. Колбаса, который всё это время мирно стоял у забора и жевал сено, вдруг поднял голову и навострил уши. Потом фыркнул и переступил копытами, явно почуяв что-то интересное.

Я обернулся и увидел, как по дороге к деревне приближается небольшой кортеж. Две кареты, одна побогаче, другая попроще, и несколько верховых по бокам. Охрана, судя по форме и оружию.

– Тише, – проговорил я, заметив, как Колбаса начал нетерпеливо приплясывать. – Пока рано.

Конь недовольно мотнул головой, но послушался. Видать, в прошлый раз ему понравилось сбивать людей с ног, и теперь он ждал повторения.

Кареты остановились у края деревни. Из первой, той, что побогаче, вышел мужик в полицейской форме. Средних лет, с усами, при погонах и сабле. Из второй выбрался тип в строгом чёрном костюме, явно юрист или что-то в этом роде. Следом высыпали охранники, человек шесть, все при оружии и с такими рожами, словно им должны денег.

Вся эта компания уверенно направилась ко мне, и по их лицам было ясно, что разговор предстоит не самый приятный.

– Господин Клинцов? – юрист остановился передо мной и смерил меня взглядом сверху вниз. Точнее попытался смерить, потому что ростом он был пониже меня, но презрения в его глазах от этого меньше не стало.

– Он самый, – кивнул я. – А вы кто будете?

– Я представляю интересы производственного дома Патлатовых, – юрист достал из-за пазухи какие-то бумаги и потряс ими перед моим носом. – И у меня есть основания полагать, что вы совершили кражу имущества моих клиентов.

– Неужели? – я изобразил искреннее удивление. – И что же я украл?

– Урожай с полей и теплиц, которые принадлежат дому Патлатовых! – юрист повысил голос, явно рассчитывая произвести впечатление. – Свидетели видели, как ваши люди ночью собирали овощи и травы!

Полицейский за его спиной кивнул, подтверждая слова.

– Так это было ночью, – мрачно добавил он. – Под покровом темноты, тайно. Типичное воровство.

– Интересно, – я почесал подбородок. – А документы на эти поля и теплицы у вас есть?

Юрист замялся на долю секунды, но тут же взял себя в руки.

– Дом Патлатовых обрабатывает эти земли уже несколько лет! – выпалил он. – Засевает, ухаживает за урожаем, вкладывает средства и труд!

– Это замечательно, – кивнул я и полез во внутренний карман. – Только вот незадача. По документам эти земли принадлежат мне. Вот, полюбуйтесь.

Достал бумаги, которые предусмотрительно захватил с собой ещё на прошлой неделе. Купчая на землю, свидетельство о праве собственности, всё с печатями и подписями. Протянул юристу, тот взял и начал изучать, хмуря брови.

– Это… – начал было он.

– Это документы, подтверждающие моё право собственности на данный участок, – закончил я за него. – Включая поля, теплицы и всё, что на них растёт. Так что никакого воровства не было. Я просто собрал урожай со своей земли.

Подмигнул полицейскому, который стоял рядом с каменным лицом. Тот никак не отреагировал, только слегка поджал губы.

– Но мои клиенты вложили средства! – юрист повысил голос. – Они засеивали эти поля, строили теплицы!

– Теплицы строили мои предки, не врите, – отрезал я. – А что касается посевов… Знаете, как это называется? Самозахват чужой собственности. За такое и под суд можно угодить. Так что если ваши клиенты хотят предъявить претензии, пусть подают в суд, там и разберёмся.

Юрист побагровел, но крыть ему было нечем. Документы у меня в порядке, закон на моей стороне. Он это понимал, и от этого злился ещё больше.

– Вам не выиграть этот суд! – процедил он сквозь зубы, – Уж поверьте!

– Вот и отлично, – я развёл руками. – Значит Патлатовым не о чем беспокоиться, а я буду рад разобраться со всем этим. Заодно спрошу, почему ваши клиенты годами использовали мою землю без разрешения и договора аренды. И почему их люди регулярно портили посевы моих крестьян, вынуждая тех переходить под другого хозяина. А еще, почему образовался долг дома Клинцовых перед домом Патлатовых и все в таком духе.

Полицейский, который всё это время молчал, вдруг решил вмешаться.

– Наши свидетели утверждают, что именно люди Патлатовых обрабатывали эти поля, – заявил он с видом человека, который держит в руках козырную карту. – Они засеивали, пололи, поливали. Значит, имеют полное право на урожай.

Я посмотрел на него долгим взглядом. Потом махнул рукой, словно отгоняя назойливую муху.

– А ты вообще не вякай, – спокойно проговорил я. – Тебя не спрашивали, шавка продажная.

Полицейский вытаращил глаза от такой наглости. Его рука дёрнулась к сабле на поясе, но он сдержался. Всё-таки нападать на главу дома при свидетелях это чересчур даже для купленного мента.

– Вы… Вы оскорбляете представителя власти! – выдавил он наконец.

– Я констатирую факт, – пожал я плечами. – Представитель власти должен быть беспристрастным. А ты явно на стороне Патлатовых, это видно невооружённым глазом. Если хочешь оспорить, можем обратиться к твоему начальству. Уверен, им будет интересно узнать, как их подчинённый подрабатывает на стороне.

Он сразу побледнел и отступил на шаг. Видать, попал в больное место.

– А коровы? – вдруг вспомнил юрист. – Целое стадо пропало на этих землях! Сто голов породистого скота!

– О коровах я ничего не знаю, – я не смог сдержать смех. – Но это звучит интересно. Вы при полицейском только что признались, что ваш хозяин приказал пасти скот на моих землях без моего разрешения. Что-ж, запишем, что в суде стоит потребовать компенсацию за незаконный выпас.

Юрист осёкся на полуслове. Понял, что сболтнул лишнего, и теперь судорожно соображал, как выкрутиться.

– Я… Я не это имел в виду…

– Именно это ты и имел в виду, – кивнул я. – Не переживай, я всё запомнил. И свидетели тоже запомнили, – обвёл взглядом собравшихся крестьян, которые с интересом наблюдали за происходящим. – Так что если твои хозяева хотят судиться, я только за. Давно пора разобраться, кто тут кого обворовывал на самом деле.

Повисла тишина. Юрист стоял с красным лицом и не знал, что сказать. Полицейский мялся за его спиной, стараясь не встречаться со мной взглядом, охранники переглядывались между собой, явно не понимая, что им делать.

– Это не конец, – наконец выдавил юрист. – Мы ещё вернёмся.

– Буду ждать, – улыбнулся я. – Только в следующий раз захватите документы на землю. А то как-то несолидно получается, приходите с претензиями, а доказательств нет.

Юрист развернулся и зашагал к карете. Полицейский и охранники потянулись за ним. Через минуту весь кортеж уже катил обратно по дороге, оставляя за собой облако пыли.

Я проводил их взглядом и повернулся к Прохору, который стоял рядом с отвисшей челюстью.

– Вот так, – проговорил спокойно. – Учись, пока я жив.

– Ваше благородие, – староста наконец обрёл дар речи. – Вы… Вы их просто уничтожили.

– Пока только отбил первую атаку, – поправил его. – Они ещё вернутся, это точно. Но теперь они знают, что просто так меня не возьмёшь.

Колбаса фыркнул за моей спиной, явно недовольный тем, что ему не дали никого сбить. Ничего, ещё успеет. Судя по всему, развлечений у нас впереди будет предостаточно.