Текст книги "Адептка под прикрытием. Проклятие феникса (СИ)"

Автор книги: Александра Харпер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

Глава 16

Я проснулась, словно от сильного удара, быстро села на кровати и ощутила, как сердце неприятно ноет. Глубоко вздохнув, я прикрыла глаза и не обнаружила красную нить, которая связывала нас с Николасом. На душе неприятно заскребли кошки, стало так тоскливо

“Николас!” – позвала я мысленно, но ответа так и не было.

Наверное, занят. Не буду отвлекать. Мой взгляд упал на метку на левой руке, и мне показалось, что она перестала быть черной и стала намного светлее. Мне это начинает не нравиться. Собравшись, я вышла в коридор, и мои мысли блуждали где-то далеко от реальности. Странное предчувствие преследовало меня во время всего завтрака, что даже я толком не поела.

Первая пара оказалась с Николасом, что меня обрадовало. Я чуть ли не бегом рвалась туда, но когда увидела его, мое сердце ухнуло куда-то вниз. Засосы на шее, он даже не смотрел на меня и был совершенно другим, холодным.

– Построились! Быстро пробежимся по списку, а дальше выставляем противника в качестве нежити! – равнодушно произнес он.

Это не может быть Николас. Он не может быть настолько равнодушным. В груди я ощущала пустоту и отчаяние, на глазах накатывали слезы.

Что случилось? Почему он стал таким?

Я покосилась на близняшек; одна из них выделялась больше других. Глаза её светились от счастья, и она не сводила взгляда с профессора. Не может быть, чтобы она смогла что-то сделать с Николасом.

– Адептка Хоер, вы первая, и вам достается зомби.

Галатея вышла вперед, и перед ней появился труп с кожей, будто кукоженой, и ошметками одежды. Он ковылял к девушке, и один сильный удар рассыпал его на мелкие кусочки.

Я оказалась в списке Николаса самой последней. Все адепты быстро расправлялись с разными нежитями; в основном они были слабыми, даже до среднего уровня не дотягивали. Сил не было сдерживаться, но я старательно прятала слезы.

– И последняя, адептка Эртон! – всё так же холодно говорил он, словно я была для него чужой.

Я еле переставляла ноги, и когда вышла на середину, Николас озвучил:

– Вам достается призрачный дракон.

Мои глаза моментально округлились – нежить высшего уровня. Я перевела взгляд на Николаса, пытаясь понять, шутит он или нет. К сожалению, он не шутил. Под моими ногами содрогнулась земля, и раздался оглушительный рев, от которого я машинально закрыла уши.

Передо мной опустилось чудовище более 120 футов. Зеленое создание с большими зелеными крыльями, окутанное зеленой дымкой. В голове сразу всплыли лекции из курса. Его оружие – дыхание – напоминает призрачное пламя, электричество или кислоту, он несет в себе погибель или потустороннее проклятие.

– Это безумие! – кто-то осмелился крикнуть.

– Вы её убить решили? – подхватил кто-то еще.

Я выпрямилась, убрав руки от ушей, вытащила два меча, и они оба полыхнули красным огнем. Решительно собравшись, я была готова пойти на риск и вступить в схватку с нежитью, в которой у меня не было шансов на победу.

Призрачный дракон сделал первый выпад, ударяя сильной когтистой лапой. Удар пришелся прямо по моему телу, и я отлетела с дикой болью, как кислота, разъедающая ткань. С трудом поднимаясь с травы, я призываю мечи к себе и вижу, как блестят глаза Галатеи и Николаса. Сердце сжалось тугим кнутом, а из глаз брызнули слезы.

Я сделала глубокий вдох и закрыла глаза, призывая больше магии, направляя её в мечи. Знаю, что так быстрее израсходую магию, но не могу просто сдаться. Плевать, пусть меня убьёт, если хочет; я вернусь с того света и убью своими руками эту дрянь.

– Иди сюда, чешуйчатая тварь! – прорычала я.

Сжав рукоятки мечей так, что пальцы начали онеметь, я сделала рывок, уклоняясь от удара когтистой лапы, надрезая сухожилия на ноге. Резкий разворот, и очередной удар отбрасывает меня с невероятной скоростью в дерево, выбивая воздух из лёгких. Я начинаю кашлять, выплевывая сгустки крови на траву.

– Остановите это безумство! – испуганно кричит кто-то.

– Зовите директора, – подхватывает кто-то еще.

Я, пошатываясь, поднимаюсь, все еще откашливаясь от крови. Перед глазами начинает все плыть, и ноги подкашиваются. Большое зеленое пятно ринулось в мою сторону, а у меня уже не было сил пошевелиться. Я была готова к очередному удару, как передо мной вспыхнуло алое пламя, мощный удар, и зеленое свечение растворилось.

В ушах начало звенеть, а перед глазами стояла темнота…

Местами я слышала чьи-то разговоры, а меня все еще окружала темнота и пустота. Есть ли вообще смысл дальше бороться? Это была очередная ложь, в которую я так легко поверила. Все меня обманывают…

Вдали я увидела свет, к которому двинулась не спеша. И увидела Николаса, который стоял ко мне с протянутой рукой. На глазах тут же навернулись слезы, а сердце болезненно сжалось. Я остановилась, боясь сделать еще пару шагов, чтобы просто добежать и коснуться его. Только от одного взгляда мне становилось невыносимо больно.

– Проснись, Айлин! – просит Николас.

Я растираю дорожку из слез по щекам и качаю головой. Отпускаю взгляд на метку, которая с каждым разом становилась всё бледней.

– Проснись! – раздался громкий и грубый баритон.

Я резко распахнула глаза и села на кровати. Тело моментально пронзила острая боль, от которой я поморщилась. В ушах звенело, а перед глазами всё плыло.

– Айлин! – встревоженно подбежала ко мне девушка, её голос был таким знакомым. – Ты как? Почему не позвала нас сразу? Мы бы тебе помогли.

Я моргнула и увидела взволнованное лицо Кассандры. Она села на край кровати и осторожно вытерла мокрую дорожку слёз с моей щеки, а затем погладила её большим пальцем. От этого мне захотелось стать маленькой и слабой девочкой, просто разрыдаться.

– Всё нормально? – снова спросила Кассандра.

Я кивнула в знак согласия, и она помогла мне подняться. Со спинки стула она взяла белый тёплый халат и помогла мне его надеть, осторожно завязав пояс на талии. Обняв меня за плечи, мы не спеша двинулись.

– Прости, – вдруг сказала она. – Мы не можем полностью вылечить твои раны. Высшая нежить, против которой нет противоядия, и наши силы просто бесполезны.

– Всё нормально! – хриплым голосом ответила я.

И поняла, что не знаю, где нахожусь. Я быстро оглядела комнату: большая спальня с двуспальной кроватью, в которой лежала; вся она была сделана из темного дерева. Мебель контрастировала – белоснежная, даже свет был мягким.

– Дом Лоугана, – пояснила Кассандра, заметив мой изучающий взгляд. – Он сказал, что нам лучше побыть тут. Знаешь, как он испугался, когда начал понимать, что, опоздай он на долю секунды, ты бы не выжила. О чем ты вообще думала?

Я чувствовала вину и только опустила глаза; мне нечего было ей сказать. Стыдно ли? Не знаю.

Мы вышли из комнаты, и я увидела Николаса, привязанного к стулу; около него стояли Лоуган, Алестер и Даниэль. На открывшуюся дверь все обернулись, и я заметила пустоту в его глазах, словно он вовсе не был живым.

– Айлин! – в голосе брата было столько волнения, что я почувствовала себя жалкой. – Как ты себя чувствуешь?

– Дышу, а значит, буду жить! – устало ответила я.

Мне все еще было тяжело стоять; брат любезно подхватил меня на руки и отнес на диван, аккуратно усадив.

– Почему вы тут все? – недоумевающе спросила я.

– Лоуган позвал! – коротко ответил Даниэль, пристально рассматривая Николаса. – Скажи, ты чувствуешь между вами связующую нить?

– Нет! – дрогнувшим голосом сказала я, опуская голову.

Кассандра села рядом со мной, приобняв за плечо, и аккуратно начала поглаживать. Моё сердце замирало, когда я поднимала глаза на Николаса, и мне просто хотелось рыдать. Он не мог просто так забыть меня. У нас всё же начинало налаживаться. И что случилось?

– Хоер! – зло сказала я. – Она явно в этом замешана.

– Он словно под гипнозом, и ещё какая-то дрянь, подобие любовного зелья, – пояснил Даниэль. – Она была связана чем-то серьёзным, и разорвать это будет довольно сложно.

– Что делать будем? – спросила Кассандра, прижимая меня к себе.

Даниэль отошёл от Николаса и подошёл ко мне, схватив безцеремонно за руку и закатав рукав халата, смотрел на метку сверлящим взглядом, который стал серым.

– Дело дрянь! Времени в обрез! Тащите сюда эту Хоер, будем с ней разбираться! – рявкнул Даниэль. – Я не собираюсь терять старого приятеля, а тем более младшую.

Под ногами Лоугана вспыхнуло пламя, и он растворился. Я опустила глаза на свои руки, которые стаскивали халат, и костяшки побелели. От меня слишком много проблем. Ладно, была я только одна замешана, но страдали и другие…

– Простите… – всхлипывая, прошептала я. – Простите… всё из-за меня… Я доставляю столько неприятностей…

– Айлин… – прошептала Кассандра, у которой слёзы наворачивались на глазах.

– Сестренка, – растерянно пробормотал Алистер, не зная, как поступить и куда себя деть.

Я всхлипнула и продолжила бормотать:

– Когда я начинаю любить, всегда случается какая-то ерунда. Вот сейчас я полюбила человека, и в очередной раз он сам меня не убил. Нужно было просто позволить ему убить меня, нежели так смотреть и страдать. Это настолько невыносимо, что мое сердце разрывается.

“Нет!” – услышала я яростный крик Николаса.

Мои глаза моментально распахнулись, и я подняла их на него. Но увидела только пустоту. Игра воображения и не более. Попусту трачу время, обманывая себя.

“Я тебя люблю!” – прошептала я, не веря, что он сможет меня услышать.

– Соберись, кадет Эртон! – скомандовал Даниэль. – Ваша задача сейчас как можно скорее снять с него это проклятие!

По привычке я начала подскакивать, чтобы отдать честь, но скорчилась от боли и рухнула обратно на диван, простонав, придерживая живот. Кассандра с укором посмотрела на мужа и, цокнув языком, подошла и как зарядит ему подзатыльник. Я удивленно распахнула глаза и грустно усмехнулась.

– Ай, больно ведь! – притворно обиделся Даниэль.

– А ей не больно? – рявкнула Кассандра.

На полу появилось пламя, и из него вышел директор, держа Хоер за предплечье. Она была явно недовольна, обводя нас презрительным взглядом, и когда увидела связанного Николаса, её глаза округлились.

– Вы что, звери? Почему он связан? – опешила она.

Даниэль усмехнулся и раздраженно сказал:

– Мы звери? Разве мы опоили его какой-то дрянью? Ты хоть знаешь, что дала ему?

Даниэль был в ярости, а молчание Галатеи выводило его из себя еще больше. Плюнув на все, он подошел к ней, закатал рукав и показал метку ордена. Глаза девушки округлились еще больше.

– Ты знаешь, что это значит, и ты прекрасно понимаешь, какие проблемы у тебя будут. Поэтому я могу посоветовать рассказать нам все, ведь из-за тебя чуть не погибли два человека, – с ледяным спокойствием сказал Даниэль.

– Орден, – шепчет она, переводя взгляд на меня. – Не может быть, что ты тоже?

Я молча смотрела на нее, но Даниэль продолжил:

– Ты просто не представляешь, какую ошибку совершила! Их связь была настолько сильна, что ты не можешь себе представить. И она очень редкая, а ты за один раз смогла ее уничтожить.

Даниэль перевел взгляд на меня и кивнул. Я опустила глаза на свою руку и протянула ее, задирая рукав халата. Галатея оказалась вовсе не дурой; по ее глазам было понятно, что она совершила преступление, которое карается законами империи. И тут ее папаша со связями не поможет.

– Эту связь нельзя было разрывать!

– Я не знала! Отец сказал, что все пройдет безопасно и никто не должен был пострадать! – начала истерически кричать Хоер. – Я честно не знала, что так будет! Моя задача была – дать ему это снадобье и закрепить его, переспав с ним.

К горлу подошел ком. Слезы начали душить меня. Я подняла глаза к потолку и выдохнула. Это было слишком тяжело. Кассандра приобняла меня и положила голову на плечо.

– Айлин, не расстраивайся, все будет хорошо! – успокаивающе шептала она, пока Даниэль продолжал предъявлять обвинения Хоер. – Мы со всем разберемся! Клянусь честью крылатого генерала.

Честь для крылатых – это святое; если они не смогут выполнить клятву, то обязаны будут сдать свои мечи и отказаться от метки. Такими словами не разбрасываются…

Я поднялась, морщась, и не спеша двинулась к Николасу. Не понимаю, что мной двигало, я просто шла к нему и, остановившись, замахнулась. Я влепила ему звонкую пощечину, и на его лице остался красный след. Николас резко рванулся ко мне и оскалился, как хищник. Я в тот момент даже не дернулась, зная, что он под действием какой-то дряни.

– Ты мерзавец! Твои слова не стоят и гроша! Эта дрянь бы не подействовала, если бы ты сам этого не захотел! – я протянула руку, указывая на метку, и горько усмехнулась. – Обещал мне, что это наша связь, и ты никуда не уйдешь. Получается, солгал!

Я развернулась и не спеша пошла в другую комнату, как вдруг услышала его отчаянный крик: “Айлин!”

Мое сердце замерло. Я неспешно обернулась и в затуманенном взгляде Николаса увидела слабый проблеск того родного человека.

Глава 17

Профессор Де Каймер

Блуждая во тьме, я старался найти отголоски света, но все мои попытки были тщетными. Отсюда просто не было выхода… Сдаться сейчас я точно не могу, меня ждет мое юное дарование, и, наверное, оно волнуется.

Я усмехнулся: как могла так сильно запутаться ситуация за столь короткий срок? Помолвка с Галатеей была большой ошибкой, за которую я сейчас расплачиваюсь, блуждая в неизвестности. А мое тело где-то там, и неизвестно, что с ним происходит.

Я быстро осмотрелся, пытаясь понять, куда проще будет пойти. Вдалеке заметил слабое синеватое свечение, к которому моментально ринулся и побежал. Дыхание стремительно начало сбиваться. Я замедлился после двадцати шагов и потом вовсе остановился, приглядываясь к широкой спине мужчины. Черты были настолько знакомы, что я не мог поверить своим глазам.

– Какого черта? – выпалил я, когда силуэт повернулся ко мне и усмехнулся. Это была моя точная копия.

– Большего! – зло фыркнул мой двойник, наклоняя голову к плечу. – Ты это я, а я это ты.

Я опешил от услышанного и напрягся, понимая, что это очередные проделки семейки Хоеров. Все это не может быть правдой.

– Может! – сказал мой двойник, убирая руки в карманы черных брюк. – Истинная пара уже не наша. Связь была оборвана благодаря твоей глупости, и остается только один-единственный шанс: принять происходящее и забыть обо всем! Либо же оставаться с тонкой ниточкой, которая связывает нас. Метка почти пропала у юного дарования.

– Нет! – яростно крикнул я.

Двойник усмехнулся и покачал головой:

– Удивительно, но она тебя услышала!

И вокруг меня прозвучал слабый голос Айлин:

– Я люблю тебя!

Мое сердце содрогнулось и сжалось болезненно. Она мне нужна, и это точно! Я не могу просто так сдаться, я буду бороться до конца.

– Глупец, мы её чуть не убили! – расхохотался двойник, запрокидывая голову назад.

Я стискиваю кулаки, и рука моментально начинает полыхать синим огнем. Меня стало трясти от ярости. Я не мог этого сделать! Не мог навредить своей истинной паре.

– Призрачный дракон высшего ранга! Это было сильно. Девушка до последнего боролась и была сильно ранена, – скучающим голосом сказал он.

Я с силой стиснул зубы, ощущая, как мощь начинает вырываться наружу. Сила, которая была утрачена много веков назад. За спиной появились черные крылья, которые приходилось держать на весу, чтобы не покалечить. Крылья для дракона, как вода для рыб.

– Не горячись, малыш! Она жива, только заживление таких ран будет долгим и болезненным! – усмехнулся он и откинул длинную челку с лица. – Мы столько доставили ей проблем, что даже двух наших рук не хватит!

– Заткнись, мать твою! – рычу я и делаю быстрый выпад, расправляя широкие крылья и заводя кулак, окутанный синим огнем.

Одним взмахом руки меня окутывает воздушный поток, отбрасывая назад. Я изловчился и приземлился на ноги. Злость внутри меня закипала, ведь я так просто не собираюсь сдаваться.

– Твои бессмысленные нападки тщетны! – без интереса сказал двойник.

Я скрипнул зубами, понимая, что он прав. Как можно сражаться с самим собой, когда силы равны, и с лёгкостью можно предугадать каждое движение?

Я почувствовал сильный удар по лицу, и щека начала гореть.

– Твоя подружка тебя очень сильно любит! – хохотнул двойник. – Она знает, что мы спали с Галатеей. Жаль, что выбор пал на другую сторону, ведь она такая горячая.

Тело моментально похолодело, по спине пробежали мурашки. В голове крутилось: "Она знает, она знает…"

"Айлин!" – отчаянно кричал я мысленно, стискивая кулаки всё сильнее.

– Да, пошел ты! – рявкнул я.

– Тише, ваша связь с ней разорвана, незачем так орать!

Нашу связь не так просто разорвать; она моя истинная пара, которая всегда будет рядом, несмотря ни на что. Я буду бороться до самого конца.

Я сделал быстрый выпад, и наши силы моментально столкнулись, озарив темное пространство ярко-синим цветом.

Глава 18

– Что происходит? – нервно вырвалось у меня, когда за спиной Николаса распахнулись широкие крылья.

Я обернулась к присутствующим, но все застыли в молчаливом ожидании, глядя на профессора. Внутри меня начало нарастать напряжение, а мышцы напряглись, вызывая болезненные ощущения от ран.

Тело Николаса начало покрываться синим пламенем. Я уже не понимала, что происходит. Кто он такой? Я догадывалась, что он какое-то существо, раз смог наградить меня меткой. Мои глаза округлились, и я поняла, на кого он больше всего похож…

Он дракон…

– Дело дрянь! – выпалил директор. – Айлин, отойди. Даниэль, Кассандра и Алестер, нужна защитная стена, чтобы не дать ему возможности полностью превратиться.

Вокруг Николаса собрались остальные и, закрыв глаза, что-то шептали. Я медленно двигалась к этому проклятому дивану, на который рухнула и простонала от неприятных ощущений. Всё вокруг казалось таким ненастоящим, словно это был страшный сон. Галатея нервно дернулась, стараясь высвободиться из охапки директора, но он держал её стальной хваткой. Тогда девушка просто залилась слезами, наблюдая за последствиями, которые сама и сотворила.

– Отпустите меня! – всхлипывая, просит она. – Я не хочу больше на это смотреть! Мне страшно!

– Знаешь, что самое страшное? Когда обрывают нить истинного! – холодно сказал Лоуган, не сводя взгляда с Николаса. – А ещё хуже, когда делают подлянки моим старым друзьям.

Я опустила глаза на свою левую руку и поняла, что и следа от тату не осталось. Из глаз потекли слёзы. Я судорожно начала задирать рукав, но там не осталось ни единого напоминания.

Нет, нет, нет… Пожалуйста, нет! Только не сейчас. Не может быть! Она не должна была исчезнуть!

Сердце замерло, а внутри нарастала паника. Я судорожно задирала рукава, осматривая то одну, то другую руку, но ничего не было. Я закрыла рот рукой, стараясь заглушить всхлипы. Заглянув в синие глаза Николаса, я увидела, что они остаются пустыми и безжизненными.

– Адептка Эртон, успокойся! – приказал директор академии Рейден.

Как я могу успокоиться? Как? Метка пропала! С Николасом непонятно, что происходит! Я его больше не чувствую! Как я могу? Ведь моя сила жизни была в нем! Только благодаря ему я поверила, что я не просто мешок с мясом, а человек, который тоже может любить.

– Дитя мое! – шепчет старушка и осторожно кладет мне руку на плечо. – Мне очень жаль!

– Что это значит? – тихо спрашиваю у нее и поворачиваю голову в ее сторону.

Она оставляет мой вопрос без ответа и, шаркая ногами, подходит к Николасу. Старушка опускает руку ему на голову и закрывает глаза, что-то бормоча себе под нос.

Крылья Николаса исчезли, пламя стихло, и тогда он моргнул, приобретая привычные черты лица. Его лицо было бледным и измученным; профессор непонимающе осмотрел Даниэля, Кассандру и Алистера.

– Что здесь происходит? – хрипит он, дергаясь и понимая, что связан. – Что за чертовщина?

Даниэль кинулся его развязывать, а старушка подошла ко мне и положила руку на живот. Вновь прикрыв глаза, она что-то шептала. Я чувствовала тепло, и боли уже не ощущала. Дыхание у меня выровнялось, и я смогла вздохнуть с облегчением.

– А это кто? – спросил Николас, потирая запястье и оглядывая меня с презрением.

Мое сердце снова сжалось, а горло стянул тугой спазм. Я перевела взгляд на старушку, и она прошептала:

– Только так могла его спасти, разорвав окончательно вашу связь.

Я на мгновение прикрыла глаза, и по щекам потекли горячие слезы. Кивнула головой и, поднявшись, сказала дрожащим голосом:

– Я адептка Эртон, профессор Де Каймер, недавно присоединилась к первому курсу.

– Что вы тут делаете, адептка Эртон? – раздраженно спросил он.

Его слова причиняли столько боли, что я закусила щеку изнутри, стараясь сдержать слезы. Алистер подошел ко мне и, приобняв за плечо, наигранно сказал:

– Это моя сестренка, которую я так долго искал.

Я твердила себе, что должна быть сильной. Как бы мне ни было тяжело это слушать, я обязана справиться со всем.

Натянув на себя улыбку, я попросила Алистера:

– Я хочу в свою комнату!

Брат понимающе кивнул, и под его ногами вспыхнуло пламя, охватывая нас. Я напоследок бросила беглый взгляд на Николаса, и мне стало как-то радостно, что с ним все в порядке. А что? Я потерплю.

***

Я провела в своей комнате безвылазно минимум три дня. Мне не хотелось ни есть, ни видеть кого-либо. Я закуталась в одеяло и постоянно спала.

– Адептка Эртон! – рядом с моей кроватью раздался грубый мужской баритон.

Неохотно я вылезла из-под своего укрытия и взглянула в фиолетовые глаза директора, который пришёл с каким-то свёртком в руках. Я поморщилась и села на кровать, как тут же мне на колени упал этот свёрток.

– Что это? – хрипло спросила я.

Директор недовольно скрестил руки на груди и сообщил:

– У тебя есть пять минут, чтобы собраться! Отказа не приму!

– Но… – начала я возмущаться, но меня резко перебили:

– Бегом!

Я вылезла из кровати и, прижимая к груди свёрток, направилась в ванную. На скорую руку приняла душ и, закутавшись в полотенце, подошла к зеркалу, глядя на своё отражение. Как же я жалко выгляжу. Под глазами залегли синяки, и они опухли. Бледная кожа, как у привидения.

Глубоко вздохнув, развернула свёрток, который бросила на пол, и достала оттуда красивое синее платье, напоминавшее мне цвет глаз Николаса. Я закусила нижнюю губу, чтобы вновь не разрыдаться.

Быстро переодевшись, я ещё раз взглянула на себя в зеркало. Это платье оголяло плечи, открывая ключицы и подчёркивая грудь, а белые рюши добавляли женственности. Корсет утягивал талию, скрывая все недочёты фигуры. Волосы, огненно-рыжие, я распустила, они волнами струились по плечам и спине.

Я вышла не спеша из ванной. Директор стоял у окна спиной ко мне, смотрел куда-то вдаль и не сразу заметил, что я вышла. Неслышно подойдя к нему, я встала рядом, скрестив руки на груди. В этом платье мне было некомфортно, так как я никогда не носила настолько открытые и красивые наряды.

– Куда мы идем? – тихо спросила я.

– Скоро все узнаешь! – сказал Лоуган, поворачиваясь ко мне и внимательно оценивая, как сидит на мне платье. – А тебе очень идет, почаще надевай такие наряды.

Я натянуто улыбнулась, и директор указал жестом на дверь. Я не спеша последовала к двери и толкнула ее, как вдруг мое сердце ухнуло в пятки. Галатея стояла с сумками, и ее обнимал Николас, успокаивающе поглаживая волосы.

В мое сердце словно вонзили тысячи кинжалов, которые медленно и не спеша прокручивали по очереди. Я судорожно сглотнула, стараясь не разреветься так позорно перед ними.

Директор остановился за мной и, приобняв за талию, притянул к себе. Я удивлённо взглянула на него и тихо спросила:

– Зачем?

– Стараюсь для твоего блага, чтобы Николас вспомнил тебя.

– Не возможно! – шепчу я.

Лоуган пожал плечами и усмехнулся, громко оповестив всех присутствующих в коридоре:

– Думаю, нам пора спешить, а то карета уже прибыла.

Краем глаза замечаю, как Николас выпускает из объятий Галатею и смотрит на нас. Моё сердце тут же начинает биться сильнее, дыхание перехватывает, а щёки наливаются стыдливым румянцем. Чувствую себя пойманной на измене.

Я коротко киваю головой и не спеша беру директора под руку, и мы начинаем двигаться по коридору. На своём затылке чувствую сверлящий взгляд, и мне хочется обернуться, чтобы ещё раз взглянуть на него, но силой заставляю себя этого не делать.

– Глупая затея, – раздражённо говорю.

– Не думаю, просто нужно дать ему толчок, чтобы он смог вспомнить тебя, – пояснил он. – И плевать, что сказала эта старуха. Я думаю, что связующую нить невозможно разорвать. Даже если это случается, ее частицы можно соединить воедино, только нужно найти правильный подход. Я, конечно, этому не рад, потому что ты мне нравишься как девушка.

– Что? – опешила я и, запнувшись, чуть не упала на пол. Если бы директор не поддержал меня, наверное, уже валялась бы.

– Я не пойду против твоей воли и не стану тебя переубеждать, так что можешь не беспокоиться за свою честь! – поспешил успокоить меня Лоуган.

Я закатила глаза и недовольно фыркнула:

– Еще бы!

Лоуган продолжил вести меня и спросил:

– Раны тебя больше не беспокоят?

– На удивление нет. Я думала, что долго проваляюсь в кровати с ними.

Со всей этой историей у меня из головы вылетело, что я сюда приехала на задание, которое мне выдал главнокомандующий. С меня сдерут три шкуры. Прекрасно! Просто превосходно!

Мне нужно загрузить себя работой, чтобы отвлечься от Николаса. Я так и ничего не смогла узнать. У меня появилась необходимая информация, но ее недостаточно, чтобы вычислить нужного преступника.

Покинув ворота академии, я спросила:

– Я так полагаю, что убийства больше не происходили?

– Нет! Преступник решил затаиться или собрал все необходимое и выжидает время, чтобы нанести новый удар.

Лоуган открыл передо мной дверцу кареты и подал руку, чтобы я забралась. Я вложила подрагивающие пальцы в его раскрытую ладонь и забралась в карету. Усевшись, директор сел напротив, откинувшись на спинку, и карета не спеша двинулась, скрипя колесами.

Отодвинув ставни, я смотрела на проплывающие мимо деревья и ели. Пристально наблюдая за ними, я чувствовала, как на душе становится всё хуже. Тишина давила на уши, а погода изменилась и стала хмурой, будто вот-вот пойдет дождь.

Тяжело вздохнув, я закрыла ставни и, повернувшись, заметила изучающий взгляд Лоугана. Он протянул:

– Ты такая красивая, а значит, такие девушки не должны грустить!

Я грустно улыбнулась и прошептала:

– Ваша метка снова активизировалась…

Лоуган украдкой улыбнулся и покачал головой.

– Метку сняли еще вчера, пока ты была без сознания. Она доставляла тебе столько дискомфорта, что я решил не мелочиться и быстро снял ее, пока метка Николаса до конца не пропала, – пояснил директор.

Разговаривать мне вовсе не хотелось, а упоминание о Николасе только заставило кровоточить мои раны еще сильнее. Я опустила глаза и стиснула переплетенные пальцы на коленях.

– Спасибо, – тихо поблагодарила.

– Не боишься, что пойдут сплетни, будто мы с тобой в отношениях? – невозмутимо спросил директор.

Я отрицательно качнула головой и устало сказала:

– Мне всё равно. Я закончу задание и уеду, так что меня больше никто не найдёт.

Лоуган подался вперёд, взял моё лицо горячими руками за подбородок, требовательно приподнял, удерживая, смотрел мне в глаза и хрипло спросил:

– Ты так легко можешь сдаться? Не пытаясь бороться?

– Нет уже за что бороться! Всё пропало… – прошептала я, и на глазах навернулись слёзы.

Лоуган отпустил мой подбородок, переместил руку на щёку и осторожно вытер мокрую дорожку от слёз. Я осторожно отстранилась и прошептала:

– Не нужно…

Карета остановилась. Лицо Лоугана выражало раздражение. Он дёрнулся, отстранился, вышел из кареты и протянул мне руку, помогая выйти. Я подняла глаза на большое здание из бежевого мрамора. Большие окна были занавешены синими шторами.

– Ресторан, в котором мы с тобой поужинаем, – спокойно сказал Лоуган, убирая руки в карманы брюк.

– У меня всё равно нет выбора, поэтому просто пойдём!

Сил на спор у меня не было.

Лоуган протянул мне локоть, который я приняла, свободной рукой подбирая длинный и пышный подол платья, и начала подниматься по лестнице. Я старательно держала осанку, чтобы не доставлять директору неудобства, будто он привел невоспитанную девушку.

Двери перед нами распахнули два мужчины и низко поклонились, уведомляя нас:

– Лорд Уэйнрайт, ваш столик готов в общем зале, все, как вы и просили.

Мы вошли в зал в сопровождении одного из официантов, и многочисленные взгляды устремились в нашу сторону, отчего мое сердце замерло и начало биться быстрее.

Почему они так на нас смотрят? Мне было настолько некомфортно, что я невольно поежилась. В зале было много красивых девушек, которые с обожанием и восхищением смотрели на Лоугана, которому не было дела до посторонних. Сейчас его волновал только тот факт, что я иду с ним рядом.

Наш столик был у окна. Лоуган отодвинул для меня стул с высокой спинкой, отделанный каким-то дорогим материалом. Я осторожно села, директор аккуратно развернул белую салфетку и положил мне на колени, легко улыбнулся и занял свой стул.

– Какое красивое место! – прошептала я, осматриваясь по сторонам. – Никогда тут раньше не была.

Лоуган улыбнулся, откинувшись на спинку стула, и довольно сказал:

– Наслаждайся, Айлин.

Я натянуто улыбнулась, пока официанты старательно расставляли различные блюда на столе. Не обошлось и без двух бокалов и бутылки дорогого красного вина.

– Насколько помню, вы состояли в отношениях с одной из Хоер. Почему именно меня пригласили в это место? – спросила я, наблюдая, как Лоуган наполняет бокалы.

Уголки его губ слегка приподнялись, и он пояснил:

– У нас с ней не было брака, я не рассматривал ее в качестве невесты. Мы просто договорились о свободных отношениях.

Лоуган закончил разливать вино и положил на мою тарелку большой кусок мяса с овощами. Пахло безумно вкусно, и во мне сразу проснулся аппетит.

– Ваша пассия думала совсем иначе, она считала, что вы сделаете ей предложение! – заметила я, беря в руки вилку и нож.

Отрезав небольшой кусок, я быстро отправила его в рот и жевала не спеша. Мясо было таким нежным и вкусным, что на мгновение я прикрыла глаза. Прожевав, сказала:

– В академию бы таких поваров, тут безумно вкусно готовят.

Лоуган молча пил вино, наблюдая за мной, скрывая легкую улыбку за бокалом. Я подняла на него глаза, сморщила нос, и мне так хотелось показать ему язык. Мысленно усмехнувшись, я поняла, что веду себя как маленький ребенок, которому не хватало любви и заботы от мамы с папой.

– В моей академии, безусловно, готовят тоже превосходные блюда! – возразил Лоуган и сделал еще один глоток.

Я с укором взглянула на него и спросила:

– Ты хоть сам ел в академии? Организуй хотя бы раз в месяц ужин с изысканными блюдами, чтобы у адептов был стимул жить и учиться, а не выживать.

Лоуган неслышно рассмеялся, чему я была весьма удивлена, и, нахмурившись, спросила: