Текст книги "Адептка под прикрытием. Проклятие феникса (СИ)"

Автор книги: Александра Харпер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц)

– Вы уже уходите?

– Да, мне нужно идти, я получила всю необходимую информацию. Большое спасибо за чай. Также прошу прощения за то, что пришлось разворошить старую рану.

Покинув дом, я направилась к следующей семье жертвы. В душе стало настолько мерзко, что им приходится вновь переживать все те события, с которыми они только научились жить.

Я закусила щеку изнутри, потому что мне не давала покоя та самая незнакомка, которая появлялась в их рассказах и на которую все собирались жениться. Есть ли смысл говорить с родителями третьей жертвы? Я более чем уверена, что они скажут, что сын собирался жениться на девушке. Подняв глаза, я увидела двухэтажный особняк; всё в нём было с большим размахом. Я подошла к большим воротам с пиками на наконечниках и судорожно сглотнула, лишь бы меня на эти пики не насадили. Во двор выглянула пожилая женщина, и, шаркая ногами по плитке, подошла ко мне и спросила скрипучим голосом:

– У вас назначено?

– Нет! – опешила я.

– К сожалению, леди не принимает без записи.

Пожилая женщина развернулась и, подергивая ногами, вернулась в дом.

– Подождите, у меня всего один вопрос про Эдмунда, – выпалила я. Служанка остановилась и не спеша повернулась.

– Леди не хочет видеть людей, которые погубили её сына, и отвечать на вопросы она не станет! Убирайтесь!

Я закусила щеку изнутри и развернулась. На противоположной улице стояли два тёмных силуэта в мантиях; по коже пробежала волна ужаса. Они следят за мной? Или за домом?

Обхватив руками, я двинулась по дороге, на всякий случай обернувшись, но на противоположной улице не было никого. Что, черт возьми, это было?

Я вернулась в академию уже ближе к ночи. Сил просто не осталось ни на что. Допрос с родителями жертв настолько вымотал меня, что в голове сидело – во всех этих историях была замешана девушка, хоть во всех случаях она имела разную внешность. Что касается последнего дела, было, конечно, не совсем понятно.

Упав на кровать, я просто хотела уснуть и ни о чём не думать…

Глава 7

Я проснулась посреди ночи и слышала чьи-то голоса. Моргнув, я поняла, что уснула в форме, и голоса, которые я слышала, на самом деле были лишь сном. Поднявшись, я направилась в ванную, чтобы умыться и привести себя в порядок. Вдруг раздался крик, от которого кровь стыла в жилах.

Я моментально ринулась к дверям и босиком выбежала в коридор. В коридоре было пусто, даже те самые горгульи, которые охраняли адептов, валялись, разорванные на мелкие каменные глыбы. Что тут происходит?

Вдруг раздался оглушительный вопль с противоположной стороны. Я резко обернулась и ринулась в ту сторону. Сердце бешено стучало, дыхание сбивалось, ноги почти не чувствовали холода от бетона. За поворотом я внезапно остановилась, замерев, и распахнула от ужаса глаза.

– Какого черта? – выпалила я.

Все стены были покрыты кровью и мозговой жидкостью, а внутренности раскиданы по углам. К горлу начала подступать тошнота, и я машинально прикрыла рот рукой. Свободной рукой схватилась за стену, едва стоя на ватных ногах.

С предыдущими жертвами не было мясорубки. Почему тогда с этой жертвой так? Что вообще, черт возьми, происходит в этой проклятой академии? Убийца решил изменить способ убийства?

Я не сразу заметила перед растерзанным телом девушку с русыми волосами, которая тихо что-то напевала. По коже пробежали мурашки; мое благоразумие кричало бежать отсюда, но кадетская подготовка говорила мне обратное. Я не спеша пошла по залитому полу; кровь была еще теплой, липкой.

– Что… ты тут делаешь? – нервно спросила я, медленно шагая, стараясь не поскользнуться на полу.

– Хотел бы вас обоих спросить об этом же? – с ледяным спокойствием сказал профессор Де Каймер, который появился непонятно откуда.

Твою ж! Вот почему опять он? Судьба или карма? Скорей всего, он дьявол, который решил меня отправить на тот свет и сейчас делает для этого все попытки.

Профессор стоял в непривычно спокойной позе, руки убраны в карманы черных брюк. Белая рубашка была с следами красной помады, мои глаза округлились, а щеки налились краской. Рубашка была застегнута неправильно, что придавало ей помятый вид. Растрепанные иссиня-черные волосы только подтверждали, что он коротал это утро с женщиной, а может, и не с одной – черт его знает.

В голове зазвенел голос старухи: “Две метки!”

– Я… – начала я, но запнулась.

Неужели вторая метка от него? Но когда он успел?

Я стояла и смотрела на него, искренне не понимая, зачем он это сделал. Профессор подошел ко мне, и его глаза были злыми. Его странное переменчивое настроение настораживало. Он поднял руку, чтобы коснуться меня, но я моментально отшатнулась.

– Адептка Эртон, мы с вами побеседуем в кабинете директора о вашем поведении и нарушении правил академии, – холодно сказал профессор Де Каймер.

Профессор смерил меня презрительным взглядом. Я закусила щеку изнутри, надеясь, что мне не придется стоять перед директором и оправдываться.

– Но… – только начала я, как глаза мужчины переместились за мою спину.

По телу сразу пробежал холодок, мне стало не по себе, и я резко обернулась. Девушка, сидевшая на полу, стояла передо мной, вся измазанная кровью. Глаза были полностью черными, как у демона. Руки пылали черным огнем, она смотрела на меня диким взглядом.

– Это ты! – шипела она, как змея.

Я напряглась, начиная призывать магию. Профессор резко схватил меня за запястье. Обернувшись, я увидела, как его зрачки моментально расширились. Какое-то время он смотрел на меня, даже не моргая. На мгновение мне показалось, что и в него вселился бес.

Мужчина шагнул вперед, закрывая меня широкой спиной и выпуская мою руку из охапки. Я подняла глаза, сверля его между лопаток, ощущая до сих пор жар его ладони.

Профессор вытащил руки из кармана, призывая синее пламя, которое начало окутывать его. В голове вновь что-то щелкнуло. Он стихийник! Это запрещено законами империи! Только императорская семья может обладать такой силой! Я смотрела на сильного мужчину с широкими плечами. Кто же он на самом деле?

Профессор Де Каймер резко сделал выпад, стараясь как можно ближе подойти к девушке. Вдруг донесся крик, полный боли и отчаяния. Что делать? Если она нападёт, пострадает обладатель тела; нельзя исключать тот факт, что она может погибнуть. Есть ли возможность достучаться до самой девушки?

– Нельзя травмировать её! – воскликнула я.

Это всего лишь мои предположения, но на её шее есть едва заметная метка. Возможно, она контактировала с другими адептами, и у каждой теперь она есть. Даже не удивлюсь, если она окажется и у меня.

– Что ты несешь? – шипит профессор и ловко уклоняется от черного шара, который незнакомка с любезностью запускает в него.

Я закусила нижнюю губу и начала перебирать варианты. Ничего не помню о том, как можно минимизировать риски, чтобы никто не пострадал.

– Если она пострадает, пойдет цепная реакция! И тогда пострадает в два… нет, в десять раз больше людей. Вы вообще как планируете отчитываться перед императором о массовой гибели адептов?

Профессор Де Каймер вскинул руки, и вокруг нас возросла огненная стена. Он не спеша начал приближаться ко мне. В груди появилось странное ощущение дикого страха. Его глаза горели синим цветом, а зубы были плотно сжаты, так что на шее ходили желваки.

– Вот же догадливая стерва! – прошипело существо, которое сидело в незнакомке. – Я тебя уничтожу первой!

Я ощутила резкую боль в области шеи и машинально схватилась за нее. Ноги подкашивались, и я просто рухнула, даже не заботясь о том, что могут появиться синяки. Профессор ринулся ко мне, схватил за плечи и встряхнул. Его губы шевелились, но звон в ушах застилал все звуки.

Стоя на поляне с высокой травой, я оглянулась по сторонам и заметила старый замок, в котором жила с родителями и старшим братом. Я тут же помчалась к дому и резко замерла. Мама стояла и кричала на маленькую меня.

– Что ты тут вообще забыла? Ты должна сидеть в своей комнате и не высовываться! Что за непослушная девчонка? – кричала она, а я стояла и размазывала слёзы по своему лицу.

На тот момент мне было около пяти лет, и я не понимала, почему мама так меня ненавидит. Моё сердце начинало кровоточить, и я была готова разрыдаться от увиденного.

Мама была настолько красивой, но я не походила ни на кого. Огненно-рыжие волосы она всегда стригла, как мальчику, хотя я просила оставить их длинными и красивыми.

– Бегом в дом, пока тебя никто не увидел! – орала она и тащила меня за собой. Я всячески упиралась и старалась выдернуть руку из её, хотя после этих попыток на запястьях оставались синяки.

Отшвырнув меня, как ненужную вещь, в коридор, она даже не беспокоилась о том, что я могу удариться. Матери всегда было на меня плевать. Она заботилась только о моем старшем брате. Алистер всегда был ее гордостью и любимым сыном. Я смотрела, как она готовила ему вкусную еду, а мне доставались объедки, и то если я вела себя хорошо. Когда я не слушалась, меня избивали и оставляли голодной. Никогда не понимала, зачем она меня рожала, если я была ей не нужна. Отец боялся ко мне подходить и обвинял во всем маминых предков, говоря, что они виноваты в том, что она родила такого выродка, как я.

Родители думали, что я умру от голода, даже пытались продать меня как маленького ребенка в дом удовольствия или какому-то богатому лорду, чтобы я удовлетворяла все его прихоти. Когда я стала старше, у меня начала появляться магия, которую родители блокировали какими-то снадобьями, добавляя в еду или воду.

Я со стороны наблюдала, как со мной безжалостно обращались. На глазах наворачивались слезы, и мне просто хотелось спалить этот проклятый дом и все плохие воспоминания. Я не заслуживала такого обращения из-за этой проклятой метки, которой меня одарили.

Горячая ладонь коснулась моего лица, и я подняла глаза, наполненные слезами. Мое тело сотрясала крупная дрожь. Перед собой я увидела профессора Де Каймера, который заботливо придерживал меня за плечо и вытирал слезы, текущие по щекам.

– Все хорошо, – шепчет он. – Все закончилось.

Но странное тепло под лопаткой начало пульсировать. Я увидела директора, который одним ловким движением коснулся незнакомки, и их окутало алое пламя. Девушка кричала и неистово билась, пока из ее рта не пошел черный и густой дым, который быстро исчез.

Директор медленно повернулся и взглянул на меня; его фиолетовые глаза приобрели более яркий оттенок. Метка на моей коже начала сильнее пульсировать, а мои глаза округлились.

– В мой кабинет! – рыкнул он, подхватывая бессознательное тело девушки.

Я все еще стояла в объятиях профессора Де Каймера, когда под моими ногами вспыхнуло синее пламя, и я моментально начала проваливаться в синюю пучину, четко ощущая горячие руки Николаса.

Перемещение длилось недолго, и мы оказались в большом кабинете директора. Я высвободилась из кольца рук профессора и отошла на безопасное расстояние. Плотные темно-алые шторы были закрыты. На столе лежала аккуратная стопка бумаг, вдоль стены стоял большой шкаф с различными книгами.

– Адептка Эртон! – рычит глава учебного заведения Рэйдон. – Что вы делали в коридоре ночью? – влетая в кабинет, прорычал мужчина, прямиком направляясь к своему столу и резким движением сел за него.

Я села на стул и опустила голову под пристальным взглядом двух мужчин. Они терпеливо ждали моего ответа; у меня было два варианта: рассказать им всю правду или продолжать молчать.

– Вы решили с нами в молчанку поиграть? – нетерпеливо проревел профессор Де Каймер.

Я неуютно поежилась и стиснула переплетённые пальцы на коленях так, что костяшки побелели, судорожно пытаясь сглотнуть ком в горле. Что мне делать? Рассказать не могу, и молчать тоже. Попробовать поговорить с директором наедине? Ведь он должен знать, что происходит в его академии.

Вздернув подбородок, в груди появился странный трепет. Я заглянула в фиолетовые глаза директора, который шумно втянул воздух, подскочил со своего стула, который со скрипом отъехал, накренившись и упав на пол с глухим звуком. Директор упёрся руками в столешницу и наклонился ко мне.

– Даю вам последний шанс во всём сознаться, адептка, или мне стоит вызвать орден, чтобы они залезли вам в голову и достали всю необходимую информацию?

Вот какого черта я попала в настолько глупую ситуацию?

– Делайте, как считаете нужным! – только и сказала я.

Директор Уэнрайт щелкнул пальцами, и появился небольшой огонёк, который, подброшенный в воздух, исчез. Всё казалось настолько странным и наигранным, будто они специально устроили этот спектакль. Не может быть, чтобы сам директор не знал, кого отправили на расследование.

Я исподлобья смотрела на двух мужчин и не понимала: либо они не знают, кто я, либо они хорошо играют свои роли.

Дверь тихо открылась, и раздался недовольный женский голос:

– Лорд Уэнрайт, что за срочность? Почему вы нас дергаете?

Голос показался мне знакомым, и я обернулась. Когда увидела Кассандру Кэрроу, одну из первых крылатых генералов. Красивую девушку с длинными чёрными волосами и выразительными карими глазами. Девушку, которой я восхищаюсь. Она не побоялась пойти против закона и вышла замуж за другого генерала, хотя это было под смертельным запретом.

Кассандра отпустила глаза и удивленно взглянула на меня. Ошарашенно выдала:

– Айлин, а ты здесь что делаешь? Что происходит?

– Адептка Эртон была замечена на месте преступления! – пояснил директор.

Я опустила виноватые глаза. Кассандра подошла ко мне, положила руку на плечо и сжала его.

– Вы оба совсем рехнулись? – зло сказала она. – Ладно, Лоугуан не знает её в лицо, но ты, Николас, сам помогал ей при переходе! Совсем уже заигрался со своими бабами, что память отшибает?

Я вскинула голову и уставилась на профессора Де Каймера. Значит, это был он! На первой встрече – мужчина в мантии. Когда он коснулся меня в комнате… Это не просто совпадение.

От несправедливости мне захотелось расплакаться. За что они так со мной? Что я им плохого сделала?

В глазах Николаса появилась горечь и сожаление, тогда он решил начать говорить:

– Айлин… – запнулся он. – Адептка Эртон, я могу всё объяснить!

Я отвела голову и покачала ею отрицательно, тихо попросила Кассандру:

– Я хочу оставить это задание и покинуть академию как можно скорее! Всё это время меня держали за дуру!

– Айлин… – тихо прозвучал голос Николаса с болью и отрешенностью.

Кассандра, ощутив мою растерянность, заговорила мягче:

– Ты ведь понимаешь, что это всего лишь недоразумение?

Глава 8

Профессор Де Каймер

Я ощущал себя полным дураком в глазах Айлин, ведь она стала не просто девушкой или адепткой за столь короткий срок. Она стала всем для меня, я дышу только ею одной. Хотя я и пытался забыться в чужих объятиях, другие женщины были мне противны, я не мог испытывать то, что испытываю к ней.

Первая встреча у этого портала, когда я почувствовал лёгкий запах пряностей с молоком, вскружила мне голову так, что я был готов накинуться на неё и сорвать всю эту чертову одежду. Я всячески старался сдерживаться и держаться подальше, но она всегда появлялась передо мной, и я хотел её всё больше. Поцеловав её против своей воли, я понимал, какие будут последствия. Просто я этого хотел. Хотел, чтобы она стала моей, несмотря ни на что.

Да, я поступил глупо и опрометчиво по отношению к ней, когда увидел её на месте преступления. Я думал, что разорву кого угодно, если узнаю, что она ранена. Когда она узнала, что я изначально знал, кто она, я ощутил широкий спектр эмоций. Айлин была разочарована настолько, что ненависть с этим не может сравниться.

– Никлас, почему ты сейчас ведёшь себя как безмозглый огр? – рычит на меня Кассандра. – Что за выходки ты устраиваешь? В первый раз вижу, чтобы курсант готов принять позор, лишь бы выбраться из этой академии!

Я стиснул кулаки. Чтобы меня отчитывала какая-то девчонка? Да, я сам прекрасно понимаю, что виноват и наделал глупостей! Повёл себя как сопливый пацан!

– Не лезь, мы с Айлин сами разберёмся! – вырвалось у меня.

Кассандра скрестила руки на груди и с презрением рявкнула:

– Ты ей никто! Не брат, не сват! Так что держись от неё подальше! Только узнаю, что ты к ней приблизился, порву на куски, и твоё грязное бельё полезет наружу, и тебя будут преследовать долго! Да, сводный братик?

Я стиснул зубы, мелкая стерва. Она решила меня шантажировать. Знает, чего я опасаюсь больше всего. Я поднялся со своего места и, обойдя стол, приблизился к ней.

– На ней моя метка! – прошипел я. – Я встретил истинную пару!

Кассандра схватилась за голову и начала мерить мой кабинет шагами, оттягивая волосы. На её лице было столько эмоций, что я даже сам поразился такому спектру.

– Николас, ты дурак! Ты знаешь, что на ней есть ещё одна метка? Как ты мог поставить ей ещё одну? Ты совсем ополоумел? Бедная девочка! Ты знаешь, что может произойти, если сопоставить две метки друг с другом? Они могут уничтожить носителя! Если не снять одну из них! – воскликнула она. – Ты хоть понимаешь, что ты натворил? Я даже не представляю, что сейчас с ней происходит! Если она узнает, что на ней две метки, то может использовать их против друг друга.

Кассандра остановилась и смотрела в одну точку. Я понимал, что меня не просто остерегают, но и указывают на серьезные последствия, о которых я не задумывался. Однако внутренняя борьба с собственными сомнениями заставила меня замереть на месте, как будто я оказался в ловушке.

– Я… я знал, – пробормотал я, чувствуя, как страх сжимает мне горло. – Но ничего не мог поделать с этим. Она мне нужна!

– Лучше?! – завопила она, снова начиная мерить шагами. – Ты думаешь, она способна справиться с тем, что ты наделал? Это не просто игрушки, Николас! Эти метки – это магия, и она разрушает всё на своём пути. Ты не можешь быть таким легкомысленным.

Кассандра замерла у окна, глядя на улицу, где вечернее солнце отбрасывало длинные тени. Я видел, как её лицо вдруг стало более серьезным.

– Нам нужно немедленно остановить это, иначе последствия будут катастрофическими, – произнесла она, обращаясь ко мне с решимостью, которая наполняла воздух напряжением.

Я подошел к сводной сестре и схватил её за плечи, встряхнув, заставляя посмотреть на себя. В её взгляде было презрение.

– Я же сказал, что решу этот вопрос! Лучше пусть она остаётся в неведении! Пока она не примет мою метку и мои чувства, она будет неактивна, – заверил я её.

– А если она не примет? – жалостливо спросила она.

Я натянуто улыбнулся и сказал:

– Ты сама прекрасно знаешь, что будет!

Кассандра обняла меня, и на душе стало как-то тепло и спокойно. Сейчас мне точно не хотелось думать обо всём этом. Я медленно подходил к ней, чтобы она не боялась и смогла принять меня. Но контролировать себя я долго не смогу.

– Помогать я тебе не стану! Сам заварил эту кашу, вот тебе и расхлебывать! – фыркнула она и отстранилась.

Я рассмеялся.

– Есть просьба: только не говори ей о метке!

Она кивнула, заправила выбившуюся прядь за ухо и спросила:

– Как ты собираешься найти того, кто поставил ей метку?

– Я, возможно, его нашёл. Вопрос остаётся в другом: как её снять? Сейчас я занимаюсь этим вопросом!

Кассандра изучала меня с недоверием. Я понимал, что доверия не заполучить одним словом, и любые попытки убедить её могли вызвать лишь ещё большее недовольство. Тем не менее, эта метка – не просто тёмное пятно на её душе; она могла причинить ей боль, и я не мог бездействовать.

– Ты не понимаешь, – сказала она, обнимая себя. – Это не просто магия. Метка может привязать человека к хозяину, а избавиться от неё бывает почти невозможно. Ты уверен, что знаешь, что делаешь?

Я кивнул, хотя сомнений было больше, чем ответов. В моей голове возникали образы жутких ритуалов и тёмных заклинаний, но сейчас задача была ясна: разорвать эту цепь.

– Я должен попробовать, – произнёс я решительно.

Кассандра посмотрела на меня с тревогой, но я почувствовал, что не могу отступить. Метка была угрозой, и я не мог позволить этому злу продолжать существовать. В глубине души я надеялся, что мой план сработает, и страх исчезнет, как только я сделаю первый шаг к её освобождению.

Глава 9

Вернувшись в свою комнату, я села на кровать и закрыла лицо руками. Крупная дрожь сотрясала всё тело. С ужасом осознала, что профессор Де Каймер изначально всё знал. Как он смог так просто всё провернуть, чтобы я не заметила и не поняла ничего? Чувствую себя абсолютной дурой.

Я хочу сама довести это дело до конца. Только из-за всего случившегося, оставят ли меня? Почему во мне столько сомнений? В одно время мне хочется остаться и продолжить расследование, а в то же время хочется сбежать, чтобы больше не видеть никого.

Стремительно подскочив с кровати, я начала ходить из стороны в сторону. Прикусывая нижнюю губу, я вдруг вспомнила поцелуй с Николасом, такой требовательный и настойчивый; щеки горели от смущения. Я резко села на пол, хватаясь за голову. Айлин, о чём ты вообще думаешь?

Поднявшись, я подошла к столу и вытащила из ящика личные дела. Начала смотреть на них и почувствовала себя ужасно, что, как последняя трусиха, предпочла сбежать.

Я прикусила щеку изнутри, не зная, как правильно поступить: спасти себя, поставив свою жизнь под угрозу, или сбежать и стать изгоем среди крылатых. Плюнув на всё, я пошла в душ, чтобы смыть с ног кровь, которая давно уже засохла. Включив горячую воду, стало так тепло, будто с ней уходили все мои беспокойства. Но на душе всё равно было неспокойно. Меня терзали смутные сомнения: смогу ли я выполнить задание?

По щекам потекли слёзы, смешиваясь с водой. Откуда столько испытаний свалилось на мою судьбу? Почему именно я постоянно страдаю и попадаю в столь абсурдные ситуации?

Я не знаю, сколько времени провела в таком состоянии. Успокоившись, я завернулась в полотенце и вышла из ванны. Глаза на утро будут опухшими. Но тут я замерла, прижимая полотенце к груди, чувствуя, как капли воды стекают по открытому участку спины, и от этого мне становилось всё холодней. На моей кровати сидел профессор Де Каймер, низко склонив голову. Сердце в груди пропустило удар, и я даже боялась дышать, не то чтобы пошевелиться. Мне моментально захотелось уйти в ванну и не выходить.

Но я резко выпалила:

– Что вы делаете в моей комнате?

– Для начала накинь на себя что-нибудь, а потом мы с тобой поговорим!

Я хотела начать протестовать, но решила, что лучше не рисковать и надеть что-нибудь. Быстро подойдя к шкафу, я вытащила плотное платье и скрылась в ванной. Переодевшись, я посмотрела в своё отражение и попыталась привести волосы в порядок. Заплела косу и, перекинув её на плечо, не спеша вышла к нему, всё ещё босыми ногами.

– Что вы делаете в моей комнате? – вновь повторила я свой вопрос и скрестила руки на груди.

– Так как ты являешься кадетом ордена, ты обязана присутствовать на допросе! – натянуто сказал профессор Де Каймер и скривился.

– Откуда такая щедрость? – недоверчиво спросила я.

Николас тяжело поднялся с моей кровати и протянул мне руку.

– Идёшь?

Вот как я могла отказаться в такой ситуации? Мне нужно было закончить это задание. Я подошла к нему и вложила подрагивающие пальцы в его широкую ладонь. В груди сердце начало стучать быстрее, когда я увидела, как загорелись глаза профессора. Он осторожно погладил большим пальцем мои костяшки, и под нашими ногами вспыхнуло синее пламя. На мгновение я задержала дыхание, когда Николас обхватил меня за талию и притянул к своей широкой груди, едва касаясь губами моих волос.

Моя злость и обида пропали моментально; влияние этого мужчины поражало меня. Как он умел заставить забыть, что натворил! Мои щеки горели от смущения, и я не знала, куда себя деть, лишь бы профессор ничего не заметил. Пускай я и не надеялась ни на что.

Земля резко ушла из-под ног, и я с визгом провалилась вниз, ощущая сильные руки, которые бережно прижимали меня. Я видела только, как горят глаза Николаса, которые он не сводил с меня. Перемещение закончилось так быстро, как и началось. Мы какое-то время стояли и смотрели друг на друга. Я пыталась понять, чего он пытается добиться.

Рядом с нами раздался чей-то кашель. Мы с профессором синхронно повернули головы к источнику этого звука. Кассандра стояла с каким-то странным прищуром.

– Шустрые вы! – с издевкой сказала она и подмигнула Николасу.

– Глупостей не говори! – недовольно буркнул он.

Мягко освободившись из его объятий, я огляделась, и мы оказались в какой-то темнице с решётками, но не с простыми – на них были изображены магические символы для защиты и блокировки магии. Я уже пожалела, что не надела обувь, так как от сырого и холодного пола ноги окоченели. Я неспешно направилась вдоль камер, которые, на первый взгляд, пустовали множество веков. За поворотом стоял мужчина со светлыми волосами в зелёном мундире с белыми вставками. Остановившись, я сразу узнала, кто это – всем известный Даниэль Кэрроу.

– Привет, Айлин! – не поворачиваясь, сказал он. – Ты отошла? Готова работать?

– Да, – коротко ответила я и подошла к камере.

Девушка была прикована цепями, голова опущена, светло-русые волосы растрепаны. Я удивлённо округлила глаза, и руки сами собой закрыли рот. Отчётливо помню, как демон покинул её тело. Так почему она здесь?

– Что происходит? – выпалила я, и мой голос отразился эхом от стен.

– На ней метка, которая заставляет демона возвращаться в её тело без согласия носителя. – Голос профессора прозвучал так близко, и тогда мне на плечи лёг тяжёлый тёмно-синий мундир, а около ног появились белые пушистые тапочки.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я и обула их. От камзола пахло хвоей и резким запахом железа.

Я осторожно сделала шаг к прутьям, и девушка тут же дернулась, истошно вопя. Она резко вскинула голову и оголила зубы, покрытые чёрной копотью.

– Ты пришла ко мне, чтобы я могла разорвать тебя на куски! – шипит она. – Носительница меток!

Николас моментально побледнел, Даниэль и Кассандра переглянулись. Я стояла и смотрела на неё, пытаясь понять, чего же этот демон пытается добиться, провоцируя тебя. Ведь демоны могут видеть всё сокровенное в душе человека, а также то, что простому глазу не дано увидеть.

– Я заберу твоё сердце, как и ты похищала мужские! – продолжала шипеть демон, её взгляд заметался и переместился на профессора. – Как ты посмела бросить свою невесту и поставить ей метку?

Я стояла и не проявляла никаких эмоций, пускай говорит всё, что хочет. Есть ещё один факт о демонах – они умеют лгать, чтобы вводить в заблуждение и сеять сомнения. Но только эта тварь не учла один момент: я в курсе о двух метках, спасибо старухе, которая посвятила меня в это. И благодарить можно демона, который прояснил, кто поставил мне её. Может, она ещё скажет, кто второй орал мне её? Тогда я точно смогу разорвать их.

– Будешь дальше слюной брызгать или отвечать на вопросы? – хладнокровно бросила я, удивляясь самой себе. – Кто твой хозяин?

– Нет, деточка, от меня ты точно ничего не узнаешь! Тебе интересно, как ты получила первую и вторую метку? Ты даже не представляешь, что может случиться с тобой! – облизывая губы, прошипела она.

Я отступила на шаг, дав понять, что Даниэль может использовать свой богатый арсенал для пыток. Мне было крайне интересно узнать обо всем. Но заключать сделку с демоном – то же самое, что подписать билет в конец. Я развернулась, не желая смотреть на происходящее.

– Айлин, – начал было профессор, но я подняла руку, заставляя всех замолчать.

– Как вам давно известно про первую метку? – спросила я. – И за какие заслуги меня наградили второй? Я что, по вашему, вещь какая-то? Меня можно присваивать себе? Снимите с меня её! – рявкнула я.

– Не могу! – поникшим голосом сказал Николас. – Дело в том, что это древняя магия, которая…

Я не стала дослушивать, скинула камзол профессора на пол и вылезла из тёплых тапочек. Резко развернулась и пошла к выходу, бубня себе под нос:

– Захотел поставить – поставил! Я что, игрушка какая-то? Сама сниму с него эти проклятые штуки! Чёрт бы побрал эту академию!

Я поднялась по длинной винтовой лестнице и вышла в общий зал через тайный проход. Удивительно, но за мной никто не пошёл, чему я обрадовалась. Просто вернусь к себе в комнату, высплюсь, а потом пойду в библиотеку, зароюсь в книги, чтобы выяснить всё.

– Ты мне не даёшь шанса, постоянно отталкиваешь! – раздался раздражённый голос Николаса.

Моментально остановилась и резко развернулась на пятках. В глазах я видела столько отрешенности и боли, что сама не могла поверить этому. Кто же он на самом деле такой? Как мои действия могут вызвать такое отчаяние, что мужчина побежит и будет простить о таких вещах?

– Я не просила этого! – прошипела я. – Мне не нужна ваша чертова метка. Что нужно сделать, чтобы избавиться от нее?

Глаза Николаса стали пустыми и отрешенными, а лицо побледнело.

– Тогда тебе придется убить меня! – серьезно сказал Николас и развел руки в стороны, показывая, что не собирается защищаться.

– Что? – опешила я. – Что за глупые шутки! Как можно так шутить с собственной жизнью?

Я неспешно подошла к нему, даже не поняла, зачем это сделала. Может, мне просто хотелось знать, шутит он или нет. Но когда он сграбастал меня в свои объятия и свободной рукой приподнял подбородок, я вновь увидела, как взгляд Николаса изменился. Синие глаза, такие глубокие, что в них можно тонуть. И когда профессор медленно начал наклоняться ко мне, я ловко вывернулась и отошла на безопасное расстояние.

– Глупые шутки! – раздраженно бросила я и побежала в свою комнату, ощущая, как сильно бьётся сердце, а от его прикосновений мурашки ползут по коже.

Встряхнув головой, я отогнала наваждения. Нужно собраться с мыслями, а то всевышний, если он мне запудрит голову, и я в него… Да, не может быть такого… Дурацкие у него шутки! Что это он вдруг про смерть заговорил?

Вернувшись в комнату, я, устала зевая, залезла в кровать, и мне не о чем не хотелось думать. Я почти моментально провалилась в беспокойный сон.