Текст книги "Липовый Адмирал"

Автор книги: Александр Тулунский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 7 страниц)

Глава 7

Подавленное настроение Николая улучшилось только во время поездки в Кремль, куда они отправились на автомобиле наркомата. Он смотрел в окно автомобиля за проходящими по улицам москвичами и, заметив странность в их одежде, на которую раньше не обращал внимания, потому что был постоянно чем-то увлечен, воскликнул: – Ну и парадокс!

– Какой парадокс? – спросил  майор Верховцев.

– Да в одежде москвичей, товарищ майор! – ответил Николай. – Вот, сами посмотрите, лето на дворе, а одеты все по-разному. Вон, идут девушки в летних платьях, а за ними – старушка в плаще и теплой шапке, или мужчины в летних рубашках, а за ними другой мужчина – в суконном пиджаке и барашковой шапке. Чем же не парадокс?

– Ой, Исаев! – усмехнулся майор, – не забывай, что в Москве много приезжих из разных краев нашего Союза, а тот мужчина в барашковой шапке, наверняка, житель Кавказа, ему так привычно. А парадоксов в нашей жизни, конечно, предостаточно, даже в самых простых вопросах.

– В каких же товарищ, майор? – не утерпел Николай.

– Да в любых! Вот, представь, например, что человек простудился и сильно кашляет. Что ему нужно делать, куда идти?

– Понятное дело, куда, – ответил Николай, – к врачу, в амбулаторию.

– Правильно, надо к врачу, а он идет в театр. Вот тебе и парадокс!

– Так и есть! – воскликнул, рассмеявшись, Николай, – точно. Мы с сокурсниками перед последней сессией собрались в театр, в Большой, а рядом с нами оказался человек, который громко и постоянно кашлял. Когда мы ему сделали замечание, он ответил, что купил билет, и будет сидеть до самого конца, что он никому не мешает, так как балет нужно смотреть, а не слушать.

– Балет, балет, будет нам балет в десяти Актах, если не больше, – пробормотал майор, обдумывающий возможные последствия их предстоящего доклада.

В приемную главного кабинета страны они прибыли за десять минут до назначенного времени, но ожидать не пришлось, так как их сразу пригласили в кабинет, в котором уже находился один посетитель, которого ни Николай, ни майор не знали. А вот то, что сидящий за столом для совещаний этот человек внимательно рассматривал книгу «История Страны Советов» они сразу заметили.

Верховный Главнокомандующий, поздоровавшись, пригласил их к столу и представил сидящему человеку, пояснив, что это вновь назначенный Министр Вооружения СССР. Заметив недоумение на лицах Николая и Верховцева, он пояснил, что принято решение переименовать Наркоматы в Министерства, а Наркомов – в Министров, что так удобнее, особенно для общения с зарубежными странами, где не понимают, что такое наркомат, или кто такой нарком.

Перед тем, как начать совещание по назначенному вопросу, Верховный рассказал вновь прибывшим, что он с удовольствием читает подаренную ему книгу. Что он не удержался, и похвастался ей перед министром, которому книга тоже понравилось. И только после этого он  попросил Верховцева представить ему подготовленное «Заключение», что майор и исполнил.

Верховный быстро пробежал  документ глазами, а потом попросил Верховцева зачитать его вслух командирским голосом, пояснив, что на слух он воспринимает лучше, чем при чтении и, чтобы «Заключение» услышал министр. И майор с этой задачей прекрасно справился, зачитав документ хорошо поставленным голосом, выделяя и оттеняя нужные места.

– Вот как! – воскликнул Верховный. – Значит, линкоры стали совсем не нужны?! Жаль, очень жаль, мне так нравятся эти корабли, они внушают уверенность. Вы уверены, товарищ Верховцев, в этом постулате?

– Так точно, товарищ Сталин! – ответил майор. – По имеющимся данным, во время прошедшей войны ни один линкор в военных действиях не участвовал. Они так и простояли без дела, а применялись подводные лодки, авианосцы, крейсеры, миноносцы и катера.

– Хорошо, спасибо, понятно! – сказал Верховный, – а теперь скажите, пожалуйста, в вашем заключении указано, что для авианосцев в качестве основных силовых установок следует применять только двигатели внутреннего сгорания. Чем это вызвано?

Верховцев этих деталей не знал и вопросительно посмотрел на Николая, который утвердительно кивнул. – Товарищ Сталин, можно на этот вопрос ответит товарищ Исаев? – спросил майор.

– Да, конечно! Объясните, товарищ Исаев, в чем здесь дело и, пожалуйста, не нужно вставать, товарищи, когда вы отвечаете на вопросы.

– Дело в том, товарищ Сталин, – начал свое объяснение Николай, – что построенные в некоторых странах авианосцы с паросиловыми установками показали, что дым от топок корабельных котлов очень сильно затрудняет работу пилотов корабельной авиации, особенно при посадке, и зафиксировано немало случаев катастроф именно из-за дыма. Чтобы избежать этого, пробовали гасить топки, ну получали еще более худший результат, так как при падении давления пара, корабль терял ход и становился неуправляемым, а его нужно обязательно держать против ветра, как при взлете, так и при посадке самолетов корабельной авиации. Это обязательное условие!

– Понятно, спасибо, товарищ Исаев! – отозвался Верховный, – я вижу, что вы хорошо изучили вопросы авианосного флота, мы это обязательно учтем. А нужно ли выполнять это условие для легких авианосцев, которые, как указано в вашем документе, должны оснащаться гидросамолетами, товарищ Исаев?

– Я полагаю, товарищ Сталин, – начал отвечать Николай, – что в данном случае это необязательно, так как гидросамолеты могут взлетать и садиться в стороне от авианосца, там, где нет дыма.

– Спасибо! – ответил Верховный, а затем обратился к министру: – Скажите, пожалуйста, что проще и дешевле – оснащать проектируемые авианосцы двигателями внутреннего сгорания или паросиловыми установками?

– На данный момент, товарищ Сталин, – ответил министр, – гораздо проще использовать паросиловые установки, по которым у нас накопился большой опыт, и есть в резерве готовые установки различной мощности. А двигатели внутреннего сгорания нужной мощности, это, непременно, дизели, нужно еще разрабатывать и запускать в производство.

– Хорошо товарищи, я вас понял! – сказал Верховный, достал свою трубку, набил ее табаком, закурил, и стал, молча, расхаживать по кабинету, а остальные участники совещания продолжали сидеть за столом, наблюдая за ним.

– «Небось, решает, как с нами поступить, куда послать», – подумал Николай, – «и меня в первую очередь, он же сказал, что учтет. И что будет с бедной, оставшейся в одиночестве, Галей?»

– Итак, товарищи! – Верховный прервал молчание и сел, – мы не будем строить линкоры, мы построим авианосный флот из легких кораблей, оснащенных гидросамолетами и паросиловыми установками. Так будет и быстрее и дешевле. Товарищ Министр Вооружения! – (он почему-то обратился к нему не по имени, а по должности), –  немедленно приступайте к разработке плана строительства этого флота и представьте его мне на утверждение. Имеются ли у вас, товарищи, возражения против такого решения? Возражений, естественно, не было.

– «Ну, слава богу, пронесло», – подумал Николай, – «только на кой чёрт нам нужен такой флот с гидросамолетами и паровыми машинами, это же вчерашний день».

Можно было подумать, что все уже решено, но, нет, Верховный продолжил: – Это не все, товарищи. Вам, товарищ Исаев, прекрасно разбирающимся в данном вопросе, присваивается звание адмирала, и вы назначаетесь командующим нашим авианосным флотом.

– Да что вы, товарищ Сталин! – пораженный Николай вскочил с места, – какой же из меня адмирал? Я и лейтенант-то липовый, никаких училищ не заканчивал, никем, никогда не командовал, да и в море был только пару раз. Прошу вас, товарищ Сталин, отменить это решение!

– Никаких отмен! – резко отреагировал Верховный. – Это мой приказ, и вы обязаны его исполнять! Совещание закончено, товарищи, вы свободны, до свидания!

– «Вот же, таракан усатый!» – со злостью подумал Николай о Верховном Главнокомандующем, – «надо же, что придумал. Застрелюсь к чертовой матери, вот, вернусь в отдел, получу личное оружие и застрелюсь, или дезертирую, сбегу куда-нибудь в тартарары. И все это мистер Сайрес Смит, ведь накаркал же, паразит такой! Что он скажет, то и происходит».

И неожиданно ему в голову пришла такая шальная мысль, что он чуть ли не расхохотался: – «А вот, стану адмиралом, объявлю поход в Тихий океан, найду остров, где этот Сайрес Смит обосновался, и рассчитаюсь с ним по-мужски». Но это была ложная мысль, так как на самом деле, Сайрес Смит был литературным героем, и он неоднократно давал Николаю нужные и очень важные советы, а он их правильно воспринимал, находясь на острове, окруженном океаном, где ему во всем помогали водные стихии.

Верховный, между тем, хотя и сказал  «до свидания», жестом руки показал, чтобы участники совещания продолжали оставаться на местах, взял историческую «книгу», лежащую на столе рядом с ним, и  отнес ее в соседнее помещение. Он вышел уже без книги, плотно закрыл дверь и рассмеялся.

– Не тужите, Исаев, и вы, товарищи! – начал он веселым голосом, – то, что я сказал до этого, было предназначено для вражеских ушей, пусть они думают, что мы собираемся строить флот вчерашнего дня, пусть порадуются. Конечно, через какое-то время они все выяснят, все узнают, но мы за это время построим самый современный авианосной флот на основании последних достижений науки и техники. Я не сомневаюсь, что наш народ с его энтузиазмом, который он проявил во время войны, справится с этой задачей в кратчайшее время, и мы с гордостью пронесем наш  красный флаг с серпом и молотом по всем морям и океанам.

А Николай только теперь сообразил, что он, погруженный в свои мысли, совсем забыл, что их подслушивали, а Верховный не забыл, и прекрасно исполнил нужную в данном случае роль.

– Да, товарищи! – продолжил он, – самый современный флот, никаких паровых машин и гидросамолетов, а современная палубная авиация. А теперь о вас, товарищ Исаев, как вы знаете, в каждой шутке есть доля… шутки, и ваше адмиральское звание будем считать шуткой, предназначенной для вражеских ушей, но кто знает… На данный момент я назначаю вас экспертом по проектированию и строительству нового флота, а там посмотрим. Вы, как и прежде, будете оставаться в составе аналитического дела, а задания вам будут передаваться по мере необходимости через вашего начальника, товарища Верховцева. И еще я попрошу начальника генерального штаба, чтобы вам  досрочно присвоили внеочередное воинское звание, с которым вам будет легче выполнять ваши новые обязанности. Да! И эту папку с документами я передаю вам для работы. Он написал на верхней стороне папки «Совершенно секретно», расписался и протянул ее Николаю: – Принимайте, Исаев!

– Есть, товарищ Сталин! – ответил Николай веселым голосом, принимая папку, – принять документы и приступить к исполнению новых обязанностей.

– Вы прекрасно справились, товарищи, с поставленной задачей! – сказал Верховный, смотря на Верховцева и Николая, – благодарю вас за службу! Вы свободны, до свидания, а с товарищем министром мы обсудим некоторые детали относительно плана создания нового авианосного флота.

– Служим Советскому Союзу! – произнес майор, и они с Николаем вышли из кабинета.

Глава 8

Мистер Свон, сотрудник отдела специальных операций ЦРУ так разогнался по коридору, что, не в силах остановиться, врезался в дверь начальника отдела, больно стукнувшись об нее головой, да так, что искры из глаз посыпались. Он отпрянул в сторону и ухватился за лоб, чувствуя набухающую шишку, и не знал, что дальше ему делать, прекрасно понимая, что вызвал таким появлением очередной гнев своего начальника.

Наконец дверь открылась, и в ней появился начальник отдела. – А, это вы, мистер Свон, – произнес он, – рад вас видеть, здравствуйте! Я вижу, что вы с каждым разом совершенствуетесь и дошли до того, что я должен открывать  вам собственную дверь. Что ж, спасибо за доверие! – с ехидцей добавил он. – Ох, вы что, ушиблись?

– Да, ушибся мистер Гордон, – ответил сотрудник, – извините, я так разогнался, у меня такие новости, не мог остановиться и врезался в дверь. Извините, это случайно получилось.

– Заходите, Свон, заходите! – пригласил его начальник отдела и, вытащив из кармана монету, подал ее сотруднику, – вот, приложите монету к месту ушиба, и так держите, а теперь садитесь и рассказывайте!

– Все сработало, мистер Гордон! – начал излагать пострадавший сотрудник, – сработало в самом лучшем виде, я имею в виду наше «Изделие». Сработало даже лучше, чем мы предполагали, нажали на кнопочку и, пожалуйста, просто красота!

– Подождите, Свон, не горячитесь! – остановил его начальник. – Я же вижу, что вас переполняют эмоции, но попробуйте их погасить, выпейте водички и спокойно рассказывайте по порядку, как вы это умеете делать.

– Да, извините мистер Гордон, это действительно эмоции, и сейчас я вам все расскажу. Он отхлебнул из стакана, который ему подал начальник и спокойно продолжил: – Наше «Изделие», мистер Гордон, передали дядюшке Джо ровно две недели назад, но, к нашему великому сожалению, он держит эту книгу в своей комнате отдыха, и читает ее, как мы поняли, перед сном. А поняли мы это исходя из того, что он постоянно комментирует прочитанное своими возгласами, а некоторые вещи даже повторяет вслух. Так вот, мы отчаялись, что так будет продолжаться и в дальнейшем, и никакой информации мы получить не сможем.

– Ничего за две недели? – спросил начальник.

– Абсолютно ничего, но сегодня состоялось совещание, которое он назначил две недели назад по вопросу строительства авианосного флота. На этом совещании присутствовали сотрудники, которым он поручил сделать заключение и они его сделали, и, нужно сказать, сделали его очень хорошо. Там все правильно, просто на удивление. И еще на совещании присутствовал министр  вооружения,  перед которым  дядя Джо похвастался своим подарком, я имею в виду историческую книгу, то есть, наше «Изделие» и в течение всего совещания эта книга находилась в его кабинете.

– Так, так, очень интересно! – прокомментировал Гордон, – продолжайте, пожалуйста!

– Так вот, мистер Гордон, когда дядюшке Джо все доложили, он долго молчал, и мы поняли, что он принимает решение, и нажали кнопочку, которая подключает излучатель, воздействующий на психику человека, находящегося рядом с ним, и этот излучатель сработал. Представляете, мистер Гордон, сработал, а я, если честно сказать, не очень-то в это верил.

– Да не тяните же, Свон! – воскликнул начальник отдела, – как он сработал, этот ваш излучатель?

– Он подавил психику дяди Джо! – ответил Свон, – и он решил строить авианосной флот с кораблями на паровых двигателях и гидросамолетами, ха-ха-ха!

– Да что вы говорите, Свон!? Вы не ошиблись? Это точно?

– Да точнее быть не может, мистер Гордон, но это еще не все. Он этого Иссаефф, мальчишку, которому нет и двадцати пяти лет, мужа той женщины, через которую мы передали наше «Изделие», назначил командующим новым флотом, и присвоил ему звание адмирала! Ха-ха-ха! Только я опасаюсь, что он опомнится, не будет же он постоянно держать эту историческую книгу рядом с собой, и отменит свое решение.

– Не отменит, Свон! Вы просто его не знаете, он никогда не отменяет озвученных им решений, а опомниться – конечно, он опомнится, но будет поздно. Спасибо, Свон, за службу, я обязательно подам записку о вашем поощрении, вы свободны, а мне нужно срочно доложить президенту о полученной информации. Нужно успокоить его, а то он начал переговоры с сенатом о выделении крупной суммы денег из бюджета на модернизацию нашего флота. Пока, Свон!

*  *  *

Прошло почти две недели с того памятного совещания, на котором Николай чуть не стал адмиралом, но к нему никто не обращался, и никаких поручений, связанных со строительством авианосного флота, ему не давали. Он продолжал заниматься обычной работой в своем отделе, фильтруя поступающие документы, в основном, газеты и журналы, пытаясь найти в них интересную информацию. Иногда такое происходило, и он составлял подробный отчет, и передавал его начальнику отдела.

Правда, произошло еще одно событие, на которое Николай особого внимания не обратил. Ему присвоили внеочередное звание инженер-капитан-лейтенант, и теперь он постепенно привыкал к новеньким погонам с четырьмя звездочками, которые ввели вместо знаков различия. Хотя Галя заявила, что ему морская форма с погонами очень даже к лицу и предложила сходить в фотографию, чтобы сделать семейное фото, которое отправить потом родителям, но Николай пообещал сделать это как-нибудь позже.

Их семейная жизнь с женой Галей полностью обустроилась, да и дела с ее учебой также пошли хорошо, в том числе, и с латынью, с который ей помог Николай.

В воскресенье они устроили себе культурную программу, в ходе которой Николай познакомил Галю с достопримечательностями Москвы, в том числе, с Красной Площадью и Историческим Музеем. И еще они сходили в театр. Николай предлагал приобрести билеты в Большой Театр, но Галя отказалась, сказав, что к такому уровню она пока не готова, и предложила пойти в театр драматический. И это был отличный выбор, так как главные роли в спектакле исполняли «народные и заслуженные». Галя была вне себя от восторга, вспоминая в течение нескольких дней, о прекрасной игре актеров и отличном сюжете.

В среду утром, когда исполнилось ровно две недели с того памятного совещания, Николая пригласил к себе начальник отдела майор Верховцев и передал ему папку, в которой лежала целая стопка отпечатанных бумаг. Он пояснил, что это разработанный в министерстве «План строительства авианосного флота», который ему доставили вчера вечером для согласования, и он допоздна занимался с ним, а теперь этот план должен рассмотреть Николай, и сделать свое заключение. И сделать это нужно сегодня, чтобы к 15-00 вернуть его в министерство.

Николая, начав рассматривать план, поразился проведенной в министерстве огромной работе, так как все было учтено, были расписаны исполнители, ответственные лица и сроки исполнения (очень сжатые). Он обратил внимание, что наиболее важные вопросы поручаются нескольким исполнителям. Например, разработка самолета палубной авиации поручается трем конструкторским бюро с одинаковым техническим заданием. Все это свидетельствовало о том, что руководители, как министерства, так и страны, прекрасно знают, как организовать работу для получения максимального результата в короткие сроки, так как каждый главный конструктор будет стараться так, чтобы его изделие оказалось самым лучшим.

В течение нескольких часов он внимательно изучил весь план; никаких замечаний и неточностей не выявил, и в своем заключении написал единственное дополнительное предложение: «При проектировании максимально использовать автоматизацию основных и вспомогательных систем для повышения надежности кораблей и сокращения членов экипажа».

Майор сказал ему, что он также написал одно предложение об организации громкоговорящей связи во всех помещениях проектируемых авианосцев, и Николай это предложение поддержал. Заключение было отредактировано, отпечатано и в установленное время майор отправил его с нарочным в министерство.

Так прошла еще одна неделя, и, снова в среду, уже перед самым концом рабочего дня Николая вызвал к себе майор и объявил, что для него, Исаева, цветочки закончились и  пошли ягодки. И он пояснил, что уже завтра Николаю следует выехать в Рязань, где сформирована эскадрилья специального назначения, которой поручено осваивать точную посадку самолетов с целью подготовки пилотов палубной авиации. Что эскадрилью собрали из настоящих асов, участников прошедшей войны, и они уже тренируются целую неделю, но требуемый результат получить не могут.

– Неужели уже разработаны и изготовлены специальные самолеты для использования на авианосцах? – удивился Николай.

– Нет! – ответил майор, – они летают на обычных военных самолетах, истребителях,  каких конкретно, я не знаю, наверное, на лучших, но дело здесь не самолете, а в принципе. Я тоже изучил все документы по авианосному флоту и теперь прекрасно понимаю, что самое сложное для палубной авиации – это посадка на крайне ограниченную площадь. Что касается взлета, то, как я разобрался, здесь все гораздо проще, так как применяются специальные ускорители, задающие начальную скорость самолета перед его разгоном.

– Да, все так товарищ майор! – согласился Николай.

– Так вот, Исаев, продолжил майор, – летчикам этой эскадрильи про то,  для чего их готовят, ничего не сообщали, ради преждевременной утечки информации. И самое главное, они не понимают поставленной перед ними задачи. Подумай, Исаев, как им это объяснить, без упоминания авианосного флота. Я уверен, что ты придумаешь.

– Да, я попробую, постараюсь! – ответил Николай.

– Вот тебе Предписание, подписанное начальником генерального штаба! – и майор протянул Николаю листок бумаги, – в нем указано, что ты направляешься для помощи в освоении точной посадки самолетов, и командир специальной эскадрильи обязан выполнять твои рекомендации. Так что, Исаев, теперь вся ответственность будет на тебе. Да, не зря тебя Верховный прочил в адмиралы.

– Так это же была шутка, товарищ майор, – не удержался Николай от комментария.

– Ладно, шутка, – согласился майор, – с долей шутки, да… Командировочное удостоверение и проездные документы получишь завтра с утра в отделе кадров и сразу двигай на вокзал. Если есть вопросы, давай!

Вопросов у Николая не было, и он вернулся на свое рабочее место, где достал свои записи и стал их внимательно просматривать.

Все было так, как сказал майор. Действительно, у него была  зафиксирована информация о применении специальных катапульт для придания начальной скорости самолету при взлете с использованием сжатого воздуха или пара и даже электрических приводов. О посадке же никакой информации не было, а это свидетельствовало о том, что здесь имеется какая-то тонкость, секрет о которой хранят как зеницу ока.

– «Ведь как-то же удается американским и японским летчиком сажать свои самолеты на палубу корабля», – подумал он, – «а это значит, что и нам это по плечу, но только нужно разобраться, в чем же здесь секрет. И, наверное, прав майор в том, что тип самолета особого значения не имеет. Дело в системе и навыке. Это как у водителей автомашин – если есть навык вождения, то опытный водитель, сев за руль незнакомой машины, будет ей управлять без проблем. Ему нужно только разобраться с незнакомыми органами управления. Значит – сначала система, а за ней и навык будет! Разберемся и с посадкой, тем более, с морской. Всё-таки я – «Водный Страж», и водные стихии помогут!»