Текст книги "Липовый Адмирал"

Автор книги: Александр Тулунский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)

Глава 5

– Дело в том, товарищи,  – продолжил Верховный, – что меня просто одолели наши военные моряки, судостроители и проектировщики. Они воодушевились тем, как японцы разгромили американский флот на Гавайях, используя свои авианосцы, и предлагают создать нам свой авианосный флот. И я, право, даже не знаю, как поступить. Конечно, наша страна и наш народ справится с любой задачей, в том числе и с такой, да и пополнить наш флот, пострадавший во время войны, также необходимо, но строить авианосцы… это же новое  направление и новое дело. Я прекрасно понимаю этих  просителей, так как моряки хотят усилить флот, а судостроители и проектировщики  хотят отличиться на новом деле, чтобы получить награды. Но толком пояснить, для чего нужно строить именно авианосцы, они так и не смогли. Да и мы в ближайшее время не планируем завоевывать ни Америку, ни Великобританию, хотя товарищ Черчилль, как мне стало известно, что-то там надумал.

Произнеся про то, что мы в ближайшее время не планируем никого завоевывать, Верховный подмигнул, посмотрев на лежащую перед ним «книгу», а Верховцев и Исаев недоуменно переглянулись между собой, не понимая, для чего он им это все рассказывает.

– Я вижу ваше недоумение, – усмехнулся Верховной, – и прекрасно понимаю, что вы хотите сказать, что не понимаете, для чего я вам все это рассказываю, что вы не специалисты по флоту, а, тем более, по авианосному, и ничего мне посоветовать не можете. Да, в данный момент вы ничего посоветовать не можете, но я поручаю вам, вашему аналитическому отделу, провести анализ существующих в мире таких флотов и сделать соответствующее заключение. Вот здесь, в этой папке, собраны все имеющиеся в наличии по этому вопросу материалы, – и Верховный передал папку майору.

– Есть, товарищ Сталин, сделать заключение! – встав, ответил майор, – но, позвольте спросить, в каком виде вы хотели бы видеть это заключение?

– Да, это хороший вопрос, товарищ Верховцев, – отозвался Верховной и, подумав, сказал: – Я хочу, чтобы вы сделали заключение – нужен или не нужен нашей стране такой флот, и, если нужен, то в каком виде и что нужно для его создания. Вы меня поняли, товарищ Верховцев?

– Так точно, товарищ Сталин!

– Хорошо! И сколько времени вам потребуется для такого заключения… неделя, месяц?

Верховцев переглянулся с Николаем, который даже не представлял, сколько времени потребуется для такой работы, и ответил, что, пожалуй, недели будет достаточно.

– Нет, товарищ Верховцев, мы не будем спешить в данном вопросе, так как он слишком серьезный, и я буду ждать вас с вашим заключением ровно через две недели, в такое же время. Договорились?

– Так точно, товарищ Сталин! – ответил майор, – через две недели в это же время!

– Тогда, до свидания, товарищи, до встречи! – сказал Верховный. – А эту историческую книгу я обязательно буду читать, и, если вам удастся узнать, кто ее автор, то прошу немедленно мне сообщить. Желаю вам удачи!

*  *  *

Свон, молодой сотрудник отдела специальных операций ЦРУ, пробежав бегом по коридору, хотел, как всегда, ворваться в дверь начальника отдела, но вспомнив, как его отругали в прошлый раз за это, остановился. Он отдышался, а потом постучал в дверь. Ответа не последовало, и тогда он постучал сильнее, услышав в ответ раздраженный крик «войдите».

– Ну, Свон, вы опять меня напугали своим стуком! – воскликнул начальник отдела. – Я сидел, положив ноги на стол, и даже немного задремал, а от вашего стука чуть не свалился на пол, подумав, что это кто-то посторонний. Нет, чтобы ворваться, как всегда, Свон, без стука!

– Так вы же меня ругали за это в прошлый раз, мистер Гордон, – пытался оправдаться Свон.

– Мало ли что было в прошлый раз! – ответил начальник отдела. – В прошлый раз у меня было плохое настроение. Ладно, Свон, докладывайте, что случилось!

– Все сработало, мистер Гордон, сработало, и сработало просто отлично. Наше «Изделие», мистер Гордон, уже у дядюшки Джо. Этому парню с именем Иссаефф удалось передать его с помощью его начальника, оно отлично работает, и мы записали их разговор. Вот, прочитайте! – и Свон протянул своему начальнику листок бумаги.

– Вот же, черт усатый! – воскликнул начальник отдела, прочитав запись. – Он,  видите ли, раздумывает, строить ли ему авианосный флот, хотя в ближайшее время нашу страну завоевывать не собирается! Ха, как я понимаю, пока! Вот же, гад! А мы ему отправляли вооружение и продовольствие по ленд-лизу, неблагодарному. И этот толстяк Черчилль где-то, что-то ляпнул необдуманно, а у этого дяди Джо, наверняка, везде свои агенты. Да, нужно срочно докладывать об этом президенту и попросить его приструнить Черчилля, чтоб он не болтал, чего не следует. Спасибо, Свон, вы свободны, а эту запись я оставлю у себя.

*  *  *

Еще по дороге из Кремля майор Верховцев сказал Николаю, что у него несколько срочных заданий от начальника генерального штаба, которые он непременно должен выполнить, а поэтому Николаю, пока в одиночестве, следует немедленно приступить к изучению полученных от Верховного материалов, и начать готовить заключение.

И Николаю ничего не оставалось, как раздать своим коллегам по отделу имеющиеся у него материалы, с которыми он работал, и открыть картонную папку. В ней лежали вырезки из газет, отпечатанные отчеты агентов внешней разведки, а также различные рукописные справки.

Николай, попросив водные стихии добавить ему, «Водному Стражу», проницательности, стал внимательно все это изучать, делая пометки об особо важных вопросах в своем блокноте. Сложившееся поначалу у него мнение о том, что он справится с этой работой за два-три дня, резко изменилась по мере изучения материалов. Авианосный флот, как он понял, является симбиозом различных отраслей промышленности, обороны и науки, и задача, стоящая перед ним,  оказалась очень сложной и ответственной.

В папке содержались фотографии и тактико-технические характеристики некоторых авианосцев США, Японии и Великобритании, отчеты агентов о личных наблюдениях, а также некоторые справки о возможностях нашей промышленности в этом направлении.

Когда Николай закончил изучение всех имеющихся материалов, в его блокноте оказался целый список вопросов, которые нужно было прояснить, чтобы составить квалифицированное заключение. Ответы на некоторые вопросы содержались в приложенных справках, но их было недостаточно, и Николай принялся сам выяснять нужные ему сведения, звоня по телефону в штабы флотов, конструкторские бюро, различные наркоматы и воинские части.

Например, изучая тактико-технические характеристики авианосцев, он вспомнил, что когда был в командировке на Тихоокеанском флоте, то пришедший с визитом американский крейсер был вынужден остановиться на рейде, так как нужного глубоководного причала не оказалось. А у тяжелого авианосца осадка намного больше, чем у крейсера, и этот, вроде бы, пустяковый вопрос превращался в серьезную проблему.

Звоня по телефону, Николай добрым словом вспомнил ныне покойного наркома вооружения, который присвоил ему воинское звание лейтенанта, хотя Николай от него отказывался, заявив, что военного училища не заканчивал. Теперь же, когда он звонил и  сообщал, что является представителем Генерального Штаба, его немедленно соединяли с нужными людьми, и уже не имело значения – лейтенант он или целый полковник.

К сожалению, процедура сбора нужных сведений затягивалась, так как  нужнее люди  не всегда присутствовали на местах, либо они не могли немедленно ответить на поставленный вопрос, и просили перезвонить через день. Тем не менее, общая картина относительно создания авианосного флота начала складываться в разуме Николая, и он начал постепенно готовить заключение, рассудив, что будет проще вносить в него изменения по мере получения нужных сведений, чем лихорадочно составлять его в оставшиеся до назначенного срока дни.

Примечательно, что собирая сведения, касающиеся только авианосного флота, Николай, вольно или невольно, познакомился с существующим положением в строительстве военного флота СССР, и, к своему удивлению, будучи простым лейтенантом флота, пришел к выводу, что существующий план  строительства следует подкорректировать.

Не доверяя своему выводу, он позвонил командующим Тихоокеанским и Северным флотами, с которыми был лично знаком, переговорил с ними, и окончательно убедился в своей правоте.

– «Убьет меня товарищ Верховный Главнокомандующий, обожающий линкоры», – подумал он, – «прочитав то, что я сейчас напишу». Он встал, вышел из помещения отдела, походил по коридору, размышляя, и решил, что нужно написать так, как есть на самом деле, не обращая внимания на последствия.

Итак, первый пункт в проекте Заключения, подготовленного Николаем, выглядел следующим образом: «Опыт Второй мировой войны показал, что линейные корабли не оправдали возлагаемых на них надежд, так как они оказались уязвимыми для ударов авиации и подводных лодок, и неспособными поддерживать десантные операции. Предлагается запланированную закладку новых линкоров на стапелях в Николаеве и Молотовске не выполнять, а зарезервированные на них средства использовать для строительства целого авианосного флота, способного действовать в мировом океане. Такой флот, действуя совместно с подводным флотом и кораблями сопровождения, когда они смогут поддерживать друг друга, будет представлять мощную боевую единицу, способную защитить нашу страну, а также оказать помощь любому государству мира, вставшему на путь социалистического развития».

Итак, главный вывод был сделан. Разумеется, можно было привести примеры о бездействии, или о неудачном применении линкоров, о которых Николай прочитал в полученных материалах, а также услышал при разговорах с моряками. Но он оставил этот вопрос на усмотрение начальника отдела,  кратко записав для памяти все услышанное. – «Интересно, найдет ли Верховный контраргументы против помощи государствам, вставшим на путь социалистического развития», – подумал он, но решил ничего не менять в написанном – до обсуждения с майором Верховцевым.

Затем он стал составлять перечень мероприятий, необходимых для строительства авианосного флота. В результате получился перечень в укрупненных показателях:

·                    Подготовка технического задания для проектирования авианесущих кораблей.

·                    Проектирование  и строительство авианесущих кораблей с силовой установкой на базе двигателей внутреннего сгорания (паросиловые установки не применять).

·                    Разработка и производство средств связи для постоянного контакта баз флота с кораблями, находящимися в мировом океане.

·                    Подготовка технического задания для проектирования палубной авиации.

·                    Проектирование и  производство палубной авиации.

·                    Подготовка пилотов и техников палубной авиации.

·                    Подготовка экипажей кораблей.

·                    Обустройство глубоководных причалов в местах базирования.

Затем Николай написал следующее: «Если указанные выше мероприятия начать выполнять одновременно, то через два, максимум через три года наша страна будет обладать мощным авианосных флотом, основные базы для которого предлагается создать на Тихоокеанском и Северном флотах. Расположения баз можно будет подкорректировать, когда будут готовы тактико-технические характеристики кораблей».

Первый, черновой, вариант заключения был готов и его можно было представить начальнику отдела, что Николай и сделал.

Глава 6

– Ну, ты даешь, Исаев! – воскликнул начальник отдела, прочитав проект «Заключения», написанный  Николаем. – Загремим мы с тобой в штрафбат, или куда подальше, вот увидишь!

– Нет, товарищ майор! – возразил Николай, – я думаю, что не загремим. Наш Верховный в последнее время резко изменился, разве вы этого не заметили?! Я просто изумился от его отношения, когда мы с вами в первый раз попали к нему на совещание, тогда, сразу после отбитой танковой атаки под Москвой. И я даже предполагаю, отчего это с ним произошло.

– Пожалуй, ты прав, Исаев! – отозвался майор, – я тоже предполагаю, отчего это произошло, но, давай не будем об этом. Ты неплохо все изложил, но здесь не хватает одной вещи. Нужно учесть, что есть вероятность, что нас будут подслушивать, когда мы станем докладывать Верховному. Подумай об этом, Исаев и сделай дополнение, а какое,  я в данный момент даже подсказать не могу, сам подумай, время у нас еще есть. Давай,  Исаев, действуй!

– Есть, товарищ майор, подумать! – ответил Николай и вышел из кабинета.

Вернувшись на свое рабочее место, он стал раздумывать о том, чего же не хватает в его «Заключении», но на ум ничего не приходило. И тогда он поступил так, как поступал прежде в таких случаях – представил себя на месте ответственного работника противника, который подслушивает разговор, происходящий в главном кабинете Советского Союза. Итак, он слушает: пока разговоры о пустяках, это неинтересно, а потом начинают обсуждать вопрос строительства целого авианосного флота. Он естественно настораживается, и внимательно слушает, чтобы понять – какой именно флот они собираются построить. Если они планируют построить флот на основании последних достижений науки и техники, то это очень плохо, так как они станут лидирующей силой в мировом океане, и об этом нужно срочно докладывать своему руководству. Если же они планируют создать что-то посредственное, не превышающее по своему уровню наш существующий авианосный флот, то ради бога, пусть строят, и, чем больше, тем лучше. Пусть тратятся, расходуют ресурсы, а в случае стычки, мы этот флот моментально разгромим.

Николай так увлекся, представив себя на месте противника, что даже попытался вскочить с места, чтобы бежать с докладом к начальнику отдела (не Верховцеву, конечно, а противника), но быстро пришел в себя и, усмехнувшись, продолжил размышлять. Да, именно эту идею нужно добавить в «Заключение», только он не понимал, что же лучше – запугать противника или показать перед ним свою слабость. Наверное, результат зависит и от самого противника. Один, гонористый, бросится в драку, несмотря на угрозы, а другой постарается избежать ее, несмотря на свое превосходство. Ладно, это не его дело, пусть решает руководство, что лучше и он написал дополнение к «Заключению»:

«В настоящее время имеется возможность строительства авианосного флота по двум вариантам. Вариант А: Строительство тяжелых авианосных кораблей по своим тактико-техническим характеристикам способных осуществлять взлет и посадку самолетов авианосного крыла, в том числе, истребителей и штурмовиков, с палубы.  Каждый такой корабль должен нести несколько десятков самолетов. Вариант Б: Строительство легких авианосных кораблей, оснащенных слипами, по которым можно спускать и поднимать гидросамолеты, которые должны выполнять взлет и посадку на воде. Каждый такой корабль должен нести не менее десятка гидросамолетов».

– «И чего это я написал?» – подумал Николай, поставив точку. – «Разве может быть гидросамолет боевым самолетом? Это же просто летающая лодка, которую можно использовать, разве что, в качестве разведчика». Конечно, это была глупость, но с другой стороны, он понимал, что коль скоро решил привести два варианта, то пусть остается и этот плохой, негодный вариант. Он аккуратно все переписал начисто и отнес начальнику отдела.

Майор Верховцев пригласил его к себе только на следующий день и чистосердечно признался, что сидел с этим заключением до позднего вечера, что оно ему, то нравилось, то не нравилось, и, что он начал составлять новый вариант, который ему совершенно не понравился. И, в конечном счете, он ничего не стал изменять в заключении, подготовленным Николаем, лишь добавив в него пункт об обязательном оснащении кораблей радарными установками.

Николай с этим, конечно, согласился, сказав, что он хотел это сделать, но забыл. До установленного срока оставалось еще два дня, и тогда Верховцев положил «Заключение» в ящик стола, сказав, что оно должно «вылежаться» и они снова проверят его завтра утром, на свежую голову.

Тщательная утренняя проверка никаких замечаний не выявила, и майор передал «Заключение» в печать,  снабдив документ грифом «Секретно. Отпечатано в 2-х экземплярах». Отпечатанный документ был проверен, перепроверен и аккуратно уложен папку, полученную от Верховного. Все было готово для доклада, на который им следует прибыть уже завтра, к 12-00.

*  *  *

С плато, возвышающегося над береговой линией, открывается прекрасный вид на океанскую ширь, по которой  перекатываются неторопливые волны, никуда не спешащие и знающие себе цену. Такой прекрасной панорамой можно просто любоваться часами, но Николай в данный момент занят – он внимательно наблюдает за линией горизонта через отличный морской бинокль. Он уже несколько раз бывал на этом острове и неплохо знает его географию, и даже занимался здесь какими-то делами. Но в данный момент у него очень простое занятие – он с нетерпением ожидает прибытия кораблей авианосного флота, который по его рекомендации должен обосноваться здесь, на острове в Тихом океане.

– Товарищ адмирал, товарищ адмирал! – слышится чей-то знакомый голос. – «Интересно, откуда здесь, на острове, адмирал?» – думает Николай. – «Неужели этот инженер, Сайрес Смит сам себе присвоил звание адмирала, вот же глупый?!»

Он отрывается от бинокля и оглядывается по сторонам – да это же его старый знакомый, главный старшина, боцман  Михалыч с эсминца Северного флота. А рядом с ним краснофлотец с автоматом ППШ и краснофлотец-связист, у которого за спиной портативная радиостанция с торчащей вверх небольшой, рамочной антенной, наушники на голове и микрофон в руках.

– Товарищ адмирал! – повторяет боцман, – мы вернулись, все обследовали. Все так, как вы сказали; здесь, совсем рядом, огромная глубоководная бухта, защищенная скалами с трех сторон. В ней смогут разместиться несколько таких флотов, как наш, так что, все в порядке, товарищ адмирал!

Николай недоуменно оглядывается, пытаясь увидеть адмирала, но никакого адмирала нет, а его взгляд останавливаются на собственном плече, и ногах. – «Боже, что же это!?» На плечах у него погоны с большими пятиконечными звездами, а на ногах – брюки с лампасами. Господи, он же совсем забыл, ведь именно он – адмирал. Такое звание ему присвоил Верховный и назначил Командующим Авианосными Соединениями Советского Союза. Как же он это забыл! Ну, конечно, здесь на этом острове, будет организована промежуточная база Тихоокеанского Авианосного Флота. Вот и отлично!

– Товарищ адмирал! – подключается к разговору радист, – с флагманского корабля сообщают, что они уже на подходе, видят в бинокль вулкан на нашем острове, будут, примерно, через час.

– Отлично! – отзывается Николай, – передайте, что сообщение приняли, что на острове имеется отличная бухта, и чтобы не забыли промерить глубины перед тем как заходить в нее.

В это время в небе, со стороны далекого горизонта появляется точка, которая быстро приближается, превращаясь в самолет с красными пятиконечными звездами на крыльях, который с ревом проносится над островом, делает круг и, покачав крыльями,  удаляется. А боцман Михалыч тем временем достал из заплечного мешка флаг СССР, закрепил его на длинном бамбуковом стволе, который он принес из леса и установил флаг рядом с Николаем. Океанский ветер с радостью развернул красное полотнище с пятиконечной звездой, серпом и молотом.

– Что здесь происходит? – послышался еще один знакомый голос, и из-за кустов, как всегда, появился главный инженер острова Сайрес Смит. – О, мистер Исаев! – воскликнул он, – вы опять вернулись на мой остров! Как, вы стали моряком, а кто это рядом с вами, что это за люди и что это с таким шумом сейчас над нами летало?

– «Опять черт принес этого инженера!» – думает Николай, но вежливо здоровается и отвечает: – Да, мистер Смит, я стал моряком, адмиралом флота, который сейчас уже приближается к нашему острову, и здесь будет его промежуточная база, а летал над нами самолет морской авиации, которая находится на кораблях этого флота.

– Да как вы посмели даже сказать такое, мистер Исаев! – возмущается Смит. – Этот остров принадлежит Соединенным Штатам Америки, мы первые заняли его, и, если вы хотите разместить здесь ваш флот, вам придется оплатить аренду.

– С чего вы взяли, мистер Смит, – отзывается Николай, – что этот остров принадлежит Америке? У вас есть какой-то документ на эту тему, или вы установили флаг вашей страны? Ничего подобного вы не сделали! А мы установили флаг нашей страны, Советского Союза, вот, полюбуйтесь, и передали по радио, что на данном основании мы вступаем во владение этим островом!

– Самолет, радио, морская авиация… – пролепетал мистер Смит, – что это, вы не смеете, Исаев, убирайтесь немедленно отсюда!

– Даже не подумаю! – отвечает Николай, – сам пошел вон! – неожиданно для себя, так грубо, говорит он.

– Ах, так! – воскликнул Сайрес Смит, – ну, смотрите сами, Исаев, вы сами напросились. И мистер Смит, выхватив из-за спины ружье, почти в упор стреляет прямо в грудь Николая, который, ощутив сильный удар… проснулся.

*  *  *

Да, он проснулся, и долго не мог прийти в себя, пытаясь освободиться от наваждения. Да это же спящая рядом Галя, поворачиваясь с боку на бок, случайно ударила его локтем в грудь.– Вот, фигушки тебе, мистер Смит, а не аренду за остров, тоже мне, размечтался! –  прошептал он, все еще оставаясь под впечатлением сновидения.

Наконец, он сообразил, что находится не на острове, а в комнате общежития, а рядом мирно спит Галя, его любимая супруга. Осторожно, чтобы не разбудить ее, Николай встал и подошел к окну, заметив, что еще только раннее утро, но спать уже совершенно не хотелось. Тогда он оделся, пошел в санузел, умылся, а потом отправился на кухню, где поставил чайник на электроплитку, и, дожидаясь, пока он закипит, стал обдумывать – чем же ему грозит сегодняшний визит к Верховному Главнокомандующему.

У Николая не было никакого сомнения, что этот визит закончится чем-то нехорошим, так как все предыдущие сновидения с этим мистером Смитом всегда приводили к каким-то событиям, в основном, не очень хорошими, то есть, эти сновидения почти всегда были вещими.

– «Черт бы побрал этот авианосный флот!» – подумал он, – отправят меня, липового, бестолкового «адмирала» куда-нибудь в Николаев, или в Молотовск, к черту на кулички, строить авианосцы, а бедненькая Галочка останется здесь в одиночестве, и что же ей тогда делать? Опять пытаться переводиться на новое место или возвращаться к родителям? Ну и дела!»

Он заварил чай и сидел, попивая его, до тех пор, пока не проснулась, и не вставала Галя, которая быстро приготовила завтрак, покушала, и отправилось в свое медучилище на занятия, а Николай – в Аналитический отдел Генерального Штаба, на службу, еще раз чертыхнувшись по дороге.