Текст книги "Мастер драгоценных артефактов. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Александр Майерс

Соавторы: Олег Сапфир
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 36 страниц)

Глава 5

Мы двинулись в путь через пару часов. Транспортом мне послужила карета, запряжённая одинокой грустной лошадкой. Точнее, даже не карета, а скрипучая открытая коляска, больше похожая на большой деревенский воз, к которому кое-как приладили сиденья.

Я сидел рядом с Ильдаром, который правил коляской, а позади топали четверо гвардейцев. Мой зачарованный меч мирно покоился в ножнах у пояса, а на коленях я держал арбалет.

Дорога была ухабистой, и нашу коляску подбрасывало на каждом камне. Я молча обдумывал предстоящую операцию. Волки… Обычные лесные хищники. Но умные, этого у них отнять.

С ними можно справиться, если самому действовать умнее.

Я прикидывал тактику: занять позицию у входа, возможно, использовать шум или свет, чтобы выманить зверей по одному, и расстреливать из арбалетов. Главное – не дать им окружить нас.

Вскоре мы добрались до места. Шахта, где засели хищники, располагалась совсем недалеко от усадьбы.

Представляла она из себя весьма угрюмое зрелище. На склоне холма зиял провал входа, обрамлённый почерневшими от времени деревянными балками.

Местоположение шахты и впрямь было удобным – недалеко от дороги, в близости от усадьбы. Жаль, что такая перспективная точка простаивала.

Как мне рассказывали, сначала здесь случился обвал, который долго разбирали. Разобрали вроде, и опять обвал. Теперь вот волки поселились. Хм, прямо чёрная полоса какая-то.

Вход в шахту был забит досками, но в этой загородке зияла свежая пробоина, достаточно широкая, чтобы через неё мог пролезть крупный зверь. Именно через неё, судя по всему, волки и пробрались внутрь.

Неподалёку темнела покосившаяся сторожка. Из неё, услышав нас, вышли трое деревенских мужиков в потёртой одежде. Когда они увидели нашу вооружённую компанию, удивлению их не было предела.

– Здрасьте, ваша милость. Вы чего сюда пожаловали? – спросил один из них, с седой щетиной.

– А почему бы и нет? Владения мои, шахта тоже моя. Вот, приехал посмотреть, как здесь дела.

– Неплохо, господин…

– Как же неплохо, если говорят, что волков здесь немерено? Вы-то сами кто будете?

– Это деревенские, Леонид Сергеич, – ответил вместо мужиков Ильдар. – Вроде как на страже стоят.

– Стоим, – кивнул небритый селянин и для убедительности схватил стоящее возле двери копьё.

Ну, как копьё. Просто заточенная палка.

– Мы приехали на зачистку, – сказал я, спрыгивая с коляски. – Разберёмся с хищниками.

Лица мужиков вытянулись.

– Ваша милость, да вы что! Это же очень опасно! – зашептал второй, худощавый. – Вы таким отрядом ни за что не справитесь. Надо людей побольше собирать, да и то…

– Справимся, – отрезал я, проверяя тетиву арбалета. – Не переживайте.

– Погибнете только зря, господин. Их там, волчар-то, больше тридцати голов живёт! Мы сами видели! Ежели они вдруг все разом из шахты вылезают, мы сразу наверх лезем и тревогу бьём!

Мужик показал пальцем на высокую, полузасохшую сосну рядом со сторожкой. На одной из её толстых ветвей была сооружена примитивная платформа, а рядом на верёвке висел кусок рельса и молоток.

– Видите? Бьём по этой железяке – на всю округу слышно. Люди в соседних деревнях сразу знают, что беда. Скот запирают, да и сами прячутся.

– И сидим мы здесь в основном затем, чтобы никто сюда по глупости не зашёл, – подхватил худощавый. – А то у нас в прошлом месяце двое ребятишек пропало… Искали, искали… Только клочья одежды и нашли. А ещё всякие бродяги сюда прут, ищут, чем поживиться. Надеются, что в шахте что-то найти да продать.

Меня насторожили его слова.

– У меня что, кристаллы из шахты воруют? – спросил я, хмурясь.

– Да нет, ваша милость, какие кристаллы! – покачал головой небритый. – Кристаллы глубоко, под завалами. Туда точно никто не зайдёт. Люди надеются или металл какой найти, или инструменты, или ещё чего. Кое-кто даже подпорки разбирает, чтобы дерево на дрова пустить. Вот мы здесь и сидим, чтоб предупредить их, об опасности рассказать.

– Не надо, ваша милость, не гневите судьбу, – снова принялся уговаривать меня худощавый. – Посмотрите только…

Он отвёл нас в сторону, к краю леса, и показал пальцем на землю под раскидистым кустом. Там, присыпанная опавшими сосновыми иголками, лежала груда костей.

Не целые скелеты, а разбросанные и основательно обглоданные кости. Черепов было несколько, и по ним можно было понять, что они принадлежали людям.

– Это что осталось от бедолаг, – мрачно пробормотал страж. – Месяца три назад местные мужики собрались, решили волков выбить. Ни один не вернулся. Наутро мы только это и нашли.

Я внимательно смотрел на кости. Мои гвардейцы, стоявшие позади, перешёптывались. Их боевой дух, и без того невысокий, таял на глазах.

– Проблематично будет справиться, ваша милость, – подойдя ко мне, сказал Ильдар. – Вшестером против такой стаи… в узком проходе шахты… Это самоубийство.

– Я понял, – медленно проговорил я, не отрывая взгляда от черепа с дыркой на виске. – Не думал, что здесь такая большая стая.

– Да их там уже, поди, и поболее тридцати! – снова вступил один из сторожей. – Они ж ещё и плодятся! Непростые волки, ваша милость, поверьте!

– Магия, должно быть, на них повлияла? – спросил я.

– Верно говорите! Опасные твари, необычные, – все трое сторожей согласно закивали, как болванчики.

Я сделал вид, что задумался. Хотя и правда задумался, только немного по другому поводу.

– Ну что ж, вы правы, – выдохнул я. – Рано соваться. Надо лучше подготовиться.

Я повернулся к Ильдару и своим гвардейцам.

– Разворачиваемся. Возвращаемся в усадьбу.

Облегчение, промелькнувшее на лицах гвардейцев, было красноречивее любых слов. Понятное дело, сражаться с магическими существами, когда под рукой только старые сабли – так себе удовольствие.

Мы погрузились в коляску и двинулись. Я обернулся и посмотрел на сторожей, которые махали нам на прощание. А один из них залез на ту платформу на дереве и принялся внимательно следить за шахтой.

Молодцы какие. Сидят, охраняют. Прямо душа не нарадуется.

Вернувшись в усадьбу, я поначалу делал вид, что всё в порядке. Помедитировал, поработал над камушками, которые удалось раздобыть. Вечером собрал Ильдара и остальных гвардейцев.

– Сегодня будьте настороже, – предупредил я, стараясь придать лицу выражение озабоченности. – Ночью может быть опасно, так что бдите.

Ильдар кивнул с серьёзным видом.

– Не извольте беспокоиться, ваша милость. Усилим стражу, выставим двойные посты.

Я сделал вид, что удовлетворён, и удалился в свою комнату. Теперь нужно было ждать. А пока ждал, я медитировал, продолжая гонять энергию по своему духовному телу.

М-м, главный потоковый канал уже не выглядит так убого. Да и преобразующие точки на что-то сгодятся. Впрочем, я уже убедился, что простенькие заклинания вроде сторожевых нитей способен делать. Гравировка мне нормально даётся, просто самой энергии пока что мало.

Ничего, резерв я тоже раскачаю со временем.

Дождался, пока в усадьбе всё стихнет, и глубокой ночью, когда луна скрылась за тучами, приступил к действиям.

Надел свою походную одежду, взял арбалет, зачарованные меч и копьё, не забыл про артефактные очки. Потом сосредоточился и наложил на себя небольшое, но эффективное заклинание бесшумности. Одно из тех не боевых, но невероятно полезных заклятий, которыми я в совершенстве владел.

Воздух вокруг меня словно сгустился, поглощая малейший звук – шелест одежды, скрип половиц под ногами.

Я пробрался в конюшню, выбрал самого спокойного из коней и наложил аналогичное заклятие на него. Действовало оно недолго, может, но мне этого хватило, чтобы незамеченным выбраться за пределы усадьбы.

Я направил лошадь в сторону злополучной шахты. Ночь была тихой и беззвёздной, но благодаря очкам я прекрасно видел дорогу. Ехал, не торопясь, прислушиваясь к ночи, но вокруг была лишь тишина.

Подъехав к шахте, я спешился ещё в отдалении, привязал лошадь и начал подкрадываться.

О-о, как мило. У ребят здесь пикник.

Трое сторожей, которых я видел днём, спокойно сидели на земле у горящего костра. Никакого напряжения не было заметно.

По рукам ходила бутылка с чем-то явно алкогольным, доносился приглушённый смех. Мужики разговаривали, активно жестикулируя, и в их позах не было и намёка на страх перед волками. А ведь шахта вот она, в любой момент могут хищники вылезти.

Интересно, интересно…

Пока я наблюдал, из шахты вышли ещё пятеро человек. Крепкие, уверенные в себе парни с и небольшими мешками за спиной. Они присоединились к троице, началось оживлённое общение, смех стал громче.

Я ухмыльнулся. Так я и подумал утром. Всё сходится.

Я отстегнул арбалет от седла, зарядил его и, держа наготове, вышел из темноты к свету костра.

– Погляжу, вы всех волков перебили, раз так запросто в шахту ходите, – произнёс я, подходя.

Эффект от моего появления оказался впечатляющим. Мужики подорвались, как ужаленные, хватая своё убогое оружие – дубины, пращи. У одного, рослого детины в руках появилось подобие булавы с металлическим навершием – редкая роскошь среди простонародья.

– Ты кто такой⁈ – взвизгнул прыщавый коротышка с выступающими вперёд крысиными зубами.

– Вы что, своего графа не узнаёте? – удивился я, подходя ближе. – Как вы вообще со мной разговариваете? Могу и наказать за неуважение.

Мужики слегка растерялись. Коротышка даже сделал шаг назад и зачем-то спрятал дубинку за спину.

– Я, значит, мимо проезжаю и вижу огонь, – продолжил я, делая вид, что всё ещё не понимаю, как на самом деле обстоят дела. – Подумал, что-то случилось. А тут вот, значит, как. Что с волками-то случилось? Убежали?

Они заикались, переглядывались, что-то невнятно мямлили. Верзила с кучерявой бородой оправился первым и спросил с подозрительной ухмылкой:

– А вы что, здесь один, ваша милость?

– А ты видишь здесь армию? Я по делам мимо проезжал.

– Да ладно? – коротышка подался вперёд.

– Ага, – кивнул я. – В город ехал. На закупки артефактов.

Я видел, как у них что-то блеснуло в глазах. В слове «артефакты» они ясно расслышали сладкий звон монет.

Мужики переглянулись, и на этот раз в их взглядах читалось уже не замешательство.

– Артефакты, значит… – медленно проговорил верзила, делая шаг ко мне.

Остальные начали расходиться, окружая меня.

– Эй, вы чего это? Охренели совсем? – я сделал вид, что испугался и отступил – Это что происходит?

– То и происходит, ваша милость, – уже откровенно усмехнулся коротышка. – Мы, кстати, слышали – плохо вам совсем. Не в себе вы. Говорят, головой сильно ударились в той шахте.

– Точно, точно. Вы что, нас не узнаёте? – поддакнул верзила, продолжая наступать. – Мы же ваши друзья. Бросьте оружие, и всё будет хорошо.

Могу сказать, что я молодец. План работает. Даже деревенские засранцы держат меня за дурачка.

Но на самом деле я прекрасно понимал, что здесь происходит. Изначально это понял, ещё утром. Ведь те кости, что они мне показали, ни хрена не были погрызены волками. Я даже на одном из черепов заметил дыру от арбалетного болта, которую кто-то пытался скрыть, обломав края.

Кости здесь бросили просто для устрашения. Эти мужики просто втихаря обчищали мою шахту, самую близкую к усадьбе, до которой не больше пяти минут на лошади! Совсем офигели!

Я их специально спровоцировал, намекнув на деньги. Как минимум никто не стал бы просто так нападать на господина. А как максимум – меня и так бы не отпустили, поняв, что я их раскусил.

Я просто не стал тратить время на допросы и нудные разборки. Так было проще.

Верзила сделал решающий шаг вперёд и широко улыбнулся. Эта улыбка была последним, что он сделал в жизни.

Щёлк – и арбалетный болт полетел вперёд. Слегка зачарованный, он пробил деревянный щит, который верзила инстинктивно поднял, прошил его руку и с чавкающим звуком вошёл в грудь. Мужик рухнул, не успев издать звука. На лице у него так и осталась улыбка.

В ту же секунду я отбросил арбалет. Сорвал с седла копьё и швырнул его. Руна, нанесённая на острие, вспыхнула при броске.

Копьё просвистело в воздухе и пронзило сразу двоих – коротышку и стоявшего за ним здоровяка с булавой. Орущий шашлык из двух тел забился на земле.

Оставшиеся с дикими криками бросились на меня. Я выхватил меч, увернулся от первого удара, а второй отразил клинком.

Блин, кайф. Защитные руны, что я нанёс на меч, сработали безупречно. Когда дубина соприкоснулась с ним, её траектория изменилась, словно скользнула по невидимой выпуклой поверхности.

Мужик от неожиданности чуть не упал, и почти сам насадился пузом на мой клинок.

Эх, надо было камни с собой взять! Проще бы было. А то приходится вертеться, как волчок, уворачиваясь от дубин и заточенных палок.

Но ничего, справляюсь вроде. Зачарованный меч всяко сильнее, чем их деревяшки. Не говоря уж о том, что против меня не профессиональные бойцы. Они друг другу скорее мешают, чем помогают.

В итоге все они лежали в грязи. Остался только один, самой молодой из них. Издав отчаянный вопль, он бросился вперёд. Я парировал удар, выбил дубинку из его пальцев, и тут же, развернув меч, атаковал в ответ.

Наступила тишина. Я стоял среди тел, переводя дух. Адреналин гудел в ушах, непривыкшее к таким схваткам тело ныло.

– Фух, ну и разминочку вы мне устроили, – посетовал я, подходя к костру. – В горле пересохло. Что у вас здесь?

Поднял флягу и понюхал. Фу, бурда какая-то. Не буду пить.

Первым делом я обыскал убитых. Денег нашёл немного, но кое-какие полезные мелочи отыскались – неплохие ремни, сапоги, та же булава, в конце концов.

Потом мой взгляд упал на то, что было спрятано в тени за сторожкой – грубо сколоченную телегу, запряжённую парой усталых кляч. На ней лежало добро.

Не ахти какое богатство, но для моего положения – целое состояние. Несколько мешков с рудой – небогатой, но всё же содержащей крупицы металла. Несколько брезентовых тюков, в которых, на ощупь, угадывались какие-то тряпки. Возможно, старая одежда.

Тоже пригодится, почему бы и нет.

Затем я взял факел одного из бандитов и направился к шахте. Мне нужно было увидеть всё своими глазами. Войдя внутрь, я не увидел ни завалов, ни каких-либо следов присутствия волков.

Напротив, штрек был расчищен, укреплён свежими подпорками, а под ногами проложены деревянные трапы.

Я прошёл дальше, и увидел свет в боковом ответвлении. Подойдя ближе, я заглянул в небольшую камеру, где четверо мужчин что-то грузили в мешки. Услышав шаги, они обернулись. Рожи у них были явно бандитские.

– Вечер добрый. Я граф Шахтинский, и это место принадлежит мне.

– Мы знаем, – недобро насупился один из бандитов.

– Молодцы. Давайте ещё кое-что интересное расскажу: те, что были на улице, уже убиты, – сообщил я. – У вас есть выбор: подчиниться или умереть. Если подчинитесь, останетесь в живых. В качестве наказания будете на меня работать, в этой же шахте. Отличные условия, что скажете?

Вместо ответа в меня полетела кирка. Я отшатнулся, и орудие труда со звоном ударилось о стену позади меня.

Понятно, не хотят работать. Воровство их больше прельщает.

Ну ладно, моё дело предложить.

Схватка была короткой. Бандиты дрались как пьяные медведи – с громкими воплями, но очень неуклюже. Я использовал узкое пространство, чтобы не дать им окружить себя. Парировал размашистые удары и наносил ответные – короткие, точные, смертельные.

Через минуту в камере не осталось никого живого. Кроме меня, само собой.

– Полежите пока, скоро вернусь, – сказал я и отправился дальше осматривать шахту.

Да, они успели поработать. Участок был небольшим, но явно перспективным. Рудные жилы, пусть и бедные, шли дальше вглубь.

Здесь можно было развернуться. Но позже, пока что у меня были другие дела.

Я вернулся к телеге и сложил в неё всё, что показалось ценным: оружие, ботинки, инструменты. Потом взгромоздился на телегу, щёлкнул вожжами и тронулся в сторону имения. По пути не забыл отвязать свою лошадь, и она потопала следом.

Подъезжая к своим владениям, я ощутил знакомое покалывание в сознании. Сигнальные нити, которые я расставил перед отъездом, сработали.

Прямо сейчас в моей спальне находилось минимум три-четыре посторонних человека. Меня это скорее развеселило, чем обеспокоило.

– Интересно, – пробормотал я под нос, медленно подводя телегу к конюшне. – Они что, каждый день будут ходить? Может, пора уже не нити ставить, а капканы? Или что-нибудь более серьёзное?

Мне удалось подъехать совершенно незамеченным. Ночь и заклятие бесшумности сделали своё дело.

Я въехал в тёмную конюшню. Раздался шорох соломы, и передо мной возник сонный конюх. Молодой ещё, лет двадцать с небольшим. Звали его, кажется, Фёдор.

– Ваша милость? А вы откуда это…

– Ни слова, – сказал я, глядя ему прямо в глаза. – Ты меня не видел. Понял?

Федя молча, широко раскрыв глаза, кивнул. Смышлёный, видно.

– Слушай, что надо сделать. Распрячь лошадей, поставить в стойло. Телегу разгрузить, всё спрятать под солому. Потом самому исчезнуть и делать вид, что спишь. Если кто спросит – ты ничего не видел и не слышал. Если выполнишь как надо, награжу. Если проговоришься – найду и придушу своими руками. Ясно? – спросил я.

Конюх снова кивнул, уже более энергично, и тут же принялся за дело.

Я не пошёл в свою спальню. Вместо этого выбрал другую комнату, давно заброшенную. Тихо вошёл, запер дверь и сел на пол, скрестив ноги. Пришло время восстановить силы.

Я погрузился в медитацию, подпитываясь от крохотного кристалла в кармане. Одновременно с этим я тонкими, невидимыми струйками энергии расставил по дому целую паутину сигнальных нитей. Гуще, чем в прошлый раз.

Под утро одна из нитей на двери моей настоящей спальни дрогнула.

Я к тому времени уже был на ногах, свежий и полный энергии. Взяв два заряженных арбалета, бесшумно вышел в коридор и встал в тени напротив своей комнаты.

Дверь медленно, с тихим скрипом отворилась. Первая фигура выскользнула наружу, оглядываясь по сторонам.

Я выстрелил.

Болт с глухим стуком вошёл незваному гостю в висок. Он рухнул как подкошенный.

Из-за двери тут же появился второй. Я выстрелил из второго арбалета. Бандит с хрипом рухнул на спину.

Тут поднялся крики, вопли, топот. Из комнаты выбежало ещё двое, а из дальнего конца коридора уже неслись на шум мои гвардейцы во главе с Ильдаром.

Мои ребята быстро сориентировались и с яростью обрушились на бандитов. Схватка едва успела начаться и уже закончилась.

Когда всё стихло, Ильдар с окровавленной саблей в руке уставился на меня.

– Ваша милость! Что случилось?

– Да вот, вышел в уборную, – пожал плечами я. – А у нас же сейчас опасно, волки, бандиты, кто их знает. Так что я арбалеты с собой прихватил, на всякий случай. Возвращаюсь, открываю дверь с ноги, по-барски, как я люблю… а там кто-то стоит. Ну, я и выстрелил. Потом ещё раз выстрелил, а потом уже вы прибежали.

Гвардейцы ошарашенно кивали, переглядываясь. Ильдар же выглядел смущённым и виноватым.

– Как же они вторую ночь подряд сюда проникли, ваша милость? Как мы их пропустили? – он с отчаянием дёрнул себя за бороду. – Прямо в дом пробрались…

– А вот не знаю. Разберись с этим, ты же у нас гвардией командуешь.

– Сделаю. Примите мои извинения, – пробурчал Ильдар. – А вы, граф, очень везучий человек!

– Да-да, очень везучий, – согласился я

«Очень везучий», – эхом отозвалось у меня в голове. И в памяти всплыли образы величественных арен Валдариса, сверкающих лабораторий, моя личная мастерская, где я был властителем порядка и творцом чудес.

А теперь вот я стоял в пыльном коридоре среди трупов, и меня называли везучим за то, что я не был зарезан во сне.

Как жизнь, однако, меняется. С ироничной усмешкой я развернулся и пошёл прочь, оставив Ильдару удовольствие разбираться с последствиями моего «везения».

Глава 6

Его звали Борщ. Не самое грозное прозвище, но оно прилипло к нему ещё в армии.

Андрей Семёнов, бывший лейтенант имперских войск, получил такую кличку за рыжий цвет волос и невероятную любовь к красному супу, который он мог поглощать в промышленных количествах.

Борщ сидел в кресле, обтянутом медвежьей шкурой, в главном зале своего штаба. Этим штабом служил старый охотничий домик какого-то барона, построенный из камня ещё в те времена, когда технологии были в силе, а дичь водилась в избытке.

Вокруг домика раскинулся лагерь его банды: десяток избушек, потёртые палатки, несколько землянок. И всё это было обнесено частоколом – защита не столько от людей, сколько от зверей и инсектоидов.

Люди шастали по лагерю, рубили дрова, играли в карты. Один ходил туда-сюда с рюкзаком, будто что-то искал, и при этом постоянно спотыкался. Пьяный, что ли?

Дверь скрипнула, и в комнату вошли трое. По их лицам Борщ сразу понял – пришли ныть.

– Атаман, мы вернулись с восточной засеки, – начал один из них, с прыщавой рожей.

– Слушай, ну мы поняли свой косяк, – подхватил второй, с кривым, как буква S, носом. – Убери нас с этого участка. Поняли, больше не будем.

Они имели в виду тот косяк, когда в пылу спора чуть не спалили одну из сторожевых вышек. Борщ за это заставил их патрулировать самый скучный, глухой участок дороги.

– Не, ни хрена, – покачал головой он. – Ещё недельку там побудете. Потом посмотрим на ваше поведение.

– Да атаман, там же ни черта не происходит! – взмолился третий, парень с перебинтованной рукой. – Тупо сидим, скучно же, и толку никакого. По той дороге люди раз в месяц ходят. Мы от скуки завоем скоро, как волки.

– Что, совсем никто не ходит?

– Ну, были крестьяне какие-то недавно, на ярмарку ехали, на телеге…

Борщ медленно поднял на него тяжёлый взгляд.

– Надеюсь, вы их не убили?

Бандиты синхронно замотали головами.

– Нет, нет, ты что! Ограбили и отпустили. Мы твой принцип знаем. Зачем убивать тех, кто нас кормит?

– Верно, – удовлетворённо кивнул Андрей. – Живого можно много раз грабить. А мёртвого – только один раз. Всё, валите обратно! Приказ в силе.

Бандиты, понимая, что дальше спорить бесполезно, покорно потопали прочь. Борщ проводил их взглядом, потом хлопнул в ладоши. Из соседней комнаты появился другой его человек, по кличке Табак.

– Как там наш информатор? – спросил Борщ.

– Да нормально. Сидит в яме, скулит. Пить просил.

– А ты что?

– Да ничего. Дождь ночью был, там в яме вода скопилась. Вот пусть и пьёт, – развёл руками Табак.

Борщ рассмеялся, и от смеха затряслось его обширное брюхо.

– Когда это ты таким бережливым стал? Воду мог быть и дать. Ладно. Пойду, поболтаю с ним.

Он поднялся и вразвалку вышел из домика. Лагерь жил своей жизнью: кто-то чинил сбрую, кто-то точил ножи, у костра спорили о дележе недавней добычи.

Борщ прошёл к дальнему углу частокола, где в земле была вырыта квадратная яма. Сверху на ней лежала тяжёлая крышка из брёвен.

Андрей отодвинул крышку. Внизу в грязной жиже сидел мужичок по имени Ефим. Он съёжился, увидев над собой широкий силуэт Борща, и закрыл ладонями побитое лицо.

– Ну что, собака, память прояснилась? – спросил Борщ. – Давай выкладывай, что ещё знаешь про усадьбу Шахтинского.

– Да я всё уже рассказал! Тайный ход показал, что ещё надо⁈

– То, что про ход рассказал – молодец, – согласился Борщ. – Но ты должен был сообщить, что он завален. Неприятный сюрприз оказался.

– Откуда же я знал! – взвыл Ефим.

– А должен был знать. Ну, так что? Больше ничего не вспомнил? – Борщ присел на корточки у края ямы и достал из-за пазухи краюху хлеба. – Перекусить, может, хочешь?

Бедняга сглотнул, и в животе у него громко заурчало.

– Хочу.

– Тогда рассказывай. Только что-нибудь полезное, а то вместо хлеба вот это получишь, – Андрей показал пленнику огромный, с мозолями на костяшках, кулак.

Ефим, дрожа, выдавил из себя всё, что смог: количество гвардейцев в усадьбе (мало), их вооружение (убого), что оружия в арсенале почти нет, про запасы еды (скудные), про странное поведение графа после несчастного случая в шахте.

Про магию Шахтинского он толком ничего не знал, кроме того, что граф в схватке с бандой Барса мастерски использовал кристаллы.

– Отпусти меня, Борщ… Я всё сказал, честно! – проскулил слуга.

Андрей почесал свою рыжую щетину.

– Нет уж. Посиди ещё, подумай. Вдруг вспомнишь что-то ценное. Про графские сокровища, например. Или где у него спрятаны артефакты.

Он бросил вниз хлеб, который шлёпнулся в грязь рядом с Ефимом, и одним движением задвинул тяжеленную крышку.

«Можно было бы его спокойно отпустить, – думал Борщ, возвращаясь к домику. – Но пусть сидит. Чтобы всё не испортить. А то вдруг он эту инфу про усадьбу Шахтинского ещё кому-нибудь продаст».

Парни уже вовсю раскапывали лаз, скоро закончат. Тогда можно будет пробраться к усадьбе Шахтинского всей гурьбой и гарантировано захватить её.

Борщ уже посылал ребят убить Шахтинского. Дважды. Никто не вернулся. Видать, с охраной у графа всё в порядке, что логично. Ведь если Шахтинского грохнут – земли его, конечно, сразу же разграбят. А людей либо перебьют, либо заставят служить новым хозяевам. Они наверняка этого не хотят.

Борщ планировал как следует поживиться на землях молодого графа. Может, даже себе их присвоить. Но для этого и нужен лаз, чтобы разом захватить усадьбу изнутри.

Посылать мелкие группы через лес – себе дороже. Даже магическое прикрытие их не спасло.

Деревенский колдун, что прибился к банде, старый пьяница и рохля, наколдовал на очередных головорезов иллюзию. Слабое заклинание, но благодаря ему они смогли подобраться к самой усадьбе.

Может, даже в спальню графа смогли залезть, как и планировалось. Но всё равно не вернулись.

В этот момент к Андрею подскочил запыхавшийся разведчик.

– Атаман! Там это… Шахтинский! Выехал из своих владений, в сторону шахты поехал. Один!

Борщ нахмурился.

– Да как так? Он совсем бесстрашный, что ли? Или крыша у него окончательно поехала?

«Или меня одни дебилы окружают и не понимают, что не может граф в такой ситуации один по глуши шариться?» – добавил он про себя.

Мысль, что это мог быть сам граф, казалась Борщу абсурдной. Ни один аристократ, даже самый отчаянный, не поедет один в лес, кишащий бандитами и тварями. Это наверняка ловушка.

– Ладно, – процедил Андрей после паузы. – Отправьте человек пять-шесть. Новеньких, кого не жалко. Пусть проверят. Если это он – схватить и привести ко мне живым. Интересно стало, что это за фрукт такой. Если засада – свалить оттуда, в бой не ввязываться. Всё понял?

Разведчик кивнул и побежал передавать приказ.

* * *

Ночные нападения начали меня по-настоящему напрягать. Это уже переходило все границы приличия. Разбойники ходили в мои владения как к себе домой.

Совсем обалдели! Куда такое годится?

В прежней жизни мои владения охранялись артефактными системами такой мощности, что незаметно пролезть мог разве что призрак, да и то сомневаюсь.

А тут – простые бандюки с дубинами. Бесит.

Обедал я в одиночестве, в той же столовой с видом на запущенный сад. В миске дымилась похлёбка из оленя, что мне так вовремя подвернулся.

Большая удача, между прочим. В здешних лесах охотиться – дело рискованное. Мало того что звери пошли магически изменённые, крупнее и злее обычных. Так ещё и инсектоиды из оврагов могут выползти, да и магические аномалии всякие случаются – то туман, разъедающий плоть, то зоны гравитационных нарушений.

Ну и бандиты, куда же без них.

Так что свежее мясо на столе даже у графа – редкость.

Жевать в одиночестве надоело. Я позвал деда Макара. Старик, исполнявший обязанности управляющего и, кажется, ещё десятка должностей, явился быстро.

– Садись, пообедаем вместе, – сказал я, указывая ложкой на стул напротив.

Дед с опаской взглянул на стол, как будто из него торчали пики точёные. Или что похуже.

– Да как же, ваша милость… Негоже мне с вами за одним столом. Вам поправляться надо, кушайте сами, не отвлекайтесь.

– Садись, Макарыч. Ешь. Это приказ.

Он вздохнул, нехотя пододвинул стул и опустился на краешек. Я плеснул ему в миску похлёбки из котелка и вручил ложку.

Немного поели в тишине. Супчик, кстати, был вполне ничего. Баба Катерина, которая была здесь главной на кухне, добавила каких-то травок и немного моркови для сладости. Так что получилось даже вкусно.

– Надоело, что всякая шелупонь ко мне в спальню лезет, – сказал я. – Как нам сделать так, чтобы в имение никто не мог попасть? Может, двери усилить, решётки на окна поставить?

– Да ничего мы не можем сделать, ваша милость, – проскрипел дед Макар. – Металла лишнего нету. Кристаллов – раз-два и обчёлся. Рук рабочих не хватает – вы сейчас ещё и часть слуг в гвардию забрали, чтоб деревню охранять. У нас даже гвоздей лишних нет. Вон, сарай один старый совсем прогнил, так мы оттуда гвозди старые вытащили, чтоб хоть что-то подлатать.

Я кивнул, хотя чего тут кивать – ситуация была хуже некуда.

– Ну и как нам позаботиться о защите имения? Есть идеи?

Дед почесал в затылке, размышляя.

– Можно, конечно, людей с деревни снять, всех сюда стянуть… – начал Макар неуверенно. – Или капканы под вашей спальней поставить. Все входы, кроме главного, забить досками. А то и частокол настрогать, вокруг усадьбы поставить.

Я представил себе частокол вокруг этого полузаброшенного особняка. Смотрелось бы, как заплатка на рваной одежде.

– Ага, – усмехнулся я, откидываясь на спинку стула. – А ещё проще – все двери наглухо забить и забираться в дом через второй этаж по верёвочной лестнице. А напротив окна баллисту поставить. На всякий случай.

– Хорошая идея, ваша милость! – воскликнул старик. – Только баллисту делать долго, можно просто большой арбалет соорудить и на станок поставить! А верёвочную лестницу – это мы запросто!

– Да я пошутил, Макар. Комфорт тоже важен. Мы же не в осаде круглосуточной сидим. Хотя, – я оглядел заляпанные плесенью углы и потёртый ковёр, – комфорт у нас понятие растяжимое.

Старик смущённо потупился.

– Тогда, может, просто новых людей для охраны нанять? – пробормотал он.

– Где их найти? – спросил я.

А про себя подумал: если бы в округе имелись желающие здесь служить, уже и так бы очередь стояла. Кому охота к нищему графу наниматься, да ещё и с риском для жизни?

– Ну так в деревнях клич кинуть, – сказал Макар, как будто это было очевидно. – Заплатить у нас есть чем. Дня на три-четыре сможем людей нанять, пока опасность не минует.

– И чем мы будем платить?

– Мясом, – ответил дед, кивая на котелок. – От оленя ещё большая часть туши осталась в леднике. А мясо в цене, особенно сейчас, когда охотиться страшно. Ну, это… при условии, что мы сами это мясо есть не будем, конечно.

Вот так. Выбор между сытым желудком и относительной безопасностью. Классика выживания.

– Ну ладно, – вздохнул я, отодвигая миску. – И как мне крестьяне помогут защититься от бандитов? Они ведь не солдаты.

– Да они ж ребята местные, крепкие, – оживился Макар. – Всю жизнь руками работают, силушку имеют. Да и с оружием знакомы – места-то у нас опасные. В этих краях каждый мужик хоть немного, да сражаться умеет. Не то что городские неженки.