Текст книги "Последнее убежище (СИ)"

Автор книги: Александр Кросс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц)

Александр Кросс
Последнее убежище

1. Дверь в будущее

Клинт сидел на мягком кожаном кресле. Не каждому в его военной части выпадала такая удача, но сегодня генерал самолично вызвал его для беседы. Такое с местными военными случалось еще реже. Кабинет казался типичным для военного. Каждая вещь стояла на своем месте и порой не сдвигалась годами и на сантиметр. В армии самым главным был порядок. Как только нет порядка и дисциплины – на положительный исход любой военной операции можно не рассчитывать. Будь то доставка пары ракет в расположение военных сил, или уничтожение засевших в горах повстанцев.

На стенах висело несколько фотографий с бравыми мужчинами в форме. Не нужно быть гением чтобы догадаться – это сослуживцы генерала. Те, с кем он прошел войну в Азии начавшуюся в 2039 году и длившуюся шесть долгих лет. Год марширования по плацу и сборки автомата никогда не заменят пяти минут боя. Тебе даже не обязательно стрелять, за тебя это сделают враги. И каждая летящая пуля ощущается волосками кожи за десятки метров. Но что ни говори, а впечатления от первого боя быстро улетучатся если приходится воевать шесть лет подряд. Все превращается в игру на смерть. Есть вы – есть они. И победитель будет только один. Первое убийство заставляет кипеть кровь и переворачивает желудок. Пятое. Десятое. Двадцатое. Это превращается в рутину. Убиваешь с десяток повстанцев, уже через пол часа летишь на вертушке на базу, пить теплое пиво и есть паек.

Каждый год вспыхивали конфликты то тут, то там. Но эта война в Азии с противниками основного режима была самой серьезной. Тогда решалась судьба мира, и жертвы исчислялись миллионами. Уже никто не обращал внимания на применение кассетных боеприпасов и химического оружия. Все хотели результата. А результат всегда один – смерть. Пока ты спишь в теплой постели и думаешь какую пиццу заказать, где-то с другой стороны планеты самолеты сбрасывают на головы бомбы. Все сводится к политике. Для человека в костюме люди давно стали расходным материалом. Не видя реальных жертв у порога собственного дома проще вести войну. Одного изуродованного противопехотной миной солдата всегда достаточно чтобы понять насколько это ужасно. А пока этот солдат будет цифрой на бумаге это не имеет никакого влияние на умы людей.

Так во время эпидемии Хартонской лихорадки в 2056 году на огромных экранах в центре всех городов транслировались палаты умирающих пациентов с телами покрытыми язвами. Когда общество становится слишком умным и видит подвох в вакцине, слепленной из дерьма и палок, только так правительство смогло загнать людей на вакцинацию. Благодаря этому эпидемия с жертвами в 250 миллионов по всему миру была погашена за девять месяцев. В аптеках нельзя было купить аспирин, потому что все фармацевтические заводы перевели на производство вакцины.

Мир сходил с ума, и иногда требовался грубый подход. Мы становились жестокими убивая врага, ради спящих в своих кроватях детей. Иногда спор нельзя разрешить без пары ядерных бомб. Огромное количество мирных жителей с лучевой болезнью? Ну они же где-то там, а не на ваших улицах. Сопутствующий ущерб. Это будет повторяться раз за разом. День за днем и год за годом. Пока человеку в костюме попадает в карман пара монет или щепотка власти, мы будем жить именно так. А кто-то и вовсе не будет жить придавленный бетонной плитой своего дома после взрыва бомбы где-то неподалеку.

– Это мистер Кей. – генерал согнулся над своим столом. Осанка хозяина кабинета явно дала сбой под тяжестью ответственности. – Он обратился к нам для того чтобы отобрать одного человека для проведения одного…

– Нам нужен человек чтобы испытать возможности нашей разработки. – бесцеремонно перебив генерала мистер Кей вальяжно развалившись на кожаном диване. – Нам нужен бравый солдат с идеальным здоровьем, который способен рискнуть и доказать, что десант всегда выше всех и лучше всех.

– Звучит так словно вы пытаетесь заманить конфеткой ребенка в клетку с львом. – Клинт всегда отличался дисциплинированностью, но при этом говорил то что думал. Лизать задницу и подбирать слова не было его сильной чертой.

– А даже если и так? – мистер Кей широко улыбнулся. – Неужели вы ослушаетесь приказа своего генерала? У Вас есть отличный шанс помочь своей стране.

– У меня такой шанс предоставляется уже три года. – Клинт взглянул на ссутулившегося генерала. – И как видите я все еще в строю.

– Давайте не будем спешить. – генерал сглотнул слюну пытаясь смочить пересохшее горло. – Мистер Кей представляет ведомство, о котором мы даже говорить не имеем. Но он говорит правду – твое решение в этом кабинете может помочь стране.

– Надеюсь мне не сотрут память как в старом фильме после этого разговора. – Клинт перевел взгляд на мистера Кея. – Я так понимаю это эксперимент, раз уж вам так интересно мое здоровье. Я готов выслушать в чем он заключается.

– Криозаморозка. Ваше тело подвергнут воздействию экстремально низких температур, и вы по сути впадете в анабиоз. Вам будет введен экспериментальный препарат, препятствующий кристаллизации льда в тканях. Это позволит сохранить ткани, а главное мозг. В таком состоянии тело проведет четыре недели. После этого обследование длинной три месяца. По завершению обследования вы получаете лучшие рекомендации для службы, лучшую медицинскую страховку и пять с половиной миллионов долларов на пенсионный счет.

– Помимо меня были другие испытуемые? – Клинт провел рукой по короткостриженой голове с черным волосами.

– Восемьдесят мышей: тридцать три смерти, сорок семь выживших. Шестнадцать собак: одна смерть, пятнадцать выживших. Шесть обезьян: смертей нет.

– Вам и правда дали разрешение на эксперимент с моим участием?

– Так уж случилось, – мистер Кей взглянул в карие глаза парня, – что нам не требуется разрешения. Если что-то пойдет не так, мы сделаем вид что ничего и не было.

– Ну что же Вы так нагнетаете? – генерал осмелился вмешаться в разговор. – Клинт подумай. Это твой единственный шанс поставить на ноги маму. Мы все знаем в каком она состоянии. Сколько ей дали? Год?

– Полгода. Не думаю, что это как-то поможет. Эта болезнь деньгами не лечится.

– Токсикоплазмический рак. Тринадцать человек: смертей нет. – улыбка на лице мистера Кея стала еще шире. – Мы готовы обеспечить Вашу маму всем необходимым уходом и лечением чтобы она спустя год смогла играть в гольф.

– А если я откажусь? – взгляд Клинта был полон сомнения.

– В таком случае покупайте гроб заранее, к осени снова обещают повышение цен на дерево.

Мистер Кей поднялся и направился к двери насвистывая веселую мелодию и не дожидаясь ответа солдата вышел в коридор. Голова Клинта бурлила от мыслей. Он хотел спасти маму, вернуть ее к жизни, избавившись от горы трубок и аппаратов, окружающих ее в палате больницы. Но и оказаться выброшенным в мусорное ведро после неудачного эксперимента было не лучшей перспективой. Он понимал, что решение нужно принять именно сейчас. Никто не будет ждать пока он обдумает все плюсы и минусы этой затеи.

– Я согласен. – кулаки сжались от напряжения, но слова уже были сказаны.

– И какого хрена ты мне об этом говоришь?! – с уходом мистера Кея к генералу вернулась былая смелость. – Или ты думаешь, что я сам побегу за ним? А ну поднял свою задницу с моего кресла и помчал спасть свою мать!

– Есть!

Клинт сорвался с места как истребитель с палубы авианосца. Дверь в кабинет распахнулась с такой силой что потная ладонь не смогла удержать дверную ручка и та с размаху врезалась в стену. Где-то позади благим матом кричал генерал, но Клинт уже не обращал на него никакого внимания. Человек в черном костюме испарился в прямом как натянутая струна коридоре. Парень бежал по коридору до самого выхода из здания, но и там среди серо-зелёных военных футболок не было ни одного черного костюма. Сердце замерло понимая, что единственный шанс изменить жизнь матери упущен.

– А Вы быстро бегаете. – голос раздался из-за спины Клинта.

– Что? – он обернулся и увидел мистера Кея вышедшего из туалета. Тот вытирал руки бумажным полотенцем, после чего бесцеремонно бросил его на пол.

– А вот со слухом явные проблемы. Я уже не уверен, что Вы нам подходите.

– Я готов пройти эксперимент, мистер Кей.

– Вот это уже разговор поинтереснее. – мужчина в черном костюме похлопал парня по плечу. – Иди за мной, мы отправляемся к нашей базе.

– Сейчас? – Клинт оглянулся в сторону казарм. – Мне нужно забрать личные вещи.

– Они не пригодятся. – мистер Кей уже шагал к месту посадки военных вертолетов. – Средства гигиены и одежда будут выданы в первый же день. Питание трехразовое, придется есть то что мы даем. Организм подвергнется чистке в течении недели. После этого анализы и решения вопроса о допуске к эксперименту.

– Из какого Вы ведомства? – Клинт вышагивал по правое плечо от мистера Кея.

– Кажется мне что лучше если Вы останетесь в неведении. Мы имеем очень длинное и нудное название, и не дай Бог Вам его запомнить. Постарайтесь больше на задавать этот вопрос.

– Так точно. – солдатская жизнь сама подкидывала в рот нужные слова не отягощая мозг лишними раздумываниями.

– Честно говоря я не думал, что Вы согласитесь так просто. Нам очень повезло что Ваша мама… – первый раз за всю беседу мистер Кей осекся. – Мы очень рады что сможем помочь Вашей маме.

– Я рад что у меня появился такой шанс. – Клинт понял, что именно хотел сказать человек в черном костюме. Он привык быть расходным материалом в играх больших дядь. Кто-то рубит пешки, а кто-то отправляет взвод на смерть точно понимая, что ни один солдат не вернется, выполняя обманный маневр.

– Карета подана. – мистер Кей ткнул пальцем в вертолёт с работающим двигателем уже набирающим обороты. – Лететь не так близко так что можете надеть эту маску для сна. Не хочется, чтобы вы разглядывали окрестности в полете.

– Мы так близко к вашей базе?

– Перестаньте думать пожалуйста. – на лице «костюма» появилась недовольная гримаса. – Это только все усугубляет.

Клинт натянул маску для сна и попытался залезть в салон вертолёта. Через секунду поняв, что уткнулся в гладкий металлический борт и стянул маску с одного глаза. Сделал шаг вправо и все-таки влез в дверной проем нащупывая руками кресло с ремнями. Ремень был застегнут на автомате, для этого было совсем не обязательно его разглядывать.

– Не думал, что мою просьбу не думать Вы воспримите настолько буквально. – Кей явно язвил.

Клинт не стал отвечать, понимая, что собеседник в любом из случаев оставит последнее слово за собой. Дверь вертолета захлопнулась, и многотонная машина поднялась вверх, дав левый крен. С закрытыми глазами было трудно определить на сколько градусов вертолёт отклонился от своего первоначального положения. Но примерное направление было понятно. Военная машина уносила своих пассажиров на юго-запад. Летели они часа три и исходя из этого можно было рассчитать расстояние в 500–600 километров.

Клинт делал это скорее из привычки держать все под контролем. Даже в ситуации, когда тебя везут вроде как для благого дела. Кто знает, чем все это может обернуться. Хоть генерал и знал кто его забрал и для чего, вряд ли он станет особо радеть за пропавшего подчиненного у которого кроме больной матери никого и нет. А прикованная к больничной койке женщина точно не сможет активно искать сына. Скорее она умрет раньше, чем начнет волноваться почему сын так давно ее не посещает. Обороты винта стали замедляться и вертолет замер на месте чуть поворачивая корпус. Пол минуты спустя металлические полозья коснулись чего-то твердого.

– Время снять повязку. – мистер Кей открыл дверь и первым выбрался из кабины вертолета. – Добро пожаловать. Здесь вы проведете ближайшие четыре месяца.

Клинт ступил на твердую горную породу. Оглядевшись вокруг он не заметил ничего что могло напоминать строение или хотя бы палатку. Вокруг были голые скалы, лишь кое где поросшие местной неприхотливой растительностью. Вертолет начал набирать обороты и быстро набирая высоту заложил правый крен ложась на обратный курс. Где-то высоко в небе летал ястреб, похоже одна живая душа на многие километры вокруг.

– Мы точно прилетели куда следует? – Клинт обвел взглядом скалы и остановился на улетающем вертолете.

– Конечно. Вы смотрите, но не видите.

– Чтобы видеть, нужно понимать куда смотреть.

– Звучит философски. – мистер Кей улыбнулся шире обычного и отправился к отвесной скале.

– У нас нет никакого снаряжения чтобы взобраться наверх. Слишком высоко.

– А кто сказал, что мы будем подниматься?

Человек в черном костюме надавил на один из каменей скалы и раздалось шипение. Часть скалы медленно отъехала в сторону открывая перед посетителями проход внутрь. Это напоминало какой-то приключенческий фильм где древние цивилизации сделали секретные проходы с коридорами, наполненными множеством смертельных ловушек. Один неосторожный шаг и десяток стрел, измазанных ядом, вылетит из ближайшей стены.

– Это что? – Клинт замер, не двигаясь с места.

– Это дверь в будущее. Для Вас. Для Вашей матери. Для всей нашей страны. – мистер Кей прошел в образовавшийся проем. – Так и будете стоять на месте? Гидравлический механизм автоматически закрывает дверь спустя тридцать секунд после открытия.

Клинт успел сделать шаг как раз в тот момент, когда металлическая дверь, отделанная камнем, снаружи зашипела и закрылась за его спиной. Еще секунда промедления и был шанс остаться без руки или ноги застрявшей в проеме. Коридор впереди был освещен тусклым светом потолочных ламп. Отличный способ адаптировать глаза к темноте – это постепенно снижать яркость ламп, чтобы глаза могли концентрироваться на объектах и видеть их даже при слабом освещении.

Стены были грубо отесаны и имели сотни выбоин от инструмента, ровняющего их, наверное, сотни лет назад. Возможно это была какая-то заброшенная шахта, до тех пор, пока армия не присмотрела ее для своих нужд. Зачем копать новую яму если пару сотен лет назад для вас постарались темнокожие работяги, привезенные в трюмах кораблей из далеких стран. Экономия должна быть экономной.

Звуки шагов разносились по коридору, то и дело эхом возвращаясь обратно. Клинт не знал сколько придется пройти. Этот коридор имел небольшой склон, то и дело поворачивая то вправо, то влево, словно змея в траве. Они прошли метров двести прежде чем уперлись в старый лифт напоминающий клетку. Обычно в таких шахтеры спускаются в забой для выполнения своих непростых работ. Лифт был ржавым и ненадежным. Но мистер Кей не раздумывая вошел в него и дождавшись своего попутчика с силой закрыл трясущуюся дверь. На панели по правую сторону от двери было всего две кнопки. «Костюм» нажал на нижнюю и лифт издавая громкий скрежет медленно отправился вниз.

– Какая глубина? – Клинт пытался занять путь вниз разговором понимая, что он будет долгим.

– Хватит, чтобы заскучать. – подтвердил его мысли Кей.

– Не думайте, что я пытаюсь шпионить и выяснить какую-то секретную информацию.

– А даже если так, у Вас не будет ни единого шанса выбраться отсюда вместе с ней.

– На что Вы намекаете?

– Ну а что первое приходит в голову? – видя настороженный взгляд парня Кей продолжил. – Не переживайте. Мы Вас не убьем. Просто сотрем память и отпустим домой к здоровой маме с кучей денег и отличной медицинской страховкой.

– Я так и знал! У вас есть этот стиратель памяти как в кино?

– Нет. – человек в черном костюме закатил глаза. – Если Вы попытаетесь что-то разгадать, все деньги со счета исчезнут, страховка испарится, а Вас отправят в больницу для душевнобольных. Обычно там держат тех, кто любит строить теории заговоров. Так что в этот раз мама будет посещать Вас.

– Звучит не очень. – парень почесал затылок и скривил недовольную гримасу.

– Просто соблюдайте правила. Они не любят, когда их нарушают.

Лифт вздрогнул, уткнувшись в амортизаторы нижнего этажа. Мистер Кей с усилием распахнул двери, открывающие вид на массивные гермодвери окрашенные в черно-желтые полосы. Клинт видел такие лишь на картинках и схемах противоядерных бункеров. Такие двери могли выдержать мегатонные взрывы в относительной близости от них, но их ставили на поверхности. Смысл ставить их в глубине горной массы если она сама готова защитить бункер от наружного взрыва? Кей словно прочел мысли парня и произнес.

– Мы просто не хотим, чтобы кто-то ушел раньше времени. – на лице играла искренняя улыбка.

2. Чистилище

Клинт остановился перед огромной гермодверью. Ее массивность чувствовалась даже на расстоянии. Для открытия таких дверей обычно использовали электромоторы, но и они справлялись очень медленно. Так что, если возникнет желание выбежать на улицу и подышать свежим воздухом, придется постоять в ожидании пока под скрежет механизмов эта заслонка отварится.

Одного касания к желто-черным полосам краски было достаточно чтобы понять, никто не пытался сохранить этот проход в идеальном состоянии. Главное, чтобы он выполнял свою функцию и не защищал тех, кто находится внутри. А местами облупившаяся краски никак с этим помочь не сможет. Разве что пришедший извне имеет на нее аллергию.

По левую сторону от гермодвери находился небольшой щиток с несколькими кнопками. По всей видимости он доживал свои последние годы и держался из последних сил. Местами сколотая краска и затертые кнопки говорили о том, что время одерживало верх. Что же случится если в один прекрасный момент одна из кнопок перестанет работать и вход окажется закрыт. Смогут ли те, кто находится внутри самостоятельно выбраться? Судя по последней фразе мистера Кея такая возможность не предусматривалась. Скорее всего внутрь мог войти кто-то снаружи, и только от него зависела судьба запертых за массивной стальной дверью.

– А что делать если пульт сломается и не будет возможности выбраться наружу? – Клинт не выдержал и задал волнующий вопрос.

– Штат сотрудников небольшой, всего 12 человек. Запасов еды достаточно на 20 лет. Так уж случилось что все питание этого бункера происходит от природной энергии.

– Солнечные панели?

– Ветряки. – мистер Кей подошел к панели и нажал несколько кнопок. Двери мягко стали разъезжаться в стороны.

– Мне кажется солнечные батареи куда проще. Эта местность довольно жаркая.

– Так и есть. Но дело в том, что солнечные панели очень восприимчивы к песчаным бурям, которых здесь достаточно. Вероятность того что панель не улетит довольно мала. А если и будет добротно закреплена, ее повредит песок. Он как наждачная бумага царапает верхний слой и не дает панели работать на полную мощность.

– А ветряк, – Клинт попытался поспорить, – при избыточном вращении может разрушиться.

– Тоже верно. – мистер Кей взглянул на часы как будто поторапливая гермодвери. – Но наши ветряки имеют функцию замедления и блокирования вращения. После чего лопасти складываются, что не дает повредить их.

– Никогда о таком не слышал. – Клинт потер нос и решил продолжить беседу, видя, что в образовавшуюся щель между створок не смог бы пролезть ни один из них. – А что если использовать ядерную энергию?

– Нет столько воды для охлаждения системы. – парировал Кей.

– Но ведь ваши сотрудники на базе что-то пьют, значит вода есть.

– И именно поэтому она так ценна. Здесь есть скважины уходящие довольно глубоко. Несколько насосов справляются с задачей доставки воды на базу. Но. Если пытаться выбрать больше воды, ее уровень в естественном резервуаре опустится, а это уже проблема.

– 2065-й год, а у нас проблема удлинить трубу. – ехидно попытался ответить Клинт оставив последнее слово за собой.

– Не все решается длинной, мистер Клинт. – это был первый раз, когда «костюм» назвал его по имени. – Иногда даже наши возможности упираются в бюджет.

– Вот это больше похоже на правду. – парень улыбнулся, понимая, что несколько ветряков и правда лучше, чем атомная электростанция в пустынной местности.

– Я думаю мы уже можем пройти. – Кей протиснулся в проем и Клинт отправился за ним.

Внутренняя часть базы не шла ни в какое сравнения с тем что было по ту сторону двери откуда пришла пара мужчин. Здесь потолок святился сотней ярких ламп, а стены и пол были идеально белыми. Такими, что на них можно было увидеть упавшую ресницу. Тут же к паре подбежали сотрудники в белых комбинезонах и респираторах. В руках у них были аккуратно сложенные вещи и обувь, упакованные в пластиковые пакеты. Ничего не говоря они указали гостям на кабинки у входа, намекая на то что нужно переодеться.

Клинт зашел в кабинку слева и оценил порядок. У входа был пластиковый контейнер с надписью «для грязной одежды». Стена напротив загорелась ярким светом отображая порядок действий:

1. Раздеться полностью (не оставлять нижнего белья и украшений)

2. Все вещи сложить в контейнер для грязного белья.

3. Войти в двери с надписью «обработка».

4. Поставить руки и ноги на красные круги. Не двигаться до конца обработки.

5. Выйти в основное помещение и надеть вещи.

Ничего так не успокаивало как алгоритм действий. Если есть алгоритм, значит он уже проверен и отлажен. Алгоритм несет в себе лишь порядок, которого порой так не хватает. Клинт сбросил с себя одежду и аккуратно сложив поместил в контейнер. Армейская дисциплина так быстро не выветривается. Затем прошел в двери с надписью обработка.

Абсолютно голый парень увидел два красных круга на металлическом полу. Босые стопы коснулись холодного металла и дрожь побежала по коже поднимая каждый волосок. Примитивный инстинкт настроенный на попытку создать воздушную подушку между окружающей средой и кожей сейчас был не способен защитить. Уж слишком мало растительности у современного человека. Стены, выполненные из белого пластика, имели множество симметричных отверстий, расположенных ровными рядами. Через секунду Клинт узнал для чего они.

Из каждого отверстия вырвался мощный поток воды, ударяясь в тело он обжигал не столько температурой, сколько силой напора. Разлетаясь на мелкие капли омывал каждую складку даже в самых труднодоступных местах. Кожа горела от такого давления, складывалось ощущения словно парня привязали к машине и волокут по голому асфальту. Вытерпеть такое было непросто, но закалка десантника и долг перед матерью заставлял держать ладони и стопы на красных кругах. Пытка продлилась не больше минуты, после чего поток резко иссяк, оставив пышущее жаром тело сбрасывать с себя последние капли

Только Клинт собирался убрать руки с кругов, как из тех же отверстий в стенах повалил дым. ОН обволакивал тело и заполнял всю комнату до последнего сантиметра. Инстинктивно парень задержал дыхания ожидая, когда все это закончится. Прошла минута. Еще одна. Еще одна. А дым, валящий из стен, все еще не прекращался. Легкие жгло от недостатка кислорода и горло вздрагивало, не понимая почему ему не дают возможности вздохнуть. Не в силах больше терпеть Клинт вдохнул полной грудью впуская в себя клубы дыма. Этот вдох закончился приступ неудержимого кашля. Дым высушивал все внутри проникая все глубже и глубже. И только теперь дверь распахнулась.

Измученное тело с красной кожей, со слезящимся глазами и кашлем похожим на собачий кашель, вывалилось в помещение где его ждали пакеты с одеждой. Дверь с надписью «обработка» захлопнулась и оттуда раздался звук мощных вентиляторов. Похоже вытяжка пыталась удалить этот дым, не допуская его распространения в другие комнаты.

Клинт привалился спиной к стене и попытался отдышаться. Это было не просто, грудь горела, а сердце было готово вырваться из груди. Несколько минут глубоких вдохов хоть и вызывали головокружение, зато выгоняли из легких всю дрянь которой успел надышаться. Встав на ноги, парень рассмотрел пакет с одеждой. Ничего особенного. Пластик тонкий и без какой-либо маркировки. Одежда белая, без бирок и нашивок. Трусы как ни странно подошли идеально. Похоже кто-то поковырялся в личном деле и сверился с данными с последнего мед осмотра. Там был размер трусов? Возможно для этого нужно знать только размер брюк. Ненужные мысли как нельзя кстати отвлекали от того что может ждать за дверью после выхода.

Брюки тоже были белоснежны, без карманов. Футболка ничем не отличалась по функционалу от всего остального. Обувь представляла из себя подобие тряпичных мокасин. Довольно удобные для повседневного ношения, к тому же легко надевались и снимались. Идеальны для дома, но никуда не годились для прогулок по камням. Тонкая подошва могла передать любую неровность дороги и устроить хозяину непередаваемый массаж стоп.

Клинт был готов выходить. Рука, занесенная над дверной ручкой, замерла. В голове засела мысль: «куда я черт возьми влез?». Его сорвали с места службы за пять минут. Перед лицом возникло перепуганное лицо сутулящегося генерала. Затем непонятный тип предложил надеть маску и увез за пятьсот километров к секретному бункеру с гермодверью невероятных размеров. Да в к тому же находящейся глубоко под землей. Как они вообще засунули эти створки на такую глубину? Явно не через тот грубо отёсанный проход в скале. Слишком много вопросов и ни одного ответа.

Рука все-таки опустилась на ручку и распахнула дверь. Мистер Кей уже стоял на пороге одетый во все белое. На коже не было и намека на румянец. Он выглядел так, словно минуту назад вышел из комнаты после легкого освежающего душа. Улыбка не сходила с его лица. Даже в такой простой одежде он умудрялся выглядеть как специальный агент правительства только что передушивший своими руками дюжину шпионов. Натуру невозможно было спрятать за обычной одеждой.

– Как Вам наш прием? – по улыбчивому лицу было непонятно, издевается ли он или просто интересуется.

– Вполне нормально. – Клинт решил ответить нейтрально чтобы не нарываться на грубость. – Я там надышался какой-то дрянью.

– Не переживайте, это один из химикатов очищающий поверхность кожи от патогенных микроорганизмов. Еще не хватало чтобы Вы принесли сюда заразу.

– Зараза может быть и во мне. – Клинт решил сделать тонкое замечание.

– На такие случаи Вы будете помещены в отдельную комнату и пройдете все возможный обследования. Не найдется ни одного места куда не залезут наши лаборанты в поисках хоть какой-то инфекции. Не хотелось бы сделать консерву с изначально истекшим сроком годности.

– У Вас сомнительное чувство юмора. – парень скорчил недовольную мину.

– Наверное издержки профессии. – мистер Кей пожал плечами. – Вы стали моей работай, а к работе нужно относиться со всей ответственностью. Как только Вы ответили мне согласием, я перестал видеть в Вас человека. Только объект. Деталь, которую нужно обработать и предоставить заказчику все результаты испытаний.

– Вам не кажется это бесчеловечным? – Клинт выдал фразу не подумав.

– Бесчеловечно? – «костюм» перестал улыбаться. – Мы достигаем цели доступными способами. И такие понятия как мораль здесь неуместны. Если делить поступки на человечные и бесчеловечные, мы так и будем топтаться на месте. Вы слышали о отряде 731?

– Отряд смерти в Японии. Они проводили опыты над людьми во время второй мировой войны. Заражали людей смертельными инфекциями, варили в кипятке и выставляли на мороз. Это ужасно.

– А Вы в курсе что их исследованиями медики пользуются до сих пор? Они опытным путем узнали о возможной симптоматике и времени до наступления смерти, при воздействии того или иного фактора. Так уж повелось мистер Клинт, что строить теории куда проще с моральной точки зрения. Вот только теория может занять десятилетия, а практика один день.

– То есть Вы считаете, что они были правы, когда убивали китайцев и русских? – Клинт ошарашенно смотрел на собеседника.

– Я бы считал их не правыми, если они делали это ради удовольствия. Поймите, есть цели куда важнее наших с Вами жизней. Мы живем ради своей страны, и даже смерть тоже часть нашей службы.

– Если так-то это очень хреново. – парень оглядел белоснежный коридор. – Куда направляемся?

– Прямо до самого конца. Ваша комната там.

Пара мужчин в белых костюмах направилась по такому же белому коридору. Обилие света, потоком льющегося с потолка, уничтожали тени, и фигуры сливались с задним фоном. Для человека не с лучшим зрением и с десяти метров могло показаться что на него летят головы с руками. И летели они вдоль ряда симметричных дверных проемов до двери с номером 11. Мистер Кей остановился около нее и нажал несколько кнопок на панели расположенной у дверной ручки. Дверь открылась с легким щелчком.

Клинт зашел первым и сразу бросил взгляд на дверь с обратной стороны. Ни панели для ввода кода, ни дверной ручки, ни замочной скважины. Похоже никто не рассчитывал выпускать жителя этой комнаты куда-либо по его желанию. Справа от двери находилась стеклянная дверь в туалет. Сквозь матовое стекло проглядывались очертания туалета и душа. Прямо по коридору была одна единственная комната с кроватью, одним стулом, столом и прикроватной тумбочкой с телефоном. Телефон из последних моделей стационарных телефонов для дома имел видеосвязь и возможность создания голограммы лица собеседника. Дорогая игрушка для особо состоятельных детей.

– К Вам будут обращаться по необходимости. – сказал мистер Кей заметив, как взгляд Клинта остановился на телефоне.

– А если мне что-то понадобиться? – задал резонный вопрос парень.

– Здесь есть все необходимое для проживания. Ведется круглосуточное наблюдение. И если оператор решит, что Вам чего-то не хватает, это будет предоставлено.

– Странно. А если он не поймет, чего мне не хватает? Может я захочу бургер или бутылочку колы?

– Питание здесь предоставляется, не исходя из Ваших интересов, так что можете забыть о бургерах и коле. Запомните, – мистер Кей стал на шаг ближе, – это не курорт и не развлечение. Хоть Вы здесь и по своей воле, но это не значит, что Вы свободны в выборе. Все уже решено месяцы назад.

– В таком случае я привыкну. Это не сильно отличается от армии где все решено за тебя. Ты даже в туалет ходишь по расписанию. А тут по крайней мере есть кровать и душ. Буду валяться и отдыхать до самой заморозки.

– Вспомните эти слова хотя бы через сутки. – «костюм» искренне улыбнулся. – Думаю на тот момент Вы поймете, что ничего глупее не говорили.

– Да ладно Вам меня запугивать. Я бывал в такой заднице мира что меня не напугать белой комнатой с мягкой кроватью. Так что в перерывах между приемами пищи и этими вашими обследованиями я точно найду чем заняться. Однажды после боевого вылета я вернулся в часть и проспал сутки.

– Это полезный навык для данной ситуации. Надеюсь Вам не удалось его растерять. – мистер Кей еще шире улыбнулся, словно пытаясь раздразнить парня своей уверенностью.

– Уж поверьте. – Клинт тоже растянулся в улыбки приняв вызов от ехидного агента. – Вот только тогда мы трое суток скакали по горам в полной выкладке в поисках одного парня. Местный бандит терроризировал деревню что периодически поставляла нам провизию. То он им сарай с коровами подожжёт, то накидает навоза в колодцы. И все время сливал информацию о дислокации наших войск повстанцам. Та еще заноза в заднице. Как потом оказалось он даже денег с этого не имел, просто был идейным борцом за справедливость.