![](/files/books/160/oblozhka-knigi-k-chemu-privodit-interes-376663.jpg)
Текст книги "К чему приводит интерес"
Автор книги: Александр Кальнов
Жанр:
Боевики
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)
Вдруг, оттуда на них с удивлёнными лицами уставились туристы, спешащие в отель и ставшие свидетелями этой перепалки. Погода быстро портилась, и полчаса назад тёплый ветер сменился резкими порывами влажноватого массива, дувшего с океана.
Сокольский смотрел в лицо человеку, превосходящему его по росту и физической силе, возрасту. Глаза противника светились не только энергией, но и жизненной выдержкой, опытом и он точно так же изучал его, Александра.
Где-то вдали у музея слышался вой сирен, которые сливались с шелестом пальмовой листвы и завыванием ветра. Компания туристов окрикнула двоих, но не получив ответной реакции быстро удалилась восвояси.
– Не думаю, что ты хочешь смерти здесь, в то время как твоя напарница удачно выкрала вазу, – пикировал по-английски Сокольский, сменив акцент на итальянский, затем приняв сицилийский говор, продолжил на итальянском, путая противника. – Уходи без боя живым, и забудь моё лицо навсегда!
Майкл, держа палец на взведённом курке, ухмыльнулся. Затем выждал короткую паузу, прикидывая обстановку. Попятившись назад в сторону лесопарковой зоны от освещенной аллеи, Каан ответил на ломаном русском. – Ещё увидимся, товарищ!
Сокольский, не выказав ни капли удивления, улыбнулся и завершил по-французски. – Même par lui–même!33
Само собой, (с французского)
[Закрыть]
Продолжая держать неприятеля на мушке до тех, пока он и вовсе не скрылся за деревьями, юноша, выждал долгую минуту, не убирая пистолета. После подхватил с газончика свой бронешлем, и скрылся в противоположную сторону, огибая стволы пальм и прочую густую растительность, двигаясь вдоль широкой аллеи к выходу из парка.
Остановившись в кромешной темноте, Сокольский стянул с себя облегающий тело чёрный бронекостюм, вытащил из кармашка плотно спрессованный тряпичный рюкзачок и развернул его. Свернув бронекостюм и уложив его вместе с оружием и прочими примочками, которые были закреплены на поясе в держателях, юноша, оставшись в жёлто–белых шортах в цветочек, жёлтой футболке и лёгких жёлтых теннисных кроссовках, перекинул серенький рюкзачок на одной лямке через плечо.
Выдохнув, Сокольский беззаботной походкой, но внимательной озираясь по сторонам, вышел из глубины лесопарковой зоны на освещенную аллею. На глаза ему тут же попалась иная весёлая молодая компания туристов, состоящая из юношей и красивых особ, одетых в лёгкие летние наряды.
Те посмотрели на него, и Сокольский, нарочито поправив шорты, ответил с британским акцентом, изобразив лёгкое опьянение и поглядывая на французских юношей и их красивых спутниц. – Ох уж это пиво, вечно тянет в кусты!
Европейские студенты поняли его шутку, и, огласив понимающим смехом ночную аллею, двинулись дальше, несмотря на порывы ветра, треплющие волосы и лёгкую одежду.
Сокольский, перекинул на другое плечо набитый рюкзачок и быстренько присоединился к весёлым студентам, спешащим из отеля вопреки ненастью в местный бар.
Завязав непринуждённый разговор на тему посещения разных живописных мест и достопримечательностей Филиппин, юноша умело делился географической информацией, изученной ранее, непринужденно общаясь со сверстниками и подкидывая им идеи для будущих экскурсий.
Так Сокольский шёл в компании дюжины людей к выходу из большого парка. Часто оглядываясь по сторонам, он не подмечал крадущихся теней и подозрительных лиц, сквозящих убийственно–таинственной внешностью.
Кто-то из новых знакомых дал ему закупоренную бутылочку местного пива. Сокольский, приняв её с благодарственным жестом, вскрыл всё ещё прохладную бутылку и проговорил для всей молодёжной компании, просияв улыбкой, – да здравствуют каникулы!
И после сделал маленький глоток прохладной нефильтрованной жидкости, довольно выдохнув, но при этом напрягая все мысли о том, что ещё остались живые свидетели Карибского аукциона. Юноша помнил это лицо, но не мог вспомнить кто именно это был.
Травма головы и последующая за ней амнезия наложили неприятный отпечаток, не все тонкости памяти восстановились до конца. Это выражение лица противника, его акцент, движения, этот диалог заняли всю его мыслительную сущность до того момента, пока он не увидел Кристину и Анабэль.
Борт яхты «Peregrinus»
В эти минуты.
Качка усилилась не на шутку.
Даже робот Прометей, имевший в своём высокотехнологичном корпусе оптимальный центр тяжести и возможность его корректировки в каждую долю секунды, пошатывался от того, как большая яхта падала и поднималась, взбираясь на очередной пенный вал как тяжелая каракатица.
Разбушевавшийся Тихий Океан гнал массив волн через Филиппинское море на тысячу островов, а порывистый ветер срывал с пенного гребня соленую шрапнель из брызг воды. Капли как картечь барабанили по бронированным панорамным окнам и иллюминаторам в корпусе яхты.
Прометею пришлось увести роскошное судно подальше от острова и коралловых рифов в то место, где подошва между волнами позволяла без опасения для глубины осадки киля яхты выполнять спасительные манёвры, болтаясь в неспокойных водах как поплавок.
В прохладном и сухом воздухе лаборатории все стоящие на полочках и столах пробирки, колбочки с реактивами позвякивали в держателях и дребезжали от качки при очередном подъёме на гребень волны и скольжения к её подошве.
Измерительное оборудование едва уловимо потрескивало, проводя очередной спектральный анализ, новейшие микроскопы взирали оптическими и цифровыми усилителями на вещества, лежавшие перед увеличительным окуляром на стеклянных пластинках с мягкой белой подсветкой.
В разно размерных прозрачных аквариумах, где древние артефакты сбрасывали тысячелетний налёт, вода с реагентами чуть ли не переливалась через прозрачные края, и Прометею пришлось слить часть жидкости.
Многие очищенные от наростов артефакты древней цивилизации поражали своей скрупулёзной проработкой и точностью. Часть из них была перенесена в герметичное сейфовое хранилище, специально спроектированное и построенное на этом уровне яхты.
Вообще весь уровень яхты в отсутствии необходимости постоянной прислуги, механиков, капитанов и бортинженеров, для которых были необходимы отдельные каюты с удобствами, был заранее перепланирован, перестроен и отдан на откуп внушительной научно-исследовательской лаборатории, чистым помещениям для консервации опасных химических элементов.
Здесь же имелось надёжное сейфовое хранилище, оружейная и иные, немаловажные с точки зрения исследовательской деятельности рабочие помещениям со сложной высокоточной вычислительной техникой, компьютерными терминалами, центром хранения и обработки данных и конференц–залом для учёных. Мегаяхта поражала своей технической насыщенностью, и каждый её дюйм пространства использовался с максимальной пользой.
Выбравшись из ярко освещенной лаборатории с её нарочито светлой отделкой во всех элементах интерьера, пошатываясь на металлических ногах, робот двинулся к стеклянной винтовой лестнице. Она шла через все уровни на верхнюю палубу, а именно на капитанский мостик, оформленный лакированным деревом. Там, вид через бронированные зеркальные стёкла открывал живую панораму на происходящее вокруг яхты.
Ранее Прометей получил сообщение о том, что Кристина и Анабэлла выехали в сторону побережья, но волнение воды усилилось настолько, что добраться до яхты после момента прибытия к причалу будет составлять прямую угрозу для их жизни. Тогда и было принято решение о временной задержке в столице Филиппин.
Анабэлла и Кристина, гоняя по ночным ветреным улицам Манилы, на пару пораскинув мозгами, свернули в центр города и помчались в сторону сверкающих небоскрёбов и ярких огней. Анабэлла, побывавшая в Маниле годом ранее, быстро сориентировала Кристину по маршруту до международного отеля, и напарницы устремили позаимствованный потёртый красный старенький MINI по ночным дорогам, лавируя между иными местными автомобилями, стараясь не нарушать правил и не привлекать ненужного внимания.
Прометей, добравшись до капитанского мостика и попав в окружение высокотехнологичного оборудования для управления массивным плавучим средством, пробежался цифровым взором по длинным панелям, бегущим вдоль панорамного окна, занимающего весь уровень и похожего на английскую букву «U».
Сейчас на сенсорных мониторах отображались данные о техническом состоянии яхты, метеорологические сводки, напрямую поступающие в электронный мозг Странствующего.
Независимая интеллектуальная система управления ежесекундно синхронизировала все показатели, самостоятельно измеряла окружающую среду, условия, и, основываясь на оперативных данных, управляла яхтой предельно аккуратно с учётом особенности поведения в шторме. Прометей мог и сам принять на себя управление.
Однако, видя то, как Странствующий уверенно преодолевает очередную волну, робот довольно кивнул и посмотрел сквозь прочное ветровое стекло, в которое летели тысячи солёных брызг и ветер врезался в них с неистовой силой, пытаясь вдавить панораму стекла внутрь капитанского мостика.
Вернув из памяти раннюю метеорологическую сводку, робот проговорил для пространства, – печально, что сотрудники в метеолаборатории просчитались ровно на сутки, не усмотрев в данных и предпосылках точный прогноз. Или это силы природы нарушили закономерность, с опережением нагнали волну? Интересно, как это природное явление скажется на нашем текущем, и будущем?
И правда, в открытом море волны росли выстой, и уже достигали метров четырёх от бурлящей подошвы до пенного гребня. Докатываясь до островов до тех мест, где близ побережья раскинулись коралловые рифы, валы врезались в них, с шумом и пеной перекатывались через рифы и падали мощью, оставляя часть массы. Оставшаяся двухметровая водная стена всё-таки докатывалась до побережья и силой выбрасывалась пенным бурлящим поток на песок. Волна смывала с него нападавшие пальмовые листья, кокосы и прочую живность, отбрасывая её дальше или унося обратным течением за собой.
Здесь и сейчас, и сотни тысяч лет назад.
Промокнув до нитки, мистер Ревенпорт внимательно наблюдал за тем, как местные жители и хозяева плавучих средств суетятся, тщательно привязывая моторные лодки и прогулочные катера к длинному причалу.
К его великому сожалению он опоздал, и дальнейший выход в море уже был невозможен, и Кейн, прищурив тёмно-карие глаза от сильных порывов мокрого ветра, смотрел в сторону разбушевавшейся стихии.
Яхта, на которую он должен был попасть, увести её от побережья и пустить на дно, сама снялась с якоря и быстро уплыла подальше от острова в море, на глубину. Но благая весть от Дилана о том, что ваза у них, заставила его приободриться, несмотря на надвигающийся шторм и чуть было не сорвавшееся похищение экспоната.
Кейн понимал, что оцененная категория тайфуна не предвещала осложнений для их команды, ведь такие волнения периодически прокатывались в этой части Тихого Океана. Их собственная яхта без опасений боролась со стихией под руководством опытного капитана.
Глядя на гнущиеся под натиском ветра высокие пальмы и на накатывающие на изрезанное побережье пенные валы, мистер Ревенпорт вспомнил, что год назад тайфун Моракот унёс жизни более семи ста человек, прокатившись по многим островам Филиппин и Тайвани, а также обрушился на юго-восточное побережье Китая.
И сейчас, как и тогда, этот тайфун сформировался всего лишь в течение суток. Но намётанный глаз Кейна видел и сам он понимал, что мощь возникшего тайфуна спадёт уже к вечеру следующего дня.
Сняв миленький домик подальше от побережья на окраине города, мистер Ревенпорт поспешил на ночлег. Ему совсем не хотелось тратить часы в темноте под дождем, спеша в потоке машин в Манилу в комфортабельный отель. Он решил остаться здесь, наслаждаясь разгулом стихии, слушая завывание ветра и то, как пальмовая листва колосится с шелестом. Между делом можно распить пару бутылочек пива лежа в гамаке на застекленной веранде, поглядывая на то, как по стеклу стекают капли дождя.
Идя от побережья по узким улицам между частными и многоквартирными домами под шквалистым мокрым ветром, Ревенпорт подумал о вознаграждении за экспроприацию древней керамики. Прикинув в уме сумму с уже имеющимися накоплениями, он сразу же вспомнил риэлтерский проспект с домами на Багамских островах. Сжав от удовлетворенности кулак, Кейн прибавил темп, обгоняя низкорослых местных филиппинцев.
Между тем, прибывший из Манилы Маркус Брикстон, занялся простреленной ногой Райта. Ранение оказалось пустяковым, и, вынув пулю, обработав рану и заштопав прострел, Маркус буквально поставил на ноги Райта. Затем напарник вколол ему антибиотики и обезболивающее и оставил бедолагу в домике.
Сам же Маркус не придумал ничего лучше, и завалился в местный бар в поисках сексуального объекта на ночь. В том шумном заведении играла современная музыка, и огромная компания европейских студентов прожигала деньги родителей и своё здоровье в кумаре табачного дыма с примесью марихуаны, заливаясь разными сортами местного и привозного алкоголя, пробуя разные экзотические кулинарные яства. И как обычно все было сфотографировано подпитыми туристами и выложено в глобальный Fecebook44
Facebook – социальная сеть, основанная в 2004 году Марком Цукербергом.
[Закрыть].
Избитый сценарий.
Отель.
Запахнувшись в мягкий белый махровый халат, Берковская только что вышла из ванной комнаты, где стоя в кабинке, выложенной песочного цвета мелким кафелем, нежилась в тёплых потоках воды, подставив стройное тело под душ.
Бино, приняв душ первой, сидела в схожем халате на низком тканном диване кремового оттенка и смотрела на древний артефакт, стоящий на журнальном столике.
Улыбнувшись вышедшей подруге, Кристина проговорила, – с лёгким паром!
– Спасибо, – ответила Анабэль, и, присев рядом с подругой, склонилась к высокому керамическому изделию.
Просияв улыбкой, сверкая тёмно-синими глазами, наполненными заразительным азартом, Берковская прошептала, – лихо мы их обошли!
В большом ярком комфортабельном номере, состоящем из двух больших плюшевых спальных комнат с современными стильными ванными комнатами и внушительным по размеру и разделяющим эти спальни залом с тканным диванчиком, однотипными креслами, рельефными светло-коричневыми стенами и лепниной на потолке под европейский стиль, в данные моменты царило стильное умиротворение.
Сухой и чуть тёплый воздух, навиваемый кондиционером, подчёркивал уютную атмосферу, которая контрастировала с тем, что творилось на улице. Лёгкая мелодичная музыка затмевала шум ветра и барабанный дождь, сквозивший и стучавший в панорамные стеклянные двери, преграждающие выход на просторную, выстланную песочным кафелем террасу большого отельного комплекса.
Час назад девушки вселились в большой пятизвёздочный отель, арендовав номер на предпоследнем этаже предварительно на пару суток, выложив чуть больше трёх тысяч долларов.
Сокольский, опасаясь слежки, привязался к компании молодёжи и ничего не придумал лучше, как завалиться вместе с ними на пол часика в один из танцевальных баров.
Посмотрев местное гоу-гоу шоу, состоящее из юных девиц, и выпив за время созерцания полуголых тел пару бутылочек пива, юноша на лёгком душевном подъёме и хмеле вышел в суматошную ночь, на шумную улицу.
Быстро поймав такси, Сокольский был вот-вот на подъезде.
Кристина предупредила сотрудников отеля на стойке регистрации о прибытии третьего запоздалого постояльца. В довесок ко всем бюрократическим процедурам Анабэлла позвонила в прокатное бюро и сообщила об угоне автотранспортного средства. Берковская сослалась на то, что во время прогулки по центру города их припаркованный автомобиль исчез, когда они спустя пару часов хождений по круглосуточному торговому центру не обнаружили свой джип на стояночном месте у обочины.
Берковской поверили, тем более машина была застрахована на случай угона. Ночной сменщик в круглосуточном бюро проката сообщил о том, что им нужно будет заполнить официальные документы прямо в отеле, после чего они могут спокойно покидать страну, а поисками машины займётся местная полиция. Такое случалось и ранее, и девушкам эта статистика сыграла на руку. Ну а угнанный MINI они бросили в кромешном переулке, который отыскали посреди стеклянных небоскрёбов, современных кондоминиумов и оригинальных в архитектурном исполнении деловых центров Манилы. Переодевшись в машине, брюнетки с пешим ходом устремились штурмовать отель.
И сейчас, выполнив хищение древнего артефакта, Кристина, взяла со стола бокал красного сухого вина. Посмотрев улыбчиво на Анабэллу, она ответила. – Да, но если бы тот тип не был столь умён и сдержан в своих порывах, сейчас бы мы имели два трупа, нападавшего и Саши!
И после, передернувшись и поёжившись в белоснежном халате, Кристина сделала глоток вина, поставила бокал на стеклянные столик и поправила ещё не высохшие вьющиеся шоколадного оттенка волосы.
Бэль положила руку на оголённую коленку Кристины, похлопала по ней, затем взяв второй бокал, мягким тоном прошептала, не спуская красивых с длинными ресничками глаз с высокой вазы, занявшей центральное место на столике помимо дорогой бутылки вина, трёх бокалов, раскрытого ноутбука и пары пистолетов. – Попроси у Александра образ нападавшего, попробуй составить фоторобот и отошли наброски в контору. Пусть пробьют по базам данных. Когда мы попадём на яхту, проанализируем кровь подстреленного, та что на платочке. Может быть, анализ ДНК что-нибудь подскажет. Но, вот это конечно волшебно!
Анабэлла засияла и указала двумя ладошками на керамическое изделие, пролежавшее на дне морском, чёрт знает сколь долго.
Вдохнув, и смотря на бирюзовый цвет керамической поверхности с чёткими и не истёртыми от времени причудливыми, толи вдавленными, толи нацарапанными на поверхности рисунками каких-то порванных лоскутков с пересекающимися линиями, Бэль продолжила шёпотом, – знали бы музейщики, что им попалось в руки.
Бино, присматриваясь к вазе выдала, – мне кажется, или она только на вид покрыта керамикой. Он слишком лёгкая, для такого объёма.
Берковская кивнула, – да, я тоже это ощутила. Надо её очистить и вскрыть. Эх, поскорее бы попасть лабораторию, изучить её детально!
Кристина, которая по прибытию в номер сразу же обшарила его на предмет прослушивающих устройств и скрытых видеокамер, удостоверившись в их отсутствии, по стандарту включила на ноутбуке подавитель цифровых сигналов, встроенный в мощный переносной компьютер.
Бино взяла со стола коммуникатор, активировала фотокамеру, и, встав с диванчика, принялась щелкать с разных ракурсов всю поверхность вазы с рисунками и теми местами, где их покрывали наросты. Закончив с сим процессом, девушка связала коммуникатор с лэптопом, активировала специализированную программу и принялась ждать. Интеллектуальная система самостоятельно сшивала фотоснимки в одну общую картинку.
В массивную ламинированную дверь постучались, и Кристина, засияв улыбкой, бросилась к двери. Распахнув её, она впустила промокшего до нитки Сокольского. Уперев руки в бока и уставившись юноше в карие глаза, одёрнутые лёгким хмелем, прошептала вслух. – Его значит, чуть не подстрелили, я дико переживаю, а он пошёл на полуголых девок под пивко глазеть?!
Сокольский взглянув на улыбающуюся Берковскую, перевёл взгляд на озорной, и, тем не менее, серьёзный взор любимой. Пожав плечами, юноша протянул, – э-э, работа такая. Нужно было как-то обрубить возможные хвосты!
Кинув серый рюкзачок с бронекостюмом и прочим оборудованием на тумбочку возле входной двери, Сокольский обнял Кристину и прошептал на ухо еле слышно, – я рад снова видеть тебя, собственными глазами!
И, отпрянув от улыбнувшейся Кристины, Сокольский бросил довольный взгляд на вазу и протянул, – хороша! Что-нибудь уже выяснили?
Анабэлла, уставившись в широкоформатный экран лэптопа, увидела составленную картинку географического характера с островами, пустотами, какими-то линиями и прочими отметинами. Её глаза расширились, и она прошептала, – эмм, возможно мы получили карту. Только где сейчас эта местность?
Молодая пара подошла к Берковской с разных сторон, и все трое склонились к экрану ноутбука.
Сокольский первым протянул, – хм, у меня, конечно, было пять по географии, но мне эти острова и отмели мало что напоминают. В них отдалённо прослеживается россыпь Мальдивских островов, возможно, Багамы, или весь Карибский бассейн. По причудливому виду этих изображённых капелек напрашивается мысль, что земля находится в тропических широтах. Посмотрите на изгибы, детально прорисованные лагуны и белые линии между покрытой зеленью землёй и бирюзового цвета водной стихией. В Северном Ледовитом океане, в суровых широтах Тихого, Индийского или Атлантического такого не встретишь. Запустите программу сравнения картографических данных, опираясь на весь рисунок или отдельные его части для каждого острова.
Сокольский прервался, вновь взглянул на картинку с островами и продолжил, – Бэль, ты говоришь прошёл не один десяток тысяч лет. Многое изменилось на лике планеты. Ещё больше утонуло в пучине морской или обнажилось. Попробуйте сравнить, а я пока пойду, отмоюсь от дождя, въевшегося в кожу табачного дыма, и запаха, пролитого на меня, блин, дешевенького виски.
Девушки посмотрели на юношу с приятным удивлением. Сокольский просто кивнул им в ответ, толкая их на путь дальнейших изысканий, и, стягивая по дороге в спальную комнату мокрую жёлтую футболку, крикнул напоследок из соседней комнаты, перед тем как запереться в душе. – И кстати, было бы не прочь закрепить наш маленький успех не только вином и ромом, который по любому в нашем мини–баре есть, но и отменным полуночным ужином из креветок и лобстеров в кисло–сладком соусе с салатами. Так что позвоните в ресторан, пож-а-а-алуйста!
Приняв тёплый согревающий после прохладного проливного дождя душ, Сокольский вытерся насухо и нацепил фиолетово-белые шорты, изображавшие тропические листья, и натянул на загорелый торс белую футболку.
Пока он принимал душ, озадаченные решением головоломки девушки заказали из круглосуточного ресторана экзотические морские яства с сопутствующими блюдами. Поздний ужин доставили в течение десяти минут.
Подруги быстренько прибрали вазу в укромный уголок, пока официант прикатил сервированный и накрытый круглой скатертью передвижной столик. Вынув и расставив блюда на его поверхности, он удалился с довольной улыбкой и почтенным поклоном, получив от лучезарной Анабэллы долларовую двадцатку.
Дамы были одеты в то, что имелось у них под бронекостюмом – у юной Берковской её тёмно-синие тряпичные коротенькие шорты и топик, а у Кристины аналогичная одёжа тёмно-красного оттенка. В эти минуты, сидя на диване, брюнетки были похожи на двух сестёр, и, выйдя из душа, учуяв аромат морепродуктов на журнальном столике и увидев двух девушек, ожидающих его, Сокольский окинул искушенным взглядом соблазнительную пищу и выдал, – ну, что накопали?
Берковская, которой, казалось, не было интереса до больших королевских креветок, красных отваренных лобстеров, нарезанных и заправленных соусами экзотических салатов, уткнувшись взглядом в ноутбук, протянула, – ничего! Программа не нашла современные острова сколь-нибудь отдалённо похожие с изображенными на вазе!
И после этого она ткнула в вазу, снова стоящую в середине стола. Когда официант удалился, Анабэлла заперла дверь и выставила на обозрение древний увесистый артефакт.
Сокольский схватил из тарелки большую отваренную и очищенную креветку, макнул её в кисло–сладкий соус, отправил в рот, и смачно пережевывая с блаженным видом, промямлил, – э-э, не может быть. Прогони ещё раз. Укажи функцию приблизительного соотношения размеров, береговой линии.
– По третьему кругу прогнала! – немного огорчённо ответила Бэль, запуская программу сравнения ещё раз, но уже с более мягкими требованиями, – береговая линия могла отойти, измениться. Теперь приходиться искать грубое сходство.
Сокольский пододвинул к журнальному столику кресло, девушки остались сидеть на просторном диване вдвоём.
Кристина оглядывала вазу, попутно поедая салат из морских водорослей, с мелко нарезанными листьями зелёного салата и поджаренными кусочками креветок, вымоченными в кокосовом молоке.
Сокольский, положил порцию аналогичного салата, а в принесённый кокосовый орех с молоком плеснул мальца золотого рома, изъятого из бара.
Потягивая из трубочки щекочущую нёбо жидкость и запивая ей вкуснейший салат, периодически закусывая его креветками и мясом лобстера, юноша вспомнил былые года.
«Холодная зима, прохладная квартирка в центре Москвы и пустая гречка на ужин с чаем в одиночестве».
Взглянув на Кристину расслабленным кареглазым взором, он прошептал, – назад пути нет!
Девушка, охотливо уничтожая вкусный салат, посмотрела любимому в глаза и тотчас поняла его воспоминания. Ничего не даётся просто так, и за лучшую жизнь в будущем приходится платить сложным настоящим, пытаясь изменить его к лучшему.
Посмотрев на сосредоточенную Анабэль, Кристина налила себе красного вина, и, сделав небольшой глоток, спросила, – могли эти острова исчезнуть?
– Легко! – ответил за Анабэллу Александр и понял по взгляду Берковской, что лучше бы промолчал. Уж очень Анабэлла верила в то, что можно распутать этот клубочек тайны, ухватившись за его истлевающую нить.
Посмотрев на бирюзовые цвета потёртую вазу, Сокольский снова откусил креветку, и, изучая рисунки, заметил некую странность в едва уловимых для обычного взгляда линий, идущих между изрезанными береговой линией островами и проходящими по ним. А иные зеленоватые островки посреди бирюзовой краски, покрытой лаком, были и вовсе чисты от них.
Сначала юноша подумал, что это просто царапины, которые океан нанёс за время пребывания артефакта в его владениях. Сейчас, эти линии казались ему до боли похожими на некий ориентир, да и лак, покрывающий краску, на удивление превосходно сохранил рисунки и их детальную прорисовку. Мысли закрутились с новой силой от полученных калорий, и, остановившись на полпути съедания креветки, Сокольский задумался на долгую минуту.
Ухмыльнувшись и вновь замолотив челюстью, он поставил тарелку на столик, встал с кресла и сел рядом с Анабэллой.
Девушки молча наблюдали за юношей, который вдруг изменил свой усталый за день вид, на энергичный.
Сокольский буквально вырвал ноутбук из рук Берковской, открыл программу с фотографиями. Перекинув все полноценные и неполные изображения в графический редактор, юноша принялся стучать по клавишам и скользить по тачпаду, периодически поглядывая на вазу и пронумеровывая многочисленные островки.
На то, чтобы присвоить порядка сотни номеров у него ушло минут пятнадцать.
Девушки, смотря на это умиротворённое действие, попивая вино и слушая музыку стиля lounge, игравшую в стереосистеме, начали потихонечку и откровенно залипать.
Внезапно Сокольский взбодрил их фразой в тот момент, когда закончил нумерацию и выстроил все островки в ряды в порядке исчисления от одного до сотни.
– Итак. У нас есть порядка сотни неизвестных островов… – с азартом в голосе говорил он, поглядывая то на девушек, то на экран ноутбука, то на стоящую в окружении пустых тарелок и мисок высокую древнюю вазу. – Эти островки, действительно, как выяснилось, не имеют ничего общего с реальным географическим объектом. Но! – Сокольский прервался, и, улыбнувшись, ткнул в экран ноутбука, – на что похоже всё это наше изображение?
Кристина, которая уже была готова всё бросить, удалиться и уснуть в мягкой постельки, показывала это всем своим видом, и вяло ответила, – если честно, то на бессмысленную кучу разбросанной мозаики нестандартного ви…
– Именно! – перебил ещё более бодрым голосом Сокольский, и, выделив все пронумерованные изображения островков, перекинул их в другую программу и запустил процедуру составления единого рисунка.
Через полминуты программа выдала целостное изображение.
Кое–где имелись пустоты, но в целом рисунок изображал остров, на котором выстроились ряды символов, составленные из тех непонятных черточек. Символы чем-то походили на древнегерманские руны, но отличалась от них большей простотой и лаконичностью.
Анабэлла и Кристина проснулись в один момент.
Ощущая шествие мурашек по спинам, они видели, как Сокольский, перенеся изображение острова в поисковую систему, запустил процесс.
Через долгих двадцать секунд программа выдала полное совпадение с реальным островом, находящимся в Тихом океане. Программа моментально открыла географическую карту мира и перенеслась в реальную пространственную точку посреди омывающих её вод, наложив контуры рисунка на текущие границы острова.
– Кауаи? – прочитав название острова, всё же опешила Анабэлла.
– Серьёзно? – глядя на рельефный рисунок острова и его соседей, задалась вопросом Кристина, обратившись без конкретного адресата в мягком освещении шикарного номера.
– Да, Кауаи, – ответил Сокольский, читая надпись и информацию, смотря на географическую местность, в которую входил этот остров. – Самый древний остров в составе Гавайского архипелага.
И после фразы, юноша нажал кнопку, и на монитор посыпались яркие фотографии буйства красок и природной красоты вперемешку с информативными данными.
Анабэлла посмотрела на юношу, моргнула несколько раз и живо переспросила, – ошибки быть не может?
Сокольский улыбнулся в ответ, – вряд ли, ЭКС не ошибается. Ты, конечно, можешь собрать этот древний паззл самостоятельно, но результат будет тем же. Мозаика с нашей вазы указывает один из Гавайских островов. Правда мне и самому невдомёк, почему Гавайи? Что там делали высокоразвитые представители цивилизации Мýру? И почему ниточка ведёт туда…
И сделав паузу, юноша ткнул пальцев в ряд символов и прошептал, понизив тон. – Но! Прежде чем мы отправимся туда, следует разгадать вот эту надпись, и всё-таки узнать, что находится внутри самой вазы. Может быть эта поверхностная головоломка лишь отвлечение от реального пути, вектор которого таится в глубине сосуда. Но, а пока…
Сокольский встал с дивана, вышел из-за столика и потянулся. Смачно зевнув, он подытожил, – нам нужно выспаться. Новый день – новые идеи!
Кристина улыбнулась в ответ. Похлопав по коленке озадаченную подругу, она добавила, переняв заразную зевоту, – Сашка прав, нам нужно отдохнуть.
Берковская одарила друзей нежной улыбкой, подняв ладошки вверх и тряхнув усталой за день головой, она всё-таки сдалась на милость победителей.
После девушки самостоятельно составили всю посуду на передвижной столик, накрытый белоснежной хрустящей скатертью, выкатили его в холл и положили под одну тарелку ещё одну зелёную двадцатку. Заперев дверь и поставив активный датчик визуального слежения и изменения объёма в холле их номера и гостиной, молодые люди удалились в покои.