332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Александр Лоскутов » Разорванный круг » Текст книги (страница 1)
Разорванный круг
  • Текст добавлен: 15 октября 2016, 06:24

Текст книги "Разорванный круг"


Автор книги: Александр Лоскутов






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц)

Лоскутов Александр Александрович.
Времена Хаоса
Книга пятая Разорванный круг

Часть первая
Волны отчаяния

Он возвращался. Возвращался, чтобы завершить то, что было необходимо. Он возвращался, чтобы дать людям последний шанс перед надвигающимся кошмаром.

Страж Бездны покинул свое многовековое заточение и вновь ступил на земли Мироздания. Проведя столетия в коконе антимагии и пережив тысячу семьсот лет одиночества, он изменился. Теперь это уже был не тот в чем-то легкомысленный, а в чем-то высокомерный Маркел. Теперь это был Страж. Тот, на чьих плечах лежали судьбы всех смертных человечества.

Свыше полутора тысячелетий он провел вдали от всего, что ему дорого. В ужасных судорогах и корчах пало Единение, провозгласив наступление Эпохи Хаоса. Он ждал. Во тьме и отчаянии миновали напоенные кровью века страха и крови. Он ждал. Война на Грастосе и чуть было не попавший в руки Падших Ключ оставили в его душе еще один шрам. Он ждал. Медленно поднимала голову Империя. Объединитель, взяв в руки древнее двузубое копье, сделал свой первый шаг к власти над Мирозданием. Он не препятствовал ему.

Он исполнял свой долг.

Семнадцать веков в пропасти отчаяния и мучительного страдания. Целая эпоха наедине со своими мыслями. И с Бездной.

Именно тогда он окончательно уверился в том, что раньше только подозревал. Бездна оказалась не просто безжизненной стихией, жадно вцепляющейся во все не принадлежащее ей изначально. Безграничная волна мрака, из которого и вышло все Мироздание, обладала своим собственным разумом. Чуждым и неестественным. Нечеловеческим.

И тот, кто некогда был Великим Творцом Маркелом, а теперь был известен людям как Страж Бездны, начал осторожно проникать в тайны Мироздания. Всеобъемлющая тьма великодушно поведала ему...

Книга Времени. Том 10, страница 12.

Издание 1823 года, предназначенное для студентов Высшей Академии Магии на Роднессе.


* * *

6 год после Раскола.

– Проклятье! Проклятье на душу этого дурака Маркела! Будь он проклят на все века... Я убью его! Убью!! Клянусь Вечностью!

– Успокойся. – Голос Арминии звучал устало и опустошенно. – Твои крики и топанье ногами нам ничем не помогут.

Иринарх бросил последний напоенный ненавистью и злобой взгляд на поверхность белесого шара уже на четверть погрузившегося в песок и, скрежеща зубами, отвернулся. Устало вздохнув, Арминия села на песок и осторожно развернула окутывающие ее ступни лохмотья, некогда бывшие роскошным шелковым платьем.

– Как тяжело быть слабым и беспомощным. Ведь, казалось бы, совсем недавно мы были правителями миров, вели в бой армии, решали будущее Мироздания. А теперь... – Падшая мрачно уставилась на ссохшуюся и покрывшуюся мелкой паутиной трещинок кожу на руках. – Знаешь, сейчас я жалею, что Творцы бессмертны. Мы умираем. Мы страдаем. Мы испытываем непереносимые муки. Но мы не можем умереть... А я хочу этого. Хочу смерти...

– Этот проклятый... Он не оставил нам даже возможности самоубийства. Я не могу умереть! – Иринарх, некогда бывший высоким черноволосым мужчиной, теперь напоминал согбенного старика. Белесые пряди волос слабо шевелились под едва ощутимым дыханием ветерка. – Пять лет мы провели здесь. Без крошки еды. Без капли воды. Без магии! И каждую минуту я ощущаю, как распадается это тело. Оно ссыхается и превращается в прах.

– Мы уже мертвы. Эти тела давно умерли. И только наши души никак не могут обрести покоя. Мы мертвы и одновременно с этим мы все еще живы... Боль. Смерть, жадно тянущая свою руку к нашим душам, но никак не могущая их взять. Адские муки... И это будет длиться до тех пор, пока мы не выберемся отсюда.

– Но как мы можем вырваться? Мы обошли весь этот мир вдоль и поперек. Пешком! И не нашли ничего такого, что могло бы дать нам хотя бы мизерный шанс. Мы обречены...

– Тебе так хочется через три-четыре столетия превратиться в выбеленный солнцем скелет, в котором все еще будет теплиться жизнь? Твое тело распадется и превратится в прах, а душа... Эта участь неизбывно хуже смерти! Мы не должны отступать. Мы не можем сдаться... Клянусь, я еще увижу свет иных солнц!

– И что ты предлагаешь?

Арминия тяжело вздохнула и ощупала свое лицо, превратившееся в обтянутый тонкой пергаментной кожей лик смерти. На песок медленно упало несколько выцветших на солнце волос какого-то неопределенного цвета.

– Мы не можем спастись. Помощь извне добраться сюда не сможет. Маркел не собирается выпустить нас на волю. Мы даже не можем умереть. Остается только одно... Мы будем ждать. Когда-нибудь... Возможно, лет через триста...

– Триста лет в этом кошмаре?! Ты обезумела? Мы столько не выдержим!

– Если ты знаешь другой выход... Прошу... – Глухо засмеявшись, Арминия вдруг поперхнулась и вытолкнула изо рта вывалившийся зуб. Кусочек кости упал на песок, сопровождаемый мутными взглядами четырех глаз. Несколько минут тишину разрывал только шелест песка под ногами. – Нам нужно будет беречь эти тела. Я не хочу превратиться в горстку развеянной по ветрам пыли. Пыли одушевленной. Это... Это стократ хуже смерти...

– Смерть – это благо, недоступное для нас, – безжизненно пробормотал Иринарх.

– Нужно укрыться где-нибудь. Вон там есть пещера... Ты знаешь что-нибудь о мумификации?


* * *

1185 год после Раскола.

– Он что-то делает...

Молчание. Только рвущее нервы напряжение эфира, пронизывающее пространство и вынуждающее чуть-чуть расступиться узлы необычайно плотной Сети. Уходящая в бесконечность трепещущая нить магии – результат многовековых усилий.

– Арминия!.. Страж зашевелился... Я чувствую, как его сила пришла в движение...

– Я слышу... – Слабая мысль, похожая на мимолетное движение ветерка в ледяном мраке пещеры. – Страж... Но это неважно... Гораздо важнее другое... Принуждение Фабиана практически завершено... Он добудет Ключ... Он посеет на Грастосе семя нашей будущей Империи... Он отправится к порталу... Он освободит нас... Присмотри за Стражем... Маркел не должен помешать нам...

Мысленно вздохнув, Иринарх сосредоточил свои силы на поддержании тончайшего разрыва в Сети, куда уходила незримая ниточка волшебства, другой конец которой вцепился мертвой хваткой в медленно плетущегося по дороге волшебника. Мерно мерцали в пустыне четыре багровых огня – глаза, позволяющие им видеть происходящие в Мироздании события.

Он ощущал проносящийся сквозь его душу шквал магии. Ураган, который бесследно рассеивался, поглощаемый аурой антимагии. Мелко дрожали стянувшиеся вокруг него в непроницаемый кокон узлы Сети. Боль терзала каждую клеточку его мертвого тела. Только могучим усилием воли удавалось сдержать рассудок от подступающего безумия.

Все было так же, как и всегда. За исключением одной незначительной детали. Вихрь магии, посылаемой в Сеть Маркелом, изменился. Поток стал несколько более порывистым и неровным. Силы Стража переливались через край этого захудалого мирка, превратившегося в смертельную ловушку для последних оставшихся в Мироздании Творцов. Магия пронизывала Сеть и уходила... в никуда. В Бездну.

– Он просто сумасшедший... Пытается переговариваться с пустотой... С Бездной...

Арминия, сосредоточившись на том, чтобы сломить волю находящегося на неизмеримом расстоянии человека, не ответила. Иринарх отчетливо ощущал рев взбудораженного эфира. Мощь высвобожденных Падшей сил просто поражала. Он был уверен в том, что до этого... заключения... Арминия не обладала и половиной такой силы. Хоть какая-то польза от этого места... Мы стали сильнее... Гораздо сильнее... Но всего лишь ничтожная крупинка высвобожденных сил достигала своей цели. Остальное поглощала Сеть.

Боль терзала его тело. Невидимыми кинжалами вгрызалась в душу. Боль мертвого тела, в котором все еще удерживалась жизнь. Вернее, какое-то подобие жизни. Тончайшие ниточки сумасшествия просачивались в его разум, принося с собой спасительное забвение. Кажется, сие не миновало и Стража... Бедняга, мне почти жаль его... Почти... Конечно не настолько, чтобы пощадить его, когда он падет перед моей волей... А в том, что так случится, Иринарх нисколько не сомневался. Так будет... Надо только подождать...

Но каково же Маркелу?.. Ведь он находится здесь только по своей воле... Достаточно только захотеть и...

Что он там говорит?..

Иринарх потянулся, пытаясь перехватить послание Маркела. И содрогнулся. Он был потрясен настолько, что шевельнулось даже его тело, недвижимо сидевшее на камнях уже сотни лет. С хрустом трескавшихся костей и шелестом иссохшейся кожи Иринарх слабо двинул рукой.

Невыносимая боль пронзила его раскаленными иглами, но Падший Творец не обратил на нее ни малейшего внимания

То, что произошло, было немыслимо. Невозможно! Невероятно!

Он издал мысленный вопль, от которого с мрачных сводов пещеры посыпались мелкие камушки.

– Ему отвечают!.. Арминия!.. Бездна отвечает Стражу!..

Но Падшая уже сама ощутила пронзивший Мироздание ледяной голос. И мгновенно отпрянула, свернув пронизывающий пространство щуп волшебства.

Где-то там, за миллионы миль от этого места, медленно бредущий по степям Грастоса Фабиан, ощутив мимолетное головокружение, рухнул носом в пыль, будто марионетка с обрезанными ниточками.


* * *

1685 год после Раскола.

Что-то приближалось. Какая-то сила... Неведомая ранее сила вошла в Мироздание. Что-то могущественное ступило на Роднесс.

Проклятье, это как чье-то дыхание за спиной. Будто бы кто-то заглядывает через плечо. Мрачное чужеродное присутствие. Чей-то взгляд...

Магистр Калтар машинально обернулся. Конечно же, за спиной никого не было.

Отполированный камень стен. Мраморная статуя. Картины. Письменный стол, усыпанный бумагами. Его привычный рабочий кабинет. Ничего странного или необычного. За окном, как это обычно бывает в это время дня, гудел не прерывающийся ни на минуту многоголосый шум города.

Цитадель Ордена Очищения жила свой повседневной жизнью.

Однако все же что-то изменилось. Но что?

Калтар, обежав взглядом пустую комнату, вновь вернулся к изучению лежащих на столе бумаг. Невидимый наблюдатель продолжал буровить его спину своими глазами. Магистр поежился.

Доклад с Бездонного и сам по себе производил гнетущее впечатление. А тут еще это ощущение... Ощущение грядущей катастрофы. Калтар с трудом подавил в себе желание обернуться. Задумчиво покусывая кончик пера, чего с ним не приключалось уже десятки лет со времен ученичества, Магистр покосился на дверь. Закрыто. Засов. Магическая завеса. Окутывающий всю комнату щит.

Ни один шпион Мироздания не смог бы подобраться сюда незаметно. Но все же... Магический дар Калтара упорно говорил, что поблизости никого нет. Только в коридоре в своей повседневной суете сновали слуги. Но в то же время какая-то глубинная частичка его души буквально заходилась в крике, предупреждая о приближающемся нечто...

Что-то ступило на Роднесс.

Магистр вздохнул и, поежившись, вернулся к своим делам. Предстояло просмотреть еще множество бумаг.

В последние дни дела в Империи шли как-то... странно. Неожиданно утихла вся нечисть. Ни одна тварь за последнюю неделю не потревожила посты на Амасионисе, Белитране и Мирроте. И даже на Оплоте Тьмы болота будто бы вымерли.

Беспрецедентно!

Какое-то неестественное спокойствие вдруг охватило отдаленные миры. Дальние уголки Империи будто замерли в ожидании. Варвары прекратили свои бесконечные междоусобные стычки. Само собой улеглось волнение среди вольнодумствующих ярлов Каварры. Паруса пиратов внезапно исчезли с морских горизонтов.

Необъяснимая тишина и спокойствие.

И эти долгие семь дней мира чей-то взгляд упорно сверлил его спину, не отпуская ни днем, ни ночью. Проклятое ощущение занесенного над головой меча. Калтару казалось, что это неожиданное успокоение есть ни что иное, как затишье перед бурей, готовой захлестнуть Мироздание.

Даже Императрица встревожилась. Повелела Ордену немедленно разобраться.

Магистр Калтар сидел и разбирался. Он просмотрел сотни докладов. Выслушал сообщения десятков человек. Прочел несколько древних книг. Но ничего не добился. Почти ничего...

Единственная путеводная ниточка – доклад с Бездонного оборвалась в его руках. С того мира так никто и не вернулся. Затея с погружением в Бездну и посещением отсеченных миров окончилась грандиозной катастрофой. Никто не выжил.

"Разбросанные повсюду обломки "Скитальца" и следы прорвавшейся Бездны среди изувеченных и опаленных тьмой трупов"...

Калтар устало отложил в сторону помятый лист бумаги и обернулся к окну. Внизу под стенами Цитадели с песней проходила сотня Имперских легионеров. Позади лязгающих доспехами солдат со счастливым смехом бежали мальчишки.

Что же все-таки случилось на Бездонном?..


* * *

Оставив позади себя изуродованные тела никчемных людишек, они переместились к тому самому далекому мирку, где некогда располагалась их крепость.

Щель перехода, распахнувшись посреди усеянного каменными обломками двора, выплюнула из себя двоих. Молодую черноволосую женщину с мягкими точеными чертами лица и светловолосого мужчину лет двадцати от роду. Обычные человеческие тела и лица, привычная несколько потрепанная одежда. Но глаза... Глаза, изведавшие самое сердце мрака. Глаза, пылающие сгущенной ненавистью и скрытым могуществом. Черные как сама Бездна провалы в ничто.

Мужчина глубоко вздохнул и потянулся так, что хрустнули суставы.

– Э-эх... Как все-таки приятно чувствовать себя живым. Пока не потеряешь – не поймешь.

Женщина молча кивнула, разглядывая представшую перед ней картину разрушения.

Времена Раскола и последовавшие за ними столетия варварства и опустошения оставили свои следы на стенах древнего укрепления. Наполовину обвалившиеся стены увязли в песке. Приземистые башни осели неровными грудами камней. Повсюду валялись мелкие булыжники и груды всяческого мусора, наполовину занесенные песком. Безжизненная пустыня, из которой кое-где торчали оплывшие от нестерпимого жара скалы, охватывала все вокруг, медленно поглощая величественные руины. Завывающий ветер проносился сквозь пустые глазницы окон. Наполовину сползшее за горизонт солнце отбрасывало невероятно длинные тени. Сумрак и запустение. Тьма и разгром.

Мужчина громко захохотал, взметнув к сумеречным небесам свои руки. Между сжатыми кулаками проскочили маленькие молнии.

– Внемлите живые и мертвые! Ваши повелители вернулись!!

Женщина промолчала, разглядывая то, что в давние времена в этом мире было абсолютно невозможным. Редкие клочки серо-бурого мха, окутывающего наполовину ушедшую в песок каменную глыбу.

– Смотри, Иринарх.

Падший Творец презрительно уставился на ничтожное проявление жизни.

– И что?

– Как это возможно? Ведь этот мир даже не начинал Озеленения... Здесь нет жизни, нет почвы, практически нет воды...

– Какая-нибудь мутация. За полторы тысячи лет здесь могло развиться все что угодно. Особенно в этом эфирном фоне, который я все еще чувствую.

Вырвавшийся из песка язык огня жадно облизнул поросший неведомым мхом камень. Иссохшие бурые нити странного растения мгновенно съежились и почернели, осыпавшись безжизненным пеплом.

– Вот и все. Не о чем беспокоиться.

Решительно подойдя к вывалившейся двери, Иринарх вошел в окутанные непроглядной тьмой недра крепости. В лицо пахнуло застоявшимся воздухом. Каждый шаг вздымал целые клубы мельчайшей пыли.

Последовавшая за Падшим Творцом Арминия зажгла на ладони язычок пламени, дабы осветить дорогу. Трепещущий круг света выхватил из векового мрака беспорядочные нагромождения мусора и истлевшую мебель, рассыпающуюся прахом при каждом неосторожном движении.

Иринарх, решительно отшвыривая с дороги каменные обломки и переступая через нагромождения мусора, поднимался все выше и выше. Истертые временем и растрескавшиеся каменные ступени скрежетали под его ногами. Арминия безмолвно шла за ним.

Остановившись перед очередной рассохшейся дверью, которую подпирал сидевший на полу человеческий скелет, Иринарх склонился над останками умершего семнадцать веков назад человека.

– Ох-ох... Какая жалость. Трупик... Кажется, я его знаю. – Иринарх неприязненно улыбнулся. – Знал, вернее. Это тот слуга, который... А может быть и не он? – Падший Творец с притворной лаской погладил голый череп, а потом, поднявшись, пинком отшвырнул костяк с дороги. Рассыпавшиеся косточки покатились по каменному полу. – Судьба каждого смертного существа – уступить дорогу сильным и преклониться перед Волею Созидающего.

Арминия слабо улыбнулась и последовала за Иринархом, продолжившим свой подъем на вершину полуразрушенной башни. Под ногами слабо хрустнули ломающиеся кости.

Они шли мимо пустых комнат. Мимо беспорядочного нагромождения мусора. Мимо зияющих в стенах дыр. Лестница за лестницей. Коридор за коридором.

Изредка попадались скелеты. И не только человеческие. Уродливые черепа крюколапов, тонюсенькие лапки крылачей, громадные ребра мечезубов.

– Славненько тут было в последние дни, – подобрав одну из берцовых косточек, Арминия равнодушно постукивала ею по стенам. – Голод и жажда довели этих бедняг до того, что смертные стали жрать друг друга.

– А мне больше всего жаль нечисть. Из-за наложенных нами запретов она не могла даже подкрепиться свеженьким мяском... Приходилось умирать с голоду. Или превращаться в ужин для людей, которые были несколько более вольны в своих суждениях.

Коридоры окончились пустым дверным проемом, в который искоса заглядывали лучи тусклого солнца. Падшие вышли на окаймляющую древнюю башню площадку. Вокруг, насколько хватало глаз, простиралась мрачная темная пустыня. Наполовину засыпанные песком и пылью исполинские кратеры. Бесчисленные трещины и оплавленные бока утесов.

Арминия молча оглядела превратившуюся в руины крепость.

– Да... Работы здесь непочатый край.

– В первую очередь нужно восстановить портал. После чего я затащу сюда ремесленников, мастеров и волшебников. – Лицо Иринарха скривилось в гримасе отвращения. Глаза сверкнули истинным презрением. – Волшебники. В наши дни эти представители Ордена Очищения звались бы не иначе как шарлатанами или фокусниками.

Он перегнулся через край покосившегося балкончика и сплюнул вниз.

– Эта Империя – всего лишь жалкое подобие давно канувшего во тьму Единения. Уничтожить ее будет для меня истинным удовольствием. – Падший Творец задумчиво посмотрел на кучку черных камней, составлявших некогда арку портала. – Я займусь переходом, а ты пошарь в подземельях. Может быть, там осталось что-нибудь ценное... Особенно следует проверить арсеналы. Что скажешь?

Арминия кивнула и, подойдя к нему, неожиданно чмокнула в щеку. Иринарх вздрогнул и недоуменно моргнул. Даже сама Арминия, казалось, была потрясена своим поступком. Удивленно моргнув, она попятилась, а потом, смущенно пожав плечами, повернулась и быстрым шагом исчезла в темном дверном проеме.

Иринарх потрясенно глядел ей вслед.

Что это такое? Что за нелепая выходка? Поцелуй. С чего это вдруг?..

Но в глубине его существа неожиданно разлилось приятное тепло.


* * *

По камням мостовой весело барабанил ливень. С крыш стекали струйки воды. Наполненные мутной жижей сточные канавы несли свое содержимое за город, расплескивая и окатывая брызгами случайных прохожих. Стволы растущих в садах и парках деревьев блестели от влаги. Негромко переругивались стоящие в дверях лавочники. Проклинали дождь собравшиеся под навесами лоточники. Весело прыгали по лужам дети. На углу прямо под дождем машинально крутил коленца уличный плясун.

Прошел патруль стражников, безрадостно размышляющих о том, что теперь им придется начищать промокшие кольчуги. Ведь если сержант заметит хоть пятнышко ржавчины... И ему все равно дождь или снег. Кольчуга должна блестеть, шлем должен быть начищен.

Парочка влюбленных прошагала прямо по лужам. Молодая девушка склонила голову на плечо своему избраннику, а тот ласково обнимал ее за талию. С их насквозь промокших плащей стекала вода.

Нахохлившись, улицу пересекли трое волшебников, спеша укрыться в сухих и теплых коридорах Цитадели. Струи дождя огибали их, отражаемые незримым зонтиком магии, а плащи были сухими и чистыми. Промокший до нитки плясун оглядел их завистливым взглядом.

За ними, опираясь на костыль, проковылял нищий старик, умоляюще вытянувший руку в молчаливой просьбе. Пророкотала по каменной мостовой карета.

Жизнь продолжалась.

Медленно ступая прямо по лужам, на затянутой маревом дождя улице показался еще один человек. Средних лет мужчина, несколько сгорбившись, медленно ступал по мостовой. Мокрые волосы обвисли слипшимися прядями. Промокшая одежда облепила худое жилистое тело. Старые совершенно раскисшие сапоги глухо хлюпали по лужам.

Странный человек остановился и, подняв ладонь, с каким-то детским восторгом уставился на барабанящие по ладони струйки воды. Его губы что-то шептали. Стоящий под навесом лавочник смерил незваного гостя недовольным взглядом, видимо заподозрив сумасшедшего. Ну кому еще могло бы взбрести в голову сесть прямо в лужу и подставить лицо дождевым потокам, льющимся из водосточной трубы?

– Эй, ненормальный...

Человек обернулся, и в тот же момент возмущенный лавочник, поперхнувшись заготовленной фразой, судорожно сглотнул внезапно образовавшийся в горле комок. На спокойном лице незнакомца, отмеченном печатью усталости и страданий, ясным и неестественно-чуждым светом пламенели глаза. Глаза не человека, а существа совершенно чуждого всему Мирозданию.

– Чего ты хочешь? – Плавно скользнув по мостовой каким-то тягучим змеиным движением, человек оказался прямо перед медленно попятившимся торговцем.

Голос чужака оказался хриплым и дрожащим. Произнеся эти слова, безумец, похоже, сам удивился их звучанию. Он застыл и снова несколько раз повторил одно и то же, каждый раз с разными интонациями. Испуганный лавочник отступил к двери своего дома и теперь нервно крутил головой, высматривая патруль стражи.

Человек, глядя на его откровенный испуг, ухмыльнулся и, похлопав торговца по плечу, медленно продолжил свой путь. Капли дождя стекали по его лицу.

Странно, но в нечеловеческих глазах чужеземца мелькнула приглушенная искорка веселья.

Он остановился перед плясуном, который, заполучив единственного зрителя, принялся крутиться с удвоенной энергией. Мокрый костюм шута обвис и перемазался грязью.

Человек улыбался. Улыбался широко и радостно. Неподдельно детская улыбка на лице усталого взрослого мужчины выглядела, по меньшей мере, странно.

Несколько раз кивнув и усмехнувшись каким-то своим мыслям, человек поднял руку и продемонстрировал уличному танцору пустую ладонь. А через мгновенье между пальцев мелькнула монета – мягким движением руки чужак будто бы выхватил ее из воздуха. Бросив монетку опешившему плясуну, странный сумасшедший пошел дальше.

Промокший шут изумленно уставился на лежащий на его ладони кружочек золота. Монета была какой-то неизвестной чеканки с изображением чьего-то бородатого лика и надписями на древнем языке. Но золото – это всегда золото. Столько плясун не зарабатывал и за месяц.

А человек, разбрасывающийся золотом словно никчемной медью, шел вверх по улице, держа путь к наполовину скрытой маревом дождя мрачной громаде Цитадели.

Он остановился перед закрытыми вратами громадной крепости, возле которых, нахохлившись под дождем, мокли два стражника. Оглядел исполинские стены и несокрушимые бастионы. Задумчиво хмыкнул...

Стражники равнодушно посмотрели на незваного гостя, когда тот повернулся к ним.

– Я хочу войти внутрь.

– Цитадель закрыта, – равнодушно бросил тот из стражей, что был постарше.

– Я хочу видеть кого-нибудь из Магистров...

– Но никто из них не хочет видеть тебя, – фыркнул стражник, покачивая перед собой двузубым копьем древних. – Проваливай отсюда.

– А если я Волею Созидающего прикажу вам открыть ворота?

– Тогда мы просто пинками вышвырнем тебя отсюда, бродяга, – любезно улыбнулся стражник.

Вымазанный грязью и промокший до нитки человек вздохнул.

– Так проходят эпохи... и Воля Созидателя уже ничего не стоит... Хорошо. Передайте кому-нибудь из Магистрата, что с ними хочет говорить тот, кого они зовут Стражем Бездны...

Оба часовых громко захохотали.

– Значит ты – Страж?.. Смешно. Действительно смешно. Проваливай отсюда... Страж... пока мы не скинули тебя в сточную канаву.

Грустно улыбнувшись, сумасшедший бродяга прикрыл глаза.

– Я ведь все равно пройду.

– Ага, наверное, перелезешь через стену? Давай. Если осилишь, то сможешь попасть внутрь. Если нет – шмякнешься и превратишься в лепешку... Ха-ха...

Подняв голову, странный человек посмотрел на взметнувшиеся к небу бастионы.

– Есть другой путь, – вздохнул он. – Жаль, конечно. Повелительница, несомненно, почувствует это... Но... – Глаза сумасшедшего бродяги вдруг сверкнули мрачным огнем. – Но, видимо, другого выхода нет... Не вламываться же мне в Цитадель силой...

Стражники откровенно забавлялись, глядя на оборванца, всерьез раздумывающего силой прорваться в самую защищенную крепость Мироздания.

– Проваливай отсюда.

Безумный пришелец, устало пожав плечами, медленно повернулся и медленно побрел по улице. Оба стража, усмехаясь, глядели ему вслед. А потом... Потом бродяга просто исчез. Только что он был здесь и вдруг... исчез.

Только дождь продолжал весело барабанить по лужам.


* * *

Магистр Калтар устало откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Проклятье. Все Мироздание разом сошло с ума. Вот только вчера...

Ощущение чужого присутствия не давало покоя ни на минуту. Что-то мимолетное плясало где-то позади, непрерывно щекоча его дар. Эфир... Эфир ощущался как-то не совсем обычно.

Что же это такое?

Волна головокружения нахлынула на Калтара, затопив его разум мириадами неясных образов. Все вокруг поблекло. Цвета стали какими-то тусклыми и неестественными. На мгновение черное стало белым, а белое черным.

И все прошло.

А вот ощущение чужого присутствия, резко усилившись, сделалось почти невыносимым. Калтар практически ощущал дыхание склонившегося за его плечом невидимого наблюдателя...

Нет... Там никого нет...Это просто иллюзия...

Магистр успешно боролся с желанием немедленно обернуться, упрямо склонившись над бумагами... До тех пор, пока мимолетный шорох все же не заставил его медленно повернуть голову. И сразу же с приглушенным воплем подскочить в кресле.

Посреди комнаты, пачкая дорогой ковер с Кибада стекающей с перемазанных сапог грязью, стоял какой-то человек. Одетый в промокшие лохмотья бродяга, неведомо как попавший в запертую изнутри комнату.

– Ты кто такой? Чего тебе надо? – Калтар стрельнул глазами в сторону двери и, убедившись в нерушимости блокирующей комнату магии, нахмурился. – Как ты попал сюда?

Задумчиво глянув на сжатый кулак Магистра, вокруг которого сгущалось голубоватое мерцание магии, незваный пришелец хмыкнул и, подойдя к стоящей в углу древней статуе, провел грязным пальцем по шее мраморной женщины.

– Кажется, я помню эту скульптуру... Раньше она стояла в Академии Творцов на Роднессе... Или нет?..

– Отвечай!

– По порядку? – Ухмыльнувшись, грязный бродяга подошел к столу, оставляя за собой на полу цепочку мокрых пятен. Калтар мимолетно обратил внимание на то, что мокрые следы неожиданно обрываются прямо посреди комнаты... Складывалось впечатление, что этот тип выскочил прямо из воздуха.

– Хорошо, отвечаю. Меня зовут Маркел. Я хочу поговорить с тобой. А как я сюда попал?.. Да просто переместился – ваши бдительные стражники у ворот отказались меня впустить.

– Но... Как?.. Что?.. Не трогай мои бумаги!

Представившийся Маркелом оборванец пожал плечами и вернул на стол пачку бумаг.

– Убирайся отсюда, пока я не позвал стражу!

– Убираться? – Маркел хитро подмигнул разъяренно размахивающему руками Магистру. – Даже если я скажу, что знаю, в чем причина последних событий, захлестнувших Мироздание? Если я знаю, куда отправились сбежавшие вчера ночью волшебники? Если я знаю, что грозит Империи в скорейшем времени? Даже в этом случае мне следует оставить тебя, Магистр Калтар?

Оборванец сделал какой-то причудливый жест рукой. И в тот же миг его рваная и промокшая одежда сменилась простым добротным нарядом, пусть и несколько необычного покроя. Копна непослушных волос ржавого цвета мгновенно высохла. Исчезли даже мокрые следы на ковре. Мягкий толчок эфира сопровождал все эти действия.

Калтар, медленно опустившись в кресло, судорожно сглотнул. Подобного трюка он не знал. И даже не понял, как этому человеку удалось такое... действо. А ведь его ранг в Ордене был наивысшим. Магистр магии. Опытнейший волшебник.

– К-кто?.. – Голос отказывался служить ему. – Кто ты?

Неожиданный гость сделал еще один замысловатый жест. Позади него мгновенно возникло простое потертое кресло, в которое Маркел немедленно опустился.

– Я уже назвал свое имя. А если оно тебе ничего не говорит, то могу добавить, что я один из Творцов. Но, скорее всего, ты знаешь меня как Стража Бездны. Причина, по которой я здесь, весьма проста... Эпоха Хаоса заканчивается. Вечность сделала еще один оборот. И Падшие вырвались на свободу...


* * *

Маркел решительно шагал по коридорам Цитадели в сопровождении семенящего следом за ним Магистра. Калтар, спотыкаясь на каждом шагу, все еще не мог прийти в себя после обрушившихся на него откровений. В голове роились мириады сумасбродных мыслей, чередовались имена и даты, но среди этого грозной реальностью вставали два чудовищных лика в объятых пламенем небесах. Падшие... Падшие освободились... Самый ужасный кошмар Мироздания вырвался на свободу, дабы сеять смерть и разрушения. Неужели вернутся времена Раскола?..

Калтар как-то сразу поверил в это. Мгновенно и безоговорочно. Эпоха подходит к концу. Творцы возвращаются. И Падшие ступают по землям Империи.

Обуреваемый ужасом, Магистр все время порывался спросить вернувшегося после многовекового отсутствия Творца, но... но каждый раз спохватывался и отступал. В глубине души он сомневался, что хочет услышать ответ. Если Отец Сущего допустит возвращения ушедших времен Раскола... Калтар резко оборвал эту мысль. Отец Сущего мертв... Его больше нет...

О-о... Что же будет? Что же мне делать?..

Волны ужаса заставляли Магистра содрогаться при каждом постороннем шорохе. В каждой тени ему виделись кошмарные чудовища. В каждой человеческой фигуре – Падшие.

Они проходили мимо постов стражи, спускались по полутемным лестницам, пересекали коридоры, углубляясь в самое сердце Цитадели. Зачем? Калтар нисколько не задумывался об этом. Маркел, казалось, знает, куда им идти. А все остальное... О, Отец Сущего... Падшие в мирах...

Возле следующей двери их остановили двое облаченных в латы стражников. Скрещенные копья древних преградили путь.

– Проход запрещен, – провозгласил один из стражей. – Войти могут только имеющие письменное разрешение от магистра Салтона или его особо доверенные лица.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю