Текст книги "Обмен по-кошачьи, или Девять жизней на двоих (СИ)"

Автор книги: Алекса Вулф

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 7 страниц)

– Я – главный редактор. Привык всё контролировать. А в личном… – Он усмехнулся, покачал головой. – В личном я не столь уверен. Теперь вот думаю, не пора ли меняться.

– Пора, – кивнула я. – Меняться – это хорошая привычка. Жизнь не стоит на месте, всё вокруг постоянно приходит в движение. Вот и мы должны учиться этому. Я вот учусь.

Он смерил меня долгим взглядом, и в его глазах мелькнуло что-то такое, отчего у меня ёкнуло сердечко.

– Знаешь, – сказал он тихо. – А ведь ты изменилась не только внешне. Раньше ты смотрела в пол. Теперь – прямо. Раньше молчала, когда тебя обижали. Теперь – отвечаешь. И тексты твои изменились. Теперь от них хочется жить.

– Это ещё один комплимент? – спросила я, чувствуя, как щёки согрел румянец смущения.

– Это ещё одна констатация факта, – повторил он свою любимую фразу. – Как главный редактор, я говорю: ты отличный автор, Кристина. Как Александр… я просто рад, что ты здесь.

Я хотела ответить что-то остроумное, но в горле пересохло. Вместо этого я просто кивнула и улыбнулась. Он улыбнулся в ответ.

В этот момент Маркиз, устав лежать на спине, перевернулся, свесил лапу с моих колен и нечаянно столкнул кружку с чаем со стола. Та упала на ковёр, хорошо, что почти пустая. Но грохот был такой, что Муся тут же подскочила, выгнув спину дугой, и злобно зашипела на Маркиза.

– Маркиз! – окрикнул кота Александр. Но тот сделал вид, что вообще не при чём. Спрыгнув с моих колен, он с достоинством направился к миске с кормом, всем своим видом показывая: вы тут сами как-нибудь, а я пойду поем.

– А Муська-то ревнивая, – заметил Александр, глядя, как моя кошка прожигала взглядом удаляющуюся полосатую спину Маркиза. Не дожидаясь, пока кот съест все запасы, она спрыгнула с колен босса и поспешила к кормушкам.

– Это ты ещё не представляешь, что будет, когда они начнут делить диван перед сном, – вздохнула я. – Война за территорию не закончена.

– Маркиз сильнее, он победит, – уверенно сообщил Александр.

– А Муська хитрее, – возразила я.

– Спорим?

– На что?

– На желание, – улыбнулся босс. – Если выиграю я – ты угощаешь меня ужином. В ресторане.

– А если выиграю я? – спросила, чувствуя, как внутри разливается сладкое, щемящее предвкушение.

– Тогда тебя угощаю я, – ответил Александр. – Тоже в ресторане.

– Так это один и тот же вариант, – надулась я, чувствуя, что мои ожидания обманули.

– Нет, – покачал головой начальник. – В одном случае ты приглашаешь меня. В другом – я тебя. Разница есть. И называется она инициатива.

– Ты жуткий педант, – сказала я.

– Угу, – согласился он без тени смущения. – Это моя работа. И жизнь.

Мы рассмеялись, перепугав замерших в боевых позициях животных. Маркиз и Муся одновременно прекратили вражду и уставились на нас с одинаковым выражением: "Нашли время веселиться, мы тут еду поделить не можем!"

– Ладно, – сказал Александр, поднимаясь. – Пойду принесу ещё дров, камин скоро погаснет. А ты пока проследи за кошками, чтоб не перевернули нам дом вверх дном.

Он вышел на крыльцо, и я осталась одна. Сердце беззастенчиво радовалось простому обронённому “нам” вместо “мне”.

Взглянула на хвостатых. Маркиз демонстративно ел корм, делая вид, что не замечает прожигающего огня зелёных глаз Муськи. Моя же белая кошка выбрала позицию надзирателя, запрыгнув на подлокотник дивана и глядя на всех с видом оскорблённой королевы.

– Ну что, – спросила я у них обоих. – Мириться будете?

– Я подумаю, – ответила Муся мысленно. – Он наглый.

– Такой же, как ты, – возразила я. – Просто не умеет показывать своих чувств.

Муся фыркнула, отвернулась, но взгляд кошачьих глаз перестал разить льдом. Сдаётся.

Я подошла к окну. За стеклом совсем стемнело, а снег всё падал и падал, и где-то там, за этим белым безмолвием, зарождалась новая жизнь. Моя жизнь. Которая наконец-то стала полностью моей.

Александр вернулся с охапкой дров и сразу уложил их в камине. Пламя вспыхнуло ярче, затанцевало огненными язычками, и в комнате снова стало уютно и тепло.

– Кристина, – позвал босс, возвращаясь на своё место.

– М?

– Завтра, – сказал он, глядя на огонь. – Завтра мы погуляем по лесу. Я покажу тебе одно место. Там тихо. И красиво. Как на твоей фотографии, помнишь? Она висела у тебя над компьютером, пока ты не сняла её несколько месяцев назад.

Он заметил! И запомнил ту фотографию, которую я повесила давным-давно и про которую сама почти забыла. Я убрала её, когда боль от предательства и расставания выжгла до самого дна. Хотелось сменить милые пейзажи на что-то мрачное с атмосферой готического кладбища. Хорошо, что всё же не сделала этого.

Но я удивилась. Казалось бы, такая мелочь! А он запомнил.

– Да, – сказала я. – С удовольствием прогуляюсь с тобой.

– А сегодня, – он повернулся ко мне, и в его глазах заплясали отблески огня, – сегодня я просто хочу сидеть здесь, с тобой. И молчать. Можно?

– Можно, – ответила я, всецело разделяя желания босса. С ним было так хорошо, что мне хотелось навечно законсервировать этот вечер, не позволяя ему закончиться.

И мы сидели у камина, смотрели на огонь, и тишина между нами была не пустой, а наполненной – снегом за окном, прерывистым дыханием, кошачьим ворчанием. И тем самым, чему нет названия, но что делает зиму теплее, а жизнь – длиннее.

Маркиз, наконец насытившись, посмотрел на диван. Покосился на Мусю, которая притворялась, что спит, и осторожно запрыгнул на самый край подлокотника. Муся не шелохнулась. Маркиз сделал вид, что вдруг резко понадобилось умыться, и незаметно подвинулся ближе. Ещё ближе. И наконец, свернувшись калачиком, улёгся рядом. Спиной к спине. Смешав белый мех со своим, полосатым.

– Мрр, – тихо мявкнул он.

– Мрр, – так же тихо отозвалась Муся.

– Кажется, у них всё же мир, – прошептал Александр.

– Война окончена, – согласилась я. – Но кто же тогда победил?

Я посмотрела на Александра, и он улыбнулся.

Эпилог. Там, где сбываются мечты

Эпилог. Там, где сбываются мечты

Три месяца спустя.

Весна в этом году пришла рано.

Снег сошёл ещё в марте, обнажив мокрую землю и первые робкие подснежники. Город мыл окна, отряхивался от зимней спячки, и даже воздух стал другим – прозрачным, звонким, с обещанием скорого тепла.

Я сидела на кухне, пила кофе и смотрела, как Муся, требуя завтрак, трется о ноги Александра. Тот, сосредоточенно хмурясь, боролся с пакетиком влажного корма. Он никак не желал открываться ровно, и у Александра в руках уже оказалось по меньшей мере три маленьких кусочка обёртки… а сам пакетик оставался надёжно запечатанным.

Маркиз, устроившийся на своём любимом месте на подоконнике, наблюдал за этой сценой с видом оскорблённого монарха. Ну как же, ведь вкусняшка предназначалась не ему!

– Ты её балуешь, – заметила я, улыбнувшись.

– Она этого достойна, – парировал Александр, наконец совладав с продуктом китайской промышленности. Выложив корм в миску, он опустил её перед Муськой на пол.

Кошка довольно замурлыкала и принялась вкушать угощение, не забывая при этом колко стрелять взглядом в Маркиза. Мол, смотри, как меня любят. Маркиз демонстративно отвернулся и начал показательно умываться, но я заметила, как он покосился в сторону миски. Ждал, когда настанет его очередь. Ведь мы любили и баловали наших питомцев одинаково. Просто Муська, как настоящая леди, сразу завладела расположением Александра, и все бонусы доставались ей первой.

– Манипуляторы, – усмехнулась я, прекрасно считывая все их намёки.

– Кто бы говорил, – ответил Александр, садясь напротив. – Иногда мне кажется, что твоя кошка обучила тебя этим манипуляциям. Только ты её даже превзошла.

Вместо ответа я лишь игриво заломила бровь. Александр сильно преувеличивал мои способности, да и сам виртуозно управлял общественным мнением. Я бы даже сказала, что делал он это гораздо тоньше и успешнее, чем мы с Муськой и Маркизом вместе взятые.

Но ему как боссу это было простительно.

Что же касается офиса, то хотя мы и не афишировали свои отношения, но утаить перемены не удалось. Никто не говорил прямо в лицо, однако шепотки до меня нет-нет, да доносились. И даже Лера однажды не выдержала. Когда я в очередной раз задержалась в кабинете главного редактора, она подловила меня у двери и многозначительно подмигнула, прошептав: “Рада за тебя, Кристина. Ты это заслужила”.

А Наталья, кстати, уволилась. Не из-за меня, конечно, – нашла место поближе к дому, где платили больше. Но я запомнила её взгляд в день ухода – смесь зависти и горечи. И подумала, что, быть может, она тоже когда-нибудь научится смотреть на себя иначе.

Или нет. Но это, впрочем, уже не моё дело.

Моя колонка “Маршруты для души” стала одним из самых популярных разделов журнала. Мне писали читатели, делились своими любимыми местами, благодарили, что я научила их замечать то, мимо чего они раньше проходили. Я перечитывала эти письма и улыбалась. А потом садилась и писала новые тексты – о лавочках, где можно посидеть в тишине, о кофейнях, где пахнет корицей и счастьем, о парках, где белки берут орехи прямо из рук.

Моя жизнь изменилась. Не так, как я себе представляла когда-то. Больше не желалось ничего показушного, как те демонстративные жесты от Артёма – игра на публику, красивые фото, эффектные места.

Зато было счастье – простое и тихое. Личное.

Жизнь моя стала проще. И – объёмнее. Без лишних тревог и суеты, со спокойной уверенностью в будущем.

В ней было место и для утреннего кофе на двоих, и для споров о том, чей хвостатый наглее, и для прогулок по весеннему парку. А ещё для молчания у камина, которое говорило громче любых слов.

– О чём задумалась? – спросил Александр, возвращая меня в реальность.

– О том, как всё странно устроено, – ответила я, обхватив свою кружку ладонями. – Ведь совсем недавно я сидела у себя в квартире, пила такой же кофе и думала, что жизнь моя кончена.

– Ну, кофе, полагаю, был всё же похуже. – Усмехнулся Александр, намекая на то, что собственноручно сваренный им напиток несомненно вкуснее того, чем тот, что я пила до него. Я улыбнулась. – А теперь?

Подняла взгляд от кружки и посмотрела на него. На его спокойное и в то же время сосредоточенное лицо. На то, как он привычно поправлял очки, даже не отдавая себе в этом отчёта. Как машинально гладил Мусю, и как Маркиз тёрся о его ногу, намекая, что тоже не прочь получить свою порцию нежности.

Александр Сергеевич Волков.

Мой босс.

Мой мужчина.

– А теперь, – произнесла я спустя мгновенье, – теперь понимаю, что всё только начинается.

Александр улыбнулся. Улыбкой, которую теперь я видела каждый день и от которой у меня внутри каждый раз приятно и горячо ёкало.

– Знаешь, – сказал он, – а ведь я тоже только начинаю понимать, что значит жить. Не только работать, решать проблемы, бежать впереди паровоза, чтобы всё успеть. А просто... быть. С тобой.

Муся, закончив с завтраком, запрыгнула ко мне на колени и тут же свернулась клубочком, замурлыкав. Маркиз, не желая оставаться в стороне, перебрался поближе к Александру и с важным видом улёгся на его ноутбук, оставленный с краю кухонного диванчика. Кот явно давал понять: работа подождёт, а вот он – нет.

– Они из нас верёвки вьют, – усмехнулась я, запуская пальцы в тёплый мех.

– Пусть, – ответил Александр, поглаживая своего полосатого нахала. – Маркизу Тигровичу и Муське Облачковой всё можно.

Я не удержалась от задорного смешка, который тут же подхватил и Александр, заражаясь моим весельем.

За окном поднималось солнце, заливая кухню золотистым светом. Город просыпался, начинал свой бесконечный бег, но здесь, в этой уютной квартире, время будто замедлилось. Здесь были только мы. Двое взрослых, наконец нашедших себя. И наши хвостатые питомцы. А ещё чувство, что всё течёт правильно.

Наконец – правильно.

– Кристина, – позвал меня Александр.

– М?

– Ты когда-нибудь жалела? О том, что согласилась на ту безумную поездку… О том, что вообще позволила мне войти в твою жизнь?

Я посмотрела на него долгим взглядом. На его красивые руки, поглаживающие мягкий животик кота. На Маркиза, который уже начал засыпать, нагло растянувшись на закрытом ноутбуке хозяина. Взглянула на Мусю, мурлыкающую у меня на коленях, на солнечный свет, просачивающийся сквозь занавески.

– Ни разу, – ответила я честно. – Ни разу, ни на единую секунду.

Александр кивнул, будто долго сомневался и получил, наконец, нужное подтверждение.

– Я тоже, – добавил он просто, не пускаясь в долгие пояснения. Ведь всё было понятно и без них.

А потом мы замолчали.

За окном чирикали проснувшиеся воробьи, где-то за стеной включили телевизор. Город окончательно проснулся, стряхнув с себя последнюю сонную негу, запуская энергичный суетливый бег будней.

Но мы не спешили. У нас было время.

Много времени.

Столько, сколько нужно.

* * *

В тот же вечер

Я закрыла ноутбук, отставила кружку с недопитым чаем в сторону и подошла к окну. Внизу, во дворе, стая ребятишек бегала по лужам, две женщины с колясками о чём-то эмоционально спорили, а мужчина в потёртой кепке кормил голубей.

Обычный день.

Обычная жизнь.

Но внутри меня, там, где когда-то было пусто и холодно, теперь поселилось спокойное тепло. Потребовалось несколько кошачьих жизней, чтобы понять это. Но лучше поздно, чем никогда.

Я не знала, сколько продлится это счастье. Месяц, год, десять лет. А может, и до самого конца? Как знать.

Но я научилась больше не загадывать наперёд. Научилась быть здесь и сейчас. И брать от каждого момента по максимуму.

– Кристина, – раздалось тихое сзади.

Я обернулась. Александр стоял в дверях, держа недовольного Маркиза на руках. А на плечах моего мужчины, заменяя самый роскошный воротник, устроилась Муська. Как она туда забралась, оставалось загадкой.

– Идём гулять, – сказал он. – Весна же.

Я улыбнулась.

– Идём.