Текст книги "След мертвеца (СИ)"

Автор книги: Алекс Рудин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

Глава 22

Утром меня разбудил зов Савелия Куликова.

– Наверное, сегодня не самый подходящий день,– смущённо начал Савелий. – Но вы помните, что мы собирались построить для вас гараж?

– Конечно, помню,– протирая глаза, удивлённо ответил я. – А почему день-то неподходящий?

– Так ведь сегодня Новый год,– ещё больше смутился Савелий.

Точно!

Я машинально бросил взгляд на висевший на стене календарь и увидел, что на нём гордо красуется дата – тридцать первое декабря. Начиналась праздничная неделя, и она будет переполнена хлопотами, гостями и развлечениями.

Промелькнула мысль отложить постройку гаража на более подходящее время. Но я тут же отбросил эту идею, сообразив, что не просто так Куликов прислал мне зов. Я же обещал познакомить его с Анютой.

Кажется, Савелий принял моё молчание за недовольство и окончательно смутился:

– Извините, что побеспокоил вас, Александр Васильевич.

– Всё в порядке,– остановил я его. – Приезжайте прямо сейчас.

Лиза тоже проснулась. Наверное, она почувствовала, что я не сплю.

– Сегодня последний день года,– лукаво улыбнулась она. – Саша, ты же помнишь старинный обычай? Выполнять обещания до того, как наступит Новый год.

– А я что-то пообещал и не исполнил? – удивился я.

– Ты сказал, что попробуешь отыскать молодого человека, который поймал туфельку Анюты,– напомнила Лиза.

– Суженого,– уточнил я и широко улыбнулся. – Что-то подсказывает мне, что беспокоиться не о чем. Если суженый есть, то он обязательно отыщется.

– Ты уверен? – удивилась Лиза.

– Абсолютно, – кивнул я.

Так и получилось.

Мы едва успели одеться, а Савелий Куликов уже нетерпеливо топтался возле задней калитки.

Бежал он, что ли?

Бронзовые колокольчики на ограде деликатно зазвенели, предупреждая о его приходе.

– Анюта, у нас гость,– сказал я горничной, которая помогала Прасковье Ивановне накрывать на стол. – Спустись и пригласи его к завтраку.

Когда Савелий и Анюта вошли в столовую, Лиза всё сразу поняла и посмотрела на меня круглыми от удивления глазами.

– Как тебе это удалось?– беззвучно спросила она.

– Магия,– широко улыбаясь, ответил я. – Ты же помнишь, что я великий волшебник?

Во время завтрака я развлекал своих домашних тем, что рассказывал им о магических способностях сноходцев. Анюта слушала меня как заворожённая, а Савелий молчал и смущённо краснел. У него хватило мужества спуститься со мной в сад, чтобы выбрать участок для гаража.

– Я сделал всё, что мог,– с улыбкой заявил я. – Остальное в ваших руках. Если Анюта вам нравится, действуйте смелее.

– Благодарю вас, Александр Васильевич,– решительно кивнул Савелий. – Смотрите, мне кажется, этот участок отлично подходит для вашей задумки.

– Вы правы,– согласился я. – Но сегодня праздник. Давайте отложим строительство на более подходящее время?

– Ни в коем случае,– возразил Куликов. – Вы столько рассказали обо мне, и теперь Анюта ждёт от меня настоящего чуда. Я ни в коем случае не хочу её разочаровать. К тому же, новогодние обычаи требуют исполнять обещания до конца года.

– Дело ваше,– рассмеялся я.

И подозвал Анюту, у которой как раз нашлись какие-то неотложные дела во дворе.

– Анюта, господин Куликов намерен прямо сейчас продемонстрировать нам магию сноходцев. Пожалуйста, приготовь ему подходящую спальню.

Анюта и Савелий ушли в дом, а я радостно огляделся. Праздник начинался весело, и я надеялся, что так всё и продолжится.

Не успел я подумать об этом, как в моём сознании прозвучал голос Анны Владимировны Гораздовой.

– Беда, Александр Васильевич,– испуганно сказала она. – Ваш отец вспомнил, что вы собирались пригласить нас на праздник. Но вы так и не сделали этого, и теперь он очень сердит.

Я растерянно хлопнул себя ладонью по лбу.

– Ваша правда, я совершенно забыл об этом приглашении. Но ничего, у меня ещё есть время всё исправить.

– Поздно,– огорчила меня Анна Владимировна. – Ваш батюшка только что вызвал мобиль и собирается сам ехать к вам. Конечно, я поеду с ним и попытаюсь его успокоить.

По голосу Анны Владимировны я понял, что она сама не слишком-то в это верит.

– Спасибо, что предупредили,– ответил я. – Буду вас ожидать.

Я только успел предупредить Лизу о приезде отца, а его мобиль уже остановился возле калитки. Колокольчики тревожно звенели, они тоже чувствовали, что в воздухе пахнет бурей.

– Ничего другого я от тебя и не ожидал,– заявил отец, выбираясь из мобиля. – Несмотря на все твои магические подвиги, ты так и остался легкомысленным мальчишкой, Александр.

Отец всегда умел найти слова, которые задевали меня. Но сегодня я пообещал себе не ссориться с ним и собирался сдержать это обещание, несмотря ни на что.

– Моя вина,– сдержанно кивнул я.

Отец удивлённо посмотрел на меня – он-то ожидал, что я буду спорить. Я не дал ему опомниться и радушно улыбнулся:

– Очень рад, что вы всё-таки приехали. Прошу, проходите в дом.

С этими словами я широко распахнул калитку. Отцу ничего не оставалось, кроме как войти.

– Анна Владимировна сказала, что у тебя ко мне какой-то важный разговор,– нехотя буркнул он.

– Очень важный,– кивнул я. – Давайте пройдём в мой кабинет. Я распоряжусь, чтобы нам принесли кофе.

– Александр Васильевич, вы позволите мне осмотреть ваш сад?– с улыбкой спросила Анна Владимировна. – Я бы хотела взглянуть на знаменитые сосенки из Сосновского леса.

Анна Владимировна была магом природы и живо интересовалась любыми магическими растениями.

– Я попрошу Игната составить вам компанию,– улыбнулся я. – Это он занимается садом.

Я проводил отца в кабинет, и Анюта принесла нам кофе.

– Савелий Георгиевич уже колдует,– почтительным шёпотом сообщила она. – Когда прикажете его разбудить?

– Думаю, он сам проснётся к праздничному ужину,– рассмеялся я.

Отец сердито смотрел на нас. Ему не понравилось, что мы беседуем, не замечая его.

– Ты нанял новую горничную?– спросил он, когда Анюта вышла. – Надеюсь, у неё хорошие рекомендации?

– Самые лучшие,– заверил я его, не вдаваясь в подробности.

– Переходи к делу,– нахмурился отец. – О чём ты хотел со мной поговорить?

– Я лучше покажу,– кивнул я и распахнул дверь кабинета. – Прошу.

Мне даже не пришлось заговариваться с домом. Он и сам отлично понял, что от него требуется.

За дверью оказалась та самая столовая. Длинный стол с белоснежной крахмальной скатертью снова был накрыт на троих. Рядом с ним стояли два удобных стула с резными спинками и один детский стульчик.

Отец остановился на пороге и потрясённо посмотрел на меня.

– Та самая комната,– пробормотал он.

Впервые в жизни я увидел своего отца без его знаменитой армейской выправки. Сгорбившись, он пошёл вдоль стола. Задумчиво дотронулся пальцем до резной спинки стула, затем выглянул в окно.

– Так всё и было,– сказал он.

Я распахнул следующую дверь.

– А здесь гостиная. В ней камин и удобные кресла, а между ними стоит шахматный столик с неоконченной партией.

– Да,– кивнул отец. – Тогда мы каждую неделю приглашали Игоря Владимировича к нам в гости, и твоя мама играла с ним в шахматы.

Он вошёл в гостиную и печально посмотрел на погасший камин.

– Здесь всегда горел огонь,– сказал он. – Твоя мама любила смотреть на него.

– Что с ней случилось?– напрямик спросил я. – Почему я почти ничего не помню?

Не отвечая, отец подошёл к двери, которая вела в спальню. Постоял возле неё и даже взялся за ручку, но передумал. Молча покачал головой и опустился в кресло.

– Ты прав, Александр, пришло время поговорить. Присядь.

Я тоже сел в кресло и послал зов духу огня. Дух отлично расслышал меня и тут же появился в комнате. В камине вспыхнуло пламя.

Я увидел, что отец улыбается.

– Ты весь в неё, – кивнул он. – Также обожаешь магию. Но иногда это оборачивается страшной бедой, Александр. Твою маму настигло проклятие магов. Её магический дар стал таким сильным, что принялся забирать у неё жизненные силы, и целители ничего не могли с этим поделать. Существовал только один-единственный способ спасти её. Твоя мама должна была навсегда отказаться от магии. Порвать со своим магическим даром и стать обычным человеком.

Отец сжал кулаки.

– Я умолял её об этом, но она не согласилась. Настояла, чтобы я навсегда уехал отсюда и забрал тебя с собой. Она осталась здесь совсем одна, никого не хотела видеть. Мы каждый день разговаривали, но ей становилось всё труднее и труднее поддерживать зов. И однажды она замолчала. Я не смог докричаться до неё, и тогда мы с твоим дедом приехали сюда.

– Её не было, да?– уже понимая, что произошло, спросил я.

– Она исчезла,– кивнул отец. – Каким-то образом она сумела передать свой магический дар этому дому. Тогда мы решили, что однажды этот дом должен стать твоим. А я больше не мог здесь находиться.

Отец замолчал и сгорбился, глядя на жаркое пламя камина.

– Почему вы отвели меня к менталисту?– спросил я.

– Твоя мама попросила об этом,– не поворачивая головы, ответил отец. – Она не хотела, чтобы ты запомнил её болезнь. Сказала, что постепенно память к тебе вернётся, но это будут уже другие, хорошие воспоминания. Видишь, так и получилось.

Отец глядел на огонь, а я смотрел на него. Теперь я понимал, какая огромная тяжесть легла на его плечи. Понимал, откуда взялась его холодность и чёрствость по отношению ко мне. Понимал, почему он изо всех сил старается сохранить свою безупречную выправку.

Это был его способ не сломаться. Единственная возможность вынести то горе, которое на него свалилось.

– Наверное, вам нужно было рассказать мне раньше,– сказал я. – Но хорошо, что это случилось хотя бы сейчас.

* * *

Отец попросил у меня разрешения ненадолго остаться одному в гостиной. Я подождал его в кабинете, неторопливо попивая остывший кофе и рассеянно глядя в окно. За оконным стеклом медленно падали крупные снежинки.

Когда отец вернулся в кабинет, его лицо было непривычно спокойным, как будто его давняя боль наконец-то отступила.

– Так вы останетесь с нами на праздник?– поинтересовался я.

– На праздник? – рассеянно переспросил отец. – Да, конечно. Спасибо за приглашение, Саша. И вообще, спасибо.

Я решил дать ему ещё немного времени, чтобы он окончательно мог прийти в себя.

– Пойду обрадую Анну Владимировну.

Я нашёл Анну Владимировну Гораздову в саду. Она с интересом слушала рассказ Игната о том, как замечательно он устроил клубничные грядки.

– Как прошёл ваш разговор?– спросила Анна Владимировна, когда я подошёл к ним.

– Всё хорошо,– улыбнулся я. – Вы остаётесь встречать Новый год с нами. Не удивляйтесь, если заметите в моём отце некоторые перемены.

– Хорошо,– удивлённо кивнула Гораздова.

Затем она внимательно взглянула на меня.

– Позвольте спросить, Александр Васильевич. Магия вашей мамы каким-то образом осталась в этом доме и в этом саду?

– Откуда вы знаете?– удивился я.

– Догадалась,– мягко улыбнулась Гораздова. – Помните, мой первый приезд сюда? Я тогда попросил у вас разрешения поговорить с вишней в вашем саду.

– Припоминаю,– кивнул я.

– На самом деле, я уже тогда что-то почувствовала и хотела узнать, могу ли я остаться с вашим отцом.

– Понимаю,– улыбнулся я.

Игнат во время нашего разговора почтительно топтался в сторонке. Старик ждал, когда я обращу на него внимание.

– Где ставить ёлочку, Ваше сиятельство?– спросил он, перехватив мой взгляд.

– Это серьёзный вопрос,– нахмурился я. – Дай-ка мне прикинуть, сколько ожидается гостей.

Но тут на втором этаже со звоном распахнулось окно, и взволнованный голос Анюты прокричал:

– Ваше сиятельство, идите сюда скорее!

– Что случилось? – задрав голову, спросил я.

– В доме новые комнаты появились, – сообщила Анюта. – Да какие красивые!

– Вот тебе и ответ,– рассмеялся я, обращаясь к Игнату. – Идём, посмотрим.

Комнаты, которые дом открыл на этот раз, были словно специально созданы для большого праздника. Теперь к нашей кухне примыкала просторная столовая, выдержанная в спокойных тонах. За длинным столом легко поместились бы все гости этого дома. Я не сомневался, что именно на это стол и рассчитан.

Широкие двери вели из столовой в бальный зал с блестящим паркетом и высокими окнами.

Вот здесь-то на украшения не поскупились. На секунду у меня зарябило в глазах от позолоты и ярких цветов, которые мгновенно создавали праздничное настроение.

Стоило нам войти, как откуда-то из-под потолка полилась тихая мелодичная музыка. Она звучала сама по себе, а музыканты так и остались невидимыми, как бы я ни старался их разглядеть.

Вдоль стен бального зала стояли низкие и удобные диваны, специально предназначенные для отдыха между танцами. Их сиденья были обтянуты тёмно-красным бархатом.

– Это сколько же уборки добавилось?– испуганно шепнула Анюта Фоме, который увязался вместе с нами посмотреть новые комнаты.

Девушка старалась говорить тихо, но я всё прекрасно расслышал.

– А магия домовых на что?– покровительственно возразил Фома. – Не переживай, управимся с уборкой.

– Ставь ёлочку прямо в центре бального зала,– сказал я Игнату. – Уверен, все гости захотят на неё полюбоваться и загадать желание.

– Сделаю, Ваше сиятельство,– кивнул Игнат.

* * *

Сквозь плывущую по залу музыку пробился тихий звон колокольчиков – это начали съезжаться гости. Приехали Всеволод Пожарский и Елена Разумовская.

– Благодарю вас за приглашение, Александр Васильевич,– церемонно присела в поклоне Разумовская.

– А это что за Тадж-Махал?– удивлённо спросил Сева, поздоровавшись со мной.

Он кивнул на прямоугольное здание из белого камня, которое неизвестно откуда появилось в моём саду. Широкие ворота, украшенные резьбой, и полукруглый купол, и в самом деле придавали зданию сходство с восточным мавзолеем.

– Кажется, это мой новый гараж,– расхохотался я. – Пожалуй, на этот раз господин Куликов немного перестарался. Хотя…

Я сделал несколько шагов в сторону для того, чтобы мой дом не загораживал башню обсерватории, и увидел, что новый гараж отлично сочетается с этой башней.

– Нет, со вкусом у Савелия всё в порядке,– довольно кивнул я.

Сразу вслед за Севой приехали Миша и Настя Кожемяко.

– Ты всё-таки смог выбраться ко мне?– обрадовался я, увидев Мишу. – А я опасался, что тебя снова задержат на службе.

– Обошлось,– добродушно улыбнулся Миша. – Портовых грабителей мы переловили, и Степан Богданович взялся сам их допрашивать. Надеется завтра же доложить полицмейстеру о полном раскрытии дела.

– Сомневаюсь, что завтра у полицмейстера появится желание выслушивать доклады господина Прудникова,– расхохотался я. – Идите в дом. Я бы с радостью познакомил вас с остальными гостями, но кажется, ещё кто-то подъехал. Так что придётся вам знакомиться самим.

Я не ошибся. Возле калитки остановился служебный мобиль Воронцовского госпиталя – это приехали молодые князья Горчаковы, Иван и Юрий.

Юрий выглядел немного уставшим, и я подумал, что он ещё не оправился от тёмной магии Генриетты Гюнтер.

– Как вы себя чувствуете, Юрий Николаевич?– спросил я.

– Как будто мне на голову надели пыльный мешок и от души лупили по нему дубиной,– с неожиданной прямотой признался Юрий. – Вот вам и оборотная сторона ментальной магии, Александр Васильевич. Спасибо, Ване, он сумел быстро поставить меня на ноги.

Юрий дружески обнял старшего брата за плечи.

– Миланка Николич всё ещё в госпитале?– спросил я Ивана.

Иван покачал головой.

– Тайная служба разрешила её выписать, и я не стал с этим тянуть. Они с господином Аладушкиным уехали ещё вчера вечером, их забрал бородатый человек на большом сером мобиле.

– Лесник Чистяков,– улыбнулся я.

Интересно, господин Аладушкин решил вернуться в Зубровский лес или ещё раздумывает над этим?

А почему бы не спросить об этом самого Аладушкина?

В Зубровский лес я, конечно, не пойду – даже через магическое пространство. Не тот сегодня день, чтобы исчезать без предупреждения. Но ведь можно придумать другой способ!

Так я и поступил – прикрыл глаза и послал зов. Только не самому Аладушкину, а его личному магическому пространству.

– Привет! – сказал я. – Помнишь меня? Я недавно заходил к тебе в гости.

Я ожидал чего угодно – от холодного молчания до откровенных упрёков, если Аладушкин решил не возвращаться в Зубровский лес. Ведь это же я увёл его!

Но магическая поляна Зубровского леса ответила лёгкой волной тепла – точь-в-точь как мой дом, только слабее.

– Вижу, у тебя всё хорошо,– улыбнулся я. – Твой создатель вернулся к тебе? Мне нужно с ним поговорить.

После небольшой паузы в моё сознание пробился удивлённый голос Тимофея Аладушкина:

– Господин Тайновидец, это вы? Но как у вас получилось прислать мне зов? Это же невозможно!

– Ещё одно чудо, только и всего,– улыбнулся я. – Привыкайте. Значит, вы решили вернуться в свой теремок?

– Я только об этом и думал,– ответил Аладушкин. – Миланка согласилась поехать со мной. Представляете, какое невероятное совпадение? У всех начинается Новый год, а у нас – новая жизнь!

– Очень рад за вас, Тимофей Григорьевич. Вы не будете возражать, если я как-нибудь нагряну к вам в гости, и не один, а с дедом? Мне кажется, Игорь Владимирович захочет с вами повидаться.

– Вы и в самом деле сможете привести его сюда?– не поверил Аладушкин. – Александр Васильевич, если у вас получится, считайте меня своим вечным должником!

– Будьте осторожнее с такими обещаниями,– рассмеялся я. – Вы теперь не скромный чиновник Министерства иностранных дел, а самый настоящий демиург.

– А ведь так оно и есть,– изумился Аладушкин. – Я только сейчас начинаю это понимать.

– Вот-вот,– кивнул я. – Лучше заварите к нашему приходу чай из лесной малины, этого будет вполне достаточно. Рад был поболтать с вами, Тимофей Григорьевич, но мне пора. Это вы наслаждаетесь тишиной, а у меня сегодня день открытых дверей. Но я непременно передам ваше приглашение Игорю Владимировичу, оно его порадует.

Глава 23

А гости всё прибывали и прибывали. Теперь они начали появляться из других магических пространств.

Первым явился Библиус. Он величественно кутался в парадную тогу из пурпурного шёлка, украшенную золотым шитьём.

– Салют, Александр, – торжественно кивнул хранитель Незримой библиотеки. – Благодарю тебя за приглашение.

Неожиданное появление Библиуса и его величественные манеры произвели неизгладимое впечатление на Прасковью Ивановну.

– Это кто же такой, ваше сиятельство? – шёпотом спросила она у меня. – Неужели сам римский император?

– Берите выше, Прасковья Ивановна, – рассмеялся я. – Римских императоров много, а господин Библиус такой один. Кстати, Библиус, а почему ты пришёл без Акатоша?

– Шаман был со мной, – растерянно оглянулся Библиус. – Но он куда-то запропастился.

– Ещё и шаман! – изумилась Прасковья Ивановна.

– Такой весёлый темнокожий парнишка в войлочной шапке, – объяснил я.

– Так это гость? – смущённо охнул Игнат. – А я-то подумал, что это слуга господина Библиуса. Ну и отвёл его в наш домик, чтобы не мешался под ногами.

Как выяснилось позже, ошибка Игната нисколько не расстроила Акатоша. Зато шамана порадовала музыка, которая всё ещё звучала в бальном зале.

– Будем есть и плясать, – белозубо улыбаясь, заявил Акатош. – Настоящий праздник.

– Не хватает только господина Стременного, – заметил я. – Библиус, надеюсь, ты не оставил его дежурить в магической библиотеке?

– Мой помощник сказал, что ему нужно заглянуть домой, прежде чем ехать к тебе, – пожал плечами Библиус. – У него для тебя какой-то подарок.

Затем приехали Валериан Андреевич Чахлик и профессор Зимин. Я познакомил моих заместителей с отцом, а отец, по своей привычке, сразу же принялся придирчиво экзаменовать обоих. Но я не сомневался, что преподаватели Императорской Магической академии с честью выдержат это нелёгкое испытание.

Сразу вслед за ними явились кладовики – их привёл магическим путём леший.

– Тайновидец, а еда будет? – бесцеремонно спросил меня Репей.

– Будет, – рассмеялся я.

Кладовики довольно закивали и сразу же затерялись среди гостей.

Кирилл Алексеевич Стременной приехал, когда почти все гости уже собрались. Я встретил его у калитки, и пожилой библиотекарь торжественно вручил мне книгу в синем бархатном переплёте.

– «Дмитрий Воронцов. История славного рода», – с трудом прочитал я затейливый старинный шрифт названия.

И удивлённо посмотрел на Стременного.

– Кто это?

– Эту книгу написал ваш далёкий предок, – объяснил Кирилл Алексеевич. – Кажется, пра-пра-пра-прадедушка. В ней описана вся история рода Воронцовых со дня его основания. Эту книгу уже лет двести считали утерянной. Историки предполагали, что её последний экземпляр погиб во время пожара в предыдущей Столице. И можете себе представить, на днях я отыскал это чудо в запаснике собственной библиотеки. Бывает же такое!

Я изумлённо покачал головой.

Кажется, у Незримой библиотеки появился филиал в Столице, и теперь в нём тоже начали происходить чудеса.

Я отнёс драгоценную книгу в свой кабинет и запер в ящик стола. А затем поднялся в бальный зал, чтобы на правах хозяина дома объявить начало праздника.

Музыка деликатно смолкла, гости в ожидании смотрели на меня.

И вдруг раздался треск, словно кто-то невидимый раздирал на полосы плотную ткань. В воздухе запахло грозой. Затем прямо посреди бального зала появился магический портал, а из портала вышел самый настоящий джинн.

Я сразу это понял – джинн был очень похож на Набиля.

– Великий визирь Лачанги передаёт тебе привет, Тайновидец! – объявил джинн в наступившей тишине. – И шлёт свой скромный дар!

Джинн с поклоном протянул мне овальный медальон из чистого золота, висевший на тонкой золотой цепочке. На медальоне красовался гордый профиль великого визиря – я узнал его, ведь мне уже доводилось встречаться с правителем Лачанги.

– Когда соберёшься в Лачангу, покажи этот медальон стражникам у ворот, – подсказал джинн. – Тебя примут как самого дорогого гостя и сразу же проводят к великому визирю.

– Благодарю великого визиря за оказанную мне честь, – улыбнулся я. – Присоединяйся к нашему празднику, достопочтенный джинн. Если у тебя есть заветное желание, не забудь его загадать – сегодня день исполнения желаний.

Я громко захлопал в ладоши.

– Посмотрите на эту красавицу, – сказал я, показывая на заветную ёлочку, которая скромно покачивала пушистыми ветками в середине бального зала. – Это настоящая волшебная ёлочка, она исполняет желания. Игнат раздобыл её в глухом лесу, в неравной битве со снежными упырями.

Все дружно захлопали, а Игнат покраснел от смущения.

– Тебе первому загадывать желание, – улыбнулся я. – Давай.

– Да я уже, ваше сиятельство, – смутился Игнат. – Там, в лесу, загадал. Так что теперь давайте вы.

– Ладно, – улыбнулся я и посмотрел на отца. – Загадывай, отец.

Впервые за долгие годы я назвал его отцом и увидел его растерянность.

– Ерунда какая, – по привычке пробормотал он и тут же замолчал, заметив удивлённые взгляды окружающих.

– Это магия, – мягко сказал я. – Она всегда исполняет настоящие желания. Загадывайте, Василий Игоревич.

– Ну, ладно, ладно…

Отец замешкался и побагровел, затем кивнул:

– Всё, загадал.

– Можно, я загадаю? – вылез вперёд Репей. – Вдруг у ёлочки желания кончатся?

– Подожди, – рассмеялся я и улыбнулся Лизе. – Твоя очередь, дорогая.

Лиза послушно прикрыла глаза, замерла на секунду и улыбнулась.

– Загадала.

– Давай теперь ты, – кивнул я Репею.

Кладовик загадывал желание долго и обстоятельно. Он даже прикрыл глаза руками и сосредоточенно нахмурился.

– Не знаю, сможет ли она такое исполнить, – наконец проворчал он. – Но попробовать стоило. Давай теперь ты, Тайновидец.

Все гости по очереди загадывали желание. Очень быстро это превратилось в весёлую игру. А я улыбался, потому что чувствовал мягкие волны магии, которые расходились от заветной ёлочки.

– Что ты загадал? – с любопытством спросила Лиза.

– А ты?

На щеках Лизы появился лёгкий румянец, глаза заблестели.

– Не скажу, но тебе понравится.

Она легонько ткнула меня локтем в бок:

– Давай, рассказывай!

– Я тоже не скажу, – рассмеялся я. – Но если моё желание исполнится, это будет отличный магический сюрприз.

– Так нечестно, – надулась Лиза.

Я поспешил её отвлечь.

– Давай-ка лучше узнаем, какое желание загадал Игнат. Мне очень любопытно, ради чего можно добровольно поехать зимой в лес и рисковать жизнью в компании снежных упырей.

Мы нашли Игната на кухне, старик отдыхал в своём удобном кресле. Увидев нас с Лизой, он сразу же вскочил:

– Что-то нужно сделать, ваше сиятельство? Я сейчас…

Я махнул рукой:

– Всё в порядке, отдыхай. Только сделай милость, скажи, какое желание ты загадал? Иначе мы с Елизаветой Фёдоровной рискуем умереть от любопытства.

– Я за Прасковью Ивановну тревожился, – признался Игнат. – Что-то она прихварывать стала. Только и жалуется: то голова болит, то спину ломит.

– Не замечал, – удивился я. – Пожалуй, предложу Прасковье Ивановне обратиться к нашим целителям.

– Не нужно, – лукаво улыбнулась Лиза. – Так и быть, открою вам один секрет, тем более что я разговаривала с Прасковьей Ивановной. Ей просто не хватает твоего внимания, Игнат. Вот она и старается его привлечь.

– Вот так штука! – огорчился Игнат. – А я, старый дурак, в лес за ёлочкой ездил.

– Всё к лучшему, – рассмеялся я. – Зато теперь ты знаешь, что на самом деле нужно Прасковье Ивановне. А как бы ты это узнал без заветной ёлочки? И Прасковья Ивановна, благодаря тебе, сможет загадать заветное желание. Уверен, что оно у неё есть.

– Это верно, – повеселел Игнат. – Значит, нужно внимание проявить, только и всего?

– Женщинам много не надо, – скромно подтвердила Лиза.

И тут же стрельнула глазами в мою сторону, но я серьёзно кивнул, соглашаясь с ней.

Мы вернулись в бальный зал, и я увидел, как мой отец танцует с Анной Владимировной. Анна Владимировна опустила голову ему на плечо, а отец осторожно обнимал её и выглядел счастливым, хоть и немного растерянным. Похоже, его желание уже успело сбыться.

Интересно, как скоро исполнится то, что я загадал?

Словно в ответ на мой вопрос, за окном тревожно зазвенели колокольчики.

– Так быстро?

Я сбежал по лестнице, распахнул входную дверь и увидел, что напротив моей калитки остановился императорский мобиль.

– Игорь Владимирович уговорил меня ненадолго заглянуть к вам, – признался Его Величество, вылезая из мобиля. – А у вас весело!

Он прислушался к музыке, которая доносилась из дома, и одобрительно кивнул.

– Вы приехали как раз вовремя, – улыбнулся я. – Мы загадываем желания у заветной ёлочки, и они сбываются. Уверен, у вас тоже найдётся что загадать.

– Ещё бы, – оживился император.

Затем внимательно посмотрел на меня:

– Мне кажется, вы чем-то немного разочарованы, Александр Васильевич.

– Вам показалось, Ваше Величество, – слукавил я. – Очень рад вашему приезду. Проходите, пожалуйста.

Я распахнул перед ними калитку.

Не стану же я говорить императору, что загадывал не его.

– Саша, ты поговорил с отцом? – негромко спросил Игорь Владимирович, когда мы шли к дому.

– Да, – кивнул я. – И это был хороший разговор.

– Надеюсь, – с облегчением пробормотал дед.

– Александр Васильевич, а вы сами-то загадали желание? – полюбопытствовал император.

– Загадал, – признался я. – Но оно пока ещё не сбылось. Вот, жду.

– Значит, мы приехали вовремя, – обрадовался его Величество. – Желания Александра Васильевича всегда оборачиваются магическими чудесами.

Я проводил их к гостям.

Неожиданное появление императора вызвало настоящий переполох, но Его Величество быстро сумел вернуть атмосферу праздника. Он тоже загадал желание и вскоре танцевал и веселился вместе со всеми.

Между делом император успел коротко поговорить с моим отцом, и я заметил, что отец с гордостью и удивлением посмотрел на меня.

А я восхищённо покачал головой. Его Величество легко и непринуждённо управлял людьми и событиями вокруг себя. Это была какая-то особенная магия. Личная магия императора, по-другому и не скажешь.

Новый зов отвлёк меня от философских мыслей.

– Александр Васильевич, вы можете спуститься к калитке? – прозвучал в моём сознании смущённый баритон.

– Господин Рябушинский, это вы? – удивился я. – Что-то случилось? На одном из столичных кладбищ опять неспокойно?

Я вышел на улицу. Возле задней калитки лёгкими облачками серебристого тумана парили два призрака.

– И господин Тропинкин с вами? – изумился я.

– В нём-то всё и дело, – кивнул Рябушинский. – Следствие по делу Гюнтеров уже закончено. Конечно, до суда ещё далеко, но Генриха Гюнтера точно признают виновным, тут нечего и сомневаться. Конечно, господин Тропинкин расскажет всё, что знает, теперь суду разрешено принимать показания призраков. Но что ему делать дальше?

– Суду? – не понял я.

– Макару Терентьевичу, – терпеливо объяснил бывший обер-прокурор. – Господину Тропинкину, то есть. Домой, в Соликамск ему возвращаться незачем, да и неизвестно, как там относятся к призракам. Уходить за Грань он не хочет, и я его отлично понимаю. А блуждать по Столице без приюта и занятия тоже неправильно. Вот я и рассудил – вдруг вы что-нибудь придумаете.

Я внимательно посмотрел на Рябушинского и с удивлением понял, что могу читать эмоции призрака.

Пётр Павлович был сильно смущён, и я отлично понимал причину его смущения. Ведь Рябушинский временно поселил Тропинкина в своём доме. И теперь не мог вот так запросто выставить его на улицу, но и оставлять у себя насовсем тоже не хотел.

Я озадаченно почесал в затылке.

– Вот так сразу мне ничего не приходит в голову. Но я обещаю вам подумать над этим.

– Благодарю вас, господин Тайновидец, – уныло вздохнул Тропинкин. – Понимаю, что вы ко мне с участием отнеслись. Если надумаете нашу соль покупать, так я отцу скажу, он вам хорошую скидку сделает.

Соль? Знаменитая тропинкинская соль, хм…

– Постойте, – сказал я. – Кажется, у меня есть идея.

Я открыл калитку и пригласил призраков:

– Входите!

Тропинкин нерешительно попятился.

– Мы ведь уже давно здесь стоим, – виновато сказал он. – Видели, что к вам император в гости приехал. Ну, до меня ли вам сейчас? Да и как вы меня Его Величеству покажете? Давайте, я потом загляну, после праздников. Или ещё позже, я могу подождать, честное слово, Александр Васильевич.

– Не нужно ждать, – нетерпеливо отмахнулся я. – Провожу вас в свой кабинет, там вас никто и не заметит. Ведь деловые переговоры полагается вести в кабинете, не так ли?

– Переговоры? – заинтересовался Тропинкин.

Но я не стал ему ничего объяснять:

– Входите, сами всё поймёте.

Проводив призраков в кабинет, я поднялся в бальный зал и отыскал деда. По счастью, Игорь Владимирович не был занят разговором с императором, а отдыхал от танцев.

– Кажется, у вас появилась возможность заключить выгодную сделку, – без предисловий начал я. – У меня в кабинете сидит призрак Макара Тропинкина, купца из Соликамска. Вы наверняка слышали о Тропинкиных, они поставляют в столичные трактиры и рестораны знаменитую тропинкинскую соль.