355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Алекс Ферр » Одиночный рубеж (СИ) » Текст книги (страница 15)
Одиночный рубеж (СИ)
  • Текст добавлен: 15 октября 2020, 17:30

Текст книги "Одиночный рубеж (СИ)"


Автор книги: Алекс Ферр



сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 18 страниц)

Глава 44

Глава 44

Проснулись мы с шаманкой практически одновременно.

Моё убежище было наглухо закрыто. Это неоспоримый плюс в путешествии. В описании навыка «Свой среди леса» значилось, что капсула нерушимая. Хочется верить. Я стукнул по стенкам глухой тыквы, сезам открылся.

Следом за мной, потягиваясь, аккуратно ступила на землю Селеста. Не стал её готовить к укладке заранее, не предупреждая, призвал Гриба-Вора, и девушка, не успев как следует проснуться, была упакована в инвентарь.

Когда шаманка исчезла, довольно потёр руки от своей шутки. Удачной или неудачной – будет видно позже, когда приеду в Алесун.

Сходил к реке и умылся, неторопливо позавтракал и пошёл в сторону тракта. На пустынной, широкой дороге шириной с две автомобильные полосы, не было ни души. Очень непопулярное направление. Наверное. Да и кто в здравом уме поедет в Сальвир? Разве только воины, но походы наверняка не так часты.

Уселся на цурула и приказал ему нестись на всех парах. Крепко обхватил ручку седла и пригнулся. Питомец начал разгоняться. На первых 30 км/ч было ещё терпимо. Только меня ожидало гораздо больше острых ощущений. Мир начал мелькать с ужасающей быстротой, в ушах засвистело. То, что цурул преодолел порог в половину своей максимальной скорости, я понял, когда он расправил крылья.

Пришлось зажмурить глаза: встречный поток воздуха заставлял их безбожно слезиться, да и на 130км/ч мало что можно разглядеть. Лишь бы руки выдержали и не отсохли. А вообще в этом уравнении успешного марш-броска к стенам Алесуна было слишком много условий: чтобы не споткнулась птица, чтобы никто не встретился по дороге или поперёк пути не натянули, как в прошлый раз, канат, или резкий поворот. Иначе, прощайте планы, здравствуйте цветок на респе вкупе с едкими насмешками феечек.

Но всё сложилось более чем удачно. Путь занял чуть меньше двух часов, хотя они и тянулись как кисель, в который положили слишком много крахмала.

Цурул начал тормозить и входить в комфортную скорость для всадника, когда вместо густого леса на обочинах начались поля и пастбища.

Я потёр глаза и осмотрелся. Невдалеке паслось стадо овец, кое-где в полях работали крестьяне. Птица, сбавив обороты и сложив крылья, заметно приосанилась. Оглянулся назад: за нами стояло облако густой пыли. Пришлось постоять на месте 10-15 минут в ожидании, пока она осядет.

Медленно, почти шагом вернулся назад к границе леса и скользнул в рощу. Убедившись, что по ту сторону обитаемого мира моя локация остается без наблюдения, призвал Хранилище и освободил Селесту.

Когда нити мицелия спали с девушки, она ловко спрыгнула со шляпки гриба и надув губы, начала поправлять причёску. Я молчал. Наконец, шаманка сама прервала завесу тишины между нами:

– Почему ты меня не предупредил, что уберёшь в хранилище? – с обидой в голосе спросила Селеста.

– Не люблю долгие прощания, – ответил я и сложил в инвентарь меч, арбалет и болты. – У тебя есть оружие? – Кивком указал на сумку с её вещами.

Шаманка полезла в перемётную суму и достала бубен с колотушкой, протянула мне. Спрятал в сокровищницу и параллельно извлёк одну корзину с яблоками. Мы опустошили кубышку, распихав плоды на две сумки, чтобы тем, кто стоял на воротах, не показалось, будто мы едем пустыми. Будут лишние вопросы, а они нам ни к чему.

Управившись с приготовлениями, я уселся на птицу и усадил Селесту к себе на колени, боком.

– Романтика, – мечтательно произнесла шаманка.

– Ты, главное, если что, хватай цурула за шею. Мало ли, вдруг удирать придётся.

Селеста посмотрела на меня как на психа:

– Да вроде здесь на нас нападать не должны.

– Неприятности бывают и незапланированные. Знай за что хвататься в случае чего, начнёшь держаться за что не надо, будет нехорошо. Возможно, нам обоим. Лететь с этого красавчика, да ещё и на скорости, очень болезненно.

Птица донесла нас к невысоким воротам достаточно быстро. По бокам от входа красовались знамёна: секира с короткой рукоятью на голубом фоне. На страже стояло полдюжины охранников в лёгком доспехе. Несмотря на приятную летнюю погоду, часовые облачились в кольчуги, выглядывающие из-под плотных кожаных курток и крепкие литые шлемы, которые наверняка жуть как грелись на солнышке. У каждого из них на поясе красовалось по мечу в непритязательных ножнах без каких-либо отметок, а рукояти арбалетов выглядывали из-за спин.

Стража вела себя очень расслабленно: при нашем приближении никто не торопился обнажать оружие или принимать боевую стойку. Двое крепких ребят моего возраста ждали нас внизу, остальные расположились сверху, на воротах, наблюдая.

Я помог шаманке спуститься и спешился сам.

– День добрый, – поздоровался со стражей, изображая доброжелательность.

– Давно в наших краях зелёных не было видно. Последнее Древо пало? Вы к нам в убежище? – задал пачку вопросов один из них, отрастивший несуразные, смотрящиеся веником усы.

– Торговать к вам, – сухо ответил я.

– Что везём? – спросил «сердобольный» шутник. Его усы забавно разлетались на выдохе, что вызывало во мне желание рассмеяться, сдерживался как мог.

– Плоды Древа, – вступила в разговор Селеста и улыбнулась, пустив в ход природное очарование.

Взгляды тех стражей, что стояли напротив нас, стали моментально похотливыми и несколько осоловевшими. Не зря шаманка отстояла своё право идти в кожаном комбинезоне вместо положенной туники, хотя мне одинаково не нравились оба наряда – выглядели уж слишком вызывающе. В споре Селеста оказалась права, БДСМ-одёжка была меньшей из двух зол.

– Двадцать медяков, – будто очухавшись от наваждения, вытянулся по струнке усатый. Второй помалкивал, нахально сжирая горящими глазами мою спутницу.

– Меди нет, уважаемые, – сказал я, демонстративно выворачивая карманы и показывая десяток оранжевых, а кое-где и зеленоватых монет.

Шаманка ещё раз многообещающе оскалилась и полезла в одну из перемётных сумок, доставая пару яблок.

– Такая оплата вас устроит?

Четвёрка, что сверху наблюдала за нашим разговором, шумно спустилась, переговариваясь между собой. Тот стражник, что помалкивал, потянулся дрожащей рукой к плодам.

– Настоящие? – охранник не торопился брать, будто до конца не верил своим глазам и боялся, будто морок развеется.

– Попробуй, – я подмигнул. – Селеста, угости остальных.

Девушка отдала два яблока и снова полезла в сумку за добавкой.

Каждому досталось по плоду. Усатый уже блаженно жмурился, наслаждаясь неведомым мне вкусом.

– Держи, красавица, – он порылся в кармане кожаной куртки и протянул шаманке золотой. Остальные последовали его примеру.

– Не надо, – девушка засмущалась, так как я ещё в пути строго запретил ей брать со стражей на воротах деньги. Но как она не отпиралась, ей всё-таки чуть ли не силком вручили золото.

Неплохо. По идее мы должны были войти в минус при входе, и, так и не пройдя в ворота, уже хорошо наторговали.

– Каган, выпиши им ярлык, – обратился к одному из охранников самый старший по возрасту, и, скорее всего, по званию: у него единственного на груди красовался небольшой значок в виде серебряной секиры. Затем, довольно улыбаясь, он заговорил со мной: – Много у вас товара?

– Больше чем вы видите, – ответил я, чтобы потом не вышло курьёза. – В разы больше.

– Где? – нахмурился старший, с подозрением уставившись на цурула, который изображал из себя прекрасную, на удивление молчаливую статую.

– Старшина Рамзен, это же зелёные, – встрял в разговор усатый. – У них свои секреты.

– Я понимаю, но мне нужно сделать опись. Это стандартная процедура, – пояснил он, обращаясь ко мне.

– Сорок восемь малых флаконов «Сыворотки Бесстрашия», по двадцать четыре «Зелья Полуночного Сладострастия» и «Концентрата Здоровья», пять тысяч плодов Древа, – скороговоркой выпалила Селеста.

Повисло неловкое молчание. Через пару секунд услышал, как челюсть некоторых особо впечатлительных стражей вернулась на место.

– Ну что ж, – почесал затылок старшина, в то время как вернулся расторопный Каган с деревянной табличкой в половину стандартного листа, на которую была наклеена бумага. и протянул её начальнику. Тот сделал пару пометок металлическим на вид стержнем и вручил бумагу нам, спросив: – Не оставите нам до конца смены сотню плодов? Плачу по золотому за штуку.

– Не вопрос, – ответил я.

Повертел ярлык в руках: старшина мелким почерком обозначил все позиции и указал точное количество. «Досмотрено» – размашистая жирная надпись занимала добрую треть всей площади бумаги.

– А лучше пару сотен, – добавил усатый. – Кто-нибудь из нас придёт после захода солнца.

Я кивнул.

– Ну, что стоим? – рявкнул на своих подопечных старшина. – Вы двое, – указал он пальцами на усатого и ещё одного охранника. – Проводите их до харчевни в целости.

– Спасибо, – сказала Селеста. – Но мы и сами дойдём.

– Тогда мы не будем знать где вы обосновались, – вступил в беседу Каган.

– Мы остановимся в «Полёте Буревестника» у многоуважаемого Фоки, – поставил в известность ребят я. – А дойдём мы и вправду сами, здесь недалеко.

Старшина кивнул и всё же выделил нам сопровождение, настояв на своём.

Оставшаяся стража расступилась, пропуская нас в ворота Алесуна.

Глава 45

Глава 45

За вратами оказался вполне приличный городок. Жизнь кипела и всё шло своим чередом: лоточники сновали туда-сюда завлекая обещаниями самых вкусных пирогов, маленькие дети, в силу своего возраста, бегающие без дела стайками, путались под ногами, почтенные матроны с внушительными корзинами наперевес наверняка спешили по домам – варить обед из только что купленных на рынке продуктов. Я ловил заинтересованные взгляды прохожих, обращённые, в основном, на гордого цурула. Вид у птицы был необычным и со стороны, наверное, устрашающим.

За всё время нам встретились лишь два стражника, кивками поздоровавшись с нашим сопровождением, один из них на секунду завис, щупая взглядом ярлык, болтавшийся на тесёмке у меня в руке.

Когда свернули в Харчевенный переулок, воображение сразу же поразили ароматы съестного: несмотря на утро, двери большинства заведений были открыты настежь, транслируя миру запахи стряпни.

Усатый, представившийся Дириком, не умолкал. По лицу и речам парня было видно, что ему понравилась Селеста. Я воспользовался ситуацией и решил, раз уж прекрасная дамапровоцирует некоторых на чрезмерную болтливость, почему бы и нет?

– Нельзинбер сейчас в походе с львиной долей войска, – вещал усатый. – Отправился усмирять неугомонную нежить.

– А часто на вас погань нападает? – поинтересовался я. Уж слишком беспечно оставлять город без защиты, тем более, что под боком живёт и процветает рассадник нежити.

Дирик отмахнулся:

– Они не нападали уже лет пять, если не больше. В основном Нельзинбер сам по гостям ходит, железом соседей угощать. Да я и сам бы с удовольствием сходил в поход, но пока не берут, – признался стражник.

Немудрено. У всех, кто стоял на воротах, уровень был не выше двадцатого. Вряд ли от таких, как они будет в бою польза. Развалят, максимум, двух-трёх латников да сами угробятся, бедолаги.

– Почему? – спросила шаманка, строя глазки Дирику.

– Два раза в год гильдейские маги выводят всех мужчин на смотр и отбирают самых крепких. Мне пока не везёт.

Я кивнул. Наверняка чароплёты тоже видят способности того или иного человека, и, возможно, усатый даже не догадывается, насколько ему необходимо усердно тренироваться и оттачивать боевые навыки. Селеста мягким голосом подбодрила стражника:

– Думаю, Гильдии виднее. Маги зрят в суть, хотя, иногда, могут и ошибаться.

– Правду говоришь, красавица, – вздохнул усатый. – А вообще, наши чаровники отличные ребята. Они день и ночь работают, чтобы город рос. Например, младшие адепты три раза в неделю ходят к больным, врачуют. Они уже наверняка знают, что Дети Древа посетили Алесун. Когда вернётся Нельзинбер, вам наверняка будет назначена аудиенция.

– У вас прямо идиллия, – не удержался от комментария я.

Нет, ну серьёзно. То, над чем бились поколения политиков моего мира, достиг некий сферический конь в вакууме: городок Алесун на карте Гондваны. Короля любят, магов уважают и чтят, стражники не какие-то псы озлобленные, а вполне нормальные ребята. Сказка да и только.

Усатый иронию не уловил, ответил со всей серьёзностью:

– У нас под боком враги, и если мы будем между собой грызться, ни к чему хорошему это не приведёт. Нельзинбер хороший правитель и в советниках у него сидят далеко не дураки. Однако, и Алесун не так хорош, как хотелось бы: проблемы есть и у нас.

Рядом с нами проскользнул силуэт хрупкой девушки, облачённый в ослепительно-белые одежды. На фоне серо-коричневого города её фигура сияла, и я просто не смог не обратить внимания. Милашка гордо прошествовала рядом с нами: холодные, будто две льдинки, глаза, смотрели куда-то вдаль.

– Покорная, – таясь, произнёс другой стражник, Тоба. Я-то думал, он вообще не умеет говорить.

– А кто они? – Селеста с лёгкой завистью и нескрываемым интересом проводила девушку взглядом.

Я тоже чуть ли не сгорал от желания выяснить подробности. Система наотрез отказалась как-либо идентифицировать Покорную. Совсем. Если над головой у всех остальных мелькали стандартные показатели Имя-Класс-Уровень-Здоровье, то данного персонажа будто и вовсе нет.

– Вечером расскажу за кружкой пива, – полушёпотом пообещал усатый. – История длинная и полна небылиц.

Селеста фыркнула, показывая неудовлетворённое любопытство, а я перевёл разговор в другое русло:

– Рынок далеко отсюда?

– Выйдете на главную и по прямой к замковым стенам. Всё что вокруг них и есть рынок, – ответил Дирик. Вспомнил, как Рон говорил, что в основном торговцы концентрируются ближе к обители короля. – Вы сегодня ещё на рынок хотите успеть?

– Думаю да. Надо бы договориться на массовый сбыт и не морочить себе голову, – ответил я. – К нам скоро нежить в гости пожалует, поэтому и спешим.

– Только две сотни яблок нам оставьте, – напомнил Дирик, и, дождавшись моего одобрительного кивка, продолжил: – Стало быть, вы у нас не задержитесь.

– Ночевать сегодня мы будем у Фоки, ну а завтра хотелось бы отправиться в обратный путь.

Мы с сопровождением как раз дошли до конечного, тупикового дома, где на вывеске не было ни единой буквы, лишь мрачный силуэт летящей птицы, покрытый налётом пыли.

Усатый толкнул дверь, и мы вошли в прохладный полумрак таверны. Глаза почти сразу привыкли к менее сильному освещению: перед нами открылся пустой зал, где в углу, усиленно работая ложками, угрюмо сидели два амбала, не обратившие на нас никакого внимания. Цурул остался снаружи, служа живым уличным декором.

Дирик с Тобой уверенно последовали к стойке, за которой обитал щуплый паренёк лет четырнадцати.Широко улыбаясь нам, он протирал огромные керамические кружки, заставляя их блестеть, отражая пламя свечей.

«Кавир, человек, уровень 2

Здоровье 20/20»

– Приветствую, – сказал он. – Многоуважаемые Дирик, Тоба, вы сегодня рано.

Усатый поздоровался с парнем, и, переходя сразу к делу, спросил:

– Нашим друзьям бы комнату получше. До завтрашнего утра, – озвучил Дирик. – И поприличнее.

– Конечно. Всё будет, – ответил парнишка. – Не подождёте ли пару минут за кружкой ягодного взвара, пока горничная постелит бельё?

Усатый отдал Кавиру пригоршню медяшек.

– Их покормишь, а нам с Тобой на службу пора.

Монеты быстро перекочевали из рук стражника в карман парня и тот, подхватив две кружки, скрылся за занавеской.

– Дирик, я конечно благодарен, но… – начал было возражать я против халявы.

Стражник замахал руками:

– Главное оставь нам две сотни плодов. А большего и не нужно.

В голову закралось нехорошее подозрение, что плоды на самом деле стоят в несколько раз дороже. Но две корзины это далеко не весь товар, для учтивых стражников не жалко хотя бы в компенсацию за нормальное человеческое отношение. Переглянулись с Селестой: кажется, наши мнения сошлись.

Тоба и Дирик попрощались и заспешили обратно на службу, оставив нас вдвоём скучать за барной стойкой в ожидании обещанного ягодного взвара.

– Проголодалась? – поинтересовался я у Селесты. Вой её живота не остался без внимания.

– Конечно, – подтвердила шаманка. – Ты ведь со своими шуточками ни умыться не дал, ни позавтракать.

– Больше так не буду, – заверил я её. И действительно, поступил я не очень хорошо, поддавшись дурному утреннему порыву.

Вернулся Кавир, держа в руках две парующие чашки и проинформировал:

– Комната будет готова с минуты на минуту. Завтракать будете? – я кивнул.

– Га-га-га, – раздался снаружи истерический крик цурула. Видимо, пет услышал, как кто-то обсуждает съестное.

Кажется, я совсем позабыл о птице. С другой стороны, не развоплощать же его у всех на глазах? Да и до рынка на нём добираться гораздо быстрее чем пешком.

– Цурула в стойло завести? – не поведя бровью, поинтересовался Кавир.

– Попить ему дай, пожалуйста,– попросила Селеста. – Мы, наверное, позавтракаем и по делам поедем, – она вопросительно на меня посмотрела, как бы удостоверяясь, что наш план изменений не претерпел.

Спустя ещё пару минут нам подали завтрак. Пышный омлет на большой тарелке выглядел аппетитно, но на вкус напоминал воздушный картон. Без соли и сахара, каких-либо посторонних запахов… Ни о чём. Мы с Селестой переглянулись. И Гай Рон называл это приличной кухней? Впрочем, шаманка, насилу проглотив кусок пышной яичницы, продолжила трапезу как ни в чём не бывало. Мне же перспектива проголодаться на рынке казалась не такой уж плохой: возможно там кормят получше.

После нам принесли печенье. Я выдохнул, а зря. Похоже, едва сладкие кругляши сушёного теста валялись в таверне с прошлого года. Шаманке, впрочем, это не помешало умять и их, запиваянесуразный кулинарный шедевр таким же пресным ягодным взваром: слегка розовым, кисловатым в котором одиноко плавали несколько ягод. В общем, о кухне таверны у меня остались странные впечатления.

Поднявшись в комнату, я осведомился у шаманки: не показалось ли, что еда в «Полёте Буревестника» – полнейшая гадость?

– А ты и вправду думал, что с плодами Древа может сравниться хоть что-нибудь?

– Я был уверен, что нормально приготовить омлет или печенье сможет даже ребёнок.

– Оно и приготовлено нормально. Я бы даже сказала, что из свежих продуктов, – пожала плечами девушка. – Ты можешь и яблоками питаться, никто не запрещает. По сравнению с ними обычная еда, конечно, в разы проигрывает.

Я хотел возразить, ведь Хильда меня кормила вполне сносно. Даже вкусно, но вовремя прикусил язык, Селесте вовсе необязательно знать о ведьме, что живёт за болотом.

– Ладно, поехали на рынок. Уже обед скоро, а мы даже приблизительно не знаем, куда сдать товар и где купить башенных кристаллов.

– Зря ты у Дирика не поинтересовался, – упрекнула меня шаманка, распуская волосы, чтобы обновить причёску.

– Если надо будет, вернусь к воротам и спрошу, – огрызнулся я. – Не думаю, что это тайна за семью печатями, которую знает только стража.

– По-твоему, кристаллы должны продаваться в каждой лавке? – снова поддела Селеста, заплетая толстенную косищу. – Как раз таки охрана может знать хороших, честных торговцев.

– Посмотрим. А вообще, Селеста, какого лешего я брал тебя с собой? Могла бы и своей прелестной зелёной головкой подумать сама, а то только одни упрёки, – поставил точку в споре я, не желая больше пререкаться с моей спутницей. – У меня есть подозрение, что кристаллы можно купить только у гильдейских. А вот с ними, похоже, напряжёнка, не встретил в городе ни одного мага.

– Среди людей Дар просыпается у одного из тысячи!

– Как и прямые руки, – хмыкнул я. – Одна из лучших таверен кормит гостей безвкусным месивом. Надеюсь, корявость касается только поварского искусства и способностям к магии.

– Ты несправедлив к ним, – надулась девушка.

– Я говорю как есть. Еда отвратительна, – сам от себя не ожидал, что меня до глубины души может оскорбить какой-то омлет. – Ладно, пойдём.

Когда мы вышли из «Полёта Буревестника», оказалось, что нашу невозмутимую, но жутко громкую птицу облюбовала стайка малышей. Они восхищённо гладили ляжки цурула, ибо до других частей тела не доставали. Питомец, замерев, вытянулся по струнке, показывая идеальный профиль. Завидев нас, детвора с визгами разбежалась. Наверняка чтобы рассказать остальным про мутировавшую птицу: наш цурул кардинально отличался от обычных представителей его вида.

Добрались без особых хлопот: миновав переулок, вышли на главную улицу и по прямой добрались до рынка, представлявшего собой три кольцевые улицы из двух– и трёхэтажных домов, с вывесками и товаром, разложенным перед входом.

На первом, самом широком кольце торговали преимущественно продуктами: мясо, зерно, рыба – солёная и сушёная, свежая. Редко – ограниченный набор овощей и молочные продукты. Там-то как раз в основном и толпились люди. Фруктов, орехов, специй и прочих изысков, к которым я привык в супермаркетах, так и не заметил. Сделав один неполный круг, рандомно выбрал лавку с зерном, рядом с которой сидел, скучая, пухленький, неказистый и дружелюбный на вид добряк, голову которого уже тронули седина и облысение.

«Жимаз, человек, уровень 25

Здоровье: 100/100»

– Здравствуйте, многоуважаемый, – поприветствовал торговца я.

– И вам не хворать, – подорвался с раскладного стульчика торговец. – Чего желают Дети Древа? У меня есть прекрасные нурсы по десять медяков за меру, шимири по пятнадцать…

Пауза затянулась, и Селеста взяла разговор в свои руки:

– У нас с собой большая партия плодов Древа, не желаете ли выкупить часть?

– Что же вы молчите? – заулыбался хозяин лавки. – Показывайте товар! Давненько, давненько ничего подобного в Алесуне не было!

Шаманка полезла в сумку и протянула переминающемуся с ноги на ногу Жимазу пару яблок. Тот чуть ли не выхватил плоды из рук и начал пристально их рассматривать, будто это была не еда, а породистая кобыла. Торгаш взвешивал их в руке, нюхал, давил, проверяя упругость, и даже поскрёб шкурку пальцем, пока Селеста не выдержала и не предложила:

– Вы лучше попробуйте.

Жимаз будто только и ждал команды: тут же вцепился зубами в плод с такой силой, что брызнул сок, и, удовлетворённо, не прожёвывая, тут же спросил:

– Сколько у вас их?

– Пять тысяч, – ответил я, показывая ярлык с отметками старшины. Лавочник хищным взглядом вцепился в мелкий текст с наименованием и количеством «растаможенного» товара.

– Один золотой за три штуки, и я забираю всё, – не раздумывая, сказал Жимаз. – Это хорошая цена. И зелья ваши заберу по шесть золотых за штуку.

Сказать, что он нас удивил, не сказать ничего. Стража охотно отдавала по золотому за плод, а этот хапуга предложил цену в три раза ниже! Не в два, ни в полтора, а в три! Подозреваю, с зельями такая же история.

Мы учтиво поблагодарили Жимаза и пошли к следующему торговцу. Раз за разом история повторялась, толстяк, как оказалось, действительно давал лучшую цену за наш товар: остальные занижали, давая волю фантазии: кто в четыре, а кто и вовсе в десять раз.

Мы сменили тактику. Двинулись в самое узкое кольцо, узнать, почём для простых смертных зелья. Цена на них была кусачая: от пятидесяти золотых за «Страсть» и семидесяти за «Здоровье». После того, как мы предлагали торговцам выкупить у нас партию, те предлагали и вовсе смешной откуп, я бы даже сказал, что грабительский: три-четыре золотых за флакон. На прямой вопрос, почему так, ушлые лавочники чуть ли не рвали на себе волосы, сокрушаясь о налогах и высокой аренде.

В смешанных чувствахмы вернулись в таверну, где нас ждал приятный сюрприз.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю