Текст книги "Свадебное путешествие Лелика"

Автор книги: Алекс Экслер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

– Ну что? – хором спросили его Славик с Максом, когда Лелик, совершенно запыхавшись, вернулся к стойке.

– Нигде нет, – признался Лелик трагическим голосом. – Я все изрыл. До трусов два раза раздевался.

– А в номере все осмотрел? – поинтересовался Макс.

– Даже мусорную корзину перерыл, – пожаловался Лелик.

– Плохо дело, – сказал Макс. – Сейчас нас арестуют и посадят в тюрьму. Как должников. Или поселят в чулане «Хилтона» и заставят отрабатывать долг официантами. А что, кстати, я не против. Меня эта газетная работа в России все равно достала.

– Ты можешь не зубоскалить хотя бы в такой ситуации? – злобно спросил его Лелик, который был уже на грани срыва. – У меня наличных не хватит, чтобы даже просто по этому счету заплатить!

– А куда ты дел налик? – удивился Макс. – Неужели выходил вчера ночью из номера в поисках сомнительных приключений? Ну тогда ты просто на редкость нелогичен. С бесплатной Ирой выступил, как парижский скорый поезд, а потом отправился за безумные деньги искать счастья на стороне? Это непатриотично, мой дорогой, просто непатриотично. Хорошо еще, что Ире вчера подвернулся мужик хоть куда – Максим Евгеньевич, – а то бы она навсегда потеряла веру в российских мужчин.

– Я всегда поражался твоей деликатности и редкому умению поддержать друга в трудную минуту, – холодно сказал Лелик. – Наличных я с собой взял очень мало. Зачем наличные, когда есть кредитка? Зачем деньгами забивать карманы, когда достаточно тоненькой пластиковой карточки?

– Ну, не скажи, – ухмыльнулся Макс. – Сейчас эти набитые карманы очень бы пригодились.

Портье за стойкой, которому явно надоело ждать, сказал по-английски, что господам, дескать, уже давно пора оплатить счет, потому что, дескать, он не намерен с ними решать этот вопрос весь день.

– Что он гавкнул? – спросил Макс. – Впрочем, и так понятно, что денег требует.

– И что будем делать? – растерянно спросил Лелик Славика. – Мне не хватит заплатить.

Вместо ответа Славик молча подошел к стойке, взял у портье счет, внимательно посмотрел его, полез за кошельком и заплатил требуемую сумму. Портье сразу повеселел и проводил троицу всяческими добрыми пожеланиями и напутствиями…

Из отеля Лелик вышел в крайне неприятном расположении духа. Дальнейшая поездка выглядела достаточно бесперспективной. Лелик не привык находиться без денег. Это Макс привык находиться без денег, а Лелику подобное состояние было в диковинку, и он от этого очень страдал.

– Паршивая ситуация, – сообщил Лелик друзьям. – Придется, вероятно, возвращаться в Германию. На бензин до Франкфурта у меня хватит, за машину заплачено с карточки, так что доберемся, а билеты обратно у нас есть.

– Ну да, а неделю до вылета будем под мостами ночевать? – язвительно спросил Славик. – Приятная перспективка, ничего не скажешь. Лично я предлагаю двигаться по намеченному маршруту.

– На какие шиши? – раздраженно спросил Лелик.

– На мои, – спокойно ответил Славик. – Я денег взял с большим запасом, так что если не роскошествовать, то на все хватит.

– Я знал, друг, что на тебя можно положиться, – обрадовался Макс. – Ну, пошли в машину. Долго мы еще тут будем торчать перед этим чертовым «Хилтоном»?…

Через пятнадцать минут они уже ехали по дороге, ведущей в Амстердам. Погода была отличная – теплая и солнечная, – однако на душе у Лелика было невесело. Он настолько привык к своему командирскому статусу, который логично вытекал из того, что Лелик спонсировал поездку, что внезапная потеря этого статуса Лелика весьма и весьма тревожила. Ему было очень трудно менять на ходу модель поведения. Он привык постоянно шпынять Макса и ставить ему в упрек каждый съеденный кусок, он привык покровительственно относиться к Славику, который за еду хоть платил сам, но жил в оплаченных Леликом гостиницах и ехал в оплаченной Леликом машине…

А теперь все внезапно изменилось, причем в мгновение ока. И виной всему была потерянная маленькая пластиковая карточка. «Паршивый кусок пластика, – с раздражением думал Лелик, – а сколько проблем создает его отсутствие».

– Паршивый кусок пластика, – жалобно сказал Лелик Максу, – а сколько проблем создает его отсутствие.

– Да? – приподнял брови тот. – А у меня без проблем.

– У тебя все без проблем, – окрысился на него Лелик. – Привык все делать на халяву.

– На себя посмотри, – спокойно ответил Макс. – Живешь за счет Славика. И вообще, завязывай на меня бросаться. Теперь у нас Славик командир.

Лелик посмотрел на Славика. Тот восседал на переднем сиденье в черных очках и сохранял совершенно непроницаемое выражение лица.

– Между прочим, – начал было защищаться Лелик, – пока еще ты едешь в моей машине. Так что будь любезен соблюдать субординацию!

– Нужна нам эта колымага, – фыркнул Макс. – Мы со Славиком сейчас сойдем в любом городе и возьмем любую нужную нам тачку. Не вопрос, между прочим. Так что ты, дорогой мой, не очень-то своей задрипанной тачкой тут размахивай.

Лелик аж онемел от подобной наглости и снова посмотрел на Славика – может, хоть тот осадит вконец охамевшего Макса… Однако Славик по-прежнему сидел с совершено невозмутимым видом, явно показывая, что Макс не так уж и не прав. В том смысле, что просто-таки прав по всем статьям. Действительно, что нам стоит выйти в любом городе и взять тачку? Ничего. Только 60 баксов в день за какой-нибудь small class. Но мы это переживем. Чай, не маленькие.

Лелик почувствовал себя совсем неуютно. Макс-то всегда вел себя как шакал: когда чувствовал силу «льва» – юлил и подлизывался, но как только «лев» заболевал или терял кредитную карточку – тут же наглел, начинал огрызаться и даже иногда чувствительно кусал «льва» за всякие места, однако Славик обычно сохранял строгий нейтралитет, держал себя с достоинством, но не нагло, и Лелик как-то по определению считал, что Славик – за него. И действительно, думал Лелик, с чего это Славику держать сторону Макса, этого старого халявщика и бездельника?

Но сейчас по всему выходило, что Макс нашел себе нового «льва» – Славика, – а Лелик остался не у дел. Один-одинешенек в чужой стране. Без дружеской руки, без дружеской поддержки. В толпе из двух неприязненно настроенных к нему личностей, которые тут же забыли все благодеяния, которыми Лелик их совсем недавно осыпал. И от этой мысли Лелику стало так грустно и неуютно, что он чуть было не заплакал…

– Очень кушать хочется, – подал сзади голос Макс.

– Рано еще, – смурным голосом ответил Лелик. – Мы совсем мало проехали. Где-нибудь через пару часов остановимся.

– Кстати, – небрежно сказал Славик, – я бы тоже остановился и позавтракал. Мы же в отеле не поели. Действительно – кушать хочется.

Лелик резко дал по тормозам и, заложив крутой вираж, припарковался рядом с небольшой придорожной кафешкой.

– Мерси боку, – вежливо сказал Славик по-французски. – Спасибо за остановку. Только в следующий раз постарайся тормозить не так резко, а то вдруг airbag сработает – замучаешься тогда этот пузырь обратно засовывать.

– Чей пузырь, тот его и засовывает, – злорадно сказал Макс, вылезая из машины.

Славик с Максом вышли, хлопнув дверьми. Лелик остался в машине, чтобы подумать, как вести себя дальше. Ему эта ситуация очень и очень не нравилась. Надо было что-то придумать.

Лелик задумчиво сидел за рулем. За окном слева простирались бескрайние бельгийские поля, залитые солнцем, но на душе у Лелика была осень. Проблема была в том, что как-то ничего у него не придумывалось. Формула «кто с деньгами – тот командир» обернулась против него самого, и что с этим было делать – Лелик не понимал.

– Через двадцать минут, – сказал Лелик вслух сам себе, – Штирлиц проснется, уберет рожу с руля и поедет давать Холтофу по башке бутылкой коньяка.

«Кстати, это мысль, – подумал Лелик. – Может, подавить народные волнения грубой физической силой?» Однако он прекрасно понимал, что грубой физической силой ничего не добьется, причем прежде всего – из-за отсутствия у него этой грубой физической силы и присутствия ее у Славика.

– Надо как-то жить дальше, – вздохнув, сказал Лелик. – Надо жить, в том числе и дальше. И не такое терпели, собственно говоря…

С этими словами он вылез из машины и отправился в кафе…

Славик с Максом, пока Лелик раздумывал о своей нелегкой судьбе, времени даром не теряли. Перед Славиком стояла тарелка со спагетти болонезе, а Макс, как жук, рылся в здоровенной тарелке с картофелем фри, нежно поглядывая на пару бифштексов, лежащих в отдельной тарелке. Лелик еще мимоходом подумал, что он бы Максу ни за что не приобрел картофель фри, потому что считал этот продукт безусловно вредным для здоровья. Так что за Леликовы деньги Макс питался только тем, что рекомендовали Лелик и лучшие собаководы.

Но сейчас Макс расслаблялся по полной программе. Рядом с ним еще стоял здоровенный пластиковый стакан с кока-колой, что тоже являлось экзотикой, так как Лелик кока-колу не выносил и не покупал ее Максу ни под каким видом, заботясь, как он утверждал, о здоровье приятеля.

– Во-во, – неприязненно сказал Лелик, присаживаясь за их стол и косясь на Макса. – Стоит только вожжи отпустить, как человек сразу полностью гробит свое здоровье. Слав, а ты куда смотрел?

– А мне пофиг, – невозмутимо ответил Славик. – Его здоровье – пусть он о нем и заботится. Тем более что это весь мир жрет и пока еще не умер.

– Но последствия! – вскричал Лелик.

– А вот это – совершенно пофиг, – все так же невозмутимо сказал Славик. – Ты сам-то кушать будешь?

– Буду, – ответил Лелик, осуждающе смотря на них обоих. – Но не эту отраву.

– Твое личное дело, – сказал Славик, пожимая плечами. – Но тут все такое. Это же придорожная кафешка, а не ресторан «Максим».

– Именно что ресторан «Максим», – негодующим тоном сказал Лелик, смотря на Макса, который с улыбкой до ушей и с совершенно издевательским видом поглощал картофель фри. – Но я буду питаться здоровой пищей.

– Бог в помощь, – кротко сказал Славик.

– Флаг в руки, – прочавкал Макс, – и барабан сам знаешь куда.

Лелик в сильном раздражении пошел к стойке и стал выбирать себе еду… Славик был прав – здесь подавали в основном все то, что Лелик считал страшным вредом для человеческого организма: жареную картошку, мясо и курицу в кляре, жирную свинину и так далее. Лелик долго копался в расставленных блюдах, пока наконец не нашел то, что считал более-менее съедобным, – салат «Цезарь» с цыпленком. Приобретя пластиковую упаковку с этим салатом, Лелик вернулся за стол к друзьям, поставил упаковку на стол и гордо заявил:

– Мне свое здоровье дороже.

Славик с Максом с интересом посмотрели на тарелку с зелеными листочками, среди которых валялись гренки и мелкие кусочки белого куриного мяса, и одновременно неопределенно хмыкнули.

– А много ль корова дает молока? – задумчиво спросил Макс у Славика, намекая на манеру Лелика питаться здоровой растительной пищей.

– На таком рационе ни фига не даст, факт, – сказал Славик, наматывая на вилку здоровенный валик спагетти с мясным соусом.

– Зато у меня всегда будет поджелудочная в порядке и я не заболею диабетом от неправильного питания – как вы, два придурка, – решительно заявил Лелик.

– Меня недавно обследовали, – сообщил Макс. – Поджелудочную вообще не нашли. Водили этим УЗИ, водили – а где, говорят, ваша поджелудочная? Я говорю, может, через дырку в кармане упала?…

– Болтун ты, – сказал Лелик, вгрызаясь в свой салат. Он очень хотел есть. – Вот проблемы начнутся – попомнишь ты меня, попомнишь…

– Да уж попомню, попомню, – согласился Макс, начиная разделываться с бифштексом. – А где это, задумаюсь я, наш Лелик? А он по полям бегает, звенит колокольчиком и нагуливает рекордные удои.

– От травы у мужиков рога растут, – решительно высказался Славик. – А от мяса – никогда.

– Я от мяса не отказываюсь, – заявил Лелик, сглотнув голодную слюну. – Вредно только очень жареное и в кляре. И картошка фри – самый вред. Вообще все, что в масле жарится, – вред. Полезно только тушеное или вареное. И макароны – тоже вред. Сплошные углеводы.

– Хорошо еще, что ты по-русски говоришь, а не по-французски, – сказал Макс, задумчиво поддевая вилкой несколько полосок картошки. – Убили бы, однозначно.

– В чужой монастырь, – многозначительно сказал Славик, – со своим Кораном не суйся.

– Да и пожалуйста, – сказал Лелик. – Помирайте от чего хотите. А я еще жить хочу.

– Живи, Лелик, – великодушно сказал Макс.

– Мы разрешаем, – согласился Славик. Лелик ничего не ответил и зарылся в свой салат…

К сожалению, салат закончился очень быстро. Это только с виду казалось, что его там очень много. На самом же деле Лелик расправился с ним в пять минут, и острое чувство голода, терзавшее его, так и не было утолено. Наоборот, от всей этой зелени и трех мелких кусочков белого мяса аппетит Лелика только еще больше распалился.

Второй салат брать смысла не имело, а купить что-то другое после лекции о здоровом питании Лелик как-то постеснялся. А Славик и Макс как будто нарочно с таким аппетитом расправлялись со своими огромными порциями, что Лелику стало просто дурно от голода.

– Вот жрут-то, вот жрут, – сказал он с ненавистью.

– Очень вкусно, – заявил Макс, нагло залезая в тарелку с картошкой руками.

– Макс, – сказал Лелик, – руками в тарелку лазить неприлично. Надо вилкой. Вот так…

С этими словами Лелик своей вилкой наколол несколько полосочек картошки с тарелки Макса и отправил их себе в рот.

– На вилку много не помещается, – парировал Макс.

– Это как сказать, – заявил Лелик и показал Максу, как на вилку можно наколоть довольно большое количество картошки. Разумеется, всю наколотую картошку он отправил себе в рот. Макс посмотрел на Лелика с интересом.

– А еще больше наколоть можешь? – спросил он.

– Влегкую, – заявил Лелик и наколол на вилку рекордное число картошки. В рот она вся, правда, не влезла, поэтому Лелик справился с ней в три приема.

Макс со Славиком были в восторге.

– Что, и бифштекс целиком можно наколоть? – иронично спросил Макс.

– Элементарно, – подтвердил Лелик, который видел перед собой еду, поэтому в тонкую иронию не въезжал. Он вилкой наколол целый бифштекс, поднес его ко рту и стал аккуратно обкусывать.

– Приятно видеть, – сказал Славик, – как человек умеет интеллигентно питаться.

– Не то что мы, деревня, – сказал Макс.

– Неужели и спагетти он так же сможет накрутить? – спросил Славик, подмигивая Максу.

– Без проблем, – торжествующе сказал Лелик, залез вилкой в тарелку Славика, накрутил там целый валик спагетти и начал их уписывать.

Макс со Славиком веселились вовсю.

– Он не только интеллигентно питается, – сказал Макс Славику, – но еще и сплошной здоровой пищей. У него от этой пищи здоровье скоро из ушей полезет.

– Ну да, здоровой, – сказал Лелик, отдуваясь, показывая друзьям пустую тарелку из-под салата.

– А что, – сказал Славик, – хорошая мысль. Лишь бы своя тарелка была со здоровой пищей. Тогда можно считать, что ты круто питаешься, и все такое.

– Вы что, – спросил Лелик, – хотите сказать, что я вашу проклятую еду кушал? Да я же только показывал, как вилкой надо уметь.

– Конечно, не кушал, – утешил его Макс. – Ты жрал.

– Причем в три горла, – подтвердил Славик.

– У меня больше половины тарелки картошки сожрал, – пожаловался Макс. – И бифштекс. Иди теперь еще покупай. Тоже мне, сторонник здорового образа жизни. На халяву небось и картофель фри покатил как миленький.

– Слушайте, – растерянно сказал Лелик, – ну это уже просто ни в какие ворота. За что такие наезды? Я вас возил, все оплачивал. Сейчас показал, как с вилкой управляться. А вы платите черной неблагодарностью. Я просто в шоке.

– Он просто человек такой, – сказал Славик Максу. – Искренне во все сам верит. Его не переделать.

– Точно, – согласился Макс, – не переделать. Какой есть – такой есть. Но не можем же мы его придушить… Придется терпеть.

– Вы о чем? – спросил Лелик.

– Ладно, – вздохнул Славик. – Доставай, Макс…

– Думаешь, пора? – поинтересовался тот.

– Пора, пора, – сказал Славик. – Воспитательный момент мы произвели, а вот сделает ли он из этого соответствующие выводы – покажет время.

– Не сделает, – убежденно сказал Макс.

– Мне тоже так кажется, – вздохнул Славик. – Но все равно – доставай.

– Вы о чем? – переспросил Лелик, который уже понял, что сейчас ему предстоит узнать какую-то страшную тайну.

Макс полез за пазуху и достал оттуда Леликову кредитку.

– На, получи, – сказал он. – Мы хотели дать тебе понять, каково нам путешествовать под твоим тиранством.

Лелик осторожно взял кредитку, еще не веря своему счастью… Нет, все точно, это была его родная «Виза». Лелик осторожно подышал на магнитный слой, протер его рукавом, после чего спрятал карточку в бумажник.

– Так, значит, вы, мать вашу… – начал он.

– Лелик, – поспешно сказал Макс, – матом просьба не выражаться! Здесь дамы!

– …Со мной воспитательные работы решили проводить, – продолжил Лелик, наливаясь гневом. – Макаренки вы хреновы, Станиславские и Рабиновичи-Данченко фиговы!

– Ну, понеслось, – вздохнул Славик.

– Нет, не понеслось, – сказал Лелик, как-то быстро остыв. – Просто это надо было додуматься такую идиотскую шутку пошутить.

– Это была не шутка, – сказал Макс. – Это был воспитательный момент.

– Я и говорю – Макаренки чертовы, – согласился Лелик. – Еще раз так пошутите – пойдете все лесом к чертовой матери.

С этими словами он встал.

– Ну что, поехали! А то до вечера в Амстердам не доберемся.

– Мне обещали докупить картошки и бифштекс, – заныл Макс.

– Обойдешься, – оборвал его Лелик. – Тебя за такие шутки я сегодня вообще ужина лишаю. И учти, больше никаких картошек и кока-колы. Будешь питаться здоровой едой.

– Да? – разозлился Макс. – А к кому ты тогда в тарелку будешь лазить?

– Отставить разговорчики, – скомандовал Лелик, направляясь к выходу. – Через пять минут отчаливаем. Ждать никого не буду.

– Видал? – спросил Макс Славика, когда они остались одни. – Не помогло.

– Я так и думал, – признался Славик.

– Я тоже, – сказал Макс. – Но надежда умирает последней. Это еще Ленин говорил.

– Поехали в Амстердам, – сказал Славик, вставая. – Мы его там накуриться заставим, посмотрим, что из этого выйдет.

– Кстати, да, – согласился Макс. – Мне тоже интересно. Может, хоть там он человеком станет. А то прям не узнаю друга. Зверь какой-то. Тиран.

С этими словами Макс тоже встал, и они со Славиком направились в машину.

В машине Лелик совершенно неподвижно сидел за рулем и думал какую-то свою горькую думу. На приятелей, которые осторожно сели на свои места, он даже и не посмотрел. Славик с Максом занервничали. Особенно Макс – как самое бесправное существо. Сейчас проделка с запрятыванием кредитки, чтобы Лелик на своей шкуре узнал, какового терпеть его тиранства, уже не казалась удачной и морально безупречной.

– Леля, – осторожно сказал Макс, – мы тебе просто хотели показать, что не в деньгах счастье. Ой, ну то есть что ты когда с деньгами – тиран, а когда без денег – совсем даже свойский парень, хоть и достал своим здоровым питанием.

Славик молча показал Максу кулак – мол, ты бы хоть сейчас чуть-чуть помолчал, а то толку от этих извинений – ноль. Только хуже делаешь.

– Значит, хотели мне показать… – медленно сказал Лелик, багровея лицом.

– Лех, только чур без рук, – сказал Славик. – У меня же разряд, ты знаешь. Я могу не сдержаться. Лучше просто выскажи все, что ты о нас думаешь. Тебе сразу станет легче.

– Два дебильных, кретинских, идиотских и тупоголовых мудака – вот что я о вас думаю! – проорал Лелик. – Причем не думаю, а таковыми вы и являетесь! Это надо было додуматься до такого развлечения! Продемонстрировали они мне!… Уроды – одно слово.

– Правильно, – одобрительно сказал Славик. – Когда словами выскажешь, драться уже не захочется.

– Да нужны вы мне, – фыркнул Лелик, злость которого потихоньку улетучивалась.

Что и говорить, шуточка с кредиткой была та еще, но долго на них злиться Лелик не мог, а в глаз дать – уж тем более не мог. Лелик по натуре был довольно миролюбив.

– Лелик, прости засранцев, – пискнул сзади Макс, поняв, что основная гроза миновала и что с довольствия его, к счастью, не сняли.

– Самое интересное, – спокойно заметил Лелик, – что вы наказали сами себя. Потому что никуда мы не едем. Денег нет.

– Почему это нет? – удивился Макс. – У тебя же на карточке было полно денег. Я сам проверял через банкомат.

Лелик молча повернулся к Максу и посмотрел ему прямо в глаза.

– Проверял, значит? Когда это?

– Ну, – замялся Макс, – ночью. Когда мне Славик ее передал.

– Понятно, – сказал Лелик. – Картина преступления теперь как на ладони. Славик ее у меня вытащил из кармана, передал тебе, а ты с ней шлялся по отелю и гулял с Ириной… Кстати, – Лелика вдруг посетило жуткое подозрение, – а ты ею платил где-нибудь?

– Э… – замялся Макс.

– Славик, – тихим голосом сказал Лелик, – тебя не затруднит из багажника достать монтировку? И заодно себя еще по голове ею тресни, пока будешь мне нести, потому что тебе я врезать, наверное, не рискну. А Макса убить – точно рискну.

– Да я не так много и платил, – пытался защититься Макс. – Мне просто было интересно, как кредиткой платится, поэтому я и попробовал.

– Надеюсь, – осторожно спросил Лелик, – ты не стал дарить Ире жемчужное ожерелье?…

– Ну скажешь тоже, жемчужное, – возмутился Макс. – Просто обычное украшение. Там в холле отеля был магазин со всякими побрякушками.

– Макс, мать твою, буратино ты, – заорал Лелик. – Там же безумно дорогой магазин! Сплошные «Патек Филиппы» и так далее! Там даже какой-нибудь паршивый брелок для ключей стоит долларов двести!

– Да? – спросил Макс, и в голосе его звучало искреннее удивление.

– А ты что, дубина, не мог на цены посмотреть? – заорал Лелик.

– Во-первых, – с достоинством сказал Макс, – я был сильно пьян. Во-вторых, мне было неудобно при даме рыться в ценах, как будто я какой-нибудь бомж…

– Ты не бомж, – застонал Лелик, который уже четко понимал, что услышит дальше. – Ты кретин!

– В-третьих, – продолжил Макс, – я ей вовсе не собирался дарить ничего дорогого. Просто маленький сувенирчик. Уж не думаешь ли ты, Лелик, – и в голосе Макса зазвучала обида, – что я хочу тебя подставить, за твой счет купив тетке дорогую вещь? Я ей выбрал-то какую-то фигню полную – штучку, которая к платью прицепляется, как завлекалочка.

– Ну, типа алмазных подвесок? – попытался помочь ему Славик.

– Да нет, – отмахнулся Макс. – Там этих камешков было совсем немного.

Лелик застонал.

– Лех, да ты не думай, – сказал Макс. – Это вовсе не алмазы. В смысле, не крупные алмазы. Так, какая-то мелкота…

– Так сколько это все стоило? – спросил Лелик голосом, в котором не было ничего человеческого.

– Да мне-то почем знать? – искренне удивился Макс. – Я им дал кредитку, они ее прокатали, а потом дали мне расписаться на чеке.

– Но они должны были увидеть, – прошипел Лелик, – что твоя подпись с моей подписью на кредитке не совпадает!

– А она совпадает, – радостно объявил Макс. – Я расписался твоей подписью с кредитки. Ты же знаешь, Лех, я художник…

– Но ты хоть на чеке посмотрел сумму? – спросил Лелик, в голосе которого звучала полная безнадега.

– Посмотрел, но там же не доллары, а эти дурацкие бельгийские франки, – ответил Макс. – Ты же знаешь, что там даже большая сумма, когда ее в доллары переводишь, становится совсем маленькой. Но я, если честно, не переводил. У меня все в глазах расплывалось.

– То есть ты даже не знаешь, сколько ты денег потратил с моей карточки? – спросил Лелик, не веря своим ушам.

– Ну я же говорю, – объяснил Макс, – что просто хотел попробовать, каково это – платить с кредитки. Я же не стал Ире дарить какие-нибудь дамские часики, которые там лежали в изобилии.

Лелик замычал. Он помнил, что любые часики там стоили несколько тысяч.

– Я просто выбрал маленькое украшение. Маленькое! Оно, по-моему, даже было не из золота, – сообщил Макс.

– Понятно, – тусклым голосом сказал Лелик. – Золотое украшение с парой каких-то некрупных алмазиков.

– Не парой, а штук пять, но они совсем маленькие, – сообщил Макс. – Лех, да не могло оно много денег стоить. Оно было маленькое совсем.

– Пожалуй, я все-таки схожу за монтировкой, – рассудительно сказал Славик. – Лех, прости, я не знал, что Макс такой кретин.

– Да почему кретин-то? – возмутился Макс. – Ну пьяный был человек. Но эта писюлька точно много стоить просто не могла. Я помню, что там число цифр на чеке было не больше чем четырехзначное. Ну или пятизначное. Но ведь один франк – это же не один доллар…

– Ну все, – сказал Лелик, рывком открыл дверь машины, выскочил оттуда, открыл заднюю дверь, вытащил оттуда упирающегося Макса и пинками погнал его в сторону кафе. Трудно было понять, что именно Лелик хотел сделать дальше – вероятно, он надеялся загнать Макса в туалет и там засунуть его в унитаз, – однако Макс, получив пару пинков, убежал куда-то в поля и стал там скрываться от жуткой мести друга. Лелик, тяжело дыша, вернулся в машину.

– Лех, ну прости, – еще раз сказал Славик. – Ну я же не знал…

– Бог простит, – сурово сказал Лелик. – Это уже все не смешно.

– Так как я виноват, – сказал Славик, – давай я компенсирую то, что Макс потратил.

Тут Лелик посмотрел на Славика с интересом.

– Давай, – сказал он. – Ладно бы еще он на дело потратил, а то подарил какую-то бирюльку случайной тетке.

– Ну ты же знаешь, какой он, – сказал Славик.

– Знаю, – вздохнул Лелик.

В этот момент в ветровом стекле возникла физиономия Макса. Тот предусмотрительно стоял у капота, готовый в любой момент сбежать.

– Лех, на самом деле я пошутил, – крикнул Макс. – Сам подумай, с какой стати этот магазин будет ночью работать? С кредитки я, правда, один раз действительно заплатил. Мы с Иркой в баре пару коктейлей выпили, и я специально кредиткой заплатил, чтобы ощутить это неземное удовольствие.

– Тогда зачем ты мне голову морочил, кретин? – крикнул Лелик.

– Мне была интересна твоя реакция, – крикнул в ответ Макс. – На твоем месте я бы меня убил. А ты меня только пару раз пнул, причем совсем не больно. Лех, ты настоящий друг! Я тебя уважаю!

– Нет, ну что делать с этим уродом? – спросил у Славика Лелик, настроение которого вдруг резко улучшилось. Тот пожал плечами.

– Иди в машину, экспериментатор, – крикнул Лелик Максу.

Тот, весьма довольный собой, снова пробрался на заднее сиденье.

– Если меня с вами инфаркт здесь не хватит, – сообщил Лелик, – это будет очень странно.

– Мы больше не будем, – сказал Славик. – По крайней мере я. Больше с Максом не участвую в подобных развлечениях.

– А у вас больше и не получится, – сообщил Лелик. – Денег-то у нас нет. Я же сказал.

– Как это нет? – спросил Макс.

– Да очень просто, – объяснил Лелик. – Как ты думаешь, что в первую очередь делает человек, который узнает, что его кредитка куда-то тю-тю?

– Да не знаю, – ответил Макс. – Вероятно, говорит: «Вот мать твою, где же моя кредитка?»

– Ответ неправильный, – сказал Лелик. – Он звонит в свой банк и останавливает кредитку, чтобы никто ей не мог воспользоваться. Причем остановить ее можно по телефону – назвав определенные данные и кодовое слово. А вот запустить по телефону – нельзя. Можно только лично.

– И что, – спросил Макс, – ты свою разве остановил?

– Ну конечно, – ответил Лелик. – Что я, дурак, что ли? Так что поздравляю вас, друзья, с удачной шуткой. Поехали в Германию ночевать под мостом. Я так понимаю, что денежный оптимизм Славика был вызван тем, что он был в курсе насчет моей кредитки, ведь так?

Славик утвердительно кивнул головой.

– Моих денег, – сказал Славик, – на всю поездку точно не хватит.

– Ну, значит, я вас поздравляю, шутнички, – сказал Лелик. – Ну все, едем в Германию. Пристегивайтесь. У нас нет денег на штрафы.

Лелик аккуратно тронулся с места и поехал. Славик с Максом загрустили. Перспектива болтаться в Германии несколько дней без денег их не особенно прельщала. Особенно сейчас, когда до Амстердама было рукой подать.

– Лех, – сказал Макс, который мучительно пытался найти выход из создавшегося положения. – Может, позвонишь в банк и попросишь разблокировать твою кредитку? Ну, в порядке исключения. Скажешь, что расплатиться не можешь с какой-нибудь теткой. Что тебя грохнут, если не расплатишься.

– Лучше сказать, – посоветовал Славик, – что в гостинице нечем заплатить.

– Во-во, – подхватил Макс. – Нечем заплатить в гостинице какой-нибудь тетке. Они же люди, должны войти в положение. Ты им кодовое слово назови, пин-код и все-все данные. Если нужно, мы со Славиком подтвердим, что ты Лелик. Нам поверят. У нас же даже ни одной судимости нет. Моя условка – не в счет.

– Макс, – сказал Лелик. – Как хорошо, что ты себя еще ни разу в жизни не слушал со стороны. Тебя бы точно кондратий хватил.

– Между прочим, я тебе помочь пытаюсь, – обиделся Макс.

– Мерси, – поблагодарил Лелик. – Я-то думаю, почему всегда, когда ты мне пытаешься помочь, ситуация запутывается, как удав, гоняющийся за обезьяной среди непроходимых джунглей.

– О, – восхитился Славик, – какие поэтичные сравнения тебе приходят в голову после утраты кредитки.

– С вами еще и не то придет в голову, – сказал Лелик. – Если голова выдержит ваши приколы, конечно…

– Кстати, – поинтересовался Славик, – а почему ты вперед продолжаешь ехать? Впереди же Голландия. Германия сзади. Мы же из нее приехали.

– Потому что мы едем в Голландию, – объяснил Лелик бесстрастно. – Я не останавливал кредитку.

– Как это? – в один голос закричали Славик с Максом.

– Очень просто, – ответил Лелик. – Честно говоря, я об этом просто забыл со всеми этими волнениями. Я просто никогда раньше не терял кредитку. Да и почти ею не пользовался, так что у меня это действие не доведено до автоматизма.

– Значит, у нас есть деньги? – спросил Макс.

– У меня есть деньги, – уточнил Лелик.

– И мы едем в Амстердам?

– Как видишь, – сказал Лелик. – Мы же сюда ради Амстердама и приехали. Но я сейчас буду долго и трудно думать, чем и как вас наказать за эти развлечения. И выдумка моя будет очень страшна, предупреждаю.

– Не надо нам эдаких страстей, – сказал Макс. – Мы хорошие, если подумать. Тем более что твоя родная кредитка в целости и сохранности. – Вот все-таки странное это животное, человек, – сказал Макс после минутного размышления. – Ведь ты наверняка полчаса назад молился всем богам, чтобы кредитка внезапно нашлась, так?

– Ну да, – нехотя согласился Лелик.

– Так вот, Бог и явил свое чудо, моими руками вернув тебе кредитку, – объяснил Макс. – Теперь скажи, чем ты недоволен?

– Так-то оно так, – сказал Лелик, – но забрал-то эту кредитку у меня ты.

– Ну и что? – невозмутимо ответил Макс. – Я всего лишь был оружием в руках божьих.

– Мне так кажется, – сказал Лелик, – что Бог, если бы он захотел избрать себе оружие, выбрал бы какое-нибудь поприличнее.