Текст книги "Фиктивный муж (СИ)"

Автор книги: Альбина Вишневская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

20 глава

Лана

– Главное, что помогаешь, – отвечает спокойно и выходит из машины, больше ничего не говоря.

Открывает дверь с моей стороны, помогает мне выйти.

Мы заходим в зал, где уже сидит дядя с инвесторами. Он слегка удивляется, увидев меня.

– Попросила взять ее с собой, жить без меня не может, – улыбнулся, прижав меня к себе, и тут же ласково поцеловал в висок.

– Ланочка, как я рад увидеть вновь вас, – встал со своего места Альберт Вениаминович и поцеловал мне руку, – Марк Владимирович, разрешите вас отрекомендовать вам прекрасную супругу Романа Евгеньевича– Светлану. У нас была короткая но очень запоминающаяся встреча.

Рядом с Альбертом Вениаминовичем сидит красивый мужчина, предположительно лет сорока, не больше. Очень и очень пристально нас рассматривает с мужем, а потом только поднимается и обращается к нам.

– Я рад познакомиться с вами, Роман, – мужчины пожимают руки, но это всего–навсего короткое пожатие, – мне приятно познакомиться с той женщиной, которая свято верит в талант собственного мужа. Моя жена, которая умерла пять лет назад, была первым человеком, который поверил в то, что я талантлив. Ее поддержка сделала меня уверенным и успешным бизнесменом. Она моя муза. И с вашего позволения, Альберт Вениаминович рассказал мне о вашем знакомстве и о том, что вы заочно влюбились в человека и его талант, даже не увидев мужчину в лицо. Лана, вы очаровательны.

К моей ладошке прикасаются губы этого мужчины, а я застыла от удивления и улыбаюсь, как девчонка.

– Благодарю вас за доверие к моему мужу и дяде. Эти мужчины дороги мне, и я уверенно могу сказать одно: их тандем будет продуктивным.

– Я очень на это рассчитываю, иначе мы не были бы здесь сегодня, – улыбается Марк Владимирович.

– Вы не прогадаете, – уверенно заявляет мой благоверный.

Он подталкивает меня в кресло, помогает присесть, кладет ладони мне на плечи и поглаживает кожу, затем садится в кресло рядом.

Мужчины начинают обсуждать детали и нюансы, а я изучаю меню. Когда к нам подходит официант и спрашивает, готовы ли мы сделать заказ, Рома поднимает взгляд на меня и говорит:

– Выбери и мне блюдо, я доверяю твоему безупречному вкусу, тыковка.

– Непременно, любимый, – улыбаюсь искренно и встречаюсь взглядом с дядей и Тиграном.

– Как тетя?

И пока занят мой мужчина, я успеваю ткнуть официанту пальчиком на страницу со своим выбором и послушать ответ родни.

– Я верю в вас, вы справитесь, – пожимаю ладошку дяди. – И я, правда, очень рада, что вы с Ромой теперь работаете в тандеме.

– Ты не расстроена, что медовый месяц прервался? – слишком уж сладко поет брат и смотрит на Рому, который немного занят.

– А Рома обещал ещё раз свозить меня на Бали.

Дядя напрягся и посмотрел на Рому. Тишина повисла между нами.

– Роман, без проблем? – уточнил Марк о нашем возвращении домой.

– Никаких проблем, – улыбнулся, – я обещал ей, что с первых же отпускных устрою ей новый медовый месяц, который будет слаще этого. Правда, малыш? – подмигивает мне и касается моей ладони.

– Рома, на пару слов, вы нас простите? Пойдем, изучим коньяки на баре, поможешь выбрать бутылку, достойную отметить нашу сделку, – обращается к Роме дядя, и мужчины поднимаются и отходят.

– Чем вы занимаетесь по жизни, Лана, – вся слава теперь перепадает мне, а я не рада этому излишнему вниманию, потому что вижу отсюда недовольное лицо дяди.

– Закончила университет, отдыхаю, а с сентября в бой, аспирантура, работа. Планов море.

– Лана у нас очень непоседливая девушка, всем интересуется.

– Простите, пойду, помогу мужу с выбором, – говорю, как робот, и срываюсь с места.

Дядя говорит с Ромой слишком грубо, я вижу эти нервные жесты. Жаль, что не слышу, о чём именно они спорят. Поэтому пробираюсь к их паре ловко и быстро. Долетают жесткие фразы дяди.

– Ты заигрался, парень! Я все понимаю. Понимаю, что вы должны играть роль правдоподобно, но то, как ты ведешь себя, заставляет меня усомниться в том, хорошей ли идеей было отпускать ее жить к тебе!

– Ей не пять лет, чтоб ты ее отпускал или не отпускал, она сама в состоянии принимать такие решения.

– Если ты ее хоть пальцем...

– Помню я прекрасно, что и куда ты мне засунешь, если я трону твою племянницу. Не трогал я её, хотя видит бог, это было чертовски сложно! Потому что девчонку тянет ко мне, и меня к ней...

– Заткнись! – шикает дядя, заметив, что я к ним подхожу. Рома оглядывается, взгляд усталый и раздраженный.

– Все в порядке? – тут же спрашивает у меня, кивая незаметно на наш столик.

– Это правда? – я едва стою на ногах, задавая единственный вопрос от которого к горлу подкатывает тошнота?

Я не знаю к кому я конкретно обращаюсь, но в голове так шумит, что ещё немного и я просто рухну на пол.

– Ты о чем? – не понимает Рома, а вот у дяди виноватый и слегка затравленный вид. Он прекрасно понимает, о чем я!

– Ты как собачонка следовал его указке? Правда?

Я отмираю, очередной поток гнева заполняет всю меня. Два взрослых мужика, а ведут себя по отношению ко мне, как два бесчувственных чурбана!

– Ты меня разочаровал дядя, хотя твои порывы я могу понять.

– А ты, Рома....просто мог все объяснить и не было бы этой дурацкой игры в гея. Поздравляю вас, мужчины. Я чувствую себя никем. А посему: простите, видеть вас я не могу сегодня.

– Ты не можешь уйти, ты обещала, – говорит Рома с нажимом, и напоминает, – если ты уйдешь сейчас, с тобой уйдет миллион долларов.

– Зачем тогда брал меня с собой? – шиплю ехидно, – здесь бы и без меня посвятилось!

– Потому что ты нужна мне здесь, – отвечает просто, пожав плечами и сверля меня потемневшим взглядом.

Дядя в этот момент переводит взгляд с меня на него и обратно, как будто его это немало изумляет.

– Зачем?

– Я говорил тебе перед выездом.

– Продолжаешь мною пользоваться, как монеткой? Не устал? – а вот здесь хочу плакать, но не успеваю развернуться и убежать. Путь преграждает Тигран.

– О чем бы вы не спорили с простыми лицами, сразу предупреждаю, вы на скользком пути. Вас ждут, а вы здесь пыль подымаете. Отец, Альберт Вениаминович тебя спрашивал, ему нужны некоторые уточнения.

– Иду, иду. Роман, не забудь бутылку коньяка за столик.

Брат и дядя уходят, я же смотрю на Рому и понимаю, что должна подавить весь свой гнев и пройти это ужин до конца с достоинством.

– Я вам это не прощу. Бутылку забери, я жду тебя за столом.

Возвращаюсь, едва перебирая ватными ногами. Из последних сил натягиваю улыбку и воодушевленно щебечу к мужчинам.

– Я не откажусь с вами потанцевать, Марк.

– Только мгновение, должен же я спросить разрешение у вашего мужа. Роман, я украду вашу прелестницу на танец?

21 глава

Роман

Арсен и Лана уходят, а я остаюсь стоять ещё какое–то время у барной стойки, сжав ладонь в кулак и пытаясь унять ураган в душе. Не люблю такте сильные эмоции, и очень, слишком давно их не испытывал. А теперь кроет, страшно и беспощадно. И что с этим делать, не знаю.

Хотя почему. Знаю. Я не мальчик и не подросток, чтобы играть в эти игры. Я убедил себя в том, что передо мной дитя тогда, два года назад, и что ей не нужен такой, как я. Мимолетная влюблённость, пройдёт. Но она не прошла. И жизнь снова нас столкнула, да еще так. Я не дурак и умею читать знаки и звоночки. И первый прозвенел ещё тогда, два года назад, когда из–за леща племяннику, я едва не остался без работы. И я не шутил, когда сказал, что она моя счастливая монетка. Так же как и не шутил, что всегда добиваюсь своего. И если я захочу, она будет моей, а я этого хочу. Хочу исправить ошибки и заполнить пробелы. Хочу узнать ее нормально, познакомиться с ней снова. И да, я против того, чтобы мою прелестную жену крали на танец.

– Непременно, – улыбаюсь выдержанно, ставлю на стол бутылку Хеннеси пятнадцатилетней выдержки. – Но первым её украду я, если вы не против.

Марк улыбнулся, кивнул, а я твёрдо взял жену за руку и повёл танцевать.

– Мне жаль, что ты так обо всём услышала, – сказал искренне. – Но до того, как ты вошла в ЗАГС, я дал слово твоему дяде, что и пальцем не трону его сокровище, а я человек слова.

– И не трогал бы другую! – горько пытается прокричать, но вынужденно шепчет мне в лицо. – А ты глупо подыграл дяде. Ты знаешь, что я чувствовала все эти годы?

Цепляется пальчиками в меня сильнее и словно набирается храбрости, но это какое–то мгновение. Пауза не продолжительная.

– Что я никому не интересна, как девушка, а только как объект для секса. Думаешь, я глупая и не знала, что собирался достичь твой племянник? Он соврал, что нет комнат, а я, наивная, поверила. Он соврал, что ты гей, но я не верила в это до последнего. И если бы ты согласился со мной после всего встретиться, мы бы постарались узнать друг друга лучше. Но я теперь понимаю одно: я просто дура, которая пыталась привлечь внимание мужчины, которому ничего не интересно. Это так унизительно.

– Зачем ты зацикливаешься на прошлом, когда мы оба здесь сейчас, и у нас есть шанс узнать друг друга лучше? Два года назад я не был там, где ты, сейчас...

Мне не дает закончить мысль голос из–за спины.

– Обана! Какие люди! И без охраны!

Мы с Ланой оборачиваемся и видим Моего драгоценного племянничка. Легок на помине.

– Ты всё лелеешь надежду перевоспитать гея, глупышка?

Лана цепенеет в моих руках, испуганно смотрит на Александра, но я сильнее вжимаю ее в себя, прикасаясь носом к её щеке.

– Уже, это было очень и очень интересно, Саша.

Лана резко вытягивает руку вперёд и тычет ему палец. Нет, не средний, хотя было бы логичнее, а тот, на котором красуется обручальное кольцо.

– Веди себя прилично, когда разговариваешь с моей женой, племянничек.

Я чувствую напряжение нашего столика спиной. И чувствую, что придётся знакомить стороны. Только вот олух этот непредсказуемый. А у нас важное дело на кону. Но что важнее – оцепеневший птенец в моих руках.

Я поворачиваюсь к Лане и улыбаюсь ей:

– Позже договорим, запомни, на чём остановились, – подмигиваю и мягко подталкиваю в сторону нашего столика, – потанцуй с Марком, как собиралась, это недоразумение я беру на себя.

Лана отходит, а я поворачиваюсь к племяннику.

– Не давай моему кулаку вновь повод встретиться с моим лицом, Александр. Я верю в твое благоразумие.

В его страх я верю. К его несчастью, он уже знает мой удар и то, как мучительно долго он сходит с молодой смазливой мордашки.

– Ты всё–таки подобрал бабу, которой я пользовался, – выплюнул каждое слово с такой ненавистью, от которой в пору застрелиться, но не мне и не сейчас.

– Какой напыщенный индюк, – смеюсь негромко, глядя на потуги мальца. Какие высокопарные слова, да вот это лишь слова и ничего больше. – Проваливай отсюда, пока я добрый, а то мама опять будет плакать и ругать меня за то, что мне приходится заниматься твоим воспитанием вместо неё.

Племянник ехидно хмыкает.

– И как давно ты вляпался в ряды женатиков из толпы ее почитателей "очередной из многих"?

– Какое твое дело, малыш? Женщина моя, так что подбери слюни и веди себя цивилизованно.

– Что в тебе такого, что она мигом к тебе переметнулась? Ты же старый!

– Член большой, – вякнул прежде, чем подумать.

Да, красавчик. Опуститься до уровня малолетки в остроумии – это мощь.

– Ты трахал мою девку в доме моих родаков? – гаркнул парень.

– Нет, иначе твои поползновения в сторону её на тот момент закончились бы плачевнее. Саша, ты меня утомляешь. Лана моя жена, смирись и живи дальше. Вокруг тебя девок немерено, найди себе другую жертву.

– Это ещё не конец.

Александр крутанулся и за несколько секунд исчез с моих глаз. Мой взгляд проследил за его траекторией побега. Он здесь с моим братом и его женой. Вот так встреча. Возвращаюсь за стол, а у них весело. Лана рассказывает о том утре, когда искупалась в озере.

– Рома спас меня, одной левой вытащив из воды. И вы можете себе представить мой внешний вид мокрой мишки, – смеётся. – Ой, Ром, а я о нашем знакомстве рассказываю, ты же не против?

– Конечно, нет, тыковка, – улыбаюсь, положив ладонь ей на плечо и касаясь ее кожи. Уравновешивает пожар внутри. Умница, не смотря на свои эмоции, осталась и продолжает быть хорошей женой. – Я сам люблю эту историю, – склоняюсь и целую её, не жарко и не долго, но достаточно для того, чтоб успокоиться и в очередной раз поставить на этот ротик свою печать.

– Мне определенно нравится ваша племянница, Арсений, – улыбается Марк, – даже немного расстроен, что не узнал эту девочку раньше вашего зятя. Роман, только без ревности, на чужое не претендую.

Лана вздрогнула и сильнее сжала мою руку, но так же невозмутимо улыбалась.

Внимательно смотрю на собеседника. Странное заявление, откликается напряжением в груди.

– Я не ревнивец, – отвечаю негромко и спокойно.

Сажусь на стул рядом со своей женушкой и бросаю ещё один взгляд в ту сторону, куда скрылся племянник. Поход в ресторан ни расслабляющим, ни приятным не назовёшь, с какой стороны не посмотри.

– Так что ты рассказывала? – улыбаюсь Лане, чтобы не буравить взглядом ни одного из ее поклонников.

– Ай, молодежь, ай, да проказники, а от дядьки скрыли свое давнее знакомство.

Арсений включает радушного дядюшку и наполняет рюмки.

– За молодых, за то, что нашли друг друга в этой суматохе. Берегите друг друга.

Ну, а это уже смахивает на благословение, не иначе.

– Я тоже буду коньяк, – Лана улыбается и смотрит на мужчин.

Тигран удивлённо смотрит на сестру, но ничего не говорит. А вот Марк не удержался и произнес:

– Знаете толк в алкогольных напитках, Лана?

– Я водку предпочитаю, но если есть коньяк, я тоже не откажусь.

Наши рюмки наполнены. Арсен салютует и говорит ещё раз:

– И за то, чтобы наше дело принесло свои плоды.

Я молчу, пока разливают напитки. Сам я редко пил, и всегда предпочитал что–то уникальное, элитное, хотя бы Хеннеси, который сейчас разливали по бокалам. И выбор алкоголя моей дорогой жёнушки уже второй раз удивил. Первый – тогда дома у Альберта, смотрю, как берет рюмку, и вспоминаю, как дурак, как коктейль ей делал. Какие коктейли, когда моя дама предпочитает напитки покрепче. Ох уж эта загадочная женская душа.

– За нас, – бросаю многозначительный взгляд на Лану. – И за успех нашего дела, – перевожу взгляд на Арсена и Марка.

– Ром, потанцуем? – минут двадцать спустя, накатив ещё три рюмашки коньяка сверху, Лана приглашает меня на танец, глаза блестят, улыбается, щебечет с мужчинами параллельно.

Обстановка за столом непринуждённая и лёгкая.

– Конечно, любовь моя, – улыбаюсь, поднимаюсь на ноги, подаю ей руку.

Она хватается за неё, и я веду жену на танцпол. Прижимаю к себе, чувствую, льнет всем телом.

– Может, хватит коньяка, малыш? – спрашиваю негромко на ухо, носом проезжаю по щеке.

– Мне нужно расслабиться, другого способа я пока не вижу, – хмыкает и сильнее вжимается в меня, – только не говори, что тебе не нравится результат встречи. Мне кажется Марат в восторге с Альбертом, даже дядя весь белый и пушистый.

– Учитывая, что с начала вечера он был Марком, коньяк, видимо, правда хорош, – подтруниваю над малышкой, скользя ладонями по её спине. – Ты произвела на них впечатление. Успех мероприятия – твоя заслуга, жена. Как хочешь это отметить?

22 глава

Роман

– Где Марат? Кто такой Марат? – крутит головой по сторонам, а потом смеётся, – ты зануда, если до сих пор замечаешь, что я несу. Кстати, расслабься, я не пьяная, то есть пьяная, но не сильно. А ты, значит, считаешь, что я много выпила? Марк действительно приятный собеседник, мне он нравится.

Лепечет все скопом и смотрит в ту сторону, где сидят мужчины.

– Видимо мужчины в возрасте мой фетиш.

– Таких странных мадам я ещё не встречал, – хмыкаю, пытаясь выслушать весь поток слов.

Пытается развести меня на ревность? Глупое, наивное дитя. Я не ревную. Я беру то, что моё. А то, что не моё, мне и не нужно.

– Я считаю, что крепкий алкоголь и коня с ног свалит, но смею надеяться на твое благоразумие, и что ты знаешь свою норму. И ты так и не ответила на мой вопрос.

– Норму знаю, но не факт, – пожимает плечами, – приставать не буду... но и это не факт, – а это мямлит едва слышно, дёргается и смущается, ладошками скользя по моей талии.

Потом резко вспоминает о вопросе и тараторит, глядя мне в глаза.

– В смысле отметить? Мне кажется, что я уже наотмечалась, теперь только благополучно в кроватку добраться и сбросить эти ненавистные босоножки.

– А если я приставать буду? – подтруниваю, играя бровью.

– К пьяному, едва дышащему телу? Ну, нет, муж, ты выбираешь себе другую спальню и убегаешь туда спать. И да, я отжала у тебя квадратные метры. Мирись и терпи меня до развода, любимый.

– Ты принимаешь меня за безусого школьника, которым будешь командовать, душа моя? Я буду спать в своей кровати. Едва дышащее тело может спать спокойно, трогать не буду, уговорила.

– Ром, домой хочу, потому что жутко устала, и я не командую, просто я на тебя обижена.

– Давай поедем домой? Мы только с самолёта, никаких вопросов быть не должно.

Мы завершаем танец и возвращаемся к нашему столику, и я сразу беру быка за рога.

– Нам пора, моя малышка совсем устала, нужно отвезти её домой отдыхать. Альберт, Марк, было приятно познакомиться, спасибо, что уделили время нам. Арсен, на связи.

Марк поднимается со своего кресла и целует руку Лане. Они довольно мило перебрасываются фразами, гул за столиком весёлый и немного усиливающий в сторону намеков: молодожены, что с них взять.

– Кто молодец?! – задаёт вопрос Лана и довольно улыбается, сжав мою ладонь, довольно ловко лавируя на высоких каблуках к входу.

– Ты молодец, – отвечаю девчонке, шагая за ней.

Сказала, что устала, а сама скачет, как горная козочка. У выхода встречаюсь взглядом с племянником. Он стоит за колонной и провожает нас недобрым взглядом.

У входа садимся в такси, которое я заранее вызвал. Помогаю ей сесть, сам сажусь.

– Поездка в супермаркет откладывается?

– Вообще–то ты молодец, – прижимается ко мне, уложив голову мне на плечо, – я верю в твой талант, муж.

Лана не отвечает на вопрос о супермаркете, да тут и так все понятно. Она почти сразу отключается.

Я усмехнулся и приобнял девушку, позволяя ей с комфортом развалиться на своём теле. Она устала и это понятно – такой насыщенный день. Я сам до сих пор прийти в себя не могу. И поверить. Поверить, что всё срослось. Поверить, что контракт будет подписан. Поверить, что я женился на девчонке, которая начала откликаться в глубине души.

Я опустил взгляд вниз, на девчонку, и улыбнулся краем губ. И как нас угораздило только. Ее влюблённость в меня, которая ещё утром злила и раздражала, казалась милой. Ее попытки заставить меня ревновать – смешными. Она точно непонятно во что влюбилась, потому что ничего не знает обо мне. Она не понимает, что если я западу на неё, у нее уже не будет выбора. Она будет моей.

Таксист останавливает машину и называет сумму, я расплачиваюсь, аккуратно беру на ноги свою ношу и направляюсь к подъезду. Она спит крепко, лишь поудобнее свернулась калачиком, сильнее прижимаясь ко мне.

Вношу ее в спальню, аккуратно снимаю ее платье, хмыкаю, увидев развратный комплектик. Это точно сработало бы, пытайся она меня соблазнить. Укутываю ее в плед от греха подальше и иду в ванную.

Принял душ, смывая стресс прожитого дня. Иду на кухню, достаю из холодильника бутылочку минералки, открываю и слышу, как вибрирует мой мобильный.

Арсен.

– Она уснула ещё в такси, сопит сладко, как котик. И тебе того же!

Усмехаюсь, отсоединяюсь, допиваю воду и отправляюсь в спальню. Свою, естественно. Надеваю боксёры и ложусь рядом со своей миссис. Она тут же подкатывается ко мне, прижимается и сладко причмокивает во сне.

Я улыбаюсь, закрываю глаза и под ее мирное сопение засыпаю.

Просыпаюсь рано. Чувствую, что не выспался. Не помню, что снилось, хотя сон затягивал и не хотел отпускать.

Сдвигаю брови, чувствуя в боксёрах какую–то возню. Словно у меня утренний стояк, который на месте, и мне с ним кто–то пытается помочь.

– Ну вот, что и требовалось доказать, – довольно хмыкает сонная Лана и сжимает мой член, – давно нужно было тебя полапать за это сокровище. Конечно, был вариант отгрести по первое число, но тогда бы я точно знала, что ты не гей. Кстати, с добрым утром. Я в душ.

Слетает с кровати и только сейчас осознает, что стоит передо мной в том комплекте, от которого можно прилично завестись.

– И не смотри так, мы после завтрака едем в ТЦ, мне нужно новое белье.

– Чем тебя не устраивает это, – хмыкаю, запустив руку в боксёры и поправив облапаный приятными женскими ладошками член.

Не стал ей объяснять, что утренний стояк не имеет ничего общего с ориентацией и бывает и у геев.

– Я не привыкла к такому, но Марта считает, что именно так легче возбудить воображение и желание мужчины. Неужели все до банальности так и есть? – в голосе сквозит недоумение.

– А как ты думаешь? Для чего, по–твоему, такие комплекты придумали? – с любопытством смотрю на неё.

Вроде и взрослая девушка, а такой ребёнок.

– Глупости,– фыркнула и извлекла халатик из кипы одежды, пакуя себя в тряпку, – закажешь еду? А потом нам нужно закупиться продуктами и много ещё всего другого. Норм планы, или ты будешь занят?

– Я же в отпуске, жена. Что заказать?

Смотрю, как она укутывает соблазнительное тело в халат, и умом понимаю, что правильно, от греха подальше, а внутренне рычу, ибо зрелище было слишком приятное глазу.

– Я не забыла, но у вас контракт на носу, может вы с дядей что–то запланировали.

– Это похвально. Но, как я и сказал, сегодня я в отпуске, и мы вполне можем воплотить твои планы. Еду заказать на свой вкус или у дамы есть предпочтения?

После ее предпочтений в алкоголе даже боюсь гадать, что она любит. Но почему–то как дурак хочу ее порадовать даже такой мелочью.

– Просто закажи еду, я почти всеядна, побольше мяса и травы.

Лана наконец–то убегает.

Я лежу ещё какое–то время, подтягиваю телефон, открываю приложение доставки и изучаю меню гриль–бара, пока мой дружок не уляжется в трусах и не перестанет изображать парусник. Когда он, наконец–то, сдается, встаю, надеваю спортивные штаны и выхожу в кухню. Выпиваю стакан воды, затем включаю кофемашину и делаю себе американо.

Когда девчонка заходит в кухню, влажная и румяная после душа, я протягиваю чашку свежезаваренного кофе ей.

– Еду уже скоро привезут.

– Спасибо, – жадно делает глоток кофе, а потом пристально смотрит на меня, – я вчера себя культурно вела под конец вечера?

С любопытством смотрю на Лану. Неужели действительно ничего не помнит? На губах появляется ухмылка, а внутри просыпается тролль.

– Ну, как сказать, – протягиваю негромко, дернув бровью и окинув внимательным взглядом с головы до ног девчонку. Держу лицо, сам улыбаюсь про себя. Мне правда интересно послушать её фантазии насчёт того, как далеко она могла зайти.

– Рома, я тебя серьезно спрашиваю, – щетинится, плотнее кутаясь в халат, – если я приставала, то я не специально.

– Ну, окей, – киваю, – не специально так не специально, – отвечаю многозначительно, но тут звучит звонок в дверь.

Поднимаюсь и иду за едой. Расплачиваюсь с курьером, возвращаюсь в комнату, достаю из пакета упакованную еду. Мясо на гриле, овощи и свежие, и на гриле, и фирменные бургеры заведения, раскладываю на столе.

– Налетай, – подмигиваю девчонке.

Видимо мой поспешный побег с кухни оказал на нее отрезвляющее действие. Когда я вернулся, Лана уже не выглядела напряжённой, либо же просто надела маску безразличия.

– Оу, еда, классненько, – потирает ладошки и соскакивает со стула. – Так, где здесь у нас вилки и ножи. Ага. А салфетки есть...ой, вижу. Ты завтракай, а я разведаю свои владения. Ты же не против? Впрочем, даже если против, то буду против я.