Текст книги "Фиктивный муж (СИ)"

Автор книги: Альбина Вишневская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

23 глава

Роман

Сколько ненужных слов и домыслов. Черт, у меня не было таких женщин, вот почему мне так сложно с ней и многое непонятно. Я просто привык к другому типажу. К уверенным женщинам, которые знают, чего хотят и берут это. С этой девчонкой всё в новинку. Она не знает, чего хочет. Просит одно, с упрямством носорога, а получая это, не знает, что с ним делать. Просила заказать еду, ее привезли, и вместо того, чтобы насладиться горячей, она идёт на экскурсию по дому. Хотела меня, а как только я перестал сопротивляться, бегает, как от огня. Это любопытно, потому что она, как вызов. И у меня включился спортивный интерес.

– Я не против, – жму плечами. – Развлекайся.

Она хлопает дверками кухонных шкафов и проверяет наличие продуктов. Не забыла заглянуть в холодильник. А потом неожиданно хлопнула в ладошки и вынесла вердикт:

– Нам нужно всего и побольше купить. Но это при условии, что ты не против, чтобы я готовила. Я верю в то, что ты можешь позволить себе питаться вне дома, но я люблю готовить. Ты согласен?

Лана садится напротив и наконец–то тянется рукой к бургеру, довольно смотрит на него и кусает.

– Только за. Я не питался нормальной домашней едой слишком давно. Я ненавижу готовить.

Заканчиваю свой бургер и поднимаюсь на ноги, чтобы пойти и собраться в торговый центр. Ее предложение заинтриговало. Поесть я люблю. И последний раз мне готовили тогда, когда гостил у брата прежде, чем мы поссорились из–за Ланы с его сыном.

– Ром, а у тебя, что нет женщины сейчас? Ну, я о том, что тебе так срочно пришлось искать фиктивную жену, – прилетает мне внезапно.

Сидит и смотрит на меня довольно пристально, даже жевать перестала.

– Нет, – отвечаю спокойно и смотрю на нее. – Надеюсь, проблем с этим не будует и под голубые знамена меня опять не поставишь?

– Не дождешься, – кладет недоеденный бургер на стол, вытирает губы салфеткой, – ты мне натуралом больше нравишься.

Ее взгляд скользит по моей груди вниз, а пальчики застывают на резинке штанов. Внимательно слежу за её рукой.

– Такие игры с мужчиной, у которого давно не было женщины, чреваты сексом на кухонном столе, – говорю низким и негромким голосом, не отрывая взгляда от того места, где наши тела соприкасаются.

Затем поднимаю взгляд на неё. И в этот момент на всю квартиру раздаётся звонок мобильного. Не моего, актуальный хит звучит из динамиков ее телефона.

Игнорирует звонок и прижимает ладонь к моей коже на животе.

– Мне остановиться?

– Зависит, – отвечаю хрипло, – хочешь ты секса на кухонном столе или нет.

Вытягиваю руку, поднимаю ее голову за подбородок и заставляю посмотреть мне в глаза:

– Ты хочешь меня?

– Мне кажется, ты прекрасно знаешь ответ на этот вопрос, – смеётся, уткнувшись носом мне в шею и вдохнув запах моей кожи.

Пальчики шаловливо проникают под резинку штанов, а ноготки едва ощутимо царапают кожу на бедрах.

Я не смеюсь. Воспринимаю её слова чертовски серьёзно. Я не соврал, я давно не расслаблялся и не искал женщину для снятия напряжения с самого начала работы над проектом с её дядей, а это вот уже несколько месяцев. И я прекрасно слышал её фразу о "первом". Это ставит передо мной не самую простую задачу. Не опростоволоситься, раз. Сделать так, чтоб ей понравилось два. Усложняло и без того непростую задачу то, что у меня не было девственниц. Ни разу, не попадались целомудренные экземпляры на жизненном пути. И я знал, что в первый раз женщинам бывает дискомфортно и даже больно. Меньше всего мне хотелось делать девчонке больно. А к её несчастью, природа меня не обделила там внизу, и партнершам, у которых я не первый, иногда без подготовки бывало дискомфортно. Чёрт.

Слишком много мыслей.

– Мы не будем делать это на кухонном столе, – зачем–то обозначаю сразу, а затем притягиваю девчонку к себе, вжимая в своё тело, и запечатляю на ее губах порочный поцелуй.

Лана тяжело дышит, когда ловко выкручивается из моих объятий. Она берет мою ладонь, скрещивает наши пальцы, слишком горячо смотрит на мои губы и ведёт меня в спальню.

– Ром, я тебя хочу.

Поворачивается и взволнованно пытается развязать поясок на халате.

Беру её руки в свои и снимаю с пояска, сам развязываю поясок её халата и впервые смотрю на ее тело так, как она давно хотела, чтобы смотрел. Как мужчина, который смотрит на женщину, которую хочет. Запоминая каждый изгиб и атлас кожи. В штанах очнулся и уже просится на волю член, который хочет, чтоб его приласкали, но это не один из тех разов, когда все внимание будет уделяться ему.

Я положил руки на ее талию и скользнул выше, ладони погладили молодую, упругую грудь с острыми, как пики, сосками, и скользнули к плечам, где я зацепил ткань халата и отправил его на пол, обнажая девушку. Подошёл ближе, упёрся членом в её подтянутый живот. Чувствую, как рвано она выдохнула и наклоняюсь, чтоб своровать очередной жаркий поцелуй. Пока губы истязают её губы, пальцы касаются её других губ. Влажная, не врала, что хочет. Она шумно выдыхает мне в рот, но я лишь прижимаю ее крепче, углубляю поцелуй, и касаюсь большим пальцем ее клитора, легонько тру и надавливаю.

Разрываю поцелуй и спускаюсь к её шее, дорожкой жарких поцелуев спускаюсь к её груди. Обхватываю губами сосок, втягивая в рот, и стону ей в кожу.

– Какая же ты сладкая, жена, – выдыхаю, обжигая кожу дыханием.

Мой палец активнее трет ее бусинку, активнее увлажняя ее.

Целую ее плоский животик, который она то и дело втягивает, когда жадно вдыхает, и затем спускаюсь с поцелуем к ее нижним губам. Сразу засасываю, наслаждаясь её вкусом.

Лана дрожит в моих руках, даже слишком. В какой–то момент вырывается из моих объятий, медленно пятится к кровати и падает поперек. Смотрит на меня затуманенным взглядом до тех пор, пока глаза конкретно не зацепляются за мой налитый ствол. Кажется, что смущение ещё больше разрослось на покрасневшем личике.

– У меня ноги дрожат, – слетает с ее губ невесело.

– Это ещё цветочки, – улыбаюсь, подходя следом и избавляясь от одежды попутно. – То ли ещё будет. Никакого тебе супермаркета и готовки, полдня будешь нежиться в постельке, когда я закончу с тобой, – бросаю многообещающе и кладу ладони на ее коленки.

Резко развожу её ноги и припадаю губами туда, откуда она меня вырвала своим побегом. Что болтать, делом нужно доказывать свои намерения, а не словами.

Я не отрываюсь от её промежности, пока она не достигает оргазма. Чувствую, что тянуть не стоит, ведь сейчас она максимально расслаблена и увлажнена. Пока девчонка пытается совладать с дыханием, я достаю из прикроватной тумбочки презерватив, раскатываю по возбужденному стволу и нависаю над ней. Жадно целую ключицу, шею, губы, тыкаясь головкой в девственное лоно. Скольжу по клитору, дразня, ловлю её стоны губами, понимая, что в данный момент она в моих руках, как пластилин.

– Я постараюсь нежнее, – выдыхаю у ее губ и вхожу в неё, совсем неглубоко, замираю ненадолго, давая привыкнуть.

У самого от того, какая она тугая, того и гляди искры из ушей пойдут.

Делаю медленное движение вперёд, назад, и слежу за её реакцией.

– Ты в порядке, тыковка?

– Нет, я не в порядке, Ром, – впивается ногтями в кожу на плечах и всхлипывает, кусая губы, – просто поцелуй и сделай это.

Поддается вперёд, прикасаясь губами к моим губам, нежно ласкает меня, ещё сильнее дрожа подо мной.

Делаю то, что она сказала. Обнимаю её, максимально прижимая к себе, глубоко целую и делаю своей, не спеша, чтобы не травмировать ещё больше. Я уже не был уверен в том, что получится расслабить её во второй раз, но все равно делал то, что знаю, что любят все женщины – страстно целовал шею и губы, и массировал клитор, помогая ей вернуть бабочек в живот после болезненного разрыва девственной плевы. Её всхлип прозвучал вовремя и слегка остудил мой пыл, не дав мне опростоволоситься.

Я понимаю, насколько щедрый подарок мне достался – чистая, нежная, никем не тронутая девочка, но так же понимаю, что это не для меня. Я хочу делать женщине приятно, а не больно своим членом. И я обязательно научу ее получать удовольствие, как только она восстановится после этого раза.

Чувствую, как в теле скопилось слишком много напряжения, словно ее стенки стали сжимать и сдавливать ещё больше, и разрываю поцелуй, приподнимаю голову и смотрю в ее красивые глаза.

– Ты невероятная, малышка, я сейчас... – слова застывают в глотке, когда тело сотрясает мощный и слишком обильный оргазм.

На несколько секунд забываю, как дышать, затем даю себе мысленного пинка и тру ее клитор, массирую, поддразниваю, надеясь, что она успеет таки финишировать.

– Кончи для меня, сладкая.

– Не надо, Ром…прости, – убирает мою руку и сталкивает меня с себя, сворачивается клубочком, подтягивая ноги к подбородку и кусает костяшки пальцев.

Меня словно окатили ведром ледяной воды. Сажусь на кровати, рвано выдыхаю, и не сразу соображаю даже, как себя вести. Смотрю на скрутившуюся, как котёнок, девчонку, которая всем видом показывает, что мне лучше уйти, и понимаю, что так и стоит поступить. Наверное, ей надо побыть одной. Встаю и ухожу в ванную.

Захожу в туалет, снимаю презерватив и иду в прохладный душ. Нужно успокоить нервы, но сомневаюсь в том, что вода поможет смыть напряжение.

Не надо было ее трогать. Надо было слушать её дядю, а не её. Он был прав. Она не знает, чего хочет, и уж точно не меня.

Становлюсь под струи прохладной воды, не помогает. Голова кипит и тело горит. Чувствую себя, как кусок дерьма, который надругался над женщиной. Не зря всю жизнь выбирал опытных и знающих чего хотят – вот чтобы в такую трясину не встрять. Однако встрял. Только утонуть в ней теперь не хватало.

Душ решительно не помогает. Меньше всего хочу возвращаться в спальню, но нужно взять одежду.

Захожу, бросаю мимолетный взгляд на лежащую на кровати девушку, и негромко говорю:

– Я съезжу за продуктами, отдыхай.

Беру свои вещи и спешу на выход из комнаты, в которой словно нет кислорода для меня.

– Ром, прости, пожалуйста, – Лана сползает с кровати и кутается в плед, – я переволновалась, ты ни в чем не виноват.

Я останавливаюсь в дверном проёме, словно кто поставил подсечку, напрягаюсь от звука ее голоса, потому что окончательно не знаю, чего от нее ожидать.

– Не бери в голову, отдыхай, – бросаю на автомате, заставляя себя задержаться.

Не оборачиваюсь, потому что слишком уязвлен и не хочу этого показывать. Все итак плохо, не хочу усугублять.

– Напиши мне смс, если хочешь чего–то эдакого, – говорю и выхожу из комнаты, иду в ванную, где наскоро одеваюсь.

– Ром, ну поговори со мной. Не убегай. – Слышу голос Ланы под дверью. – Ты во мне разочарован?

Черт. Открываю дверь и выхожу на порог. Смотрю на неё. Выглядит не лучшим образом. Как и я. Я понимаю, насколько малодушным может казаться мое желание уйти, но я правда чувствую, что мне не хватает кислорода рядом с ней.

– Ты не виновата. Я поспешил. Ты не была готова, – говорю глухо.

– Глупости! – фыркает и влипает мне в грудь, крепко сжимает и шепчет, – я люблю тебя, именно с того самого первого взгляда. И я долго злилась на себя за это чувство, которое принесло много боли. И сейчас я получила неимоверный подарок и не знаю, что с ним делать. Я ведь почти смирилась, что тебя нужно воспринимать больше как друга. И что я опять узнаю?

Чувствую, что эмоции начинают переть через край, она слишком напряжена.

– Я тебя никуда не пущу, останься со мной, почеши меня за ушком и просто согрей своими объятиями.

– Я никогда не был с девственницей, – мой голос всё ещё звучит глухо, когда обращаюсь к ней. – Никогда не был первым. Твои слёзы, твоя боль, это все слишком. Слишком давит, у меня такое ощущение, что я тебя изнасиловал, – говорю и самому тошно.

Она не виновата, и она права, ведь получила, что хотела и не знает, что с этим делать. И я не знаю, а должен бы. Я не юнец и должен быть мудрее, хотя как быть мудрее с девчонкой, которая не знает чего хочет, я не знаю.

Лана внезапно застывает и перестает лащиться ко мне. Делает шаг назад, плотнее кутается в плед и слишком отстранённо смотрит мне в глаза, словно закрылась в себе.

– Можешь считать, что ничего не было. Прости, что вновь свалилась тебе на голову, как снег. Я больше не буду донимать тебя.

Приподнимает уголки ткани и поспешно сбегает в спальню.

Вот и поговорили. С трудом подавляю рык. Иду к входной двери и делаю то, что должен был до разговора – ухожу на свежий воздух, чтоб вдохнуть полной грудью и остудить голову.

24 глава

Лана

Я настоящая дура. Нафантазировала себе с три короба романтической хрени и свято в это верила.

Сама не ожидала, что так среагирую на первый раз с Ромой. Его ласки были такими нежными, горячими, возбуждающими, что я растворилась в его руках. Только резкая вспышка боли, его проникновение в меня оголили каждый нерв. Сама виновата, могла потерпеть. Но где я и где моё терпение. Всегда была нетерпеливой и взбалмошной. И это сыграло со мной злую шутку. Марта рассказывала, что в первый раз ну такое себе, зато в следующие разы просто море экстаза. И я так хочу. С ним. Но я все испортила.

Звоню Марте и реву в трубку:

– Я все испортила. Он считает меня дурой, сто пудов...

Я вкратце описываю свой позор и нервно кусаю пальчики, жду совета. Меня всю трясет от переживания, от того, что я идиотка.

– Ох, девонька, и нагородила ты, – сочувственно говорит подружка. – Отставить слезы. Ты его просто напугала. Мужики же нежные все, что капец, там посмотри неправильно и беда, а ты мало того, что показала свои искренние чувства, так еще и разговором добила тонкую душевную организацию человеку. Вот для тебя, что самое страшное?

– Потерять его, – выдыхаю это с опаской и продолжаю кусать кожу пальцев.

– О боги, Лана, тебе нужно прописать пиздюлей хороших. Потерять мужика это не самое страшное в жизни, влюбленное ты создание. Знаешь, что самое страшное для мужика? Что бабе, которая ему нравится, не понравится в деле его пыпырка. А ты скрутилась и разрыдалась после перформанса, когда он там сто пудов пыхтел и свои лучшие движения показывал. Соберись, восстанавливайся, и продолжай брать измором. Он уже тепленький пирожок. Уже в твоей духовке. Поджарь его хорошенько! И мать, поздравляю, свершилось!

Я слушаю ее и понимаю, что взрослая, наивная дура! Подруга видит меня насквозь. А я, как последняя диковинка, на этой планете набиваю шишки.

– Я тебя не понимаю! Что ты предлагаешь?!

– То же что и всегда: трахаться в удовольствие, – фыркает. – Чего ревела то? Он что, так плох? Или такая боль ужасная?

– Мне было больно,– лепечу смущённо, едва не подпрыгнув на кровати.

– Слушай, зубы лечить больнее, но что–то не видела, чтоб ты заливала слезами кресло дантиста, хотя ездила с тобой в клинику. Соберись, мать. Или у него член огромный? Тогда смазку купи и позы подбирай сама.

– Марта! – взвизгнула я на ее выпад с размером члена, покраснела, чувствую это.

Я так его хотела, что все, что знала, скопом выветрилось из головы. Надеюсь, у меня есть шанс всё исправить.

– Я тебя услышала. Спасибо, родная.

– Держи хвост пистолетом, тыковка!

Угораздил же черт ляпнуть, как Рома меня называет, теперь и эта туда же.

– Все будет хорошо. И давай не тупи. Куда он там сбежал? По магазинам? Список продуктов ему составь на пол километра и скинь. Пусть затрахается в поиске риса для ризотто и соуса Балоньезе, и приедет домой без мыслей о вашей маленькой неудаче. Жена ты ему, в конце концов, или кто?!

Смеюсь, представляя Рому в супермаркете. Ну, нет, он и так выглядел не айс. Бегу в ванную, поспешно привожу себя в порядок. Впрыгиваю в свежие вещи, хватаю сумочку, ключи и мчусь вниз. В голове миллион глупых мыслей и задумок. Я хочу нам устроить романтический вечер и я его устрою. А ещё я сейчас же забегу в аптеку за смазкой, а потом постараюсь привести свои мысли в порядок, чтобы уже наверняка соблазнить своего мужа. Я не хочу, чтобы он избегал меня, я этого просто не переживу.

Вырываюсь на свежий воздух и улыбаюсь новому дню.

Не успеваю завернуть за угол, как сталкиваюсь с мужем. Идет, в сильных руках огромные пакеты, взгляд хмурый и рассредоточенный, он даже не сразу замечает меня.

– Вау, ты столько накупил! Ром, давай помогу, – тянусь руками к пакету.

Останавливается, хмурится, опуская взгляд на меня.

– Идешь куда–то?

– В аптеку, – не скрываю своих планов, но нервно тереблю ремешок сумочки.

Удивленно сдвигает брови, затем вдруг хмурится еще сильнее и нарочито спокойно спрашивает:

– Всё в порядке?

– Я быстро, не скучай, – целую его в губы и бегу по делам.

Напряжен, я это видела по сдвинутым бровям и тяжёлому взгляду. Возможно, я не права, что смолчала о цели визита в аптеку, но мне стыдно об этом говорить, пусть лучше все увидит.

Меня не было дома ровно час. Я металась по нужным магазинчикам со скоростью белки. Теперь же шла домой довольная и уверенная в свое победе. И да, я купила новое белье. Не только привычное белое, а ещё один комплект, который любого мужчину заведёт с полуоборота. Я хочу это проверить на нем. Хочу видеть его горящий взгляд, хочу, чтобы он восхищался мной и хотел всякий раз, когда видит меня.

Влетаю в квартиру и оповещаю о прибытии:

– Ром, я дома, у меня ноги пекут от пробежки. Я купила к обеду пиццу. И да, каюсь, что не успела что–то приготовить. Зато к вечеру тебя ждёт курица с гарниром и вкусные пирожные.

Рома выходит в коридор, берет у меня пакеты.

– Тяжелые, зачем сама тащила?

– Там самое важное и нужное, – хитро улыбаюсь, – поможешь разобрать?!

Кивает, относит пакеты на кухню. Я разуваюсь, мою руки и захожу аккурат в тот момент, когда он рассматривает кружевные стринги.

– Самое важное и нужное, – саркастично повторяет мои слова, вздернув бровь, – говоришь...

– Могу сейчас же их примерить, – щекой прикасаюсь к его плечу и мурлычу.

Делаю шаг назад и ладошками проникаю под юбку, поддеваю лямки трусиков и спускаю их вниз. Веду себя дерзко и как считаю – с вызовом. Только сработает ли. Белые трусики падают к моим ступням. Наблюдаю за Ромой, мне интересна его реакция.

– Примерь, – соглашается, присев на стул и глядя на меня. По его лицу трудно читать, но он меня не отталкивает и это воодушевляет.

Беру покупку и надеваю стринги, устроив небольшой танец. Тяну тонкую кружевную ткань вверх, оголяя ноги выше и выше. Почти не смущаюсь, когда юбка приоткрывает самое сокровенное местечко, которое его губы так сладко исследовали. Трусики садятся как влитые. И я знаю, что выгляжу в них идеально. Иду к мужу ближе и кладу его ладони себе на бедра.

– Я научусь, правда, только не отталкивай, Ром.

– Впечатляет, – кивает на трусики.

Муж притягивает меня к себе, склоняется и поцелует над тесёмкой, касаясь вмиг покрывшийся мурашками от его прикосновения кожи. Затем аккуратно поправляет мою юбку и смотрит сверху вниз.

– Стоит воздержаться с продолжением хотя бы до завтра, чтобы там всё зажило. Я прогуглил.

– Я знаю, вот поэтому в аптеке купила это.

Извлекаю дрожащими пальчиками ценный флакон и ставлю его на стол.

Он явно заценил. Взял тюбик, покрутил, поднял взгляд на меня:

– Тоже гуглила? – улыбнулся уголками губ.

– Да, – отвечаю легко и просто, не буду же я своего агента сливать Ромке, – прости за то, что было утром.

– Нужно было просто больше обговорить всё. Ни у тебя опыта, ни у меня, а как ты успела заметить, природа меня не обделила, – смотрит сверху вниз виновато.

– Ром, давай так: мы постараемся не вспоминать мое фиаско, – пальчики опускаются к его члену и нежно гладят его сквозь ткань, – это в прошлом, а сейчас хочу идти дальше, и получать удовольствие с тобой. Как тебе мой план?

Не даю ему ответить, просто жарко припадаю к его губам, не отпуская напряжённый трофей.

– Слишком жаркие поцелуи, которые никуда не ведут, – прошептал у моих губ, – но будь я проклят...

Он не договаривает, а я резко оказываюсь в воздухе, а затем – на кухонном столе. Сильная ладонь сжимает мою грудь и скользит под майку, он углубляет поцелуй, делая его настолько крышесносным и жарким, что кажется стол подо мной раскалён до предела.

– Сильнее, – выдыхаю сбивчиво, когда Рома сжимает мою грудь, ищет пальцами сосок и трет его, – отнеси меня в спальню, я хочу попробовать тебя на вкус.

Мой голос становится хриплым и нетерпеливым.

– Нет, дорогая, это я собираюсь пробовать тебя, – отрезает мужчина, опускаясь с поцелуями к моему треугольнику и зубами стягивая трусы.

Он снова припадает губами туда, плавя меня всю, одной рукой властно придерживая мое тело на столе и не давая пошевелиться. Второй рукой он достаёт свой член и начинает водить по нему.

– Расслабься, – скомандовал, глядя, к чему приковался мой взгляд, – он не твоя забота... пока.

Послушно прикрываю глаза, пытаясь понять к чему это всё приведёт. Первым это приводит к моему оргазму, бурному и крышесносному, а затем я чувствую, как налитый ствол скользит по моей промежности, дразня клитор, но не входя. Открываю глаза и смотрю, как возбужденная плоть выстреливает, заливая мой живот вязкой белой жидкостью.

По коже медленно ползут вниз густые капельки, а я глаз оторвать не могу. Рома дышит часто и сбивчиво, его член подрагивает. Я же пытаюсь рассмотреть его достоинство и запомнить каждую венку. Огромный, тугой и красивый. Не удивительно, что я зажалась, почувствовав, как меня распирает изнутри. Смогу ли привыкнуть к нему? Впрочем... К черту домыслы, всё покажет практика.