Текст книги "Фиктивный муж (СИ)"

Автор книги: Альбина Вишневская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

9 глава

Лана

– О, крепенько, – одобрил Альберт, сделав глоток.

– Если мы хотим сделать фото заката, нам пора выходить, – бросил между прочим Роман, поставив бокал со своим напитком на стол.

– Конечно. Саш, жду вас на улице, – вспоминаю о своей главной цели и иду на выход, но внутренне одергиваю себя, напомнив о том, что есть правила приличия, – Альберт, благодарю за то что нашли время и провели экскурсию. Ваш талант достоин оваций, я вам об этом говорила. Простите, если была слишком многословна.

И только сейчас замечаю, что улыбаюсь искренно. Да плевать у кого и какая ориентация, лишь бы человек был хороший. А Альберт действительно хороший специалист, и верный друг, он много рассказал мне о Романе Евгеньевиче. Я просто слушала, вопросов не задавала, не уточняла. Зачем?

– Приходи ещё, дорогая, приятно было пообщаться.

Мужчины долго не задерживались, они вышли буквально через пару минут, и мы пошли в сторону дома. На холме остановились и сделали воистину восхитительные кадры.

– Сфотографировать вас вместе? – Спросил Роман Евгеньевич.

– Думал, ты не догадаешься, – ухмыльнулся Саша, протянув телефон дяде, а меня к себе.

– Эй, могли бы и селфи сделать, – смеюсь я, вжимаясь в Сашку, – твой дядя не умеет мысли читать.

Смотрю на Романа Евгеньевича, который собирается нас сфотографировать.

– На фоне такой красоты? – Усмехается он в ответ. – Селфи совсем не то. Правда, дядя?

Тот молча кивает, соглашаясь. Делает несколько кадров, затем передаёт телефон Саше. Саша поворачивается ко мне и показывает фото, которые получились на ура. Прям влюблённая пара на фоне прекрасных пейзажей, и их гей фотограф.

– Роман Евгеньевич, сфотографируетесь со мной? – обращаюсь к дяде, оторвавшись от Саши

– Зачем? – удивлённо спрашивает Саша, глядя на меня.

– Жалко тебе что ли? Плёнка в фотоаппарате заканчивается? – посмотрел на племянника дядя, спросив вполне миролюбиво, и кивнул на телефон. А вот как заскрипел зубами Саша слышно было на всю округу наверное.

Роман Евгеньевич подошел и стал рядом.

– Как позировать? – усмехнулся краем губ, – позу супермена или Джеймса Бонда?

Не обращаю внимания на парня, глупость какая–то с его стороны. Дядя гей, он в этом осведомлен. Тогда что за нервно подрагивающий глаз косится в нашу сторону? Достал.

– Взлетаем, супермен? – хохочу весело хватая за руку Романа Евгеньевича и поднимаю из вверх, словно собираемся взлетать, – Сашка, не стой, как истукан, фотай.

В следующую секунду произошло кое что неожиданное: сильная рука оторвала меня от земли, и я повисла ногами в воздухе, а он поднял меня одной рукой, как пушинку.

– Взлетаем, – подтвердил с ухмылкой, повернувшись ко мне.

– Поставь её, супермен, кисть оторвёшь, – недовольно бросил Саша.

– Сфоткал хоть?

– Да сфоткал, выпендрежник, поставь её.

В следующую секунду мои ноги коснулись земли.

– Круто! – смеюсь до колик в животе, все–таки порция коньяка меня расслабила и теперь море по колено, – я бы попросила повторить, но боюсь, что ваш племянник нас неправильно поймет, – ладошками проезжают по широкой груди мужчины.

Он опускает взгляд на мои руки, затем переводит на Сашу и, улыбаясь, делает шаг назад.

– Нам пора, путь не близкий, а скоро стемнеет.

– Саш, а давай на пляж завтра сходим, твой дядя говорил, что там можно плавать безопасно. Как идея, мужчины? – вырываюсь вперёд и иду задом наперед, рассматривая дядю и племянника.

– Сходим, – соглашается Саша.

– Сходите, – одобряет Роман Евгеньевич. – Родителей возьмите тоже, им понравится…хотя уже завтра юбилей, так что вряд ли.

На пляж с Сашей мы бегали сами. И это понятно, родители были с головой заняты приготовлением к вечернему визиту гостей. А вот мы с раннего утра смотались в ближайший поселок за букетом цветов. И поздравили именинника, как только тот спустился к завтраку. Мы славно посидели в узком кругу. Дядя Рома презентовал брату картину известного модного художника. Мы же с Сашей купили совместно статую лошади. Михаил Евгеньевич был ярым почитателем этой красоты. Подарку был рад. А я была рада, что наши поиски не оказались напрасными. Ближе к трём дом начал гудеть, и это просто удивительно, когда за стенами комнаты жужжат голоса, словно в улье.

С платьем я определилась ещё дома. Марта уперто предлагала надеть черное обтягивающее платье по колено, волосы поднять в высокую прическу. Я же больше склонялась к тому, что хочу впрыгнуть в нежно–кремовое платье с пышной юбкой, а волосы завить крупными локонами и сколоть заколкой. И этот финальный образ я отвоевала с достоинством.

Теперь, после долгой работы над макияжем, я крутилась перед зеркалом и была рада тому, что видела в отражении. Откуда внутри какое–то волнение и дрожь в коленка? Видимо всё из–за того, что сейчас меня вновь будут представлять, как девушку Саши. А я уже точно уверена в том, что дальше дружбы наши отношения не уйдут. Не тот он человек, которому я буду морочить голову. Зачем? Он приятный парень, умный, добрый, а я не знаю, чего хочу. Марта меня ругала откровенно и долго. С раннего утра, а я вновь поджала губы и сказала, что первый раз у меня будет только с тем мужчиной, которого выберет моё сердце. Это окончательно и бесповоротно. Это мой выбор, который она должна уважать. За что люблю Марту, так это за то, что она умная и понятливая. Она согласилась с моими доводами, смирившись с тем, что я такая, какая есть. Другой не стану, да и не хочу. Возможно в моей голове много тараканов, но это мои тараканы, и дела до них никому не должно быть.

– Иду, Саш, – делаю последний мазок блеском по губам, сбрасываю косметику в сумку и выхожу из спальни, взяв небольшой клатч с собой.

– Ты выглядишь великолепно, – улыбнулся он и поцеловал в щёку, чтобы не размазать помаду и предложил схватить его под руку, чтоб выйти к гостям.

Мы вышли в сад и стали пробираться сквозь поток гостей, здороваясь с кучей новых людей. Сквозь толпу светских бесед и разговоров ни о чём, мы пробрались к его семье, чтобы ещё раз, официально поздравить его отца.

– Ланочка, моя дорогая, ты выглядишь сногсшибательно!

Его мама подошла ко мне, обняла, расцеловала в обе щёки.

Отец подтвердил, кивая и улыбаясь сыну:

– Красотку отхватил, одобряю!

За братом стоял Роман Евгеньевич, который окинул меня с ног до головы таким взглядом, что у меня кровь загоняла шустрее.

– Вау. Решили положить всех к своим ногам, Лана?

– Возможно, но это вышло непреднамеренно. Саш, принеси шампанского, – прошу парня, а сама иду к Роману Евгеньевичу ближе, рассматриваю его настолько откровенно, что это очевидно, – люблю мужчин в белой рубашке и черных брюках, вы тоже выглядите шикарно. Кстати, а ваш друг Альберт сегодня здесь?

– Нет, он же мой друг, а не друг моего брата, – просто улыбается, пожав плечами и глядя на меня.

А, ну да, как же я это я так забылась. Бесит вся эта ситуация, но я уже смирилась. Что же, буду только любоваться этим образцом. Что еще делать?

– Потанцуем?

– Со мной? – вскинул бровь. – Твой парень более подходящая кандидатура, не находишь? Сюда смотрят все гости его отца.

– У меня помолвка с Сашей? Или мы празднуем годовщину нашей свадьбы? Или я делаю что–то запретное перед десятками глаз? – удивленно забрасываю мужчину вопросами, ну право ж, что за глупости.

10 глава

– Перед десятками глаз ты собираешься танцевать с дядей парня в юбилей отца этого самого парня. Первый объявленный танец. Правда, находишь это хорошей идеей? – прищурился он, внимательно глядя на меня.

– Вы же не думаете, что я вас здесь домогаюсь? Это просто танец. И я не пошла вон к тому симпатичному мужчине, – указываю пальчиком в нужном направлении, – который уже двадцать минут не сводит с меня глаз. Вы же дядя, родственник.

– Упаси боже, – засмеялся откровенно, как будто услышал искромётную шутку. – Потанцуй с Сашей. После, если захочешь, танец с меня.

– Два, – смотрю в упор.

– Губа не треснет? – сверлит взглядом.

– Проверим? – подмигиваю ему и смываюсь с поля боя, потому что понимаю одно: он недоволен.

А во мне словно активировался дерзкий троль с голосом Марты: а ты его проверь. Черт, а мозг ведь работает только в этом направлении.

– Саш, спасибо, ты моя прелесть, – целую на радостях парня в щеку и забираю бокал с шампанским, – потанцуем?

Он обнимает меня за талию и утягивает на танцпол. Прижимает к себе, твёрдо ведя в танце.

– Ты хорошо проводишь время, красотка? – спросил, склонившись в мою шею, целуя.

–Ммм, да я в восторге, здесь просто шик. Саш, я не жалею, что сюда приехала, правда.

– Я рад это слышать, малышка. Правда. В какой–то момент я уже начал думать, что ты пожалела, что приехала.

– Знакомство с родителями не было таким ужасным, каким я его себе нафантазировала, – смеюсь весело и вжимаюсь в парня, который откровенно лапает меня за талию, – они у тебя славные, вот правда, правда.

– У меня крутые родители, – пожимает плечами парень. Он кружит меня в танце, норовя прижать, поцеловать и всячески пометить.

Вдруг вижу в толпе Романа Евгеньевича, он стоит с каким–то мужиком и весело смеется.

– Твой дядя весело время проводит, – хмыкаю я, а внутри буря назревает.

– Он редко скучает, – хмыкает. – Ты видела Альбертика? С таким поскучаешь?

– И давно они вместе? Или они не пара, а просто любовники?

Задаю вопросы, а язык словно деревянный. Это так неприятно.

– Они не вместе. Возможно, мутили в университете, но я не в курсе подробностей. Сама понимаешь... Он мой дядя, я был ребёнком, и я не разделяю его взгляды.

– Как твой отец отнёсся к этому?

– Мой отец прогрессивный современный человек. Он поддержал его сразу, хотя дядя долго скрывал. Ты не представляешь, как долго мать пыталась свести его с какой–нибудь хорошей девушкой. Все без толку. Он был предан своей «религии».

– Проехали, – перевожу тему на более приятное и позволяю Саше вести меня в танце.

Вечер оказался действительно необычным и запоминающимся. Мне даже выпала честь потанцевать с отцом Саши. Михаил Евгеньевич закружил меня в танце и забросал сотней вопросов. Шутил, балагурил, а я шутила в тон и просто кайфовала. А вот дяди Ромы нигде не было. Спрятался? Или его уволок куда–то очередной ухажёр? Фу. Только не это.

– Саш, я к себе, нужно в дамскую комнату, – шепнула на ухо парню, который собрался танцевать с мамой.

Мне нужна передышка, я хочу переобуться и просто спрятаться от излишнего внимания гостей. Бреду вглубь сада, чтобы войти в дом с черного входа. В дальней альтанке вижу одиноко стоящего мужчину. Роман Евгеньевич. Понимаю, что говорит по телефону. Мне бы пройти мимо, но чертёнок с вилами красноречиво тыкает мне под ребра. Он меня не видит и не слышит. Присаживаюсь на край лавочки, дожидаясь конца разговора.

– С вас два танца, дядя Рома, – поддеваю мужчину и смотрю ему в лицо с улыбкой.

– Ещё не натанцевалась? – удивлённо переспросил он.

– Вы меня избегаете? Почему? – поднимаюсь со своего места и приближаюсь к мужчине.

– Сколько бокалов ты выпила, девочка? Я разговаривал по телефону. Не больше, не меньше.

– Вас смущает, что я выпила или вам просто неприятно со мной общаться?

– Меня смущает то, что ты думаешь и за себя и за меня. И ты не ответила на вопрос.

– Три… это так важно?

– Любопытно просто. Спать направлялась?

Топиться. С горя. Потому что когда его вижу, внутри рыдаю. Да пофиг. Делаю шаг вперёд, влипаю в его грудь и стаю на носочки. Неловко приоткрытыми губами прикасаюсь к его губам. Ладошки вцепились ему в талию, и все ради того, чтобы я не рухнула вниз. Мои коленки дрожали так, что едва стояла на ногах.

Я не ожидала того, что произойдёт дальше. Я вообще не знала чего ожидать. А потом его губы обхватили мои, и властный язык проник в мой рот, и время остановилось.

Мне казалось, что я забыла, как дышать, когда он стал целовать меня.

А потом всё резко прекратилось.

– Тебе пора спать, – отрезал твердый мужской голос.

– Не прогоняй, – шепчу ему в губы и вообще не контролирую себя, потому что я не соображаю после его проникновенного поцелуя.

Он убирает мои руки со своего тела. Не грубо, но твёрдо. Настаивая на том, что это должно прекратиться.

– Спать, – повторил строго и бескомпромиссно.

– Я сейчас же уйду, если пообещаешь, что мы с тобой встретимся на следующей неделе и просто поговорим, – хватаюсь за последнюю соломинку, как утопающий за руку.

– О чём? – спрашивает без эмоций, прожигая взглядом.

– Это удивительно, но ты мне нравишься, и я не знаю, что мне делать с этим. Сейчас я понимаю, что для всех я девушка Саши, но это не так. Я говорила. Ром, я тебе нравлюсь?

– Иди спать, Лана.

– Ром, просто ответь на последний вопрос, и я уйду, обещаю, – я на себя не похожа, но, кажется, подозреваю, что он едва себя контролирует, он ведь целовал меня, не оттолкнул изначально!

– Этот некорректный вопрос, и ты не готова услышать ответ. Иди спать, я не хочу делать тебе больно. Ничего никогда не получится. Присмотрись к Саше.

– Ты ответил на мой поцелуй, или это была просто игра? – стою на своем.

Он изменился в лице, посмотрел строго и горько:

– Спокойной ночи, – бросил, резко развернувшись, сваливая, закончив разговор.

– Марта, он ответил на мой поцелуй, – на ходу бросаю в трубку подруге, убегая босяком в сторону пирса, вниз по тропинке. В груди на части рвется сердце, а из глаз брызгают слезы.

– Не таким уж и геем оказался? – жизнерадостно уточняет подруга, – расскажи все детали!

И я ей рассказываю о том, с каким упрямством он отсылал меня спать. О том, что не ответил на пожирающий теперь меня вопрос: нравилось я ему или просто чокнулась?

– Я не уверена в том, что он захочет со мной и дальше говорить. Это фиаско.

– Ты с ним целовалась! Это априори НЕ фиаско. Просто нельзя спугнуть его своим напором сейчас. Возьми себя в руки, и нам нужен новый план. Только его пока не беси, чтоб не сорвался с крючка, поняла?!

– Не дура, поняла, поэтому я хочу на следующей неделе с ним встретиться. Да, это глупо, но я просто обязана, понимаешь?

Смахиваю порцию горьких слез со щеки, и только сейчас понимаю, что буду выглядеть ужасно, если меня кто–то спалит. Нужно брать себя в руки. Срочно.

Утро оказалось не менее солнечным и освежающим. Пока весь дом спал, я выскользнула из дома и отправилась прогуляться к пирсу. Что я ожидала здесь увидеть? Его? Возможно. Но почему–то не уверена, что Роман захочет со мной говорить после вчерашнего. Хотя не теряю веры в то, что смогу с ним поговорить, но уже не здесь. Да и взрастила внутри себя плоды сомнения на счёт его ориентации. Что если это не вся правда, о которой мне столько раз жужжал Саша? В жизни все возможно.

Полдня из особняка разъезжались гости, я не шныряла под ногами, а просто валялась в комнате и листала в Инстаграмме ленту новостей. В дверь постучали. Я даже рот открыть не успела, как на пороге появился Саша. Вижу его уставшее лицо и улыбаюсь.

– Всех гостей провели?

Он входит в мою сторону комнату и закрывает дверь.

– Да, – голос уставший.

Подходит к кровати, садится на неё, я тоже присаживаюсь, насторожившись.

– Мне нужны обнимашки, – поворачивает лицо ко мне.

И прежде, чем я отвечу, кладёт руку на мою шею, впивается в мой рот болезненным поцелуем, а второй рукой скользит мне под маечку, сжимая грудь.

Заваливает меня на кровать, наваливается сверху, поцелуя не разрывает. Рука скользит по моему животу вниз, к тесемке шорт, и без спросу ныряет в трусики. Я задыхаюсь, когда его палец касается меня там, куда его не приглашали.

Ногой он пытается раздвинуть мои ноги. Я изначально оцепенела, но страх, сковавший тело, отступил. Я дернулась и попыталась лягнуть Сашку ногами. Черт, он тяжелый, и мои потуги похожи на комариный писк.

– Отпусти меня. Я не хочу и не буду с тобой! Не заставляй меня пожалеть о том, что я сюда приехала!

– Видел я, с кем ты хочешь. Нравятся мужики постарше? Мужики, которые любят мужиков? Я ничем его не хуже!

Он навалился сильнее, и рука в моих трусиках зашевелилась настойчивее.

– Тебе все понравится, лучше расслабься, – выдал хрипло прежде, чем снова присосаться как пиявка с поцелуем.

– Пусти, придурок! Не такой уж он и гей, если целовал меня до умопомрачения. Подозреваю, что ты много о дяде не знаешь! Либо же тебе выгодно, чтобы я его считала геем! – толкаю его руками от себя, удачно вмазав ему пощёчину.

Он смотрит на меня бешеным взглядом, а затем шипит:

– А что, геи не умеют целоваться? И когда молодая шлюшка вешается на шею, он должен сразу защищаться голубым щитом? Ответь мне: ты вменяемая?

Палец в трусах опять опасно скользит туда, куда его не приглашали.

– Я покажу тебе, что такое настоящий мужик!

– Я вменяемая! – визжу на ухо этой мрази, – не трогай меня, это изнасилование, так просто я тебе это с рук не спущу. Тебе мои братья голову отвертят, и папаша не поможет! – захожу с тяжёлой артиллерии.

– Да плевать мне. Я заставлю тебя любить себя, и ты будешь моей!

В этот момент слышу звук расстегивающейся ширинки.

– Пусти! Мне больно! – слёзы гуще брызгают из глаз, – не хочу и не буду!

Ладошками ударяю ему по ушам, как Тигран показывал, чтобы эффект неожиданности для нападающего был. Это на короткое мгновение рассредоточило громадного Сашку, а я не помню, как смогла вырваться из его цепкого захвата. Я думала, что не вырвусь из этой комнаты целой и невредимой.

Вылетаю из спальни и бегу по длинному коридору, куда глаза глядят. Только бы ни на кого не нарваться! Это такой позор. Мне кажется, что всё тело покрыто жирными синяками. Спрятаться, подальше, до тех пор, пока в доме не появятся его родители или Роман Евгеньевич.

Бегу, не обращая внимания на то, что толком не разбираю дорогу. Оборачиваюсь, понимаю, что не вижу за спиной погоню. Плевать на него. Я должна залечь на дно, только бы не видеть перекошенное лицо сдуревшего Сашки. Он вообще неадекватный. Его понять можно, но я ничего конкретного ему не обещала. Его трудности, что хотел большего. Толкаю первую попавшуюся дверь и захлопываю ее, запираю на замок и прижимаюсь к стене, беззвучно рыдая от нервного перенапряжения.

– Открой эту сраную дверь, иначе я вынесу её!

11 глава

Мое сердце замирает, когда слышу стук. Он ломится, активно и агрессивно, и если замок здесь слабый – мне конец. Судорожно вспоминаю уроки самообороны от братьев.

– Сашенька, ты чего шумишь и ломаешь дверь комнаты Романа Евгеньевича? – слышу голос экономки.

– Не ваше дело, уйдите, – рычит он на женщину.

– Сашенька! Да что ты такое говоришь!

– Зоя Павловна, есть ли кто из взрослых? Если да, то позовите. Сашка сошел с ума! – ору истерично, косясь на полу распахнутое балконное окно, если что, мне плевать, что голову сверну, сигая в кусты.

– Ого, – слышу, как выдохнула женщина. – Александр, уйди, пожалуйста. Не заставляй меня расстраивать твоего отца.

Слышу, как Саша громко выругался матом, а затем тяжелые шаги в сторону по коридору, а затем дверь спальни хлопнула.

– Открывай, девочка. Тебе ничего не угрожает. Как тебя в спальню Романа Евгеньевича занесло?

Что ей сказать? Правду? Я в растерянности. Но мой внешний вид ей скажет о многом. Да плевать. Трясущимися пальцами делаю поворот ключом и позволяю женщине войти в комнату. Смотрю на нее затравлено, обнимая себя руками. Я не знаю, что сказать. Я просто на эмоциях обнимаю ее и реву, как сумасшедшая.

– Пойдём со мной, – тут же обнимает она меня и уводит на кухню.

Там усаживает меня на кресло, протягивает стакан воды и говорит.

– Пей. Я поставлю чайник и заварю тебе ромашку. Я собираюсь готовить обед, это надолго, будь тут со мной. Я готова слушать, если ты захочешь поговорить. И мне жаль, что вы повздорили.

– Спасибо, я просто помолчу.

И я именно этим занята все то время, пока мы находимся на кухне. Несколько раз в дверном проеме я видела мелькавшего Сашку. Я уеду на такси сразу же, как только появятся на пороге дома его родители.

– У вас вкусные маффины, – отрываю глаза от кусочка десерта, который любезно подсунула мне женщина.

Дверь на кухню открылась, и вошёл Роман Евгеньевич.

– Как вкусно пахнет, – улыбнулся женщине у плиты, а затем его улыбка погасла, когда заприметил меня.

Кивнул молча и намылился на выход из кухни.

– Роман Евгеньевич, мне нужно с вами поговорить, – срываюсь с места и иду к нему.

Он поднимает взгляд, укоризненный и недовольный. Переводит его на экономку, которая с тревогой смотрит на меня.

Он молча показывает мне на выход и пропускает вперёд.

– Мы всё обговорили вчера, – отрезает сразу, как только выходим из кухни.

– Я о Саше, мы недавно сильно повздорили, и он вел себя некрасиво. Вы можете отвезти меня в город?

Его взгляд настораживается, затем суровеет. Он видит наливающийся синяк на моей руке.

– Его рук дело? – кивает туда, а во взгляде сталь.

Я не знаю, что именно сказать. Я растеряна.

– Я не помню, может, когда убегала, ударилась. Вы отвезете меня?

– Собирай вещи. До комнаты проводить?

– Буду благодарна, – бегу впереди, чтобы уж поскорее убраться из стен этого дома.

– Я не сильно вас отвлекаю от дел? – спрашиваю сразу же, как только распахнула дверь в свою спальню.

Черт, на кровати погром, телефон валяется на полу, там же и сумочка с косметикой. Мудак.

– Нет, – отвечает, окинув взглядом погром, и наклоняется, помогая мне собирать вещи. Поднимает косметику и рандомно бросает ее в косметичку, как вдруг замирает.

– Как это здесь оказалось?

Спрашивает голосом, который не предвещает ничего хорошего.

– Что именно,– не понимаю сути вопроса, поворачиваясь к мужчине и отрывая себя от сбрасывания вещей в сумку.

Он поворачивается, держа в руках какую–то флешку.

– Моя флешка с проектом дома. Как она здесь оказалась?

– Я откуда знаю?! В этой комнате я была не одна, а с твоим племянником! – я застываю на месте, пялясь на небольшую стильную черную флешку, которая лежит на огромной ладони Романа.

– Племяннику она не нужна, – протянул негромко и поднялся на ноги. – Зато многие уравнения вдруг решились. Кто тебя подослал? Отвечай честно, если хочешь решить вопрос мирно.

Это просто пиздец какой–то! Я не брала эту флешку! Да я вообще впервые попала в ту комнату, где он обитал. Да я даже не успела там все рассмотреть.

– Меня никто не подсылал, потому что мне делать больше нечего, чтобы воровством заниматься! Это наказуемо!

Меня сейчас разорвет от гнева. Это Сашка, это он и никто другой. Марзь мстительная. Решил окончательно меня втоптать в грязь?

Смотрит на меня, прожигая взглядом. Понимаю, что взвешивает что–то. Чувствую, что не в мою пользу.

– Я вызову тебе такси и надеюсь, что мы больше никогда не услышим друг о друге. Это в твоих интересах.

В его голосе лед и ни намёка на доброжелательность.

– Ром, просто поверь мне, пожалуйста, и не смотри так, словно ненавидишь меня! – бросаюсь к нему навстречу, плевав на то, что он может вышвырнуть меня взашей из этой комнаты, из этого дома и вообще из своей жизни. Не так все должно закончиться! Он теперь будет считать, что я малолетняя вертихвостка, которая липнет к нему по чем зря, а потом выясняется, что ценная вещь в моих руках. Да это глупо до банальности. На что рассчитывал Сашка, делая это западло? Разве так крадут материалы? Их максимум закачивают себе на флешку, а чужое не трогают. Он надеялся, что разразится скандал. О да! Тогда Саша форменный дебил. Хочу верить, что Роман не из этой когорты.

– Назови мне хоть одну причину, почему я должен тебе поверить.

– Саша вчера видел, как мы целовались, слышал, как я говорила о том, что не его девушка и все остальное. А сегодня он решил заявить свои права на меня, доказав, что он мужчина, а ты гей, которому пофиг на женщин. Но ведь он врет, правда же? Я же тебе нравлюсь?!

Смотрю ему в глаза с мольбой, я хочу услышать только то, что он мне верит и готов поговорить начистоту.

Он ничего не отвечает, достаёт телефон и что–то там клацает.

– Я заказал такси. У тебя сорок минут на сборы. Затем такси увезет тебя и твои подростковые фантазии в город. Прощай, – он разворачивается и оставляет меня одну.

Я не стала больше что–то доказывать, догонять. Я выпотрошена до последней капли. Уезжать. Да уезжать. Далеко. Надолго. Туда, где душа перестанет ныть от странного чувства, которое теперь больно раздирали внутренности.

Ещё в такси я в трубку плакала Марте. Выслушала тонну успокоительных слов, предложила побыстрее купить путевки на море и укатить в закат. Да хоть на все лето. И мы так сделали. К черту любовь. Это очень больно. Если это она была – первая влюбленность, которая накрыла внезапно, но не состоялась по воле судьбы, то к черту эти страдания.