Текст книги "Не зли новенькую, дракон! (СИ)"
Автор книги: Агата Лэйми
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)
Глава 38. Эван
– Вообще я на тебя обижен после того, как ты бросил меня в кабинете ректора! – фыркнул друг, демонстративно отвернувшись и подтянув поближе к себе пачку чипсов. – Я еле успел выпрыгнуть в окно до того, как он туда нагрянул и пытался найти вас.
– Значит он знает, что мы там были вдвоём, – потянулся к пачке сигарет, прищурившись и выглядывая в окно, выходящее на задний двор академии, наблюдая, как первые адепты тянутся на завтрак, а особо невезучие – на тренировку к Профессору Винтрайн. – И скорее всего примет очередные меры, – скривился, лениво затянувшись сигаретой.
Глаза болели после последних почти бессонных ночей, а вообще я себя чувствовал выжатым как лимон, если не хуже.
Адриан Кроули, наш драгоценный ректор, теперь его имя отзывалось в душе привкусом горечи и бессильной злобы. Он никогда не вызывал у меня доверия, а сейчас, после того как стёр мне память, рассказал Фэйт о споре, я хотел лишь одного – убрать его как можно дальше из своей жизни.
– Есть идеи как избавиться от барьера? – приоткрыв окно, устроился на подоконнике, выдохнув дым на улицу.
– Нет, да и если ректор понял, то это уже не имеет значения. Нужно найти защиту от его магии… или валить из академии, кто знает, что замышляют эти двое. Если они конечно в заговоре, но ни Вик, ни ректору верить нельзя. Чёрт, Вик! – Дастин всплеснул руками, застонав в ладони. – Мы же ей верили! А она оказалась кузиной этого… бр-р-р.
– И мы до сих пор не знаем, зачем она помогала Лиаму, но явно не из добрых побуждений, его план почти смертный приговор, и Виктория не могла это не заметить. Она слишком умная, – я затянулся, потянувшись рукой к смартфону, и, вяло покрутив его в пальцах, открыл страницу Фэйт в сети.
– Хотела занять его место? Лиам же сказал, она внебрачная дочь его дяди. А сам знаешь, как в некоторых семьях относятся к таким детям. Возможно, она хочет пробраться выше, но… зачем ей это? Если работа в академии должна давать Вик больше чем семья Лиама? – предположил Дастин, лениво потягивая чипсы из пачки.
Зачем? Действительно, зачем Виктории, личному секретарю ректора академии Аркан, человеку, обладающему реальным влиянием и доступом к сильным мира сего, копаться в грязных интригах полуопального семейства Штраннд?
– Работа в академии даёт власть, Дастин, – начал я хриплым, усталым от сигарет и бессонницы голосом, пока внутри всё зудело от назойливого желания написать Фэйт. – Но власть всегда при ком-то, при Кроули. Виктория умная, амбициозна, и помнишь хоть раз, как она завистливо смотрела на портреты основательней в кабинете Кроули? На редкие артефакты, реликвии фамильные, что пылились у него в кабинете? Она хочет власти, но, – я вздохнул, покрутив в руке сигарету и опустив взгляд к аватарке Фэйт, – думаю, она специально сделала так, чтобы Лиам вышел из игры и не мешался под её ногами. Но для чего? Штраннд почти потеряла своё состояние., – закончил я, чувствуя, как дым сигареты щекочет горло, не принося привычного успокоения. Мысли крутились как бешеные, пытаясь ухватить нить в этом клубке лжи и амбиций. – Зачем Вик связываться с тонущим кораблём? Это не складывается.
– Ладно, – качнул головой Дастин, повернувшись к экрану ноутбука. – Нам нужно найти что-то, что может обезопасить нас от влияния ректора. Всё что угодно, чтобы он не мог больше копаться в памяти, стирать её или воздействовать магически.
– Таких артефактов полно в особняке моих родителей, разной мощности, – за спиной неожиданно раздался голос Фэйт, рядом с которой замерла Аманда с безразличным выражением лица. И хорошо, что я сидел на подоконнике, иначе от этой картины точно бы вывалился за окно. – Скажи, пожалуйста, Рейн, остался ли кто-то из академии, с кем бы ты не переспал? – черные волосы собраны в те самые шишки, взгляд – острый, колючий, как всегда, но сейчас в нем горела… ревность? Злость? Что-то такое, отчего по коже пробежали мурашки, а в груди странно потеплело, несмотря на всю боль и вину.
Дастин фыркнул, отворачиваясь, но я чувствовал его взгляд боком. Воздух выжег легкие. Я почувствовал, как кончики ушей предательски краснеют от её взгляда, в котором я нутром чуял ревность. И раньше бы всё это ловко перевёл в шутку, запудрив её голову и переключив внимание на другое.
– Да, – я выдохнул под предательский смех Дастина, который забулькал на своём кресле, словно чайник, который забыли выключить, пробуждая во мне дикое, почти первобытное желание хорошенько ему врезать. – Барьер ректора! Ты не можешь быть здесь!
– Уход в тени его не сбрасывает, – сухо произнесла Фэйт.
Глава 39. Фэйт
– Что? – он дёрнулся, едва не выронив сигарету на пол, мигом спрыгнув подоконника.
– В каком смысле не спадает? То есть вы зря меня вчера подставили? – закашлялся уже Дастин, подпрыгнув на стуле и резко повернувшись к нам. – И какого чёрта она здесь делает? – он ткнул в сторону Аманды, которая всё это время молчала.
– Спасает задницу твоего похотливого друга, – произнесла резче чем хотелось. Эван резко выпрямился, бросив на меня взгляд, в котором смешались досада и что-то ещё, отчего внутри всё сжалось в тугой болезненный узел, взмывая в памяти картинки, как этими мускулистыми руками он ласкал меня, выбивая один стон за одним, и сколько ещё таких дур таяло от его ласк. – Виктория копает под тебя, Рейн, и это я узнала благодаря ей, – кивнула в сторону Аманды. – Как и то, что барьер ректора не снимается после ухода в тени.
Хотя я до сих пор не понимала, почему мы называли это « барьером», хотя его действие больше напоминало сигнализацию, будильник, тревогу, но никак не барьер.
Дастин замер, оторвавшись на секунду от экрана ноутбука, переводя любопытный взгляд между мной и Амандой на Эвана, который вмиг побелел и сделал шаг в мою сторону.
– Значит, он знает, что мы были в его кабинете. Знает, что мы знаем. И всё то время, когда были в тенях… – Рейн не сводил с меня глаз, и в его взгляде читался не страх, а жесткая решимость и что-то еще... что-то, отчего по моей коже побежали мурашки, а дыхание сперло. Притяжение. Глупое, неистребимое, физическое притяжение, которое не смогли убить гнев.
– Виктория рассказала ректору, что ты попросил изменить тебя на наставника Беннет, просила меня подслушать ваше свидание, и от неё я узнала, что не действует барьер, – выложила Аманда, скрестив руки на груди, хотя бы от её нахальной едкой ухмылки мне удалось избавиться. Но несмотря на все её слова и подсказки часть меня ожидала предательства от этой змеи в любой момент. Стормахрт слишком много знает, и где гарантия, что она не работает заодно с Викторией?
Нужно найти ещё один рычаг давления на Аманду, чтобы она не предала нас.
На миг в комнате воцарилось молчание, нарушаемое лишь хрустом чипсов во рту Дастина. Эван дёрнулся, желваки на лице напряглись.
– Но для чего это ей? – Рейн выдохнул, сжав руки в кулаки и разжав их в беспомощности, шагнув в мою сторону и обведя комнату потемневшим от гнева взглядом. – И почему я вообще должен тебе доверять?
– Спасаю твою очаровательную попку от чего-то, чего ты не знаешь, – Аманда сладко улыбнулась, шагнув вперёд и проведя рукой по груди. Вереск на плече громком и зло пискнул.
Её рука собственнически поползла вверх по груди Эвана, там, где бугрились мышцы под кожей, отдаваясь у меня в ушах громким гулом, смешиваясь с частыми ударами сердца.
Чёртова дрянь. И почему, почему мне всё ещё не всё равно?!
– Не трогай меня, – низко произнёс он, даже не повернув голову в сторону Стормхарт, сбросив её руку, смотря мне прямиком в глаза, будто бы ощущая всё то, что творится у меня в душе.
Он видел. Видел, как сжалось мое сердце, как кровь ударила в виски, как тени за моей спиной сгустились в угрожающие когтистые очертания, прежде чем успела их обуздать. Видел ревность. Ревность, которую я сама отрицала, но которая теперь рвалась наружу, обжигая изнутри.
– Эм, ребят? Пока вы меряетесь... гм... взглядами, я кое-что накопал, – Дастин постучал пальцем по экрану ноутбука. – Заклинание, что поставил ректор. Оно не просто на Эване. Он привязан к его магической ауре. Уход в тень его маскирует, но не сбрасывает. Но... – Дастин хищно ухмыльнулся. – Я нашел кое-что в старых архивах академии. Ритуал снятия самим. Очень старый, очень грязный. Требует крови обоих и... синхронизации магических потоков. Грубо говоря, вам нужно будет на пару минут стать практически одним существом. Магия к магии, тень к тени. – Он многозначительно посмотрел на нас. – Готовы ли вы к такому... близкому сотрудничеству?
– Что ты имеешь в виду? – язык предательски заплетался, а кровь прилила к щекам против воли под всё ещё бешеный стук сердца, который заглушал все остальные звуки.
И ты ведь знаешь прекрасно, Фэйт, что значит эта магия, ни одна магия никогда в древности не обходилась без ритуалов с кровью и сексом.
– То, что тебе и Эвану придётся стать и магически, и физически одним целым, – невинно моргнул Дастин.
Глава 40. Эван
Я был готов отправить Дастина сейчас к праотцам за его непроходимую тупость, глядя на то, как чёрные бездонные глаза Фэйт, в которых я не то что тонул, уже захлебнулся вовсю, угрожающе сузились, а левая рука едва заметно дёрнулась, словно собираясь придушить его, хотя это я сделал бы с удовольствием и сам.
Внутри всё взрывалось какими-то бесконечными вспышками эмоций, от которых словно выворачивало наизнанку: воспоминания о нашей с ней ночи, её горячем теле, что прижималось ко мне, о руках, блуждающих по спине, о ногах, что обвивали талию.
Она резко вздрогнула, отвела взгляд в сторону, словно даже смотреть на меня было выше её сил, противно до омерзения, отзываясь тупой болью в районе сердца.
Фэйт ненавидит меня, и это более чем заслуженно, тупой ты драконий придурок, но как же больно от одного осознание, будто бы сердце разрывали на куски.
– Нет. Найдём другой способ, а если его нет, значит придумаем свой, – холодно произнесла Фэйт, даже не глядя в мою сторону.
Иного ответа было глупо ждать, Рейн, ты ведь сам всё испортил? И неужели теперь думал, что ради снятия заклинания она радостно прыгнет к тебе в койку после всего, что ты натворил? Правда? А ведь так и думал где-то в глубине души.
Я видел, как Фэйт вздрогнула, как ее плечи напряглись под тонкой тканью платья, как она отвела взгляд не просто в сторону, а прочь от меня как от чего-то омерзительного, невыносимого. Этот жест, отказ даже смотреть, ударил больнее, чем ее тени в башне. Глупый, наивный ублюдок. Ты действительно надеялся, что после всей лжи и разбитого доверия Фэйт просто… согласится? Распахнет объятия для «магической синхронизации»? Ради чего? Ради тебя? Ты ей нужен как дыра в голове, Рейн. Ты сам загнал себя в эту яму.
Она – Фэйт Беннет, дочь самых могущественных теневых магов. Она не будет унижаться, не станет идти на вынужденную близость с тем, кто ее предал. Она найдет выход. Или проложит его силой. Как всегда.
– Идём, нам нельзя терять время, нужно отправиться к моим родителям. И ты, – она повернулась к Стормхарт, угрожающе сверкнув глазами, – идёшь с нами. И даже не вздумай начинать, что мы так не договаривались, я не дам тебе ни шанса, ни единого крошечного шанса предать нас. Магия телепорта пропустит только меня, поэтому придётся воспользоваться автомобилем.
И мне ничего не оставалось как последовать за ней, пока звук моих шагов отдавался в голове тупым эхом и болью, не видя ни единой возможности, как исправить общение с человеком, которому даже смотреть на меня противно.
– А мы разве можем взять и просто так уйти, если ректор знает, что ты и Эван рядом друг с другом? – Дастин встрял в разговор, нагнав Фэйт и ухватив её за локоть так, что внутри меня всё рвануло с новой силой от того чертового движения.
Он мог её коснуться. Невинный, почти обыденный жест, который мне был не доступен.
– Плевать. Пусть попробует остановить, если захочет, но тогда ему лично придётся объяснять моим родителям, почему их дочери нельзя приехать к ним. И поверь, Кроули этот разговор совсем не порадует, даже если он что-то и замышляет, он не самоубийца, чтобы переходить дорогу Абрахаму и Летиции Беннет, когда их дочь и большая часть средств вложены в академию.
Большой чёрный джип стоял возле академии, привлекая любопытные взгляды адептов. Шофёр казался полностью невозмутимым. Я почувствовал, как под ложечкой засосало от предстоящей встречи с её родителями, словно весь воздух вокруг резко стал горячее на несколько градусов, будто из осеннего двора академии Аркан меня переместили в саму печь.
Я не думал об этом знакомстве, но явно предпочёл бы быть не в качестве того, кто предал их дочь.
Но другого выхода не было. Кроули и Виктория были слишком опасны. И я бы прошел через ад, лишь бы Фэйт была в безопасности. Даже через ад презрения ее семьи.
– Мисс Беннет, – кивнул мужчина на переднем сидении, поспешно открывая перед ней дверь автомобиля. – Ваши родители уже ждут вас.
Глава 41. Фэйт
Скорость автомобиля успокаивала, и я пыталась принести хоть чуточку ясности в разорённые мысли после всего. Эти дни – череда безумных событий, которые выматывали изнутри, высасывая все соки, словно пиявка: Лиам, Перевёртыш, Эван, его обман и тот ритуал на крыше… А потом – ректор, Виктория и академия, где все плели против друг друга интриги.
И почему мне не всё равно?! И почему мне не всё равно, что Виктория замышляет что-то против Эвана, мне должно быть плевать. Плевать, даже если она захочет похоронить его во дворе академии.
Вот только не получалось, каждая частичка меня рвалась туда, к нему, на защиту, связавшись даже с этой… Взгляд непроизвольно упал на Аманду, сидевшую между нами словно ядовитая змея. Она изящно поправила серебристую прядь, и ее колено намеренно коснулось бедра Эвана, когда машина слегка вильнула. Он не отреагировал, продолжая смотреть в свое окно, но плечо напряглось под тонкой тканью рубашки. Я почувствовала, как ногти впиваются в ладонь. Зуд в пальцах разгорался, нестерпимое желание сжать воздух, заставить кровь в ее венах вскипеть, услышать крик от невыносимой боли. Заставить отодвинуться… Исчезнуть…
Это не поездка. Это пытка, проверка на выносливость и очередной контроль. Даже Дастину, устроившемуся возле двери, казалось, было не по себе. Напряжённость так и витала в воздухе.
Аманда. Я нахмурилась, сведя брови на переносице и рассеянно взглянув в окно на проносящиеся мимо нас пейзажи. Отчасти я была рада тому, что она успела втиснуться на сидение между мной и Эваном, потому что он явно намеревался занять место рядом со мной.
Вереск, притихший у меня на коленях, поднял мордочку. Его крошечные черные глазки уставились с тревожным вопросом. Он чувствовал бурю во мне, клокотание теней, которые так и норовили вырваться, обвить тонкую шею Аманды и...
Дыши, Фэйт, лучше сосредоточься на том, что ты будешь с ней делать в конечном итоге. Нужно что-то, что свяжет её с нами, что позволит действовать в наших интересах, даже если Виктория захочет её использовать ради своей выгоды. У родителей обязательно должно найтись что-нибудь, что поможет её контролировать. Даже если это будет против её воли…
– Через десять минут прибудем, мисс Беннет, – бросил Рудольф, поглядывая на нашу компанию в зеркало заднего вида.
И краем глаза, как бы я ни пыталась, как бы ни старалась не смотреть в его сторону, не обращать на присутствие Рейна внимание больше чем положено, но уловила, как он едва заметно дёрнулся при упоминании моих родителей.
Десять минут пролетели быстро. Рудольф плавно свернул с шоссе на ухоженную аллею, обрамленную вековыми дубами, чьи ветви сплетались над дорогой мрачным, почти готическим сводом. Особняк. Не просто резиденция, а твердыня. Огромное, высеченное из темного камня сооружение, больше напоминавшее замок с остроконечными башнями и узкими, как бойницы, окнами. Он возвышался в конце аллеи – подавляющий, холодный, неприступный. Фамильное гнездо Беннет.
– Фэйт… – голос Дастина, вышедшего последним, прозвучал непривычно тихо, почти благоговейно. Он озирался, как мышонок в логове совы. – Твои предки явно не страдали от недостатка... амбиций.
Я не ответила. Все мое внимание было приковано к дверям. В их темном пролете возникла фигура.
Отец. В облаке теней, что явно свидетельствовало о его плохом настроении, как и Арлек, который взмахивал крыльями на его плече. Увидев нас, он громко каркнул, так что мне показалось, звук отдаётся эхом среди стен особняка.
– В прошлой академии ты не слишком часто радовала нас своими визитами. А уж тем более с друзьями, – отец обвёл взглядом нашу компанию, остановив любопытный взгляд на Эване.
– Милый, ты так легко заблуждаешься, когда речь заходит о нашей тёмной кровиночке. – из-за его спины показалась мама, сверкнув своими кровавыми глазами и проведя ладонью по плечу отца, медленно обходя его по кругу и остановившись возле меня. – Ты ведь знаешь, что наша дочь никогда не приходит просто так. Особенно в такой интересной компании…
– Мистер Кроули стёр память одному из… Ему, – его имя словно обожгло язык. Я не смогла его выговорить. Не здесь. Не перед ними. Не когда Эван стоял в трех шагах, бледный, напряженный до предела. Я видела, как он сглотнул, как его челюсть напряглась под кожей. Он чувствовал себя чужим, диким зверем в клетке, и часть меня, та самая предательская часть рвалась его защитить. Защитить от моих же родителей.
Мама уловила запинку мгновенно. Её красные губы растянулись в едва заметной, настолько понимающей улыбке, что мне стало не по себе от их стремления меня защитить, потому что, если правда вскроется, Эвану сначала вскипятят кровь, а потом задушат тенями, или всё сразу.
Глава 42.. Эван
Ему. Мне. Она не назвала мое имя. Не выдала меня своим родителям как предателя. Почему? Жалость? Расчет? Или… та самая ниточка, что еще не порвалась окончательно? Сердце рвануло в бешеной скачке, ударяя по ребрам так, что, казалось, его эхо разнесется по всему мраморному холлу. Я поднял взгляд не на родителей, нет. На нее. На ее профиль. На тонкую линию сжатых губ. На ресницы, отбрасывающие тени на щеки. Боже, как я хочу прикоснуться…
– Адриан никогда ничего не делает просто так, – произнёс Абрахам Беннет, а ворон на его плече каркнул словно в подтверждение слов мужчины.
– О, милый, не забывай, что он всегда был слишком самоуверен, – её мать, Летиция, которая всё это время сверлила меня таким взглядом, будто бы уже знала, что между нами было. И от взгляда её алых глаз было не по себе. Даже слишком не по себе.
– И даже если так, то у него должна быть причина, Летиция, но об этом лучше поговорить не здесь, а в доме. А заодно и познакомиться ближе с твоими друзьями, – жестом мистер Беннет пригласил нас в особняк.
И она не бросила ни единого взгляда в мою сторону, медленно, с гордо поднятой головой следуя за родителями. Вот только внутри всё кричало, каждая клеточка моего тела чувствовало её напряжение словно своё собственное, как Фэйт отчаянно пытается сделать вид, что ей всё равно.
О, боги, Рейн, тебя правда сейчас волнует только это? Когда выяснится вся правда, её родители превратят тебя в теневую лужу, и глазом не моргнув.
Потому что где она и где я? И даже в другой ситуации, не поведи себя как последний урод с этим спором, между нами была бы большая пропасть из влияния семьи.
Теневые драконы редкие, мощные и, пожалуй, одни из самых сильных драконов. Мой отец отказался от навязанного ему брака, который мог укрепить влияние семьи, и женился на моей матери, почти что пятне позора в её семье, ведь её кровь дракона так и не пробудилась. Чем он и заслужил то, что остальная родня отказалась от него, официально изгнав и разорвав все связи.
Моя сила, моя чешуя, мои крылья – все это было моим, а не наследием великого рода. Я был силен, но одинок. Неприкаян. Без имени, которое что-то значило в их мире. В ее мире.
И в академию Аркан меня приняли лишь потому, что дракон теневой, от таких нельзя отмахнуться. Они слишком редкие, слишком сильные. Слишком всё.
– Кажется, ты использовала один из артефактов, что я тебе подарила, – как бы между делом бросила миссис Беннет, едва мы вошли в огромную гостиную и, на удивление, даже не чёрную, а весьма уютную и обустроенную в белых тонах, за исключением тёмной мебели.
– Да, он очень пригодился, мама, – бросила Фэйт, устроившись на одном из тёмных бархатистых кресел в гостиной. Я бросил беглый взгляд на Дастина, прежде чем опуститься рядом с ним на диван, устроившись так, чтобы Аманда не могла ко мне подсесть.
Стормхарт взглянула на меня со смесью обиды и привычной надменности, но я уже смотрел мимо. Мимо Дастина, нервно теребящего подол рубашки, мимо Аманды. На нее. На это болезненное расстояние, что Фэйт выбрала специально, устроившись на одном из кресел, лишь бы не быть рядом со мной, не дав ни одного шанса приблизиться.
– А теперь вернёмся к Адриану, – произнёс мистер Беннет под саркастический смешок жены, который он проигнорировал, даже не удостоив вниманием. – Я знаю его очень давно, и он заслужил определённое доверие в нашей семье.
– Конечно, ведь именно поэтому ты и отправил меня в академию «Аркан», чтобы твой протеже мог «обеспечить мою безопасность»? – Фэйт сверкнула глазами, полными ярости, которая в этот раз была направлена на её отца.
Она почти искрилась от гнева, что преисполнял её изнутри, хотя внешне, кроме глаз, что светились яростью, оставалась невозмутимой.
– Безопасность понятие относительное, дочь моя, – Абрахам откинулся в своем кресле. – Но Адриан... да, он был полезен, надежен. До сих пор. – его взгляд, тяжелый и оценивающий, скользнул по мне. Я почувствовал, как чешуя под кожей спины напряглась в ответ на скрытую угрозу. – Стереть память ученику... Это не его стиль. Не без веской причины. Что ты на самом деле скрываешь, Фэйт? И кто этот... теневой дракон, чье присутствие заставляет твою магию бурлить как штормовое море? – его пальцы постучали по подлокотнику.
Кажется, я попал.
