Текст книги "Учебка. Курсант Агапи (СИ)"

Автор книги: Агаша Колч

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)

Глава 13

Время суток на планете чоттов и Океане разнилось кардинально. Но сейчас это мне было на руку. Хлопотный день, бессонная новогодняя ночь, спасение Филиппа и нечаянная встреча с заговорщиками – всё это было тяжело физически и эмоционально. Наверное, поэтому я приняла безумное решение сыграть роль приманки. Страшно-то как! Но надо поспать. Не зря же говорят, что утро вечера мудренее. Вот только сниму этот узаконенный местной модой пыточный аппарат, который они по недоразумению платьем называют, и сразу лягу. Узел шнуровки был затянут добросовестной Дори надёжно. Чтобы с нарядом дамы конфуза не вышло, горничные изобрели крепкий узел. Это вам не бантик, который дернул за верёвочку – платьишко и свалилось. Словарь ругательств у меня бедный. Когда я уже по третьему кругу в различных вариантах поминала рогато-хвостатую братию подданных дьявола, в дверь кто-то тихо постучал и так же тихо спросил:

– Агапи, ты спишь?

– Как хорошо, что ты зашёл! – ответила я, открывая дверь. – Сними с меня платье поскорее!

Я повернулась к Инку спиной и ждала, что он начнёт распутывать шнуровку, но тот так и замер на пороге.

– Ты чего? – повернулась я к стражу.

– Это так неожиданно… И я думал, что ты на меня обиделась. Уверена, что хочешь этого? – впервые в голосе архимага я услышала необъяснимое сомнение и робость.

– В данную минуту больше всего на свете!

– А вдруг завтра пожалеешь и возненавидишь меня?

– До завтра, скорее всего, не доживу, если не сниму это дурацкое платье. Я устала, хочу спать, а в нем даже дышать трудно. Наверное, у меня уже кислородное голодание началось, – я опять повернулась к другу спиной. – Развяжи шнуровку, пожалуйста!

– Так ты в этом смысле… – на грани слышимости пробормотал Инк и продолжил в своей привычной манере, развязывая тугой узел: – Единственное, что может тебя оправдать, это кислородное голодание. Иначе я не понимаю мотива твоего решения.

– Сама не понимаю, – грустно призналась я, наконец-то вздохнув полной грудью. – Спасибо, что спас. Пойду спать.

И, уже сделав шаг к кровати, повернулась к закрытой двери, придерживая распущенный корсаж, чтобы спросить:

– А ты что хотел?

– Не будешь против, если я приму ванну?

– Сколько хочешь. Только не заплывай за буйки!

– Что?

Но я уже нырнула под одеяло в сон, оставив на берегу реальности надоевшее платье и все тревоги о завтрашнем дне.

Тщательно спрятанная в иллюзию образа княгини, сидела я в дальней беседке дворцового парка и смотрела в лежащую на коленях книгу, в которую вцепилась до побелевших косточек на пальцах, чтобы дрожь рук не очень была заметна. За полчаса не было прочитано ни строчки. Буквы расплывались и не складывались в слова. Время от времени, отрываясь от «чтения», осматривала сад, смотрела на голубеющие вдали горы, переводила дыхание, пытаясь успокоиться.

Суетливым утром времени для переживаний и страха не было. Платье, причёска, наложение иллюзии, бесцельные прогулки по дворцу, обед, с которого я ушла в самом начале, прикрыв рот и нос платочком. Везде меня сопровождала неприметная фрейлина в сером платье без украшений, с гладко зачёсанными волосами, спрятанными под кружевной накидкой в цвет платья. На вечернем совещании после моего ухода решили, что фрейлинами рисковать не стоит. Поэтому одна внезапно заболела, а вторую заменил Инк.

– Компаньонок никто не замечает, поэтому проверять не станут, – начал горячо отстаивать своё место рядом со мной тайный страж, когда я высказала сомнение, ссылаясь на его вчерашний аргумент.

В кустах за беседкой что-то зашуршало, но Инк не проявил беспокойства.

– Фламы, – чуть слышно информировала «фрейлина» мужским голосом, подняв глаза от вязания, которым скрашивала времяпровождение.

Всё утро «княгиня» была молчалива. Голос не внешность – иллюзию не набросишь. Поэтому я и выскочила из-за стола, имитируя тошноту, чтобы не поддерживать принятую за столом беседу «ни о чём». За мной, исполняя свой долг, поспешила «фрейлина».

«Вернулась!» – боднула меня головой трехцветка.

«Узнала меня, кися?» – погладила фламу по голове и почесала за ушком.

«В тумане прячешься, но вижу, – удобнее устраиваясь под рукой, ответила кошка. – Страха много».

«Боюсь, – согласилась я. – Можно тебя на руки взять?»

Кися сама запрыгнула на колени, а когда я нежно прижала к себе тёплое тельце, замурчала. Вслушиваясь в мелодичное громкое мурлыкание, чувствовала, что с каждой секундой мне становилось легче. Отпускали спазмы страха, которые мешали дышать, двигаться, думать. Недаром на Земле бытует мнение, что кошки полезны для здоровья и продлевают жизнь.

«Как устроились твои детки?»

«Полосатого и пятнистую взяла Бити, черный и рыжий у той, что деток носит. Им хорошо. Никто не обижает. У наших еще несколько выводков есть».

«Вожак Мрумрау как поживает?»

«Хотел зайти к тебе».

– Тихо! – прошипел чуткий Инк. – Княгиня не менталистка, а вас могут услышать.

Отпустив фламу с рук, я вновь вцепилась в книгу, ожидая нападения. По мелким камешкам дорожки, приближаясь, шуршали осторожные шаги, но идущих видно не было.

– Мороком прикрылись, – объяснил страж, позвякивая спицами. – Смотри внимательнее.

Посмотрела и даже увидела. Три почти прозрачных, но поблёскивающих в солнечных лучах фигуры крались к беседке.

– Слонопотамы, а не диверсанты, – проворчала я, осознавая, что страх исчез.

Закрыла книгу, прикинула её вес и задумалась, кто из троих Соток, чтобы при нападении именно ему тяжёлым переплётом по морде съездить.

Подойдя вплотную, мэтры разом сняли маскировку.

– Тёплого дня, леди! – слегка поклонился яркий полноватый мужчина, в котором по голосу опознала Вонара.

Хотя узнать его можно было, даже если бы он молчал. Малиновая мантия, расшитая по подолу дивными птицами, клюющими ягоды между пышных цветов, была надета на сорочку, обильно украшенную тонким кружевом, выпадающим из ворота и широких рукавов. Объемный синий берет украшал плюмаж белоснежных перьев и сверкающая брошь размером с мою ладонь.

– Чего расселась, тильса! – проявил себя для опознания Исохс, видя, что я никак не реагирую на их появление. – Встала и пошла, куда скажем.

Грубиян напоминал плохо отёсанное бревно. От крючковатого носа до подбородка пролегли глубокие носогубные складки, подчёркивающие низко опущенные углы тонких губ. Под нависающими густыми, лохматыми, как сухие клочья мха, бровями желтели глаза стервятника.

– Миледи, будьте разумны, и никто не пострадает, – равнодушно порекомендовал третий. – Мы – Совет Мудрейших, и вы обязаны нам подчиняться.

Соток – «серый кардинал» мира Океан. Высок, сутул, с нездоровым цветом тонкой кожи на лице и руках. Взгляд прячется под круглыми стёклами затемнённых до черноты очков. Из-под расшитой рунами шапочки, не скрывая больших оттопыренных ушей, висят космы сальных волос. И пальцы! Длинные узловатые пальцы с горбатыми ногтями находились в постоянном движении. Казалось, что маг беспрерывно вяжет узлы на бесконечной верёвке.

Выглядели они комично, но внешность скрывала мерзких злодеев, готовых ради ярких тряпок и собственных честолюбивых планов уничтожить планету со всеми обитателями.

– Что вам угодно, мэтры? – шёпотом, чтобы не опознали по голосу, спросила я, поднимаясь с лавочки.

Краем глаза я заметила, как «фрейлина» сначала съёжилась, а потом и вовсе растворилась в воздухе, оставив вместо себя кучку серого тряпья. Но «подлейшим» было не до неё. Исохс уже шагнул на широкую ступеньку лестницы, готовый подняться и схватить «княгиню». Старательно изображая испуг, сделала шаг назад и прикрыла одной рукой иллюзорный живот – классический жест всех беременных, инстинктивно защищающих ожидаемое дитя.

Дальнейшие действия длились не более минуты, но эта минута для мира Океан была значительнее иных оборотов. На широкие каменные перила, огораживающие площадку беседки, быстрой тенью запрыгнул вождь замковых фламов.

«Ведьма, тебе угрожают?»

«Да, но ты не тревожься», – машинально ответила ему.

Соток подобрался и вдруг завопил:

– Она менталит! Это не княгиня! Это Агпи! Убить её! – и вскинул руку в мою сторону.

На кончиках пальцев чёрной звездой мерцало заклятие. Магическая искра с ладони и кот с балюстрады сорвались одновременно. Они пересеклись в траектории своих последних полётов, ослепив всех яркой вспышкой, оглушив хлопком и осыпав прахом, оставшимся от храброго зверька. И в то же мгновение на остолбеневших от неожиданности мэтров опустилась любимая ловчая сеть архимага, лишая возможности продолжать злодеяния.

«Ну почему не секундой раньше?!» – горько вздохнула я, подставляя ладони под чёрные снежинки, которые кружили в воздухе по велению легкого ветерка.

Я думала, что после задержания мэтров в саду начнётся суета, но нет. Из засады появились шесть или семь бойцов тайной стражи и принялись споро снимать с преступников все вещи, мало-мальски напоминающие артефакты, накопители и прочие магические гаджеты, складывая в переносные нейтрализаторы. После обыска упаковали каждого в отдельный транспортный саркофаг и замерли в ожидании дальнейших приказов.

Инк, следивший за ходом операции, медлил с открытием портала и переходом в Межгалактический Совет. Он задумчиво прогуливался на дорожке, жуя сорванную травинку, время от времени доставая кристалл переноса, а потом вновь пряча его в карман.

– Что тебя мучает? – спросила я друга, когда он подошел к беседке.

– Скажи, туристка, как могут узнавать браконьеры о секретной операции по их поимке раньше тех, кто готовит захват?

– Вариантов может быть много, но обычно рабочий самый простой – «крот».

– Крот? При чём тут маленький подземный зверёк, обитающий на Земле?

– В наших службах «кротами» называют засекреченных агентов или предателей.

– Я тоже так думаю, – отрешённо укусил травинку страж.

– Ты поэтому не отправляешь злодеев? – кивок головой.

– Хочешь захватить агрессоров самостоятельно? – еще один кивок.

– У тебя хватит ресурсов для такой операции? – изумлённый взгляд и мой привычный ответ: – Долго живу, много читаю, память хорошая.

– Слышал уже! – отмахнулся Инк. – Но твой вопрос правильный. В моем личном подчинении небольшой отряд. Призывать другие – это согласование и огласка.

Страж посмотрел на дворец:

– Интересно, у князя есть надёжные подвалы, чтобы на время сгрузить саркофаги? Пойду узнаю. Ты со мной?

– Нет. Мне ещё с кисей поговорить надо, – вздохнула я о погибшем коте.

– Да, жаль флама, – посочувствовал страж.

– Соток целился в меня, а он прыгнул, – рассматривая черные точки на ладони, сказала я.

– Туристка, ты не думай, что я бесчувственный и мне всё равно. Но сейчас задача номер один – спасти Океан, чтобы здесь могли жить и фламы, и океанцы, и твоя обожаемая Френки.

– Постой! Сними с меня иллюзию, – попросила я.

– Да снял уже. Не мог на тебя в личине княгини смотреть.

Утешать, говоря пустые, ничего не значащие слова, тому, кто потерял любимого, по-моему, глупо и бесполезно. Но я старалась что-то придумать. Потому что молчать в такой ситуации выше сил. Когда кошка села рядом, я, чтобы скрыть неловкость, повторила то, что сказала Инку:

– Колдун целился в меня, а он прыгнул.

– Наш вожак был смелым и сильным, – с гордостью подтвердила кися.

– Прости. Мне очень жаль его.

– Жалеют только больных и старых. Вожаком будем гордиться. Мы расплатились с тобой, ведьма.

Кошка ушла так же незаметно, как и пришла. Как часто мы ждем от других таких же эмоций и переживаний, какие испытываем сами, но даже на Земле на одно событие окружающие меня люди реагировали по-разному. А здесь другой мир, другой вид. Ну, не получилось оплакать Мрумрау, обнявшись с его самочкой, значит, надо утереть слёзы и жить дальше.

Прихватив так и не прочитанную книгу, пошла к дворцу, размышляя о превратностях судьбы. Не заметь я кисю под террасой, быть бы мне сегодня прахом, развеянным по княжескому саду. А так еще поживем. Но для того, чтобы жить, необходимо есть. Волнения улеглись, голод проснулся. Да и от кухонного крыла такие ароматы плывут, что голова кружится. Заодно и с Ашем поздороваюсь.

«Мышь, ты собираешься своего обжору забирать или навечно сослала ко мне на Остров?» – прозвучало в сознании.

«Бегу!» – радостно отозвалась я.

«Прихвати еды для кота. Что-нибудь легкое и жидкое. Он очень голодный», – порекомендовала Френки.

На чёрное крыльцо кухни забежала едва дыша. Не предназначены платья океанских модниц для занятий спортом.

– Господин Аш! – крикнула в недра кухни, едва переведя дыхание.

– Кто тут шумит и мешает работать? – грозно выдвинулся приятель, но, увидев меня, сменил тон и расплылся в радостной улыбке: – Леди, которая не леди! Не забыла старика?

– Всегда помню. Особенно в тех местах, где плохо кормят, – поцеловала повара в румяную щёку.

– Пойдём, хорошо накормлю! – гостеприимный жест в сторону кухни.

– Не сейчас, хоть и умираю с голоду. Скажите, у вас найдется небольшой кувшинчик теплого бульона? Рыбного или из птицы.

– Как не быть! Колдовать будешь? – традиционно пошутил муж Дори.

– Основа для приворотного зелья нужна. И стакан воды – пить очень хочется.

Пока я пила воду, мне собрали корзинку со снедью. Судя по тяжести, там был не только кувшинчик бульона для Филиппа, но и три корочки хлеба для меня.

Стоя на крыльце, готова была перекинуть кольцо, чтобы поскорее потискать живого и здорового Филиппа, но меня окликнул Инк, возвращающийся в сад:

– Бабушку навестить собралась? – явный намёк на корзинку, прикрытую салфеткой, в моих руках.

– Френки разрешила на Остов прийти.

– Подожди, я с тобой!

Короткие переговоры через кристалл связи с бойцами отряда о том, куда и как переправить саркофаги, и вот он уже забирает у меня корзинку, берет под локоть и командует:

– Поехали!

Гагарин, блин!

На Острове нас оглушили чайки, которые с пронзительными истеричными воплями кружились над скалами. Хорошо, что с Френки ментально общаемся, а то пришлось бы перекрикивать гвалт возбужденных птиц, пытаясь услышать друг друга.

«Что происходит? Они взбесились?»

«Филипп на них охотится. Мышь, ты плохо воспитала кота!»

«Нормальный кот, со здоровыми инстинктами хищника, – проворчала я. – Подскажи, в какой стороне его искать».

«Не надо искать. Просто позови ментально».

«Фильку ментально?!»

«Меня звать бесполезно, я за тобой бегать не буду. Зови! Заодно проверю, как связь работает».

«Филипп? Кошанька мой любимый, ты где? – мысленно потянулась к питомцу. – Кис-кис, я тебе поесть принесла!»

Архимаг хоть и прислушивался к нашему с Древом общению, но не вмешивался. После моего призыва стал озираться, надеясь первым увидеть моего любимца. Я тоже крутилась во все стороны, выискивая взглядом чёрного зверька. Но момент, когда он очутился у моих ног, пропустила.

– Радость моя пушистая! – подхватила на руки худенькое тельце. – Как же я скучала по тебе!

«Ты меня бросила!» – получив ментальное послание, я едва удержала кота на руках.

– Филипп, это ты… эээ… сказал?

Но кот обиженно отвернул мордочку в сторону и сделал вид, что он не причастен к происходящему.

«Нравится?» – с ноткой гордости спросила Френки.

«Еще не поняла», – растерянно ответила я, пытаясь заглянуть в глаза обиженного кота.

«Не успела перестроить дыхательно-речевой аппарат, чтобы он мог голосом разговаривать. А ментал – это просто. У меня остался твой биоматериал, я его использовала при восстановлении и усовершенствовании предоставленного образца. Теперь у вас генетической схожести больше, чем разницы».

«Френки, это невозможно! Я не очень разбираюсь в биологии, но твой опыт противоречит всем законам природы!»

«По законам твоей природы этот обидчивый нахал еще прошлой ночью мог быть сброшен в провал. Для утилизации, – обиженно ответила подруга. – А до этого ты туда же должна была отправиться. Следом за камнем, что сюда притащила».

«Френки, милая, прости меня. Ты же знаешь, как я в тебя верю. Просто твои исследования выше моего понимания! Даже в учебке целитель, рассмотрев мою ауру, сказал, что он такого уникального плетения энергопотоков не видел и очевидно, что со мной работал талантливейший биомаг».

«Это он еще не все смог увидеть», – поддалась Френки на лесть.

«Какие еще сюрпризы меня ждут?» – гладя кота по спинке, спросила я экспериментатора.

«Он может протекать сквозь пространство на небольшие расстояния».

Я поняла, что лучше мне сесть. Так вот как кот незамеченным очутился рядом со мной!

«Ну, не пропадать же такой ценности, как слюна Звездного Кота!»

– … – вслух и по-русски высказал свое мнение архимаг.

«Ты покормить меня хотела, а разговорами сыт не будешь», – вывернулся из рук Филипп, подошел к корзинке и сунул под салфетку любопытную мордочку.

– … – процитировала я Инка.

Мы расположились на берегу небольшой заводи, подальше от шума небольшого водопада, в котором я отмывалась после моей чудесной реанимации. На расстеленной салфетке сервировали поздний ужин из продуктов, аккуратно сложенных заботливым Ашем в корзинку, помимо кувшинчика с бульоном. Вокруг Древа клубился плотный туман, под покровом которого подруга воплощала невероятные задумки по реконструкции Филиппа. Разумная попросила задержаться на Острове:

«Будешь тестировать дикцию зверушки».

«Это если я с ней захочу разговаривать», – умываясь после еды, вклинился в наш разговор всё еще обиженный кот.

Время в ожидании результата эксперимента тянулось медленно. Страж был молчалив, задумчив и нехотя жевал то, что я подвигала поближе к нему.

– О чем задумались, ваше высочество?

Но рес Плой даже не заметил, что я обратилась к нему по титулу.

– Знаешь, что удивительно? За столько оборотов службы я так и не обзавёлся надёжными друзьями, к которым мог бы без оглядки обратиться в такой сложной ситуации, как сейчас.

– А отец?

– Отец и братья помогут без колебаний. Но чтобы проложить портал из нашего мира на Океан для переброса десяти десятков воинов, придётся потратить почти весь запас кристаллических накопителей государства. Восстановить который удастся не скоро. Пользоваться стационарными порталами, которые есть почти на всех развитых планетах, нельзя. Обойти мир, где расположен штаб Межгалактического Союза, нельзя. А перемещение такого количества военных создаст ненужный ажиотаж и вопросы: кто? куда? зачем? И наша операция перестанет быть тайной, – Инк машинально откусил булочку и стал жевать, невесело глядя на воду.

– Собственно, я о Рактии спрашивала. Уверена, что он не связан с браконьерами, вы с ним друзья, у него есть финансовый интерес в сохранности планет. А еще у драконов свои стационарные порталы. Ближайший в Порту.

Архимаг оторвался от бездумного созерцания качающихся белыми лодочками на тёмной воде пёрышек чаек и уставился на меня.

– Рациональное зерно в твоих рассуждениях есть, но у драконов нет армии, а значит, тренированных бойцов.

– Зато у них есть служба охраны банков. Их что, меньше гоняют на занятиях, чем армейцев, или они не умеют задерживать злоумышленников?

Инк вскочил на ноги и принялся мерить каменистый берег нервными шагами. Время от времени он поглядывал в сторону тумана.

– Не знаешь, скоро она закончит?

– Ты куда заторопился?

– Хочу с Рактием переговорить. Надо в Порт срочно.

Брачный браслет дракона, который он мне оставил в качестве маяка и средства срочной связи, предусмотрительно выуженный из кисета, я крутила на пальце. Так и знала, что пригодится. Дотронулась до руны активации и позвала:

– Отец!

Глава 14

Сначала пришлось выслушать упреки папеньки в том, что я бессовестно его забыла и только благодаря Тес'шасу, который регулярно информирует его о моих делах, он не бросился на мои поиски, а может заниматься текущими делами. Отдать браслет Инку, согласными кивками одобряющему воспитательный процесс, смогла только после того, как клятвенно пообещала родителю раз в декаду связываться и докладывать о состоянии здоровья и текущих дел. Сидя на прибрежном камне, болтая босыми ногами в теплой воде ручья, размышляла о том, что хоть и течёт во мне кровь Рактия, но душой больше прикипела к его отцу.

«Мышь, иди поговори со своим котом», – отвлекла Френки от раздумий о перипетиях родственных связей и отношений.

Филипп, что-то недовольно бурча себе в усы и регулярно сплёвывая шерстинки, попадавшие в пасть, приводил в порядок изрядно поредевшую шубку.

– Привет, лапушка!

– Виделись. Тьфу ты, гадость какая!

– Не замечала раньше, чтобы ты шерсть сплёвывал.

– Раньше не замечал, что она к языку прилипает. Тьфу, тьфу… Бе-е-е…

– Обязательно куплю для тебя специальный гребешок и буду вычёсывать два раза в день. Утром и вечером.

– Не хочу! Тьфу… Это больно! Тьфу… пакость!

– Может попросить Френки сделать из тебя сфинкса?

– Нет!!! Лучше гребень, чем голым ходить, – не эксгибиционист я. Тьфу, тьфу…

Присела. Мой кот обрёл приятный для слуха голос, без характерных мурчащих звуков. Но он говорит неожиданные слова, которые шокируют.

«Дикция в норме? Править ничего не надо?» – уточнила Френки.

«С произношением всё нормально. Но где он таких слов нахватался?»

«Я ему твой словарный запас слила».

«Прикольно…»

«Дамы, прошу прощения, что вмешиваюсь, но мне бы с Древом пообщаться, – протянул мне драконий браслет неслышно подошедший Инк. – Пресветлая Праматерь мира Океан, помоги мне спасти твой народ, планету и тебя самою!»

«Мышь, что с ним?» – удивилась такой тираде подруга.

«Почтение выражает», – хихикнула я.

«Тогда ладно. Подумала, переутомился и заговариваться начал».

Слушать чужие ментальные переговоры мне неприятно физически, да и к беседе не приглашали, поэтому, подхватив кота на руки, я пошла к заводи, где ветерок трепал углы салфетки с остатками пикника. Налив еще немного бульона Филиппу, запаслась булочкой и стала бросать крошки в тёмную воду. Ни разу на Острове не видела полной темноты. Даже сейчас, глубокой ночью, свет звёзд и мерцание океана позволяли видеть круги, расходящиеся от хлебных кусочков. Они дрейфовали вперемешку с пёрышками, и не было желающих полакомиться нежданным угощением.

– Здесь рыбы нет! – процитировал Филипп популярную фразу из «Ералаша».

– Скорее всего, ты прав. В ручье вода пресная, морская живность вряд ли прижилась. Разве что Френки помагичила.

Как подтверждение моих слов, несколько темных блестящих спин с круглыми плавниками показались из воды, и жадные рты принялись заглатывать размокший хлеб.

– Ноги убери из воды. Вдруг они не хлебом единым сыты бывают, – заботливо посоветовал котейка.

– Туристка, кот, собирайтесь! Нам срочно надо в Порт, – на бегу информировал взволнованный Инк. – Твоя подруга согласилась не проявлять активность в течение суток. Дел выше гребня. Быстро-быстро!

«Френки, я могу Филиппа забрать?»

«Забирай. Лучше уже не будет. Только вот что… Держи при себе, и он проживет столько же, сколько и ты. Но погибнет за три дня, если расстояние между вами будет больше земного километра».

«Почему?!»

«Я не всесильна. Реанимировать кота смогла только благодаря образцам твоей ауры, энергии, силы и биопроб. Ты для него – аккумулятор. Береги его и себя!»

Чтобы не бродить по городу в предрассветных сумерках, я визуализировала наш выход из портала на крыльцо драконьего банка. Даже не дав осмотреться, Инк без видимых усилий открыл тяжёлую входную дверь и втолкнул меня, с котом на руках, в атмосферу шумного полумрака. Множество мужчин в чёрной форме в ожидании приказа вполголоса переговаривались между собой, но казалось, что это рокот штормового прибоя заполнил операционный зал. Несмотря на гвалт, я услышала предназначенные мне сообщения:

– Внимание! Ваш счет пополнен князем Ридским на десять тысяч золотых монет. Пояснение: вознаграждение за оказание неоценимой помощи. Межгалактический налог уплачен.

– Внимание! Ваш счет пополнен правителем Кирумиты Амбросием Первым на сто тысяч золотых монет. Пояснение: вознаграждение за вклад в укрепление государственной власти. Межгалактический налог уплачен.

– Внимание! Ваш счет пополнен императором Драконниды на три тысячи золотых монет. Пояснение: на карманные расходы. Налог не взимается.

Приятный женский голос рядом с ухом поочерёдно информировал о пополнениях моего счёта. Должно быть, транслировала карточка, хранившаяся в кисете вместе с остальными ценностями. Однако, Амбросий, несмотря на обиду, оказался щедрым и благодарным. Деньги князьям, после разговора, верну. Помогала от чистого сердца, а они «неоценимую помощь» конвертировали в золотые монеты. Обидно до слёз. Папочку тоже надо попросить умерить пыл, а то вдруг разбалуюсь и начну мажорить.

– Да ты богатая невеста, туристка! – съехидничал Инк, чуткий слух которого уловил каждое слово.

– Помнится мне, что я еще дама замужняя. На Земле меня признают умершей через полгода после падения. Вот когда стану свободна от обязательств, тогда и буду жить полноценно.

– То есть сейчас ты живешь не в полную силу? Великая Вселенная, спаси нас!

– Ваше высочество, – поклонился подошедший к нам дракон, которого видела в кабинете отца, когда мы ловили заговорщиков.

Я посмотрела на архимага, думая, что обращаются к нему, но продолжение удивило:

– Император приказал на время операции проводить вас на Драконниду.

Так это он меня «высочеством» назвал? Ну да… дочь императора, значит – принцесса. Мне только этого не хватало! Запрут, заставят носить глухие платья в облипочку и в конце концов, ссылаясь на государственный интерес, выдадут замуж. Хоть за того же Амбросия.

– Инк, не отдавай меня им, – спрятавшись за спину друга, горячо зашептала ему в затылок. – Там же злая мачеха Ол'лия. Она меня со свету сживёт. Подсунет отравленное яблоко или в жабу превратит. Ты меня потом целовать будешь?

Удивлённые глаза резко повернувшегося стража были готовы полезть на лоб. И в глубине расширенных зрачков пламенели искры, начавшие менять цвет радужки в оранжевый.

– Зачем мне целоваться с покойницей или жабой?

– Ты что, сказок земных не читал? Потом расскажу, – привычно состроила умоляющую мину. – Не отдавай меня драконам!

– Лорд, леди Агапи в данный момент является курсантом Учебного Корпуса тайной стражи. Она сопровождает меня в качестве консультанта и не может быть выслана на Драконниду без моего согласия.

– Но император… – начал было возражать папочкин сановник.

– Предоставьте это мне, – закончил тему Инк. – Пусть леди покажут комнату, где можно отдохнуть и подождать окончания инцидента. Нам же необходимо срочно согласовать действия.

Каждый раз, когда Инк из моего насмешливого, но сговорчивого друга превращается в непреклонного старшего уполномоченного межгалактической тайной стражи, у меня мороз спину инеем покрывает. В голосе железобетонная уверенность в себе и действиях службы. Глядя на него, никто не догадается, что совсем недавно он мучился тем, что некого на помощь позвать. Пусть и дальше не догадываются, а я никому не скажу. Лорд подал какой-то знак и, пока ждал порученца, потянулся к Филиппу, спокойно сидевшему у меня на руках и с любопытством наблюдавшему за происходящим.

– Какой милый зверёк! Ай!

Всегда думала, что у драконов кожа непробиваемая. Служака быстро отдёрнул руку, но реакция кота была еще быстрее. На пальце из длинной царапины выступили капельки драгоценной крови, которую он тут же слизнул.

– Не надо меня трогать, – попенял ему Филипп.

Насладиться зрелищем удивлённой физиономии дракона не успела. К нам подбежал мальчишка, отдал честь и с радостной готовностью побежал впереди меня выполнять приказ, проталкиваясь между бойцами. Видя, кто идет следом за шустрым посыльным, мужчины расступилась и, несмотря на тесноту, пытались кланяться.

Комната, выделенная нам с Филиппом, была наспех обустроена для отдыха. Спальное место типа раскладушки, на столике упаковка с едой в стазисе и пакет с чем-то чёрным.

– Это одежда для вас, леди. Подогнать по фигуре можно вот так, – подросток, щелкая кнопками на манжетах своего комбинезона, показал, как регулировать рост и размер. Потом кивнул на неприметную дверь в цвет стен: – Здесь все для гигиены. Тесно, правда. Зато отдельно.

Поклонился и закрыл за собой дверь.

– Он на лоток намекал? – кот спрыгнул с рук и потрусил к санузлу.

– Боюсь, что тебе придётся осваивать унитаз, лапушка, – открывая дверь, предрекла Филиппу новый виток в развитии. – Хочешь, я тебя подержу?

– Сам справлюсь. Иди отсюда.

Сдерживая смех, пошла переодеваться. Издержки разумности – мой кот меня стесняется! Бессчётное количество помытых лотков и тонна регулярно меняемого наполнителя остались в прошлой жизни. Хотя нажимать рычаг смывного бачка, наверное, останется моей обязанностью.

Комбинезон был сложнее того, что я носила в учебке, и встроенной обувью напоминал скафандр. Пощелкав кнопками, отрегулировала длину, ширину и даже комфортную температуру, которая сохранялась внутри формы. Заклинанием распустила сложную причёску от госпожи Дори и нашептала простую гладкую укладку.

– Как ты это делаешь? – вернувшийся кот запрыгнул на стул и, показательно демонстрируя равнодушие, из всех сил сдерживался, чтобы не броситься играть с прядями волос.

– Лапушка, я тут нечаянно ведьмой стала и еще немного драконессой, – призналась коту. – Теперь, когда Френки связала нас накрепко, ты, по закону жанра, мой фамильяр.

– Дела… – задумчиво потянулся кот задней лапой не то к уху, не то к затылку, хотел еще что-то сказать, но, посмотрев на дверь, предупредил: – Там твой ухажёр пришел.

– Кто?!

– Леди Агапи, можно к вам? – спросил из-за двери Инк, невольно ответив на мой вопрос.

– Заходите, господин рес Плой, – распахнула я двери.

– Ты куда это собралась, туристка? – возмутился страж, увидев, что я избавилась от платья и причёски княгини и снова щеголяю в удобном комбинезоне. – Ты с нами не идёшь!

– Даже не собиралась. Просто так спать удобнее, что мы с Филиппом и планируем сделать после твоего ухода, – успокоила друга.

– А-а-а-а… Тогда доброй ночи. Пришёл сказать, что уходим. Мои бойцы, оставшиеся в Замке, допросили мудрейших. Те рассказали о том, как и где подать сигнал к высадке браконьеров.

– Доброй охоты. Береги себя!

– Ты тоже. Умоляю, не выходи из банка! Дай мне возможность спокойно провести операцию, – гротескно заломил руки и подкатил глаза Инк.

– Говорю же: спать собирались, а ты нам мешаешь.

Архимаг облегчённо вздохнул и ушёл. Укладывались по-походному – не разбирая постели. Филипп привычно растянулся вдоль ног и не то замурчал, не то захрапел. Мне же не спалось. Тревожное предчувствие и интуиция ведьмы не давали покоя, гнали сон, сбивали сердечный ритм. Помаявшись бессонницей, осторожно, чтобы не потревожить кота, встала и пошла в туалетную каморку. Над умывальником висело большое зеркало, отчего-то покрытое туманной испариной. Проведя ладонью по прохладной поверхности, отпрянула от увиденного. Небольшое пространство, освобожденное от влаги, не отражало моё лицо, а показывало картину боя. Темные и светлые фигуры отбивались от наседавших на них странных существ. Несколько драконов в истинном обличье кружили над воюющими и прицельно плевали огнём. Несмотря на это, было видно, что «наши» проигрывали. Шаг за шагом они отступали к скальному береговому обрыву, мокрому от океанских волн. В панике, не зная, что предпринять, выскочила в комнату, заметалась от двери к столу и обратно к двери. Проснувшийся Филипп сидел, обвив лапки хвостом, и наблюдал за моей нервной суетой.