![](/files/books/160/oblozhka-knigi-ohotniki-na-vampirov-si-361535.jpg)
Текст книги "Охотники на вампиров (СИ)"
Автор книги: wealydrop
Жанры:
Фанфик
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 7 страниц)
========== Глава 1. Чужеземцы ==========
Сочные стебли цветов ловко оказались в ладошке Гермионы, которая тут же принялась аккуратно и с любовью усаживать их в корзину, осторожно поправляя лепестки дурманящих своим ароматом астр и лилий. По-хозяйски разложив их, она наклонилась и вдохнула благоухания, затем оценивающим взглядом осмотрела корзинку, взяла её и посмотрела на цветочницу.
– У тебя золотые руки, Джинни. Наверное, дорогого стоит это великолепие?
Девушка с рыжими, блестящими под лучами солнца волосами с улыбкой на губах забрала корзину и весело отозвалась:
– Думаю, мадам Стебль не много возьмёт за это – как обычно. Его Преосвященству епископу она охотно уступит.
Гермиона поджала губы и на секунду прикрыла глаза, поправив юбку золотистого платья.
– Тогда я побежала? Передашь мадам Стебль, что я в полном восторге от её цветов. Завтра до обеда забегу снова, – Гермиона подарила нежную улыбку, перевела тёплый взгляд на корзинку с цветами, взяла под руку и довольная направилась вдоль сада к выходу с владений цветочницы.
Оказавшись за оградой, она задрала голову к небу и обратила внимание, как тяжёлые тучи стремительно набросились разрывать голубизну небосвода, готовясь в ближайшее время осыпаться проливным дождём, потому прибавила шаг и засеменила к рыночной площади, через которую лежал её путь к церкви. Чтобы не измазаться в дорожной пыли, Гермиона перехватила в другую руку корзинку с цветами, поправила набок сбившуюся соломенную шляпу, украшенную нежными фиалками, и свободной ладонью зацепила платье, приподнимая его над землёй.
Через некоторое время она вышла к началу рынка, прошла его насквозь и уже пересекала главную площадь, как вдруг кто-то вцепился ей за плечо и развернул вбок, из-за чего Гермиона отшатнулась и испуганно уставилась на человека, едва ли не выронив корзину с цветами, – епископ ей подобного не простил бы, принеси она помятые цветы в церковь.
– Гермиона! Я так рад, что с тобой всё в порядке!..
– Гарри? – удивилась та и выгнула бровь, не зная, что сильнее испытывает: радость от встречи или испуг от его вида – выглядел он очень удрученно и во все глаза смотрел на подругу, словно перед ним живой призрак, не иначе. – Что-то случилось?
– Послушай, я… – друг запнулся, осмотрелся по сторонам и почесал затылок, затем резко опустил ладонь вниз и нервно проговорил: – Вампиры – это не шутка, Гермиона! Они действительно есть! И я своими глазами видел одного сегодня!..
Несмотря на то, что по деревне очень быстро разошёлся слух о появившихся в их краях вампирах, Гарри точно знал, как скептически была настроена Гермиона на этот счёт, и даже сейчас она одарила его неверящим взором, сведя брови к переносице.
– Где и когда ты видел… вампира?
– На рассвете. Он… Он… – друг снова запнулся, не решаясь продолжить, и Гермиона ощутила, как к горлу стал поступать ком – что-то явно не так: Гарри растерян и буквально не в себе, но есть что-то такое, что ему тяжело сказать ей напрямую, и та хотела узнать, что именно.
– Гарри, как ты мог его видеть, если по поверьям вампиры избегают солнечного света? – как можно аккуратнее поинтересовалась Гермиона, максимально пытаясь не задеть друга своими словами.
– Он… Я не знаю, Гермиона. Он какой-то странный вампир. Я тоже удивился, увидев его под лучами утреннего солнца. Но это точно был он! Я видел его клыки! И он… Боже милостивый, он убил девушку…
– Какую девушку? – напряглась та, во все глаза уставившись на друга.
Гермиона знала, что среди народа объявился маньяк-душегуб, убивающий молодых девушек по ночам. Из этого и взяли слух, что в окрестностях поселился вампир, а то и не один, но она точно была уверена, что это всё дело рук какого-то сумасшедшего, которого пока никто не может поймать. За последние две недели уже было совершено три убийства и одна попытка, которая по какой-то причине не увенчалась успехом, из чего Гермиона и сделала вывод, что это точно не вампир – такое существо не промахнулось бы со своей жертвой.
Выжившей оказалась молодая девушка, скорее даже женщина – Друэлла Розье. Она жила при церкви, варила снадобья, собирала травы и лечила ими больных. Гермиона была с ней знакома, но никакой взаимной симпатии между ними толком не было – та вечно пропадала за ширмами, занимаясь больными, либо отправлялась в леса собирать травы и ягоды. После нападения констебль допрашивал её – запуганную и будто сломленную, – но ничего вразумительного она не смогла выдать, что было похоже на потерю памяти, а спустя несколько дней в ней что-то изменилось. Никто этого не заметил, но Гермиона точно была уверена, что Друэлла просто смогла перешагнуть то, что с ней случилось – не зря же она была знахаркой. Всё стало как прежде, только не осталось следа прежнего румянца на её щеках да глаза приобрели какой-то странный блеск, делая их яркими и выразительными. И без того красавица Друэлла превратилась в божество со светлой сияющей кожей и загадочно блестящими глазами.
Сейчас, выходит, убийца совершил пятое нападение, и оно вышло удачным.
– Луна. Он убил Луну Лавгуд, – подавленно отозвался Гарри, нервно вонзая пальцы в растрёпанную шевелюру, затем резко вцепился в запястье Гермионы и взволнованно проговорил: – Я переживаю за тебя! Эти вампиры… Они убивают молодых девушек! Уже в который раз находят тело молодой девицы возле реки у леса! Они обескровлены, над ними надругались!..
– Гарри, послушай, – твёрдо остановила его Гермиона, отступив на шаг назад. – Я знаю, что среди нас появился нехороший человек, но почему обязательно вампир?
– Гермиона! Луна – это подруга Джинни! Она знает её! Она знала Друэллу! Тебе не кажется, что здесь присутствует какая-то цепочка преступлений?
– Тем более, – слабо отозвалась та, закусив губу, припоминая, что известная памфлетистка деревни, Луна Лавгуд, была очень хорошо знакома с Джинни, а она ой как огорчится, узнав, что её любимая сочинительница стихов, которые Гермиона презирала и, фыркая, выбрасывала, оказалась обнаруженной на рассвете мёртвой. – Если есть какая-то связь, то это именно маньяк, а не какой-то там вампир.
– Хорошо, пусть будет так, – отступил друг, однако Гермиона точно знала, что он остался при своём мнении, – но пойми, что всё это… всё это ведёт теперь к Джинни, а далее… Гермиона, я очень переживаю за вас! Вам не следует выходить за порог дома с наступлением темноты, понимаешь?
– Но… ты же сказал, что видел, как на рассвете кто-то убил Лавгуд. Думаешь, нам не грозит ничего средь бела дня? – нервно отозвалась Гермиона, затеребив дужку корзинки.
Было ясно, что связь в убийствах была. Вампир это или маньяк – вряд ли имело значение в сравнении с тем фактом, что происходили нападения на молодых девушек, и Гермионе действительно есть чего опасаться.
– Я… чёрт бы его побрал, не знаю!..
– Гарри! – вытаращив глаза от ругательств друга, с ужасом воскликнула Гермиона и тут же перекрестилась, зашептав одними губами молитву. – Не богохульствуй, грязный твой язык! – она быстро огляделась по сторонам и, убедившись, что рядом с ними никого нет, зашептала: – Я знаю, что творится что-то неладное, но за меня можешь не переживать: Милорд епископ точно сказал мне, что написал письмо Его Высокопреосвященству архиепископу Дамблдору, дабы каким-то образом решить этот вопрос. Его Преосвященство… он тоже говорит, что в наших краях появились вампиры, но я… Послушай, он сказал, что Милорд архиепископ решит этот вопрос. Кто бы это ни был – вампир или какой-то маньяк, – но он заверил меня, что мне бояться нечего. Господь убережёт нас от несчастий и сохранит наши жизни и души, потому что мы это усердно стараемся заслужить. Я уверена, с Джинни тоже всё будет в порядке, но я её предупрежу, хорошо? Только отнесу корзину в церковь и сразу…
– Нет, Гермиона. Давай сделаем это вместе. Ты же пойдёшь через рынок назад, я тут тебя подхвачу, договорились?
Гермиона закусила губу, задумавшись над тем, что, если епископ узнает об этом, то будет крайне недоволен, затем тяжело вздохнула и кивнула.
– Хорошо, только точно будь здесь, ладно? Я не хочу терять ни минуты. Ты говоришь, что видел, кто нападал на Луну Лавгуд?
– Да! – быстро зашептал Гарри, наклоняясь ближе к подруге. – И если я его увижу, то точно смогу узнать! Честно говоря, я ни разу его не видел у нас. Он чужеземец, но… он выглядел довольно примечательно.
– Расскажи, Гарри. Я хочу все твои слова передать Милорду – может быть, он узнает человека по описанию. В церковь каждый день заходят не только прихожане, но и незнакомые нам люди: странники, отшельники и… много кто.
– Ты хочешь рассказать об этом епископу? – озадачился тот, нахмурившись.
– Я знаю, как ты к нему относишься, Гарри, – терпеливо отозвалась Гермиона, сложив ладонь на юбку платья. – Но поверь, ему можно доверять.
– Я не пошёл к нашему констеблю, потому что… – скептически начал друг, но был перебит Гермионой.
– Знаю, Гарри, – отмахнулась та, невзначай осмотревшись по сторонам. – Я и сама не доверяю господину Малфою, поэтому и говорю: если и рассказывать об этом, то только Его Преосвященству епископу.
– Что же… – Гарри глубоко вздохнул и тихо продолжил: – Тот человек был лохматым – золотистая копна кудрявых волос, ярко блестевших под лучами утреннего солнца. Если увидишь – сразу поймёшь. У него очень пронзительные серые, как лёд, глаза, завораживающие своим блеском. Разодетый как граф – весь в пышных манжетах, жилет с вышивкой из золотой нити, а самое главное: идеально ровная улыбка, белоснежная, а потом я увидел, как он ворковал с Луной, и за одну секунду у него выросли острые клыки! Он наклонился к ней и вонзил их в шею!..
Гермиона беззвучно охнула, быстро заморгав, затем шёпотом спросила:
– Ты действительно это видел, Гарри?
– Ты мне не веришь? – нахмурился тот.
– Нет, просто… Это ужасно. Почему Луна не бежала от него?
– Поговаривают, вампиры обладают особым даром – гипнотизировать свою жертву так, что они даже не могут отшатнуться. Наверное, Луна была… – Гарри очень близко наклонился к подруге и едва слышно произнёс: – околдована.
Гермиона отшатнулась от прозвучавшего слова и перекрестилась.
– Боже милостивый, сбереги нас, – зашептала она, чуть не выронив корзину с цветами.
– Если бы я этого не видел, я не говорил бы тебе о вампирах, понимаешь? Беги скорее, расскажи епископу и возвращайся назад. Я буду ждать тебя здесь.
Гермиона медленно кивнула, попятилась назад, пытаясь уложить всё услышанное в голове, резко отвернулась и побежала по дорожке к церкви.
***
Запах кадильного дыма встретил её с порога.
В аккуратном убранстве церкви, расположенной на окраине деревни, сразу же была различима облачённая в темно-фиолетовую сутану высокая фигура епископа, стоящего у алтаря. Гермиона тихо прошла к нему, стараясь не помешать тому проговаривать молитву, и поставила корзину с цветами на скамью, принявшись покорно дожидаться окончания обедни.
Очень скоро раскатистый голос епископа замолчал; его чёрные волосы упали прямо на чашу, когда он наклонился, а затем ударили по лицу, когда он выпрямился и резко обернулся назад. Его руки взметнулись вверх, ладони выглянули из-под длинных рукавов сутаны, указывая, что обедня окончена, и все присутствующие могут расходиться. Пока местные покидали церковь, Гермиона тут же заметила на себе пронзительный взор чёрных глаз, сканирующий её по привычке с ног до головы.
– Дитя моё, – обратился он к ней ровным холодным голосом, резко дёрнул на себя ладонью, призывая к себе, и отвернулся к алтарю, взметнув подолом сутаны.
Гермиона мгновенно подалась вперёд, оказалась рядом и принялась ждать, когда епископ заговорит с ней, каждый раз отдёргивая свою невежливость заговорить первой.
– Очень жаль, что вы не успели к обедне. Обычно вы всегда приходите вовремя, и мне приходится разумным думать, что у вас случилось непредвиденное маленькое происшествие, – медленно и с расстановкой выразил свою мысль епископ, затем указал на ряд потухших свечей, призывая Гермиону убрать их.
– Всё верно, Ваше Преосвященство, – кивнула она, готовясь уже всё выложить епископу, пока убирала потухшие свечи, полностью заплаканные воском.
Епископ внимательно проследил за тем, как женские ладошки по-хозяйски вытащили свечи и разлитый, засохший воск, а затем повернулся лицом к Гермионе и, едва шевеля губами, задумчиво произнёс:
– Говорите.
Она встретилась с чёрным пристальным взором и осторожно начала:
– Ваше Преосвященство, послушайте. По дороге у рынка меня встретил Гарри Поттер и…
Епископ махнул рукой в останавливающем жесте, и та замолчала, слегка ссутулившись.
– Мисс Грейнджер, вы же помните, как я очень настоятельно и неоднократно рекомендовал вам поменьше болтать с мальчишкой Поттеров. Он не приходит на исповедальню и увидеть на пороге церкви его можно только в праздники. Богохульство такого уровня… Он слишком заносчивый и несносный мальчишка. Вам не стоит с ним общаться.
– Я помню всё, что вы о нём говорили, Ваше Преосвященство, – склонив покорно голову, отозвалась Гермиона, мысленно отмахиваясь от всего услышанного, – но позвольте вам рассказать важную информацию, которую он мне поведал.
Епископ некоторое время молчал, внимательно наблюдая за тем, как бледнело лицо Гермионы, затем, очевидно, решив, что информация стоит того, чтобы быть озвученной, согласно кивнул.
– Он поведал мне, что сегодня на рассвете видел вампира.
– На рассвете? – спустя некоторую паузу уточнил епископ, склонив голову набок, а после раздался задорный смешок. – Ересь. На рассвете вы никогда не увидите вампира, дитя моё. Вам ли не знать?
– Я тоже удивилась, но Гарри очень убедительно описал события. К тому же, он видел, как этот вампир убил Луну Лавгуд.
– Лавгуд… – задумчиво прошептал епископ, выпрямившись, затем более резко отозвался: – Ещё одна еретичка. Ей бы не памфлеты писать, раскидывая эти ужасные листовки по всей деревне, а зайти хоть раз в церковь…
– Извините меня, Ваше Преосвященство, но она умерла. Её убили, – выделив последнее слово, напомнила Гермиона, отчего епископ тут же бросил чёрный взор на неё.
– Видишь, что происходит с теми, кто считает Господа ничем или несёт грязную ересь? Господи, упокой её несчастную душу… – отозвался епископ и зашептал молитву, повернувшись к алтарю.
Гермиона поджала губы, но принялась повторять молитву, и только когда с той было покончено, епископ снова повернулся к ней и ровно произнёс:
– Вы хотели передать, чтобы я всё подготовил к отпевальне.
– Не только, – склонив голову набок, уклончиво отозвалась та, сжав в ладони юбку. – Понимаете, Гарри очень подробно и убедительно рассказал, что это был вампир и…
– Мне крайне неприятно, мисс Грейнджер, что вы верите в бредни Поттера, – холодно осадил её епископ, отчего та немного сжалась и опустила взгляд на каменный пол под ногами. – Это противоречит всем знаниям, собранным нашими предками о вампирах. Они боятся солнечного света – будьте уверены.
– Н-но… может быть, на тот момент ещё не было солнца…
– Я бы вам советовал не верить всем сплетням, что разносятся по деревне, если вы не считаете себя глупой, – усмехнулся епископ, неприятно скривив губы.
– Хорошо, Ваше Преосвященство, я вверяю вашим словам, но позвольте: это не отнимает того факта, что Луну Лавгуд убили, и убил её, кажется, вампир.
– В наших краях действительно появились вампиры, но вам бояться нечего: вы набожны, дочь моя, и вы обитаете в святых стенах, а поверьте – ни один вампир не переступит сюда порог. К тому же, несколько дней назад я написал письмо Его Высокопреосвященству об этом, и сегодня мне пришёл ответ. Архиепископ Дамблдор обещался помочь нам в самое ближайшее время, потому не бойтесь больше вампиров – Господь милостив, он убережёт наши души.
Гермиона кивнула и тихо себе под нос зашептала короткую молитву, восхвалявшую Господа, на что епископ удовлетворённо кивнул.
– Расставь цветы, дочь моя, – сухо добавил он, прежде чем уйти.
Гермиона поклонилась, и в этот момент двери церкви отворились, отрывая взору мрачное, полностью затянутое тучами небо. Епископ тут же повернулся к выходу, сканируя своей чернотой взора вошедших, а Гермиона при виде их напрочь забыла о просьбе Его Преосвященства, уставившись на две мужские фигуры, полностью облачённые в дорожные чёрные мантии, подолы которых при быстрой ходьбе заколыхались под ногами. Лица неизвестных были скрыты в тени шляп, да ещё и спрятаны за чёрными масками.
Различив в руках одного из них арбалет, епископ тут же соскочил с выступа алтаря, быстрым шагом направился к ним и громко с недовольством произнёс:
– Вход в святые стены строго запрещён с оружием в руках, господа! Богохульство! Уберите!
– Довольно вам, святой отец, – сдвигая маску на подбородок, отмахнулся тот, что нёс в руках внушительных размеров арбалет, однако опустил его к полу.
– Я вам не священник, а епископ Снейп, – сухо отозвался епископ, раздражённо дёрнув рукава темно-фиолетовой сутаны, словно подчёркивая своё облачение, указывающее на духовный ранг. – И я не позволю…
– Вы-то нам как раз и нужны, – словно не слыша недовольство, энергично произнёс мужчина с арбалетом, снимая шляпу и обнажая шелковистые тёмные кудри, устремившиеся к плечам.
Гермиона в ошеломлении уставилась на него, так и не подойдя к корзине с цветами, и приоткрыла рот, невольно подмечая, насколько ровным и гладким было лицо у незнакомца, а живые яркие глаза буквально очаровывали и притягивали, заставляя восхищаться невероятной красотой мужчины.
Другой мужчина, лица которого было не видно из-за маски и на глаза натянутой шляпы, коротким жестом остановил своего спутника, сделал шаг вперёд к епископу, загораживая вид на красивого гостя, и учтивым тоном мягко произнёс:
– Ваше Преосвященство, позвольте говорить с вами.
Епископ поджал губы, сканируя вторую фигуру с ног до головы, затем почти неслышно сухо отозвался:
– Говорите, дитя моё.
– Прошу вас извинить моего спутника за столь грубое вторжение в святые стены великого Господа, – проникновенно продолжил тот таким голосом, что даже издалека он невероятно ласкал слух Гермионы. – Мы прибыли из-за гор по поручению Его Высокопреосвященства архиепископа Дамблдора. Он поведал нам о вашей проблеме и заверил, что требуется наше вмешательство.
– Вас направил ко мне Его Высокопреосвященство? – недоверчиво переспросил епископ, сложив перед собой ладони и задрав голову так высоко, из-за чего на его фоне Гермионе показалось, что гости ссутулились.
– Всё верно, – кивнул неизвестный и так же выпрямился, поравнявшись с епископом, отчего Гермиона тут же заметила, что тот немного выше его. – Мы охотники на вампиров.
– Представьтесь, господа, – спустя короткую паузу снисходительно отозвался епископ, очевидно, позволив себе довериться мужчинам, но не прекращая пристально оглядывать их.
– Меня зовут Том Риддл, а мой спутник – Антонин Долохов, к вашим услугам.
– Очень хорошо, господа. Премного благодарен Его Высокопреосвященству за помощь и быстроту решения возникшей в наших краях ситуации. Пройдёмте ко мне, подробнее обсудим ваше пребывание здесь…
– А что нам делать с оружием? – поинтересовался мужчина по фамилии Долохов, надевая обратно шляпу на голову и указывая глазами на арбалет.
– Полагаю, ваши оружия освящены, раз вы от Его Высокопреосвященства? Идёмте, я покажу вам, куда ваше снаряжение можно убрать.
Епископ резко развернулся, взмахнув подолами сутаны, и величественно направился к небольшой лестнице в правом углу помещения, ведущей в комнатку, которую никто, кроме епископа, не посещал. Двое, облачённых в чёрные мантии, скреплённых на груди тонкими серебряными цепями, последовали за ним, и под шляпой Гермиона смогла различить глаза того, кто представился Риддлом.
Если первый показался ей слишком неестественно красивым, то второй представился воплощением самого Бога, спустившегося с небес на грешную землю от того, какие у него были очаровательные тёмные глаза, похожие на затянутое тучами небо. При виде завораживающего взора у Гермионы перехватило дыхание, и корзина, которую она в какой-то момент невольно успела схватить, выпала из рук. Несколько лилий вывалились на пол.
В этот момент две пары глаз уставились на неё, завораживая её блеском и выразительностью, но очнулась она от того, что чёрные глаза епископа поймали её взор.
– Дочь моя, будьте осторожны, – сухо произнёс он, не посмотрев даже на рассыпавшиеся цветы, и Гермиона почувствовала, что епископ, обращаясь к ней, имел в виду нечто более другое, или ей просто показалось.
Она медленно кивнула, облизнув от взволнованности пересохшие губы. Посланец архиепископа по фамилии Долохов единственный продолжил смотреть в её сторону, и когда Гермиона встретилась с его сосредоточенным на ней взором, чёрные зрачки опасно блеснули, а на губах заиграла слабая улыбка.
Она не смогла отвести взгляда, но когда господин Долохов отвернулся, чтобы подняться по лестнице, шумно выдохнула, словно приходя в себя, покачала головой, отгоняя странно-засевшее наваждение, и наклонилась к полу, чтобы подобрать цветы и корзину.
Если сам Господь решил помочь им справиться с напастью, то нечего удивляться, что эти статные господа вызвали доверие даже у епископа Снейпа.
========== Глава 2. Очарование костра ==========
Гермиона задумчиво наблюдала за белыми лепестками лилии, держа цветок за стебель в ладони. Ей очень нравились лилии: она восхищалась переходным цветом из белого в сочный зелёный, а на самих лепестках – коричневыми вкраплениями, подобными тем, что были на лице её подруги Джинни. Лилии всегда благоухали свежестью и нежностью – они напомнили что-то родное и приятное душе.
Наконец дверь, за которой скрылся епископ с двумя гостями, открылась, и первыми вышли чужеземцы, натянув до глаз маски и сдвинув до неприличия шляпы, а после показался сам епископ, с хлопком закрывая комнату.
– Будьте пока здесь, господа, – Гермиона услышала его ровный твёрдый голос и невольно посмотрела на гостей, которые, как по команде, в унисон кивнули и медленно направились вдоль алтаря, бросая взгляды на висящие и стоящие изображения божества и святых.
Она невольно вжалась в скамью, испытывая странное чувство неудобства, находясь в одиночестве перед неизвестными, как вдруг в помещение из соседнего прохода вышла Друэлла, неся небольшую корзину, из которой выглядывал пучок трав, очевидно, собранный буквально недавно. Она, завидев незнакомцев, резко остановилась; её взгляд на считанные секунды превратился в тревожный, но после обратился к Гермионе, возвращая себе равнодушие.
– Дорогая моя, а где Его Преосвященство епископ?
– Скоро вернётся.
На звук её голоса оба гостя обернулись, перестав разглядывать убранство, и, встретившись с блестящим взглядом господина Долохова, Гермиона невольно сжала стебель лилии так сильно, что цветок хрустнул, надломившись. Второй господин лишь бросил короткий взгляд в их сторону и продолжил игнорировать присутствие всех, а первый тяжёлой походкой прошёл к скамье Гермионы и опустился рядом, посмотрев на поврежденную лилию.
– Вам они нравятся?
Гермиона кивнула не сразу, задерживая взгляд на Друэлле и боясь посмотреть на незнакомца – далеко не каждый день ей приходится наблюдать в стенах церкви странников, полностью вооружённых и пытающихся заговорить с ней, а без присутствия епископа ей было ужасно не по себе.
Друэлла даже не улыбнулась, просто кивнула, прошла мимо двоих, приподняв подол серой юбки, и направилась к выходу. Тем временем господин Долохов легко продолжил:
– Его Преосвященство рассказал нам, что вы знакомы с убитой.
Сглотнув тягучую слюну, Гермиона неоднозначно покачала головой, нервно затеребив стебель, и покосилась в сторону мужчины, бросив взор на высокие сапоги с огромной бляшкой, что дало сразу же ясно понять о достойном происхождении гостя. Как к нему обращаться, она не знала, потому предпочла оградиться короткими ответами, понимая, что сейчас будет допрос.
– Как близко вы её знали?
– Я не знакома с ней лично, но она известная памфлетистка в нашей деревне.
– То есть вы не видели её накануне? – перешёл на тихий тон господин Долохов, чуть склонившись к Гермионе.
– Нет, – коротко ответила она, ощущая, как бархатные вибрации голоса глубоко проникают в голову.
– А от кого вы узнали, что она мертва?
– Я… Я услышала об этом на рыночной площади. Если вы не заметили, то сегодня все об этом говорят.
– Неожиданно. Епископ говорит, что вы не так уж и верите слухам.
– Но это не просто слухи…
– У вас есть подтверждение этому? – с тенью любопытства уточнил господин Долохов, наклоняясь ещё ближе, словно желая поймать взгляд Гермионы, но та продолжила пристально разглядывать бляшку на сапоге, нутром ощущая, что не стоит смотреть мужчине в глаза.
– На самом деле я… – на выдохе начала Гермиона, выпрямившись, но тут прозвучал знакомый холодный голос.
– Господа, я распорядился насчёт вашего пребывания. У местного лесника сейчас пустеет дом неподалёку отсюда. Займёте его.
Гермиона подняла глаза на вернувшегося епископа, который быстро подошёл к ней и скрестил перед собой ладони на груди, пристально вглядываясь в господина Долохова.
– Премного благодарны, Ваше Преосвященство, – поодаль раздался мягкий голос господина Риддла, который наконец обернулся на присутствующих, перестав разглядывать убранство церкви.
Епископ слабо приподнял губы в ухмылке, вроде полагая, что это улыбка, и свысока посмотрел снова на господина Долохова, который тут же поднялся со скамьи и выпрямился.
– Вы не сказали, что эта молодая мисс что-то знает о сегодняшнем нападении, – равнодушно произнёс он, и в этот момент Гермиона не удержалась и осторожно подняла глаза на мужчину.
Его глаза опасно блестели, и ей показалось, что он выражал полное недовольство в сторону епископа, однако через пару мгновений взгляд переменился на равнодушный, а сквозь очертания маски Гермионе почудилась слабая улыбка, похожая на усмешку. Она невольно бросила взгляд на распустившийся шёлк тёмных волос и принялась внимательно изучать кудри.
– Мисс Грейнджер знает меньше меня, будьте уверены. Всё, что она слышит, передаёт мне, а я подтверждаю полученную информацию, – сухо произнёс епископ, колыхнув подолом сутаны и показав натянутую улыбку.
– Хорошо, – отступив на шаг, согласился господин Долохов, чуть поклонившись. – Но имейте в виду: нам необходимо знать всё, что происходит здесь, чтобы мы смогли вам помочь.
– Я очень ценю помощь Его Высокопреосвященства архиепископа Дамблдора, потому готов помогать вам в ваших поисках и расследованиях, господа, – отстранённо ответил епископ.
– Хорошо, не могли бы вы подсказать, кто был хорошо знаком с убитой девушкой? – вступил в разговор господин Риддл, продолжая находиться поодаль от собеседников.
– Мисс Лавгуд, насколько я знаю, была знакома всем, но с кем она близко общалась – не могу знать.
– И вы не знаете, мисс? – послышался в ответ голос из-за плеча господина Долохова.
Гермиона бросила взгляд на епископа, который тут же просканировал её чернотой взора, и на выдохе ответила:
– Насколько я знаю, мисс Лавгуд много с кем была знакома, но лично я её не знаю, чтобы утверждать что-то.
– Где вы берете такие красивые цветы? – неожиданно мягко поинтересовался господин Долохов, протянув обтянутую кожаной перчаткой ладонь к лепесткам лилии.
Гермиона снова ощутила в голове глубокую вибрацию от прозвучавшего тона и опустила взор на переломленную лилию – пальцы, обтянутые перчатками, медленно и ритмично ощупывали бархат лепестка, и та даже засмотрелась от того, как это выглядело успокаивающе. Если бы цветок мог чувствовать всё, что способен чувствовать человек, то ему, как минимум, было бы очень приятно от нежных и заботливых прикосновений.
– Мы их берём у цветочницы мадам Стебль, – выводя из секундного умопомрачения Гермиону, за неё твёрдо отозвался епископ. – Желаете её посетить?
– О, было бы очень любезно с вашей стороны, Ваше Преосвященство, – задорно отозвался господин Долохов, резко выпустив лепесток из пальцев так, что он мгновенно оборвался и полетел вниз. – Господин Риддл очень любит лилии – испытывает слабость к цветам. Я правильно понимаю, мисс – ваша помощница, что приносит сюда цветы? Пусть покажет нам дорогу.
– Да, она моя помощница, но, боюсь, в ближайшее время она уже никуда не пойдёт – цветы на сегодня у нас есть.
– Очень жаль. Тогда мы можем сходить с ней до цветочницы завтра?
– Поймите меня правильно, сын мой, – глубоким голосом начал епископ, медленно потянувшись ладонью к Гермионе и положив её ей на плечо, – но мисс Грейнджер не всегда ходит за цветами. Например, завтра у нас долгая обедня, и ввиду того, что она сегодня пропустила её, останется на завтра здесь.
Почувствовав лёгкое тепло от ладони епископа на своём плече, Гермиона ощутила, как ей стало комфортно и защищённо. Она не понимала, почему он не даёт всю информацию, но, скорее всего, он просто не поверил словам Поттера, которые та успела передать ранее. Прокрутив в одно мгновение весь разговор с Гарри, она мгновенно дёрнулась, как от удара током, вспомнив, что друг поджидает её на площади вот уже второй час, наверняка.
Её глаза устремились вверх, в лицо епископу, выражая полное нетерпение, и она страстно стала желать, чтобы поскорее убрались эти господа, дабы покончить с церковными делами и поскорее дойти до Джинни и предупредить её. Подумав о том, что Луна была ей хорошо знакома, Гермиона ощутила, как болезненно сжалось сердце – до подруги наверняка уже дошли слухи, и теперь та, скорее всего, глубоко страдает, размазывая слёзы по щекам, заставляя красивые лучезарные глаза набухать и краснеть.
В этот момент на несколько шагов ближе подошёл господин Риддл, открывшись взору Гермионы, и своим проникновенным мягким голосом обратился к епископу:
– В таком случае, не могли бы вы найти того, кто нас проводит, Ваше Преосвященство?
Епископ серьёзно задумался над этим вопросом, коротко взглянув на господина Риддла; его черты лица разгладились, и он спокойно отозвался:
– Я собирался сходить к мадам Стебль на следующий день в раннее утро, но, полагаю, для вас это может оказаться не самым удобным временем, поэтому могу предложить вас сопроводить сейчас, заодно и я разрешу некоторые вопросы с мадам.
– Вы так любезны, Ваше Преосвященство, – поклонился господин Риддл, отступая на несколько шагов назад и снова скрываясь за господином Долоховым от взгляда Гермионы.
– Идёмте, только поторопимся, – подняв ладони из-под длинных рукавов сутаны, позвал их епископ и только сделал шаг, как на ноги резко поднялась Гермиона и вопрошающе уставилась на него.
Тот сдвинул брови и кивнул, чтобы она говорила.