Текст книги "Рассвет кровавой удачи (СИ)"

Автор книги: Ворон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 26 страниц)

– Ты прав. Её придавило завалом, но умерла она раньше. Этот вывод можно сделать если посмотреть на позу трупа. Она не естественная для человека, которому придавило нижнюю половину тела. Так же нет следов борьбы за жизнь. – говорил капитан, пока рабочие разбирали завал и освобождали труп. Где-то в толпе блуждал наш заказчик в поисках своей мамы. – Соответственно, это было убийство, замаскированное под несчастный случай. Вот.

– И что? – спросил мужик в пиджаке. Похоже он не понимает, с кем разговаривает и что ему грозит за такие слова.

– А то, что убил её никто иной, как ты и только ты. – Драгон посмотрел сквозь меня на стрелявшего.

– С чего ты так решил?! – борзо спросил пиджак.

– Мама! – закричал заказчик, подбежав к трупу. – Мама! Вставай, мама! Ну вставай же… пожалуйста!.. – кричал он, тормоша бездыханное тело женщины.

– А решил я это с того, – продолжил капитан, не обращая внимания на плачущего у его ног мальчика. – что оружие есть только у тебя и по количеству патронов в твоём двухзарядном деленжере. Точнее по их отсутствию. Последний ты потратил на меня. Соответственно, ещё одним ты убил её. – я не успел оглянуться, как Драгон уже стоял вплотную к подозреваемому и рассматривал его руки. Как он это делает? Не понятно. – Я так и думал. На ваших руках есть засохшие следы пороховых газов, перекрытые свежими. И ваш бинт находится в том месте, где выходит гильза. На нём есть кровь и следы копоти. Это значит, что вы обожглись гильзой, когда стреляли в жертву.

– Как вы это?.. – ошарашено спросил виновный.

– Секрет фирмы. Малец! – Обратился капитан к заказчику. Тот на время отвлёкся от тела и поднял вои заплаканные глаза на Драгона. – Этот чмырь убил твою маму. И именем моей гильдии я вверяю его жизнь тебе в руки. – мальчик отстранённо посмотрел на него, затем поднялся с колен и шатаясь, медленно побрёл к Драгону.

– Драгон, – начал мальчик убитым голосом. – Я хочу, чтобы он умер.

– Хочешь – сделай это сам. Вендетта – это дело сугубо семейное и личное. Но начала запомни – убивая кого-либо ты не должен боятся, что за него тебе воткнут нож в спину.

– Я ничего не боюсь.

– Тогда вперёд. – сказал Драгон и вложил в его руку свой гладиус. Мужик порядком напрягся и начал пятиться, но не ловкий удар наискосок всё же настиг его. Настиг, но лишь ранил. Мужик взвыл от боли, а юный убийца продолжил наносить удары, пока первый не стих. Когда это произошло, я хотел было подойти и остановить его, но меня опередил капитан.

– Что вы наделали?! – заверещали оставшиеся женщины. – Он же ещё ребёнок! Вы псих!

– Я лишь освободил его от цепей рабства пред этим садамитом, как и вас. Теперь он вкусил кровь. Теперь он мой. Сид, бери пацанёнка и уходим. – выйдя из ступора, я подошёл к мальчику, взял его на руки и последовал за капитаном. В этот момент он посмотрел мне в глаза и во мне всё сжалось: его глаза были пусты. В них не было ни радости, ни горечи, ни страха. В них была лишь холодная пустота. У Драгона такой же взгляд идеального убийцы, без грамма сожаления к врагам. Покрепче прижав его к себе, я ускорил шаг. Нас никто не приследовал.

– Что ты с ним сделал? – спросил я немного злобно, но по – дружески.

– Взял обещанную плату. Теперь он будет работать на «Арбалесте» юнгой. Пай, одежда, обучение и семья ему будут обеспечены лично мной. – он хитро улыбнулся. Это не к добру, но изменить, что – либо я лично не в силах.

В здании гильдии, точнее в том, что от него осталось и восстанавливается, кипела работа.

– Докладывай, Нэнси. – скомандовал Драгон и пред нами появилась девушка в строительной спецовке на голое тело и ботинках на босу ногу.

– Твоя выходка, под названием «Всех порву один останусь», – привлекла к себе хренову кучу внимания со стороны прессы и масс культуры. Сюда съезжаются именитые журналюги, репортёры и вся остальная шваль, что не мудрено. Ведь ты тот, кто поднял неотёсанных пиратов на бой с элитными подразделениями имперских вооружённых сил и победил. Они считают, что ты монстр и алкают твоей плоти на расспросы и репортажи. А в остальном всё чики-пики.

– Отлично. Тебе партийное задание: возьми у Сида мальчонку и зарегистрируй, как юнгу. Ты Сид, пойди посмотри, что да как у твоей семьи и можешь быть свободен. – сказал Драгон и выдал мне нашивки квартирмейстера. Я посмотрел на него настолько удивлённо, на сколько мне позволяла моя мимика. – Не смотри на меня так, будто я тебе по орехам съездил. Ты хорошо проявил себя в той патовой ситуации с той профурсеткой всея империи. Это меньшее, чем я могу тебя одарить. Не разочаруй меня, квартирмейстер.

– Есть, мой капитан.

– Я уже говорил, что Себастьян из тебе никакой?

– Да. – ответил я и пошёл к полевой кухне. А жизнь-то моя однако налаживается с каждым днём: сначала я приручил опаснейшего зверя джунглей, затем спас наш общий дом, теперь это. Что будет дальше ведает только мой капитан и регент власти гильдии «Тёмный Дракон» Шульц Константин Эдмундович… В полевом лагере, временно провозглашённом гильдией, меня встретили, как героя., а когда узнали о моём повышении, то сильно поздравляли и жали руку.

– А вы мою жену не видели?

– Она где-то на кухне. – ответил мне один из воинов имперских ВС, оставшихся для возмещения ущерба. Судя по его Э.С., его зовут Боря.

– Спасибо, Борис. – поблагодарил я его и пошёл дальше.

Здесь пахло едой. Не чем-то конкретным, а просто едой. Абигайль ловко руководила парочкой подчинённых.

– Привет, дорогая… – прошептал я её на ушко, обнимая со спины. Она отвлеклась от командования и поцеловала меня.

– Привет, милый. Уже отдохнул?

– Ну да. Чувствую себя здоровым и голодным.

– Это хорошо. Ведь ты такой молодец, ты спас нас всех. Как там наш капитан?

– Нормально. Пошёл говорить с журналюгами. – Абигайль вернулась к готовке и командованию, но меня она слушала внимательно. Люблю я её до безумия…

– А ты в курсе, что наша доченька влюбилась в него по самые не хочу? – это был, как гром средь ясного неба. Я, конечно, догадывался об этом по её поведению в последнее время, но искренне надеялся, что всё обойдётся. Но не обошлось.

– Что ты предлагаешь делать?

– Конечно же помочь ей выразить свои чувства! – воодушевлённо сказала Абигайль, сваливая рубленные овощи в кастрюлю и накрывая её крышкой. Мне вспомнились слова самого виновника разговора. Может дать ему шанс? Маленький.

– Хорошо. Я постараюсь хотя бы не мешать им. Но мне не нравится эта затея.

– Вы о чём? – сказал появившийся у меня за спиной капитан.

– Я рассказывал жене про журналистов и о том, что мне это очень не нравится… – наобум ляпнул я.

– Вы очень не складно и глупо врёте, товарищ квартирмейстер… но, предположим, что я поверил. Что есть пожевать?

– Простите, Константин …

– Просто Драгон или капитан. И обращайтесь ко мне на «ты». Для обращения на «вы», я годками не вышел.

– Прости, капитан, но пожевать есть только трава на лужайке. – Драгон изменился в лице. И без слов было понятно, что он, как и я, очень хочет есть.

– Очень жаль. – сказал он и ушёл, напевая под нос: «Я голоден… дайте что-нибудь…». странный он человек.

– Ладно. Пойду наработаю право покушать вечерком… – сказал я и, поцеловав на прощание любимую, отправился на поиски работы.

Часов через шесть – шесть с половиной серьёзно стемнело и поступила команда работу прекратить. Незаметно для меня, возле руин гильдии выстроилась огромная очередь за едой, которую приготовила моя любимая жена… эх, чувствую, что и сейчас я не поем. Ещё неожиданней был двухметровый постамент, рядом со всё той же гильдией. К нему было подведено огромное количество проводов и кабелей, часть которых обеспечивала освещение. Похоже, намечается, что – то серьёзное. Вокруг постепенно появлялись люди с тарелками и мисками. Они о чём-то разговаривали и спорили. В воздухе витал чёткий запах еды. От него мой желудок сворачивался трубочкой и жалобно бурчал.

– Простите! – послышался знакомый голос. Я обернулся и увидел того паренька, который наш новый юнга.

– Привет, э… как ты сказал тебя зовут?

– Я не говорил. – бойко ответил парень. – Матиас. Вот теперь сказал.

– Матиас… редкое имя…так чего хотел?

– Скажите, а что значит «ребёнок корабля»? – я смутно знал ответ на этот вопрос, поэтому неопределённо пожал плечами и извинился. Затем взял мясо с рисом о овощами себе и юнге. Мы уже собрались занять себе какую – нибудь лавочку, но этой цели было не суждено сбыться.

– Всем, всем, всем! Говорит Драгон. Прошу всех собраться перед ценой возле гильдии «Тёмный Дракон». У меня для всех вас важное обращение и сюрприз. Жду. – сказал громкоговоритель и комм. Я тяжко вздохнул, взял юнгу за руки и мы вместе пошли к сцене, уплетая по дороге ужин.

Вокруг сцены собрался весь город. Все толкались и матерились на всех языках, но чаще на русском. Наконец на сцене появился капитан.

– Вечер добрый всем! Я отчаянно рад всех вас здесь видеть! Начну с главного: все мы знаем, что при штурме нашего города вся его инфраструктура была расфигачена до основания нашими гостями – славными солдатами Империи! Похлопаем им! – по толпе прокатилась волна аплодисментов. – И если бы условия вашей интервенции были хоть немного другими, то не один из вас не выжил бы. Но история не терпит сослагательного наклонения и поэтому вы – наши дорогие гости и помощники. Не все смогли дожить до этого момента. Кто – то умер прямо на поле битвы. Кто-то в госпитале. И все они заслуживают высших почестей на равных. И они их получат, но не сегодня. Сегодня я объявляю праздник по случаю перемирия и приказываю всем веселиться до упаду и пить сколько влезет! За мир и за тех, кого с нами нет! Также, на правах капитана эсминца особого типа «Арбалест» я объявляю набор в команду всех желающих в возрасте от шестнадцати до пятидесяти лет. Добровольцам ждать меня пред трапом судна в полдень и не минутой позже. На этом всё. С превеликим удовольствием, я приглашаю на сцену ВИА «Чертополох»! – вокруг все засвистели и закричали, предвкушая шоу. Драгон поздоровался с вокалисткой и спрыгнул на землю.

– Спасибо за такой радушный приём! – послышался приятный голос Ирины Илюшкиной. – Честно признаюсь, когда мы сюда летели, то предполагали, что нас тут убьют, но после разговора с Драгоном, мы поняли, что здесь нам ничего не угрожает. Итак, песня, которую мы сочинили здесь, на Псикамероне, после того, как услышали байки и легенды о самом варбоссе гильдии «Тёмный Дракон»! Начинаем! – сказала она и на фоне зазвучала приятная музыка. Я не мог разобрать инструментов, но сама мелодия расслабляла…

Твой путь

Осенний ветер

Степной орел

Расправляет крылья,

Твой путь

Тугою плетью

Заметает каждый шаг пылью.

Твой путь По костям земли,

Твой путь По цепям воды

На упругих лапах Звери шли,

Чуя запах беды.

Зов крови —

На броне драконьей

Полыхнуло солнце.

Зов крови —

Давно ли ты понял,

Что никто не вернется?

Голос вокалистки был очень красив, но Ирине не принадлежал. Он был во власти Тиары, что меня очень поразило.

На великой охоте

Начинается день,

Пляшет солнечный знак

На струне тетивы,

За спиною бесшумно

Стелется тень

В переплетенье

Из жесткой травы.

Льется путь по хребтам

Одичавших гор,

По сухим ковылям

Да по перьям седым,

Где смерть жжет костер

Ты вдыхаешь дым.

Зов крови —

Ястребиное зрение,

Человечьи глаза.

Зов крови —

Разгорелись поленья,

Не вернутся назад.

Зов крови —

Совсем не заметно рядом появился капитан с тарелкой еды в руках. Похоже, ему нравится эта песня.

И смеется сталь

От крови пьяна.

Знаешь, как тебя ждали здесь?

Не было жизни,

Была лишь война.

Легким шагом ты входишь в смерть,

Расползается, тлея, ткань бытия,

Ярость светла, словно факел, клинок.

И не нижний мир получит тебя,

А с улыбкою встретит Воинственный бог.

Зов крови – Смерти волчьим оскалом

Ты в лицо усмехнешься. Зов крови —

Ты всегда знал,

Что не вернешься.

Зов крови…

Сладко зевнув, я развернулся и начал продираться сквозь толпу. Обратно на «Арбалест». Спать.

Примечание к части

В данной главе была использована композиция группы «Мельница»:"Зов крови".

>

Глава № 10

Утром, в десять часов по местному времени, началась церемония погребения жертв всей той бойни. Причём погребали не только пиратов, но и имперских воинов, что погибли на этой земле. И несмотря на то, что они сделали, со стороны местного населения не было никакой агрессии к присутствующим боевым братьям со стороны имперских войск. Наоборот, они все вместе оплакивали павших, не деля их на «своих» и «чужих». Вот только погода была не подобающая – безоблачное небо и сильная жара, что очень контрастировало с мрачностью лиц. Даже капитан был непривычно тих и молча сидел на лавочке перед надгробьями и наигрывал похоронный марш на старенькой «акустической гитаре», как он сам назвал это изделие из разно породной древесины и нейлоновых струн. Его лицо не выражало ни скорби по умершим, ни злобы к живым солдатам, что прибыли утром помогать разгребать кавардак, ими же и устроенный, ни радости победы. Ничего. Оно было абсолютно пустым. На фоне рыдающих женщин и еле сдерживающих слёзы мужчин, он казался ядовитой насмешкой обыденности над самой концепцией человечности. И это сильно меня нервировало. Меня, который смог узнать среди погибших своих друзей со школьной скамьи – Ваську Карпекина и Фомку Фролова по прозвищу «ФФ», своих бывших сослуживцев – Ваньку Штольца, Ирку Дядькину, Серёгу Дятлова и Валерку Вяземского. Вот ведь как получается… мы столько прошли вместе, одна вылазка в лагерь Конфедерации во времена их периодических интервенций чего стоит? Я тогда ещё старшим сержантом был. Нас тогда заметили в очень неудачном положении – мы пересекали открытое пространство без укрытий. Открыли огонь. Вяземского тогда практически в крупное решето превратили, а он, чертяка такой, взял да выжил. А сейчас? Погиб от рук пиратов в бессмысленной битве за какую – то, как выразился вчера Драгон, имперскую профурсетку. Смерть всегда забирает лучших.

– Многих узнал? – спросил капитан, без шумно подойдя ко мне со спины.

– Достаточно. – с нотками ненависти и горечи ответил я. Во мне кипела ненависть к его безразличию.

– Пойдём… нам ещё рано уходить на покой. У нас ещё много дел в этом мире.

– Это каких же?! – громко спросил я. Чёрт. Надо успокоиться, иначе я наломаю дров. Но капитан даже ухом не повёл. Вместо того, чтобы ударить меня, отрезвить хорошей пощёчиной, он положил мне руку на плечо, пристально посмотрел в глаза, затем тяжело вздохнул, развернулся и пошёл по направлению к гильдии.

– Нас ждут горы денег, слава и конечно же контракты.

– Как ты можешь быть таким спокойным?! – не сдержавшись, я догнал его и схватив за лацканы жилетка поднял над землёй на вытянутых руках. Не знал, что он на столько лёгкий. Килограмм, наверное, шестьдесят. Хотя выглядит на все восемьдесят. – Два дня назад здесь, в этом городе, погибло по грубым подсчётам две тысячи сто человек! А у каждого из них осталась семья! Как быть с ними?! Тоже в расход?! Как свиней! Или им просто забыть, про то что у них были любящие мужья, жёны, сыновья и дочери?! Махнуть рукой на то, что их родственников больше нет?! – ну вот… я начал ломать те самые дрова. Ой чувствую мне потом потом будет за это мучительно стыдно и больно на губе…

– Мне тоже тяжело осознавать, что стольких людей больше нет. Но я верю, что все, погибшие за свои идеалы, за своих родных и близких, навеки останутся в сердцах живых. И пока живы, мы должны сражаться за тех, кто стоит рядом и позади нас, и во имя тех, кого с нами больше нет. А для этого мы должны, стиснув зубы от боли потерь, идти дальше и делать мечты и надежды павших реальностью нашей вселенной. – он говорил слишком спокойно и монотонно. И не знаю почему, но такой настрой передался и мне. Сразу вспомнился тот случай в его каюте. Я опустил его на землю и виновато вздохнул.

– Прости…

– Ничего страшного… – только и сказал он, поправив одежду. Меня вдруг охватило чувство стыда за то, что я, здоровенная детина, пытался выплеснуть свою злобу на паренька, который более, чем на голову ниже меня. Надо бы к мозгоправу сходить.

– Ты чего застыл? Или местное небесное светило на тебя паралич кастануло? – немного с издёвкой и задором спросил он. Я лишь неопределённо помотал головой и поспешил догнать его.

Гилдмастер хлопотал в возрождающемся, в прямом смысле, из пепла здании гильдии не жалея себя: везде бегал, всем помогал не делом, так советом, всё контролировал. Ну прямо чудо, а не ребёнок. Как только мы вошли, он юрко спустился со стропил и подошёл к нам.

– Спешу сообщить, что восстановление здания идёт с опережением графика. По моим подсчётам, если всё так и продолжится, то мы закончим уже через пять дней. – отчеканил он. Драгон удивлённо присвистнул, осматривая фронт работ и оценивая скорость работы.

– А зачем ты мне это всё в такой официальной манере докладываешь? – спросил он Ирвина, окончив вертеть головой по сторонам.

– Ну как же… ты же мастер…

– Нет. Ни фига. мастер здесь ты по праву рождения и по порядку очереди. Я своё уже отработал. Сейчас я просто варбосс гильдии и капитан «Арбаленста». Так что ты не обязан передо мною отчитываться так официально.

– Ясненько… – грустным голосом произнёс мальчик – мастер.

– Хэй, мастер. Не грусти. Тебе это не идёт. Но сейчас не об этом. Есть для нас заказы? – мастер задумчиво почесал затылок, затем достал странный чёрный прямоугольник и отдал его капитану.

– Это передал помощник императора на кануне их отбытия на Землю. Не знаю, что это, но мне сказали предать это тебе. – капитан с интересом взял паралелепипедик и его лицо расплылось в довольной улыбке.

– И где же ваш император взял такую древнюю по вашим меркам штуку, как флешка? – спросил он с риторической интонацией. – Да и не суть. Надо узнать, что глава вашего государства хочет от такого, как я. – он снял маленькую крышечку и подсоединил прямоугольный штекер к своему комму. Послышалось одобрительное пиликание и голографический мини-проектор показал нам лицо императора.

– Доброго времени суток, господин Драгон. Я хочу попросить вас о помощи. Вы уже знакомы с моей дочкой Азмарией. Она в беде. Лорд Гектор изъявил желание женить своего сына Кида на моей дочери. Через три дня состоится их свадьба. Но она без устали твердит, что любит только вас и если я выдам её за Кида, то она покончит с собой. Учитывая объём всех неприятностей, что она вам причинила своим присутствием, я не буду удивлён, если вы откажитесь. Но я прошу вас не как император, а как отец – спасите мою дочь от этого рока. Запись окончена двадцать семь часов назад. – сказал комм и затих.

– Что делать будем, драконовцы? – спросил капитан.

– Предлагаю согласиться и помочь. – предложил я. Капитану, по-видимому, это не понравилось.

– Уверен? – спросил он с недоверием.

– Уверен. Если мы так сделаем, то сможем рассчитывать на благодарность со стороны заказчика. В долгосрочной перспективе это может нам очень помочь. – ответил я. Капитан задумался и на долго. Периодически он делал неопределённые жесты руками и хмыкал. Затем его лицо изобразило довольную мину.

– А ведь ты прав, товарищ мой квартирмейстер… координаты вытащим из этой штуки по дороге. По коням. – скомандовал он и пошёл бодрой походкой к порту. Я посмотрел на время. Без пятнадцати полдень. Как всё вовремя. Даже сомнение берёт, а не спланировано – ли это всё кем-то. Но такое маловероятно.

– Мастер, ты с нами? – спросил я парня с планшетом, который контролировал выгрузку стройматериалов.

– Нет, спасибо. У меня и здесь забот полон рот. Так что, проследи за нашим варбоссом вместо меня. Хорошо? – ответил он не поворачиваясь и не отвлекаясь.

– Конечно. – я развернулся и пошёл догонять капитана.

Напротив трапа стояло тридцать человек разного возраста, расы и жизненных убеждений.

– Я спрошу у вас всего одну вещь и только один раз. – капитан вещал командным басом, стоя на ящиках со старыми энергоблоками для катеров припланетного флота. – Вы твёрдо уверены в своём желании идти за мной, идти грабить караваны без страха быть убитыми из-за своих ошибок или убеждений, бороться за свои идеалы до последней капли крови?

– Да! – крикнули все хором не размышляя и секунды. Горячая голова способствует увеличению отверстий в теле. Но с другой стороны, идейным мало что надо, кроме харизмы предводителя и его слова. Посмотрим, что из этого выйдет.

– Тогда добро пожаловать на борт, братья по оружию. – голосом заговорщика произнёс Драгон, спрыгнул ящиков и пошёл на борт. Новобранцы неопределённо посмотрели на меня.

– Вы его слышали! – рявкнул я. – Бегом на борт! У нас есть работа. – все как один сорвались с места и стройными рядами побежали вверх по трапу. Среди всей этой кучи я смог различить Леган, Геми, Чемаг, зверолюди, как чистокровные Калигула и Вервольфы, так и полукровки – Неко и Эльбан. А ещё… моя дочь?! Изловчившись, я протиснулся между двумя Калигула и оказался рядом с Марселин.

– Что ты тут делаешь? – спросил я строго.

– Записываюсь в команду. – ответила она, как будто так и надо.

– А маму ты спросить не забыла?

– Нет. И она сказала, что не против. – вот ведь хитрая лисица моя любимая жена…

– Хорошо. Я прислушаюсь к маме. Но учти, если ты умрёшь, то я тебя с того света достану и так отругаю, что мало не покажется. Поняла? – строго, но по-доброму спросил я. Она уверенно кивнула. На этом наш диалог закончился, а я поспешил догнать Драгона, благо он не успел уйти далеко и мне удалось настичь его возле лифта. – Что моя дочь делает в рядах добровольцев? – в ответ капитан сделал такое выражение лица, что и без слов стало ясно, что он, как и я, не знал об этом её поступке.

– Что ты из-под меня хочешь, старичок? – спросил он, входя в раскрывшиеся створки лифта.

– Не подвергай её серьёзной опасности. – ответил я, входя следом. Лифт тронулся намного мягче, чем в прошлые разы. Видимо всё – таки его откалибровали.

– Хорошо. Как у неё с готовкой?

– Ты на что намекаешь?

– На то, что у нас очень большой недобор персонала в должности кок. А твоя дочь очень хорошая кандидатура. Согласен?

– Вполне. – створки вновь отворились, и мы оба поднялись на мостик. Драгон, как и полагается, встал к штурвалу, а я встал справа от него. Также на мостике были оба Волковских за консолями корректировки вектора тяги двигателей и курса, Канна в шлеме РЭБ.

– Поднять якорь! Отдать швартовочные колодки! Закрыть аппарель трапа! Взлётно – посадочные двигатели – половина мощности, очистить систему охлаждения маршевых двигателей, проложить оптимальный курс для выхода из атмосферы. – Командовал он слишком толково. Видимо и правда знал своё дело на должность капитана.

– Курс проложен.

– Производится корректировка вектора тяги двигателей.

– Нам предоставлен четвёртый взлётный коридор. – Драгон кивнул и заученным жестом повернул штурвал на сто восемьдесят градусов. Корабль послушно начал поворачивать влево, ложась в границы нужного коридора. Когда же мы вошли в оный, штурвал был возвращён в исходное положение.

– Маршевые двигатели – четверть мощности, выходим в открытый космос. Взлётно – посадочные двигатели свести на ноль.

– Выход в открытый космос подтверждаю.

– Маршевые – половина мощности. Проложить курс, основываясь на данных с передатчика. Нэнс! – в ту же секунду на мостике возникла Нэнси. – Куда дела новобранцев?

– Первое дозе. – неопределённо ответила она.

– Понятно. Становись за штурвал. Заступаешь на вахту, а мы пойдём потолкуем с новобранцами за кашу манную, за жизнь туманную. – Нэнс, как и было ей сказано, заняла место капитана, а мы направились к лифту.

При нашем появлении все спешно построились в две шеренги. Увидев такой маневр, капитан хмыкнул, но не критично, а довольно. Ещё бы. Такой выучке и выправке практически любое подразделение постоянной армии Империи позавидует. По многим из них было видно, что они прошли не одну горячую точку в составе вооружённых сил своих государств. Так что же толкнуло таких, как они на стезю пиратства? Возможно, то же самое, что и меня, но такой вариант крайне маловероятен.

– Товарищи рекруты, я вновь приветствую вас на борту своего судна. Сейчас все вы будете сопровождены в медблок для прохождения медицинского освидетельствования, на основе которого я смогу, в последствие, разделить вас по группам здоровья и по обязанностям на корабле соответственно. Также будут учитываться ваши способности и бывшее место службы или работы. И да, скажу сразу – если кто-то из вас затеет бунт, то инициатор полетит из торпедного аппарата на встречу какому – нибудь астероиду, а сподвижников пустим на мясо для нашей собаки. Всем всё ясно?

– Да! – ответили все хором.

– И ещё… вы можете называть меня как угодно, но без оскорблений и фамильярностей. Что будет с теми, кто так сделает, я вам уже сказал. Все всё поняли?

– Так точно! – хорошие ребята. Понятливые. Чувствую, что они ещё долго будут здесь находиться. Ну, в роли экипажа. Но что-то не давало мне покоя. Почему – то у меня было ощущение, что скоро половина из них сложит головы в цинковые ящики. Возможно, это профессиональная чуйка разыгралась на пустом месте. А может и что похуже. Так или иначе, пока не стоит обращать на это внимания, но из виду такое чувство терять нельзя. Потом посоветуюсь с капитаном.

– Раз всё поняли, тогда пожалуйте за мной. – капитан резко развернулся и пошёл к выходу, гулко стуча ботинками по полу. Новобранцы нерешительно потянулись за ним. Я было тоже пошёл, но капитан вдруг остановился, повернулся ко мне лицом и хитро посмотрел мне в глаза.

– Сид. К тебе будет отдельное поручение. Пойди найди своих Волковских и вместе проинвентаризируйте арсенал, затем спуститесь в ангар и посмотрите количество техники. – он так решил от меня избавиться или что? Мол, пойди отсюда и не мешай? Хотя, зная его, он бы так не сделал. Скорее всего, он тоже чувствует, что-то не ладное и решил перестраховаться. Эта версия развития его мыслей. Мне лично кажется более правильной.

– Понял. – ответил я. Выйдя из дозе, я пошёл по направлению к кубрику. Скорее всего, они спят без задних ног. Так и оказалось. Оба бессовестно спали на своих койках. И ведь даже предъявить им было нечего. Всё по старому армейскому принципу – что не запрещено уставом – то разрешено уставом. – Рота подъём! – рявкнул я. Они быстро подскочили на кроватях, скатились на пол и вытянулись по стойке смирно. Выучку не пропьёшь…

– Максим Эрнестович… – жалобно простонала Биска, потирая глаза. – Ну мы только прилегли после приборки на мостике и в кубрике…

– Ценю ваше старание, товарищ боцман, но капитан дал указание провести инвентаризацию материальной части судна.

– В смысле? – вступил в разговор Дрейвен.

– А в том смысле, товарищ боцман, что нам надо пересчитать всё вооружение в арсенале и проверить его дееспособность. А потом спуститься на ангарную палубу и там проделать то же самое с техникой. Понятно?

– Да. – сонно ответили оба Волковких и, поминутно зевая, пошли на выход. С надеждой посмотрев на кровать, я тяжело вздохнул и пошёл за ними следом.

Всего в арсенале нашлось: ИВ-25 в количестве семидесяти единиц, столько же АК-104, двадцать шесть дробовиков ДЛ-72 «Архонт», Р-27 «Пума» десять штук, пяток ПП-52 «Фреза», двенадцать штук ШГ – 14 «Рука Смерти» и по полторы тонны патронов ко всему. Ещё было окало полусотни клинков разных профилей. В ангаре стояли беспилотные катера «Чайка» – двадцать штук, четыре истребителя поддержки судов КЕ-8 и десантных экзоскелетов сотня. Всё в рабочем состоянии. Даже удивительно. Видимо, Нэнс основательно закупилась в порту. Но вот АК-104 системы булпап остались ещё со времён Третьей мировой. Как не странно, но это оружие было результативнее, чем самые передовые разработки нынешних КБ. Странно это всё… Так. Хватит пустых рассуждений. Пора доложиться капитану.

Драгон сидел на откидном табурете у самого выхода из медблока. Замученный и с глазами, как у мёртвой рыбы. А новобранцы в это время бегали от прибора к прибору, проверялись и записывали данные в специальные карточки. Я нехотя похлопал капитана по плечу. Он, в свою очередь, нехотя поднял на меня взгляд и нехотя начал диалог.

– Что тебе надобно, старче? – спросил он, широко зевая.

– Арсенал и ангар проинвентаризированы. Всё занесено в протокол.

– Отлично. Скажи мне, друг мой высокий, как твоя дочка лишилась обеих ног? – он задал этот вопрос как бы между делом, листая протокол инвентаризации. А какое ему до этого дело? Неизвестно. Я вообще мало когда могу понять ход мыслей капитана.

– Автокатастрофа …

– Да ладно… – капитан посмотрел на меня глазами, так широк раскрытыми, что казалось ещё чуть-чуть, и они выпадут из глазниц. Он правда удивлён или издевается?

– Не перебивай. Так вот, это случилось десять лет назад. Мы как раз возвращались от моих родителей на авто такси. Как вдруг на нашу полосу выскочил неуправляемый большегруз и начал таранить всех. Я успел открыть дверь и выпрыгнуть, так как по своей самоуверенности никогда не пристёгивался. А вот жена с дочкой не успели. Я до сих пор не могу понять, как именно так получилось, но Абигайль отделалась только переломом левой руки и ноги, а вот у Марси ноги ниже колена были раздроблены практически в порошок.

– Так чего же не поставили протезы? В ваше время это намного проще, чем в моём. – в его голосе слышался не то интерес, не то укор.

– Сами протезы стоят копейки, ты прав. А вот операция по киберизации стоит бешеных денег. Тогда, да и сейчас, у меня не хватает на эту операцию.

– Понятненько… сколько успел скопить?

– Почти всю сумму. Мне оставалось только пять сотен Имперских подкопить и всё. Но… но видишь, как всё вышло. А с какой целью тебя это интересует?

– Да так… твоя дочка решила вступить в должность стрелка турели ПВО. И в абордажах изъявила желание участвовать. А для этого, как ты понимаешь, нужны ноги. – капитан повернул голову в сторону медблока. Я последовал его примеру и увидел, что вся орава новичков слушают нас. – Тут есть кто-нибудь, кто может помочь? – строй молчал. – Тогда живо покинуть Медблок, карточки положить на тумбочку рядом со мной и бегом в кубрик.

– А чем нам там заниматься? – спросил кто – то из строя.

– Имя, матрос. – нейтрально произнёс Драгон.

– Михаил Скляренчук. – представился молодой парень – леган.

– Хвалю за инициативу стать комодом, Скляр. Но это в первый последний раз, когда я вас так хвалю. Пока не докажите, что от вас есть реальный толк в бою – похвал и особого уважения с моей стороны можете не ждать. Поняли? Это всех касается!

– Так точно! – крикнули все хором.

– Тогда исчезли отсюда в кубрик. – после этой команды всех как ветром сдуло. Драгон был очень серьёзен, было видно, что он доволен такой инициативностью со стороны Скляра. Именно такие, как Скляр и становятся толковыми управленцами. Но и умирают они часто. – Так вот. Когда мы выполним поручение вашего Императора, мы продадим цесаревну в ближайший бордель, а на вырученные деньги закупим твоей Марселин новые ноги. Добро? Хотя нет. Ты же просил не подвергать её сильной опасности. Пусть лучше на камбузе нам борщи готовит.