Текст книги "Рассвет кровавой удачи (СИ)"

Автор книги: Ворон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 26 страниц)

В себя я пришёл от жгучей боли на лице. Открыв глаза (слишком много я сплю, не находите?), я увидел, что незнакомка сидит на мне и лупит что есть мочи по лицу. Увидев, что я очнулся, она прекратила и помогла мне встать.

– Как тебя зовут? – в ответ она лишь начала жестикулировать. – Понято… по губам читать умеешь? – она одобрительно кивнула. Откуда она знает общекосмический, я понятия не имею. – Отлично…

Судя по особенностям ландшафта, мы находились в гористой части джунглей. Солнце стояло достаточно высоко, но особой радости мне это не добавляло. В кустах зашуршало. Ну сколько можно… ещё секунда, и на нас выпрыгнул огромный кладщ. Изловчившись, я смог увернуться, но этот чёрно-красный собакоподобный зверь всё же цепанул меня своими когтями. Правая рука отозвалась чудовищной болью, а из четырёх глубоких порезов начала сочиться кровь. За спиной раздалось раздражённое рычание. Кладщ, напружинив лапы, пристально следил за каждым моим движением. Зажав ранение, я повернулся к нему лицом и застыл в нерешительности. Впервые меня обуял настолько сильный, можно даже сказать первобытный, страх перед кем-то, даже Драгона я так не боюсь, как этого пса в данный момент. Не сговариваясь, мы начали играть в гляделки с летальным исходом для проигравшего. Первыми сдали нервы зверя. Резко сорвавшись с места, он помчался на меня. Когда же он прыгнул, целясь мне в глотку, я схватил его за горло здоровой рукой и, изменив траекторию его полёта, впечатал в землю, начав душить. Вскоре он жалобно заскулил, и я отпустил его. Воспользовавшись этим, он резко повалил меня на землю и придавил своим весом. Ну всё… конец.

Спорю на своё армейское жалование, что вы так и подумали. Но нет. Вместо этого он начал вылизывать мою рану. Закончив с этим противным занятием, он слез с меня, как бы пошло это не звучало. Я поднялся на ноги и посмотрел на руку. Вместо кровоточащих ран там были основательно затянувшиеся шрамы. И боль прошла. Всё то время, пока я переваривал информацию, этот зверь, длиною от кончика носа до кончика хвоста метр шестьдесят-метр семьдесят, сидел рядом и дружелюбно вилял хвостом. В его взгляде читалось не то доверие, не то желание изучить меня. Не зная, что делать, я протянул ему руку, а он в свою очередь потёрся о неё своей мордой, добро гавкунл и ещё сильнее завилял хвостом. Вдруг кто-то положил мне руку на плечо. Обернувшись, я увидел туземку, которая всё это время пряталась в кустах. Она смотрела на меня с уважением и одобрением моих действий.

– Что предлагаешь делать? – в качестве ответа я получил довольно понятный жест, мол, идём дальше, и невольно согласился.

Джунгли сменялись джунглями, и у меня начало зарождаться склизкое чувство безысходности. Моя спутница мирно ехала на спине Кладща, который, похоже, ко мне привязался. Не знаю почему, но мне очень сильно захотелось найти Драгона. Может, он знает, что здесь происходит? В голове крутились мысли. Одни красивые и грациозные, как лебеди, а другие…

Вдруг раздался крик. Туземка и Кладщ подскочили на месте от неожиданности. Я прислушался. Крик повторился. Тогда дикарка вопросительно посмотрела на меня, которого било мелкой дрожью. Помотав головой, я отогнал от себя все плохие мысли, сел верхом на пса, и он, не дожидаясь моих указаний, помчался к источнику крика.

Вы когда-нибудь видели Ирганиминскую хищную розу? Нет? Я тоже не видел. До этого момента. Гигантское по своим размерам полуразумное растение хлестало своими толстыми лианами-плетьми по довольно-таки обширной площади леса, убивая всё и вся, что попадалось, так сказать, под руку. Снова крик. Подняв голову, я увидел, что в одной из лиан цветок сжимает цесаревну. Все страхи, которые скрытно глодали мой мозг, призывая бежать, смело в один миг. Буквально соскочив с кладща, я, очертя голову, понёсся к стеблю этого растения. Но оно, заметив меня, попыталось сбить с ног и раздавить, но промахнулось, а я продолжил марш-бросок с целью спасти Азмарию. Добежав до стебля, я продолжил двигаться уже в вертикальной плоскости, но оно, почувствовав это, начало извиваться всем стеблем, пытаясь меня скинуть, а я держался. В это время пёс кусал корни розы, перенося ужасающие удары. Бедолага. Засмотревшись на пса, я не заметил, как одна из лиан начала приближаться ко мне. Удар, и я уже лечу вниз с высоты не менее восьми метров. Внезапно меня подхватили и понесли к близлежащему дереву.

– Цел? – голос Канны я узнал сразу.

– Да, – сказал я, когда меня поставили на твёрдую поверхность, – Вы одни?

– Как видишь. Братишка Дракончик куда-то смылся под шумок. А ты, как вижу, смог завоевать уважение такого своенравного существа, как Вавилонский Кладщ, тем более это альфа-самец… – неосознанно наши взгляды встретились, и я чуть опять не упал. Белки её глаз были черные, как космос, а радужка сменила цвет с приятного изумрудного на кислотно-жёлтый. Канна была под воздействием широко распространённого в Конфедерации Леган наркотиком «Чёрный ястреб». Он многократно усиливает все физические параметры организма по средствам воздействия на отдельные участки головного мозга. Но побочным действием этого усиления является ускоренный износ организма и резкое сокращение продолжительности жизни.

– Ты точно в порядке? – спросила она, вырывая меня из раздумий.

– Да… просто задумался.

– Некогда задумываться! Надо имперскую пигалицу спасать! – с этими словами она взяла меня за грудки и что было дури кинула в растение.

Шизичка. Но это мне помогло. На этот раз я оказался намного ближе, чем в прошлый. Тихонько постанывая от боли врезавшихся мне в руки шипов, я продвигался к цесаревне. А когда оказался на месте, начал рвать лианы, дабы освободить девицу. Правда, получалось скверно, ибо путы были крепкие, а руки горели от режущей боли. Вдруг на мгновение стало холодно. Затем стало тихо. Не было слышно ни битвы, ни криков Азмарии. Хватка лианы ослабла и мы с цесаревной полетели вниз. Это уже второй раз, когда я падаю с этого растения. Стабильность… но в этот раз нас поймал пёс и сразу же начал вылизывать мои ладони. Кана лежала рядом. А растение начало испускать дух: по всей его площади были видны многочисленные разрезы и рытвины.

– И на секунду вас оставить нельзя, бездари махровые… – подняв голову, я увидел Драгона с ярко-чёрным клинком как у тех стражников в деревне туземцев. С лезвия капала буроватая жидкость. Похоже, это была кровь, точнее её подобие, растения. Я был несказанно рад его видеть. – Спрашивать, как вы, я не буду. И так видно, что хреново. – за его спиной возник пёс и с грозным видом начал приближаться. Но когда Драгон посмотрел на него, Кладщ как-то сразу стушевался, замешался, прижался к земле и, жалобно скуля, начал бояться, прикрыв голову передними лапами. Коротким движением Драгон вогнал меч в ножны, затем выпрямил руку, давая её обнюхать. Боязливо проделав ожидаемое действие, зверь доверительно потёрся о Драгона мордой и приветливо лизнул его. Затем пёс упал на спину и начал кататься из стороны в сторону. – Вон какая у вас животинка потешная… – с этими словами он сел рядом и начал чесать псу брюхо. Вот почему мне пришлось чуть ли не убивать эту собаку, прежде, чем она меня признала, а Драгон только взглядом заставил её трястись в страхе? – Будешь Рыком.

– Драгон, где вы взяли оружие?

– Выкать будешь старшим. А я просто Драгон. Для всего своего экипажа, – он встал и легонько пнул бесчувственное тело Азмарии. – Кроме этой курвы. Теперь ты… – он обратился к дикарке. Она слегка смутилась. – Ты кто? – в ответ он получил язык жестов. – На чья ты сторона? – спросил он. Похоже, он её понимал. – У меня есть корабль. – жестикуляция стала активнее. – Хорошо. Согласен. Сид.

– Что? – надо отучаться так машинально спрашивать.

– Хватай тех двоих и сажай на Рыка. Пора выдвигаться.

– Куда? – я с некоторым усилием закинул тела на рыка и направился за Драгоном и дикаркой.

– Увидишь, – ответил он, указывая на низенькую гору неподалёку.

Тут было довольно-таки сыро и затхло, но главное тут был корабль. Простенький такой межзвёздный челночёк. На таких наркотики возят.

– Тащите на борт всё путное, что здесь найдёте, – услышав это, дикарка быстро смела всё содержимое оружейных стеллажей и унесла в челнок. – Тиара, ты нравишься мне всё больше и больше! – с ноткой задора в голосе крикнул Драгон, запрыгивая в челнок. Что странно, несмотря на компактность судёнышка, мы уместились все. Даже место ещё осталось. Вскоре мы уже вышли за пределы атмосферы.

– Куда теперь? – спросила оклемавшаяся Канна.

– Домой, – ответил Драгон и включил передатчик. – Князь Понокота вызывает княжну Печеньку. Приём… – меня очень удивили позывные Драгона и «Арбалеста». Зов продолжался час или два, пока в динамике не раздался железный, но от этого не менее раздражённый голос Нэнси.

– Князь Понокота, мать твою! Ты где штаны протираешь, лось широкопрофильный?! Нас атакуют имперские войска! Живо тащи сюда свою задницу!

Глава № 8

Псикамерон опоясывало тугое кольцо планетарной блокады, состоящее из линкоров типа «Инфинити Стратас» и сверхлинкора типа «Разрушитель Миров».

– Что нам делать? – спросила обречённым тоном Кана.

– Не знаю… – не менее обречённо ответил Драгон, круто закладывая на правый борт. Мимо, весело гремя, пролетела кучка космического мусора. – Так что разберёмся на месте. – мы входили в атмосферу, как пластмасса в воду. Плохо то есть. Нас нещадно трясло, но меня больше волновало другое – почему нас никто не попытался остановить, или, хотя бы, связаться с нами? Да и к тому же в катере резко стало слегка холодновато. Раздался взрыв. Совсем рядом. Тряхнуло. Все попадали со своих мест. В динамиках внешней связи зашабуршало. Затем раздался грозный голос.

– Неопознанный борт. Вы нарушили границы планетарной блокады и вторглись в зону боевых действий. Немедленно покиньте воздушное и припланетное пространство Псикамерона. Иначе мы будем вынуждены применить силу.

– Сударь, а не сходить ли вам в пеший эротический поход?! – злобно, не то гаркнул, не то спросил Драгон и отключил внешний канал связи. Мы уже заходили на посадку, так что я не сильно волновался об применении обещанной силы.

На улицах города творился сущий ад. Слышались мощные взрывы, сверкали выстрелы, свистели над головой снаряды, повсюду летали камни, дроны-наводчики и осколки… Выгрузившись из кораблика, мы быстро скрылись в обломках кабака, принадлежавшего гильдии чернокнижников. Вовремя. Прогремел ещё один взрыв. Наш кораблик разлетелся на куски. Рык боязливо прижался к земле, цесаревна и Тиара последовали его примеру.

– Клирик! Клирик, мать твою, отзовись! – кричал капитан, приложив палец к уху. Меня не оставляло чувство, что нас вот-вот должны схватить. А главное – нам нечем было обороняться в этом случае, ибо вся амуниция сгорела вместе с корабликом.

– Капитан! Вы вернулись! – Клирик чуть ли не плакал. – Нас окружили у здания гильдии! Скоро здесь будет «Джаггернаут»! Скорее! Спасите нас! – кричал он. Затем, связь оборвалась. Складывается такое впечатление, что все решили считать Драгона чуть-ли не Богом во всех смыслах. Подумаешь, один раз разобрался с пятью головорезами… голыми руками… и что теперь? Считать его всемогущим сверхчеловеком? Нет уж. Увольте. Я на такой культ личности не подписывался.

– Нэнс. Что там с этими гавриками?

– Они ещё держатся, но если ты, пацак позорный, живо не появишься на их позиции – их мозги будут украшать ступни того робота…

– Ты кого пацаком позорным назвала?! Крыса компьютерная!

– Да я тебе!.. Вот только выберись оттуда живым – по матрице мироздания размажу, гузнолиз!

– А с чего я тут подохнуть должен?!

– А с того, что вы в окружение попали, фуфел шестибитный. – сказала она и отключилась. Стоило ей это сделать, как нам скомандовали встать.

Их было окало двадцати. Все закованы в экзокостюмы грязно – зелёного цвета и вооружены ЭМ-винтовками. Пехотинцы. Я отчётливо чувствовал взгляды их стволов. И от этого мне становилось всё больше не по себе. Казалось, сделай мы лишнее движение, резкий вздох и нас тут же изрешетят в фарш.

– Вы кто? – спросил один из пехотинцев. Судя по кубарям на вороте нагрудника, это был лейтенант… какое приятное совпадение… Капитан напрягся. Он ритмично сжимал-разжимал кулаки.

– Я варбосс пиратской гильдии «Тёмный Дракон». Моё имя Драгон, а это мой экипаж… и так…имперская пигалица. – сказал он, указывая на нас. Цесаревна оскорбления не заметила. На что Драгун, по-видимому, немного обиделся. А пехотинцы встрепенулись, коротко переглянулись и командир слегка повёл плечами в ширь. – И в ваших же интересах пропустить нас к нашим товарищам в здании гильдии… иначе я вскрою дочурку вашего любимого Императора… – он заговорчески вытащил из-за спины свой короткий меч и упёр остриём в горло Азмарии.

– ТЫ не посмеешь! – напугано крикнул командир.

– Давай на спор… – Драгон криво улыбнулся и провёл мечом чуть вниз. За лезвием протянулась красная полоска крови.

– Товарищ лейтенант, скомандуйте пли? – спросил кто-то из толпы.

– Нет… у меня есть идея по лучше. Драгон. – позвал пехотинец, снимая шлем. Это был длинноволосый блондин с привлекательным слащавым лицом аристократа. – Я вызываю тебя на дуэль чести. Ставка – жизнь. Наша и наших товарищей, здесь присутствующих.

– Я принимаю твой вызов. – ответил капитан не раздумывая. Он что совсем с катушек съехал?! Он собрался драться на мечах с офицером космопехоты – человеком, которого обучали биться насмерть. Хотя, Драгон не лучше. Они сошлись ровно на середине импровизированной арены, которою образовали собою мы с пехотой. Встали на одно колено, воткнули в землю мечи и начали произносить клятву. Затем сорвались с места и их клинки сошлись в безумном танце. Движения были настолько быстры и точны, что сложно было разобрать или заметить, что – либо. Инициатива переходила из рук в руки, но они были примерно равны. Только у Драгона глаза светились праведным гневом и пьянящим азартом, а лейтёха руководствовался холодным расчётом и чётко следовал заученной давным – давно тактике боя. Но такое положение дел не могло продолжаться долго. Это завораживало. Они оба, как будто были частью большой военной постановки, аккомпанементом которой служил лязг клинков, взрывы, выстрелы и одобрительное улюлюканье толпы. Но у любой постановки есть свой конец. И эта не заставила себя долго ждать. Проведя хитросплетённую комбинацию блоков и ударов наотмашь, Драгон завладел оружием противника и одним ударом лишил того конечностей. Такой исход поразил всех, а особенно пехоту.

– Ты был достойным противником… – сказал капитан, занося меч над головой поверженного противника. Окружавший нас отряд тут же заклацал предохранителями и зажужжал реостатами винтовок, нацеливаясь на капитана.

– Не стрелять! – прокричал обрубок лейтенанта. Из его бёдер и плеч натекло порядком крови. Как бы не помер парень. – Он… Он бился честно… И победил. Теперь наши жизни в его руках… – капитан молча обрушил на него меч…

– Ты не только отличный боец, но и человек слова. Я ценю таких людей… твоя жизнь в моих руках, и я дарю её тебе. – Драгон достал маленький шприц и вколол его содержимое в сонную артерию лейтенанта. Кровотечение моментально купировалось. – Когда весь этот кавардак кончится, приходи в гильдию – выпивка и новые конечности за мой счёт.

– Как получится… – выдавил из себя лейтенант и отрубился, а мы продолжили путь.

Мы не успели. «Джаггернаут» уже ровнял здание гильдии с землёй. А наши согильдийцы сидели по окопам и вяло постреливали по неуязвимому меху. Заметив нас, стоящих посреди поля брани, он медленно повернулся в нашу сторону и начал устрашающе щёлкать сервоприводами механизмов перезарядки орудий: двадцатиствольного пулемёта и двух крупнокалиберных ракетниц. Мельком взглянув на здание гильдии, я ужаснулся, ибо от него ничего не осталось. Практически.

– А вы ещё кто? – грозно спросил мех, скашивая на нас окуляры камер.

– Сид, будь готов к бою. Кана, бери Рыка и поспеши на помощь нашим братьям и сестрам в здании.

– А что мне сделать? – спросила цесаревна, прижимаясь грудью к руке Драгона.

– А ты, мразь, изволь пойти и сдохнуть. – гаркнул капитан и со всего замаха заехал ей под дых. Она схватилась за область диафрагмы и, скрючившись, упала на землю. На её лице было истинное наслаждение. Конченная извращенка.

– Я спрашиваю ещё раз! Кто вы такие?! – на плече меха появилась крупнокалиберная винтовка.

– Я, Драгон, варбосс гильдии «Тёмный Дракон»! Братья! Сестры! Хватит сидеть по окопам, как позорные крысы! Вставайте! Я призываю всех, кому не дорога жизнь, сражаться под моими стягами за нашу землю! За наш кров! За нашу пиратскую Родину!..

– Зря стараешься! – надменно закричал мех. – Все они уже мертвы!

– Раз не осталось живых… Значит… Мёртвые! Встать! – не успел он это произнести, как за нашей спиной, вокруг нас, перед нами раздались не стройные голоса тех, кто жаждал возмездия. Тех, в чьи сердца Драгон, своей речью, вселил веру в победу. – Магма течёт в наших венах, раскаляя сердца! Мы интергалактические пираты! Вы за кого нас держите?! – рявкнул капитан и пошёл. Нет. Побежал в атаку на «Джаггернаут», а за ним, на нашего общего врага, поднялась волна. Волна озлобленных, отчаянных и воодушевлённых корсаров. Завязался бой. Звуки выстрелов, крики боли, хруст костей, запах прожжённой плоти, атмосфера истинной, дикой и неудержимой бойни за право жить – всё это смешалось воедино.

Нам приходилось не легко. Имперских войск было в разы больше. Они были лучше вооружены. Лучше экипированы. Но на нашей стороне был непоколебимый дух, воля к победе, отсутствие страха и негласный приказ «НИ ШАГУ НАЗАД!». Ведь только люди с таким настроем могли пойти против пехоты, вооружённой дальнобойным оружием и мехом, имея в руках всякий хлам: доски, стулья, гаечные и газовые ключи, камни или не имея ничего вообще. А главное, мы потихоньку начинали теснить недруга, завладевая его оружием. Конечно, мы несли колоссальные потери, но это сейчас было не важно. Лично я подобрал брошенный кем-то в спешке пулемёт и начал поливать бегущих солдат и офицеров концентрированным дождём из стали со свинцовым сердечником. Но не насмерть. А так, чтоб не сопротивлялись. И откуда во мне столько ненависти к бывшим сослуживцам? Секунда, и враг обратился в бегство. Мы подстёгивали их издевательствами, криком, свистом и пустой пальбой в небо.

Драгон прыгал из стороны в сторону, уклоняясь от летевших в него ракет, пуль и электроразрядов. Попутно, он умудрялся наносить удары по коротеньким, но массивным, ногам «Джаггернаут». Мы стояли и просто – на просто смотрели на всё это представление открыв рты… и вот, в очередной раз заложив крутой вираж, Драгон устремился к толстому брюху этого монстра и, оттолкнувшись от стены нашей гильдии, он взмыл над землёй и, приземлившись промеж сенсоров, вонзил свой меч в просвет между пластинами брони, подковырнул и начал, что-то яростно рвать и ломать. Вскоре, «Джаггернаут», всеми способами пытавшийся стряхнуть с себя капитана, застыл. Его бронезаслонка, прикрывавшая вход в кабину пилота, разгерметизировалась и начала медленно открываться. А из-под неё повалил густой чёрный дым. Послышался частый, надрывный кашель. Вынув меч из «мёртвого» «Джаггернаут», Драгон без промедления спустился ниже, залез в кабину и выкинул от туда пилота. Им оказалась молоденькая девушка в пурпурном страховочном комбинезоне. Волосы её были белы, как пепел, а глаза большие и голубые, как море. Одним словом, она была очень привлекательна.

– Как ты? – спросил Драгон, оказавшись рядом.

– Пожалуйста… пощадите меня… – пролепетала она дрожащим голосом. Её глаза налились слезами. – Я… я… я готова заплатить за свою жизнь собственным телом… – она начала было расстёгивать комбез, но Драгон остановил её.

– Ты хочешь этого? Хочешь платить своим телом за свободу? – спросил капитан. Она боязливо замотала головой и свернулась калачиком. – Ну так зачем предлагать? Я ведь могу и согласиться… – капитан хитро улыбнулся. Пилот снова заплакала. Он протянул ей руку, помогая встать. Вот же он… надменный гадёныш… измывается над бедной девушкой в угоду своего эго. Дать бы ему по шее…

– Что вы со мной сделаете?

– Насиловать уж точно не будем. Не боись. – капитан спрятал меч в ножны на спине. – Почему ты вообще решила, что мы такие изверги – насильники?

– Мне много рассказывали про это в училище. Я слышала, что жестоко издеваетесь над парнями, а девушек насилуете и продаёте в рабство.

– А ты и уши, дурёха развесила… не знаю, как остальные, но те, кто бороздит просторы космоса и грабят караваны под моим стягом так делать точно не будут. Они хоть и кажутся страшными на первый взгляд, но на деле они по-своему добры и отзывчивы… – рядом появился Рык. Девушка испуганно взвизгнула и вжалась в Драгона. А Рык осторожно обнюхал её с ног до головы и приветливо лизнул в лицо. – Ну вот. Если он тебя признал, то и мы тебя трогать сильно не будем… – сказал он и пошёл к гильдии. Но стоило ему сделать пару шагов, как он шумно упал на землю. Все моментально окружили его. У него был жар. На лбу проступила испарина, он тяжело дышал и весь дрожал.

– Что с ним? – спросила девушка – оператор.

– Я… Я… не знаю… – это было впервые. Впервые я не знал, что с человеком. Симптомы говорили об интоксикации организма неизвестным ядом, но на теле не было ни места проникновения ядоносителя, ни аллергических высыпаний, ни укусов. Ничего. Он просто умирал. Это ввело меня в некий ступор. Я просто сидел и смотрел в бледнеющее лицо нашего капитана и… не мог ничего сделать… чья-то рука легла на моё плечо. Это была Канна. Она смотрела на меня взглядом полным надежды. Это в момент отрезвило меня. Надо что-то сделать. – Надо доставить его на «Арбалест». – нажав на комме пару кнопок, я стал ждать отклика.

– Ритуальное агентство «Смех сквозь хохот» на связи. – послышался игривый голос Нэнси.

– Нэнс. Это Сид. – на фоне кто-то упал.

– Сид! Где вы?! Как гильдия? – какая быстрая смена настроения и тона. Она почти кричала.

– Мы успели. Гильдия относительно в безопасности, но… – я замялся. Слова застряли в горле. Тяжело сглотнув, я продолжил. – но капитану плохо. У него горячка и тяжёлая интоксикация. Через десять минут он умрёт… – воцарилась тишина.

– Я и остатки населения заперты в гавани. Если сможешь доставить того питекантропа сюда, то я, так и быть, спасу его никчёмную шкуру. – она говорила излишне надменно и спокойно. Это бесило. Очень. Окончив диалог, я поднялся с колен и осмотрелся. Пусто. Разорённая пустыня из трупов, обломков и руин стояла на месте процветающего города. Это больно резало взор.

– Чёрт… Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт! – заорал я во всю глотку и в сердцах пнул «Джаггернаут»

– Что нам теперь делать? – спросила Канна. Похоже она всё видела.

– Надо идти в гавань…

– Но как?..

– Не знаю… – я был готов просо взять капитана на руки и побежать с ним под пули караулов отцепления гавани, как вдруг услышал из меха неразборчивое шабуршание. Я подошёл ближе.

– Броня два-три. Это Летун один-шесть. Как слышно? Ты пропала с радаров. Отзовись… – без промедления я полез в кабину пилота и, нащупав нужную частоту на комме, начал вещать:

– Летун один-шесть. Броня два-три выведена из строя…

– Ты кто?! – грозно спросил летун. Ишь какой борзый…

– Я один из пиратов на которых вы так вероломно напали… – а давно ли я начал отождествлять себя с этими отбросами социума? Наверно, с того штурма Императорского дворца на Эдеме. С того момента, когда один самоуверенный и харизматичный парень шестнадцати лет поднял боевой дух целого народа с колен и обрёк их на победу вопреки всему. С того самого момента, когда те, кого меня учили убивать без суда и следствия, приняли меня как равного. Просто потому, что от меня отвернулось моё государство. Просто потому что мне больше некуда идти. Просто, потому что. – Значит так. Слушай и запоминай. Повторять не буду. Девушка – пилот жива. Пока что. Мы можем вернуть тебе её в целости и первозданности, но при одном простом условии: ты немедля притащишь свой БТЧ* к зданию гильдии «Тёмный Дракон», заберёшь ценный груз и доставишь в гавань. Приведёшь хвост или не явишься – получишь от своей подруги только голову и левую руку. У тебя три минуты. – выпалил я и прострелил узел связи меха. Я был на взводе.

Парень, на вид лет двадцать пять, Леган, прибыл на своём судёнышке точно за полторы минуты и хвоста не привёл.

– Где она?! – гаркнул он, подлетая ко мне и пытаясь ударить. Не на того напал. Уклонившись, я пнул его что было силы. Он успокоился. Затем я указал на кучку согильдийцев, стоявшую поодаль. Короткими перебежками, он двинулся к своей любимой. Наивный. Я же взял Драгона и посадил его на место второго пилота. Парень же, достигнув кучки, выцепил оттуда свою подругу и стал её о чём-то усиленно выспрашивать. Она периодически мотала головой и объясняла ему, что к чему. Я же, образно говоря, плюнул на них и начал копаться с управлением БТЧ. Ну и хитрая же штуковина. С ней я не справлюсь, а парень нас везти откажется…

– Катя мне всё объяснила… – сказал он виноватым тоном.

– И что? – без эмоционально спросил я, пытаясь завести этот пылесос. Капитан хирел на глазах.

– Я доставлю вас к «Арбалесту» так близко, как смогу. Но на борт, помимо «Джаггернаута», могут вместиться только шестеро.

– Значит полечу я, Канна, Драгон, цесаревна и твоя Катя. – при упоминании девушки он слегка покраснел и посмотрел на пилота. С ним всё ясно. Но вскоре он оклемался, и мы начали грузиться. Всё место в БТЧ и впрямь занял «Джаггернаут», но и для нас шестерых места было много. Чего-то он темнит…

Гавань была окружена не хуже самой планеты. На причале, куда нас доставил пилот по имени Костя, чем-то похожий на капитана, туда – суда ходили адепты Святой Инквизиции. Это было совсем не есть хорошо, потому что если Его Императорское Величество поднял Инквизицию, то дело совсем дрянь. У нас. Не у них. Мы высадились за двадцать причалов от «Арбалеста», что было очень далеко. Но всё же мы были настолько близко к нашей цели, на сколько это позволила нам госпожа Удача.

– Это всё, чем я могу вам помочь. – виновато сказал наш пилот.

– Ты сделал всё, что было в твоих силах, так что, в любом случае, спасибо. – ответил я, закидывая Драгона на плечо и выходя в аппарель БТЧ. – Когда всё закончится, заходите к нам в таверну. Вкусную еду и крепкую выпивку гарантирую. – бросил я напоследок взлетающему борту. Вряд ли они придут, но надежда, как известно, умирает последней. Во избежание обнаружения, я накинул на цесаревну и Драгона довольно потёртые плащи с большими капюшонами, а Кана слегка изменила причёску: заплела свои длинные волосы в два хвоста по бокам головы. Признаюсь, честно – ей так больше шло. Мы медленно продвигались к судну. Драгона бил сильный озноб, и он лепетал какой-то бессвязный бред. Я пытался не вслушиваться в его бредни, но получалось с трудом. Всё шло как нельзя лучше – по пути нам встречались пехотинцы, десант и Инквизиция, но либо мы настолько слились с окружающими нас мирными жителями, либо солдаты не догадывались о причине установки космической блокады и конечной цели той бойни, которую они устроили на поверхности. Так или иначе мы удачно добрались до нужного причала. И тут же наткнулись на неприятности: прямо перед трапом на наш «Арбалест», застряла парочка обычных солдат, без Э.С. или механизированных бронекостюмов, а в простом камуфляже.

– Что делать будем? – спросил я.

– Есть одна идейка… – заговорчески сказала Канна, смотря на потолок, а точнее на державшие его металлоконструкции. Затем фривольно сняла я цесаревны плащ, надела, накинула капюшон и полезла вверх. Конченная дура. Что она собирается делать? Акт суицида для отвлечения внимания? Глупо и неправильно. Однако, подобно мохнатым древесным существам с тропических планет, Канна быстро и ловко преодолевала метр за метром на головокружительной высоте. В итоге она оказалась совсем рядом с часовыми. Затем она выполнила совсем уж безумный поступок: легонько оттолкнувшись от балки Кана, широко раскинув руки, вошла в крутое пике по направлению к полу, головой вниз, издавая при этом крик орла или степного сокола. В последние секунды она извернулась, сгруппировалась и приземлилась пятой точкой в кучу старого тряпья. Откуда оно вообще здесь взялось? Караульные сразу же отреагировали на звук и пошли проверить, что к чему. Не знаю, что мною двигало, но я сразу же схватил пустую банку и кинул её в противоположную сторону. Металлический звон громогласным эхом прокатился по гавани. Оба караульных встрепенулись, переглянулись, а затем разошлись. Один пошёл на звук, а другой к куче тряпья. И стоило ему приблизиться к ней достаточно близко, как Канна резко вынырнула ему на встречу, чем-то пырнула и утащила обратно. Затем резким рывком напала на второго и не задумываясь перерезала ему горло. Цесаревне стало плохо. Теперь нам ничего не мешало подняться на борт.

– Что это сейчас было? – спросил я, когда мы оказались по ту сторону шлюза.

– Простой, но действенный способ избавиться от преград. – весело сказала она, вытирая лезвие тонкого стилета. Ну, на счёт «простой», я бы поспорил. Драгон вновь застонал. Перехватив его по удобнее, я побежал к лифту.

– Нэнс! – крикнул я в пространство. – Где здесь мед. блок?!

– Следуй за мной. – ответила она, появившись рядом. К моему удивлению, она не парила в воздухе, как другие голографические воплощения ИИ кораблей, а полноценно бежала рядом, даже чуть отставая, цокая по металлическому полу. Цесаревна бежала рядом, не задавая лишних вопросов.

Мед. блок оказался на четвёртом уровне и представлял собою полноценный отсек с разного рода приборами и агрегатами для проведения любых медицинских манипуляций, начиная от оказания простой первой помощи при не серьёзных ранениях и оканчивая полной кибиризацией организма и нейрошунтированием. Название и назначение большинства приборов я знал только из учебников из – за своей широкой и глубокой специализации полевого врача. То есть, я могу работать руками и в экстремальных ситуациях и в мирное время, используя при этом малую долю технического обеспечения. Но не более.

– Клади его в анализатор! – скомандовала она, указывая на большой белый короб. Я сделал как она сказала. Ящик резко захлопнулся и по Драгону забегали тонкие разноцветные точку, измеряя его пульс, метаболизмы и всю остальную умную химию. Они сплетались в причудливые узоры, плясали по полуголому телу капитана в танце злобного гения. Цесаревна как заворожённая смотрела на всё это светопредставление. – Что же господа… у меня для вас очень плохая новость…