Текст книги "Метроном. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Василий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 20 страниц)

Маг налил воды в кувшин, а следом приложил руку, заставив ярко засветиться руны. Рик поджал губы, оценивая влитый объём сил. Много, больше его текущего запаса. Тем не менее, контур позволял привязывать к себе иные руны. А дальше уже Кериан их создавал, после чего каждая из них удерживала отдельный сгусток силы.

– Пробуй. Как видишь, чем больше сделаешь и заполнишь, тем дороже будет зелье. Заодно контроль потренируешь. Кстати, свой сосуд сам сделаешь. Я не отдам.

Ученик переписал рунную схему, попробовал, как действует правильный артефакт и, озадаченный новой работой, отправился домой.

Схема оказалась несложная, никакого сравнения с потихоньку проектируемым новым посохом. За полдня он накидал схему артефакта, рассчитал мощность необходимых накопителей, а еще день размещал свинцовую вязь на поверхности глиняного кувшина с высоким горлом. В целом, удачно вышло справиться ещё до дежурства.

Пришлось прерваться, проведя несколько дней на золотых приисках, ну а по возвращению, выспавшись и плотно позавтракав, он уселся перед кувшином, напитывая артефакт магией. Спустя полчаса он уже сформировал первую руну, заставив воду слегка засветиться.

Потом вторую, третью, впитал ещё силы из окружения и повторил, отслеживая, насколько хорошо артефакт удерживает заклинания. Довольно неплохо, как оказалось. Зевнув, Рик заварил чаю, посидел и опять собрал магии, переправляя её в жидкость. Час труда, отдохнуть десяток минут, повторить.

И так до обеда, пока от усталости концентрация не нарушилась, а вода в кувшине и сам артефакт не начали устойчиво светиться, постоянно теряя ману. Рик явно немного перестарался, но на первый раз посчитал это приемлемым. Но утомительным.

Тем не менее, он едва успел перевести дух, как во внешнюю дверь громко постучали.

– Заходите!

Сам же потащился к умывальнику, попутно подкинув уголька в печку, и поставил чайник, слушая, как за дверью десятник столичного легиона сбивает снег с сапог. Скрипнула дверь, и, встряхнув густой гривой тёмных волос, порог переступила Ирма, сразу же прикипев глазами к стоявшему на столе кувшину:

– Это оно? Всё получилась?

– Ага…

Рик фыркнул, вытирая лицо полотенцем, пока она подхватила со стола кувшин. Подумав, осторожно подняв сосуд, сделала первый глоток. Постояла, выдохнула и поставила кувшин на стол.

– Как много силы…

– Тебя устраивает? – немного демонстративно зевнул Рик.

Он влил в сосуд полсотни своих резервов маны. Конечно, часть рассеялась, но всё равно хороший запас магии.

– Да, – резко кивнула девушка и, потянувшись к поясу, высыпала на стол горсть серебра. – Когда ты сможешь повторить?

Рик почесал в затылке. С одной стороны, он устал: пропустить сквозь себя столько магии очень тяжко, плюс необходимо время на содержание своих артефактов и тренировки. А с другой, они не так уж и часто совпадали с ней по графику дежурств. Из-за этого идеального варианта – примерно раз в три дня – придерживаться не выйдет. Поэтому он спросил:

– Ты когда на дежурство? Завтра ведь? На прииски?

– Как и ты? – прищурилась она.

– Угу. Давай, пока график совпадает, то каждый день, но силы поменьше вдвое. И я поговорю с Альмой, она тоже сможет помочь вашим мечникам, если нужно.

– Нужно! – без малейших сомнений откликнулась она и, потянувшись к кувшину, спросила: – Сколько магия будет держаться? Обычно за полдня необходимо выпить.

Рик тяжело выдохнул:

– У меня меньше. Через четыре часа, если не заряжать, артефакт может просто взорваться, плюс, за час оно потеряет пятую часть маны. Советую пить сразу, как готово. Но чем меньше маны, тем безопаснее. И будь осторожнее с рунами на кувшине, не хочу опять наносить. Ещё я бы хотел в первый раз убедиться в нормальной работе артефакта…

– Мне прямо тут тренироваться? – подняла она бровь.

– По возможности.

Девушка поморщилась но согласилась:

– Хорошо, жди. Переоденусь и вернусь.

На удивление, она не задержалась. Спустя десяток минут вошла во двор, одетая в широкие штаны, свободную рубашку, с алебардой на плече. Попросила вынести кувшин на улицу, сделала глоток и нанесла первый укол оружием.

Рик внимательно наблюдал, как летало по причудливым траекториям остриё алебарды потихоньку ускоряясь. Десяток минут она просто разогревалась, а потом каждое движение начало сопровождаться выплеском маны. Гудел рассекаемый воздух, неразличимо мелькали руки и ноги алебардистки, перемещаясь по двору. Раз в несколько минут она прерывалась, делая глоток, и продолжала тренировку.

Потихоньку, когда она посчитала, что достаточно разогрелась, на секунду остановилась, глубоко вдохнула и, спустя неразличимый миг, оказалась в полудюжине шагов впереди, припав к земле в максимально длинном выпаде. Очень быстро. И крайне затратно.

Выплеск маны равнялся всему резерву начинающего мага. А она же лишь поморщилась, воткнула алебарду в землю и уселась на лавку, потянувшись к кувшину. Некоторое время просто глубоко дышала, а, отдохнув, покосилась на парня:

– Нравится?

– Красиво, – не стал кривить душой рик Рик. – Но очень много силы уходит. Сколько же тебе нужно маны, чтобы вырасти в ранге?

– Много, – поморщилась она и со вздохом поднялась со скамейки, подхватывая оружие.

Дальше она тренировала каждое отдельное движение или выпад на максимальной скорости и силе, приучая тело к нечеловеческим нагрузкам. Мана пропитывала связки, нервы, мышцы, адаптируя их к повреждениям. Именно так и выковывается живой боевой артефакт, что и представляет собой адепт Пути Меча.

Когда закончилась вода в кувшине, она осталась лежать на земле, не в силах встать. И только пять минут спустя, когда холод стал побеждать, со стоном поднялась, покосившись на Рика. Тот же, ухмыльнувшись, показал ей в сторону бани. Пока она тренировалась, он успел растопить печь и натаскать льда из подвала.

Проследив, как девушка ушла мыться, почесал щёку и вернулся в дом, где в печи доходила похлёбка из оленины. Прошёлся по запасам, собирая на стол, и замер, увидев пустой мешок, где обычно хранил хлеб. Вздохнул, подхватил горсть медяков из кошеля и, скинув домашние тапки на меху, засунул ноги в валенки. Накинул старую кухлянку да потопал до пекарни.

Запахом свежей выпечки начало бить ещё за пару домов и парень ускорился, пока не оказался под большой вывеской с изображением разрезанного пирога. Скрипнула дверь и он сглотнул слюну, когда в нос ударило ароматами пекарни.

Шумно втянув воздух носом, он широко улыбнулся знакомой женщине за прилавком.

– Привет, Грета. Мне хлеб и… – он задумчиво посмотрел на пирог с ягодами, после чего, облизнувшись, указал пальцем. – И вот его половинку.

– Хлеб минут пять подожди, должна свежая партия выйти.

Парень кивнул и задумчиво прищурился, глядя на неё. От женщины уверенно фонит магией, она явно не забросила тренировки полностью. И более того, от печи тоже явственно тянуло силой. Рик перегнулся через прилавок, хмыкнул, увидев вырезанные в кирпиче руны с полудрагоценным камнем посередине.

– Экономим топливо, Рик, – независимо пожала плечами женщина, перехватив его взгляд.

– Эрик делал?

– Сама, Альма немного помогла!

– Вот почему вы печь летом перекладывали… – понятливо протянул маг. – И как, полезно? Много выходит экономить?

– Всё тебе расскажи, – фыркнула она. – Ещё кому-нибудь растреплешь, а те и начнут роптать, «а что так дорого!».

Юноша ухмыльнулся. Это и правда не сильно дёшево, однако притом немалая часть посёлка покупает хлеб у них, хотя прекрасно способны выпекать дома. Но вот столь вкусно умеют единичные хозяйки.

Он только собрался похвалить их выпечку, когда скрипнула дверь и в пекарню ввалился легионер, точнее, десятник из новоприбывших. Резко стряхнув снег с полушубка, отчего тот разлетелся по всему небольшому помещению, глубоко втянул запахи носом и указал пальцем на пирог, который упаковывала в тряпицу женщина.

– Вот его. И десяток булок.

Грета, поморщившись, смахнула ладонью попавший на лицо уже тающий снег, поджала губы и недовольно откликнулась:

– Пирог заказан, господин. Хлеб доходит, надо немного подождать.

– Он поделится, – отмахнулся воин, окинув презрительным взглядом старые, ещё отцовские валенки и, потёртую от времени, старую кухлянку Рика. Демонстративно стянул рукавицу и взмахнул ладонью, так, чтобы блеснул перстень-печатка на указательном пальце. – Ты же поделишься, верно?

Такие украшения обычно говорят о том, что перед тобой сам благородный или его первый наследник. У отца Рика, тем более у самого юноши, такого отродясь не было. Так что, пусть пирог и хотелось, однако спорить с незнакомым воином, с которым однажды, возможно, придётся идти в бой, глупо. И маг дипломатично предложил:

– Поделим пополам?

Тот недоумённо поднял бровь и положил ладонь на богато украшенную рукоять меча.

– Господин, нам не нужны проблемы. Если хотите, я могу испечь новый и отправить вам с сыном, как будет готов! – быстро произнесла Грета. – Свежий же лучше, чем который лежит с обеда, верно?

Однако воин лишь крепче сжал рукоять и, сделав шаг к женщине, резко выдохнул, обдав ту перегаром:

– В вашей дыре совсем не умеют разговаривать с благородными, которые их защищают? Вы тут, чернь, совсем берега потеряли?

Румяная жена пекаря побледнела, до хруста сжав пальцы на дереве прилавка. И опустив глаза, очень тихо прошептала:

– Не для того мы…

– Что? Говори громче, корова!

Она резко вскинула голову и уверенно посмотрела в глаза аристократу:

– Громче? Хорошо! Мы не для того уехали на край мира, чтобы нам и здесь через губу цедили, как жить. Защитник нашёлся! Да ты ни на одном дежурстве не был, «воин». Я твою спесивую рожу почти каждый день вижу!

Слушая её речь, Рик потянулся к поясу, но остановился на середине движения, вспомнив, что жезл или саблю он с собой не брал. И как оказалось, не просто так он опасался: легионер покраснел от гнева и резко вытащил клинок, без лишних разговоров рубанув Грету по шее.

Меч щёлкнул по выставленному юным магом «Щиту», отскочив назад, а она отступила назад, поднимая перед собой руки.

– Вот где я твою рожу видел… Маг, значит? – процедил аристократ и клинок резко рассёк воздух над головой присевшего Рика.

Тот поднял новый «Щит», в который пришло ещё три удара от выкрикивающего мужчины:

– Сраная дыра! Тупая чернь! Твари, знайте своё место!

Маг влил силу в защиту, думая, чем бы его остановить. И когда магия в щите практически растаяла он влил ману в левитацию, откинув мужчину в угол. Тот же, сбив спиной полку на стене, рванулся обратно, припав к полу в колющем выпаде. Замерцал «Щит» и аристократ, рубанув исчезнувшую преграду, резанул снизу.

Выругавшись, Рик подставил под лезвие сдёрнутый с прилавка деревянный поднос. Меч раскрошил дерево, чтобы тут же подняться в новой атаке.

Но ударить он не успел…

Со стороны бледной жены пекаря мелькнул красный огонёк и голова аристократа с хлопком разлетелась в вихре костей и мозгов.

Тело неловко махнуло клинком и рухнуло на пол, заливая его кровью. В наступившей тишине Рик посмотрел в медленно наполняющиеся страхом от содеянного глаза Греты. Потом на тело. Опять на женщину. Смахнул с лица попавшие на него кусочки серого вещества и медленно выдохнул:

– Ну, по крайне мере, пирогом делиться не придётся…

Глава 21

Глава 21

Распахнулась дверь и в пекарню заглянул всклокоченный муж Греты. Резко замер, увидев раскрашенную кровью и мозгами лавку. Посмотрел на бледную жену, но, едва собрался что-то спросить, как Рик его резко перебил:

– Беги ко мне домой. Тащи перевязь с жезлом и саблей. Живо!

Тот недовольно поджал губы, но скрылся, выполняя приказ. Маг сплюнул на пол и, глядя на жену пекаря, вопросительно поднял бровь.

– У тебя кончилась мана. А он не собирался останавливаться!

– Я стал значительно сильнее с того момента, как мы начали тренировки, – скривился Рик. – Я мог его нейтрализовать.

Та независимо вскинула подбородок:

– Тогда почему сразу не сделал? Ждал, когда он тебя на ремни порежет?

Рик тяжело вздохнул. К своему стыду, он не помнил подходящего заклинания. Есть пара из медицинских для анестезии, но последовательности рун и как их применять он не знал. Можно было использовать «Воздушный Кулак», но заклинание не тренировано, с тем же успехом он мог как оглушить соперника, так и раскроить ему череп.

Женщина же, опять посмотрев на труп, тихо прошептала:

– Что дальше будет, Рик? Он же аристократ…

Бравада жены пекаря медленно исчезала, пока до неё постепенно доходила перспектива возможных последствий.

Маг не отвечал. Он не знал. Мало того, что помер аристократ, так ещё и десятник легиона. Причём ведь не местной сотни, столичной.

На материке за убийство ей грозила каторга.

В Голхафене?

Обычно такие вопросы решал барон или общее собрание, когда его не было. Чаще, тех людей, кто сильно терял берега, просто убивали. Всё зависит от обстоятельств. Вот, летом один из сезонных рабочих изнасиловал местную девушку. Его сняли с неё прямо на сеновале и, спустя полчаса, повесили.

Грета же иное дело. Она известна своим взрывным характером всему посёлку. Как, к сожалению, и тем, что язык у неё частенько опережает разум. Тем не менее, люди будут не на стороне аристократа. И причина крайне проста, как сказала сама женщина: «Мы не для того прозябаем на краю мира, чтобы нам указывали, как жить».

Свобода от подавляющей власти государства, удушливых сословных рамок – одна из основных причин, заставляющих людей выживать в таком месте. За двадцать лет существования посёлка, проведённых без всяких аристократов, люди привыкли к свободе решать за себя сами. И если де Лахт оказался умён и мягко встроился в быт Голхафена, то прибывшие с гвардией благородные не совсем.

Поэтому начинающий шаман не знал, как ответить женщине. Она хотела ему помочь, думала, будто спасает жизнь. Если так прикинуть, это можно использовать, как смягчающий фактор… Особенно если представить дело так, словно у них не имелось других вариантов. Однако, как обставить ситуацию, Рик обдумать банально не успел.

Сначала в комнату вбежал тяжело дышащий пекарь, кинув парню перевязь с саблей и жезлом. А следом за ним внутри оказалась и Ирма, на ходу пытающаяся расчесать влажные после бани волосы.

Женщина замерла, как вкопанная, увидев лежавшее на полу тело и запачканные мозгами и кровью стены и потолок. На секунду крепко закрыла глаза, будто желая, чтобы зрелище оказалось обманом зрения. Не вышло…

– Это же де Лафей. Как⁈ – вырвался у неё стон. – Почему? Зачем⁈

Рик сумрачно буркнул, положив ладонь на древко жезла:

– Нажрался. Начал кидаться оскорблениями, затем схватился за меч. Я пытался его отбросить, но он не останавливался…

Девушка недоверчиво прищурилась, но спорить не стала, лишь оповестила собравшихся:

– Я за сотником!

Рик проводил её взглядом и повернулся к мужу Греты:

– Беги за Альмой и бароном.

Больше в деревне магов нет, как и старого сотника Севериана. Очень-очень неудачно, что Кериан на дежурстве. Если новый сотник решит сходу казнить виновных, остановить его будет некому. Рик трезво оценивал свои возможности справиться с мечником третьей ступени. Ударить сразу на весь резерв? Граф успеет увернуться от заклинания. Он слишком хорошо ощущает ману, начнёт двигаться ещё до того, как маг сформирует «Стрелу».

Грета без сил опустилась на стул с другой стороны прилавка, безжизненно смотря на парня. Её бравада полностью испарилась, когда разум догнал последствия совершённого, оставив её полностью в прострации. Рик сжал губы, когда в горле комом собралась жалость. Может, взять вину на себя? По большому счёту, ему это грозит лишь потерей большой денежной суммы и возможным конфликтом с семьёй убитого. Деньги пусть и жалко, но всё решаемо. Мстители? Ну пусть присылают карателей в Голхафен. Они здесь будут, как пятое колесо в телеге: любое движение от чужаков парню «по большому секрету» расскажут моментально.

И, в конце концов, дыры, в которую могут сослать дальше, чем родной посёлок, всё равно нет…

Он поморщился и едва собрался предупредить Грету о её роли, как дверь в который раз распахнулась и хмурый де Борг шагнул через порог, быстрым взглядом охватив картину произошедшего.

– Я думала он убьёт Рика! – сквозь накатывающие слёзы заголосила Грета.

– Да твою же в печь… – тихо прошипел сквозь зубы маг.

Весь его примерный план накрылся одной фразой! Ну почему она говорит быстрее, чем думает, а?

Сотник задумчиво прищурился на её слова, нагнулся к остаткам головы подчинённого и втянул воздух носом. Прикрыл глаза, учуяв алкоголь, и приказал Рику:

– Докладывай. И не упускай абсолютно ничего.

Тот раздражённо посмотрел на Грету, но повиновался, начав с того момента, как зашёл в пекарню. Граф задал пару уточняющих вопросов, оценил положение тела, обломки разрубленного мечом подноса. А когда парень закончил, то потыкал тело носком сапога и приказал стоявшей за спиной Ирме:

– Тело прибрать и подготовить к похоронам. А вы, – он обвёл пустым взглядом Ирму и Рика, – через час будете у меня. Буду решать, что с вами делать. Покинете селение – убью.

Заплаканная жена пекаря часто-часто закивала, маг же лишь молча коротко поклонился, на что сотник развернулся и исчез в вечерней темноте, оставив вместо себя подчинённую, которая примеривалась, как бы вытащить тело за порог. Рик, облегчённо выдохнул и молча скастовал левитацию, поднимая мертвеца в воздух.

– Куда его? К Курту? Он у нас обычно готовит тела к похоронам.

Девушка кивнула, а парень повернулся к немного повеселевшей женщине и буркнул:

– Хлеба-то дай…

Та широко распахнула глаза, подскочила и засуетилась, открывая печь, доставая свежеиспечённую буханку, и, завернув в чистую мешковину, протянула магу. Тот молча засунул её за пазуху и вышел за порог, левитируя перед собой труп благородного.

Спустя десяток шагов Ирма нарушила неловкое молчание:

– Слушай, парень, тут такое дело… В общем, покойный напился не просто так. Мне сейчас сотник сказал – нас отсюда летом не переводят. На доукомплектование отправят сотню Севериана, у них слишком большие потери. Мы точно остаёмся ещё на полтора года. А у Лафея семья, третий ребёнок на подходе, отец собирался ему правление передать…

– Ты не делаешь ситуацию проще, – тоскливо выдохнул Рик. – Я думал, он обычный трус…

Та пожала плечами:

– Одно другого не отменяет. Воинственностью, как и особым умом, он никогда не отличался. Занял место секретаря и порученца у графа и был доволен. А потом перевод, варвары, дежурства и холод. Зато бумаги составлял хорошо, вся отчётность легиона на нём висела…

– И как вы теперь?

– Разберёмся. Да и посмотрим, какую виру граф с этой толстухи потребует.

– Как будто у неё есть, что взять, – поморщился Рик.

– С мага, даже недоучки, всегда есть толк, Вельд.

Рик только вздохнул и постучал в калитку больницы, отменив левитацию. Хлопнула дверь, проскрипели по снегу сапоги и когда створка распахнулась, высунулась лопоухая голова помощника Инессы. Парень посмотрел на снег и уныло провозгласил:

– Опять жмур? Второй за сегодня, я только ужинать сел!

– Сотник велел подготовить к погребению. Как следует, – резко велела Ирма.

Наплевательское отношение к телу сослуживца ей явно не понравилось. Впрочем, парень лишь махнул рукой, призывая следовать за собой. И начинающий шаман опять поднял тело магией, свернув в сторону от дома, к большому сараю. Летом там подземный ледник, как раз для такого дела. А зимой расстелены заиндевевшие шкуры, на одну из которых он тело и сгрузил, стараясь не обращать внимание на вскрытое тело старика рядом.

Дед Ривух известный был в Голхафене дебошир и выпивоха. Маг и не знал, что он сегодня умер. Может и к лучшему. Отмучился и пусть боги будут к нему милостивы в посмертии…

– Допился старик, – увидев его интерес, откликнулся Курт. – Но умер спокойно, просто остановилось сердце во сне.

Подойдя ближе, он осмотрел тело воина, лёгким движением ладони заставив остатки головы и лица пошевелиться. Прищурился, оценив комплектность тела. Почесал щёку…

– Рик, это ведь десятник легиона? Где он умер?

– Пекарня Греты, – хмуро откликнулся маг.

Помощник целительницы сплюнул и тяжело выдохнул:

– Ладно, пойду собирать куски башки, иначе я ему лицо никогда не соберу. Мой бедный ужин…

Он, ругаясь, зашагал в сторону пекарни, а маг с Ирмой, покинули мертвецкую и вышли на дорогу. Рик почесал в затылке, искоса смотря на девушку, пока она не подняла бровь:

– Что?

– Ужинать будешь? Я мясо с кашей в печь поставил, как выходил…

– После всего случившегося ты собираешься есть⁈

– Так пока хлеб горячий. Вкусно же!

Она недоверчиво покачала головой, тоскливо посмотрела в сторону своей казармы и, сплюнув, хмыкнула:

– Буду. Веди, кавалер!

Парень смущённо покраснел. Ничего такого он в виду не имел! Ему лишь хочется, чтобы она и дальше зелье покупала, иначе не видать ему к осени нового посоха. А он нужен…

Едва они зашли в дом, он взмахом ладони усилил свет магического светильника и немного суетливо принялся собирать на стол, пока девушка молча смотрела не него, упёршись подбородком на кулак. А, едва он уселся напротив, негромко спросила:

– Рихард, сколько тебе лет?

– Семнадцать через месяц будет, – буркнул парень, отрезая ломоть ещё горячего хлеба.

Она задумчиво протянула:

– И уже успешно воюешь…

– Других магов Кериан больше не нашёл. Была Грета, но она отказалась, когда поняла, что придётся сражаться.

– Но тренироваться не перестала, да? Раз смогла де Лафея убить.

Парень молча кивнул, занятый своей кашей. В том, что Грету стоит дальше учить на полноценного мага, он не был уверен. Точнее, учить сейчас, когда в посёлке гвардейская сотня. Денег в казне на магов и так не хватает, а она сильно отстала, плюс ей артефакты и жезл делать, бою учить. Будь дело до прибытия новой сотни, обязательно занялись бы. Сейчас как-то нет насущной необходимости.

Задумчиво оглядев комнату, парень остановил глаза на артефактном кувшине. Разве что… Рик быстро прожевал и озвучил пришедшую в голову мысль:

– Слушай, а ведь Грета будет полезна легиону только одним…

– Ты думаешь, сотник заставит её делать зелье маны? – перехватила она его взгляд.

– У вас много мечников и вы с артефактами работать умеете…

Она на мгновение застыла, обдумывая пришедшую в голову мысль, а потом вкрадчиво спросила:

– Рик, а ты ведь можешь мне сделать амулет «Щита», верно?

– Не бесплатно! – подавшись назад, поднял перед собой ладони начинающий маг. – И не слишком сложное!

– А моя алебарда это сложно?

– А? Нет, в ней больше кузнечной работы, – отмахнулся Рик. – Глубокая гравировка это к ним. Оружие надо заказывать заранее под зачарование, там свои тонкости. Но руны элементарные.

– Значит, «Щит» сделаешь? Да и дальнобойное что-нибудь…

– Могу!

– Вот и ладненько, – облизнулась она. – Вот и замечательно…

Рик незаметно улыбнулся. Может, получится с неё больше денег вытащить? Раз уж она такая богатенькая?

Каша кончилась и Ирма, довольно потянувшись, поблагодарила:

– Спасибо за ужин. Завтра, если всё будет в порядке, на дежурстве обсудим, чем ты способен помочь. И, кстати, когда зайдёшь в дом к графу, переобуйся. Он не любит, когда грязь наносят. Мелочь, но может сделать его немного добрее…

Рик поднял бровь, но она ухмыльнулась и начала одеваться. А спустя минуту парень остался один, смотря на манекен с доспехами. Надеть или нет? Там ведь встроены артефакты, могут помочь. С другой стороны, придя в них, он покажет готовность к битве с начальством. Надо ли?

Побарабанив пальцем по столу, он вздохнул. В итоге, закинув посуду в бадейку, чтобы потом помыть, накинул старую шубу и вышел за порог. Нет смысла нагнетать, всё равно, в общем-то, ему ничего не грозит.

Он даже не успел замёрзнуть, дойдя до дома графа, зато застал переминающуюся возле калитки Грету. Войти она не решалась, и только когда появился маг, повеселела. Юноша молча прошёл мимо, позволив ей пристроиться за спиной.

Они миновали сени и остановились в прихожей, где парень, следуя совету Ирмы, снял сапоги, размотал тёплые портянки и засунул ноги в потёртые тапочки на меху, предназначенные гостям. Следуя его примеру, так же поступила и Грета.

Глубоко вдохнув, Рик взялся за висевшую в дверном проёме толстую шкуру и громко отчитался.

– Грета и Рихард.

– Заходите, убивцы…

Рик, отодвинув шкуру, вошёл внутрь и замер по центру комнаты, смотря на сидевшего за столом сотника. Тот же, поставив перо в чернильницу, бросил взгляд на их ноги и ухмыльнулся. Задумчиво почесал выбритый до блеска подбородок.

– И что мне с тобой делать, женщина?

Та выглянула из-за спины мага, но заговорить не решилась. Да и что сказать? Мечник же выдохнул и, откинувшись на спинку кресла, поделился собственными мыслями:

– Де Лафей виноват, тут нет сомнений. Однако… Вы два мага. И претензия у меня больше к тебе, Вельд. Ты мог отбросить его сильнее, придушить магией, сломать кости. Намного лучше оценить обстановку, не доводить до убийства. На твоём фоне к женщине особых претензий нет, она сделала единственное, что как-то умела. Но вот ты обучен, испытан в бою. Ты оружие.

Рик сжал губы в ниточку. Он оружие? Тогда дохлый аристократ просто нарушал правила безопасности по обращению с оружием. К тому же…

– Меня никто не учил обезвреживать людей. Я не городской стражник, который воров ловит.

– У нас стражи всё равно нет, – выдавила из-за его спины Грета. – Нам некого было ждать, чтобы успокоить господина.

– И таким образом мы приходим к странной коллизии. Вы убили старшего сына барона. По его вине, к тому же, он оскорбил формально равного по происхождению. И ещё хуже – десятника легиона. И ваши навыки здесь отягчающее обстоятельство. Особенно твои, Вельд. Я бы сказал: радуйся, что не ты его убил.

– Этого бы не случилось, если бы он не достал оружие!

– Всё так, – кивнул граф. – Но при том он десятник легиона и его семья будет очень недовольна. И если вину перед легионом вы отработаете, то недовольство семьи Лафей так легко не смыть.

– Это вне писанных державных законов, – буркнул Рик.

– И с этим вам придётся разбираться самим, когда придёт время, – расслабленно хмыкнул мечник. – Но пока моя сотня здесь, мы прикроем женщину. Особенно если она окажется полезна…

Рик хмыкнул про себя. Похоже, сейчас и начинается то, зачем он их по-настоящему пригласил. Торговля.

– Вам нужно печь хлеб? Я готова!

Граф широко ухмыльнулся, услышав глупую, отчаянную попытку жены пекаря съехать с темы.

– Нет, дорогая. Ты будешь работать по иному профилю…

– Я же не умею почти ничего!

Тихое восклицание Греты лишь заставило его развести руками.

– Вот тут в дело и вступает наш второй убивец, он всему научит. А ты, женщина, вступаешь в легион под моё прямое командование. И уж поверь, я способен прикрыть тебя от гнева семейки барона.

Всё примерно так, как Рик и думал. Сотник попытался извлечь максимум из обстаятельств. К тому же, немного помолчав, он ещё подсластил женщине пилюлю.

– Не бойся, мы достаточно сильны, чтобы тебе не требовалось идти в бой. От тебя требуется магическая поддержка, артефакты и зелья.

– Прежде всего зелье маны для ваших мечников, да, господин? – устало выдохнул Рик.

– Им надо расти в силе, – пожал плечами аристократ. – И чем могущественнее они будут, тем лучше станет всем. В том числе и посёлку, когда варвары опять нападут.

Выбора им аристократ особо не оставлял. Что тут обсуждать? Размер жалования Греты? Впрочем, жена пекаря не растерялась:

– На какое время я вступаю в легион, господин? У меня ведь муж, дети.

– Весь срок пребывания моей сотни в Голхафене. С возможностью потом покинуть посёлок всей семьёй с нами, если хорошо себя покажешь.

– До лета? – недоверчиво прищурилась женщина.

– Момента вывода легиона. Полгода, Год, два, десять. Не важно. Или ты хочешь заключить договор на фиксированный срок? Тогда минимальный будет три года.

Она возмущённо распахнула глаза, на что он «удивлённо» поднял бровь.

– Три года оплачиваемых работ за убийство? Это ничто.

Из неё как будто выбили воздух и она уныло согласилось:

– Срок нахождения сотни в Голхафене.

– Вот и договорились, – резко кивнул граф. – Завтра с утра приходишь сюда, будем выяснять, что умеешь. А как Вельд вернётся с дежурства, начнёт тебя учить. Свободны.

Рик склонил голову и маги, развернувшись, покинули комнату. Молча обулись, вышли наружу и, только отойдя пару домов, Грету прорвало.

– Твою мать! Нахрена я вообще ваше магическое говно учить начала? Ублюдок Кериан! Жила бы себе и жила!

Парень сжал зубы. Ещё больше работы и меньше спать. Просто по чужой глупости. Причитания женщины по её «разрушенной жизни» раздражали. Все остальные ученики Кериана молча тянут лямку, защищают деревню. А эта…

Он сплюнул на снег и, не скрывая раздражения, произнёс:

– Теперь ты принесёшь больше пользы. Меньше людей умрёт.

– Да я…

– Доброй ночи, Грета, – перебил он её возражения. – И цени, что имеешь.