Текст книги "Истинная игрушка для Альф (СИ)"

Автор книги: Tommy Glub

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 5 страниц)

9 глава

Найт

Я смотрю на нее и не могу отделаться от ощущения, что что-то пошло не так.

Она идет рядом – между мной и Дэйером, – послушная, безмолвная, идеальная. Светлые волосы струятся по спине, платье шелестит при каждом шаге, и от нее исходит легкий, едва уловимый аромат – что-то цветочное, с нотками ванили. Искусственное, конечно. Все в ней искусственное. Запрограммированное. Созданное умельцами.

Биоробот.

Я повторяю это слово про себя, как мантру, пытаясь вернуть контроль над собственными мыслями. Биоробот. Не живое существо. Оболочка. Красивая, совершенная, но пустая.

Только почему, о звезды, моя ладонь все еще помнит прикосновение ее руки?

Мы выходим из церемониального зала, массивные двери бесшумно закрываются за нашими спинами. Коридор пуст – я распорядился, чтобы охрана держалась на расстоянии. Не хочу лишних глаз. Не хочу, чтобы кто-то видел… что именно? Что мы ведем куклу в наши покои? Что играем безупречно в эту фарсовую игру до конца?

Дэйер идет справа от нее, и я вижу краем глаза, как он смотрит на нее. Его лицо задумчивое, брови слегка сдвинуты. Он тоже чувствует. Знаю. Мы с братом всегда чувствовали одно и то же – слишком долго были связаны, слишком много прошли вместе.

Я отвожу взгляд и смотрю вперед, на длинный коридор, уходящий в полумрак. Светящиеся линии на стенах мягко пульсируют, отбрасывая золотистые блики на пол. Тихо. Спокойно. Почти умиротворяюще.

Мы снова дома и это не может не радовать.

Но внутри меня бушует буря.

Трон. Мы получили трон.

Это то, к чему я шел всю свою жизнь. К чему мы с Дэйером шли вместе – с тех самых пор, как осознали себя, поняли, кто мы и что нам предназначено. Наследники. Но не правители. Потому что древний, незыблемый, высеченный в камне самими основателями нашего государства, закон гласит, что только тот, кто обрел Истинную пару, достоин трона.

Истинная пара. Связь душ. Резонанс, который невозможно подделать, невозможно сымитировать.

Или возможно?

Я усмехаюсь. Дэйер бросает на меня быстрый вопросительный взгляд. Я качаю головой. Не сейчас. Поговорим позже.

Проект биороботов. Засекреченный, дорогостоящий, рискованный. Технология, которую разрабатывали десятилетиями – создание живых оболочек, неотличимых от настоящих существ. Тела, которые дышат, двигаются, даже могут есть и спать. Тела, которые могут имитировать эмоции, реагировать на прикосновения, излучать те самые феромоны, которые должна излучать Истинная пара.

Идеальный обман.

Мы оба вложили в этот проект целое состояние. Годы поисков, годы ожидания, и ничего. Ни одна женщина не вызвала того отклика, который должен был возникнуть. Ни одна не зажгла ту искру…

Потому что ее не существовало. Нашей Истинной не было. Или она где-то так далеко, в таких глубинах космоса, что мы никогда бы ее не нашли…

И тогда я принял решение. Если судьба не дает нам того, что нужно, – мы создадим это сами.

Биоробот. Оболочка, запрограммированная быть идеальной парой. Засекреченный проект, стоящий невозможных средств. Тело, которое система признает истинным – потому что все параметры выверены, все реакции настроены, все сигналы откалиброваны.

И это сработало.

Церемония прошла. Совет признал связь. Народ принял ее. Мы стали полноправными правителями.

Все идет по плану.

Тогда почему у меня такое чувство, будто я стою на краю пропасти?

Мы поворачиваем за угол, и впереди показываются двери наших покоев – высокие, темные, с вплетенными серебряными узорами. Охранники, стоящие по обе стороны, кланяются.

Мы входим.

Покои встречают нас привычной тишиной и мягким светом. Просторная главная комната, где стоят низкие диваны, покрытые темными тканями, где у стены выстроен длинный стол с графинами и бокалами, где огромные окна выходят на ночной город, утопающий в огнях. Вдалеке поднимаются шпили дворцов и башен, а над ними – звездное небо, усыпанное россыпью созвездий, незнакомых большинству миров.

Я останавливаюсь посреди комнаты и оборачиваюсь к ней.

Она стоит в нескольких шагах от двери – там, где остановилась, когда мы вошли. Руки сложены перед собой, голова слегка склонена, взгляд опущен. Поза покорности. Поза ожидания.

Идеально.

Слишком идеально.

Дэйер закрывает дверь и подходит ближе. Он обходит ее, разглядывает – так же, как разглядывал в медицинском, когда ее только привезли. Тогда я был уверен, что это идеальный выход и мы справимся. Тогда все казалось простым.

Сейчас ничего не кажется простым.

– Найт, – говорит Дэйер негромко, и я слышу в его голосе ту же нотку, что чувствую сам. Сомнение. – Ты чувствовал это?

Я не притворяюсь, что не понимаю, о чем он.

– Да.

Пауза.

– Это не должно было произойти, – продолжает он. – Биоробот не должен… она не должна была вызвать такой отклик.

Я сжимаю челюсти. Знаю. Прекрасно знаю.

Когда я взял ее руку во время церемонии, когда наши пальцы соприкоснулись, – по мне прошла волна. Не просто имитация, не просто подделка под связь. Настоящая волна. Горячая, обжигающая, пронзившая меня от кончиков пальцев до самого сердца.

Я почувствовал ее.

Не тело. Не оболочку.

Что-то внутри.

И это невозможно. Биороботы не имеют внутреннего мира. Они – пустые сосуды, управляемые программой. У них нет сознания, нет души, нет того, что может откликнуться.

Но она откликнулась.

Я подхожу к ней. Останавливаюсь прямо перед ней, так близко, что вижу каждую ресницу, каждую золотистую крапинку в ее серо-голубых глазах. Она не поднимает взгляд. Не шевелится. Дышит ровно, спокойно.

Я поднимаю руку и касаюсь ее подбородка. Осторожно, кончиками пальцев, приподнимаю ее лицо, заставляя посмотреть на меня.

Глаза встречаются с моими.

Пустые. Безучастные.

Как и должно быть.

Но секунду назад, на церемонии, когда я держал ее руку, – в этих глазах было что-то. Вспышка. Искра. Что-то живое.

Или мне показалось?

– Кто ты? – шепчу я, и голос звучит хрипло, непривычно.

Она молчит. Конечно, молчит. Биороботы не говорят, если им не дать команду.

Я отпускаю ее подбородок и отхожу, провожу рукой по волосам. Нужно взять себя в руки. Это усталость. Напряжение церемонии. Годы ожидания, которые наконец завершились. Все это давит, искажает восприятие.

Дэйер подходит к столу, наливает два бокала красного вина. Протягивает один мне. Я беру, делаю глоток. Терпкое, с долгим послевкусием. Хорошее вино…

– Мы сделали это, – говорит Дэйер, и в его голосе слышится нечто похожее на облегчение. – Трон наш, Найт. Все, к чему мы шли. Все, ради чего… – Он замолкает, смотрит на нее. – Ради чего мы создали ее…

Я киваю. Да. Все ради этого.

Власть. Трон. Возможность изменить этот мир, сделать его таким, каким он должен быть. Мы с Дэйером мечтали об этом с детства – с тех пор, как поняли, что законы устарели, что система прогнила, что нужны перемены. Но без трона мы были бы никем. Просто наследниками, которых терпят, но не слушают.

Теперь все изменится.

10 глава

Я допиваю вино и ставлю бокал на стол. Поворачиваюсь к ней.

Она все еще стоит там же. Не пошевелилась. Ждет.

Чего она ждет? Команды?

Я делаю шаг к ней, потом еще один. Дэйер наблюдает, молча, но я чувствую его взгляд на себе.

– Стой у стены, – говорю я, и голос звучит ровно, властно. – Жди дальнейших указаний.

Она послушно поворачивается и идет к стене. Останавливается возле нее, принимает позу – руки сложены перед собой, голова склонена, спина прямая.

Идеальная кукла.

Я отворачиваюсь и начинаю расстегивать церемониальный китель. Ткань тяжелая, плотная, и после нескольких часов церемонии хочется снять ее, дышать свободно. Дэйер делает то же самое – стягивает плащ, вешает на спинку дивана, расстегивает воротник.

Мы не говорим. Просто переодеваемся, возвращаемся к привычному – простые темные рубашки, удобные брюки. Никаких излишеств.

Наконец Дэйер опускается на диван, откидывается назад, закрывает глаза.

– Устал, – говорит он.

– Я тоже.

Но я не сажусь. Хожу по комнате, не в силах успокоиться. Мысли роятся, не дают покоя.

Трон – наш. Это свершилось.

Элиза. Нужно еще решить вопрос с Элизой.

Я останавливаюсь у окна, смотрю на город внизу. Огни, тысячи огней. Все эти люди – теперь мои подданные. Моя ответственность.

– Она будет проблемой, – говорю я вслух.

Дэйер открывает один глаз.

– Элиза?

– Да.

Он вздыхает.

– Я знаю.

Элиза. Высокородная, амбициозная, красивая. Мы встречались с ней годами – не потому, что испытывали к ней что-то, а потому, что так было удобно. Ее семья влиятельна, связи широки, и союз с ней казался логичным. Мы никогда не обещали ей трон. Никогда не говорили, что она станет нашей супругой.

Но она верила. Сама себе внушила, что мы поделимся властью.

И теперь, когда мы привели другую она будет в ярости.

Я видел ее лицо сегодня, в толпе. Видел, как она смотрела на биоробота. Ненависть. Чистая, неприкрытая ненависть.

Элиза не из тех, кто прощает.

– Нужно усилить охрану, – говорю я. – Она попытается что-то сделать.

Дэйер кивает.

– Я распоряжусь.

Тишина.

Я оборачиваюсь, снова смотрю на нее – на биоробота. Она все еще стоит у стены, неподвижная, терпеливая. Свет из окна падает на ее волосы, и они кажутся почти серебряными.

Красивая.

Слишком красивая.

Создатели постарались. Каждая черта выверена, каждая линия совершенна. Лицо, которое можно разглядывать часами. Тело, которое…

Я обрываю мысль.

Не сейчас.

Дэйер встает, подходит ко мне.

– Что будем делать с ней? – спрашивает он тихо.

Я понимаю, что он имеет в виду. Официально она – наша супруга. Наша Истинная. Народ ожидает, что мы проведем с ней ночь. Закрепим связь.

Но она – кукла. Пустая оболочка. Это даже и близко не вызывает того желания, от которого бы настоящая ночь с истинной стала бы одной из самых лучших ночей.

Я смотрю на Дэйера, и он смотрит на меня, и мы оба знаем ответ.

– Ничего, – говорю я. – Мы не обязаны уже как несколько часов исполнять абсолютно все, что должны были ранее.

Он кивает.

Мы поворачиваемся к дивану, и я собираюсь сесть, когда слышу звук.

Тихий. Едва различимый.

Шорох ткани.

Я оборачиваюсь.

Она не пошевелилась. Стоит в той же позе.

Но мне показалось… нет. Точно показалось.

Я качаю головой, прогоняя наваждение, и опускаюсь на диван. Дэйер садится рядом, и мы молчим, глядя в окно.

– Найт, – говорит он через некоторое время. – Что это? Что мы оба почувствовали? Несмотря на то, что все было очень даже правдоподобно, это не должно быть так… По настоящему.

Я сжимаю челюсти.

Признать это – значит признать, что проект дал сбой. Что что-то пошло не так. А я не могу себе этого позволить. Не сейчас, когда все только начинается.

– Технология совершенна, – говорю я твердо. – Она имитирует все. Даже такой отклик. Это нормально.

Дэйер смотрит на меня долгим взглядом.

– Если ты так говоришь…

Но я слышу сомнение в его голосе. То же сомнение, что грызет меня изнутри.

Мы сидим в тишине. Минуты тянутся.

Я встаю, подхожу к столу, разворачиваю голографическую панель. Нужно заняться делами. Проверить отчеты, подписать указы, распределить новые назначения. Работа и новые полномочия – вот что сейчас отвлечет.

Дэй присоединяется ко мне, и мы погружаемся в рутину.

Но краем сознания я все время чувствую ее присутствие. Она стоит у стены, в нескольких метрах от нас, и я знаю, что она там. Не вижу, не слышу – просто знаю.

Странно.

Раздражающе странно.

Проходит час. Может, больше.

Дэй зевает, потягивается.

– Я пойду спать, – говорит он. – Завтра длинный день.

Я киваю.

– Иди.

Он направляется к своей спальне, останавливается на пороге, оборачивается.

– А она?

Я смотрю на биоробота.

– Пусть стоит.

Дэйер хмурится.

– Найт…

– Она не устает, – обрываю я. – Ей не нужен отдых. Она будет стоять, пока я не скажу иначе.

Он качает головой, но не спорит. Уходит в свою комнату, закрывает дверь.

Я остаюсь один.

Один с ней.

Я продолжаю работать, но концентрация рассеивается. Буквы на голограмме расплываются, цифры путаются.

Наконец я отключаю панель и откидываюсь на спинку дивана.

Смотрю на нее.

Она стоит все так же. Не шевельнулась ни разу за весь вечер.

Невозможно.

Живое существо не может так долго стоять неподвижно. Затекли бы мышцы, заболели бы ноги, захотелось бы сесть.

Но она – не живое существо.

Я встаю, подхожу к ней. Останавливаюсь в шаге.

Всматриваюсь в ее лицо.

Безмятежное. Спокойное. Пустое.

– Кто ты? – шепчу я снова.

Молчание.

Я поднимаю руку, касаюсь ее щеки. Кожа теплая, мягкая. Настоящая.

И снова – вспышка. Слабее, чем на церемонии, но она есть.

Притяжение. Необъяснимое, иррациональное. Я хочу ее поцеловать. Прижать к себе и ощутить все это всем телом…

Я отдергиваю руку, словно обжегся.

Это неправильно.

Все это неправильно.

Я разворачиваюсь и ухожу в свою спальню, захлопываю дверь.

Ложусь на кровать, закрываю глаза.

Но не могу уснуть.

Потому что даже сквозь закрытую дверь, даже в темноте, я чувствую ее.

Как это возможно?

11 глава

Лера

Тело послушно идет между Найтом и Дэйером по длинному коридору. Светлые волосы струятся по спине, платье шелестит при каждом шаге, и от кожи исходит легкий цветочный аромат с нотками ванили.

А внутри я кричу.

Каждый шаг я чувствую кожей: мягкое прикосновение ткани, тепло воздуха, легкое покачивание бедер. Но это нея́иду. Это тело идет само. Я – пленница за невидимым стеклом. Я вижу, как Найт смотрит на меня краем глаза, как Дэйер тоже бросает быстрые взгляды. Их лица задумчивы. Они чувствуют то же, что и я. Ту самую волну, которая прошла сквозь нас на церемонии, когда наши пальцы соприкоснулись. Горячую. Настоящую…

Я кричу внутри: «Я здесь! Я тоже чувствую это! Я не кукла!»

Но губы не шевелятся. Дыхание остается ровным. Лицо – безмятежным.

Массивные двери церемониального зала закрываются за нашими спинами. Коридор пуст. Охрана держится на расстоянии…

Покои встречают нас тишиной и мягким светом. Просторная главная комната: низкие диваны, покрытые темными тканями, длинный стол с графинами и бокалами, огромные окна на ночной город с тысячами огней, шпили дворцов и звездное небо над ними. Я останавливаюсь там, где остановилось тело, в нескольких шагах от двери. Руки складываются перед собой. Голова слегка склоняется. Взгляд опущен. Поза покорности. Поза ожидания.

Найт оборачивается ко мне.

Он подходит ближе. Так близко, что я вижу каждую золотистую крапинку в его глазах. Он поднимает руку и касается моего подбородка. Кончики пальцев теплые. Он приподнимает мое лицо, заставляя посмотреть на него.

Глаза встречаются.

Внутри меня все сжимается. Я хочу отвести взгляд. Хочу закричать. Хочу, чтобы он увидел меня настоящую. Но тело смотрит спокойно. Пусто. Безучастно.

– Кто ты? – шепчет он хрипло.

Молчание.

Конечно, я молчу. Биороботы не говорят без команды.

Он отпускает мой подбородок и отходит. Проводит рукой по волосам. Дэйер закрывает дверь, подходит к столу, наливает два бокала красного вина. Протягивает один Найту. Они пьют. Разговаривают тихо, но я слышу каждое слово.

– Мы сделали это, – говорит Дэйер. – Трон наш, Найт.

– Да, – отвечает Найт. – Все ради этого.

Они обсуждают Элизу. Ее имя всплывает в сознании как угроза. Найт говорит, что она будет проблемой. Дэйер кивает: нужно усилить охрану. Я слушаю, и внутри меня разливается холод. Они создали меня. Запрограммировали. Использовали, чтобы обмануть закон и получить трон. Я для них – инструмент. Красивая оболочка. Пустая…

Найт начинает расстегивать церемониальный китель. Дэйер стягивает плащ. Они переодеваются в свободную одежду.

Я вижу, как играют мышцы на их плечах, как рубашки облегают кожу. И снова – предательская волна тепла внутри меня. Тянущее, живое притяжение. Я ненавижу его. Я хочу его.

Я не могу его остановить.

Дэйер опускается на диван, откидывается назад, закрывает глаза.

– Устал.

– Я тоже, – отвечает Найт.

Но Найт не садится. Он ходит по комнате. Потом останавливается и смотрит на меня.

– Стой у стены, – говорит он ровным, властным голосом. – Жди дальнейших указаний.

Тело послушно поворачивается. Идет к стене. Останавливается. Руки складываются перед собой. Голова склоняется. Спина прямая. Идеальная поза.

Кажется, я могу стоять так вечно. Мне не больно, и мышцы не ноют. Но я чувствую каждую секунду. Каждый вдох. Каждый взгляд, который они бросают на меня краем глаза.

Они работают. Найт разворачивает голографическую панель. Дэйер присоединяется. Они погружаются в отчеты, указы, назначения. Час проходит. Может, больше. Я стою. Не шевелюсь ни разу.

Дэйер зевает, потягивается.

– Я пойду спать. Завтра длинный день.

– Иди.

Он направляется к своей спальне, останавливается на пороге.

– А она?

Найт смотрит на меня.

– Пусть стоит. Она не устает. Ей не нужен отдых. Она будет стоять, пока я не скажу.

Дэйер качает головой, но уходит. Дверь закрывается.

Теперь мы одни.

Найт продолжает работать, но я вижу, как его взгляд снова и снова возвращается ко мне. Наконец, он отключает панель. Откидывается на спинку дивана. Смотрит на меня долго. Очень долго.

Потом встает. Подходит. Останавливается в шаге.

Я чувствую его дыхание. Его непривычный, но приятный запах. Он всматривается в мое лицо.

– Кто ты? – повторяет он снова.

Я кричу внутри так громко, что, кажется, сейчас разорвусь.

«Я здесь! Я живая! Я чувствую тебя так же сильно, как ты меня!»

Но тело молчит.

Он поднимает руку. Касается моей щеки. Кожа теплая, мягкая. Настоящая. И снова – вспышка. Слабее, чем на церемонии, но она есть. Горячая. Обжигающая все внутри. Притяжение, от которого хочется прижаться ближе, ощутить его…

Он отдергивает руку, словно обжегся. Разворачивается и уходит в свою спальню. Захлопывает дверь.

Я остаюсь стоять у стены.

Ночь будет вероятно долгой…

12 глава

Я стою у стены уже несколько часов. Тело не устает, мышцы не ноют, ноги не затекают. Я могла бы стоять так вечность. Но время тянется мучительно медленно. Каждую секунду я чувствую их присутствие. Найта за одной дверью, Дэя – за другой. Они не спят. Я знаю это так же ясно, как знаю биение своего настоящего сердца.

Тишина в покоях густая, почти осязаемая. Только мягкий свет от светящихся линий на стенах и далекое мерцание ночного города за огромными окнами.

И вдруг эта тишина разрывается грохотом.

Двери с силой распахиваются, ударяясь о стены так, что по комнате прокатывается эхо. В покои врывается она – высокая, темноволосая красавица с лицом, искаженным яростью. Ее волосы развеваются за спиной. Платье из алого шелка облегает фигуру так плотно, что кажется, будто ткань вот-вот лопнет от напряжения. За ней вваливаются двое охранников, пытаясь схватить ее за руки, но она вырывается с такой силой, что один из них едва не падает.

Ее звонкий голос заполняет все пространство:

– Годы обещаний! Годы, когда я ждала вас, когда отдавала вам все! И это все⁈ Чтобы вы в итоге меня кинули⁈

Из своей спальни почти мгновенно выбегает Найт. Он еще в темной рубашке, волосы растрепаны, глаза прищурены. Следом, почти сразу, появляется Дэйер – босиком и без рубашки, с сонным, но настороженным лицом. Оба замирают посреди комнаты, оценивая ситуацию.

Найт стоит неподвижно, его лицо остается холодным, как камень. Он даже не повышает голоса, когда отвечает:

– Ты была временным вариантом, Элиза. Мы ничего не гарантировали и не обещали.

Ее глаза вспыхивают еще ярче. Она делает шаг вперед, и воздух в комнате словно густеет от ее гнева.

– Вы обещали мне трон! Обещали, что я стану вашей! Моей была эта власть, моей! И вы были моими!

Я стою у стены, тело по-прежнему неподвижно, руки сложены перед собой, голова слегка склонена. Но внутри меня все сжимается от страха. Я не могу пошевелиться, не могу даже моргнуть по своей воле, а эта женщина смотрит на меня так, будто я – главная причина ее боли. Ее взгляд наконец падает на меня, и ярость в нем удваивается, становится почти осязаемой.

– Это⁈ Вы предпочли мне эту бесчувственную куклу⁈

Дэйер пытается вмешаться, его голос мягче, примирительный:

– Элиза, успокойся. Давай поговорим…

Но она не слушает. Она уже идет прямо ко мне, ее каблуки стучат по полу резко и быстро. Останавливается в шаге, всматривается в мое лицо так внимательно, что я чувствую тепло ее дыхания. Ее глаза – темные, полные слез и злости – скользят по моим чертам, по губам, по глазам.

– Она даже не настоящая! Посмотрите на нее – она просто стоит, как манекен! У нее нет своей воли и голоса. Вы что, серьезно думаете, что эта вещь сможет дать вам то, что я давала⁈

Найтин резко вмешивается, раздражаясь:

– Достаточно. Убирайся, Элиза.

Она разворачивается к ним, но ее тело все еще напряжено, готовое к прыжку.

– Вы еще пожалеете! Я была вашей, и я не позволю этой… вещи занять мое место!

Она делает шаг ко мне – быстрый, угрожающий, и в ее руке уже появляется что-то темное, блеснувшее металлом. Сердце мое колотится так сильно, что кажется, оно вот-вот вырвется из груди, хотя тело остается спокойным, идеально ровным. Я кричу внутри, пытаюсь отшатнуться, отбежать, но ничего не происходит.

И в этот миг Найтин оказывается между нами. Мгновенно. Его широкая фигура закрывает меня полностью. Он протягивает руку и обхватывает мою талию – крепко, собственнически, притягивая меня к себе одним плавным движением. Я чувствую его тело – твердое, горячее, дыхание касается моих волос. Его пальцы впиваются в ткань платья, но не больно, а так, будто он защищает свое. Дэйер подходит ближе с другой стороны, но не вмешивается – просто стоит рядом, готовый.

– Тронешь ее – и я лично прослежу, чтобы ты пожалела о том, что родилась, – произносит Найтин тихо, но в его голосе столько холода и угрозы, что у меня по коже пробегают мурашки.

Элиза замирает. Красивое лицо искажается от гнева. Ее глаза наполняются слезами ярости, губы дрожат.

– Я убью ее. Клянусь всеми звездами – я убью эту куклу. И вы останетесь ни с чем!

Она разворачивается и выбегает из покоев, ее шаги эхом отдаются в коридоре. Охранники кланяются нам торопливо и исчезают следом, закрывая двери за собой.

Тишина опускается на комнату, густая и тяжелая.

Найтин все еще держит меня. Его рука лежит на моей талии, пальцы не разжимаются. Я чувствую тепло его ладони сквозь тонкую ткань платья – оно проникает в кожу, разливается по телу волной. Его запах – холодный, свежий, с легкой ноткой дыма и металла – обволакивает меня полностью. И вдруг внутри меня, в самой глубине, где заперта настоящая я, что-то откликается.

Снова именно все мое естество льнет к нему.

Это как электрический разряд – теплый, сладкий, пробегающий от его пальцев прямо к сердцу. Связь. Она пульсирует, тянет меня к нему, заставляет внутри трепетать от желания прижаться ближе, ответить, хотя я не могу даже вздохнуть по своей воле.

Найтин резко отстраняется, будто обжегся. Он смотрит на свою руку, на пальцы, которые только что касались меня, и на его лице мелькает что-то странное – удивление, смешанное с недоверием.

Дэйер поворачивается к нему:

– Что?

– Ничего, – отвечает Найтин коротко. – Показалось.

Но его взгляд задерживается на моем лице дольше, чем нужно. Фиолетово-голубые глаза скользят по моим губам, по щекам, по глазам, и в них уже нет прежней холодной отстраненности. Там появляется что-то новое – вопрос, интерес, почти жажда. Он смотрит на меня так, будто пытается увидеть сквозь эту идеальную оболочку то, что скрыто внутри.

А я стою у стены, тело все так же неподвижно, руки сложены, голова склонена. Но внутри меня теперь бьется не только страх. Там, где только что прошла эта вспышка связи, разгорается тепло – тихое, но настойчивое. И я понимаю: они еще не знают. Но связь уже ощутима настолько, что будь у меня контроль над телом, я бы не смогла стоять.

И это по-настоящему.