Текст книги "Мэрианн. Минуя войну (СИ)"

Автор книги: Техно Ведьма

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 24 страниц)

– Потому что мы – высшее общество, – ответил король так, словно это было само собой разумеется. Заметив после паузы, что мне по прежнему не понятно, всё же продолжил, – Плясать, играть и украшать – удел низших. Высшее общество только созерцает. Эти люди специально обучаются владению инструментам и годами доводят до идеала движения танца, только ради того, чтобы иметь честь выступать перед нами.

– Неужели вы сами никогда не танцуете и не присутствуете на балах?

– Почему же. Присутствую и даже провожу. Но так понимаю что мои балы отличаются от тех, к коим вы привыкли в Крэйволе. Для знати Думонд это скорее деловая встреча. Всё те же приглашённые музыканты исполняют что-то ненавязчивое, тем временем как настоящая аристократия развлекает себя общением. Островов несколько, а представьте сколько лордов и пэров на этих землях. Всем необходимо иногда встретиться и обсудить положение дел.

В конце длинного монолога Эззиана мне почему-то стало мерзко сидеть среди «Аристократии». Смотреть на танцоров и музыкантов и превозноситься тем, что они это делают для меня, для моего удовольствия? Это дико…

– Тогда что же общего с балом? Балы предполагают танцы, разве я не права.

– Абсолютно правы, поэтому при основной зале есть малая, где и происходят танцы. Но признаться, в гораздо меньшем объёме. Разве что продемонстрировать навыки или выказать даме и окружающим симпатию, приблизившись к ней и заключив в объятиях.

Глядя на кружащие внизу пары, совершенно не ощущала какой-либо трепетности и томности в том, чтобы «заключить в объятиях», как выразился король. И суть даже не в официозе, коим они были пропитаны и не в отсутствии действительно чувственных движений, таких как в танго. Здесь было всё вместе. Совершенно идеальные, но бездушные движения. Избаловал меня Герфельд.

– О чём вы задумались?

Эззиан нарушил тишину мирного потрескивания камина. Протянув мне бокал, он сел в кресло напротив. Прошла неделя с тех пор, как мы прибыли в Думонд. Днём мы знакомились с особенностями королевства, а вечером я часто отдыхала в гостиной, больше напоминающей рабочий кабинет. Иногда читала что-то из истории королевства, но поскольку я могла понять книги только на крэйволе, то и информация освещалась весьма однобоко.

– У меня из головы не выходят напуганные работники в рудниках и на улицах, когда мы прибыли. Острова Думонд прекрасны, но народ не выглядит счастливым. Я бы хотела прогуляться со свитой по самой столице.

– Хорошо, я выдам завтра вам отряд солдат для сопровождения.

– Нет, вы меня не поняли. Не сочтите за грубость и недоверие, вы весьма великодушны к нам, но я хочу пойти именно своим отрядом. Отдельно от вас.

– Чем вас не устраивает моё общество или моих солдат?

– Показывая земли Думонд, вы сказали о запрете покидать территории. Мне хочется узнать изнутри, о чём думают сами люди. Всё же я посещаю разные государства и всегда интересно, что можно привнести, а что избежать на примере союзников. Мне хочется быть хорошим правителем, но меньше всего я желаю простыть злодеем в глазах подданных.

– Все правители злодеи. Всегда.

– Я бы не сказала так однозначно…

– Конечно – конечно, – перебил меня Эззиан с доброй полуулыбкой, – конкретно для вас, как для правителя действия полны добрых целей и намерений. Но все люди разные и вы однажды будете вынуждены смириться с тем фактом, что для кого-то вы так и останетесь тираном.

Я задумалась. Первым делом вспомнился инцидент на улице главного града Фрайфола и женщина, пришедшая на утро просить за своего сына. Она уважала Алана за долгие годы правления, защищала сына, даже не отрицая его вины, но упорно не воспринимала меня.

– Это участь правителя, но он всегда должен думать в первую очередь о благе своего народа.

– Вынужден не согласиться. Монарх обязан ратовать за вверенные ему территории, о том, чтобы они процветали. Как следствие, значит, процветает и народ.

– Я видела народы изнутри…

– И всё же вынужден вас вновь перебить. Земли и люди – не одно и то же. Для людей вы всегда будете тираном. Без вариантов. Даже если возведёте себя на алтарь милосердия и позволите всем делать всё что тем вздумается, называя это свободой, всё равно вы не будете идеальны.

Я молчала. Мне было нечего возразить. Взгляды Эззиана были смелыми и жестокими, но находили отклик в моей душе. Перед глазами встал образ избитого Йохана. Того же самого, что спасал меня, когда Герфельд разгромил нашу армию, того же самого воителя, что защищал народ от нападок Крэйвола.

– Спите сладко, Анна.

– Что? – Уйдя далеко в свои мысли и воспоминания, не услышала смысла слов.

– Спите и отдыхайте в сладость, как и положено монархам сильнейших держав.

Встав с места с добродушной улыбкой, Эззиан вышел из кабинета, оставив меня один на один с мыслями.

Глава 4 «Свой – чужой»

Разумеется так легко уйти «погулять» нам никто не дал. Тем более после того, как прямо объявила о своих намерениях. После танцевального вечера Эззиан решил провести настоящий бал и показать, как он выразился «настоящий размах» пика аристократии. Мне был интересен сам подход. Привыкшая к тому, что на знатных вечерах хозяин дома гордился и демонстрировал убранство своих имений, стараясь устроить самое зрелищное мероприятие, король островов Думонд хотел похвастаться самой аристократией.

Так или иначе, а вырваться, а точнее сбежать, мы сумели только через три дня. На четвёртый день, уставшие от бесконечного подбора тканей и примерок, мы наконец сбежали, оставив отвлекать и создавать видимость нашего присутствия Хелен с Джулиано, мы переоделись в относительно простые одежды и сбежали в город. Впрочем, сомневаюсь, что нам удалось бы так легко сбежать, если бы к Эззиану, как к королю не прибыли какие-то чрезмерно важные гости. С одной стороны хотелось всё же задержаться и узнать, что это за гость, тем более что явно с другого государства и даже не простой посол. Кто знает, вдруг это Катерина? Но с другой стороны, необходимость узнать что же скрывает народ, не выходящий за пределы искусственно созданного «мира» перекрывала все мимолётные желания. В любом случае, сомневаюсь, что этот гость покинет острова тем же днём, что и прибыл, а значит мы ещё увидимся.

Не желая привлекать внимание, мы постарались слиться с толпой. Ради такого случая мы с Элькой даже остались в платьях, хоть и со свободным подолом, а так же прикрыли головы платком. Но в целях безопасности всё же взяли с собой мечи, хоть и прикрыли их складками ткани. Первое время всё казалось лёгким и беззаботным. Прогуливаясь по широкой улице, решили начать сворачивать в более узкие переулки. Чем дальше мы заходили, тем очевиднее стало, что наша одежда и как себя держим слишком выдаёт в нас «знать». Воины, привыкшие к физическим нагрузкам в целом уже и не умели держать себя иначе, как с горделивой осанкой и уверенной поступью. Постепенно среди людей на улицах начались шепотки и ропот. Тут пожалела, что не знаю их языка и даже те фразы, что до нас доходили оставались не понятны. Слуги во дворце и те всегда общались с нами на крэйволе. В очередной раз оценив внешний вид жителей, в котором уже практически не было ярких насыщенных красок, вспомнила Илин. Ну конечно, как я могла забыть, что даже при дворцах среди слуг есть иерархия.

Изысканные и украшенные цветным шлаком дома уже давно сменились на простые хижины, а дороги стали пыльны и грязны, когда нам преградила дорогу группа людей, держащих в руках вилы, лопаты, да и просто увесистые палки. Всё бы ничего, просто работяги идут с работы, возможно с рудников, если бы орудия не были направлены остриём на нас. Один из них сделал шаг вперёд. Угрожающе перехватив в руках топор, он агрессивно заговорил, процедив меж зубов каждый звук. По движению со стороны домов заметила, что сбегавшие при виде нас раньше, люди теперь намеренно выходили на улицу. Вид у них был отнюдь не дружелюбный.

– Мы не хотим вам вреда, – я показала ладони, но на моё движение почему-то дёрнулись остальные товарищи говорившего, – будьте добры изъясниться на крэйволе?

В ответ человек выкрикнул что-то ещё более озлоблено, после чего из-за его спины в нашу сторону полетел металлический штырь. Мы успели отпрянуть в разные стороны, так что он вонзился в землю никого не задев. Вот только для образовавшиеся толпы это был как сигнал к действию.

– Бежим!

Обнажая на ходу мечи, мы устремились обратно к дворцу. Первое время толпа не ожидала нашей активности, поэтому мы смогли вырваться из кольца, но совсем скоро в наши сторону полетели не только проклятия, но и орудия. Мешающий платок с головы мы с Элейной потеряли почти сразу. С нас его элементарно сдёрнули, если быть точнее. При выборе потерять его или клок волос конечно выбор очевиден. Интересно, поэтому головные уборы здесь в почёте?

Так или иначе, но бежать, отбивая атаки толпы становилось всё сложнее, даже с учётом того, что они не были обученными воинами, а оружия были весьма примитивны. Уже начали появляться знакомые мотивы цивилизованного города, как нам окончательно преградили путь. Толпа прибывала с обеих сторон улицы.

Рассекая с мечом наперевес через толпу озлобленных горожан, с сожалением подметила знакомые забытые ощущения. Убивать никого не хотелось, но своя жизнь, ровно как и своего отряда всё же казалась ближе и ценнее нападавших. Только я подметила, что в лязге борьбы не хватает хоть какого-то ритма, того же барабана, как по округе раздался гулкий, но удивительно возвышенный звук колокола. Ещё через мгновение к нему присоединился второй, а следом вторил и третий. Я невольно заслушалась, забывая обо всём. Где нахожусь, что происходит вокруг… Многоголосый звон пронизывал само нутро, пробуждая что-то, что было скрыто очень глубоко. Остальные колокола были словно продолжение главного звука, отражаясь от стен архитектуры, ровно как и от горожан крепости. В том звоне казалось сплеталось и жар битвы и скорбь потери и смех праздника и житейский ропот мирных городов. Клинок в руке был столь же естественен, как и платья на балу. И даже алые капли, срывающиеся с клинка стали органичными и уместными.

Из транса меня вывели весьма грубо, но действенно – элементарно сбив с ног. Только когда пыльная кладка выбила весь воздух из лёгких я огляделась. Разгар битвы был явно не на нашей стороне. В узком дворике было крайне проблематично развернуться и дать достойный отпор, тем временем как со всех сторон продолжали наступать горожане Думонд. Быстро подобрав меч, вскочила на ноги и постаралась вернуться в бой. Каково было моё удивление, когда в рядах нападавших появилось смятение, быстро сменившееся паникой и попыткой сбежать. Вот только бежать им было некуда. Сминаемые с двух сторон прибывшей подмогой, они бросали импровизированные оружия, пытаясь скрыться в домах. Ещё больше я была озадачена, когда увидела чёрные камзолы с алой розой. У меня даже появились подозрения, что сплю и мне всё происходящее всего лишь снится – вот я проснусь и…

– Какого дьявола ты здесь забыла?! Ты… да тебя нельзя оставить одну без присмотра, ты обязательно ввяжешься в самую худшую компанию! – Роберт срывался на меня на герфельде. Возможно, он думал, что так его поймёт меньше людей? Его отряд едва ли был больше моего, большую часть улицы заняли именно солдаты Эззиана, продолжая разгонять нападавших, пока я стояла, удивлённо взирая на короля Герфельда, не находя абсолютно никаких слов для своего оправдания. Тем временем как сам Роберт не хотел или не мог остановить свой монолог праведного негодования. – Просто скажи мне, почему, Мэрианн?! Почему тебя можно встретить только в каком-нибудь чуждом королевстве в самых странных обстоятельствах?

– Княжна Анна! – От официального обращения я вздрогнула, вновь приходя в себя. Уже не в первый раз за последние несколько минут. Обернувшись на голос, увидела спешащего к нам Эззиана. – Анна, как вы? Вы ранены? Они не навредили вам? С вами всё в порядке?

От резкой смены с агрессии Герфельда на заботу Думонда я вновь начала теряться в происходящем. С силой проморгавшись и встряхнув головой, постаралась взять себя в руки. Эззиан в продолжение своих слов оглядел меня с ног до головы, остановив внимание на рванном крае пышного подола платья и грязных пятнах в тех местах, где оно соприкасалось с землёй в момент моего падения.

– Ваше Величество, двор зачищен, территория безопасна.

Солдат обращался к королю Думонда, хотя эта фраза могла относиться ко всем троим. Впрочем, он и сказал на крэйволе, чтобы поняли все три правителя. Зато именно эта фраза заставила окончательно принять факт происходящего. Из всех колоколов остался только один, звеня монотонно и буднично. Услышать такой было нормально в Крэйволе. От произошедших за последнее время событий начала болеть голова.

– Княжна Анна, вам дурно? – Эззиан взял меня за свободную от меча руку и обеспокоенно заглянул в глаза. – Пройдёмте, вернёмся во дворец, вам нужно отдохнуть!

Я осмотрелась по сторонам, пересчитывая свой отряд. Все живы. Хорошо, что оставили Хелен и Джулиано во дворце. Хрупкой деве могли навредить, а красавчика – музыканта действительно необходимо вернуть Маттео живым.

– Как вы? – Спросила вслух на фрайфоле, оглядывая верный отряд. Те вразнобой закивали. Разумеется, без ран и травм не обошлось, но зато без потерь жизни, это главное.

– Пойдёмте, Анна, – привлекая внимание к себе и своим словам, Эззиан накрыл накрыл мою ладонь, которую по прежнему не отпускал, второй своей рукой.

Я же чувствовала себя слишком вымотанной чтобы возмущаться или удивляться такому жесту. Всё же в каком-то роде это считалось нормой, разве что руки должны были быть в перчатках, но это уже моё упущение, что нахожусь без них. Меня хватило только на то, чтобы высвободить руку и придержав ножны загнать в них клинок. Общей процессией мы направились в сторону дворца.

– Моим людям понадобится лазарет для восстановления. – Проговорила всё же вслух, когда мы вышли на широкую улицу.

– Разумеется. Им окажут достойное внимание, но вы… Вы были великолепны! Я не мог отвести от вас взгляд, во время боя…

– Поэтому так долго тянули с помощью? Предпочли наблюдать? – Перебил Роберт тираду Эззиана.

– Нет, что вы, Роберт, я подал сигнал тревоги едва заметил! А где были вы? Почему вас не было рядом и вы позволили пасть княжне столь низко?

– Я отправился на помощь едва услышал сигнал тревоги. Вмешался сразу, как только понял, что в беде отряд княжны.

– Прекратите, молю. – Проговорила шумно вздыхая. – Я искренне благодарна за помощь вам обоим, но у меня разгорается жуткая мигрень. Ваши споры едва ли поспособствуют её прекращению.

Короли замолчали, хотя кажется обоим было что сказать. Мы шли какое-то время молча. Сначала я выдохнула с облегчением, обрадовавшись, что спор и скандал урегулирован, но не могла не чувствовать напряжение Роберта. Кроме того меня и саму терзало любопытство.

– Не ожидала увидеть короля Герфельда здесь. Что привело вас…

– О, ты вспомнила о моём существовании? – Перебил меня Роберт на герфельде.

– Так понимаю, вы знакомы? – Поддержал диалог Эззиан.

– Да, Герфельд и Фрайфол заключили брачный альянс. – Сдержанно ответил Роберт, на этот раз наконец на крэйволе.

– Ох, как чудно! Тогда почему вы не прибыли вместе? И почему продвигаете интересы как разные государства? Неужели, альянс ещё не вступил в силу? – повисла пауза, но не на долго, Эззиан почти сразу продолжил допрос. – Роберт, почему на твоём пальце нет перстня, если альянс предполагает брачный контракт? Я видел кольцо на княжне, но…

– Я несколько задержалась в дороге. – ответила, стараясь остановить тираду Эззиана. – Навещаю потенциальных совместных союзников, как вы уже осведомлены.

– Это же великолепно! Анна, я искренне восторгаюсь вашей мудростью! Зарекомендовать себя и княжество перед тем как передать все бразды правления и связи другому… Я бы так не смог! – его слова на столько возмутили меня, что не нашла, что ответить.

– Герфельд давно ведёт сотрудничество и переговоры с островами. – всё так же сдержанно поддержал диалог Роберт.

– Но реже, чем хотелось бы Думонд. Собственно, для обсуждения этого я и пригласил короля Герфельда. Очень жаль, что не успел встретить и проводить Роберта подобающе, а не на поле битвы. Впрочем, это уже становится обычаем в вашей семье? Роберт, вы знали, что первые княжну я встретил в весьма схожей ситуации?

На последней фразе Эззиан легко рассмеялся, а Роберт перевёл на меня красноречивый взгляд. Ну да, "где меня ещё можно встретить, кроме как не на чужой территории при сомнительных обстоятельствах?"

Едва мы переступили порог дворца, как к нам выбежала взволнованная Хелен. Конечно, первым делом она бросилась к Лиру, проверять его раны. Отряд почти сразу увели в специальные комнаты, где их осмотрят лекари, мы же направились дальше в свои покои.

– Роберт, это ваши покои.

Буднично сообщил Эззиан, указав на одну из дверей, куда король Герфельда влетел без промедления. Конечно Роберт был зол, если не в ярости. Мы поспешили пойти дальше. Впрочем, торопилась конкретно я, Эззиан же спокойно прошёл дальше по коридору. К ужину Роберт может и поуспокоил ярость, чего нельзя было сказать о тупой злости, сочившейся во взгляде молчавшего тёмного короля. Его можно было понять. Я бы тоже была в бешенстве.

– Зато вы наконец смогли по достоинству оценить величие колокольного перелива.

Эззиан был как всегда спокоен и улыбчив.

– О да, они великолепны! – я постаралась отвлечься от происходящего, вспоминая трепет, – Не думала, что они могут быть столь… объёмны и величественны.

– Вы не сталкивались ранее? – Удивился Эззиан.

– Не такие, – я посмотрела в сторону, действительно пытаясь припомнить, слышала ли хоть где-то такое исполнение, – в Крэйволе в лучшем случае один и бил он всегда монотонно и ровно, как правило в главной часовне.

– Должно быть, каждый день во время мессы?

– Мессы?

– Молитвы. Это же такая важная часть в служении?

– Не ведаю. – Честно ответила, потупив взгляд и отрезая кусок мяса в тарелке. Увлёкшись диалогом совсем забыла где находимся и что вообще-то ужин. – В Крэйволе к вере относятся просто. О ней помнят, знают к кому возносить мольбы, когда одолевает отчаяние…

– Как-то поверхностно это. Надо будет поговорить с Катериной об этом. Это не приемлемо. – От слов о королеве моё настроение полетело вниз. – Что-то не так?

– Катерина… – Я обернулась к Роберту, продолжающего прожигать меня недовольным, но задумчивым взглядом. – Она опять направила людей убить меня!

Но король Герфельда лишь беспечно пожал плечами. Ну да, опять сама виновата, была бы с ним, никто бы и смотреть косо не вздумал.

– Это в прошлом. Я убил для вас всех ваших недоброжелателей. – В ответ на слова Эззиана, Роберт нахмурился. – А Фрайфол?

– Вера – это выбор. Но в княжестве особое нежное отношение к богу смерти – Хель.

– Нежное? – рассмеялся Эззиан. – Это смерть!

– Да. Она нежна и радушна, примет каждого. Будь ты хоть воин, убивающий во имя мира, хоть кузнец, что куёт подковы для скакуна этого же воителя, хоть король, посылающий на смерть. – Проговорила с улыбкой, не сводя взгляда с короля Думонд, так же не опуская глаз отправила кусок мяса в рот, не прекращая улыбаться. Насладившись зловещей паузой и тишиной, продолжила буднично и спокойно, – Так что особенного вкладывает в веру Думонд?

– Людям всегда нужно во что-то верить. – Постарался так же спокойно ответить Эззиан, но по его движениям было видно, как он напряжён.

– Поэтому на островах, где люди не видят ничего дальше утёса слёз народ уповает только в милость небес, тем временем как фрайфолы, проведя более трёх десятков лет в войне с улыбкой принимают смерть.

– Вера – это обязанность.

– Вера – это выбор.

Не знаю почему, но меня ужасно зацепили слова короля островов. Поэтому мне хотелось подцепить его именно так – с улыбкой, скрывающей за собой слишком многое.

– Не планируйте завтра на утро ничего. В частности, никаких вылазок с целью поиска неприятностей.

– Это угроза?

– Это просьба.

– Чего вы хотите? Мой отряд ранен и восстанавливается, но они вполне смогут защитить меня.

– Отряд княжны справлялся и с большим, поверьте на слово, я знаю о чём говорю. – Всё же поддержал разговор Роберт.

– Безусловно. Но Анна, всё же позвольте мне украсть вас завтра? Хочу показать вам часовни и храмы.

После всего случившегося спать пошла рано. Переполняющие противоречия в эмоциях стали частыми спутниками в моей жизни. Тем более, когда рядом появлялся король Герфельда. Или когда речь вообще заходила о Герфельде. Вот и сейчас. Подойти, обнять, раскаяться во всём что было и рассказать обо всём случившимся… Или подразнить и позлить… Надо будет узнать, какие у них были связи и договорённости между Герфельдом и островами Думонд. Но это всё завтра.

Придирчиво посмотрела на знакомое и уже ставшее привычным местное ночное платье. "У нас не хватит одеяний в традициях всех княжеств и королевств", как передали мне слуги в первую ночь. Мягкое просторное платье в пол молочно-белого цвета с отсутствием рюшей, воланов и оборочек, но с широкими расклёшенными рукавами до самых пальцев сейчас неимоверно напрягало. Где-то мелькнула и убежала мысль, что у Роберта тут тоже нет его знаменитых белых ночных рубашек.

– Ну да, это вам не Фрайфол, где выделены собственные гостевые покои и целый шкаф для гардероба!

Проворчав, рассержено села на кровать, сжимая в руках складки необъятного платья. Мне же в нём даже спать было не удобно. Вечно ноги путались в подоле и к утру просыпалась замотанной в кокон. Ну да, додуматься взять своё с Фрайфола мне идея не пришла, так что Думонд хоть таким образом отыгрывался на наш общий протест. Мой взгляд упал на покоящийся сейчас меч. Я криво усмехнулась. В следующую минуту по комнате разошёлся треск рвущейся ткани. Это я оторвала рукава от общего полотна ночного платья. Прошлёпав босыми ногами до меча, почти не глядя резанула по подолу, обрубая половину. Только после этого переоделась и довольная оглядела себя. Обновленный вариант едва касался колена, а с учётом того, что обрез был выполнен явно не на столе швеи, то самое короткое место доходило до середины бедра. В результате вместо огромного балахона на мне было вполне уютное и комфортное платье, не стесняющее движений, но и при этом всё прикрывающее… Благодать!

Засыпать, утопая в подушках и одеялах и при этом ощущая их текстуру было удивительно легко и даже приятно. Почти как в Герфельде

Однако начало дня было весьма спокойным и будничным. Завтрак прошёл в тишине, лишь иногда нарушаемый незначительными фразами. После трапезы короли уединились для частных переговоров, коим я помешала вчера. Не найдя своей свиты, я направилась гулять в парк. Вызвешенно и утончённо, если не знать, что происходит в узких переулках, стоит путнику сойти с главное дороги, вымощенной блестящей мозаикой. Что движет простым народом понятней не стало, разве что теперь очевидно что нам этого не узнать. Интересно, они не любят приезжих, не знающих языка или именно знать?

За размышлениями не заметила приближающуюся тень фигуры. Впрочем, я бы легко отбила любой удар, на столько размытыми и несфокусированными были атаки. Только я успела удивиться металлу у своего горла, как с дерева рядом свалилась фигура, а из другого куста послышался хохот. Трясущаяся от смеха рука тоже не могла держать клинок, а потому я спокойно обошла её и обернулась.

– Элейна?! Что ты творишь?

Воительница не могла ответить, только свхлипнув махнула к стонушей на земле фигуре, упавшей с дерева.

– И это хвалённая ловкость воителя фрайфола? – Смеялся Клод, выходя наконец из куста.

– Что происходит? – Я подошла к поднимающемуся вину. – Лир?

– Хватит смеяться! Я бы на тебя посмотрел! М-мм…

– Хорошо, начнём с конеца. Лир, что ты забыл на дереве?

– Это они так решили теорию проверить. – Подошедшего Кетиля с Йоханом я тоже увидела не сразу.

– Что за теория? И что с вами? Вы какие-то…

– Вялые? Да, это и хотели проверить.

Я ещё раз оглядела отряд, подходящий ко мне с разных сторон. Сильных и уверенных воинов было не узнать. Почти у всех мутный взгляд, словно они только проснулись. Но я видела их в походах и они таже рано утром выглядели бодрее. Особенно стало это заметно, когда к нам подошли бодрые и свежие Джулиано с Хелен.

– Мы сбежали с местного лазарета. Не знаю, что они там творят, но мы от их «снадобий», именуемых лекарствами сами на себя не походили. Тревогу подняла Хелен, придя навестить Лира.

– Но ведь вы уже были в лазарете, в первый день?

– Да, и тогда тоже чувствовали себя вялыми. Не придали значения, решив что это с непривычки, давно не сражались, отвыкли.

Я задумалась. Выходило занятно, даже опасно. Неужели Эззиан намеренно деморализует мой отряд? Это было странно и совсем на него не похоже.

– Хорошо.

– Хорошо?!

– Да, хорошо. Теперь официально разрешаю вам угрожать атакой любому, кто попробует завести вас в лазарет. Убивать не обязательно, но замахнуться пару раз мечиком можно.

Иронично, но от этой информации отряд просиял и воспрял духом. Ну да, с учётом аристократичных рамок вольным воителям только дай повод клинок продемонстрировать. Лазарет им был и не нужен. Главное чистые ласкуты для перевязи да отдохнуть. Даже сейчас уже их раны не выглядели столько угрожающе, как ещё вчера вечером. Не впервой, справятся.

«Украл» меня Эззиан только после обеда. Если быть точнее, слуга передал мне, что меня ждёт карета. Король островов Думонд ожидал меня, стоя на улице. После того, что узнала от отряда не хотелось даже находиться рядом. Начинать разговор, ровно как и скрывать своего негодования я не спешила, потому мы ехали в полной тишине. Карета привезла нас к ограждённой территории. За искусным кованным забором, тянущимся от одной увестой колонны к другой, виднелись ряды белоснежных человечиских статуй. Войдя внутрь, поняла, что это првители. На голове каждой из фигур виднелась корона.

– Княжна, не терзайте меня, чем я разгневал вас?

– Что стало с королевской семьёй? Я уже не одну неделю во дворце, но не увидела никакого упоминания, не считая шикарных портреных картин на стенах.

– Мои родители в добром здравии. Поскольку теперь король я, то они отбыли в дальние острова, дабы избежать смуты в народе. Но вы не ответили?

– Могу ли я доверять вам как союзнику и вести с вами дела, если вы атакуете моих людей?

– Вы сами пошли во дворы, игнорируя мои предостережения. Я не могу говорить за мысли и действия каждого человека на островах.

– Я не о напуганных людях с палками, а о ваших расчётливых поданных, именуемых лекарями.

Эззиаон криво усмехнулся, но спорить не стал. Напротив, на его лице отразилось полное понимание.

– Вы не вняли моим словам и мне пришлось принимать меры.

– Меры – это отравить мою свиту?

– Что вы, как можно. Это всего лишь успокаивающие травы. Ваши бравые воины были слишком буйные, поэтому я их немного успокоил.

Спокойный и рассудительный тон ввёл меня в бешенство. Мы шли меж рядов статуй к высокому зданию храма и мне даже захотелось опрокинуть и столкнуть ближайшую из фигур.

– Это мои люди. Они защищали меня! Мне начинать беспокоиться о своей безопастности?!

– Ну тише, что вы, как можно. Вы вновь меня не поняли. Это не было атакой на вас, я просто успокоил бушующих людей, сделав их послушными.

– Не много ли вы берёте на себя? Вы решили провозгласить себя вершителем судеб, позволив единогласно делать выбор кому здравствовать, а кому почивать?

– Это участь монарха. Мы обязаны вести за собой и решать за других.

– Вы возвели сами себе пьедистал, поставив себя на один уровень с богами? Не потому ли вокруг храса стоят фигуры ваших предков, а не великих мучеников?

– Чем правитель не мученик? Вспомните свой путь сюда? Не путешесвие на корабле, а сам путь? Я слышал, вы не только начинали простой аристократной, но и спустились до самого дна. – Ужасно хотелось возразить, но не могла подобрать слов. Насладившись моим молчанием, король продолжил. – Поверьте, у нас больше общего, чем вы думаете. Было время и я искренне верил что все люди чисты и добры, стоит им только объяснить свои помысли и намерения, как они поймут меня. Но правда как раз в том, чтобы любить свой народ за их порочность, злобу и слабость.

– Вы всего лишь человек. Из плоти и крови. Такой же, как любой из подданных.

– Я всего ли правитель. И никогда не подниму на вас руку, потому что вижу в вас равную. Не так уж смиренны, но и не так уж просты такие как мы с вами. На нас особая, великая миссия. Позвольте показать вам.

За диалогом не сразу заметила, что мы уже пришли. Прямо перед нами возвышался белокаменный храм с обилием позалоты и инкрустации камней. Эззиан протянул мне руку и мы вошли. Просторный холл изнутри утопал в золоте. Подозреваю, это уже даже не простая позолота, а металл в чистом виде. Тихо переговариваясь по помещению модили мужчины в ярких красных балахонах. Дождавшись, когда я насмотрюсь, Эззиан повёл меня дальше. Мы прошли к резной двери, за которой скрывалась вентовая лестница вверх. Поднимаясь по узкому пространству, почувствовала некое смирение. Должно быть так себя чувствуют послушники и монахи, бдящие за храмом. Наконец, мы вышли в просторное плато. На самом деле оно было достаточно малым по площади, но первые мгновения после узкого пространства казалось подбно обширной зале. Оказалось, что мы поднялись достаточно высоко. Отсюда весь город простирался как на ладони. Такого вида не было даже из окон дворца, откуда виднелись только ухоженные сады. От ветра защищал высокий каменный балкон. Но не он и не пейзаж заинтересовал меня.

– Колокол! Он огромен! – Восхитилась я, позабыв про обиды и рассматривая металлический массив. В резные узоры ожидаемо была залита золотая краска, но в целом всё выглядело красиво и возвышенно. Сам же купол колокола вполне мог закрыть собой практически всю территорию плата, на котором мы стояли, включая балкон. Страшно представить вес этого гиганта.

– Посмотрите туда. – Подойдя к краю балкона, Эззиан оказал раскрытой ладонью на другую башню чуть дальше. Там тоже виднелся колокол и человек. Даже издали можно было легко представить, что там. Покрутив головой, стала присматриваться и замечать и остальные.

– Отсюда это выглядит прекрасно и возвышенно. Они словно…

– Опора?

– Да. Подобно стражам.

– Княжна, знакомьтесь. Это – Gros Marie, она же «Большая Мари».

– Большая Мари? Колокол имеет имя? И это – она?

– Все колокола имеют имена и большинство из них – Мари. Но лишь эта – основная.

– Почему Мари?

– Святая Мария, мученница. Пала распятая своей жертвенностью во благо мира. Но посмотрите, чем не олицетворение правления монарха?