Текст книги "Мэрианн. Минуя войну (СИ)"

Автор книги: Техно Ведьма

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 24 страниц)

– Но княжна, я думал…

– Думаю тут я. Либо с чёрными камзолами закладываете город, либо молча идёшь обратно и ждёшь на борту корабля.

– Кхм? – Клод обратил на себя внимание. Я посмотрела на получившиеся команды и приуныла. Ну да, Билли с Клодом хоть и оставались формально герфельдами, но отделять их от малого отряда было бы не честно. Да и крепость пожалуй самое важное в нашей задумке, так что опытные люди нам были нужны, даже не считая тех воинов, что по прежнему путешествовали с нами.

– Хорошо. Вы двое с нами.

Джулиано же повёл остальных вниз в город, попутно распределяя обязанности и составляя план. Если он и правда так хорош, как показывал в Сициадах, то может всё получится. Возможно, он распределит герфельдов даже лучше, чем я. Хотя нет. Заметила, что чёрные камзолы двигались сами по себе, совершенно не беря во внимание слова сициадца. Просто они уже не первый раз в команде, поэтому понимают что нужно делать и без предводителя.

Сейчас наша задача – уйти как можно дальше по длине крепости. Понятно, что на всю длину нас не хватит, но нужно взорвать хоть часть стены. Главное нанести большой урон. Поэтому двух герфельдов мы оставили ближе всего к начальной точке. Я же напротив продвигалась как можно дальше. Сверху было так же видны перебежки второй части отряда, что сейчас парами расходились в разные стороны. Мне приходилось регулярно останавливаться, чтобы проверить, кто на каком этапе находится. С Кетилем мы карабкались почти с одной скоростью, но он всё же меня опередил. Это и к лучшему. Всё же он сильнее и больше вероятности, что сможет убрать стражника без лишнего шума. Убедившись, что все готовы, показала, что пора брать крепость. Мы начали подниматься наверх.

Для того, чтобы достать меч места было мало. Дождавшись, что стражник будет проходить мимо, быстро достала нож прижалась к спине мужчины, обнимая. Всего на мгновение. Позвать на помощь, как и объявить тревогу он не смог. Это весьма проблематично, когда твоё горло перерезано. Утирая кинжал, нахмурилась. Вот смерть и вернулась. Королева мечей и крови, как назвал меня когда-то Роберт. Но нет времени на сентиментальность и грусть. Присмотревшись к обеим сторонам, заметила потасовку. Значит, остальные тоже поднялись и берут стратегические точки. Отцепив от пояса мешок с горючим порошком, стала обильно рассыпать дорожки, особое внимание уделяя стойке с сигнальным огнём. Возле него же поставила бутыли с заготовленной смесью.

– Это что ещё за бесы? – Пробормотала еле слышно, заметив происходящее по другую сторону крепости и города. Конечно, на таком большом расстоянии я не могла видеть происходящее детально, но стремительно расползающуюся тёмную толпу было видно отчётливо. Самое ужасное, что она была знакомой. Только если «моих» герфельдов было чуть больше десятка, двигались они аккуратно, зачищая город. Эти же люди двигались стремительно и уверенно. Их было, по крайней мере, раза в три больше. – Роберт…

Надо было срочно помочь его отряду. Если их заметила я, то вполне могут и остальные стражники. Если они в свою очередь поднимут сигнал тревоги, то солдаты перебьют всех. Прицепив обратно мешок с горючим песком, вооружилась второй бутылочкой смеси и направилась вперёд, в сторону Кетиля. Подойдя ближе, поняла, что он тоже не стоит на месте. Более того, он уже сражался не с одним солдатом. Они были слишком заняты, чтобы трубить в рог и зажигать сигнальный огонь, объявляя тревогу. На ходу обнажая меч. Влилась в потасовку, помогая справиться.

– Как в старые добрые, Анна? – Усмехнулся воин, вытаскивая секиру из последнего добитого солдата. Я отстранённо кивнула, обеспокоенно посмотрев вперёд и подойдя к краю укреплённой стены. Тревогу хоть и не били, но из ворот казармы под нами уже выходили солдаты. По обе стороны же продвигались герфельды. Мои и Роберта. Наши. Я посмотрела на Кетиля, поджав губы. Тот сообразил всё быстро и кивнув пошёл дальше. Достав бутыль, подожгла язычок ткани от факела и швырнула вниз, в сторону казармы и расходящейся в разные стороны толпы. Бутыль разбилась о черепицу крыши, раскидывая огненные брызги по округе.

Сигнал дан. Захват начался. С крепости вниз полетели одна за другой огненные смеси. В городе забил колокол, но было уже поздно. Вместе с тем начали раздаваться взрывы. Это отряд Джулиано пустил в ход заготовки. Мимо начали пробегать воины. Правильно, Кетиль нуждается в поддержке. Решила не задерживаться и присоединилась сама.

Не слишком широкий коридор крепости был переполнен людьми. Я прибежала последняя, а потому смогла критично оглядеть ситуацию. Здесь уже не было заготовленного порошка и практически не осталось заготовленных склянок со смесью. Но самое страшное, что людей королевства Думонд было больше. Сейчас был максимально подходящий момент, чтобы реализовать задуманное и взорвать ту сторону крепости, что была подготовлена. Но тогда это бы отрезало нам пути к отступлению. Кто-то должен был задержать стражников наверху. Между тем, чем дольше принимала решение, тем больше прибывали новые солдаты противника. Кетиль всё понял гораздо быстрее меня. Он был матёрый воитель. Самый старший и опытный из моего отряда. Самоотверженно врезаясь в толпу, он то и дело оглядывался. Поймав наконец мой взгляд, решительно кивнул и дёрнул головой в сторону узкой двери одной из башен, по которой обычно поднимались смотровые.

Кетиль что-то сказал стоящим рядом войнам, те тоже нашли глазами меня и только после этого медленно направились к двери. Йохан отказывался бросать и обрекать соратника на смерть. Меня начало трясти, а грудь сдавило. Взяв последнюю из заготовленных бутылей, побежала к толпе. Мазнув концом тряпицы о факел, с криком бросила склянку в прибывающих солдат. Жидкое пламя быстро распространялось по округе, внося суматоху и панику. Послышались вопли горящих. Кетиль с силой толкнул Йохана ко мне, быстро оборачиваясь и продолжая сражение, задерживая обмельчавшую толпу. Я дёрнула Йохана за руку, волоча к двери. Но огромного воина было не так легко сдвинуть с места.

– УБИРАЙТЕСЬ! – Проорал Кетиль. – Защищай княжну!!!

Только после этого упёртый Йохан уже сам поволок меня к двери. Винтовая лестница была совсем узкая. Рассчитанная только на одного, она явно затрудняла быстрое движение. Недолго думая, сделала то, о чём мечтала в свою бытность графиней. Сев на перила, начала съезжать вниз, отталкиваясь ладонями. Правда под резкое окончание витой лестницы чуть не влетела стену. Вместо этого быстро спрыгнула за пару ступеней до конца, ввалившись в дверь. Внизу было шумно и душно. Тут и там вдали горели отдельные здания. Чуть позже выбежал и Йохан. Я огляделась, пересчитывая отряд.

– Где Элейна? – Я подбежала к Лиру, на ходу обнажая меч и врываясь в сражение.

– А где Кетиль?

В этот момент стало стремительно светлеть. Все подняли головы. Крепость начинала быстро загораться. Значит, Кетиль всё же смог добежать до ближайшей точки и поджечь. Спустя ещё мгновение, начал раздаваться грохот, всё усиливаясь с каждым разом. Это уже пришли в действия огненные зелья. Битва уже прекратилась, обе стороны с содроганием смотрели на расходящуюся трещину. Когда полетели первые камни с башен, то так же слаженно все помчались прочь. Да, мы ещё стояли у подножия, так что любого могло придавить обломком.

– Так что с Элейной? – Я вновь вернулась к Лиру. Мы сейчас продвигались вглубь пылающего города. Обернувшись на ходу, воин быстро посмотрел на продолжающую рушиться крепостную стену. Он всё понял. Кетиль не мог выжить там, но спас нас.

– Она убежала не сражаясь. Сказала, что королю Герфельда нужна помощь.

– Что?! Где они, в какой стороне?!

– Не ведаю, Анна. Я был несколько занят и не следил.

– Да, конечно. Поняла, спасибо!

Колокола неизменно продолжали обволакивать город сигналом тревоги. Почувствовав прилив сил через ярость, с двойной силой врезалась в толпу солдат. Вот только и они не особо горели желанием сражаться. В определённый момент осознала себя стоящей посреди пустынной улицы. Всё вокруг пылало и гудело. Но куда идти. Услышав в очередной раз раскатистый грохот, обернулась. Смотровая стена продолжала обваливаться. Издали было видно, насколько мал и незначителен был наш изначальный урон. Всё остальное уже доделал камень сам. Вот и разрушен город… так далеко я ещё не заходила. Даже в войне с Крэйволом, мы в лучшем случае брали осадой, либо сражениями с подготовленными солдатами.

– Княже! – Я обернулась. Из пламени бежала хрупкая фигура. Дождавшись, когда приблизится, я увидела знакомые руны на лице молодой ведьмы. – Анна, отзывайте всех назад!!

– Элейна! Что случилось? Лир сказал… Что с Робертом?!

– Король заканчивает захват крепости и настоятельно рекомендует вам отступать!

– Нет! Где он?!

– Анна! Не время упрямиться! Герфельд оставит крепость, как только увидит паруса отплывающей Рыжей Бестии! В противном случае мы Все здесь погибнем!!

Перекричать шум и собрать всех было проблемно, но реально. Перекрикивая шум города почти сорвала горло. Но мне было легче, потому что так была возможность оправдано вопить от происходящего. Во-первых, какого рожна Роберт опять вмешался?! Во-вторых, сознание сминала злость и ярость, что Фрайфол всё же атаковал. Снова.

«В-третьих», я увидела только когда обогнули на Рыжей Бестии остров. По другую сторону скал от того места, где пришвартовали корабль мы, угольно-чёрным пятном стояло три больших корабля Герфельда, каждый из которых был крупнее моего. На крики и эмоции не было уже ни голоса, ни сил. Роберт опять спас всех нас. Если бы не огромная толпа облачённых в чёрное воинов, то нас разгромили бы достаточно быстро. Да, город бы был повреждён, но не настолько сильно, как сейчас. Мы бы точно не вернулись. Подозреваю, что корабли Герфельда были здесь за долго до Рыжей Бестии и выжидали конкретно нашего вмешательства.

Мы задержались поодаль, озаряемые пламенем. Роберт должен увидеть, что мы отплываем. Но взгляды всех на борту были прикованы к некогда величественному, если не высокомерному городу. Это было ужасающе прекрасно. Пылал город, пылала крепость. Яркие языки пламени взмывались ввысь, озаряя ночь подобно дню. И без того рыжие паруса Рыжей Бестии сейчас сияли подобно золоту. Не остались в тени даже корабли Герфельда. Угольные полотна парусов отливали оранжевым пламенем. На грани сознания мелькнула мысль, что подобное стало бы с Крэйволом, не останови я войну. Вот только крепость пылает сегодня тоже благодаря мне. Иронично, что именно после этой мысли терзавшее меня переживание успокоилось. Не хотелось ни кричать, ни вопить, ни суетиться. Именно сейчас ощутила, что всё идёт должным образом. Каждый должен понимать и здраво оценивать противника и последствия. Эззиан забылся.

– Отплываем.

Весь путь до Сициад была гнетущая тишина. Даже когда болтун Джулиано пытался вставить что-либо несуразное, то его пыл быстро успокаивали. Кто оплакивал ушедших, а кто тот факт, что мы вновь ввязались в битву. На меня давило всё сразу. Единственное, что меня удерживало от желания впасть в отчаяние, это воспоминания о прошлом. Если мы пережили войну с Крэйволом, если я смогла окрепнуть после подземелья белого королевства, если мы все смогли найти силы после стольких смертей и потерь, то справимся и сейчас.

– Дэвид? – Мы сидели в узком кругу в полной тишине. – Сыграй.

– Хотите разбавить обстановку?

– Ни в коем случае. – Я покачала головой. – Хочу, чтобы в честь ушедших вновь плакала скрипка. Кетиль заслужил. – На последних словах я пристально посмотрела на Йохана. Тот медленно кивнул. Было время, они ревновали меня к ушедшему барабанщику Бранду. Переживали, буду ли тосковать, если уйдут они. Разумеется буду. Вот только одно дело знать, что так будет, а другое – испытывать на практике. – Кетиль был славным воителем и ушёл героем. Хель позаботится о его душе.

Я с тоской посмотрела на малый отряд княжны. Настоящий, тот который был с первого дня. Лир, Элейна, Йохан. Трое из семи. В такие моменты невольно вспоминала Жаннет и малышку Рози, что жили в лесу. Может, проклятие так и не снялось и я по прежнему приношу только смерть?

Вполне ожидаемо, в солнечные Сициады мы прибыли уставшие и измотанные как физически, так и морально. Даже тот факт, что трюм больше не был забит сырьём, да и людей на борту стало в разы меньше, чем покидало Фрайфол, никого не радовал. Единственные два человека, что были рады видеть друг друга в добром здравии старались не показывать своих эмоций. Их никто не осуждал. Напротив, со светлой грустью все радовались за воссоединение Элейны и Теодора. Так или иначе, но откладывать на долго не стали и уже спустя три дня, когда начали подготовку к обряду.

Наблюдать за таинством со стороны, не участвуя, было странно, но вместе с тем ещё более ответственно. В прошлый раз я была полностью ведомая, не понимающая абсолютно ничего. Сейчас же контролировала периметр, чтобы никто из посторонних не помешал. Как уверял сам Теодор, он приказал страже охранять замок, но не вмешиваться, что бы ни произошло. Тем не менее, подозреваю, он сам понятия не имеет о том, что его ждёт. Я же разделила своих людей на два отряда. Большая часть находилась во дворце, мой же верный отряд был с нами в парке, готовый прийти на помощь в случае непредвиденного.

В центре некогда цветущего парка внутреннего двора замка собирали костёр. Большой и высокий, он разносил по округе ароматы различных высушенных трав, подкидываемых в пламя вместе с дровами. Рядом стояли наготове ведро с водой и увесистое древко. Примечательно, оно было внушительнее по толщине и высоте, чем та палка, к которой привязывала меня старая ведьма. С другой стороны стояли лохань и несколько вёдер, чтобы потушить костёр после инициации. Сам Теодор сидел на резной лавочке, облачённый в неизменный балахон с капюшоном. Общаясь с Элейной, сициадец размеренно пил отвар, приготовленный ведьмой. Чем меньше оставалось содержимого в бокале, тем более стеклянным и отстранённым становился взгляд короля. За время, проводимое с воительницей, Теодор всё меньше стеснялся и скрывал своего лица. Бывало, его и вовсе можно было встретить идущим в коридоре без перчаток и капюшоном, прикрывающим только верхнюю часть лица. Сейчас же балахон и вовсе был по большей части формальностью.

– Пора. – Элейна сказала тихо, но уверенно.

Теодор кивнул, залпом допив содержимое бокала и порывисто обернувшись к воительнице, поцеловал. Элейна выглядела растерянной всего на мгновение, но через секунду король отстранился, вставая и ставя на своё место пустой сосуд. Натягивая вновь капюшон на лицо, Теодор замер в ожидании. Я кивнула Лиру, тот принёс подготовленное древко и начал связывать руки Теодора, фиксируя.

– Простите, Ваше Величество.

Теодор кивнул Лиру. Тем временем Элька уже опрокинула ведро с водой в центр костра. Сициадец был смелее меня, а потому уверенно направился в центр костра. Хоть голова и была покрыта капюшоном не полностью, но взгляда короля я не видела, а потому не ясны были его эмоции. Едва он ступил на стремительно высыхающие угли, ведьма начала вполголоса шептать слова заклятия. Сейчас я знала, что оно на языке первых фрайфолов. Мёртвый язык. Когда Теодор упёрся древком в нагревающиеся угли, с них уже активно выходил пар, унося остатки влаги. Мужчина начал переминаться с ноги на ногу, видимо уже начали жечь. Не прошло и минуты, как пламя с костра перекинулось на балахон. Теодор застонал, но топтаться на месте перестал. Началось. Теперь он не сможет сдвинуться с места до самого конца. Молодая ведьма зажмурила глаза, складывая пальцы в замысловатых символах, продолжая с усилием говорить слова заклятия. Теодор всё же закричал, когда пламя окончательно сожгло верёвку, сдерживающую руки. Сидиадец резко взмахнул ими в разные стороны, от чего с него спали остатки балахона, а древко рухнуло назад. Запрокинув голову, Теодор кричал, срывая горло. Вот только делал он это уже не от боли. Не от физической.

Все стояли как заворожённые, видя как высокая стена пламени поднималась ввысь, но совершенно не трогала фигуру в центре.

– Стойте!!! – Я резко обернулась на крик. К нам из дворца со всех ног бежал Маттео. – Прекратите, сейчас же!! Вы дикари!!

Йохан с Лиром бросились ему наперерез, не давая приблизиться, но он, подобно зверю, убегающему от охотника начала огибать то одного, то другого. Я посмотрела на Билли с Карлом, те только кивнули и побежали на помощь.

– Отпустите его!! Ему же больно!!! Не умучайте его!!

– МАМА! Бегите!! – Вторил ему сам Теодор, находясь явно сейчас где-то не здесь. Обернувшись обратно к нему, невольно улыбнулась. Сейчас перед нами стоял уже совершенно здоровый мужчина с копной густых смоляных волос, как и у большинства сициадцев. Главное – его кожа. Ровная и чистая. Жилы по прежнему вздувались на его шее и груди, но это уже от крика и боли.

– Отпусти их, Теодор! – Сказала наконец Элейна. Уверенно и спокойно. Да, нужно теперь вернуть его сознание в реальность. – Это не твой путь. Вернись, ты нужен нам жив…

Ведьма запнулась не договорив. У неё, как и у всех нас разом перехватило дыхание. Тем временем как Теодор бездыханно рухнул вниз. Резко обернувшись к Маттео, увидела, как его держат Лир с Билли, но вытянутая вперёд рука неоспоримо подтверждала совершённое злодеяние. Мой рассудок начал действовать быстрее, чем ранимая эмоциональность. Зачерпнув воды из лохани, опрокинула содержимое на костёр несколько раз, пока не появилась возможность подойти к телу. Не поддерживаемо более магией, пламя очень быстро стало обычным и мы с Клодом вытащили короля. Практически сразу нас смела в сторону кинувшаяся к Теодору Элейна. Встав к ним спиной, я прожигала взглядом Маттео. Округу пронзил женский вопль, переходящий в вой. Никто и не думал успокаивать или останавливать Элейну. Ведьма справилась. Она молодец. Но с кинжалом в виске не живут. Вытаскивая тело я хорошо рассмотрела его рукоять. И узнала.

– Это ведь ты… Ты был тогда… – Я медленно направилась к Маттео, которого по прежнему держали Лир с Билли, но уже не давая сбежать, а не приблизиться.

– Это вы убили его! Вы! Сожгли его заживо!

– Это очищение огнём, идиот. – Процедил Йохан. Спрашивать о том, неужели обряд на столько знаменит во Фрайфоле не стала. Не сейчас. Вместо этого вцепилась в протянутую руку, которой Маттео указывал на нас. Особенно меня интересовал глубокий шрам в центре кисти.

– И всё таки это был ты.

– Да… Это ты… Жалкий завистливый бастард. – От хриплого голоса воительницы за своей спиной я вздрогнула. Когда она успела подойти. Элейна рассмеялась. Надрывно и нездорово. Вот только злой взгляд Маттео сменился на удивлённый.

– Элька, стой! – Услышав обращение Клода, я обернулась. Герфельд пытался удержать на месте воительницу, что явно собиралась лишить жизни сициадца.

– Да, Элейна, подожди. Сначала мы получим ответы.

Но Маттео молчал и только затравленным зверем смотрел по сторонам в поисках поддержки. Элейна снова усмехнулась. Не помню, чтобы видела в ней столько злобы, но её чувства и эмоции были ясны всем.

– Ну? Чего молчишь? – Нетерпеливо продолжала дева, – или мне самой продолжить? Так я скажу. Как проводник, я видела всё то, что видел Теодор. С колыбели. И в тот день. Если был так близок, то где был в день великого пожара?

– Да, это был я! Что ты хочешь от меня услышать, ведьма? – Маттео дёрнул плечами, высвобождаясь из хватки воинов. Поняв, что он не собирается бежать, они отступили на шаг. – Королевская семья такая дружная и любящая, вот только у короля бастард! Да, мне было дозволено жить во дворце как сыну короля, но не более! И моё лицо… Витилиго воспринималось как метка порока и позора, совершённым королём. Я сам сбежал в город!

– И сам провозгласил себя королём ночных Сициад? – Спросила я очевидное, лишь бы разбавить монолог, что должен был растрогать нас.

– Не сразу. Сначала…

– Сжёг королевскую семью вместе с дворцом. – Отрезала Элейна.

– Да! А вы бы что сделали?! Я был бельмо на глазу, порок и чернь во плоти!

– Тебе даровали жизнь!

– И я. Тео… Я выходил его. Он был единственным, кто не презирал меня.

– И потому убил сейчас, когда король узнал, КТО на самом деле убил всех?

– И не жалею, – Отрезал Маттео, выпрямляясь и становясь вновь собранным, – сейчас для всех именно вы его убили. А я же единственный выживший наследник престола. Достойный наконец занять своё место.

Сициадец провёл рукой по волосам, желая убрать с глаз упавшую на лицо белую чёлку и с ужасом взирал на прядь, что осталась в его руке. Все присутствующие тоже стояли в немом недоумении, наблюдая метаморфозы во внешности убийцы. Чем дольше он говорил, признавая свою вину, тем больше сам походил на Теодора. Лицо начало приобретать красноватый оттенок, вены и жилы на лице руках набухли, проявляясь синим отливом.

– Ну что, да здравствует король, как говорят в королевствах, – рассмеялась Элейна, – ты б хоть узнать сначала, что проводим. Хотя откуда тебе знать. Чтобы в одном месте убыло, в другом должно прибавиться. Ты провозгласил себя королём? Поздравляю, теперь ты носишь то же, что и он. Вот только Теодор снял это с себя и оно как и должно, отправилось к тому, кто наслал.

– Это твоих рук дело, ведьма! Сними! – Прохрипел Маттео.

– Нет. Инициатор боли ты, тебе и расплата. – Ровно ответила я вместо Элейны. – Тебе повезло. Когда я возвращала проклятье назад, то сожгла маркизат.

Йохан с Элейной удивлённо посмотрели на меня, видимо только сейчас осознав, что случилось с особняком. Пришли в себя они тоже почти сразу, только коротко хмыкнув. Возможно, дай волю, и Теодор тоже сжёг бы Маттео заживо.

– Возможно, так даже лучше, – хрипло усмехнулся виновник, – надену балахон и никто даже не узнает, что Тео мёртв. Скажем, что умер советник.

– Какой же ты мерзкий, как тебя вообще терпел Тео? Неужели в тебе совсем нет ничего святого? – Искренне недоумевала Элейна.

– Нет, Маттео, Фрайфол такого не допустит. Теодор был великим королём, каким тебе не стать никогда. На его официальном погребении я буду присутствовать как княгиня.

– Вы же не думаете, что я позволю всем узнать, как ушёл король? Сомневаюсь, что после такого народ будет любить и почитать меня так же, как Теодора.

– Это уже не наши проблемы.

– Как вариант… – Тихо начал Лир, внезапно входя в разговор, – пусть самозванец соберёт…

– Я не самозванец, идиот! – Попытался прервать Маттео, но тут уже не выдержала Элейна, влепив бастарду звонкую затрещину. О том, какая тяжёлая у хрупкой с виду девушки рука знали многие.

– Королём не назову, потому что не имею уважения. Предлагаю ему собрать знать или кто тут в почёте и в разные дни сказать им разную информацию. Одним, что подстрелили на охоте, другим, что таки настигло пламя, что передавал нам, третьим, что проникли враги ночью… ну придумает что-нибудь.

– А облик?

– Скажет, проклятье, – не успокаивалась Элейна, – при дворах любят карму прикрывать глазом и проклятьем.

– Ведьма.

– Трусливый завистливый бастард.

Следующие недели прошли как в сплошном кошмаре. Ожидая, что после битвы на островах будет радость и праздник, тучи сгустились казалось ещё сильнее. В беспросветной тьме никто не мог найти себе места, ровно как и понять, в чём найти утешение. Хотя чем дальше от власти человек, тем ему было проще. Выжившим единицам фрайфолов и герфельдцев было всё равно куда выдвигаться, осознавая главное – теперь открыт новый сезон сражений. Мирный народ переживал о том, какие нововведения организует новый король. Наше же молчание было куплено новыми партиями горящего порошка и снадобий в грядущих сражениях. Так что в конечном счёте наиболее остро и тяжело ситуацию переносили те, кто был ближе всех к власти. В Герфельд и во Фрайфол я отправила короткие и лаконичные письма о том, что Его Величество Теодор мёртв и его место теперь занял Маттео, перенявший на себя проклятье. Каким образом он его приобрёл говорить не стала, всё же ястребов с письмами могут перехватить.

Когда всё было урегулировано, мы стояли с Элейной на одном из многочисленных открытых балконов дворца и смотрели на заходящее солнце, озаряющее Сициады. Всё что могли, мы сделали и завтра будет пора отбывать. Все вещи уже погрузили в Рыжую Бестию, в частности более тёплые одежды. Это в знойных Сициадах лето круглый год, тем временем как в остальных государствах давно царствует осень.

– Пусть лучше так. – Тихо, но уверенно проговорила Элейна, нарушая тишину.

– Что? – Я посмотрела на воительницу.

– Зато теперь я знаю, как это – любить. И пусть в моей памяти Тео останется таким, идеальным.

– Прости, я не могу уловить ход твоих мыслей.

– Теодор был правителем, я же воином. И так будет всегда. Однажды я бы сбежала, как сбежали вы. Но вы выросли аристократкой и вам привычны светские дуэли и балы. Даже если Теодор принял меня, дикую и свободную, это не значит, что меня бы приняла знать Сициад. Для меня бы каждый день рядом с Теодором был ядом…

– Послушай, милая Элейна, – я взяла ладони девы в свои руки, обернув к себе и заставляя смотреть в глаза, – пусть это прозвучит жестоко с моей стороны и ты меня возненавидишь, но я рада, что вы провели мало времени вместе. Пусть его образ будет оберегать тебя, но со временем ты сможешь жить дальше. Вольно и как хочешь ты.

Глаза воительницы быстро наполнились слезами и подавшись вперёд, она спрятала лицо у меня в груди, рыдая. Обнимая и поглаживая Элейну по волосам, я не отталкивала и не пыталась заставить её взять себя в руки. Она фрайфол и она свободна. Княжна я или королева, но я не имею право запрещать ей чувствовать и проживать боль.