сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 32 страниц)
Закусываю губу, отходя от стены, после чего, все же, иду в комнату, закрывая за собой дверь. Смотрю в сторону окна: Дилан еще не вернулся, но по его комнате ходит старушка в платке на голове и в фартуке. Она убирается, протирая пыль, а, находя огрызки от яблок, ворчит под нос, качая головой. Я улыбаюсь. Прохожу к кровати, кидая на нее рюкзак, после чего снимаю куртку, бросая её на стол. Мой взгляд вновь бежит к окну.
Останавливаюсь, почесывая голову. Дилан проходит к столу, а старушка спешит за ним, протягивая лед в пакетике. Парень отвечает грубо, о чем говорят его хмурые брови.
Мне не по себе смотреть на такого О'Брайена. Нет, я толком не знаю его, но сейчас он выглядит иначе. Что-то в выражение его лица изменилось.
Я подхожу ближе к окну, присматриваясь, пока до меня не доходит.
Очки. Он без очков.
Парень ворчит, принимая заботу старушки, которая осматривает его лицо с ужасом в глазах. Дилан берет лед, прося её уйти, и пожилая женщина не спорит, прикрывая за собой дверь. Парень поворачивается к монитору, прижимая лед ко лбу. Он стучит пальцем по столу, смотря в пол. Явно задумался над чем-то.
Я не стесняюсь и открываю свое окно, аккуратно постучав в его. Дилан хмурится, поднимая глаза на меня. Я махнула ему рукой, выдавив подобие улыбки. Парень быстро подходит к подоконнику, закрывая шторы. Я сжимаю губы и ладонь, качая головой, и прикрываю глаза от возмущения, повторяя стук. Затем еще. И еще.
Единственное, что пока ясно мне точно, это то, что О'Брайен очень раздражительный, следовательно, постоянный стук может вывести его из себя.
Стучу.
Никакой реакции.
Стучу.
Ноль внимания.
Кусаю губу, размахиваясь, но останавливаю себя, ведь Дилан резко распахивает шторы, открывая окно, и смотрит на меня, все так же прижимая лед к голове:
- Ты и здесь донять меня решила?
- Хотела кое-что уточнить, - спокойно отвечаю.
Парень нервно облизывает губу, бросая взгляд обратно в комнату, после чего опять смотрит на меня:
- Что на этот раз? - Спрашивает, стиснув зубы.
Я встряхиваю волосами, оперившись локтями на свою оконную раму:
- Ты мазохист?
Реакция на мой вопрос поставила меня в тупик, ибо Дилан резко вытянул руку, схватив меня за ворот кофты, и притянул к себе, чуть ли не рыча от злости:
- Прекрати капать мне на мозги, человекоподобная.
Я одновременно чувствую смущение от такой резкой близости, но так внутри горит желание плюнуть ему в лицо.
Думаю, парень немного опешил, когда я тоже схватила его за футболку, еще больше сократив расстояние между нами:
- У меня тоже коготки имеются в наличии, - шепчу. Держусь одной рукой за свое окно, понимая, что практически свисаю с подоконника, ведь моя верхняя часть тела перевешивает.
- Чем ты занимаешься? - мужской голос показался мне слишком громким и недовольным. Я выглядываю из-за спины О'Брайена, видя в двери его комнаты старичка, чей строгий взгляд вызывает дрожь в коленях.
Теперь понятно, от кого у Дилана такой проницательный взгляд.
Парень оборачивается, отпуская меня, и я тут же понимаю, что сейчас впечатаюсь лицом в стену, ведь валюсь вперёд, потеряв равновесие.
- Твою..! - Выругалась, вытянув обе руки вперед в тот момент, когда Дилан вновь повернулся в мою сторону, подхватив под плечи. Я схватила его за руки, в который раз находя подтверждение тому, что он занимается спортом, ибо его бицепсы не такие уж и мягкие.
Кажется, я прикусила язык, случайно ткнувшись носом в его шею. Пакетик со льдом упал на землю, ибо обе его руки были заняты.
Дилан не смотрит на меня и без особых усилий заталкивает в моё окно. Я шатаюсь, удерживая равновесие после того, как встаю на пол ногами. Роняю облегченный вздох, подняв голову, и убираю волосы с лица. Дилан закрыл свое окно, зашторив его.
Я пыхчу, хмурясь, и топчусь на месте, словно потерянная.
Странно, но даже со своим забитым носом я смогла почувствовать его запах. И мне определенно нравится его аромат. Вот только не ясно, что это был за одеколон.
Кручу головой.
Нашла, о чем гадать и думать.
Подхожу к шкафу, открывая дверцы, чтобы взять полотенце для лица, и направляюсь к открытой настежь двери, покидая комнату.
В доме все так же тихо.
Я прохожу в ванную комнату, включая воду в раковине. Смотрюсь в зеркало перед собой. Чтоб тебя. Что с моим лицом? Набираю в ладони воду, умываясь с мылом. Стоит напомнить маме, что мы должны купить все необходимое. Боюсь, что со своей работой она вовсе позабудет про домашние дела.
Выпрямляюсь, вытирая лицо полотенцем, и вновь смотрю на себя: теперь под глазами какие-то зеленные круги. Недовольно строю самой себе рожи, показывая язык. Кажется, отец прав, я все еще ребенок.
Кручу ручку, выключая воду в кране, и вешаю полотенце на вешалку, хмурясь.
Слышу гул воды.
Смотрю на кран. Выключен. Прислушиваюсь, переведя глаза на закрытую занавеской ванну. Наклоняю голову на бок, спрашивая:
- Пап, это ты?
Тишина.
Сильнее сдвигаю брови, медленно идя к ванной. Шум воды становится громче и отчетливей. Протягиваю руку, касаясь влажной ткани занавески. Мои пальцы странным образом дрожат. Я сглатываю, облизывая сухие губы, после чего резко отодвигаю "занавес" в сторону. Тут же щурюсь от капелек ледяной воды, что летят мне в лицо.
***
- Это еще как понимать? - Кэйлин крутит ручки, желая выключить воду. Ванная была пуста. А ведь девушка слышала, как тут льется вода, когда зашла.
Позади нее дверной проем, темнота которого вновь проникает в освещенную ванную. Но можно уловить нечто более темное.
Движение. Чья-то тень проносится от комнаты девушки до открытой двери ванной, заставляя Кэйлин почувствовать холодок, что прошелся по спине.
***
Холодный пот в районе виска дарит не самые приятные ощущения. Я мотаю головой, напрягая руки, и, наконец, выключаю воду в душе, довольно улыбнувшись своей маленькой победе.
Но стоило гулу воды стихнуть, как свет в ванной комнате отключился со звуком, словно кто-то кулаком стукнул по деревянной двери. Я резко оборачиваюсь, удивляясь, ибо вчера отец сказал маме, что заплатил за электричество.
- Что за черт? - В который раз спрашиваю саму себя, щурясь, ведь в темноте много не увидишь. Точнее, я ничего не вижу. Нужно выйти в коридор и спуститься к отцу, чтобы тот объяснил причину исчезновения света.
Щупаю стену и нахожу выключатель, чтобы еще раз убедиться, что электричество не работает. Дело в том, что лампочка не щелкала, следовательно, она не лопнула. Она просто погасла.
Выхожу в коридор, начиная размышлять о том, "как передвигаться в темноте, и ни во что не врезаться". Касаюсь стены напротив, делая шаги в противоположную от моей комнаты сторону.
У меня, вроде, неплохо выходит. Сразу вспоминаются любимые фильмы о шпионах, только, думаю, со стороны, я выгляжу слишком нелепо: какая-то баба с зеленными синякам под глазами передвигается, подобно крабу, разведя руки в стороны.
Усмехаюсь, качая головой. Что-то сегодня я слишком много думаю.
Упираюсь ногой во что-то холодное и, как мне кажется, сделанное из металла или железа. Щупаю предмет руками, понимая, что это лестница. Сразу вспоминаю, что отец, с помощью нее, забирался на чердак, поэтому, подумав, что папа там, зову:
- Ты полез проверить датчик?
Ответа нет. Ворчу под нос, забираясь на лестницу, и лезу вверх. Отец всегда запирает чердак, поэтому это неплохая возможность посмотреть, что же там.
Хотя, мне казалось, что счетчик находится в подвале, в котором я тоже, к слову, не была, ибо ключ от него опять же у главы нашей "недо-семьи".
Опираюсь руками на пол, сделанный из досок, и поднимаю свою пятую точку на чердак. Тут же начинаю чихать, выпрямляясь, когда встаю на ноги. Пыльно. Не удивлена, ведь, если отец не прибирался на первом этаже, то чего ожидать от чердака?
Радует тот факт, что здесь гораздо светлее, нежели в коридоре третьего этажа, ведь окно, стекло которого слегка потрескалось, пропускает сквозь слой пыли тусклый свет.
Я отряхиваю коленки, осматриваясь: помещение, на удивление, просторное, но забитое всяким хламом, вроде шкафов расписных, книг, соглашусь, это не хлам, сундуков, и пакетов. Но мое внимание привлекло нечто иное.
Я делаю шаги, поднимая с деревянного пола пыль, а так же старые газеты. Щурю глаза, пытаясь понять, что передо мной: чуть впереди, у дальней стены, стоят высокие предметы, накрытые серой, потрепавшейся со временем, тканью. Их всего четыре. Четыре предмета. Пока подхожу ближе, пытаюсь понять, чтобы это могло быть. Останавливаюсь, слегка наклонив голову к плечу.
Впервые задумалась над тем, что тишина вокруг какая-то необычная.
Она словно "живая", как бы странно это не звучало.
***
Кэйлин неуверенно подняла ладонь, протягивая её к ткани. Тишина вокруг действительно была не мертвой, не холодной, она была живой, и это чувство чего-то таинственного, чего-то неизвестного, чего-то того, что не в силах понять, это и сковывало движения Тернер. Знакомый, неприятный холодок пробежал мурашками по спине, заставив девушку напрячься.
А она стояла сзади, тенью приближаясь к Кэйлин, чтобы коснуться её руки. Дотронуться, чтобы объявить о своем присутствии, чтобы почувствовать страх.
Она вытягивает руку, приоткрывая синие губы, чтобы издать шипящий звук, и тень повторяет то же самое, уже касаясь ткани одежды Кэйлин.
***
Я пискнула, подскочив на месте, когда тяжелая рука легла мне на плечо. Резко повернула голову, увидев отца, который выглядел рассерженным:
- Что ты здесь делаешь? - Его тон низок.
Заикнулась, но он не дал мне ответить, перебив:
- Как ты вообще сюда вошла? - проверяет карманы, думаю, ищет ключ. - Иди вниз, и не стоит подниматься сюда без моего разрешения.
Я растерянно киваю, быстро обходя мужчину, и бегу к лестнице, чтобы уйти. Папа провожает меня строгим взглядом. Кусаю губу, спускаясь, и вижу, что свет в ванной комнате горит.
Хмурюсь, отводя глаза, после чего сильно сжимаю веки, продолжив спускаться вниз.
========== Part 9. ==========
***
Погода стояла теплая, что совершенно не характерно для этих мест. Дилан разговаривал с водителем, пока тот курил, пуская дым в опущенное окно.
- Ладно, - смотрит на время. - Пора трогаться, а то в школу опоздаешь, - кидает сигарету в окно, кивая Дилану. Тот закатывает глаза, желая направиться к своему месту, но останавливается, прося мужчину притормозить.
- Что? Передумал в школу идти? - Бросает смешок.
Парень смотрит в окно, отвечая:
- Девка с причудами бежит, - вздыхает, опускаясь на сидение. Он провожает Кэйлин взглядом и отводит глаза, как только она забегает в салон автобуса, поблагодарив водителя.
***
Поведение родителей меняется. Нет, они не начинают проявлять симпатию друг к другу.
Они отдаляются. От меня.
Они практически не разговаривают между собой, а мне объясняют это высокой занятостью. Это напрягает.
Сегодня утром мне не удалось застать их на кухне. Отец в кабинете, мать в комнате. Говорит, что плохо себя чувствует, и я верю, ибо голос ее уж больно хриплый.
Поднимаю глаза, замечая Дилана, но не решаюсь садиться впереди него, поэтому прохожу дальше по салону, в самый конец. Опускаюсь на сидение, складывая руки на груди.
Автобус трогается с места. Я ворчу под нос, понимая, что наушники придется купить самой, ведь мама про них забывает каждый раз.
Странное ощущение пронзает до самых пальцев на ногах, когда вижу, что Дилан поднялся со своего места, идя в мою сторону. Я отвожу глаза, уставившись в окно, когда парень садится на сидение, сбоку от меня, как-то устало выдохнув.
Этот тип просто спец в создании неловких ситуаций. Я ерзаю на мягком сидении, поглядывая в его сторону. А парень выглядит расслабленным, словно это неудобство, повисшее в воздухе, его не касается.
- Напомни, как тебя зовут? - заговаривает первым, что меня удивляет. Но еще больше возмущения возникает от его вопроса. Получается, он даже не в курсе, как меня звать?
Поворачиваю голову, но теряюсь, чувствуя смущение, когда вижу, что Дилан смотрит в мою сторону. Меня раздражает это ощущение.
- "Девушкой" меня звать, - ворчу под нос, вздыхая. Дилан поднимает брови:
- Кэйлин переводится, как "девочка", - заметил, на что я возражаю:
- И как девушка, - опираюсь лбом на стекло, закатывая глаза. - Ты точно ботаник.
- Ботаники - это люди, занимающиеся непосредственно ботаникой, то есть наукой о...
Я перевожу на него раздраженный взгляд, заставляя его замолчать. Парень откашлялся, поправляя очки.
- Давай ближе к делу, - сажусь так, чтобы повернуться на бок, лицом к Дилану. Тот хрустит пальцами, вытягивая их:
- Хотел в последний раз попросить тебя...
- О, Боже, - прикрываю глаза. - Думаю, мне не стоит акцентировать внимание на том факте, что ты первый со мной заговорил. Я не в том настроении, чтобы навязываться кому-то сегодня.
- В том-то и дело, что только сегодня, а исходя из твоей любви к болтовне, ты можешь в любой другой день заговорить со мной, - он вновь замолкает, когда я открываю глаза:
- Скажи, - опираюсь руками на спинку сидения, - ты всегда стараешься использовать умные словечки и демонстрировать всем свои познания? Я еще удивляюсь, как ты не отвечаешь заученными фразачками из википедии.
- Между прочим, большинство материала из википедии может быть изменено, так что информация там не может быть сто процентов правильная, - непринужденно отвечает.
Я приоткрываю губы, усмехаясь:
- Сколько же подобного дерьма у тебя в башке?
Дилан опять поправляет очки, и этот жест вскоре начнет выводить меня из себя.
- В общем, - чешет переносицу. - Я просто хотел все прояснить.
- Вот я не пойму, почему у тебя нет друзей? Потому что ты сам всех отталкиваешь, или потому что состоишь в "сложных отношениях" с Линком?
Парень напрягается, поднося кулак к губам:
- Просто, прекрати лезть ко мне, - его тон грубеет.
- Оу, я больше склонна к тому, что ты напросто дерьмовый человек, но... - наигранно задумалась, но он вновь перебивает:
- Не притворяйся такой идиоткой. Ты же видела, как на тебя смотрели вчера, - щурится, смотря перед собой. - Ты не можешь быть настолько глупой, чтобы не заметить этого. Ты новенькая в этом блядском коллективе, так почему бы не подстроиться под других и быть такой же наивной сукой, которая только и умеет, что распускать сплетни и обсуждать всех вокруг, используя при этом эти чертовы сленговые словечки, - я чувствую, что напряжение возрастает, а голос парня местами дрожит. Дилан кусает костяшки, заканчивая:
- Ты не понимаешь, в какое, нахер, дерьмо ввязываешься, когда переходишь дорогу Линку. Ты считаешь, что такая особенная? Думаешь, что все эти слухи про него, что тот факт, что все его сторонятся, - это все шуточки или обыкновенный принцип?
- Оу, так ты пытаешься меня предупредить об опасности перед ним, - мой голос начинает пропитываться злостью.
- Я просто хочу помочь тебе...
- Вы только гляньте! - Срываюсь, разведя руки в стороны. - Мать Тереза воплоти!
- О, Боже, - Дилан раздражённо потирает глаза под очками, и я уже готова ударить его по лицу:
- Кто-то бесится?
- Просто, блять, не нужно этой гребаной жалости ко мне, поняла?! - Я немного вздрагиваю, проглотив скопившуюся жидкость во рту, когда Дилан повысил голос, стукнув кулаком по спинке сидения, что находилось перед ним. - Вот, что меня злит, Кэйли, - сократил моё имя, и я почувствовала странное, но знакомое успокоение, ибо так меня называла покойная бабушка. - Ты ведешь себя, как чертов благодетель. Увидела парня, которого все шпыняют, и решила сыграть роль такой героини кино, что вечно борется за правосудие. Что за черт?! Меня это раздражает. Ты меня раздражаешь, Кэйли!
Я сильнее сжимала ткань своей куртки, глубоко, но не ровно дыша. Дилан продолжал смотреть перед собой, приходя в себе после такого эмоционального срыва. Лицо парня приобрело румяный оттенок. Он часто моргает, постукивая кулаком по губам, а другую руку положил на спинку сидения напротив и нервно перебирал пальцами.
О'Брайен выдыхает через рот, произнося охрипшим голосом:
- Думаю, мы друг друга поняли и впредь...
Он затыкается, когда я резко встаю с места, идя в другой конец салона. Меня раздражает то, что не могу сбежать отсюда. Мы с ним в запертом пространстве.
Меня душит злость. Такой ярый гнев, которому хочется дать свободу. Хочется развернуться и навалять этому козлу, вот только ярость эта вызвана не тем, что он не прав, а как раз наоборот.
Я злюсь на себя. Злюсь, ведь на самом деле заинтересовалась Диланом только потому, что он был изгоем. Да, мне было жаль его. Да. Но я начала общаться с ним не потому, что хотела помочь скрасить ему деньки, а ради интереса. Интереса, почему он такой? Почему его шпыняют? Я просто из любопытства хотела пожалеть его, ведь, считала, что он похож на меня. На ту меня, которой я была когда-то. Такая же отрешенная от жизни, такая же равнодушная ко всему, в том числе к издевательствам со стороны одногодок.
Я была такой, поэтому захотела сыграть роль благодетеля. Все верно. Как он и сказал.
И его чуткое понимание всех вещей бесит не меньше.
Возможно, Дилан прав. Мне, как новенькой, стоило бы сначала влиться в коллектив, чтобы устояться на новом месте, но нет, теперь я понимаю, что упустила подобный шанс.