Текст книги "Формалин (СИ)"

Автор книги: Paprika Fox

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 32 страниц)

- Опять плохо спал? - Пытаюсь убрать молчание между нами. - Видимо, это все моя аура. Дилан закатывает глаза, падая лицом в подушку. Улыбаюсь, ложась на живот рядом с ним. Он поворачивает голову, смотря на меня. Что-то в его взгляде изменилось. Не могу не улыбнуться, ведь расстояние между нашими лицами небольшое. Я даже могу чувствовать его ровное дыхание, касающееся кожи моей щеки. Не выдерживаю этого взгляда, ткнувшись лицом в подушку, после чего переворачиваюсь на спину, выпрямляя ноги: - Мне немного неловко. Парень приподнимается на локти, изогнув бровь: - Не понял, - его голос все еще хриплый. Я тереблю края майки: - Свалилась я тебе на голову, да? - Улыбаюсь. Краем глаза замечаю, что он хмурится. Облизываю искусанные губы: - Извини, мне просто уже... Замолкаю. Дилан касается моей шеи рукой, убирая пряди волос. Я немного поворачиваю голову, понимая, что смотрит парень не на меня. Хмурю брови подобно ему. Скулы Дилана напрягаются, а я чувствую боль, когда он проводит пальцем по коже. Точно. Неприятные воспоминания. Линк укусил меня, так что отвращение вновь изобразилось на моем лице. Видимо, осталась отметина. Откашливаюсь, дабы сменить тему: - Не будешь против, если я останусь? Мне бы воды, а потом я поеду в больницу к маме... - Моя бабушка заставит тебя есть, - перебивает. - И я поеду с тобой. Поднимаю брови: - С чего бы? Дилан вновь ложится на кровать, хмурясь: - Так ведь из-за тебя все будут глазеть на меня. - Что, прости? - Смеюсь, не понимая. - Забыла? Я врезал Линку, - переворачивается на спину, обреченно вздыхая. Я задумалась: - Хочешь сказать, - улыбаюсь, приподнимаясь на локоть, - ты врезал ему из-за меня? Дилан прекращает моргать, уставившись в потолок, но не теряется, быстро находя, что ответить: - И как вам, женщинам, удается делать такие умозаключения? - Как-то неестественно хмурит брови, смотря на меня с ухмылкой. Я выдергиваю подушку из-под его головы, бросив ему в лицо, и встаю с кровати, скрывая широкую улыбку. Дилан садится на кровать, потирая лицо: - Тебе нужны штаны, а то моя бабка сляжет при виде твоих ног, - его глаза скользят по моему телу. - Да и футболку бы... У тебя синяки на плечах. Я мнусь, обдумывая гуманный отказ, но Дилан уже поднялся, направляясь к шкафу, заставляя меня отойти. Он открывает дверцы, роясь на полках, после чего вытаскивает штаны и футболку. Думаю, если надену это, то внешне мы будем практически одинаково выглядеть. Благодарю кивком, забирая вещи из его рук: - Отвернешься? - Спрашиваю, думая, что вариантов ответа может быть больше, но парень спокойно и молча поворачивается спиной. Подхожу к кровати, кладя на нее вещи. Не оборачиваюсь, чтобы убедиться, что Дилан не подглядывает. "Дилан&подглядывает" - подобная смесь невозможна. Снимаю шорты, надевая вместо них штаны. Это кажется забавным. Оголяю тело, поворачивая голову. Дилан стоит спиной ко мне, поставив руки на талию, и иногда трет лоб, тихо вздыхая. Внутри себя посмеиваюсь. Не думаю, что раньше ему приходилось попадать в такие ситуации. Интересно, у Дилана были какие-то отношения? Скрип. Кажется этот звук действует мне на нервы сильнее чего бы то ни было. Оборачиваюсь, хмурясь, когда на меня уставилась пара глаз. Мужчина приоткрыл дверь, как-то растерянно смотря на меня: - О-у... Дилан поворачивается, когда я вскрикиваю, кидая в него подушку. Выражение его лица моментально меняется, и, если честно, меня оно даже насторожило. Стоило Дилану сделать шаг, как мужчина вздрогнул, быстро закрыв дверь. Парень оборачивается, взглянув на меня, за что получает еще один удар подушкой по лицу. - Черт, - ворчит, подходя к двери, и трет нос, закрывая её на замок. Я мнусь, пытаясь сделать голос строже, чтобы скрыть стыд: - Идиот, ты не запер дверь, - мой голос все равно слабнет. Ибо он заметил. Парень прижался лбом к двери, цокая языком: - Почему ты это делала? Я знаю, о чем он, но буду строить из себя дурочку. Натягиваю футболку: - Делала, что? - Ты знаешь, о чем я, Кэйли. Да, он заметил, хотя надеялась, что не обратил внимание на шрамы, что покрывают кожу живота. Когда-то я с этим грешила. Делала это не потому, что мне было грустно или плохо. Я делала это просто так, когда заняться в деревне особо нечем было. Повторюсь, делала. Сейчас уже жалею об этом, ибо шрамы совсем не красят мое тело. Хотя, была причина. Я очень комплексовала по поводу веса и тела в целом, поэтому выцарапала ножом на животе цифру восемьдесят, чтобы каждый раз смотреть на нее и вспоминать о том, что пора завязывать с едой. Тогда лишила себя еды. Полностью. Целыми днями пила. Головокружения, тошнота, крошатся зубы, выпадают волосы, бессонница. Мне было все равно. Я просто шла к своей цели, мотивируясь издевательствами соседских мальчиков. Но шрамы - это пол беды. Булимия, растяжки на животе. Эти ужасные полосы, из-за которых, несмотря на то, что похудела, комплексов стало лишь больше. Теперь стыжусь своего тела намного сильнее, чем раньше. Похожа на женщину, что только родила. Я хотела стать идеалом, а лишь изуродовала свое тело. Не отвечаю. Мне не нужно перед кем-то оправдываться. К тому же, не ему судить меня. - Кто это был? - Спрашиваю, игнорируя вопрос Дилана. Тот недолго молчит, отвечая: - Мой отец, - кажется, он заикнулся. Я киваю: - Он не будет против, что я поем здесь? Парень оборачивается, хмурясь: - О нем вообще не думай, - мельком пробегает взглядом по моему телу, но я все равно замечаю это, обнимая себя руками, и встряхиваю волосами, откашливаясь: - Ну, что? Может быть, накормишь меня? - Улыбаюсь. Дилан усмехнулся, взяв со стола очки, отчего я растерялась. Он надел их, направившись к двери: - Идем. Следую за ним в коридор, оглядываясь, и ловлю на себе взгляд мужчины, что вышел из ванной комнаты. Честно, выражение его лица мне не особо понравилось, но решила не акцентировать на этом внимание. Ускорилась, чтобы идти рядом с парнем. Спускаюсь, сразу замечая старушку, которая, к слову, приветливо улыбается мне: - Доброе утро. - Доброе, - не договариваю, ибо О'Брайен хватает меня за кисть, заставляя ускориться. Он словно хочет избежать встречи с кем-то. Мы сворачиваем на кухню, но Дилан резко тормозит, закатывая глаза. Я выглядываю из-за его спины. Женщина, сидящая за столом, улыбнулась ему, после чего перевела взгляд на меня, удивленно приоткрыв губы: - Ты ведь.. Точно. Эта медсестра из больницы. Женщина поднялась со стула: - Ты ведь Кэйли? - Она - Кэйлин, - ровно и как-то жестко произносит Дилан, проходя к холодильнику. Он не взглянул на женщину, поэтому не заметил перемену в её лице: она словно "расцвела", услышав голос парня, кажется, они давно не разговаривали. Что-то мне подсказывает, что в этой семье все не так "просто", как мне казалось. Женщина протянула мне руку: - Мы толком не знакомы. Я - Миранда О'Брайен. Мать Дилана. Как ожидалось. Пожимаю её ладонь, улыбаясь: - Кэйлин Тернер. Как там моя мать? Женщина собирает бумаги со стола, часто моргая, но улыбается в ответ: - Я настаивала, чтобы она осталась на дополнительные обследования, но Саманта настояла на выписке. Я обрадовалась: - Здорово, так она вернется сегодня? - Да, думаю, если ты поедешь к ней сейчас, то застанешь в больнице. Она оформляет бумаги, - объясняет. - Ведь, как я понимаю, в школу вы уже не собираетесь, - поглядывает на О'Брайена, который до сих пор игнорирует её, отчего выражение лица женщины слабнет. - Сегодня у нас семейный ужин, - выдавливает улыбку. - Если придешь, буду рада. - Она не придет, - грубит Дилан, наливая себе сок. Женщина откашлялась. Видно, что она растеряна, поэтому я улыбаюсь: - Сегодня? Хорошо, я думаю, что приду. По телу пробегают мурашки от взгляда Дилана, который он кидает в мою сторону. Кажется, я не доживу до вечера, если останусь с ним наедине. - Я не настаиваю, но хотелось бы, - добавляет, с некой надеждой смотря на меня. Что-то мне подсказывает, что она хочет, чтобы я пришла, ведь думает, что придет и Дилан. Что ж, почему-то мне хочется помочь ей наладить отношения с сыном. Не знаю причину такой обстановки в семье, но эта женщина нравится мне. - Хорошо, - киваю. Миранда шире улыбается, желая покинуть кухню, но оборачивается, вдруг вспомнив: - Кстати, я спрашивала, позвонить ли тебе, чтобы предупредить, что все в порядке, но твоя мать отказалась. Думаю, она хотела сделать тебе сюрприз своим неожиданным появлением. Так что, подумай, - выходит, одарив меня светлой и теплой улыбкой. Я кусаю губу, топчась на месте. Кожа покрывается мурашками. Кто-то явно сверлит меня глазами. Недовольно закатываю глаза, оборачиваясь со словами: - У меня по спине "ку-ку" холодок пробежа-ал, - протягиваю последнее слово, ибо Дилан стоял буквально возле меня, так что при повороте я ударилась пальцами руки о его локоть. Медленно поднимаю глаза, понимая, что настроение явно не "солнечное". О'Брайен молча уставился на меня, притоптывая ногой. Я мнусь, выдавливая из себя: - Если тебе станет легче, то врежь мне. Просто это куда лучше, чем эта игра в гляделки. Дилан резко обходит меня, идя к лестнице. Я теряюсь, оборачиваясь, и спешу за ним. Серьезно? Чего он, как ребенок! Разве так люди решают проблемы? - Дилан! - Спешу за ним по лестнице. Выхожу на этаж, сталкиваясь с мужчиной, который обернулся, бросив взгляд на Дилана, что уже скрылся в ванной комнате. Черт. - Извините, - виновато опускаю глаза в пол, обходя незнакомца, и спешу к ванной, бросая взгляд назад. Мужчина улыбнулся мне, но это выражение лица не особо греет душу. Он мне не нравится. Еще пару раз оборачиваюсь, чтобы убедиться, что мужчина покинул коридор. Останавливаюсь у двери. Мнусь, откашливаясь, после чего неуверенно Стучу, зовя: - Дилан? В ответ гул воды. Хмурюсь, стуча сильнее и настойчивее, хотя дверь он не запер: - Дилан, я не хотела тебя задеть, если ты, конечно, злишься, хотя я понятия не имею, почему, - ставлю руки на талию, кусая губы. Ответа не следует. Черт, и что такого я сказала?! Только подумала, что между нами "штиль", но нет, ничего не вечно, так сказать. Бью ногой дверь, начиная злиться: - О'Брайен! Нет реакции. На смену злости приходит беспокойство. Прислушиваюсь, наклоняясь к двери: - Дилан? *** Парень крутит кран, чтобы усилить поток воды. Он рывком срывает очки с лица, грубо давя на глаза. Его лоб покрывается потом, а в горле образовывается ком, мешающий дышать нормально. Паническая атака. Сердце готово выскочить из груди. Ему нужно спрятаться, как в детстве, зарыться в самый дальний угол, чтобы никто не смог найти его. Опирается руками на раковину, задыхаясь. Пар воды поднимается в воздух. Зеркало начинает потеть. Дилан протирает его рукой. Его взгляд замирает: за спиной, у двери, стоит девушка, чьё бледное лицо выделяется на фоне желтой краски. Дилан щурится, хмурясь: - Петра? - Заикается, чувствуя, что колени начинают дрожать. Рука парня лезет в карман, хотя он явно сопротивляется. Девушка позади улыбается, что-то шепча. Дилан напрягается, когда достает лезвие, сильно сжимая его в руке. Петра приподнимает голову, кивая ему. О'Брайен хмурится, когда валится на пол, опираясь спиной на стену. Он растерян больше, чем когда-либо. Его тело явно не собирается слушаться, а движения не остановить. Петра резко переместилась, оказавшись возле него на коленях. Она сжимает его руку, и лезвие впивается в кожу ладони, отчего кровь вытекает наружу. Дилан неровно дышит, сжимая губы, когда девушка, словно управляя рукой парня, подносит лезвие к его горлу. ========== Part 25. ========== *** Петра не может наладить отношения с О'Брайеном. Ей охота быть ближе к нему, но понятия не имеет, почему парень отталкивает её. Ей никогда раньше не приходилось так напрягаться, чтобы говорить с противоположным полом, ведь девушка довольно популярна у парней, но с этим Диланом одни проблемы и неудачи. Почему он отвергает её? Почему не желает общения, как другие? Что такого особенного в этом О'Брайене? *** Я знаю, что не должна вторгаться в "мир" Дилана, но ответа не следует, поэтому аккуратно открываю дверь, заглядывая внутрь ванной комнаты. Картина перед глазами, кажется, моментально врезается мне в разум, заставляя пошатнуться: Дилан сидел у стены, сжимая лезвие в руках, его ладони кровоточили. Срываюсь с места, бросаясь к нему, и хватаюсь за острый предмет, пытаясь вырвать из рук парня: - Что ты делаешь?! Страх заполняет мой рассудок. Я боюсь. Боюсь того, что Дилан собрался сделать. Как бы это сопливо ни звучало, но в эту секунду осознала, что сошла бы с ума, если бы его сейчас не стало. Не хочу даже думать о том, чем все кончилось , если бы не вошла к нему. Но сейчас паника лишь мешает. Я не в силах забрать лезвие, которое он подносит к горлу. - Дилан! - Кричу, стараясь заглянуть ему в глаза. Его взгляд мутный, а выражение лица ровное. Он явно понимает, что хочет сделать. И он сделает это. Хмурюсь, сжимая наши руки, отчего лезвие сильнее впивается в кожу. Это похоже на безумную борьбу под шум воды. Мне больно, до жути, но не могу отступить, поэтому собираю все силы, позволяя адреналину взять вверх, и тяну лезвия в свою сторону. Дилан, наконец, поднимает на меня глаза, хмуря брови. Его дыхание отрывистое и тяжелое, словно ему трудно глотать влажный воздух. Он задыхается? Да. Парень начинает кашлять, а хватка его слабнет. Его тело дрожит, а лицо покрывается холодным потом. Я напрягаюсь, вырывая лезвие, и кидаю его в сторону. Сама, игнорируя боль в руках, хватаю задыхающегося Дилана за лицо, начиная поднимать его, чтобы оценить состояние: - Эй. Парень кашляет, смотря куда-то вниз. - Дилан, - глажу его щеки, оставляя кровавые следы. Мой взгляд скользит к его рукам. Мог ли он успеть нанести себе порезы? От этой мысли мне становится еще хуже, поэтому вскакиваю на ноги, хотя те отказывались держать мое тело. Пытаюсь поднять О'Брайена. Но тот отмахивается. Поэтому злюсь, ударив его по груди: - Прекрати ты, блять! - Не помню, чтобы я вообще на кого-то так срывалась и кричала. Еле поднимаю его. Парень держится за края раковины, давясь собственной слюной. Ему необходимо успокоиться, а то он не сможет дышать. Ситуация выходит из-под контроля. Я понимаю это, поэтому не могу позволить себе паниковать. Хмурюсь, хватая руки Дилана, и подношу к струе воды. Моргаю, сильно сжимая веки, ибо перед глазами все плывет от перенапряжения. Мне нужно собраться. Нужно помочь О'Брайену. Странно. Раньше не замечала, что кисти Дилана прикрыты напульсниками. Они в крови. Черт. Хочу снять их, но Дилан, упертый баран, вцепился в них, не давая сделать это. Я толкаю его в грудь. Эта борьба между нами пугает. К счастью, в данный момент парень слабее меня. Снимаю напульсники, ужасаясь: шрамы. Глубокие, но старые шрамы, словно Дилан наносил себе повреждения в одних и тех же местах, тем самым углубляя их. Выдыхаю с облегчением, ведь новых порезов нет. Подношу руки Дилана под струю воды, начиная смывать его кровь. Больно. Мои ладони ноют. Мне хочется рыдать, царапая себе руки, или дать пощечину парню, который никак не придет в себя. Дилан слабнет, и я помогаю ему сесть обратно на пол. Парень часто моргает, но не поднимает глаза. Я набираю в ладони холодной воды, опускаясь напротив, и умываю его лицо. Дилан слишком покорен. Или же просто не в силах сопротивляться. - Нужно обработать раны и перебинтовать руки, - шепчу, говоря сама с собой. Поднимаюсь, пытаясь вспомнить, откуда Дилан вытаскивал аптечку. Парень, вроде как, восстанавливает дыхание, но не могу оставить его без присмотра, даже отвернуться на секунду не решаюсь. - Как ты себя чувствуешь? - Знаю, что он не ответит, поэтому нахожу аптечку, вновь опускаясь рядом. Вытаскиваю перекись, вату и бинты. Без лишних слов принимаюсь за дело. Иногда поднимаю глаза на Дилана, который продолжает молча смотреть в одну точку. Что с ним произошло? Откашливаюсь: - Что случилось? Дилан поднимает темные глаза, смотря на меня с такой холодностью, что у самой коленки задрожали. Глотаю ком в горле. Сейчас я действительно боюсь его непредсказуемости. О'Брайен опирается одной рукой на пол, а другой тянется куда-то в бок, после чего вытаскивает завалившиеся под раковину очки. Я возмущенно хмурюсь, ибо парень надевает их, продолжая молчать, и поднимается, хотя я еще не перебинтовала руки. - Дилан, - встаю, хватая его за плечо. Парень хмуро смотрит на меня, выдергивая руку, и направляется к двери. В эту секунду меня пронзает сильнейшая боль. Я забываю о том, что мои ладони до сих пор не обработаны. Все мысли забиты этим неблагодарным кретином, хотя скорее мне плохо не от его дерьмового поведения, а от того, что мне никак не понять его. Мои глаза отекают, а давление в голове растет. Роняю слезы, не в силах хмуриться: - Почему... Почему ты такой? - Скулю. - Поговори со мной, - потираю руки, хныча. Дилан останавливается в дверях, но не оборачивается. Я чувствую себя жалкой, ибо продолжаю умолять: - Пожалуйста, поговори со мной.