Текст книги "Жажда бессмертия. Том 6 (СИ)"

Автор книги: Морфиус

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

– И что? Дождемся пока она умрет? – В мысленном вопросе Нелл слышалось уже явное неудовольствие. Ведь добыча с черепахи была именно по ее профилю, пожирание. И если мы позволим раку добить жертву, ничего уже не получим. Мне тоже было жаль добычу. Но что поделать.

И тут мы увидели шанс. Ведь рак не стал добивать жертву, вместо этого начав грызть одну из ее задних лап, постоянно помогая себе энергетическими выплесками. Действовал он быстро, уже через десяток секунд прогрызая себе проход и залезая внутрь панциря почти наполовину.

– Ядро хочет выесть! – Произнесла Нелл, и я вновь ощутил и неприятные моменты постоянной ментальной связи. Ведь не сразу я осознал, что это желание вгрызться в сырую плоть и докопаться до ядра были не моими.

– Давай! – Решился, открывая кольцо и доставая верного коршуна. Действовать нужно было четко, выверено, не теряя ни секунды. Нелл ухватилась за меня, крепко сжимая своими лапищами и продолжая поддерживать невидимость. Ведь без нее куча тварей вокруг сразу бы решили нас попробовать на зуб, да и рак попытался бы сбить еще на подлете. Здесь твари вообще были куда агрессивнее и активнее, не говоря уже о достигших этапа ядра. Эти вообще были крайне умны.

Полет! – Энергия капель наполнила тело, позволяя оторвать от земли не только свой вес, но и вес Нелл, вместе с доспехом и оружием. А коршун добавил немного тяги. Как он тут выживал, в таком фоне, я не очень понимал. И кажется, что-то в его процессоре уже ломалось, сокращая срок жизни.

Потянулись длительные секунды полета. Уже не обворожительного, а напряженного и даже страшного. Наша задумка реально была опасной. Ежесекундно в купол невидимости врезалось множество насекомых, летели мы медленно. Но черепаха все еще оставалась живой, притом что богомол уже полностью заполз внутрь нее, отгрызя заднюю ногу. Но наконец мы зависли сверху, прямо над панцирем, на высоте, с которой вал огня от артефакта не рассеивался бы.

Однако одного только его не хватило бы для убийства. А потому я на лету открыл кольцо, убирая коршуна, но выхватывая приготовленный пакет с боезапасом. Тратить новые фениксы и батарейки я посчитал кощунством. А вот сбросить весь старый боезапас халифатского и еврейского образца казалось уже неплохой идеей. Ни о какой активации в этот раз думать было не нужно. Пламя посоха все сделает само.

Форсаж мыслей! – Разогнал я восприятие, сбрасывая вниз пакет с гостинцем, точно к задней лапе твари, где и находился богомол. А потом, когда он резко, молниеносно дернулся, выстреливая свое тело наружу, реагируя на звук падения… Каждую секунду Нелл готова была активировать посох. Но мы ждали… В ментальной спайке мы ожидали идеального мгновения. Пока богомол словно разумный осмотрел пакет, потыкал в него клешней, даже задрал морду вверх, глядя словно на нас. Но ничего не увидел и снова попытался залезть в нору из мяса. Пора!

Нелл активировала вал огня, что устремился вниз, рвя в клочья невидимость. А следом снизу что-то оглушительно взорвалось, заставляя часть малиновой плазмы рвануть обратно на нас. Это мы тоже предвидели. А потому полетом я попытался сместить нас в сторону и вверх. Но все равно и меня и Нел окатило остаточной волной. Доспех звука потяжелел, стал почти непрозрачным, не пропускающим воздух. Но и его почти весь слизало волной огня, пока мы уже падали вниз, сквозь облако пепла, дыма, осколков.

Шмяк! – Приземление вышло так себе, а мои ноги ушли в сырую землю сантиметров на десять. Но все же я успел притормозить и себя, и Нелл, и оказались мы чуть в стороне от пылающего ада. Боеприпасы создали мощнейшую ударную волну, что разбросало даже пламя. Но сквозь дым и гарь просматривался массивный силуэт твари, объятый пламенем и полыхающий. Огонь второго этапа мгновенно превращал в пепел траву, деревья… Вот только как отреагируют на него твари второго этапа? Их покров мог и выдержать эту атаку. Вот только шли секунды. А пылающий остов черепахи оставался в гробовой тишине. Неужели креветку запекло внутри? И через секунду мы получили ответ. Нет, не запекло.

Тан! – Удар взрывом разметал пламя, а затем тварь, объятая огнем, выскользнула из панциря, рывком преодолевая пару десятков метров. Вот только допустить ее бегства мы не могли.

Залп! – Нелл напитала посох снова, пуская на рака второй поток огня.

Тан! Тан! – Она попыталась ответить ударами. И те даже сработали! Сработали. Ведь я успел заметить, как огненный вал сносит в стороны от мощнейших ударных волн. Но не до конца. А следом противник поменял свое решение и вместо бегства рванул уже в нашу сторону, с невероятной скоростью!

Просветление! – Рисковать я не стал. Вот только чем дальше, тем меньше эффекта давало просветление. Закалки, опыт, форсаж мыслей. На фоне всего этого итоговый результат выглядел уже куда хуже. Но размышлять об этом не было времени. В следующее мгновение две ударные волны столкнулись в воздухе, гася копоть и дым, словно заставляя их исчезнуть. Густой набат с моей стороны, и резкий щелчок со стороны твари, несущейся, чтобы убить нас.

Глава 22
Интерлюдия. Начало вторжения

Место действия: Паутина миров

Время действия: 16.328 цикл по летоисчислению мира МоонГав

– Все готово, предок! – Из портала вышел Данмар, чуть склонившись перед зависшим в воздухе Мюрасом.

Мюрасом Коор, Стальным, главой третьей ветви Дома Коор, лордом второго легиона, практиком, достигшим этапа властелина. Ну или пробуждения духа, если не быть столь пафосным.

Вслед за первым вышедшим появились и остальные, наследники. Гении своих поколений из каждой ветви дома, которых решено было задействовать в атаке. Мюрасу не нужно было открывать глаз, чтобы увидеть их и своего дальнего потомка, четырежды правнука по одной линии, трижды по другой, да и примеси более дальних ветвей там тоже были, но вникать в генеалогическое древо так далеко ему было совершенно неинтересно.

Он и с закрытыми глазами видел каждую мельчайшую деталь на коже своего подчиненного, уже старой и дряхлой. Да, Данмар не обладал зашкаливающим, чудовищным талантом, как некоторые. Но его упорства хватило бы и на создание ядра и на постижение этапа мастера, чтобы начать раскрывать звезды.

Однако… Этот упрямец решил пойти иным путем, что вызывал у Мюраса ранее лишь брезгливость и сочувствие. Оттягивать переход на новый этап? Перешагнуть порог в две сотни лет, упустить свою молодость, превратиться в старика, чтобы что? Открыть еще несколько десятков звезд, затратив чудовищные ресурсы, которые их ветвь могла пустить на более молодых и перспективных адептов? Подвергнув себя чудовищному риску, с каждым открытым узлом ставя на грань уже все вложенное? И все же Мюрас не прекратил все это, позволив своему потомку идти этим путем. А сейчас даже ему завидовал.

– Хорошо. – Наконец, открыл он веки, взглянув в глаза потомка, преисполненные триумфального ожидая и решимости. – Если ты справишься и не подведешь меня, то дом Коор наверняка обретет нового лорда… – Произнес он, и все замерло в тишине от тяжести этих слов. Лорд… Новая опора дома. Мюрас, не отводя взгляда от потомка, успел во всех подробностях увидеть, как сменились выражения лиц у всех остальных «гениев». Зависть, непонимание, шок, злоба, откровенная ненависть.

– Что? – Не выдержал он этого дерьма, что лилось на ЕГО ветвь! И вопрос ударил струной, заставляя Вилтриса, гения первой ветви и сына самого Вэландора Пепельного, главы дома, упасть на колени.

– Тебе есть что сказать? – Спросил лорд, даже не глядя на молодого идущего, что к своим сорока годам обладал пятью сотнями звезд. Невероятный талант, надежда дома, огромные ресурсы, темные ритуалы, и главное… невероятное количество даров небесного закона, которые являлись самым ценным ресурсом во всех мирах.

– Н… е…т… ст… – Начал тот хрипеть, пуская кровавые слюни на зеленый мох. Наследнику не помогли ни артефакты, ни броня. И Мюрас отпустил давление, обводя тяжелым взглядом всех остальных. Здесь были лишь немногие из «гениев». Кого-то не отпустили, ведь риск сохранялся всегда. И немалый. Кто-то сам не захотел. А кидать в бой трусов и ничтожеств было глупой затеей.

Нападение на сына самого главы? В прошлом Мюрас бы себе этого не позволил, понимая, что ставит на кон собственное же развитие, зависящее от благосклонности главы и собственного прадеда, Вэландора Пепельного, что, достигнув сначала этапа властелина, а потом и шагнув на этап кристаллизации духа, уже тысячи лет правил домом Коор. Домом, что возник в кровавой резне, когда и в мир Оззоб пришел Небесный закон. А потом их мир был подчинен Моонгавом.

Сам Мюрас не застал тех времен, родившись слишком поздно. Когда он сражался в паутине миров, дары Неба уже почти не выпадали с тварей, являясь чудовищной редкостью и наградой за невероятную доблесть и храбрость. А потом и эти награды стали лишь легендами. Лишь сильнейшие, те, кто спускались на тысячи переходов вниз, кто лицом к лицу встречался с тварями бездны, схожих с собой, а то и превосходящих этапов, могли иногда рассчитывать на награду, меняя ежедневный риск погибнуть на дары. Но сам Мюрас не был настолько отчаянным, чтобы пуститься в такое путешествие.

А сейчас изменилось все! Ведь появился новый мир, такой же, каким в свое время был и Оззоб, беззащитный, слабый, где адепты только вставали на свой путь, и где количество практиков ядра еще не перевалило даже за первую сотню. И суровые правила Неба готовы были вновь пролить океаны кристаллов, закручивая их в величественный кровавый водоворот, внутри которого родятся тысячи новых великих адептов. Владык, повелителей, и даже бессмертных. А может появится и новое воплощение…

Итог был суров и предрешен. Ведь то, за что в их мире можно было купить небольшую деревню, пара кристаллов, здесь можно было получить, просто убив одного смертного, не коснувшегося даже первой звезды. Это уже было бы приговором. Достаточным, чтобы убить все пять миллиардов жителей. Однако… Милостивое небо уготовило миру иную судьбу, нежели полное истребление. Ведь куда выгоднее было сделать людей рабами. Ну или «подданными», заставляя их охотиться на тварей и забирая всю добычу. Тогда каждый раб мог принести не пару кристаллов, или не пару сотен, стань он сильным врагом. А многие тысячи, или даже кристаллы следующих этапов, второго, третьего… Если вложиться в развитие такого раба. И это определяло судьбу мира.

Новый мир, Земля, будет порабощен. Большая часть населения умрет. Остальные станут подданными великих домов, старых, или, быть может, даже новых, что, в свою очередь, будут подчиняться императорам, наместникам, а те… Мюрас надеялся, что именно их воплощение, Амрата, станет владыкой нового мира. Но понимал, что битвы богов дело слишком сложное…

И в этом круговороте событий то, что он наступил на хвост наследника, причем в прямом и переносном смысле, ведь хвост от чрезмерного поглощения драконьих сущностей у Вилтриса все же вырос, больше ничего не будет значить. Уже через сотню дней сам Мюрас может быть возвысится, а может, и умрет. Ведь не только они жаждали откусить от этого пирога изобилия. Все дома, малые, средние, большие и великие уже послали свои силы. И то, что Коор, всего лишь средний дом, рискнув, оказался одним из первых, могло лишь усугубить ситуацию.

– Больше нет смысла ждать. Выдвигайтесь. И пусть ваш Путь приведет вас к Небу! – Добавил Мюрас, глядя на своего давнего потомка. И тот кивнул, поклонившись и выйдя обратно, в узел корней, где и располагался легион. За ним последовали все остальные. А потом и сам лорд, не касаясь земли, перешел через сферу, оказываясь в одном мире со своим легионом. Давление ци здесь было терпимым для звезд, по крайней мере, всех, кроме откровенных слабаков. А вот некоторые пленники из нового мира тут дохли как мухи, расползаясь черной кашицей. Но место было выбрано не случайно. Это был мир с ограничением на четвертый этап, так что и сам Лорд мог находиться со своим легионом.

Отправлять их дальше, рассеивая силы, было нерационально, хоть соблазн подойти к новому миру вплотную и был огромен. Но тогда мастера в свое время уперлись бы в непроходимый барьер. Потом и адепты ядра уперлись бы в свою преграду. И только звезды, те, кто и должен был совершить вторжение, могли в любое время вторгнуться в мир. Но так рассеивать свои силы на длительное время было глупо. Твари, опасности неизведанных узлов, и чужие армии… Все это могло уничтожить легион.

Сейчас же ждать больше не было смысла. Мир был разведан, взято множество пленников как адептов, так и простых смертных. Определены самые удобные маршруты и главное, найдена цель для атаки. Ведь выйти в какой-нибудь пустыне, где на тысячи верст вокруг нет ни души, было бы огромным провалом.

Командовать Мюрасу было уже не нужно. Он оставался здесь, не в силах двинуться дальше из-за ограничений Неба. Как и самая сильная часть легиона, адепты ядра и мастера. А все командование переходило к Данмару, что уже принялся отдавать распоряжения, сам вскочив на летающий меч под тщательно скрываемыми завистливыми взглядами остальных потомков. Они, после показательного удара, маскировали свои чувства. Но Мюрас ощущал их насквозь, подозревая, что в кровавой бойне многие их них воспользуются шансом и рискнут устранить неугодных конкурентов. Ведь каждый убитый наследник позволит забрать себе куда больше ресурсов. Впрочем, это будет шанс и для Данмара, и для других его отпрысков. Для его ветви… И ради этого он не поскупился на артефакты для «заместителя», хоть это и было рискованно. Ведь каждый артефакт стоил десятки, а то и многие сотни тысяч капель первого ранга.

Под молчаливым взглядом Лорда его легион, почти десять тысяч адептов этапа звезд, вливались в портал, уходя на великую битву. Никаких ободряющих слов им не нужно было. Каждый там все знал и все понимал. Каждый мог возвыситься, если не умрет и не будет настолько туп, чтобы попытаться урвать себе даров сверх меры.

Стройные ряды легионеров с огромными щитами, сделанными из лучших материалов второго этапа. Отряды великанов и Шакрасов, что могли сломить ход боя, воспользовавшись своими преимуществами. Первые огромными размерами, а вторые невероятно сильными телами.

Естественно, легион пришлось перестраивать. Ломать все старые схемы, наработанные веками. Командиры этапа ядра более не прикрывали слабаков массовыми щитами. Четкая структура военной мощи рушилась практически до фундамента. И отстраивалась вновь за счет огромного количества артефактов, выданных воинам.

Естественно, артефактов небесного закона там было немного. Но вот обычных, созданных артефакторами… Это тоже стоило огромных денег, но было необходимо. Артефакты связи, массовые защитные формации, средства противодействия тем игрушкам, что в совершенстве познали в этом новом мире, похожем на Изиргаст. По правде говоря, легион потерял немало своих разведчиков и искателей, особенно на изнанке, что этот мир уже почти полностью взял под свой контроль, и на той стороне, на самом шарике из магмы и камня, что плыл в пустоте.

Сам Мюрас же родился на Моонгаве и потому считал древние миры настоящими, а вот такие вот, несмотря на то что и его предки вышли с Оззоба, какими-то неправильными. Заполнять расстояние между мирами почти что бесконечной пустотой и мертвыми звездами? Это выглядело как бред. Или как дичайшая деградация когда-то великого замысла, сейчас пришедшая в упадок. Как пустыня с редкими оазисами является лишь тенью былого величия и густых лесов.

Лорд в молчании парил, глядя, как легион стройными рядами уходит к новому миру, оставляя преображенный узел. В этом мире почти не осталось тварей. Их всех выловили и заставили пленников тех убивать, добывая ресурсы. А полученные тысячи кристаллов Лорд приказал раздать легионерам, делая им царский подарок, ради которого они были готовы и умереть. Но и смысл в этом был. Воинам нужно было привыкнуть к дарам, чтобы с непривычки их не порвало, когда в новом мире они получат доступ к огромным ресурсам. Естественно, потом придется казнить многих, кто оказался слишком жаден и начал утаивать добычу…

Когда последние воины входили в золотую сферу, Лорд сам оказался рядом, проводя рукой и касаясь золотой поверхности. После чего кончик его пальца осыпался пеплом, но почти сразу же восстановился. Он мог шагнуть дальше. Мог наплевать на ограничения. Но все имело цену. Тяжелейшие духовные травмы, и, скорее всего, потеря культивации, откат к нижним ступеням.

На мгновение его даже посетила безумная мысль. А что если? А что если упасть в пропасть, выжигая в себе дух, затем кромсая и вымывая из себя ци, выкорчевывая ядро… И стать просто звездой, чтобы самому отправиться в новый мир. Истрия достойная легенд. Вот только он был не легендой. И девяносто девять шансов из ста, что умер бы в попытке откатиться назад.

Через минуту лорд уже вернулся в соседний узел, пока жизнь в лагере продолжалась. Когда новые ограничения падут, они двинутся дальше, поближе к миру. Пока что…

Вокруг Мюраса стального закрутились тысячи кристаллов. Невероятное состояние, вот только полностью бесполезное для него самого. Для развития адепту нужны были капли и осколки схожего этапа, то есть для него самого, четвертого. Дары третьего этапа давали ничтожный результат. А второго и первого лишь восстанавливали резерв, что было крайне нерациональным использованием. Куда выгоднее было их раздать подчиненным.

Только капли стихий давали какой-то ощутимый результат, так что лорд уже ощущал, что продвинулся дальше. Дальше по этапу познавшего металл и познавшего пожирание. Его концепты были странны для его дома, идущего путем огня и несущего в себе драконью кровь. Это замечали почти все, уже даже и не помня, что путь дома Коор появился не сразу. Что их глава, Вэландор, не сразу поженился на драконорожденной. А до этого у того были иные жены. И что сам Мюрас не унаследовал сродства с огнем и драконьей родословной, избрав путь металла.

И застрявший на нем на этапе Познавшего… Эта преграда, существующая уже столетия, не отпускала его, напоминая неприступную скалу. Но сейчас и он получил шанс это исправить. Конечно, мусорные кристаллы и слабые капли силы не помогут. Но чуть позже… Чуть позже, раздобыв осколков просветления хотя бы третьего этапа, набрав капель силы познавших металл из нового мира, что будут вливать в себя капли тысячами… За счет всего этого он сможет шагнуть дальше. Правда… Мюрас не был склонен к самообману. Он, конечно, станет сильнее. Но, даже этот кровавый водоворот не позволит ему шагнуть на этап выше. Дары четвертого этапа – невероятная редкость. И почти все их заберет себе глава дома.

Всякие же умения? О да, это было ценно. Но умения первого этапа для него были лишь пылью. Та же регенерация, выпавшая с одного из пленников, уступала его собственной, натренированной медитациями, в тысячи раз, не способная залечить даже царапину, хотя для любого человека первого этапа она бы была бесценна. Ну а чтобы улучшить ее до четвертого этапа, чтобы она соответствовала телу и душе? Это выглядело опять же нереально. Ведь в нее нужно было вливать капли сначала второго, а потом и третьего этапов. В огромном количестве.

Это было еще одним ограничением, и еще одной возможностью для гениев. Ведь они, находясь на первом этапе, могли вливать в умения даже второго этапа кристаллы первого. Пока им хватит на это энергетической выносливости. Для самого же Мюраса все это было слишком дорого.

Все эти мысли он обдумал довольно быстро в одном из своих потоков сознания, пока остальные занимались медитациями и управлением током ци. Но через несколько минут что-то вдруг кольнуло восприятие. И уже позабытые за сотни лет без настоящих битв рефлексы взвыли, заставляя его рвануть в сторону, уходя от атаки.

Камни затрещали, поглощаемые черной дымкой. Слабой на вид, но полыхающей первозданной тьмой, которая захватила и сам портал. Сфере переноса кончено, навредить было невозможно. Но враг окутал своей атакой весь портал, лишая Марюса возможности уйти. Ведь влететь в черное марево, так и полыхающее грубой мощью, означало замедлить себя и подставиться.

– Бой! Мой враг! – Прозвучавший голос, неслышимый для смертных, передающийся через ци, впился в уши, когда из складки пространства вынырнула фигура, закованная в плотные, но изящные доспехи, клубящиеся все той же тьмой. И… пространством…

– Клан Гунт! – Прошипел Мюрас, разом втягивая в себя всю ту мелочевку в виде тысяч кристаллов, что лишь немного, но ускорила его и дала запас ци. Он не знал эту воительницу, но понял принадлежность по стихиям. Угадал.

– Именно. И я, великая Оксфандра! – Пропела мыслеречь, что несла мало слов, но много смыслов. Враг жаждал битвы. С ней нельзя было договориться, запугать гневом дома или чем прочим. Она назвала свое имя, имя одного из лордов легионов. И сегодня кто-то из них умрет. Почему и откуда она узнала о его местонахождении среди мириад узлов древа мира? Даже спрашивать было бесполезно. Возможно, он узнает потом, когда победит. Или не узнает вовсе, когда проиграет. Ведь враг был на том же этапе, что и он сам. А по ощущениям, даже чуть сильнее. Два ядра? Шансы будут малы…

Ци вспыхнула в ядре, разгоняясь по раскрытым звездам и превращая тело в сплошной кусок адаманта. А искры духа тихо запели, выводя владыку на пиковый уровень мощи. И он ударил.

Стальной шквал тысячи ударов – Его главная, оттачиваемые все эти столетия, техника. Система, где каждое движение тела порождает энергетический удар. Где одно движение перетекает в иное, совмещая в себе гармонию тяжёлых боевых искусств и возвышенное движение духа.

Воздух засвистел, рассекаемый тысячами ударов, что уходили дальше, вгрызаясь в камни и уходя на десятки метров вглубь, заставляя их взрываться изнутри. Но противница покрылась плотным покровом, превращающим ее в почти полную сферу тьмы, откуда через мгновение вылетела длинная тень.

Дракон духа. То чем хвастались многие практики этапа владыки, показывая свою мощь и контроль над духом. Каждый изменял эту технику по своему. Но название и суть оставались неизменны.

Огромная тень рванула к Лорду. Тот попытался уйти, но дракон оказался слишком проворен, а потому пришлось выложиться на полную, встречая его копьем.

Небесное копье! – Огромный стальной шип вошел в пасть ящера, взрывая его изнутри. Но на эту атаку Мюрас потратил немало духа, чтобы нейтрализовать технику противника. А дух был невосполним в процессе боя. Почти невосполним.

Через десять ударов сердца, когда оба противника уже успели вымотаться и потратить почти все резервы, Мюрас смог разорвать дистанцию, сосредотачиваясь и ломая в своем желудке стальную капсулу, из которой наружу хлынула алхимия. Алхимия четвертого этапа, что сожгла даже его внутренности, зато захлестнула энергосистему чужим, заемным духом, отливающим ярким огнем. Эта алхимия была сделана из крови самого главы дома. И отнимала у того долгие годы медитаций, а потому больше такой дозы у Мюраса не было.

Противница тоже что-то приняла. А потом бой начался с новой силы. Волны тьмы против шквалов металла. Драконы против копий. Невероятно крепкое тело против артефактного доспеха…

На какой-то момент Лорд вышел на свой пик и шагнул за него, сжигая остатки духа и травмируя свою душу. И все ради нескольких ударов. Первым он смог пробить покров противницы. Вторым прошил ее насквозь, но так и не смог попасть в позвоночник. Однако его остатки духа все же смогли ее отравить и ослабить. А третьим он отсек ей руку вместе с доспехом. Казалось, для победы остается только четвертый удар. Но в этот момент он выгорел в ноль. И это было концом.

Его захлестнуло черным пламенем, ударило наотмашь волной пространства, вмяло в каменное крошево, утопило на несколько метров. И продолжило бить. Конец… История Мюраса стального обрывалась на этом моменте. И даже ярость, даже все попытки выбраться, все последние средства не могли помочь, оставляя лорда один на один с осознанием своих последних моментов.

Пока вдруг по агонизирующей энергосистеме не ударили отголоски иных концептов и давление Тьмы прекратилось. Там, наверху, что-то произошло. И напрягая израненное, сожженное тело, он выскочил из-под каменного и оплавленного крошева, открывая последний чудом сохранившийся глаз, чтобы увидеть спасительную картину.

– Халин! – Произнес он мыслеречью, увидев своего… Правнука. Впрочем, тот принадлежал к другой ветви дома, и они никогда не поддерживали даже тени каких-либо отношений. Скорее они были даже соперниками, ведь Халин управлял четвертым легионом, набранным в спешке совсем недавно ради кампании в новый мир, который сейчас должен был быть не очень далеко. Но все равно, появление его здесь, так неожиданно. Это…

А Халин Багровый, ушедший довольно далеко по пути трансформации тела концептом крови, бросил на одного из своих предков веселый взгляд, затем опустившись и приземлившись рядом с телом Оксфандры, что скрежеща доспехами и фонтанируя кипящей кровью, криво, но упорно ползло вперед…

Халин несколько вздохов понаблюдал за этим. А потом, когда тело доползло до головы, кое-как подхватив ту и попытавшись приладить на место, он ловко схватил ее за выступ шлема, поднимая и вырывая из ослабевшей оставшейся руки. А потом и вытряхнул голову из шлема, разворачивая ту лицом к себе и заглядывая в бешеные от злости и ужаса глаза Оксфандры.

– Как думаешь, если подпитывать тебя концептом жизни, как долго ты сможешь протянуть? – Задал он вопрос, спокойно и весело глядя в лицо поверженной воительницы.

Мюрас смотрел на эту картину, пытаясь восстановиться, но понимая, что ничего не может сделать в текущей ситуации. Слишком уж сильно он выложился. Сжег все… Но иначе и быть не могло. Уже мертвая Оксфандра что-то проорала мыслеречью, но Мюрас не разобрал, что она кричала, пока ее губы пузырились кровью. Прожить долго она не могла. Даже с ядром в голове ее срок был бы недолог. Да и сформировать духовное тело на своем этапе и вымотанная она тоже не могла.

– Ладно. Ты проживешь чуть дольше. – Заключил Халин, бросая голову к телу, что тут же судорожно попыталась прирастить ту обратно. Впрочем, успех и был сомнителен.

А Халин тем временем поднял свой меч, поворачиваясь к Мюрасу и совершая замах. Командир второго легиона давно уже все понял. Двойное предательство. Его потомок сдал его местоположение этой суке. А потом дождался конца и добил ее. Или вернее добьет с помощью пленника из молодого мира, получив ресурсы. А вот его, самого Мюраса, он убьет сейчас. И станет новым главой сразу двух легионов, оказавшись для всех мстителем за смерть Мюраса стального…

Взмах. И реальность превратилась в темноту, в которой лишь ярко что-то сверкнуло вдали… Неужели вот так и выглядит река душ?

7-ой том /work/574398