Текст книги "Торговец будущим 3 (СИ)"

Автор книги: Мархуз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 12 страниц)

Торговец будущим – 3

Глава 1

Глава первая

Скоро осень, за окнами август… Чёрта с два, сентябрь на дворе и все умотали в Москву на коронацию. Говорят там очередные награды и поощрения будут раздавать всем, кому ни попадя, а меня оставили дежурным по подъезду. Точнее я самооставился, так как дел выше крыши. Во-первых, первые здания и сооружения достроены, напичканы оборудованием и начали работу. Стройматериалы сами себя не изготовят, для «почкования» им построены первые цеха и заложены фундаменты для «вторых линий». Для печей кирпичного завода приобретали футеровку на стороне, дабы было с чего начать своё производство.

Для древесины сложнее вышло. Патент некоего Бентама на деревообрабатывающее оборудование от 1793 года был назван «одним из самых замечательных патентов, когда-либо выпущенных британским патентным ведомством». Вот в Англии и заказали исполнение, коли они такие умные. А пилы и прочие острые полезные предметы нам изготовили в Золингене, их в итоге и установили на аглицкие пилорамы в своих цехах. Для второй линии оборудование и ЗИП имеется, а самого здания пока нет, но будет в следующем году. Причём будем строить уже из своего кирпича, а то все сусеки выскребли у других русских кирпичесозидателей. Ну и пиломатериалы теперь тоже свои, ура-ура.

Кроме того, и цеха из кирпича построили, и оборудованием за это лето разжились для переработки льна и пеньки. Так сказать два базовых предприятия начали работать. Правда склады и прочие вспомогательные сооружения для них пока по сути времянки, но просто не успеваем. Хорошо, что их хоздворы удалось замостить, да и то спасибо расторгуевским. Те за лето и количество бригад увеличили, и две бригады создали специально, чтобы дворы и дороги строить как мне надо.

Спрашивается, откуда деньги берутся? Тем паче, что за границей заказываем и приобретаем всё самое наилучшее, но не из люксовых роскошей, а из инструментов и оборудования. Денег пока навалом, когда одной рукой замещаешь каких-нибудь английских купцов и крутишь в трейдинге полтора ляма рублей. Хватает и мальтийцам, причём так, что им больше ни с кем и сотрудничать не хочется пока. Когда в первые дни июля начали возвращаться наши «первенцы» у меня отлегло от сердца. Во-первых, они вернулись, а не скрылись с моим баблом. Причём для меня заработали на полтора миллиона вложений целый миллион сверху. И ещё для себя кое-что (солидное «кое-что») на их долю заработалось, плюс окупились все переплаты, а значит и русские поставщики тоже заработали.

Могут сказать, что слишком много с одного барана настригли и так не бывает, чтобы всем было хорошо. И будут правы, так как английские торговцы остались без прибыли с нашего оборота класса «товары-деньги», они как раз-таки прощёлкали хаблом. И ведь, заразы такие, никогда никому не говорили сколько имеют, собаки драные. Мол, сирые пенни остаются после затрат на перевозку, не более. А наши будущие «эксперты по прошлому» так и говорят нам в интернетах и в статьях.

– Англичане мало чего зарабатывали с дешёвых российских товаров. Они просто помогали нам своим извозом и оплачивали вывозные пошлины.

Оки-доки, теперь мы с мальтийцами этой «мелочью» карманы набиваем. И пусть все другие думают, что мы нищеброды. Мало того, мои братские капитаны ещё и товаров заморских, да заокеанских привезли. Я попробовал перевести в фунты сто тонн кофе и получил более двухсот… тысяч фунтов, после чего офигел от примерного расклада класса «опт – розница». Причём те, кто это вёз тем же англичанам, не знали что лимонникам часть рынков сбыта перекрыли временно различные политические проблемы. Наперевес с внутрианглийским экономическим кризисом происходящим именно в эти месяцы, а не годом раньше и не двумя годами позже. Свезло с датой попаданства, ничего не скажешь и даже спорить не буду.

В общем, мы и привезённые товары распродали (частично, кстати, в Пруссию) и ещё денег заработали (и это за одну дружнокораблёвую ходку, мать вашу!). После чего я снова на полтора ляма затарил своих мальтийцев здесь, а два корабля отправил в Архангельск за спецгрузом, согласованным со Строгановым. И все почапали обратно в Европу спекуляциями заниматься, пока Англия спит вечным сном. Налаживать и усиливать, так сказать, постоянные контакты в сфере торговли, пока масть идёт. Тем более, что к советско-мальтийскому братству ещё кораблей добавилось. Строганов на миллион целый присоседился со своим сырьём и товарами. Доляшку мальтийцам отстегнёт, а с прибылей и со мной чуток поделится.

Вот и сижу на попе ровно, принимая корабли, возвращающиеся со второго оборота. Деньги – в кубышку, а очередные заморские и заокеанские товары в торговлю. Прикольно, но русские делавары-поставщики, которые на добреньких англичан молились, теперь на меня молиться просятся. Мол, Денис Дмитриевич, ты именно наше купи подороже, а уж мы свечку за тебя все дружно поставим. Некоторые даже обижаться начали, что я выгоды своей не понимаю и многим отказываю.

– Ваше сиятельство, да что не так-то? Энто самого лучшего качества товар, лучшее не бывает. И ничего сало не прогорклое, а лён поведённый. Где за такую цену получше найдёшь? А вот я на вас государю пожалуюсь и он вас накажет за нерадивость и непонимание народной нужды. Мне эту дрянь куда ещё девать, коли она спортилось? А вы иноземцам продадите и всем нам с рук сойдёт.

Вам хиханьки да хаханьки, а на моих представителей-закупов порой наезжали. Правда сопровождавшие их гвардейцы люлей кому надо наваляли. Поэтому некоторых пытались подкупить, но опять не вышло. Так отдельные штымпы действительно ябеды катали и через знакомых чиновников отправляли. Мол, господин Оленин неправильно исполняет государеву программу по закупу товаров. Ну и на лапу давали чиновникам, чтобы повыше взобралось. Может ославить хотели, но с меня как с гуся вода.

Думаете, что у меня теперь денег, как у дурака махорки. Есть, конечно, кое-что в загашнике, но большие деньги всегда ведут к большим расходам. Я же, не долго думая, через своих посредников голландцев нанял преобразовывать мою сторону Невы от Охты до Колочков. И встали мне два причала, одна верфь и сверхдлинная набережная в столь крупную сумму, что стыдно бахвалиться. Клятые датчи не только свои вспомогательные устройства на своих же кораблях привезли, но ещё и материалы, которых просто негде оказалось купить. Да, красоту навели, они бы ещё мне и коммунизм построили, только я поскромничал, чтобы совсем без штанов не остаться. Вроде Пётр своими силами обходился, когда Петербург обустраивал, вот только соответствующий сервис вроде есть, а как решил воспользоваться так его на всех страждущих не хватает.

Та беседа с Наполеоном в три согласованных часа не уложилась, потом через пару дней ещё разок встретились тайком, да полялякали ладком. Я в его глазах по-прежнему прорицатель, но за крючок он всё-таки чуток зацепился. Мы ещё в первое рандеву выяснили, что Англия наш общий враг, мой и многоуважаемого корсиканца.

– Мсье Наполеон, я уже веду свою войну теми силами, какие имею. Мне большие деньги нужны не для личной роскоши и величия, а чтобы англичан оставить без сырья и материалов. Армии нет, но иногда перехват рынков сбыта, как и поставщиков даёт больше, чем иная дивизия, а то и корпус.

Собеседник такие вещи прекрасно понимает и сам потихоньку начинает борьбу с англикосами вне фронтов и ТВД.

– Мсье Оленин, у них сильный флот, как военный, так и торговый. Как с ними бороться, не имея своих кораблей?

– Во-первых, я уже договорился с мальтийскими капитанами, которые англичан ненавидят. Во-вторых, есть португальские, испанские и французские торговцы, изъявляющие желание именно у меня покупать русское сырьё и материалы. Я предложил услуги не тем, кто был в деле до того, а тем кто не имел доступа к российским поставщикам. Поэтому мне нужно иметь склады в Петербурге и Архангельске, а не свои суда. Хотя я ещё и заказываю корабли, даже в Англии, через третьих лиц.

– Любопытно, очень любопытно. Но разве перепродажа долго продлится? Россия восстановит свои отношения с Англией и снова их торговцы начнут ваше сырьё закупать.

Пришлось рассказать, что строю свой промышленный городок, чтобы перерабатывать сырьё в товары более массово, чем отдельное предприятие: завод или фабрика.

– Но это же очень дорого. Вы так весь капитал потратите.

– У меня уже два с половиной миллиона в работе, кроме того, будут прибыли с торговли и неплохие. А когда начнут работать канатная фабрика и завод по выпуску парусной ткани, то доходы заметно возрастут. Согласитесь, что товары гораздо дороже сырья, потраченного на их изготовление. Чем, кстати, Англия и живёт, закупая у нас сырьё и перерабатывая его в готовую продукцию.

Неясно, оценил ли Первый консул мою помощь в его святом деле по загноблению соперника с той стороны Ла-Манша, но призадумался. Мы толковали о разных вещах, включая его будущее императорствование.

– Такого не может быть, я не могу доверять бывшему французскому дворянству.

– Поэтому вы создали новое дворянство из своих верных командиров и генералов. Со временем Даву стал герцогом, Мюрат королём Неаполитанским, а Бернадот пошёл ещё дальше. Его усыновил шведский король и с тех пор династия Бернадотов правит Швецией даже в двадцать первом веке. Кстати, многим вы дали почётные титулы земель, находящихся под вашей рукой. Меня, например, вознаградил Ватикан без земли, предоставив лишь титул. Лично меня такое устраивает, так как мне удобнее иметь свои предприятия, чем земельную собственность. Прибыль выше получается, чем от сельского хозяйства. Чем, кстати, англичане и пользуются. У них пять человек из каждых десяти задействованы в выпуске товаров, а крестьян гораздо меньше. Так что ещё и на их продовольственном кризисе заработаю, пусть денежными излишками делятся, чтобы избежать голода в стране.

Может и не надо столько откровенничать, но уже понесло. А в итоге даже последовало предложение перехать во Францию и стать советником.

– Благодарю вас за столь лестное предложение, мсье Наполеон, но мой Париж находится в Петербурге. И если вдруг когда-нибудь французская армия вторгнется в Россию, то пойду добровольцем воевать против вас. Кстати, в 1871 году ваш племянник, правивший страной, Наполеон Третий пошёл рядовым, хотя уже понимал что Франция проигрывает войну Германской империи.

Блин, после этого пришлось долго объяснять кто кому и почему. Впрочем кое в чём мы нашли общий язык, так как за обилие выданной мной на-гора информации меня кое-чем отблагодарили. Мелочь, а всё равно приятно.

Пока мы с Первым Консулом тёры тёрли, в Англии разразилось предштормовое предупреждение. В четырёх лондонских газетёнках появились в течении двух дней статейки-незатейки о повышении Россией цен на хлеб и мясопродукты для иностранных трейдеров. Мол, эти наглые русские вместо того, чтобы войти в положение и помочь, решили нажиться на надвигающемся голоде в королевстве из-за неурожая прошлого года и возможном неурожае в этом году. Тут и так кризис в экономике из-за длительных недопоставок сырья из России, а они совсем обнаглели.

Ответом послужили статьи в более серьёзных газетах о том, что в Англии всего полно: и запасов на складах, и тканей, и прочих дорогих товаров. По идее эти статьи должны были успокоить граждан, но те почему-то начали скупать продовольствие, а не ткани и разные иные товары. В парламенте, перед самыми каникулами, начались дебаты. Впрочем в связи с летними отпусками парламентарии особо не утруждались, решив заняться всеми вопросами после того, как отдохнут как следует и наберутся свежих сил. Никуда Англия не денется со своего острова, так чего засорять голову чепухой. Все же знают, что на складах полно и продовольствия, и тканей и прочего добра. Лично не проверяли, но именно так наверное должно быть, иначе никак.

На самих складах тоже особо не переживали, разве что единичные личности. Усушку и утруску никто не отменял, а если чего-то не хватает или подгнило, так это мыши виноваты. А вот премьеры: бывший и нынешний, немного засомневались, особенно после докладов медиатора и бывшего посланника.

– Что вы обо всём этом думаете, сэр Уильям?

– Дорогой премьер, мы недавно лишились возможности использовать португальские порты, а это чревато последствиями для трейдеров. Кроме того, газеты вызвали нездоровый ажиотаж среди населения. Больше нет смысла тянуть время, следует побыстрее отправить в Петербург нового посланника. У вас есть кто-нибудь верный и благоразумный на примете?

Неужели пословица «На охоту ехать – собак кормить» зародилась в Англии? Да не может такого быть. Осознание того, что разрушено всё, что созидалось в России годами, давило на самолюбие и выспренность. Однако кризис усиливался и следовало поспешить с восстановлением торговых отношений. Сэр Генри Аддингтон никого прямо сейчас не имел для столь важного дела, в чём и признался. Пришлось экс-премьеру изыскивать кандидатуру, которая исполнит порученное самым наилучшим образом.

Надежды реализовать задуманное решили поручить бывшему лорду казначейства при премьер-министре Уильяме Питте вместе с которым он вышел в отставку в 1801 году. Сэр Гренвиль Левесон-Говер, собственной персоной…

Глава 2

Глава вторая

Торговый договор между Россией и Францией был подписан 18 июня 1801 года сроком на десять лет. Изменения цен также были предусмотрены, поэтому французы кое-что заранее предпочли оплатить, например, тот же хлеб. Вроде у них плодородные земли, но кто его знает что за спекуляции они затеяли?

– Я думаю, что они хотят поставить в некоторую зависимость англичан на предстоящих переговорах, – отметил князь Куракин, – мало ли на чём захотят сыграть.

– Ещё и денег заработают на панике, начавшейся в Англии, – поддержал Строганов.

Уже пришли известия о реакции на нашу невинную аферу с газетчиками, усиленную «третьими лицами», которые старательно подчищали прилавки кое-где в Лондоне. Цены из-за повышенного спроса начинали повышаться в столице, а волна переживаний распространялась по стране.

Впрочем нас всех больше интересовали интересы России во Франции. В чём-то они совпали с французскими, в чём-то наши партнёры шли навстречу ради длительного мира. Больше всех радовался я, когда четыреста тонн песка и сто тонн белой глины из-под Сирёя были доставлены в один из портов и загружены в нанятые французские суда. А затем отправлены в Петербург. Мне даже не пришлось Париж покидать для контроля, лишь один из моих помогал нанятым французам, да и то лишь ради проформы.

Вечером в день подписания Наполеон дал бал в честь русских гостей, где мы оказались в центре внимания, но без провокаций. Даже попели немного. И если Куракина одолевали, как главу делегации, то мы с Ланским прятались за спиной графа Строганова. Он в основном и отбрыкивался от отдельных щекотливых вопросов со стороны слегка подвыпившей публики. Хотя одной дамочке бальзаковского возраста удалось-таки воспользоваться моментом. Когда Павел Александрович отвечал некоему господину, она проскользнула ко мне и спросила:

– Мсье Оленин, а правда что вы предсказываете будущее?

Гофмаршал тут же перевёл на русский, чтобы дать мне чуть-чуть времени определиться с тем, как и что именно ответить, поэтому я сказал по-русски (чтобы Степан Сергеевич смог при обратном переводе подправить мой ответ, если понадобится).

– Сударыня, я аналитик, поэтому могу спрогнозировать примерное будущее, используя текущую информацию и законы развития событий, – своеобразная мура, но выглядит почти научно.

– Ой, как здорово, а вы могли бы дать мне сеанс как-нибудь?

– Мог бы, мадам, но это обойдётся вам в миллион луидоров. Мой сервис дорого стоит.

– Но как же так, наши предсказатели и гадалки берут гораздо дешевле, – возмутилась француженка.

Опаньки, обстановка начала накаляться на ровном месте, ибо рядом находились и другие, возмущённые уровнем расценок. Мало того, неподалёку находился Первый Консул, который явно начал прислушиваться к беседе. Ланской несколько растерялся (а ещё высокопоставленный придворный), а Строганов как раз заканчивал ответ своему собеседнику.

Один военный, молодой, но желающий себя проявить, коли попал на светский раут столь высокого уровня, тут же воспользовался моментом.

– Мсье, вы обязаны уступить даме и согласиться на её условия. Иначе вам придётся иметь дело со мной!

Красиво, даже мужественно, когда вокруг много военных французской национальности.

– Сударь, вы явно выпили лишний бокал шампанского, поэтому не вправе давать мне указания, коли не владеете своим разумом. И ваша бравада базируется лишь на желании показать себя, но не обоснована логически. Кроме того, я превосхожу вас как более сильный человек, более умелый в бою, имеющий более высокую реакцию и скорость передвижения.

Чего несу, спрашивается, но растерян и не знаю как выпутаться из ситуации. Тут ещё один в такой же форме (может однополчанин?) подступил с другой стороны. Может схватить их за шкирки и шмякнуть лбами друг дружку?

– Я вызываю вас на дуэль, – вякнул второй, а первый поддержал:

– Я тоже! – да ещё отважно так.

– Ну какие вы соперники, если я один сильнее вас обоих, – блин, всё-таки сорвался и быренько ухватил их за шеи, после чего от отчаяния действительно столкнул лбами.

Умники не просто осели, а рухнули на пол, тем более что он паркетный. Вроде силушку сдерживал, а оно вона как. Если не убьют здесь, то государь казнит по возвращении. Явно что мирный договор будет сорван из-за дуры, пожелавшей халявы и двух придурков, рассчитывавших на моё унижение, а значит и на их возвышение из толпы.

– Я всё видел, – сказал подошедший Наполеон, – мсье Оленин наглядно показал всем нам, что русских людей не следует задирать. С Россией правильнее будет дружить, а не воевать, иначе всё кончится именно так, но на уровне армий. Кстати, мадам Лефонсе, мсье Оленин не гадалка и не прорицатель, а аналитик высочайшего класса. И он обслуживает не обычных клиентов, а государственного уровня. Поэтому его услуги оцениваются соответственно.

– Мсье Первый Консул, но я просто хотела…

– Да, теперь вижу, – прервал её Наполеон, – вы просто хотели сорвать переговоры Франции с Россией, но вам это не удалось. Думаю, что вам следует поумерить свои капризы. Мсье Савари, составьте компанию мадам до конца приёма.

Присутствующие слегка напряглись и решили поостыть, дабы их тоже не обвинили в государственной измене. Всё-таки «компания Савари» это грустновато по нынешним временам. Обоих падших вынесли, хотя они вроде начали приходить в себя. Забияк легче нести насильно, чем насильно выводить. Когда человек на ногах, ему легче сопротивляться, выказывая своё недовольство.

Увы, после инцидента у французов остался неприятный осадок. Всё-таки один русский с лёгкостью вывел из строя сразу двоих гвардейцев. А что будет если русских окажется побольше?

На следующее утро посол Колычев провёл разбор полётов.

– Господа, это лишь кажется, что нам всё сошло с рук. Пакт о ненападении ещё не подписан и нам могут припомнить вчерашний инцидент.

– А как именно, Степан Алексеевич, – поинтересовался граф Строганов, – неужели откажутся подписывать?

– Господин граф, здесь дело в другом, они могут чего-нибудь потребовать в свою пользу в некоторых пунктах.

Именно из-за постоянной перестраховки и боязни что-нибудь сделать не так, Колычев и растянул процесс переговоров. Ну не было в нём жилки дипломата, да и по жизни он был чересчур осторожным, предпочитая выжидать до посинения. Хорошо, что Куракина прислали и дело понеслось на всех парах (которые пока ещё не изобретены вообще-то). Причём посол постоянно пытался одёрнуть князя, мол, не нужно спешить, требуется выждать, а вдруг что не так пойдёт. И лишь неограниченные полномочия, предоставленные Куракину императором, обеспечивали скорость подготовки итоговых документов.

Следовало учитывать, что нам не мешали тормоза предыдущих «раскладов», когда по каждой европейской стране дипломаты выверяли кто кого контролирует. Ещё в екатерининские времена шли бои местного значения на переговорах такого уровня за каждую крохотную составляющую тех же германских земель. И они жрали время, порой большее чем по базовым вопросам. В принципе, это почему-то считалось верхом исскуства дипломатии.

– Почему согласились на беспошлинный вывоз части дёгтя и хлеба, поясните?…

– Тю, у нас этого дёгтя и пшеницы навалом, ежели чо. Зато получили аж целый сорокапроцентный контроль над семейством имперских графьёв Хрюненбергов. А они, как-никак, не какая-нибудь седьмая вода на киселе самому императору, а четырёх с половинная, во как! И мы теперь имеем право выдать их племянницу за кого угодно, хоть за кузена самих Свинопаткулей…

– Ну да, ну да, это высокая политика и точный расчёт. Вот вам в награду орден…

Прежняя политика сводилась к столь важным бракам, как марьяж наследника пятой экономики мира с третьей дочерью пятьдесят второй экономики Европы. Ну, как же, высоких кровей девица. В родстве с самыми-пресамыми, аж со времён Адама и Евы.

Хорошо, что Франция временно немонархоспособна, поэтому и переговоры деловые. Безо всяких разменов с деловыми браками и соответствующих уступок. Ещё один мощный плюс в том, что строго оговорена западная граница, особенно та часть, где разделена по сути давно почившая в бозе Речь Посполитая. Ни при каких условиях Россия не претендует на польские земли, находящиеся под властью Пруссии и Австрии. Мало того, согласно условиям Пакта, эта граница начнёт укрепляться российской стороной, чтобы поляки даже не надеялись на то, что русские их освободят когда-нибудь. Славянское братство ныне разрезано их католической религией, пусть хоть в магометанство переходят, как албанцы и босняки, нам отныне это пофиг. Их земли – их проблемы!

Мало того, князь Куракин не настаивал на некоторых деталях, которые предполагались буквально в конце марта этого года.

– Государь решил не создавать лишних деталей, которые могут вызвать излишние проблемы в будущем. Зачем нам контроль над Ионическими островами, если мы не собираемся контролировать Адриатическое море? Баланс сил между Австрией и Пруссией нас тоже больше не волнует, пусть немцы и европейцы сами с этим разбираются. А то хитрые англичане нашими руками и, что немаловажно, нашими финансами этим равновесием управляли. Они переживают за свой родовой Ганновер, так пусть платят нам.

Ехидный пункт однако и выглядит вроде как «помощь России англичанам». Когда Куракин разложил его по полочкам Наполеону и Талейрану, то корсиканец даже улыбнулся, что ему обычно несвойственно в серьёзных делах. Вроде выглядит не совсем по-братски по отношению к французам, но глубинная подоплёка всё проясняет. Русские, якобы, возьмутся оборонять своими силами Ганноверское курфюршество и это будет выглядеть эдаким противовесом французам в германских землях. Но ни один русский солдат шагу не сделает за пределы «охраняемой среды», а армии Наполеона просто обойдут со всех сторон филькино препятствие. Клочок германской земли не важен при глобальной политике, зато британцы лишатся «своей» территории в Европе де-факто, владея им де-юре. Ну и прекрасный плац’д’арм для поставок русских товаров, когда понадобится.

– Ещё два вопроса мы также не стали обострять. Наш император вполне разумно больше не хочет покровительствовать Сардинскому и Неаполитанскому королям. Согласитесь, что если мы забываем о Европе на полтора десятка лет, то зачем этих монархов поддерживать, угрожая повторением «Суворовского похода»? Пусть Австрия с Францией сами решают кому править обоими королевствами.

– Александр Борисович, но тогда пострадает наш авторитет, как защитников слабых, – опять остался недоволен посол Колычев.

– Степан Алексеевич, у нас нет денег и средств для проявления величия и оказания помощи на столь дальних расстояниях. Позвольте государю беспокоится о самой России в первую очередь.

Колычев грустно вздохнул, не понимая куда катится мир. Он воспринимал всю нашу миссию, как сборище торгашей и предателей чисто русских интересов. Вместо того, чтобы поставить корсиканца на место и подольше водить его за нос, мы занимались непонятно чем.

Единственный вопрос из тех, какие ставились в недалёком прошлом, хоть и был секретной статьёй Пакта, но оставался неизменным, пусть и не афишируемым. Восстановление равновесия в мире, путём обеспечения свободы мореплавания. И этот самый «весь мир» по идее согласен с сим тезисом, за исключением одной-единственной страны – Великобритании. А с этим как-то нужно бороться.

Его королевское величество, Георг Третий, между балами, увеселениями и жизнью не по карману требовал от премьера:

– Я не хочу ничего слышать, сэр Аддингтон, ни о каком кризисе и ни о каком неурожае. В конце концов, купите продовольствие и необходимое сырьё у кого-нибудь ещё. Пусть Россия не забывает своего места, уготованного ей Историей.

– Ваше величество, но нам нужно торговое соглашение и снятие эмбарго.

– Так отправьте кого-нибудь потвёрже в Петербург и пусть надавит на русских. В крайнем случае, если и на этот раз они упрутся, то бросьте им кость какую-нибудь. Это же так просто или тори разучились вершить мировую политику?

Намёк достаточно прозрачен, поэтому не стоит перегибать палку. Тем более, если Гренвиль не сможет сходу договориться, то эту самую «кость» можно и бросить, благо монарх дал разрешение, но не указал размеры подачки.

Посланник был отправлен в Петербург с конкретной задачей и обязан немедленно сообщить в Лондон, если последняя попытка надавить на русских провалится.

– Сэр Гренвиль, ни в коем случае не затягивайте и не пытайтесь взять их измором. Сразу же пришлите сообщение, чтобы мы смогли быстро отреагировать. Времени осталось не так уж и много.

24 июня 1801 года, новый английский посланник прибыл в Санкт-Петербург…