Текст книги "Повелитель Стихий. Том 5 (СИ)"
Автор книги: Ленивая Панда
Соавторы: Ярослав Сай
Жанры:
Боевое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)
План строительства был накидан довольно быстро, нужные вещи закупили за несколько часов, и следующие несколько дней я занимался исключительно стройкой.
Лезвия воздуха четвёртой грани резали промёрзший лёд чисто, как нож овощи. Я вскрыл склон и вырезал в нём просторный подвал без излишков. Вход закрыл ледяной плитой вровень с поверхностью.
Так же докупил защитных и маскирующих артефактов и чуть модернизировал их сам, доводя до ума. Слишком ценными были ставки, чтобы доверять всё покупным вещам.
Выкладывался досуха, и по вечерам озеро в сопряжении проседало едва не до дна, и спать я уходил выжатым.
Зато склад вышел такой, что хоть сам в нём селись: внутри было сухо и просторно. Колонна подойдёт и разгрузится, потом уйдёт, а склон останется без единого следа.
Вот теперь можно было выдохнуть и перейти к следующим своим планам.
Руды, которые выкладывали на стол в финале, стоили бешеных денег. И доставали их горные команды, надрываясь, там, где мне со своей волей будет куда проще. В шахте.
Так что план по добыче кристаллов был максимально прост и понятен. И как раз пригодилась награда за первое место в Собрании. Конечно, использовать я ее собирался не совсем так, как задумали организаторы, но не думаю, что им от этого станет хуже.
Отправил Степана с поручением, проверить информацию, благо на этот раз он вернулся без проблем.
– Контора у шахтеров есть, в городе, на третьем ярусе, – доложил Степан. – И сама команда Хальдера пока тут, вниз ещё не спустилась. Передали что готовы вас принять в любой момент.
– Вот и славно, – сказал я, поднимаясь. – Схожу в гости прямо сейчас.
Контора горной команды находилась в неприметном тупике. Ни вывески, ни витрины у неё не было, только тяжёлая дверь да выбитый над ней в камне значок кирки. Внутри пахло машинным маслом, половину стены занимали стеллажи с образцами породы, у каждого была бирка с номером. Принял меня сам Хальдер, и узнал я его с порога: такую фигуру трудно забыть. Ладонь при пожатии оказалась твёрдой, как рукоять кайла.
– О, победитель Собрания, – он оглядел меня без особого почтения, скорее оценивая. – Уже за первым осмотром пожаловали? Быстро вы.
– Давайте посмотрим, – для порядка кивнул я, не став рубить с плеча.
– Посмотреть-то можно, – Хальдер почесал щёку. – Только сразу предупреждаю – вы рано. Ничего стоящего сейчас нет. Всё, что подняли за последние спуски, ушло на Собрание. Сами понимаете, к мероприятию все работали на износ, и склады опустели до последнего камешка. Но гляньте уже сами, раз пришли.
Он провёл меня в заднюю комнату, где на полках ровными рядами лежали камни. Прошёлся по ним нитями Воли, продавливая барьер за барьером. Хальдер не соврал. На полках лежали мелочь да пустышки, если сравнивать с рудами на Собрании. В лучшем случае на самом дне породы оставалась горстка стихии, за которую и тридцать кристаллов отдать жалко. Один булыжник привлёк меня колючим треском молнии, но и в нём силы оказалось немного. Здесь не было ничего стоящего.
Хозяин конторы стоял в дверях, сложив руки на груди, и странным взглядом наблюдал, как я хожу вдоль полок. Видимо, то что я не верчу руды в руках, и правда смотрелось необычно для местных.
– Ничего не нужно, – я закончил осмотр. – Хлам.
Эларий и не думал обижаться. Только хмыкнул: сам знал это лучше меня.
– А скажите, – я обвёл взглядом стены, – карты у вас есть? Шахты. Ярусов. Можно взглянуть?
– Карты? Конечно, – Хальдер подошёл к стене и отдёрнул полотно. Под ним открылась большая карта, расчерченная уровнями. – Вот, смотрите. Первый ярус. Под ним второй. Дальше третий, четвёртый…
Я скользнул по ней взглядом и покачал головой.
– Это мне неинтересно. Самое ценное вы берёте не на первых ярусах, это и дураку ясно. Там всё давно исхожено вдоль и поперёк. Мне нужны карты того, что лежит ниже ваших рабочих штреков. Самое дно, которого получилось достать.
Хальдер уставился на меня круглыми глазами, будто я попросил его продать собственное сердце.
– Самое дно, – повторил он медленно. – Да вы хоть представляете, что это такое? Туда даже мы раз в год суёмся. Одна дорога несколько дней занимает, и вся через Бурю. Снаряжения не напасёшься, а возвращаются не все. Да и дном это называть нельзя – можно спуститься и ниже. Насколько – не знает никто.
– Прекрасно. Это именно то, что мне нужно.
– Не уверен, – Хальдер понизил голос. – Вы хоть что-нибудь слышали об этих шахтах? Не о буре, а об их обитателях например?
– Обитателях? – удивленно переспросил я. – В буре кто-то может жить?
– Еще как может, – эларий снисходительно усмехнулся. – Создания бури. Элементали.
Вот чего услышать не ожидал, того не ожидал. Про элементалей я знал. Чрезвычайно редкая аномалия, из-за которой стихия обретала самосознание.
Элементаль.
Вот только встречалась такая аномалия редко, и лично я за все экспирации не видел ни разу, хотя некоторые из разведчиков жаловались. Однако со слов Хальдера выходило, что элементали там не просто есть, а еще и во множественном числе!
Если честно, звучит как глупая шутка.
– Там, где Буря стоит запредельно плотно и не расходится веками, с ней начинает твориться странное, – тем временем начал объяснять эларий. – И она обретает разум.
Да, всё как я и знал. Но количество…
Хотя чему тут удивляться? Что такое Буря, я и сам толком не знал. Это странное явление не укладывалось ни в один известный мне закон. Раз уж она способна напитать силой простой булыжник, с чего бы ей не породить что-нибудь похуже.
– Элементали так элементали, – отмахнулся я. – Карты всё равно нужны.
– Да подождите вы, – Хальдер даже руку поднял. – Если уж так хочется, давайте мы вам провожатых дадим. Из команды, опытных. Без них вы там и до первого глубокого штрека не доберётесь.
Только этого мне не хватало.
Начни я при провожатых идти через Бурю увереннее их самих да брать то, мимо чего их лучшие мастера проходят слепыми, и вопросов у ребят набежит на целую зиму. А пользы от них будет мало: станут путаться под ногами да тормозить. Нет уж.
– Нет, – спокойно отрезал я. – Я сам. Считайте это моей глупой прихотью.
Хальдер долго смотрел на меня, потом махнул рукой, сдаваясь.
– Как знаете. Жизнь не моя, – он грузно опустился на табурет. – Карту я вам дам. Только учтите: информация очень дорогая. Я её и за деньги не каждому продаю, а по-хорошему вообще не продавал бы. Так что даже победителю Собрания бесплатно не отдам.
– Сколько?
– Десять тысяч, – сказал он ровно, глядя мне в глаза. – И это уже со скидкой, из уважения к вашему мастерству.
Мда, прилично. Это чуть больше чем половина от всех и имеющихся у меня запасов. Недолго денег с победы хватило.
Однако и окупить карту могла всего одна-две руды. Так что торговаться я не стал.
– По рукам, – кивнул я, начав выкладывать на стол кисет за кисетом.
Шахтер при виде этой картины крякнул так, будто его обманули – поторговаться я ему так и не позволил. Затем он ушёл куда-то вглубь помещений. Вернулся с тубусом и толстой потрёпанной книгой в кожаном переплёте, углы которого были стёрты до белизны.
– Карта нижних ярусов, – он положил тубус передо мной. – А это журнал спусков. Здесь команда записывала все заметки по конкретным местам. Карта без журнала – полдела.
Я развернул тубус и пролистал журнал. Ходы уводили вниз, ярус за ярусом, в такую глубь, куда ни одна осторожная горная команда не совалась. Напротив одних значков стояли пометки о плотности Бури, рядом с другими темнели короткие приписки чужой рукой, от которых у опытного шахтёра, верно, холодело в груди. А у меня чесались ладони.
Я про себя хмыкнул и сфотографировал всё на телефон, после чего также попросил Хальдера прислать мне домой копии.
Что ж, почти всё готово. Осталось лишь мелкие финальные штрихи, и можно спускаться вниз.
С трудом удержался от смешка.
Клос и Тайри эти несколько дней сидели тихо, но я прекрасно понимал, что это было затишье перед бурей. Дома однозначно готовили какие-то грандиозные планы на мой счет.
Вот только придется маленько их разочаровать. Думаю, что когда они будут готовы, я уже буду глубоко под землей. А вернусь…
Что бы они там не придумали, но их остается только пожалеть. Ведь я планировал найти столько руд, сколько ни одна горная команда Нижних земель никогда не поднимала на поверхность.
Глава 8
Лавка снаряжения для горных команд нашлась там, где ей и положено быть – у самого рудного торга, буквально в полусотне шагов от спуска в шахту. Вместо вывески у входа стояли бухты стального троса в человеческий рост, а на козлах у двери лежала пара кайл. Видимо, кому надо, дорогу сюда знает.
Внутри пахло смазкой и каменной пылью. Стеллажи поднимались под самый свод. На них лежали мотки верёвок и пучки щупов, рядом стояли кайла и контейнеры с сизым глифировым напылением. Хозяин, пожилой широкий эларий с белой щетиной, раскладывал на прилавке связку крючьев. По тыльным сторонам его ладоней тянулись белёсые шрамы. Такие остаются, когда повреждённая руда выпускает стихию прямо в пальцах.
Ясно. Этот внизу провёл половину жизни, если не больше.
– Чем могу? – без особой приветливости спросил он.
– Собираюсь вниз. Нужно всё – от кайла до защиты.
– Новичок? Команда есть?
– Ага. Без команды.
Эларий поднял голову и осмотрел меня уже внимательно. Белый костюм с Собрания я, понятно, оставил дома, но осанку и стать в шкаф не уберёшь – держаться на публике я стал совсем по другому. Перед ним стоял одиночка, явно при деньгах и не особо взрослый. Мой диагноз в его глазах нарисовался сразу – богатенькому отпрыску влиятельных родителей захотелось приключений.
– Дело ваше, – он отложил крючья. – С чего начнём?
– С хранилища. Под руду.
Мое пространственное кольцо уже начинало забиваться, да и большие куски руды даже пустое заполнили бы на раз два. Так что «рюкзак» стоило обновить, хоть стихия пространства и должна была встать в копеечку.
– Размер?
– Самый большой, который у вас есть, – не долго думаю назвал я. Даже если я не смогу заполнить его полностью, лишним подобный артефакт никогда не будет.
– Девятьсот кристаллов, – эларий выжидательно замолчал. Судя по паузе, услышав эту цену, половина покупателей обычно разворачивалась. – Двадцать кубических метра.
– Беру, – для моих бюджетов цена была вполне приемлемой. – Также мне понадобится…
Дальше мы занялись горным снаряжением. Начали с базы – кайла, клиньев, крючьев, веревок и прочего, без чего соваться в шахту смысла не было. Затем на всякий случай взял парочку глифировых контейнеров. А потом перешли уже к самом основному. Защите от бури.
После моей просьбы продавец выложил на прилавок пояс с плоскими защитными пластинами и парные наплечные накладки.
– Базовый комплект. Осколки Бури держат часа четыре, в зависимости от глубины, потом кристалл под замену.
– Нужны еще и стояночные. Вероятно мне придется ночевать.
Эларий хмыкнул, явно удивляясь моей прыти, после чего снова скрылся в глубине лавки и вынес полусферу размером с котелок, тяжёлую даже на вид.
– Малый одиночный купол, защищает от бури область радиусом в три метра. Но кристаллов жрет прорву – даже на первом ярусе на ночевку уйдет кристаллов десять, и по мере снижения их количество будет лишь расти.
– Сколько?
– Четыре сотни.
– Беру.
Хозяин посмотрел на меня долгим взглядом, но от комментариев удержался.
Купол я брал без раздумий. Сидеть всю ночь, самолично отмахиваясь от осколков, когда можно поставить артефакт и выспаться – занятие для излишне гордых. Я себя к ним не относил.
– Что-нибудь ещё посоветуете? – на всякий случай спросил я. Хоть я и ознакомился со всем, что может понадобиться, но личный совет от бывалого шахтера мог оказаться не лишним. – Вы внизу бывали, я нет. Не откажусь от парочки рекомендаций.
– Насколько далеко вниз собираетесь?
– Как пойдёт. Может, даже ниже пятого.
После этих слов владелец лавки глянул на меня, как на умалишенного, и чуть ли не на пол минуты застыл с открытым ртом.
– Ниже пятого? – он явно мне не поверил.
– Ага, – широко улыбнулся я.
Кратер делился на ярусы довольно просто. Каждый ярус представлял собой длинный пологий спуск, который в какой-то момент заканчивался обрывом. Это и есть переход на следующий, более нижний ярус.
Первые два считались простыми, третий с четвертыми – продвинутыми, ну а с пятого начиналась вотчина исключительно самых опытных команд.
И мои слова про настолько глубокий спуск звучали как откровенная дурость, однако продавец даже не подозревал, что я и не думал врать.
– Термокостюм, – наконец отошел он от шока. – Чем ниже, тем холоднее, это даже дети знают. Вот только простые эларии настолько глубоко не забираются. И начиная с третьего яруса температура опускается настолько низко, что этот холод даже нам, выросшим в снегах, не по зубам.
С этими словами эларий снял с полки серый свёрток и развернул на прилавке. Это был комбинезон из необычной гладкой ткани, кстати черного цвета, что было довольно необычно, чем-то напоминающий звериную чешую.
Но выглядел он вполне себе стильно, в отличие от однотипных белых эларийских одежд.
Проверять, насколько хватит моей собственной устойчивости к холоду я наверное не буду. Может эта штука и не пригодится, но если внизу и правда настолько холодно, то окоченеть на глубине без подходящего снаряжения – последнее, с чем бы я хотел столкнуться.
– Пойдет, – я кивнул.
Расплатился я не торгуясь. Хозяин пересчитал кристаллы с еле заметным блеском в глазах – выручку он на мне сделал знатную, и уже на прощание добавил:
– Снаряжение у вас теперь лучше, чем у большей части команд. Однако не стоит из-за этого чрезмерно верить в себя – бывают даже самые опытные не возвращаются.
Благодарно кивнул, впрочем даже не думая прислушиваться к напутствию. Оно, несомненно, благожелательное, но абсолютно мне не подходит.
Потратился я ощутимо, но денег не жалел. После покупки карт у Хальдера в кисетах ещё оставалось несколько тысяч, по местным меркам целое состояние, а окупить сегодняшние расходы мог один-единственный камень с нижних ярусов.
Из лавки я двинулся наверх, к городскому архиву. Свободный день стоило потратить на ещё один нерешённый вопрос: дом Вейр.
Сделать это я планировал еще раньше, да не просто планировал а даже пытался, однако в сети почему-то не нашлось даже упоминаний об этом доме.
Начало поисков уже оказалось донельзя занимательным.
Естественно, отчаиваться не стал и попробовал решить вопрос по старинке – откопать что-то среди пыльных архивов.
Читальный зал архива занимал длинную пещеру с каменными столами и полосами холодного света под сводом. Служитель принял мой запрос без интереса и минут через десять выложил стопку летописей домов и общих хроник.
На удивление, упоминания о Вейр я нашел без проблем, и даже довольно быстро. Однако сведений оказалось до крайне мало.
Когда-то дом Вейр входил в число сильнейших. У него были огромные земли и репутация, с которой вынуждены были считаться все соседи. Однако как это бывает обычно, чем ты сильней, тем больше людей точит на тебя зуб.
Несколько веков назад сразу семнадцать домов объединились и поставили крест на этом доме, вырезав его до последнего младенца. На этом содержательная часть заканчивалась.
В чем конкретно был конфликт? Кто собрал союз и что за дома? Ни слова.
Такие дыры в летописях сами собой не появляются. Эту историю вычистили сознательно, в целом как и информацию в сети.
Однако кое-что полезное найти удалось.
Тэлмир, дух-смотритель небесного города, назвал Вэйр домом видящих суть. И это прозвище подтвердилось.
Я ожидал, что «видящие суть» окажется красивым названием лучших оценщиков. Про оценку хроники и впрямь писали дружно: в камнях и артефактах, в работе мастеров Вейр разбирались лучше всех. Только этим их способности не ограничивались.
Они видели скрытое. Разгадывали чужие секреты и находили тайные комнаты там, где хозяева клялись, что их нет. Замечали засады раньше, чем те успевали захлопнуться. Иллюзии против них вовсе не работали, Вейр видели их насквозь. И вдобавок они превосходно ориентировались в Буре.
И с каждой прочитанной строчкой мой интерес только возрастал. Откуда взялись такие способности⁈
Первое, что приходило в голову – они владели стихией, о которой я не слышал. Но версия выглядела странно. Я разведчик Легиона и носитель Воли, и про стихии слышал всё. Ладно, «всё» – громко сказано – вон про эхо на Собрании я узнал впервые. Но эхо – мелочь с последних страниц справочника, и то не факт – может здесь так обозвали какую-то другую стихию. А тут сила заметная, уникальная, с целым домом носителей.
Вторая версия предполагала силу того же порядка, что Воля, но другую. Вот только опять же, про подобное я не слышал ни разу, а в Легионе должна была бы иметься информация.
Оставалась третья – Вейр, как и я, владели самой Волей. Версия соблазнительная, только в ней кое-что не сходилось.
Для начала, Воля дает еще преимущества, помимо перечисленных, и вряд ли бы Вейр ими не пользовались. А во-вторых… Какая, к черту, Воля⁈ Не приходил же сюда сам Святой Деймос и не обучал этих элариев своему детищу⁈
Словом, пока ничего непонятно. Я пролистал оставшиеся книги до конца, но ничего нового не выловил. Открытые источники на этом иссякли. Ну и ладно. Хоть что-то, и на том спасибо. Теперь буду знать, почему каждый встречный принимает меня за Вейр.
Осталось выяснить, кем были настоящие Вейр и кто до сих пор с ними может враждовать, пока ответ не настиг меня в самый неподходящий момент.
Книги я вернул служителю и вышел из архива с большим числом вопросов, чем пришёл. И всё-таки я был доволен: о существовании подобный силы стоило узнать как можно раньше. Заодно по-новому заиграло предложение Орвейна о поддержке. Враги, сумевшие стереть сильный дом, за несколько веков вряд ли измельчали, и доброжелатель с влиятельным именем в такой партии лишним точно не будет.
Наутро, пока город только просыпался, я уже собирался вниз. На подготовку много времени не ушло: снаряжение со вчерашнего дня лежало в кольце, сверху я добавил еще флаконы экстрактов и копии карты с журналом, присланные Хальдером.
Напомнил людям про ответственное дело с чизом. Конечно, я планировал успеть вернуться за две недели, но вдруг что. Особо я не переживал – если вдруг что, Нейрас поможет разобраться.
До заставы у рудного торга я добрался за двадцать минут. У прохода к шахте стоял контрольно пропускной пункт, где сидел охранник, перед которым лежал толстый журнал. Впереди меня записывалась команда из шести элариев – старшего из них знали, так что вся процедура заняла у них полминуты.
– Имя, команда, – скучным голосом начал охранник, пододвигая журнал, потом поднял глаза и разом оживился. – О! Это же вы. Победитель Собрания?
– Я.
– Надо же, – в графу имя он вывел «Фальк» с таким старанием, будто подписывал договор.
Команда, ещё не отошедшая от конторки, притихла – про меня, похоже, что-то слышали уже и под землёй.
– Команда?
– Без команды.
Брови у него слегка поползли вверх, но ручка не остановилась.
– Решили осмотреться? – кивнул он. – Понимаю. С проводником оно получше будет, но вам виднее. На какой срок планируете спуститься и на какой ярус? Чтобы если вдруг что, отправились вас искать.
– Не знаю, – честно ответил я. – Всё-таки первый раз. Наверное, на недельку. Поглубже.
Ручка замерла. Охранник смотрел на меня круглыми глазами и старательно пытался уместить в голове одиночку-новичка, который уходит вниз на неделю. Судя по лицу, что-то там не умещалось.
– А-а, – наконец разгладился он. – Шутите.
Объяснять я ничего не стал. Улыбнулся, кивнул и положил на столик пару осколков в плату за вход, после чего прошёл дальше. За спиной заскрипела ручка – уж не знаю, чего он записывал, но судя по старательности, неделя мне была обеспечена.
Коридор за заставой тянулся недолго. Через полсотни шагов стены разошлись, а навстречу выкатился гул. Впереди появилась буря.
Марево стояло сплошняком. Сквозь светящуюся муть с фиолетовыми росчерками было видно лишь на вытянутую руку. От мерного шума что-то отдавалось дрожью под ребрами.
Под ногами лежал каменный пол первого яруса, гладкий и ровный, словно проспект. Вот только у этого проспекта не было ни стен, ни обочин. Спуск уходил вниз и расходился во все стороны, теряясь в мареве, и никакая нить воли края тут не покажет. Топать мне предстояло прилично.
Сверху кратер выглядел колодцем метров в триста поперёк, однако настоящие размеры значительно отличались. Под землёй шахта была больше в десятки, если не в сотни раз, и где-то там впереди, этот пологий участок по всей своей ширине обрывался вниз, на следующий ярус, а тот – на следующий, и так до самого дна. Если оно вообще было.
Прямо по камню, на колышках со стойками, на высоте голени тянулись верёвки и цепи. Магистраль первого яруса шла цепью в рыжей оплётке, толщиной в два пальца, от неё время от времени ответвлялись тонкие белые шнуры, убегавшие в марево, к рабочим забоям.
Помимо главного ориентира под ногами тянулось еще несколько десятков других веревочных дорожек самых разных форм и цветов. Местный аналог компаса.
Другого способа не заблудиться здесь не имелось.
Я не спешил. Первым делом вытащил из сознания нить воли, и она легла вокруг тела привычным покровом, чтобы осколки не отвлекали от спуска.
Да, я потратился на защиту, вот только чего даром оборудование переводить. Пока не трудно защититься самому, буду это делать.
Вторая нить ушла вперёд, виляя из стороны в сторону, и я подробно ощущал всё в пятнадцати метрах вокруг. Невидимая змейка без проблем находила трещины и пустоты, замечала вбитые в камень колышки и тепло живых тел за пеленой.
Чуть впереди обнаружилась и первая группка элариев. Шахтёры шли практически на ощупь, не отрывая взглядов от веревок под ногами.
Ну прям как слепые котята. Что касается ориентирования на местности, то один гигантский козырь у меня уже имеется.
Двинулся вперед. Осколки размеренно барабанили по покрову – вспыхивали о невидимую плёнку и гасли, не в силах дотянуться до кожи.
Когда-то каждый такой удар отдавался по сопряжению и ощутимо растил озеро силы. Теперь прибавка была бы копеечной, а сквозь защиту не доходила и она.
Народу на первом ярусе хватало. Команды тянулись цепочками, некоторые даже крепились карабинами к магистрали, а по сторонам от неё, из скрытых маревом выработок, доносился перестук кайл. Встречные выныривали из марева почти вплотную, в паре шагов. Моя нить видела их задолго до этого, и я каждый раз заранее отступал с магистрали в сторону, уступая дорогу.
Пару раз нить обнаруживала знакомые уплотнения над полом – руда Бури попадалась даже здесь, у самого входа.
Но задерживаться я не стал. Эти малыши максимум, на что годились – первый этаж павильона. Пара десятков кристаллов, в то время как стоимость моих находок должна начинаться от пары тысяч.
Дорога оказалась однообразной и довольно скучной – встречные группки элариев были единственным развлечением. Хотя ничего другого я от начального участка пути и не ожидал.
Несмотря на то, что по сравнению с остальными я двигался с крейсерской скоростью – воля позволяла идти обычным шагом, а не ползти как улитка, дорога до спуска на следующий ярус заняла полтора часа.
Обрыв на второй ярус я почувствовал раньше, чем увидел – нить воли впереди провалилась в пустоту.
Магистраль вывела на расчищенную от колышков площадку у самой кромки. В камень были вбиты ряды массивных крючьев, и от каждого за обрыв, в марево, уходил стальной трос. Десятки тросов, седых от инея. Шахтёры пристёгивались карабинами и уходили вниз своим ходом: прямо при мне двое из встречной команды перемахнули кромку и канули в муть, только карабины прошуршали по стали.
Ради интереса я спустился как все. Достал из кольца обвязку с карабином, пристегнулся и пошёл вниз по тросу. Удовольствие вышло сомнительным. Обледеневший трос скользил в ладонях, карабин шёл рывками и норовил заклинить, обе руки были заняты, а ветер Бури то и дело уводил меня в сторону и пытался закрутить. Где-то на середине мне надоело. Нить воли обвила трос, я разжал руки и дальше просто заскользил вниз, позволив силе придерживать меня и гасить скорость. Быстрее, тише и без акробатики.
Решено – дальше спускаюсь Волей, а снаряга пусть отлёживается в кольце.
Стоило подошвам сапог почувствовать твердую поверхность под ногами, как я сразу почувствовал, что вокруг заметно похолодало. Почти сразу увидел необычную картину – встречный шахтёр, пристёгивавшийся к соседнему тросу для подъёма, прятал от холода лицо в воротник.
Что ж, теперь я неправильный и по меркам элариев – мне мороз лёг на плечи приятной свежестью.
Второй ярус заметно отличался от первого. Марево стало гуще, людей встречалось гораздо меньше. Магистраль здесь шла в синей оплётке, и шагали вдоль неё уже редкие группы. Руды тоже стали другими: нить то и дело находила в породе камни с запасом силы посерьёзнее, за такие на торге дали бы прилично. Но я пропускал и их.
Один, заполненный водой под завязку, нить обнаружила прямо у магистрали: бери и неси. Я постоял над ним пару секунд и всё же оставил лежать.
Смешно – ещё недавно я нырнул бы за таким в любую Бурю. А теперь ленюсь за ним наклониться, считая мелочевкой.
Но задерживаться и правда не хотелось. План на сегодня был простой – к вечеру добраться до третьего яруса. На карте Хальдера там был отмечен лагерь, самый большой перевалочный пункт из имеющихся в шахте.
От него же в журнале начинались все нижние маршруты: опытные команды использовали это место для отдыха перед глубокими спусками. Здесь же можно было получить помощь, если прижмёт.
Второй ярус также не принес никаких сюрпризов, разве что Буря стала еще плотнее, и воля уже справлялась с ней не сказать, что играючи. Но пока что всё было более чем терпимо.
Спуск со второго яруса на третий встретил меня тем же набором: крючья у кромки и десятки уходящих в марево тросов. Возиться с обвязкой я больше не стал. Нить воли обвила ближайший трос, и вниз я съехал, как по перилам, быстрее любого шахтёра.
С каждым десятком метров холод усиливался, а внизу взялся за дело всерьёз. Мороз здесь давил: под ногами потрескивал камень, а у редких встречных пар дыхания оседал белым на бровях.
Мне же… Нет, уже не сказать, что было тепло. Но и до того состояния, чтобы я начинал мерзнуть, оставалось ой как далеко.
Магистраль третьего яруса шла в зелёной оплётке, и далеко по ней идти не пришлось. Шагов через триста марево впереди посветлело, поредело и вдруг кончилось. Стеной.
Светящаяся муть резко исчезала, как вода у невидимого стекла, а за ней открылась чаша чистого воздуха, залитая огнями света.
Лагерь. Тот самый, с карты Хальдера – целая деревня.
Первым навстречу ударил жар. Воздух за кромкой марева был тёплым по-настоящему, градусов под тридцать. Буря крепнет от холода, а тепла не терпит, и здешние хозяева вытесняли её самым грубым способом. Поверх лагеря висел купол против осколков, но главную работу делали нагревающие артефакты: их бляшки светились на столбах и стенах, десятками и сотнями, превращая этот кусок яруса в настоящую баню.
Деревню построили основательно: одноэтажные каменные домики стояли рядом с навесами над штабелями ящиков и приземистыми каменными складами. Между ними ходили эларии, и при виде этой картины я с трудом сдержал улыбку.
Всё население лагеря щеголяло в исподнем и лёгких рубахах. Местные блестели мокрыми спинами и обмахивались чем попало, вполголоса ругая жару вместе с хозяевами лагеря, а заодно Бурю и собственную жизнь. Для элария тридцать градусов тепла – пытка, разве что не смертельная.
И всем приходилось ее терпеть. Между пыткой и маревом с осколками выбор получался очевидный.
Я шёл по этой парилке, как по курорту, только лицо держал кислым и на ходу поругивал жару в тон остальным – сиять довольной физиономией среди мучеников было бы неосмотрительно. Потело моё эларийское тело исправно, как любое другое, но само тепло ложилось на кожу приятно, по-домашнему.
Я огляделся напоследок и двинулся вглубь лагеря. Ну-с, глянем, чем встретит меня деревня посреди Бури.
* * *
Таргис.
Резиденция дома Клос, зал приёмов.
За высокими окнами зала темнели строительные леса. Воротные башни ещё стояли в подпорках, свежую кладку не успели зачистить. Всякий раз, когда взгляд Вельта цеплялся за эти леса, внутри поднималась глухая злоба.
Виновник этого позора совсем скоро сведет счеты с жизнью.
– Говори, – Эрлис опустился в кресло во главе стола.
Вельт коротко поклонился. Слева от него сидел Ольгас, напротив, выпрямив спину, устроился гость: Дэйрен из дома Тайри, в белом, с костяной биркой дома на поясе. Ещё недавно увидеть Тайри в этом зале было бы невозможно. Теперь у двух домов имелись общие пепелища и общее имя, от которого сводило зубы.
– Час назад донесли с заставы у шахты, – начал Вельт. – Фальк ушёл вниз. Один, без команды, записался в журнале входа на неделю. Наши люди видели запись своими глазами.
Ольгас нахмурился:
– В шахту? Сейчас?
– Сегодня утром, – подтвердил Вельт и, раз уж начал, договорил до конца: – Его больше нет в городе, а значит, все наши планы улетели барсу под хвост.
Неожиданные новости омрачали настроение Вельта, вот только вместо раздражения Эрлис улыбнулся, эларий даже не сразу вспомнил, когда видел у дяди такую улыбку в последний раз.
– А чему ты огорчаешься? – глава дома Клос откинулся в кресле. – Это лучшая новость за всё это время. Мальчишка сам вырыл себе могилу. Подумай: он ушёл туда, где не видно ничего дальше вытянутой руки и где никто не ориентируется, кроме горстки шахтёров. Ни дознавателей, ни случайных глаз.
Здесь, в городе, любой наш шаг обрастал бы сотней свидетелей.
– Вдобавок наверху он знаменитость, – подал голос Ольгас. – Победитель Собрания. Случись с ним что в городе, вопросы задавал бы каждый второй, начиная с Орвейна. А в шахте он никто – строчка в журнале входа, которую видит лишь охранник.
В зале стало тихо. Вельт обдумал сказанное и признал – дядя прав. Лучшего места, чтобы разобраться с Фальком, нельзя было придумать нарочно.
– План хорош, – ровно произнёс Дэйрен. – С одной поправкой. На этот раз идут лучшие из лучших. Не парочка рядовых исполнителей, как раньше.
Напоминание было вежливым и оттого особенно неприятным. Оба дома уже посылали к Фальку по одному своему эларию, и оба получили посланцев обратно в формате, о котором в этом зале старались не говорить вслух.
– Согласен, – Эрлис кивнул без спора. – Отберём сильнейших, сколько потребуется. Проблема одна – у меня нет подчиненных, кто мог бы ориентироваться в Буре.
– Наймем проводника, – тут же предложил Ольгас. – Хороший встанет в копеечку, но зато надежно.




























