Текст книги "Четыре имперца и исаламири (СИ)"

Автор книги: Isoetes

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

Настойчивые выкрики: «Палыч, водка стынет! Харэ уже разглагольсвовать!»

Следующий год признан годом огненной вампы, поэтому желаю Вам быть яркими и стильными, как директор Кренник; верными и предаными идеалам Империи, как агент 0,75… Тьфу ты! как агент Каллас; всегда думать на трезвую голову, как гранд-адмирал Траун; быть в меру ответственными, как Восс Парк; мазать и косить, как Косой, лишь когда это необходимо; быть эпично крутыми, как мой нерадивый ученик Эни, по кличке Вейдер; ну и добиться поставленных целей, подобно мне, Владыке ситу!

Звук откупорившихся бутылок шампанского: «Паааалыыыч!»

Имперцы, не забудьте вместо шариков повесить на ёлки миниатюрные модельки Звезды Смерти! Всем чмоки-чмоки и плюшевых эвоков! Заведите себе исаламири! Они прикольные, хоть и визжат, как поросята…

Подписывайтесь! Ставьте лайки! Переходите на тёмную сторону! У нас тут весело!

С Вами был Пал Палыч! Пойду выпью что ли?..

Запись закончена и загружена в ГалаТьюб. Канал «Абсолютный Палыч». Новогодний влог. ***-цать миллиардов подписчиков…

Комментарий к Новогоднее обращение Пал Палыча Автор поздравляет всех с наступающим Новым годом!

Палыч перед камерой: http://g.io.ua/img_aa/large/2675/35/26753515.jpg

Открыточка: https://pp.vk.me/c630319/v630319347/5dc0/__xolAn0kAk.jpg

Косой всех поздравляет: http://img06.deviantart.net/8b13/i/2012/351/5/b/lego_star_wars_stormtrooper___happy_new_year__by_neochan_pl-d5oap0o.jpg

====== В Империи – пить! Часть 1. ======

Мустафар, Внешнее кольцо. 31 декабря

Время 9.00. Утреннее совещание

В черном-черном космосе на черной-черной планете, в черной-черной комнате черного-черного замка на черном-черном троне сидел черный-черный Вейдер и прописывал всем черных-черных люлей.

– Товарищи офицеры, штурмовики, губернаторы и ты, Пиетт! От Пал Палыча поступило распоряжение отметить Новый год весело и без жертв! Ведущим назначается…

Косой, Каллас, Парк и Фел стояли в сторонке и соображали на четверых. Они уже несколько дней не могли найти ни шефа, ни Кренника, которые намертво схоронились в неизвестном направлении, расстроенные потерей двух святынь – Плаща и Чуни. Имперцы искренне надеялись, что эти двое не наделают глупостей. За Трауна, имперского интеллигента, они были практически уверены, но вот Кренник, дебошир и грязный дуэлянт, вызывал сильные сомнения. Еще удивительным образом куда-то исчез Таркин, поэтому Звездой Смерти рулить было некому.

– С кем поведешься… – начал Косой, воображая, чтобы там могли вместе пить шеф и директор.

– От таго и забэрэменеешь! – гордо выдал Фел, демонстрируя поистине кореллианскую осведомленность.

– Отставить «забеременеешь»! – прогрохотал Вейдер. – Для вашего квартета я подготовил спецзадание! Славик, стоооой! – выкрикнул сит, выставив руку вперед и притягивая Силой пытающегося под шумок смыться капитана Славина. – Будешь работать с ними!

– Упс! – пискнул Славик, сообразив, во-первых, что удрать с новогодней попойки не получится, а во-вторых, что его опять затроллят ребята-траунисты.

– Косой, будешь шеф-поваром! Только руками ничего не трогай! Руководи только. Барон Фел, главное блюдо с тебя! Агент 0,75, достанешь выпивки на весь коллектив! Славик, поможешь ему! Не забудь взять авоську и паспорт, а то не продадут алкоголь еще. Парк, бери взвод директорских штурмовиков смерти и дуй за ёлкой!

– Товарищ главком, где мне ее искать? На Мустафаре ведь ёлки не растут, – робко спросил капитан Парк, поняв, что сейчас вляпается по уши.

– А ты включи мозг! Прояви инициативу! Сколько уже с Трауном работаешь? – пыхтел Вейдер, удивляясь, как это его приказы могут обсуждать. – Значит справишься! Вперед и с песней! И без ёлки не возвращайся!

Парни слегка стушевались, но услышав, как любимый главком начал добровольно-принудительный кастинг на роль Деда Мороза, поняли, что еще легко отделались. С детства роль Снегурочки, а с возрастом и Снежной Королевы, уже много лет подряд брала Исанн Айсард, запатентовав ее исключительно для себя. Назначенный Дед Мороз обычно не выживал.

– И смотрите, чтобы всё было тип-топ! Иначе удушууууу! – Вейдер поиграл пальчиками в кожаных перчатках – А теперь гранд-инквизитор Павел проведет вам экскурсию по моей скромной обители! Я пойду пока аудиокнижку почитаю в бакта-камере…

Вперед вышел высокий пауʼан с красной новогодней шапочкой на голове и зажжённым бенгальским огнем. Скучнейшим баритоном неторопливо он начал свой рассказ:

– Черный замок, в котором мы сейчас находимся, возник здесь еще пять тысяч лет назад. Стиль – поздний ампер с элементами готики. Раньше он принадлежал одному древнему темному владыке по имени Саурон, чье всевидящее око было разбито двумя аборигенами. Никак не запомню, как называется эта раса! То ли хоботы, то ли хомуты, то ли хомусы… Не суть! Фингал у Саурона от этих хоботов был знатный! Вон там на жерле одного из вулканов наш любимый товарищ главком велел построить настоящую русскую баню по-черному. В этом бассейне с лавой, температура, которой достигает две тысячи градусов по Цельсию, мы, инквизиторы, остужаем свой пыл. А в этом месте состоялась эпичнейшая дуэль на световых клинках между Энакином Скайуокером и Оби Ваном Кеноби. Как утверждает достоверный исторический источник, владыка сит и мастер джедай не поделили апельсин…

Время 12.00. Кухня

Косой и Фел. На кухне стоял пар столбом. Штурмовик Косой и супер-мега-крутой пилот Фел с усердием фигачили новогодний стол, догоняясь чефиром. Когда две женщины командуют на кухне, это почти в любом случае приводит к ядерному взрыву, достойному выстрела малой мощности Звезды Смерти. Но когда за дело берутся такие опытные повара, как твиʼлек и кореллианин, то обычным ядерным взрывом тут не отделаешься. Приняв по пять капель анисовой, два кухонных шефа сразу нашли общий язык.

Косой позвонил своим на Рилот и попросил подогнать с рынка самых лучших продуктов, а Фел напряг земляков с Татуина, чтобы ему подкинули живую банту на главное блюдо.

Через несколько часов Косой восседал на печи, вместо шлема надев на розовую голову белый шефский колпак и раздавал команды остальным штурмовикам. Блюда готовились самые разнообразные: мон каламари под шубой, кашиикский салат из плодов конопли, оливье по-рилотски с большим количеством самого острого перца, кошерный холодец из нежнейшего мяса таунтаунов и прочая, и прочая.

Барон Фел, как истинный кореллианин, уселся на плечи Косому, покуривая трубку с первосортным табаком, руководил пилотами СИД-ов, разделывающими банту.

– Из щкуры сдэлаем дублёнка! Ножки и рёбрышки у духоуку! Голова на стэнка! Внутрэнности заспэртуйтэ!

Взяв у Фела трубку, Косой затянулся и задумался:

– А у нас символ года какой?

– Огнэнный вампа! – ответил ему барон.

– Нужно бы достать.

– Нэ проблэма! У мэня на Хоте зэмляк гостит на базе у Альянса. Хэн Соло! Усё устроым у лучшем уиде!

Неожиданно Косому пришла в голову еще одна совершенно сумасшедшая мысль. Взяв в руки телефон, штурмовик сделал два звонка: один на Эндор шаману эвоков, а второй на Вейланд, Джоруусу Кʼбаоту.

Раздался жуткий грохот падающих кастрюль и сковородок. Штурмовики и пилоты, выставив перед собой ножи и скалки, стали опасливо пятиться. В кухню, громыхая башмаками, вошла весьма габаритная дама почтенного возраста. Съев кусочек мон каламари и попробовав сырого таунтауна, она просканировала взглядом все помещение.

– Мадэм тёшща! – крикнул Фел, закидывая дымящуюся трубку в ближайший котел с кипяченой водой.

– Для вас я – мадмуазель! – рявкнула дама, отнимая у одного из пилотов пучок базилика. – Что здесь происходит? Где мой ленивый зять Уилхафф?

– Эээ… гранд-моффа Таркина здесь отродясь не было… – промямлит Косой, показывая штурмовикам, что нужно немедленно сныкать пиво, которое они попивали в процессе готовки.

– О, говорящий розовый зверек! – удивилась тёща, педантично рассматривая твиʼлека. – Пахнет перегаром! Он точно где-то здесь!

Пока дама ползала по горшкам, ища Таркина и попутно пробуя новогодние полуфабрикаты, на Фела и Косого свалился камнепад критики об их никчемных способностях в области готовки, несвежих продуктах, тупых ножей и косоруких поварят-штурмовиков.

– Какой васхэтителный жэнщин! – искренне произнес Фел, с восторгом глядя, как дама лупит поварешкой пилота, разделывающего банту.

– Неудивительно, что Таркин сделал ноги… – тихо рычал Косой, от души желая, чтобы тёща поскорее свалила с кухни и позволила им наконец выпить еще пивка.

– Госпожа тёща! – раздался вдруг холодный властный голос.

На кухне мигом всё стихло. В дверном проеме показалась идеальная фигура Исанн Айсард, облаченная в красный мундир.

– Женщина на кухне – к беде! – глубокомысленно прошептал Косой. – А две – вообще экологическая катастрофа…

– Здесь его нет! – негодующе выкрикнула тёща, заглядывая в духовку.

– Пойдемте дорогая! Мне нужен ваш совет, каким образом казнить Деда Мороза в этом году! – спокойно произнесла Айсард, сверкая идеальнейшим макияжем.

Глаза тёщи хищно заблестели. Она потерла руки и предвкушающе улыбнулась. Но, решив поиграть на публику, все же насупилась:

– А как же Уилхафф?

– Не уйдет! От ИББ еще никто не уходил! – равнодушно отчеканила Снежная Королева, приобняв тучную даму и выводя в коридор. – Мы же Имперское Бюро Безопасности! Мы серьезная организация!

Айсард вдруг остановилась, презрительно окинув несколько больших пакетов с майонезом. Сгребая их в охапку и выкидывая в урну, она холодно произнесла:

– Чтоб я этой дряни в салатах не видела!

Обрадовавшись, что дамы наконец удалились, Косой и Фел выдохнули и достали спрятанное пиво. Новогодний стол все же будет оформлен по всем бешеным канонам кореллиан и твиʼлеков.

Время 14.00. Местоположение неясно

Славик и Каллас. Криво припаркованный эль-жигулёнок с прицепом гордо стоял на посадочной площадке. Каллас приближался к нему равномерным шагом истинного ИББшника и диктовал Славику, составляющему список, что из алкоголя нужно раздобыть.

– Коньяк пять звезд! Водку «Я – император» подгонит Палыч, но мы все-таки заскочим на одну точку и возьмем палёнки. Томатный сок для «Кровавой Мэри». Вино рилотское. Портвейн «Три топора». Сидр яблочный. Спотыкач…

– А зачем так много? – с искренним удивлением спросил Славик, которому уже стало нехорошо от такого количества нетрезвой информации.

Каллас сурово по-ИББшному посмотрел на него, сдвинув брови:

– Все равно второй раз бежать придется. А то и третий…

– Закуска? – наивно произнес капитан.

– Этим займутся Косой и Фел, – строго отчеканил агент, но затем, немного смягчившись, произнес. – Ну, ладно! Ради тебя возьмем шпроты и бычки в томате.

Они взлетели и совершили гиперпрыжок в местный алкогольный магазин.

– Возьми ящик мерзавчиков, два ящика литрух и пакет печенек! – отдал приказ Каллас, но увидев, что Славик ни фига не понял, о чем речь, быстро стал ему помогать, хватая по пути несколько бутылок советского шампусика.

– И как ты только на Рилоте выжил? – негодовал агент.

– Дураком был, вот и выжил! – гордо ответил Славик.

На обратном пути они заскочили на Звезду Смерти.

– Смотри, Славик, сейчас ты узнаешь, почему меня называют агентом 0,75! – хитро прошептал Каллас, взламывая сложнейший замок в личные апартаменты гранд-моффа Таркина.

Через 10 минут они опустошили тайный бар, о котором не знала даже тёща Таркина. Там было несколько бутылок дорогого белого вина, разнообразные настойки, которые так любил лично гнать гранд-мофф. Каллас положил глаз на настойку из петрушки, которую заныкал за пазуху, а Славик спёр пузырёк пустырника и веточку кошачьей мяты.

После этого имперцы проникли в каюту директора Кренника и обнаружили под кроватью несколько массивных бутылей ликёра «Пина Колада по-директорски» идеально белого цвета. ИББшник поморщился, пробормотав себе под нос: «Конечно, что директору Креннику еще пить…» Но Славик убедил его взять добычу с собой.

Вернувшись на Мустафар, Славик и Каллас отправились в еще одно место.

– Эх, гулять, так гулять! – отчаянно крестясь и взламывая замок в обитель главкома шептал ИББшник.

Это было гигантское помещение с огромнейшим аппаратом для самогоноварения. В погребе неподалеку в несколько рядов стояли многолитровые бутыли с самым разнообразным самогоном. Изучив этикетки, Каллас остановился на перцовке. Отлив немного в кружку-гестаповку, всегда хранившуюся во внутреннем кармане кителя, агент протянул ее Славику. Капитан приложился к живительной влаге и… у него резко расширились зрачки, а в голове заиграли гунганские дудки. Громко икнув, он упал, как подкошенный, красиво растянувшись на полу.

– Пойдет! – выдал агент, увидев более чем удовлетворительный результат и подняв палец вверх.

Время 16.00. Тактический дисплей

Парк и штурмовики.

– Уж послал, так послал… – бурчал себе под нос Восс Парк, раскручивая глобус Мустафара и пытаясь найти там хотя бы намек на естественную растительность. Рядом с ним стояли директорские штурмовики в черной броне и яростно перешептывались по громкой связи. Снова и снова капитан пытался дозвониться до своего гениального шефа, который всегда знал, что делать. Снова и снова на том конце раздавался бездушный женский голос: «Аппарат абонента горюет по Чуне. Не отвлекайте его!»

– Может товарищу директору позвонить? – предложил один из штурмовиков.

Парк набрал номер, и в динамике раздался истерический визг автоответчика: «Отвалите от меня всееееее!!!»

– Ёлки-палки! – выругался несчастный Парк, понимая, что первым попадет под раздачу.

Он отчаянно жалел, что не имеет синего цвета кожи, красных глаз, белого мундира и проницательного разума чиссов. Чиссов! Хлопнув себя по лбу, Восс Парк заклацал пальцами по сенсорной панели. Через пару минут появилось голоизображение знакомого чисса.

– Приветствую вас, о великолепный человек! Друг моего брата!

– Трасс… Трааааасс! – взмолился Парк, падая на колени перед голограммой. – Спаси! Помоги!

– И кого же тактически унизил мой воинственный братишка на этот раз? – весело поиграв бровями спросил чисс.

– Он никого не завоевывал! Он вообще ни при чем!

– Неужели? – удивился Трасс, не понимая, как это Траун может быть не при делах, если на Ксиллу позвонили аж с самой Империи.

– Ёлки! У вас на Ксилле растут ёлки? – практически рыдая, спросил Парк.

– Естественно! – обрадовался Трасс, который был главным лесником на Ксилле. – Голубые, конические, колючие, с мягкой хвоей, стелющиеся, раскидистые…

– Можешь выслать? Любую!!!

Глаза чисса вдруг стали ядовито-оранжевыми:

– Капитан Империи! Вы понимаете, чего просите? Они же в Красной книге все! Вырубка строго запрещена!

Человек обреченно закрыл лицо руками:

– Ну, всё! Удушит меня главком! Пойду писать завещание… Ни одного чисса на поминки не позову!

Трасс сочувствующе посмотрел на Парка, а потом со всей чисской вежливостью и воспитанием произнес:

– Капитан Восс, быть может вас устроит голограмма?

– Это как? – сквозь слезы прошептал Парк.

– Ну, я вам просканирую самую красивую ёлку и вышлю ее трехмерную модель, на которую вы в фотошопе наклеите шарики. Потом проектор заведете и поставите голограмму в центр праздничного зала.

– Трасс! Ты гений!!! – подпрыгнул обрадовавшийся Парк.

– Нет, я не гений! – засмущался чисс, натягивая лыжи и заряжая фоторужье. – Бабушка всегда говорила, что у меня совершенно отсутствует воображение.

Полчаса спустя Парк со штурмовиками уже вовсю осваивали азы фотошопа, в то время как в помещение вломились Ареско и Гринт, неся огромную пальму.

– Ой, ошиблись дверью… – скрипучим голосом промолвил Ареско.

– Стой! Раз-два! – мигом отозвался Парк, увидев здоровенное дерево.

Святая парочка тут же замерла, ожидая, что сейчас их будут сильно ругать ни за что, а потом снова отправят в какой-нибудь тупой наряд.

– Куда вы это тащите? – строго спросил капитан, в голове у которого уже созревало несколько вариантов использования пиломатериала.

– Мы… ну… это… Мы не крали! – крикнул Гринт.

– Владыка Вейдер приказал в топку отнести, – съежившись, выдал Ареско.

– Никакой топки! Оставьте здесь! Есть у меня на счет этой пальмы одна идейка. И пригоните с орбиты главкомовский «Палач», – удовлетворенно потирая руки и доставая зеленую краску отдал приказ капитан Парк.

Ксилла, Доминация чиссов.

Время 18.00 (по ксилльскому 23.00). Бабушкин вигвам

Чуня и Плащ. Посреди снежных просторов замороженной Ксиллы из теплого вигвама раздавался обиженный визг исаламири. Нечастную Чуню бабушка Трауна посадила в клетку-переноску и кормила три раза в день самыми лучшими галлюциногенными лишайниками. Зверюга, привыкшая к свободе и вседозволенности, негодовала от бабушкиной жестокости.

Пробыв неделю в ксилльском дачном поселке, Чуня успела сожрать все зеленые помидоры, лишив чиссов запасов на зиму; перекусить провода в линии электропередач, погрузив все вигвамы во тьму, использовать бабушкин фамильный гобелен в качестве когтедралки, едва не задрать нечастного песца Гаврюшу – бабушкино домашнее животное, и сильно покусать Трасса.

Рядом на кресле лежал свернутый Плащ директора Кренника, триста раз постиранный и пятьсот раз поглаженный. Несчастная бабушка никак не могла понять, почему Плащ постоянно исчезал с положенного места, а потом его находили в очень непрезентабельных местах: в песцовой конуре, в курятнике, в проруби, на снегу, в пасти моржа, и даже в выгребной яме. Намучившись стирать и гладить любимую вещь своего кумира каждый раз, бабуля просто заперла её в вигваме вместе с Чуней.

Исаламири продолжала истошно визжать, выражая этим всю тоску по своему рабу и жажду нашкодничать.

– Уи-уииии!

– Чуня, ну хватит уже! – раздался откуда-то незнакомый голос.

Исаламири на миг замолчала, съежившись в самом дальнем углу переноски. Глазки-бусинки угрожающе сощурились, на мордочке появился злобный оскал, а ушки напряженно вслушивались в тишину.

– Хрю? – вопросительно отозвалась Чуня.

– Что «хрю»? – не понял голос.

– Хрю-хрю-хрю!

– Аааа! Не можешь понять кто я? – раздался шелест ткани.

– Хрю-гу! – утвердительно хрюкнула Чуня, высунув рыло из клетки.

– Это же я! Плащ! – весело отозвался голос.

Зверюга настолько обалдела, что не могла хрюкать дальше, опасливо принюхиваясь.

– Фыр!

– Сама такая!

– Хрю-хррр-уии-уф?

– Мой раб вообще ни о чем не догадывается, – радостно начал отвечать на вопрос Плащ. – Понимаешь, мой создатель несколько месяцев стажировался в Хогвартсе и срезал кусочек ткани от Распределяющей Шляпы, из которого создал меня.

– Уффф-фррр?

– Гален Эрсо! Вдохнул в неживой объект жизнь. Доктор Франкенштейн Галактики, ё-моё! Мою голосистость он назвал изъяном и подарил меня директору Креннику. Естественно, мой хозяин ничего не подозревает!

– Уууу-оф-апчхи!

– Будь здорова!

Обхватив зубами прутья, исаламири начала их грызть.

– Я тоже хочу домой… – погрустнел Плащ. – На твоей клетке кодовый замок. Набери когтями цифры 3-2-2-2-2-3.

Чуня недоверчиво покосилась на Плащ, а потом заскрежетала лапками по замку. С громким дзынем дверь открылась, и зверюга радостно вылетела наружу, тут же запрыгнув на стол, где начала жадно поедать мандарины в вазе.

– Чуня, ты раб собственного желудка! – негодующе произнес Плащ.

– Фррр-хрююю! – отозвалась исаламири, деловито причмокивая.

– Пора валить отседова! Эй! Ээээй! Осторожнее! Не помни меня! – в ужасе закричал Плащ, когда Чуня стащила его с кресла и стала ворошить. Забравшись под него исаламири дала дёру с вигвама.

Культурные чиссы были слегка обескуражены, когда увидели низко летящий по улице Плащ, оставляющий странные животные следы на снегу. Но никто не бросился ловить его или выяснять в чем дело, потому что чиссы были очень воспитаны. Бегать за вещами считалось признаком дурного тона.

– Налево! Нет! Направо! Быстрее! – командовал Плащ, пока Чуня изо всех сил перебирала лапами. – Стооооой!

Зверюга уперлась в снег всеми четырьмя конечностями и перекувырнулась несколько раз через голову, снеся по пути что-то большое. Плащ слетел с нее, феерично окутав это «большое» своими широкими полами. Отряхнувшись от снега, исаламири заметила, что Плащ поймал странного дедушку в красной шубе с белыми меховыми краями, длинной бородой из ваты и крупным пушистым помпоном на колпаке.

– Спасите! Помогите! – верещал дедушка, а Чуня вмиг дернула Плащ на себя, небрежно вцепившись в него зубами.

– Чуня! Твою-налево-через-всю-Галактику-прямо-в-центр-черной-дыры! – громко с чувством выругался Плащ.

У дедушки в колпаке и Чуни уши вмиг свернулись в трубочку от таких ругательств.

– Я, конечно, со многими неодушевлёнными предметами общался, но чтобы такое!.. – подал наконец голос дед, прочистив пальцем уши, потом, немного помолчав, спросил. – Потерялись что ли?

– Хрю!

– Да!

– Ну, садитесь! Подвезу! – добродушно бросил дед, глядя, как Чуня возится в полах Плаща, втаптывая его в снег. – Только придется сделать крюк через Империю!

====== В Империи – пить! Часть 2. ======

Звезда Смерти, орбита Мустафара, Внешнее кольцо. 31 декабря

Время 23.00. Главный реактор.

В огромное помещение реактора, крадучись, вошел гранд-мофф Таркин. Воровато оглядевшись, он достал фляжку с чем-то горячительным, и, отхлебнув, сразу повеселел. Сбежать от противной тёщи удавалось не каждый Новый год, поэтому лихой дедушка Уилхафф на радостях топнул ногой и запел давеча придуманную им самим частушку:

– Эх, пить будем

И гулять будем!

А тёща придет —

Ныкаться будем!

Тёща пришла —

Меня дома не нашла!

Не найдет и в реакторе

Пущай думает, что я в тракторе!

– Нифига себе! – раздался за спиной удивленный голос.

Таркин, полагавший, что он в этой части Звезды Смерти совсем один, среагировал, как истинный имперец: он со страху подпрыгнул вверх и повис на люстре, пытаясь достать бластер, чтобы немедленно расстрелять сволочь, посмевшую его так напугать. Прицелившись дрожащей рукой на звук голоса, он вдруг услышал шорох совсем с другой стороны:

– А гранд-мофф-то у нас акробат!

Бластер выскользнул из дрожащих пальцев и грохнулся вниз. Таркин сильнее сжимал люстру, отчаянно молясь, чтобы призраки Звезды Смерти не сдали его теще. Пытаясь вглядеться в полумрак, он увидел две фигуры: одну в странных белых одеждах, а вторую со светящимися красными глазищами.

– Я ж только глоток сделал… – прошептал Таркин, испугавшись, что за ним пришел санитар из психушки и его ручной вампиреныш. С криком «Демоны!» храбрый имперский чиновник со всей силы запустил фляжкой в странные силуэты. Тот, что с красными глазами, лихо поймал снаряд и отвинтил пробку, эстетично принюхиваясь:

– Ммм! Настойка клюквы в водке! А, вы, гранд-мофф, знаете толк в выпивке!

– Изыди! Кыш! – прошипел в ответ Таркин, выставив перед собой кругленькую эмблемку Империи, которой обычно боялась вся нечистая сила Галактики.

– Гранд-мофф, за такую наглость я вызову вас на дуэль! – насупилось существо в белом, стягивая с руки перчатку.

– Орсон, в вашем возрасте вызывать достопочтенных интеллигентов на дуэли уже неприлично, – пропел обладатель красных глаз.

– Кренник! Траун! – обрадованно воскликнул Таркин, и, посмотрев вниз, громко заверещал. – Снимите меня отсюда!!!

– Я ловлю! Я ловлюююю! – уверенно закричал Кренник, бегая под висящим Таркином и выставляя руки вперед.

БАХ!

– Любопытно, – произнес Траун, с интересом глядя, как директор пытается выбраться из-под тела упавшего гранд-моффа.

– Похудеть бы вам, товарищ Таркин! – ворчал Кренник, отпинывая упавшего.

– И вам не сдохнуть, господин директор! – не остался в долгу гранд-мофф, отвесив оппоненту хорошего пинка.

– Гранд-мофф, мы же уже хоронили вашу тещу. Откуда новая нарисовалась? – спросил Траун, вспоминая, как в прошлый раз порвали его самый дорогой баян.

– У меня теща одна, но в трех экземплярах… – тяжело вздохнул Таркин. – И размножается почкованием, поэтому по сути бессмертна. А вы что тут забыли?..

Кренник и Траун воровато переглянулись. Им не хотелось признаваться в жестком депресняке по пропавшим Чуне и Плащу.

– Эээ… Ну, мы тут… – замялся директор.

– Пельмени лепим с горя! – тут же закончил за него гранд-адмирал, показывая на тазик с тестом и кастрюлю на газовой горелке. – Ай-да с нами!

Через пять минут высшее имперское руководство уселось в треугольник и приступило к делу. У Трауна получались пельменные произведения искусства с ажурными краями в виде снежинок, Кренник ляпал круглые блямбы в форме, конечно же, Звезды Смерти, а Таркин тупо фигачил настоящие домашние вареники. И вот, когда варево уже почти было готово, а фляжка с клюковкой собралась пойти по кругу, раздался таинственный шорох.

Имперцев, как ветром сдуло. Они попрятались, как тараканы, в разных щелях, молясь каждый о своем.

– О, пельмешанциев кто-то наварил! – нарушил тишину незнакомый голос.

– Хрю-ням-ням-ням! – заверещало нечто, и раздалось смачное чавканье.

– Чуня, погоди! Их надо мазиком сначала заправить! – послышался третий голос.

– Чуня?.. – удивленно прошептал Траун, забравшийся под потолок и застывший в поперечном шпагате, упершись о стены. – Чууууняяяя! – радостно заверещал он, шлепнувшись прямо вниз на странного незнакомца.

– Хрю-хрю-хрюзяин! – завизжала исаламири, выплюнув пельмень и бросившись вылизывать любимого раба.

– Плаааащ! – на весь реактор заорал директор, да так, что ядерное топливо начало искрить и самовоспламеняться. Выбравшись из своего укрытия в мусорном баке, Кренник огромными шажищами побежал к Плащу, но, поскользнувшись на пельмешке, упал в него мордой вниз и забарахтался в широкой ткани.

– Плааащик мой! Плаащик!

– Чууууня!

– Хрюююю!

– Слезьте с меня! – гаркнул старичок, отпихивая сидящего на нем не по-чисски счастливого Трауна.

– Пардон, дедуля! – Траун поднял старичка и начал отряхивать.

– А ты хто? – спросил директор, схватившись за перчатку и отчаянно ища повод вызвать незнакомца на жестокий баттл.

– Дед Мороз! – обиженно выдал старичок, удивляясь, как это его могут не узнать в красной шубе и с длинной белой бородой.

– ИББ выяснит, какой вы на самом деле Дед Мороз! – грозно насупился Таркин, вылезая из шахты реактора. – Что вы делаете на секретном имперском объекте?

– Подарки привез! – невозмутимо ответил дедушка. – Слушайте, Таркин, у вас тут даже сани мои припарковать негде! Пришлось в шахту заруливать!

– Щас я тебя так припаркую! – разбушевался гранд-мофф, оскорбленный тем, что в Звезду Смерти так легко может попасть посторонний… Особенно Дед Мороз.

– Спокойно, Уиллхаф! – осадил его Траун. – Это реально Дед Мороз! С Ксиллы! У нас его называют Йоулупукки. Рождественский козёл на общегале (прим. автора: финский дед мороз).

– Так вот ты какой, Козёл! – выдал Кренник, гордо обматываясь в любимый Плащ.

– На себя посмотри! – раздался голос в голове у директора.

– Кто здесь? – Кренник стал испуганно озираться.

– Товарищ директор, вы еще не пили, а у вас уже галлюники! – усмехнулся Таркин. – Пардон, Дедушка Мороз, чем обязаны?

Достав планшет, Дед Мороз стал сверяться со списком новогодних e-mail писем:

– Тааак! Малыш Уилхафф, 60 годиков, в своем письме просил меня избавить его от тёщи…

Подпрыгнув от радости, Таркин утвердительно закивал.

– … прости, ребенок, но это выше моих сил! Поэтому возвращаю тебе новогодние планы на Звезду Смерти, оказавшиеся по случайности в этом замечательном Плаще.

Немного стушевавшись, Таркин забрал важную информацию.

– Смотрим дальше… Милашка Орсон, 46 годиков… Ммм… вы просили утюг! Каждый год просите. У вас их едят что ли?

Достав из мешка большую упаковку, Дед Мороз протянул ее прослезившемуся на радостях Креннику.

– Ура! Теперь я всё свободное время буду гладить мой Плащик! – обрадовался директор, тем не менее ответив на каверзный вопрос. – Не едят, дедушка. Просто гадкие повстанцы каждый год крадут утюги со Скарифа. Достали уже! Потом на них летают вместо Y-крылов.

– А я-то думал, что хуже чисской бабушки уже не будет… – снова раздался голос в голове у директора, заставив его вздрогнуть. Фыркнув, Кренник судорожно схватился за голову, не понимая, шизофрения ли это или шутки очередного инквизитора-фросюзера.

– Траун… А тебя у меня в списках нет… – вещал тем временем Дед Мороз.

– Мне не нужны подарки! Я не амбициозен! – гордо выдал чисс, в сотый раз чмокая Чуню в рыло. – Главное, что Чуня со мной!

– А что мы тут сидим тогда? – громко воскликнул Кренник. – Погнали к остальным на Мустафар? А?

– Там жарко… – отныкивался Траун, который чувствовал себя максимально комфортно лишь при абсолютном нуле.

– Там тёща! – со страхом прошептал Таркин, яростно не желая проводить новый год с чудовищем, породившим его замечательную жену.

– На счет тещи я уже всё сказал, а вот «жарко» можно исправить! – выдал Дед Мороз. – Садитесь в сани и не забудьте пельмени с мазиком! Шевелите морковками, имперчики! 15 минут до Нового года осталось!

Мустафар. Замок Дарта Вейдера

– Вот это да!!! Я в шоке! Не знал, что такие ёлки у нас в Галактике растут! – восхищался Вейдер, глядя на огромнейшее дерево, высотой в 19 километров, стоящее посередине крепости. – Молодец, Парк! Можешь, когда захочешь!

– И салатики все без майонеза! И мясо низкокалорийное! – вторила ему Исанн Айсард, облаченная в алую шубу снегурочки. – Вот Фел со зверьком-штурмовиком поработали! Даже расстреливать не хочется.

– А сколько выпивки! – облизывался главный инквизитор-алкоголик Пашка, рассматривая бутыли с огненной жидкостью. – Агент 0,75, не подскажешь, где раздобыл?

– Там уже закончилось! – важно ответил Каллас, держа за шкирку никакущего Славика с сизым носом.

– А этот? – удивилась губернатор Прайс, тыкая в капитана пальцем.

– А этот уже напробовался! – хитро подняв бровь, выдал агент, хорошенько тряхнув тело готового имперца.

Праздник решено было организовать в большом внутреннем дворе замка Вейдера, прямо под открытым небом. В центре стояла гигантская ёлка, которую приволок Парк, а сам двор был огорожен глубоким рвом с раскаленной лавой. Жара стояла поистине предновогодняя! Плюс сорок по Цельсию.

До нового года оставалось пять минут. Имперцы уселись за длинным столом, и раздались хлопки от вылетающих пробок шампанского. Бокалы были наполнены, но коллеги вдруг замолкли, став судорожно переглядываться. Кого-то в их дружном коллективе явно не хватало…

И тут посыпались вопросы:

– А где Палыч? – прогрохотал Вейдер, с предвкушением глядя на императорское кресло.

– Где мой Дед Мороз? – холодно выдала Айсард, доставая наручники.

– Где Кренник? – хором спросили черные штурмовики, отчаянно молясь, чтобы директор не появился.

– Где Траун? – испуганно выдали Каллас, Парк, Фел и Косой.

– Где Уилхафф? – злобно рявкнула теща, вцепившись от злости запеченную ногу банты.

– Коллеги! Нельзя ли потише! Я хочу спать! – подал голос пьяный Славик, растянувшись на лавочке.