Текст книги "Четыре имперца и исаламири (СИ)"

Автор книги: Isoetes

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

5. Чам Синдулла попадает на “Дом-2”, и строит винно-водочные отношения с Зебом.

Комментарий Косого: Я больше на Рилот не поеду!

Комментарий Калласа: С лиловым? Он был мне как брат!

Комментарий Фела: Лутше бэ дэмакратию строыл!

6. Появляется Рукх, он воюет сначала за имперцев, потом за повстанцев, потом опять за имперцев, потом снова за повстанцев…

Комментарий Трауна: Эвона как? Позвоню Таркину, попрошу взорвать Хоногр в качестве превентивного удара.

7. Сабин весь сезон малюет картины и продает их Трауну по завышенной цене.

Комментарий Трауна: А вот это интересно!

8. Каллас – почетный бомж Альянса. Впервые произносится его имя. Его зовут…

Комментарий Калласа: Так, стоп! Еще с первого сезона было ясно, что меня зовут Агент.

9. Губернатор Лотала/Сабин Врен… (пометка: Аринда Прайс отказалась сниматься, срочно нужна ОЖП).

Комментарий Фела: Хоть у кого-тэ в этом дурдомэ есть сталнайа воля!

Комментарий Калласа: И коленки…

Комментарий Косого: На этот пейринг я б посмотрел.

10. Множество рук сжимают Трауна в холодных объятьях…

– А-а-а-а! – закричал испуганный чисс, отшвыривая листок как можно дальше. – Это что за… издевательство?

– Шеф, по-моему, там была опечатка, – вставил Косой, чьи ледяные онемевшие лекку случайно упали Трауну на плечо.

– Сгинь, нечистая! – взревел Траун, отпрыгивая от тви‘лека на несколько метров. – Филони совсем нюх потерял! Он у меня не только за имя ответит!

– Можэт, это фанатские рукы? А? У вас жэ многэ фанатов! – предположил Фел.

– Так, ведите меня к этому вашему Филони! Я его так сожму в холодных объятьях!..

– Шеф, не драматизируйте, – отмахнулся Каллас. – По крайней мере вашего персонажа хоть бомжом не сделали. И играете его не вы, а Флим, которого не жалко.

Офис Дисней представлял собой не просто сарай, это был настоящий склад идиотских сценариев, сваленных в кучу декораций, трехмерных моделек, детских игрушек и ковбойских шляп мистера Филони.

– О-о-о! Да этот Филони, оказывается, владеет таким количеством шляп, что директору Креннику и не снилось, – пробормотал штурмовик, закинув надоевший шлем в угол и примерив великолепное сомбреро с широкими полями.

– На эти шляпы две трети бюджета сериала и ушло, – грустно вздохнул агент, одергивая фуфайку и приглаживая растрепанные волосы. – Вон видишь, даже на одежду и стилистов денег нет. И на нормальное помещение для съемок.

– Вах, «Фонд кино» какий-тэ! – саркастически заметил Фел.

Тем временем Траун увидел на груде мусора очень крутую ковбойскую шляпу, обшитую дорогой кожей бешенного сарлакка. Сообразив, что такое произведение искусства не должно валяться в неподобающем месте, он протянул руку и поднял ее. Глаза Трауна вмиг округлились, когда под шляпой он обнаружил испуганную синюю ряху со вставленными красными линзами.

– Вот ты где, ООСище! – рыкнул настоящий Траун, хватая самозванца за ухо.

– Ой вэй! Не бейте меня! – завизжал Флим, в то время как мучитель вытащил его из мусорного укрытия.

– Позор расы чиссов! Ты посмотри на себя! Полный неканон! – негодовал Траун.

– Я-я-я вообще не чисс… – лепетал самозванец.

Гранд-адмирал уже готов был гэпнуть горе-косплеера в нагримированную рожу со всей чисской любовью, но тут раздался суровый командный голос, до боли знакомый каждому персонажу Звездных Войн:

– А что это у нас тут за «Голубой огонёк»?

Траун тут же вытянуться и отсалютовал, а Флим забился к нему под ноги, как пристыженный ранкор. Фел и Косой, увидев сие божество, упали на колени.

– О, Великий Лукас!..

– Ой, да ладно, – Джордж скромно отмахнулся. – Ух, ты! Настоящий Траун! Добро пожаловать в эээ… диснеевский бардак. Барон Фел, мое почтение! Пьяным ИББшникам салют! А ты розовый, чьих будешь?

Косой не растерялся, а гордо выпятил грудь и, свернув лекку колечками, ответил:

– А я ОМП! Оригинальный персонаж…

– Пресвятой Лукас! Фанон на каждом углу! – воздал руки к небу Джордж и тут же поправился. – Ой, так Лукас – это же я. Клянусь джедайским кодексом!

– Ваше Каноничество, – вежливо обратился к отцу всея Звездных Войн Траун, протягивая сценарий. – Не соблаговолите объяснить, что это за холодные руки?

Лукас печально взглянул на персонажа и быстро пробежался глазами по тексту сценария.

– Ну, Филони! Ну, креативщик! А я и думаю, чего это мне Тимоти Зан каждый вечер звонит и жалуется, что уснуть не может. Чует отцовское сердце, что персонажа обидеть хотят! – Лукас схватился за голову. – Холодные руки, объятья… Это ж минимум NC-45! И кинк с БДСМом? Другие виды отношений… Фикбука начитался, сволочь! Найду – ТАК обниму, что Бор Галлит обзавидуется!

Траун хотел было напомнить Его Каноничеству о том, что не следовало продавать права на «Звездные войны» Диснею, но промолчал, так как был очень воспитанным.

– Кстати, – Лукас засунул руку во внутренний карман пиджака и извлек оттуда потрепанную, зачитанную до дыр книженцию. – Это тебе от Тимоти Зана. Извини, мы тут ее со всем актерским составом читали вслух. Очень уж захватывающая.

Алые глаза чисса недобро блестнули, когда он увидел на обложке отфотошопленный гибрид себя и Флима, но подарок от самого создателя, врученный руками отца-основателя, принял.

– Годнота? – осторожно поинтересовался он.

– Обижаешь!

Оставшиеся несколько часов имперцы, возглавляемые самим Джорджем Лукасом, искали Дейва Филони по всей студии. К ним также присоединились обозленные задержкой гонорара за два последних сезона повстанцы.

– Бип-бип. Сью-ить! – пропиликал Чоппер.

– Вот и я про то же! – буркнул Кейнан, откидывая в сторону маску и снимая блеклые линзочки. – Делить почетную роль Мэри Сью с дроидом у меня совершенно нет желания!

– В кино это называется камео, – подсказала Гера.

– Так это что же получается? Я камео сам себя? – удивился джедай. – У Филони совсем крыша поехала!

– Короче, имперцы и… повстанцы! – обратился к слушателям прилетевшая только что Аринда Прайс и узнавшая, что хотят сделать с ее лот-котами. – Предлагаю эвакуироваться отсюда и устроить орбитальную бомбардировку. Так мы точно Филони накроем!

– Точняк! – согласилась Сабин. – А я бомбочку ядерную сброшу. У меня в кармане лежит.

Неожиданно захрюкал ЧиссФон Трауна. Пришло голосовое сообщение от Автора.

– Господа персонажи! Я конечно понимаю, что всё это происходит в моей голове, но планета Земля-то тут при чем? Мне еще на ней жить! А где находится Филони, вы можете узнать через его Твиттер.

Мигом воспользовавшись чудом чисской технологии, и сделав попутно совместное имперско-повстанческое сэлфи, Траун открыл Твиттер, чтобы увидеть тонну фотографий со шляпами на Красной Площади.

– Оу, куда его унесло. Аж в Москву, – удивился Лукас. – Лишь бы не работать! Вот, куда бюджет сериала уходит!

– Ой, так как же мы его там выловим? Нас фанаты узнают и сметут! – испугался Эзра. – А кое-кого, – он покосился на Трауна. – Порвут на сувениры…

– Ох, дети мои! Всему вас учить надо! – вздохнул Лукас. – Прикинетесь косплеерами. Никто вас не узнает! Только на шаттле Кренника и на «Призраке» не летите. Достанем вам билеты в эконом-класс на самолет «Уральских авиалиний».

– А это безопасно? – спросил Косой, понимая, что местный аналог пассажирского дредноута поведет не Фел.

– Ну-у-у-у… – попытался было юлить Лукас. – Зато в аэропорту дьюти-фри есть!

====== В поисках Филони. Часть 2. ======

Среди имперцев, повстанцев и остатков съемочной группы сериала во главе с Лукасом разгорелся настоящий спор. Кого послать на поиски Филони? Как этого повстанца вообще изловить? И где шляпоносный вообще прячется? После бурных дебатов, в процессе которых было разбито несколько носов и испачкан гранд-адмиральский китель, решено было отправить четырех добровольцев: по два с каждой из сторон – от повстанцев и от имперцев. Естественно, все, в особенности Эзра с Калласом, неистово хотели начистить-таки рожу недорежиссеру. Но Лукас устроил настоящий кастинг: он решил выбрать кандидатов по четырем критериям. И вот, что получилось.

По критерию умение логически мыслить в условиях полного трэша победил Траун. «Кто бы мог подумать, » – пробурчал в усы раздосадованный адмирал Константин, который до сих пор не мог простить Филони съемку на вполне себе по-настоящему горящем Заградителе и сорванную свадьбу с тещей Таркина.

По критерию способность находить выход (и вход) из любой ситуации был отобран Косой. Обиженному агенту Калласу сказали, что с его побитой рожей он в принципе подошел бы, но внешность больно арий… эээ… имперская.

По критерию начищу хлебальник каждому выбрали Зеба. Да он просто раскидал всех несогласных, а сильно возмущавшегося Эзру подвесил на крюк за шиворот и защекотал.

Ну и по самому главному критерию незаметность взяли, на радость всем участникам экспедиции, ни кого иного, как самого Чоппера. А у АР5 открутили динамики, ибо достал всех своими рассказами о летающих розовых бабочках!

Потом Джордж Лукас принес большую коробку с поддельными неимперскими и нереспубликанскими паспортами, среди которых были документы на небезызвестные в галактических кругах имена, но слегка законспирированные под земные реалии: Аринда Дуньковна Прайс, Абрам Моисеевич Каллус, Орсий Калланович Кренниковский и… Флим Дейвович Филони.

– Они что бумажные? – удивился Косой.

– Каменный век! – фыркнул Траун, поигрывая персональной ID-картой. – Даже в тропическом санатории в ЧертЗнаетЛандии, куда меня бабушка сплавила в пионерлагерь на несколько лет, в качестве паспортов пластиковые карты выдают.

Вручив каждому билет на рейс Нью-Йорк – Санкт-Петербург на самолете «Уральских авиалиний», Лукас пожелал четверым добровольцам удачи и велел как следует вломить Филони за себя и за того парня.

И вот лукасовская зондеркоманда прибыла в аэропорт Джона Кеннеди. Траун тут же посетовал, что на Корусанте нет космопорта имени бывшего генсека Пал Палыча, но зато есть завод по производству водки «Я – Император».

– Ох, уж эти корусантцы! Совсем не уважают свое республиканское прошлое, – ворчал чисс. – У нас вот в Доминации есть ледовый дворец в честь адмирала Ар’алани. Правда она на коньках катается, как банта на льду.

У гранд-адмирала с собой был гигантский чемодан, в который он запихал все, что только может пригодиться: половину своей библиотеки, несколько новеньких белоснежных кителей, рамки с фотографиями Чуни, Трасса и чисской бабушки, а также большущий атлас мира со списком всех достопримечательностей. Надо же на этой Земле как-то ориентироваться и самообразовываться! Чемодан и сопротивляющегося Чоппера сдали в багаж.

– Дьюти фри! – обрадовался Косой, ориентируясь скорее по запаху, нежели на органы зрения.

– Но-но! – осадил его Траун. – Только дегустация!

– По чуть-чуть! По рюмашке! – невинно выдал Зеб.

Через полчаса доблестные имперцы и ласат, находясь навеселе, погрузились в самолет.

Поскольку вежливые американцы уже привыкли, что для розовых, голубых и животных в их стране права на самовыражение и свободу перемещения уже легализовали, то никто не обратил особого внимания на тви’лека, чисса и ласата, важно резместившихся на трех местах в середине салона. То есть на самом деле одно целиковое место и еще две половинки занял габаритный Зеб, а Трауну с Косым пришлось довольствоваться половинками кресел.

– Мисс, уберите, пожалуйста, свои косы с моих коленок, – вежливо обратилась к Косому молодая американка, сидевшая позади него.

– Я не мисс, я розовый тви’лек, – буркнул штурмовик. – Какие косы?

Американка задумалась на минутку, пытаясь припомнить классификацию гендерных меньшинств, и попыталась подобрать слова, чтобы не оскорбить чувства этого… этой… «тви’лека»:

– Ну, эти розовые щупальца, что у вас с головы свисают.

– Вообще-то это лекку! – обиделся Косой, но, повернувшись и увидев перед собой весьма миловидную девушку, тут же решил ее склеить. – Они о-о-очень чувствительные.

– Слышь, Казанова-Калриссиан, подвинься уже! – прогрохотал Зеб, припечатав мечтательно-романтическую рожу Косого к иллюминатору. – Прошу прощения, дамочка.

– Вот, Его Каноничество жмот! – пыхтел себе под нос Траун, пытаясь устроиться хоть как-то поудобнее в тесном кресле. – Пожалел свой личный дредноут.

– У него убогонький шаттл. На таком даже принцесса Лея лететь бы отказалась, – прокомментировал Зеб, закинув лапищи на спинку соседнего кресла, ибо вниз они не помещались даже сложенные вдвое.

– А это… хаттова… маршрутка… получается, – еле выдавил из себя прижатый Косой. – И сколько нам лететь?

В ответ на его слова раздалось приветственное слово пилота, в котором прозвучали не только время в полете, но и высота над уровнем моря, градусы за бортом и прочая важная информация.

– Вот рациональное замечание! – одобрительно кивнул Траун, пытаясь извлечь из-под кителя походный датапад. – Надо ввести конструктивное предложение на заседании гранд-адмиралов, чтобы во время сражения на тактическом дисплее онлайн транслировалась температура близлежащего вакуума. От этого ж напрямую зависит работа двигателей!

– Там жеж везде абсолютный нуль, – изумился Зеб.

– Вечно вам, повстанцам, абсолютные нули мерещатся! – буркнул Косой, тщетно стараясь высвободить лекку из-под массивного ласатского седалища.

– Ну, Кассиану Андору спьяну померещился в космосе нолик, а оказалось, что это Таркин с Кренником Императору шары для боулинга мастерят, – парировал Зеб. – Лететь целых одиннадцать часов! А кормить будут? Я б заморил червячка!

– Сколько лететь? – хором воскликнули Траун и Косой. Перспектива провести весь полет в прижатом и придавленном состоянии не радовала ни рилотского гопника, ни интеллигентного чисса.

– Эй, мальчик! – обратился Зеб к худощавому стюарду, поманив его когтистой лапищей. – Водочки нам принеси!

Русский парнишка, насмотревшийся за время многочисленных трансокеанских перелетов на самую разнообразную публику, мигом осадил пыл двухметрового ласата:

– Судя по внешнему виду, вы явно не домой летите! Напитки после взлета. Пристегните ремни!

Следующие полчаса весь самолет ждал, пока галактическое турье сообразит, как нужно обращаться с ремнями безопасности. Хуже всего пришлось Зебу, ибо втягивание живота не слишком помогло.

– Работал я по молодости пограничником на таможне, – затянул рассказ Траун, с ностальгией вспоминая родную Доминацию. – Прибыл к нам как-то транзитом шикарнейший лайнер «Сверхдальний перелет». Пафос директорского Плаща меркнет по сравнению с идеально белыми бортами шести скрепленных с центральным ядром дредноутов! Мне и Трассу представилась честь лично провести паспортный контроль. Так вот, у этого лайнера в каютах третьего класса было убранство не хуже, чем в моей скромной обители на «Мстюне». Говорил я Императору Пал Палычу, не экономьте на флоте! Но, не суть. Так вот! Мы этот «Сверхдальний перелет» проинспектировали, все проверили. Взятку не стали брать (хотя нам и предлагали, но чиссы – народ честный и справедливый!), а он возьми и попади в шаровое скопление, да и столкнись с астероидом, коих там, как подснежников после ксилльской оттепели. А все почему? Их главный джедай от чисского лоцмана отказался. Сказал: «Что я там в вашей Доминации не видел? Все равно транзитом летим! И джедаи у меня на борту. С помощью Силы проложат курс». После этой катастрофы я в Силу не верю, да простят меня форсъюзеры.

– А что корабль? – спросил кто-то из заслушавшихся пассажиров, в то время как самолет стремительно набирал высоту.

– «Сверхдальний перелет» потерпел крушение. Жаль, такой корабль был! Мы даже хотели с Республикой контракт заключить на серийное производство, да у них массовые беспорядки начались. Так все и заглохло, – горестно вздохнув, подвел итог Траун.

– А кто-нибудь выжил? – поинтересовался Зеб, смахивая слезы кончиком розового лекку Косого.

– Естественно! Там такая спасательная операция была, даже вагаари на помощь прибыли. И эти, ребята из республиканской хоккейной лиги. То ли НХЛ, то ли КХЛ («КНС» – подсказал Косой). Джедай Лорана пыталась вырулить на травку, но въехала в ситхский храм.

– Какая грустная история, – изумилась стюардесса, сморкаясь в носовой платочек.

– Сила Силой, а минимальное образование в области вождения транспортных средств получить надо было. А то в этой Республике джедаи понакупают права и носятся потом, как те неймодианцы, которых мы две недели от границ Доминации отгоняли. Байкерская сходка у них, видите ли, намечалась!..

Чисс неожиданно осекся, огляделся и увидел, что взгляды всех пассажиров салона устремлены на него. Более того, в человеческих глазах застыли слезы. Еще чуть-чуть, и на борту самолета произойдет потоп.

– Вот это история. «Титаник» какой-то, – шмыгнула носом американка, к которой до этого пытался клеиться Косой.

Трауна угораздило спросить, что такое «Титаник», и первую половину полета весь салон наперебой рассказывал чиссу о гибели легендарного лайнера. Зеб так расчувствовался, что съел не только свой обед, но и паек Косого, а также Трауна, который со всем гурманским презрением заявил, что такую гадость есть не будет. А потом началось испытание под названием ласатский аромат. Народ начал затыкать носы и жаловаться на запах.

– Слышь, Косой, – обратился к тви’леку ласат. – Открой окошко. Летим-то всего ничего – 10 000 м над океаном! Дредноут проветрим хоть. Не понимаю, чё они все носы зажимают?

– Э-э-эй! Не тронь! – закричала стюардесса, увидев, как Косой вцепился ногтями в иллюминатор. – Разгерметизация будет!

– Ну, тогда сидите в филиале дворца Джаббы Хатта! – злобно выдал Косой.

– Да какая тут разгерметизация? – искренне удивился Зеб. – На такой-то высоте! Пфф…

– Зеб, мне надо выйти! – простонал Косой.

– Зачем это? – насупился ласат, понимая, что выбираться из ловушки под названием узкий проход, будет очень долго.

– Очень-очень надо…

Увидев, что дело пахнет керосином, гранд-адмирал подозвал стюардессу и спросил:

– А свободные места есть? В бизнес-классе например?

– Всё занято, – сочувственно развела руками девушка. В Санкт-Петербурге проходит международный экономический форум. Вот и летят все подряд.

– А кресло второго пилота свободно. Хм… – как бы невзначай бросил Траун и театрально нахмурился.

– Откуда вы знаете?

– Элементарно, – ответил чисс, пряча улыбку. – Вон там валяется пилотская фуражка. А тело, судя по всему, находится в пищеблоке. Второй пилот пьян?

– Ш-ш-ш, – прошелестела стюардесса, явно не желая, чтобы пассажиры услышали о вопиющем нарушении безопасности полета. – У нас и капитан-то не очень трезв.

– Проводите меня на мостик, – адмиральским тоном произнес Траун, выпрямляясь во весь рост и демонстрируя салону белый гранд-адмиральский китель, покрытый лиловой ласатской шерстью (у Зеба линька).

– Куда? – не поняла девушка.

– В кабину пилота, – важно заявил чисс. – Я смогу пилотировать ваш дредноут.

Девушка попыталась перегородить чиссу дорогу.

– А права на вождение у вас есть?

– Права категории «I» – на имперский звездный разрушитель типа «Победа», – невозмутимо ответил Траун, отодвинув дамочку в сторону и направившись за штурвал. Комфортный полет себе и своим подопечным он обеспечил.

Следующую часть пути пассажиры преодолели в кислородных масках и берушах, потому что Зеб мало того, что пах, как стадо гаморреанцев, так еще и заснул, обняв обалдевшего тви’лека, словно детскую игрушку и по-богатырски захрапев, отчего самолет трясло похлеще, чем в зоне турбулентности.

Неожиданно отказал один из двигателей. Здоровенный Боинг завалился на бок. Траун взялся за штурвал, пытаясь выровнять машину, а также понять, где тут кнопка, выпускающая астродроидов.

– Кого? – не понял капитан корабля.

Чисс закатил глаза и вызвал по комлинку Чоппера, который уже успел вскрыть половину чемоданов в багажном отсеке и в данный момент времени примерял на себя очередной свитер, ибо предварительный прогноз погоды в Питере не радовал. Обрадовавшись, что появилось новое дело, дроид выкатился наружу и отправился чинить двигатель, что-то напевая себе под нос.

Пассажиры запаниковали. Зеб дрых, аки младенец. Даже ушами не повел. Косой сдавленно кряхтел в жарких ласатских объятьях. Удивляясь, как вообще эта развалюха поднялась в воздух, Траун взял рацию в руки и открыл атлас мира, сверившись предварительно с курсом. Людей следовало успокоить.

– Дамы и господа! – раздался в динамиках мягкий хорошо поставленный голос. – Наш дредноут идет на снижение. Пока мы разбираемся с техническими неполадками, вы можете наблюдать в иллюминаторы пролив Ла-Манш. В данный момент мы пересекаем Гринвичский меридиан, покидая западное полушарие…

– А экскурсовод может говорить потише? – раздраженно зевнул проснувшийся Зеб.

– Тебе неинтересно, не мешай! – буркнул Косой, прижав нос к стеклу и пытаясь через плотный слой кучевых облаков увидеть-таки этот самый «Ла-Манш».

Чоппер, произнося ругательства на языке двоичного кода, извлек из двигателя случайно залетевшую туда чайку. Птица клюнула его в фоторецептор и, громко курлыкнув, улетела, а Траун, ловко совершив маневр, заставил самолет набрать высоту.

– Ай-да, шеф! Ай-да, молодец! – воскликнул Косой.

– Они с Чоппером идеальная команда, – подтвердил Зеб. – Может, заберете его в Империю, а? Я эту железяку терпеть не могу.

Через некоторое время самолет, миновав Европу, уже летел над Финским заливом. Над Питером, как всегда, нависли дождевые облака, поливая город сильным ливнем. Крепко схватив штурвал, Траун отправил машину на посадку. Дождь, видимость на нуле, приборы барахлят – чисс уже привык к необычным условиям странной планеты и примитивным технологиям ее обитателей. Но тут нарисовалась еще одна проблема.

– Ой, – испуганно воскликнул капитан, взглянув на показания приборов. – У нас переднее шасси отвалилось…

– Чоппер! – невозмутимо скомандовал Траун, хотя в душе высказал резкое словцо в адрес старого дредноута.

Дроид, мигом сообразив, что от него требуется, быстро спустился на брюхо самолета и приварил себя головой на место оторвавшегося шасси.

Едва только самолет коснулся земли, от него с эпичным громким грохотом отвалились крылья.

– Ёперный насос! – крикнул тви’лек, тыча пальцами в стекло. – Крылья!

– Мда… С «Призраком», конечно, всякое бывало, но ТАКОЕ я вижу в первый раз, – прокомментировал Зеб.

Напевая себе под нос что-то типа Воздух выдержит только тех, только тех, кто верит в себя, в салоне появился Траун. Раздались бурные овации. Чисс слегка пофиолетовел, не привыкши к такому вниманию со стороны гражданских, и скомандовал Косому и Зебу на выход.

Поскольку для Джорджа Лукаса Россия представляла собой страну, находящуюся «где-то там за океаном», а в городах он вообще не разбирался, то и билеты путешественникам из Далекой Далекой Галактики взял только до Питера.

– Хорошо, хоть не до Ёбурга, – буркнул Косой, весьма наслышанный об этом провинциальном городке. – Или Владика.

– Или Пензы, – вторил ему Зеб. – Кстати, гранд-адмирал, вот вы, как начитанный чисс, как бы назвали жителей Пензы: пензюками или пензяками?

Траун подавил смешок и в свою очередь выдал провокационный комментарий:

– Для уроженца Диких Пространств ты слишком много знаешь о Земле.

– У нас тут космопорт тайный есть в Гималаях. Местные йоганы называют ласатов йети – снежными людьми. Только почему снежными, я так и не понял.

Выбравшись из самолета, имперцы помимо основного попали еще и на дополнительный паспортно-визовый контроль. И началась веселуха. Служащие аэропорта выкатили глаза от удивления, увидев синего мужика, розового… непонятно кого со странной прической и лилового громилу с шевелящимися ушами. За всей гоп-компанией покорно катился странного вида чемодан, издававший свистяще-булькающие звуки.

– Эй, руки! – взвизгнул Траун, отпрыгнув от пытавшегося его ощупать пограничника. Он прекрасно помнил сюжет четвертого сезона от Дейва Филони. – Мыли?

– Назовите цель вашего визита в Российскую Федерацию, эээ… Мит Траунович Нуруодо? – спросил пограничник, прочитав имя туриста в паспорте.

– Культурное просвещение, – тут же выдал чисс на идеальнейшем русском, гордо выпрямив спину и подняв подбородок.

– Зачетные линзы, – одобрительно кивнул погранец, внимательно рассматривая светящиеся глазища. – Велкам ту Раша! Вы в Москву едете? Будьте осторожнее. Это в Питере публика к таким, как вы, более-менее лояльна, а в столице могут фары разбить, и бампер помять, и ручник оторвать.

Не вполне поняв суть замечания, чисс на всякий случай надел темные очки, чтобы скрыть самую заметную часть своего тела.

– Простите, а почему у вас в паспорте в графе фамилия стоит прочерк? – поинтересовалась дама-пограничница у Косого.

– Фамилия? – изумился тви’лек; на Рилоте ни у кого отродясь фамилий не было, только прозвища, ну иногда имена, как у Геры с Чамом.

– Так это, щас впишем! – не растерялся Зеб, взяв со стойки черную ручку.

– У вас паспорт не так оформлен! – выдала недовольная пограничница, заглянув в документ ласата. – Должны быть ветеринарный паспорт и экспертиза на отсутствие вшей и блох!

– У моих у всех постоянная прописка, —гордо ответил Зеб, показательно отловив из шерсти несколько самых крупных насекомых.

Погранцы отреагировали сразу: скрутили Зеба и забрали его на дезинсекцию.

Косому, Трауну и Чопперу пришлось ждать ласата на скамеечке в зале. От скуки тви’лек собрался было закурить кореллианской махорочки, но чисс пихнул его в бок, показав на надпись на стене: «На территории аэропорта курение запрещено!»

– Империя, блин! – в сердцах выдал Косой.

– Хуже! Доминация! – шепнул чисс, на что Косой обалдело вытаращил глаза. Никогда еще гранд-адмирал Траун не высказывал даже намека на негативное отношение к Родине. – Сидим тут, как два каминоанца с чемоданом на необитаемом острове.

– Бык-бык-бык… – негодующе забулькал Чоппер.

– Три? Почему три? – спросил гранд-адмирал. – А! Тебя забыли сосчитать. Извини, Чоппер.

– Бип! Биииип… – теперь уже жалобно выдал астродроид, тыкая себя манипуляторами по кумполу.

– Бедняга, – вздохнул Траун, взяв отвертку, и аккуратно стал отвинчивать шурупы. – Вот ругает ваш Альянс Империю за пренебрежительное отношение к дроидам, а сами-то даже стандартную диагностику и чистку корпуса обеспечить не могут. Одно слово – повстанцы. О!..

Благородная физиономия чисса вытянулась в глубочайшем удивлении, челюсть с громким звоном упала на пол, а светящиеся глаза на несколько секунд потухли, ибо в полом корпусе дроида, сложившись вдвое, сидел…

– Эзра?! – выдал Косой, хватая за шиворот нелегального пассажира и извлекая его из укрытия.

– Приветики, – нахально выдал парнишка и стал разминать затекшие конечности. – Братан Кося, дядюшка Траун! Я так соскучился… А где этот мерзко пахнущий ласатский мешок с блохами?

– Ыыы… – раздался громогласный рыдающий звук, распугавший в зале ожидания всех китайцев.

Из КПП вывалился ласат, побритый налысо, идеально чистый, белый, словно китель полковника ИББ, и пахнущий морозной свежестью, смешанной с ароматом лесных фиалок. Косой, Эзра и полуразобранный Чоппер повалились на пол от дикого ржача, Траун же достал ЧиссФон и с легкой улыбкой на физиономии стал снимать сие чудо на видео.

– Ахахах! Зкхэ-кхэ-кхэб, – еле выдавил из себя Эзра. – Чкхто с тобой?

– Ыыы… – продолжал реветь ласат. – Я три года не был в бане, а они меня раз – и помыли… шампунем от блох! И где теперь мои блохи? А вши? Они их убили… Убили… Еще и отбеливатель добавили… И когти состригли… На ногах тоже… Какой я теперь почетный гвардеец Ласана?

– Так получается твоя лиловая кожа – это грязь что ли? – удивился Косой. – А полоски?

– Полоски – самая дорогая сердцу грязь, – простонал Зеб. – Они не просто девственности меня лишили, они мою бутальность «Тайдом» выстирали… А-а-а-а!

– Лукас предупреждал, что Россия – дикая страна. Никакой свободы самовыражения! – гранд-адмирал сочувствующе похлопал Зеба по белому плечу.

– Ты выглядишь шикарно! – восторженно отозвался Эзра. – Как набуанская танцовщица!

Зеб хрустнул костяшками пальцев и насупился, чем вызвал очередной приступ смеха у собеседников.

– А этот как сюда пролез? – прогрохотал он.

– Мы летели «Уральскими авиалиниями», а этот джедайскими, – пояснил Косой.

Траун поднял указательный палец вверх и мудро изрек:

– Гиперпространственные пути Силы неисповедимы!

– Вы говорите, как Кейнан, – Эзра уважительно посмотрел на синекожего имперца.

– Молодой человек, чтобы использовать Силу, не нужно быть форсъюзером, – учительским тоном произнес чисс.

– Шеф, это вы про тот случай, когда вы пытались разнять товарища главкома и Его Темнейшество? Те по пьяни решили устроить поединок молний Гэндальфа и Сарумана.

– Косой!

– Помню, тогда еще у всего Корусанта на неделю электричество вырубило.

– Цыц!

– А вас потом едва не депортировали обратно в Чиссландию за излишнюю инициативу. За то, что вы назвали Сарумана графом Дуку и что Пал Палыч на него совсем не похож… Ай!

Тви’лек согнулся пополам, получив под дых жесткой шефской коленкой, и захрипел то ли от смеха, то ли от боли.

Естественно, перед тем, как путешествовать по неизвестной стране, Траун устроил брифинг в близлежащей кафешке с разбором полетов, стратегии и тактики:

– Итак, господа имперцы и… повстанцы! Что нам вообще известно об этой России?

Эзра пожал плечами, Зеб сложил уши, а Косой непонимающе развел лекку. И только Чоппер, как истинный мэрисьюшный персонаж, сообразил подключиться к бесплатному Вай-Фаю и зайти в гугл.

Траун негодующе окинул взглядом свою зондеркоманду, а затем начал рассказывать то, что знал сам:

– Его Темнейшество Император Пал Палыч недавно на весь Сенат хвастался, как отдохнул на Земле. Говорил, что самый респектабельный курорт у них на побережье Черного моря. Местные отдыхают, развалившись полунагими прямо на крупнокалиберной гальке, как вылезшие на берег мон каламари во время гона. А еще здесь растут такие овощи – арбузы, до которых надо достучаться, прежде чем съесть. И, – Траун поморщился, – он говорил, что тут есть предки чиссов, которых на местном наречии называют «алкоголиками»*.

– Оригинальное название, – с видом знатока-путешественника кивнул тви’лек и мечтательно уставился в окно на типично питерский ливень, вспоминая родной Рилот.– Вот, что значит разные языки! Одно и то же слово, но значения-то разные!

– Пфе! Арбузы! – прогрохотал Зеб, размахивая для пущего эффекта огромными ручищами. – У нас на Ласане растут гигантские бешенные огурцы. АТ-АТ валят с одной очереди. В принципе и звездный разрушитель могут сбить, если прицелиться прямо в рубку.

– Возьму на заметку, – многозначительно прокомментировал Траун и внес кое-какую запись в датапад.

– Агент Каллас уже пробовал наводить порядок в вашем ласатнике, как и Славик у нас на Рилоте, – вставил шпильку Косой.

– Ой! Да бесполезно! – рассмеялся Зеб и, кое-что вспомнив, добавил. – А, так это про Калласа ласаты песню сочинили «Мама анархия, папа стакан татуинской». Я и не знал, что мой друг ИББшник стал именем нарицательным на родной планете.