Текст книги "Девушка друга (СИ)"

Автор книги: Инна Инфинити

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 22 страниц)

– Какой ужас, как ты это пьёшь? – сиплю, продолжая кашлять.

Влад смеется.

– Запей, – наливает мне в стакан колы и бросает кусочек лимона.

Жадно выпиваю сладкую газировку. Глоток крепкого алкоголя уже ударил по голове. Меня повело. Жар распространился по телу, щеки загорелись. Соболев спокойно делает несколько глотков виски из стакана. Как он может пить такой крепкий алкоголь? Тянусь к еде. Быстро съедаю кусок пиццы. Еще одна ошибка – пить на голодный желудок.

– Теперь давай с колой.

Влад пополняет стаканы. Мой виски разбавляет газировкой.

– А теперь выпьем за то, чтобы ты поступила в универ.

Недоверчиво косясь на стакан, все же чокаюсь с Владом и делаю глоток виски с колой.

– Да, так лучше. Даже вкусненько.

И делаю еще один маленький глоточек. Алкогольная кола. Мне нравится. Поудобнее вытягиваю ноги на пушистом ковре. Влад берет с дивана подушку и передает мне. Подложив под голову, почти ложусь. Тело стало ватным, меня окутала приятная слабость. Беру новый кусочек пиццы. Медленно жую.

За две недели с Владом я сделала для себя одно открытие: Соболев много обо мне знает. Я имею в виду мои вкусовые предпочтения. Если заказывал пиццу, то одна обязательно была с пепперони. Моя любимая. Когда приходили его друзья и просили поставить музыку, Соболев включал то, что нравится мне. Уж я-то знаю, что он слушает тяжёлый рок, а не попсу в исполнении Шакиры и Джастина Бибера. В холодильнике словно по волшебству появлялись мои любимые эклеры, ванильные сырки, йогурты. Когда Влад заказывал доставку из ресторана, всегда привозили что-то из моих любимых блюд: карбонару, жюльен, салат Цезарь. Сказать, что я в шоке, – это ничего не сказать.

– Откуда ты знаешь, что я люблю из еды? – опьянев и осмелев, задаю вопрос. – В холодильнике всегда то, что я люблю.

– Помню, что ты ела, когда я гостил у вас в Израиле‚ – делает глоток виски.

– Никогда бы не подумала, что ты обращал на это внимание.

– Ну я же не слепой. И проблем с памятью у меня нет.

И все равно мне кажется странным, что Соболев помнит мои вкусовые предпочтения. Когда Влад приезжал к нам в Израиль, мне иной раз казалось, что он меня не замечает вообще, словно я тень или серая мышь. А он не просто замечал меня, а еще обращал внимания на мои любимые блюда. И все четыре года, что мы не виделись, помнил, какую пиццу я люблю. Сумасшествие. Делаю глоток виски с колой и облизываю губы. Влад смотрит на меня. Гуляет чуть пьяным взглядом по моим ногам в коротких шортах. Лицо начинает гореть еще сильнее. Потом переводит взор на грудь. На мне обтягивающий топ чуть выше пупка. Боже, зачем я так оделась?

Влад пьет виски и пялится на меня. Тишина становится совсем неловкой. Тоже делаю небольшой глоток. Тепло от алкоголя концентрируется внизу живота. Мамочки, только не это! Но мое тело меня не слушается, не подчиняется приказам мозга. Со скоростью света между ног становится слишком мокро и горячо. Мое дыхание становится шумным, почти свистящим. На каждом вдохе грудь сильнее вздымается, что привлекает еще больше внимания Влада. Я осмеливаюсь поднять на него глаза. Замечаю, как у него кадык дергается. Наши взгляды встречаются, и у меня замирает сердце. Я люблю его, и я хочу его.

Дура ты, Вика. Выброси из головы. А не получается выбросить. Влад залпом осушает стакан виски и наливает себе еще. У меня осталось на донышке.

– Мне тоже, – протягиваю ему стакан.

Влад забирает его, касаясь пальцами моей кожи. Меня электрическим разрядом пронизывает. Вздрагиваю, отшатываюсь назад. Соболев тоже почувствовал это? Мне становится жарко. Разделась бы, да снять нечего. Я и так почти голая в этом топе и шортах.

– Жарко, – Влад читает мои мысли и стягивает с себя футболку.

Зачем он это сделал!? Я неотрывно таращусь на его атлетический торс. У Арсения не такой. Правда, я не видела его без майки, но по телосложению догадываюсь, что у Арса нет таких кубиков пресса.

– Держи, – протягивает мне полный стакан виски с колой.

Выпиваю его в несколько глотков. Это было ошибкой. Голова начинает кружиться, комната плывет перед глазами.

– Ты в порядке?

– Не знаю, не очень. Я, наверное, пойду к себе.

Предпринимаю попытку подняться с пола, но падаю обратно. Поздравляю, Вика, ты напилась в стельку. А чего ты хотела, если ничего крепче вина и шампанского в рот никогда не брала?

– Тебе помочь?

Соболев ухмыляется. А сам-то тоже пьяный. Только так хлестал виски. Почти всю бутылку выпил.

– Да, – соглашаюсь, смущаясь.

Влад, пошатываясь, встает на ноги и протягивает мне руку. С опаской вкладываю свою ладонь в его. Соболев поднимает меня, но, не удержав равновесие, я почти падаю на него.

– Тебе помочь подняться по лестнице? – он прижал меня к своему голому телу и говорит на ухо.

Обессиленно опускаю веки. Я пьяна. Но не виски, а Владом. Именно из-за него все эти ощущения в теле. С головы до ног проходят приятные вибрации. Отрываюсь от его груди и заглядываю в лицо. Мое сердце трепещет. Кладу ладони на его сильную спину, веду ими вверх, глядя Владу в глаза. Это какой-то абсолютно невозможно волшебный момент. Знаю, что он больше никогда не повторится, поэтому хочу продлить его. Останавливаю ладони на плечах Влада. Жар крепкого мужского тела проникает в меня и распаляет мой огонь еще сильнее. Соболев глядит на меня загипнотизировано.

А я понимаю: сейчас или никогда. Встаю на носочки и, преодолев пару десятков сантиметров между нами, льну к губам Влада. Он на секунду замирает, а в следующее мгновение отвечает на мой поцелуй, крепче стискивая меня в своих руках.

Наш поцелуй со вкусом виски. И это космос какой-то. Чистый кайф. Чистая эйфория. Я улетаю на седьмое небо. Пальцы на ногах поджимаются, я висну на шее Влада, чтобы не упасть. Не разрывая губ, мы снова опускаемся на ковёр. Влад прижимает меня к нему своим телом. Целует горячо, страстно, нетерпеливо. Мне между ног упирается его эрекция. Я не хочу останавливаться, не хочу, чтобы Влад прекращал. А он и не собирается прекращать. Терзает мои губы, проникает в рот своим языком.

– Ах, – стону ему в губы.

– Я пиздец как хочу тебя, – говорит и толкается членом мне между ног.

Я не верю своим ушам. Это точно не сон? Влад снова набрасывается на мой рот, трогает руками грудь, сжимает ее. Она ноет и хочет еще. Я нетерпеливо ерзаю под Соболевым. Хочу, хочу, хочу. Только с ним этого хочу. Больше ни с кем.

– Ты просто до одури сексуальная, – Влад снимает с меня топ и принимается целовать полушария груди.

Влад пьян и завтра ничего не вспомнит. А вот я отдаю отчёт своим действиям. И вполне осознанно говорю ему:

– Я тоже тебя хочу. Давай сделаем это.

Руки Влада спускаются вниз по моему телу и расстегивают пуговицу на шортах.

Глава 21. Эйфория

Влад раздевает меня, при этом не переставая целовать. Тянет вниз шорты, потом снимает с меня топ. Я остаюсь под ним в белье. Поцелуи со вкусом виски пьянят еще сильнее. К этому добавляется жар, который исходит от голого торса Влада. Я плыву. Меня закручивает в пучину страсти и блаженства. Руки Влада гуляют по моему телу. От его прикосновений на коже остаются невидимые следы. По мне волнами расходятся вибрации. Их эпицентр – внизу живота. Соболев отпускает мои губы, целует подбородок, шею. Я начинаю задыхаться. Внутри все трепещет. Влад чуть кусает зубами ключицы. Это придаёт остроты. Я осмеливаюсь положить руки на его спину. С огромным наслаждением провожу вверх-вниз по рельефным мышцам.

Губы Влада все ниже. Уже покрывают поцелуями грудную клетку, неминуемо приближаясь к полушариям груди. Аккуратным движением указательных пальцев Влад спускает вниз по плечам лямки лифчика. Потом проскальзывает ладонями мне под спину и расстёгивает бюстгальтер. Меня молнией бьет. Боже... Влад целует мою грудь. Это какое-то сумасшествие. Обводит языком соски. Они твёрдые и возбужденные. Им мало. Хотят еще и больше. Я тихо стону. Вжимаю голову Влада в свою грудь, выгибаюсь под еготе лом, трусь промежностью об эрекцию.

Соболев глухо смеется. Ему нравится, как мое тело реагирует на его ласку. Цепляет пальцами резинку трусиков и тянет их вниз. Ох... Я боюсь и жду этого одновременно. Оставшись под Владом совершенно голой, зажмуриваю глаза. Он привстает с меня и оглядывает. Сквозь закрытые веки чувствую, как его взгляд идет от моего лица и ниже. Всю-всю меня внимательно осматривает. Чувствую его довольную улыбку. Немного хищную, потому что он в таком же предвкушении, как и я.

– У тебя такое сексуальное тело, – говорит и проводит рукой от ложбинки между грудей до конца живота.

А оттуда ныряет ладонью мне между ног. Охаю. Резко разлепляю веки и встречаюсь с глазами Влада. Они чёрные. И пьяные. Сильно пьяные.

«Завтра он ничего не вспомнит», проносится в голове.

Пальцы Влада ласкают меня между ног, а сам он снова целует меня в губы. Я подаюсь навстречу его пальцам, слегка постанываю ему в рот. Мне нравится. Сладкое ноющее чувство разливается внизу живота. Моей смазки становится больше, я чувствую, как она выделяется. Влад, наверное, тоже, потому что сквозь наш поцелуй довольно ухмыляется. Он скользит пальцами вниз вдоль клитора и проникает ими внутрь. Сначала одним, а потом вторым. Я начинаю дрожать. Меня буквально пронизывает. Медленные движения пальцев внутри меня открывают новые грани чувств, ранее неиспытанные. Как же это сладко. Мне хочется стонать и извиваться, что я и делаю.

Неожиданно Влад выходит из меня, прервав поцелуй, и отстраняется. Недоуменно на него гляжу. Соболев как чумной. Совершенно безумный взгляд. Он расстёгивает ремень на своих джинсах. Пряжка лязгает, заставляя меня дернуться. Приближается неизбежное. И такое долгожданное. Мне становится страшно. Но это не такой страх, когда хочется все бросить и убежать. Это как предвкушение. Когда в ожидании праздника замирает сердце.

Я осмеливаюсь привстать на локте и тоже оглядеть Влада, как он меня. У него красивое атлетическое тело. Тянусь рукой к груди, едва прикасаюсь пальцами и замечаю, как его кожа тут же покрывается мурашками. Дыхание Влада становится чаще, оно со вкусом виски. Я веду подушечками пальцев вниз, касаюсь ровных красивых кубиков пресса. Наверное, мне следует остановиться, но я не могу. Иду еще ниже до резинки боксеров. А там замираю и в неуверенности поднимаю на Влада взор.

Глядя мне в глаза, он опускает свою горячую ладонь на мою ледяную. Не разрывая зрительного контакта, сам засовывает мою руку в свои боксеры. Прикоснувшись к возбужденному мокрому члену, застываю на секунду в неуверенности. Влад помогает мне. Начинает водить мою руку вниз-вверх, показывая, что нужно делать. Закусив губу, дальше продолжаю сама. Его член большой, ровный, твёрдый. Мне нравится к нему прикасаться. Влад шумно вздыхает и откидывает голову назад. Догадываюсь, что ему нравится. Это придаёт мне уверенности. Но я хочу видеть член полностью, поэтому тяну вниз боксеры. Дух захватывает. С наслаждением вожу по нему рукой. Дыхание Влада становится громким, свистящим. По телу разливается эйфория. Я будто нахожусь в параллельной реальности, где прямо сейчас исполняется моя самая заветная мечта.

Но надо понимать: нас ведет выпитый алкоголь. Я еще хоть как-то сохраняю здравомыслие. Действую осознанно, а вот Влад пьян в стельку. На утро он ничего не вспомнит. Не исключено, что Влад вовсе думает, будто находится сейчас не со мной, а с Яной или с кем-то еще. Он перехватывает мою руку. Заводит ее мне за голову и снова укладывает меня на спину, ложась сверху.

– Пиздец, как хочу в тебя.

Сердце подскакивает к горлу. Вот сейчас все случится. Влад раздвигает мои ноги. Облизываю вмиг пересохшие губы. Лицом опускается в мою шею, водит по ней носом, вдыхает мой запах.

– Охуенно пахнешь.

Рисует узоры на тонкой коже кончиком языка. Я уже изнемогаю, а Влад будто специально оттягивает главное. Наконец-то касается членом моей промежности. Не входит сразу, медленно водит им по клитору, дразня меня. Беру его лицо, отрываю от своей шеи и целую в губы. Хочу целовать Влада, пока есть такая возможность. Потом больше не будет. Какие же с ним сладкие поцелуи. Невозможное наслаждение только от прикосновения наших губ.

Влад входит в меня. Дергаюсь. Замираю. Он просовывает руки мне под поясницу и толкается дальше, сильнее. Резкая боль пронзает низ живота. Влад останавливается на мгновение, прерывает наш поцелуй. Смотрит на меня вопросительно, чуть прищурив глаза.

– Продолжай, – говорю хрипло. – Я хочу тебя.

И Влад продолжает. Чтобы не вздумал задавать вопросов, снова впиваюсь в его губы поцелуем. Толчки резкие, ритмичные. Отдают болью. Я терплю ее, потому что испытываю сейчас совсем другого рода наслаждение. У меня эйфория от того, что я лишилась девственности с Владом. Как я и мечтала. С ним, с ним, с ним, только с ним.

Влад выходит из меня, переворачивает меня на живот и входит сзади. Мне больно, но... это чистая эйфория. Я ликую. Каждая клеточка моего тела взрывается фейерверком. Я чувствую Влада внутри себя, и это что-то с чем-то. Невозможно передать словами. Влад стонет мне в затылок. Ему нравится, он получает кайф. Я хочу, чтобы Соболеву было хорошо со мной. Лучше, чем с другими девушками. Он встает с меня, садится на колени и продолжает входить в меня так, придерживая мою талию. Толчки становятся быстрее, нетерпеливее. Сквозь боль я снова начинаю испытывать приятные вибрации. Мои ощущения похожи на сироп «соленая карамель». Вкусно, сладко, но есть небольшой изъян.

Дыхание Влада становится громче, стоны тоже. А потом он выходит из меня и кончает мне на ягодицы. Тёплая сперма покрывает мою кожу, течет по ней дорожками. Влад падает рядом на пол, подложив руку под голову. Громко и тяжело дышит. Его глаза закрыты. Не говорит ни слова. А я жду, что хотя бы посмотрит на меня. Нет, не смотрит. И молчит. Постепенно дыхание Соболева становится тихим и размеренным. Не знаю, сколько времени проходит. Минут десять, может. Я осторожно касаюсь плеча Влада. Он не реагирует. Уснул.

Сажусь на колени, оглядываюсь. Крови нигде нет. Ни на ковре, ни у меня между ног. На члене Влада есть небольшой красный след, но это если внимательно приглядываться. Сперма неприятно холодит кожу на ягодицах. Я тихо встаю, собираю с пола свои вещи и поднимаюсь на второй этаж в душ. Как ни странно, меня не шатает из стороны в сторону. Кажется, я протрезвела. Под струями горячей воды мне холодно. Почему-то ознобом пробрало. Дрожу. Что теперь будет? Как мы с Владом будем общаться? Неужели он совсем все забудет? И что у меня теперь с Арсением?

Вопросов много, ответов нет. Не хочу думать. Завтра утром приезжают родители Влада. Наверное, это к лучшему. Выхожу из ванной и смотрю со второго этажа вниз. Соболев спит голый. Посомневавшись несколько секунд, спускаюсь вниз. Оглядываю Влада и снова испытываю эйфорию.

Беру боксеры и аккуратно, стараясь не разбудить, натягиваю их на Влада. Дальше одевать не буду, а то проснётся. Забираю стаканы, тарелки с едой и виски с колой. Отношу на кухню, немного прибираю там. Тело ноет, глаза слипаются. Поднимаюсь к себе и ложусь спать. Утром решу, как мне дальше быть.

Глава 22. Утро

Утром я просыпаюсь от громких голосов. Я бы даже сказала, криков. Грубоватый мужской и требовательный женский наперебой что-то кричат. Быстро подскакиваю с кровати и одеваюсь. Судя по яркому солнцу за окном, уже не утро, а день.

– Влад, это вообще как понимать!? – рычит мужчина. – Мы полтора часа прождали тебя в аэропорту! Полтора часа!

Я выглядываю со второго этажа. В гостиной стоят мужчина и женщина, рядом с ними девочка-подросток. Вокруг них чемоданы и сумки. Влад в одних трусах переминается с ноги на ногу и трет заспанное лицо.

– Да я, наверно, проспал...

– Это просто уму непостижимо! – взвизгивает женщина. – От тебя алкоголем несёт за версту! Как можно быть таким безответственным!? Мы договаривались, что ты нас встретишь! Мы прождали тебя полтора часа, на звонки ты не отвечал! Что мы должны были подумать? Я испугалась, что ты разбился по дороге в аэропорт! – голос женщины надламывается, как будто она пытается сдержать слезы. – А ты, оказывается, пьяный спишь!

Все понятно. Приехали родители Влада. Он должен был встретить их сегодня утром, но проспал.

– Блин, извините, я уснул без будильника.

– По шее надавать тебе мало!!! – верещит женщина. Кажется, она все же расплакалась.

– Пап, мам, давайте просто порадуемся, что с Владом все хорошо, – к нему подбегает сестра и обнимает за пояс. – А то вы таких ужасов себе надумали.

Влад целует девочку в макушку и выпускает из рук. Оглядывается. Видит свою одежду на полу и идет одеваться. Я решаю выждать хотя бы минут пять, пока все не успокоятся, и только тогда спуститься знакомиться. Мама Влада, тетя Соня, расстёгивает чемоданы, что-то из них достаёт, переговаривается с мужем. А Влад, одевшись, уходит в ванную первого этажа.

Не представляю, как сейчас столкнусь с ним. Сама не знаю, чего хочу больше: чтобы Влад помнил произошедшее вчера или чтобы не помнил. Одновременно боюсь и того и другого. Когда вспоминаю, как Влад вчера целовал меня, жар по телу прокатывается. И такие комплименты говорил, так искренне хотел меня. Неужели он не понимал, что перед ним я, Вика? Думал, что он с Яной? С Ксюшей? Набираюсь смелости и спускаюсь вниз.

– Всем добрый день, – смущенно говорю.

Мама Влада отрывается от чемодана и поворачивается ко мне.

– Вика! Здравствуй, дорогая, – тетя Соня подходит ко мне и дружелюбно обнимает. – Как дела?

– Хорошо, сдала вступительные экзамены в два вуза, жду результатов.

– Привет, – из кухни появляется отец Влада.

Я не знаю, какие отчества у родителей Влада, поэтому решила для себя называть их «тетя Соня» и «дядя Дима». Если они сами не попросят называть их иначе.

– Здравствуйте.

Маму Влада я мельком пару раз видела, а вот отца вижу впервые. Он высокий темноволосый мужчина, с крепким телом. Сын очень на него похож. Родители Влада такие молодые! Сколько им? Я бы дала максимум сорок. Видимо, Влад у них совсем ранний ребенок.

– Привет! Я Катя! – вскакивает с дивана девочка.

– Очень приятно.

Они все такие загорелые. Интересно, где отдыхали?

– Мы много всего привезли, – тетя Соня снова бросается к чемодану. – Тут чай, сладости. Пойдёмте завтракать. Хотя уже обед.

Продолжая немного смущаться, прохожу вместе со всеми на кухню. Пока тетя Соня суетится, ставя чайник, поглядываю в сторону двери ванной первого этажа. Влад как зашел туда десять минут назад, так до сих пор и не вышел. Стараясь игнорировать голоса, прислушиваюсь. Кажется, идет звук льющейся воды. Минуты тянутся мучительно долго. Я ерзаю на стуле и не могу поддерживать непринужденный разговор, потому что мои мысли заняты только одним. Вот сейчас появится Влад, и что тогда? Мне страшно.

– А что у вас тут произошло? – врывается в сознание вопрос дяди Димы.

– А? – дергаюсь. – Вы о чем?

– Влад не приехал нас встречать. Мы зашли в дом, он спит пьяный в трусах на полу в гостиной. Что у вас тут вчера было?

И внимательно так на меня смотрит.

– Опять Влад притащил толпу людей и устроил пьянку, да? – со злостью интересуется тетя Соня, уперев руки в бока. – Вика, скажи, он тут сильно хулиганил, пока нас не было?

Спасибо тете Соне за подсказку, потому что от вопроса ее мужа у меня озноб по позвоночнику пробежал. Ни идеи, что на него отвечать, если бы тетя Соня не подсказала.

– Да, вчера к Владу приходил кто-то из друзей. Точно не знаю, кто. Я была в своей комнате, смотрела сериал. Но никакого хулиганства не было, все было нормально. Я рано легла спать, так что не знаю, до которого часа у Влада были гости. Но они не сильно шумели. У меня чуткий сон, я бы проснулась, если бы было шумно.

Я щекой чувствую взгляд Влада. Она тут же начинает гореть огнём. Не знаю, какую часть моего рассказа слышал Влад.

– Явился! – налетает на него тетя Соня. – Как можно быть таким безответственным!? Прибила бы! Не дай бог я еще раз увижу тебя пьяным! – грозит сыну пальцем.

Я приросла к стулу и окаменела. Не имею сил повернуть на Соболева лицо и посмотреть ему в глаза.

Глава 23. Бетонная плита

–Можно мне кофе? – Влад проходит на кухню и садится на стул напротив меня.

Я опустила глаза и рассматриваю свои ногти. Как жаль, у меня нет с собой мобильного телефона, а то бы уткнулась в него. Влад смотрит на меня. Я не могу под его взглядом. Мне хочется спрятаться под стол или убежать. Зря я вышла из своей комнаты. Надо было сидеть там весь день. Тетя Соня раскладывает на кухонный стол сладости, на плите варится кофе для Влада, дядя Дима заваривает чай во френч-прессе.

– Влад, зря ты с нами не поехал! – восторженно восклицает Катя. – Так классно было! Мы ездили в специальное место плавать с дельфинами!

Катя взахлёб рассказывает брату о поездке на море. Тетя Соня и дядя Дима периодически что-то вставляют в ее рассказ. Влад слушает сестру, задает ей вопросы. На стол ставят чай и кофе. Я беру свою кружку, делаю глоток, отправляю в рот какую-то сладость, но совсем не чувствую вкуса. Я не могу ни поддержать беседу, ни элементарно поднять глаза. А Влад на меня уже даже не смотрит. Смеется с сестрой, смотрит фотографии, которые она ему показывает. Мне бы для вида подать голос, а то, наверное, я похожа на бедную родственницу.

– А я тоже один раз плавала с дельфинами, – лепечу.

– Я помню, – вдруг говорит Влад. На автомате перевожу на него взгляд. Он смотрит на меня как ни в чем не бывало. Как будто не лишил меня вчера девственности. – Ты сначала боялась их, не хотела залезать в воду.

Боже, откуда он это помнит? Это было кучу лет назад, мне, наверное, было десять.

– Да, поначалу боялась.

Влад снова поворачивается к сестре и продолжает с ней разговор. Потом что-то говорит родителям. Я больше не могу здесь находиться. Мне психологически тяжело. В два глотка допиваю горячий чай, обжигая всё, что можно.

– Спасибо, очень вкусно, я пойду к себе.

Выхожу из кухни спокойно, но как только скрываюсь от чужих глаз, пулей поднимаюсь вверх по лестнице на второй этаж. У меня мандраж по всему телу. Я не могу понять, помнит Влад или нет. Мне кажется, если бы помнил, ему бы, как минимум, было неловко так же, как мне. А он вёл себя так, будто между нами ничего не произошло. Минут через пятнадцать в мою дверь раздается стук. Подпрыгиваю как ошпаренная. Дрожащей рукой опускаю ручку. На пороге стоит Влад.

– Привет, – первый начинает. – Ты сказала родителям, что ко мне вчера кто-то приходил. А кто именно?

Тяжело сглатываю.

– Я не знаю. Кто-то.

Влад чуть хмурит брови. Приглядывается ко мне. Смотрит как-то странно.

– Я не помню, чтобы ко мне кто-то вчера приходил. Посмотрел переписку с друзьями в мессенджерах, я никого не приглашал. Входящих звонков от друзей тоже не было, – замолкает. Снова меня оглядывает. Такое ощущение, что хочет что-то спросить, но не решается. Как будто сам с собой борется. – Слушай, а у нас с тобой вчера...

И захлопывает рот в нерешительности.

– Что у нас с тобой вчера?

Открывает рот, чтобы сказать, но передумывает. Снова закрывает. Он помнит, но смутно, догадываюсь. Сейчас стыдливо отводит взгляд в сторону, растерянно чешет затылок, нервно прочищает горло. Жалеет о случившемся. И осознание этого вонзается в меня острой стрелой. Мое сердце разбивается вдребезги. Губы дрожать начинают, в горле ком.

– Не понимаю, о чем ты, – выдавливаю из себя.

– Да мне, наверное, приснилось... Ладно, извини. Я пошел.

Разворачивается и тут же скрывается в своей комнате. Я закрываю дверь и опускаюсь на нее лбом. Не выдерживаю и начинаю тихо плакать. Вот она жестокая реальность, Вика. А что ты думала? Влад в тебя влюбится? Ты никогда не была ему нужна, разве непонятно? Он переспал с тобой по пьяни, а наутро пожалел. Как ты вообще могла на что-то с ним надеяться? Владу не нравятся такие девушки, как ты. Я не могу больше находиться здесь, в его доме. Это выше моих сил. Каждый день встречаться и делать вид, что ничего не было. Да я лучше умру.

Вот не хотела я прибегать к этому. Думала, потерплю под одной крышей с Соболевым. Вернутся его родители, станет легче. Ага, как же. У меня нет с собой ключей от нашей с родителями московской квартиры. Но у меня есть своя квартира, которая досталась мне от биологических родителей. Я не люблю ее и никогда в нее не езжу. Там вещи моих родных папы и мамы, их фотографии, моя детская комната с игрушками. После их смерти я была в той квартире от силы раза три. Последний – когда мне было лет четырнадцать. Помню, вошла туда и сразу появилось ощущение, что меня приложило мордой об пол. Я потом неделю не могла в себя прийти. Но сейчас я в таком состоянии, что лучше буду жить в квартире биологических родителей, чем под одной крышей с Соболевым. Быстро собираю в сумку вещи первой необходимости и вызываю такси. Говорю тете Соне, что поехала в гости к дальним родственникам и, пока она не начала задавать вопросы, прыгаю в приехавшую машину. Когда через час такси высаживает меня у подъезда, оглядываю серую девятиэтажку. Я знаю код от домофона наизусть. Поднимаюсь пешком на третий этаж и звоню в дверь соседки. Надеюсь, она дома.

– Кто там? – звучит за дверью.

– Вика, дочка Миши и Леры Агаповых, – называю имена биологических родителей.

Замок тут же поворачивается. Тетя Тоня, женщина лет сорока и близкая подруга моей родной мамы, в изумлении меня оглядывает.

– Вика! Детка! – обнимает меня. – Господи. Ты бы хоть позвонила.

– Извините, что-то я не подумала.

– Как ты повзрослела,– оглядывает меня с головы до ног. – Как же ты похожа на маму! Вылитая Лера стала, – ее голос чуть дрожит. – Ты в квартиру?

– Да. Ключи у вас?

– У меня, сейчас дам. Проходи, – впускает меня на порог и убегает вглубь квартиры. Ее нет несколько минут. – Вот они, – выносит ключи. – Я где-то раз в год заходила, пыль протирала.

– Хорошо, спасибо.

– Ты будешь тут жить?

– Не знаю. Посмотрим. Спасибо, теть Тонь.

Напоследок улыбнувшись соседке, выхожу на лестничную клетку. Сейчас на меня ляжет еще одна бетонная плита.

Глава 24. Стереть поцелуи

В квартире родных родителей у меня ползёт озноб по коже. Здесь все так, как будто тут живут люди. Мебель, книги, предметы декора, магнитики на холодильнике. Я сажусь на диван в гостиной и боюсь заходить в комнаты. Особенно в спальню родителей. Там туалетный столик с маминой косметикой, их одежда в шкафу и комоде, на прикроватной тумбе папины часы. Он не надел их в день аварии. В повседневной жизни я забываю, что меня удочерили, и я живу в приемной семье. Игорь и Лена так много для меня сделали и так сильно любят, что мне стыдно думать про них как про чужих людей. И я тоже их люблю, искренне считаю папой и мамой. А ведь у меня были другие родители. Настоящие. Как бы сложилась моя жизнь, если бы они не погибли в аварии? Я бы точно не знала Влада и, возможно, была бы счастливее.

Ложусь на диван, свернувшись комочком, обнимаю подушку. Так больно, что дышать не могу. Губы помнят поцелуи Влада, тело помнит его прикосновения. Воссоздаю в памяти нашу близость. Зачем я допустила ее? Сама осознанно прыгнула в бездну. Знала ведь, что на утро карета превратится в тыкву.

На телефон приходит сообщение от Арсения:

«Привет. Как дела? Чем занята сегодня?»

Боже, Арсений. Я же совсем про него забыла. Получается... я изменила ему? Мне становится дурно. Я изменила своему парню с его лучшим другом. Господи... Какой ужас. Как теперь Арсу в глаза смотреть? Чувствую себя гадко и отвратительно из-за своего гнусного поступка по отношению к Сене. Но несмотря на это хочу увидеть его сейчас, хочу стереть поцелуи и прикосновения Соболева, как бы эгоистично это ни звучало.

«Привет. Я в квартире своих родителей. Если хочешь, можешь приехать»

«Могу прямо сейчас. Напиши адрес»

Отправляю Сене улицу, номер дома и квартиры, а также код от подъезда. Он обещает быть в течение получаса. Я жду его. В одиночестве мне очень плохо. А с Арсом я хотя бы отвлекусь. Он умеет шутить, у него всегда в арсенале несколько веселых историй. Правда, как в компании Сени не думать о том, что я изменила ему? Мы ведь встречаемся.

Арс звонит в дверь, и я радостно подпрыгиваю с дивана. Блондин заходит в квартиру в хорошем настроении и сразу сгребает меня в охапку. Мы целуемся в прихожей, потом Сеня отрывает меня от пола и слегка кружит в воздухе. Он стёр с моих губ поцелуи Влада. Вот так просто. Как будто их и вовсе не было.

– Как дела? – оглядывает меня. – Что-то случилось? Ты не заболела?

– Нет, все в порядке. Просто немного грущу.

Мы проходим в гостиную, Арс пробегается взглядом по комнате.

– А почему ты живешь у Соболя, если у твоих родителей есть своя квартира?

– Это квартира моих биологических родителей. Они погибли, когда мне было три года. Я не люблю тут находиться, но сегодня мне захотелось сюда приехать.

Сеня с пониманием кивает.

– Ты вроде говорила, что тебя удочерили. Припоминаю.

– Да, я выросла в приёмной семье.

– А какая у тебя связь с Владом? Он кем тебе доводится? А то я так и не понял.

Меня словно кипятком ошпаривает. Друзьям Влад представил меня «подругой», Яне – «родственницей». А правда в том, что мы не друзья и не родственники.

– Мой приёмный отец является крёстным Влада.

– И все?

– Да.

Арс садится на диван и притягивает меня к себе за руку. Опускаюсь к нему на колени и смотрю в голубые глаза. В голове крутится мысль о том, что я изменила Арсению. В душе разливается горечь. Чтобы Сеня не увидел моих слез, отвожу взгляд в сторону. Я очень-очень плохой человек.

Арсений склоняет меня к себе чуть ниже и целует в шею. Делает это нежно и ласково, но мое тело не откликается. Я вспоминаю, как точно так же целовал мою шею Влад, и какую бурю чувств это во мне вызывало. Сеня гладит мое тело, накрывает ладонью грудь. Шумно выдыхаю и закрываю глаза, позволяя блондину делать, что он хочет. И заметить не успеваю, как оказываюсь лежащей на диване под Арсением. Он целует меня в губы, трогает везде, не стесняясь. Мне не хорошо и не противно. Мне никак.

Арс приятный симпатичный парень, поцелуи с ним не вызывают отвращения, но и отклика на ласку в моем теле тоже нет. Я не сопротивляюсь, когда Сеня снимает с меня футболку. Не сжимаюсь испуганно, когда скидывает с себя свою. Отвечаю на поцелуи, глажу его спину. А у самой в голове Влад. В груди зияет открытая рана, мне хочется разреветься. Ночь с Владом была ошибкой. Ошибкой, ошибкой, ошибкой. Хочу стереть ее, забыть. Как будто не было вовсе. Хочу не помнить ничего, как Влад. Следовало выпить больше виски, чтобы напрочь все из памяти стерлось. За этими мыслями не замечаю, как Арс снимает с себя джинсы. Прихожу в себя, когда он расстёгивает пуговицу на моих. Дергаюсь, испуганно раскрываю глаза. Отвечая на поцелуй Сени, таращусь в люстру на потолке.