Текст книги "Девушка друга (СИ)"
Автор книги: Инна Инфинити
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 22 страниц)
Глава 1. Сильно изменилась
Уже через пять минут я увижу ЕГО. Мама дорогая. Колени подрагивают, поэтому мои шаги замедляются. Ручка чемодана то и дело выскальзывает из ладони. Но так даже лучше. Если повезёт, встретимся не через пять минут, а через семь. Чем позднее, тем лучше. У выхода из зоны прилета останавливаюсь и перевожу дыхание.
«Соберись, тряпка», приказываю себе.
Гордо выпрямляю спину, поправляю на макушке солнечные очки и делаю уверенный шаг вперед. Двери автоматически открываются, и я выхожу из зоны прилета. В аэропорту за огороженной лентой много встречающих людей, но мои глаза моментально находят ЕГО.
Влад Соболев. Моя первая любовь. Невзаимная, естественно. Мы не виделись четыре года, которых мне хватило, чтобы исцелиться от своей нездоровой зависимости. Я больше не засыпаю с мыслями о Владе и не гипнотизирую тайком его фотографии в соцсетях. Да, я совершенно точно больше не люблю Влада. Тогда какого фига у меня так задрожало сердце от одного взгляда на него???
Влад видит меня, но не узнаёт. Это даёт мне возможность полюбоваться им втихую пару десятков секунд. Он в синих джинсах и белой футболке, темные волосы слегка отросли, на глазах солнечные очки с синими линзами. Влад стал выше, сильнее, мужественнее. Красивее. Да, Влад определенно стал еще красивее, чем был четыре года назад в нашу последнюю встречу. Сейчас ему двадцать два года, он окончил бакалавриат факультета вычислительной математики и кибернетики и поступает в магистратуру.
– Девушка, уйдите с прохода! – рявкает на меня кто-то сзади.
Это отрезвляет. Что я, в самом деле, украдкой любуюсь Соболевым, как будто до сих пор влюблена. Нацепив на лицо улыбку, уверенно шагаю с чемоданом по направлению к Владу. А у самой внутри все сжимается от страха. Сердце колотится где-то в районе глотки, пульс шумит в ушах.
– Привет, – здороваюсь первой.
Влад снимает очки и смотрит на меня, прищурив карие глаза. С каждой секундой молчания я чувствую себя хуже.
– Вика!? – наконец, спрашивает. – Это ты?
Влад откровенно пялится на меня, чуть ли не разинув рот. Да, за четыре года я изменилась. У меня больше нет ни брекетов, ни подростковых прыщей, ни очков в дурацкой оправе. Зубы ровные и белые, лицо идеально чистое, а в глазах линзы. Только мои волосы остались такими же – каштановыми с рыжеватым отливом.
– Не узнал? – спрашиваю с нервным смешком, переминаясь с ноги на ногу.
– Если честно, нет, – мямлит, не стесняясь разглядывать меня с головы до ног. – Ты сильно изменилась.
«Если бы ты хоть раз зашёл на мою страницу в соцсети, то знал бы, как я сейчас выгляжу», проносится в голове с обидой. Но зачем ему? Это я жила на странице Влада, выискивая малейшую новость. А Соболеву для чего заходить ко мне и смотреть, что у меня в жизни происходит? Я никогда не была ему интересна.
– Пойдем? – прерываю затянувшееся молчание.
– Да-да, пойдем, – будто опомнившись, берет у меня из руки чемодан и катит его на выход.
В июле в Москве жарко. Я опускаю на глаза солнечные очки и следую за Владом. Мы выходим из аэропорта и направляемся к парковке. По дороге не говорим. Соболев то и дело поглядывает на меня. Рядом с ним, таким высоким и сильным, я чувствую себя мелким котёнком. Едва ли достаю Владу до подбородка. На парковке мы останавливаемся у красивого седана серебристого цвета. Влад галантно открывает мне переднюю дверь и идет к багажнику укладывать мой огромный чемодан. Машина стояла на палящем солнце, поэтому в салоне очень душно.
– Можешь, пожалуйста, включить кондиционер посильнее? – прошу Влада, когда он садится за руль. – Очень жарко.
– Жарко – не то слово, – задумчиво говорит, нажимая на панели кнопки, и бросает взгляд на мои голые ноги.
Мне показалось, или Влад произнёс это с каким-то намеком? Блин, зачем я надела такую короткую юбку? В сидячем положении она поднялась еще выше. Опускаю на колени сумку, чтобы хоть как-то прикрыться. Но это не спасает. На каждом светофоре Влад с любопытством поглядывает в мою сторону. Я начинаю нервно ерзать на сиденье. Тихая музыка, льющаяся из колонок, не спасает. Мы молчим. Не виделись четыре года, а тем для разговоров по-прежнему нет.
Я стараюсь отвлекаться на картины за окном, разглядываю летнюю солнечную Москву, а ничего не вижу. Влад в полуметре от меня давит своей мощной энергетикой. Но мурашки по коже у меня побежали, конечно же, не из-за него, а потому что в салоне стало слишком холодно.
– Можешь убавить кондиционер?
Обхватываю себя руками за плечи. Даже соски съежились и затвердели. Но это не от Влада, а от холода. Соболев снова нажимает на панели кнопки, и кондиционер начинает дуть тише.
– Значит, ты окончила школу и приехала поступать в институт, – не спрашивает, а констатирует известный ему факт.
Неужели решил перестать меня рассматривать и наконец-то поговорить?
– Да.
– А почему не захотела поступить в Израиле?
– Так папе же предложили стать главврачом в Москве. Родители возвращаются в Россию.
– Я знаю. Но ты выросла в Израиле, у тебя там друзья и вообще вся твоя жизнь. Ты могла бы остаться учиться в институте.
– Нет, такой вариант не рассматривался.
Я выросла в приемной семье. Мои настоящие родители погибли в аварии, когда мне было три года. Несколько месяцев я провела в детском доме, а потом меня удочерила бездетная пара русских врачей и увезла в Израиль. Мой приёмный отец – акушер-гинеколог, а мать – эндокринолог. Они работают в больнице Иерусалима. Так что с трех лет я жила в Израиле. Я там выросла и привыкла. Приемных родителей люблю и считаю родными, называю их папой и мамой. Они тоже меня любят и воспитали как родную дочь. В Россию мы приезжали часто, но у меня нет здесь друзей. А скоро в Москве закончат строить новый Центр акушерства и гинекологии, в котором отцу предложили стать главврачом. Теперь мы всей семьей переезжаем в Россию.
Влада я знаю с детства. Мой папа является его крестным отцом. Соболев регулярно приезжал в гости к нам в Иерусалим, проводил с нашей семьей целые каникулы. Тогда-то я в него и влюбилась, а он меня совсем не замечал. Я была для него кем-то типа безликой младшей сестренки, хотя мы и близко не родственники. А потом Влад нашел себе в Иерусалиме англоязычных друзей и стал пропадать с ними. Про меня вовсе забыл. Последний раз Влад гостил у нас четыре года назад, когда окончил школу. С тех пор больше не приезжал, потому что поступил в Москве в университет, и новая студенческая жизнь захватила его с головой.
– А ты хочешь жить в Москве? – спрашивает после небольшой паузы.
Хороший вопрос. Вариант того, что родители переедут работать в Москву, а я останусь одна в Израиле и буду учиться там в институте, даже не рассматривался. Родители ни за что в жизни не оставят меня нигде одну. Хотя мне уже есть восемнадцать. Они даже не разрешили мне на период поступления в институт пожить одной в нашей квартире. Папа позвонил родителям Влада и попросил, чтобы я пожила у них. Ну, то есть, чтобы они за мной присмотрели. А то вдруг меня в Москве среди бела дня украдут.
– Не знаю. Наверное, мне все же будет комфортнее жить там, где родители. С израильскими друзьями можно общаться по телефону. А в Москве, думаю, у меня появятся новые.
– У тебя есть парень?
Вот так в лоб. И пока стоим на светофоре, скашивает на меня внимательный взгляд. Он пробирает до костей. Губы моментально пересыхают, я сильнее стискиваю в ладонях ручки сумки.
– Н-нет.
Зачем он спросил? Какое ему дело?
Влад ничего не отвечает. Загорается зелёный, и он трогается с места. Между нами снова неловкая тишина. Или она только мне кажется неловкой? Я начинаю ёрзать на сиденье. Побыстрее бы приехать. У Влада дома мы не будем одни. Он живет с родителями и младшей сестрой. Я поверхностно знакома с его мамой, тетей Соней. Милая приятная женщина. Буду общаться с ней.
Парень у меня был, мой одноклассник, но мы расстались после выпускного. Даже не знаю, зачем я начала встречаться с Янкелем. Наверное, мне стало приятно, что главный красавчик школы обратил на меня внимание. Мы два месяца ходили на свидания и были вместе на каждой школьной перемене. Но дальше поцелуев у нас не зашло. Я не захотела. Ну а потом я сказала, что поеду поступать в институт в Россию, и наши отношения сами собой сошли на нет.
Гнетущее молчание прерывает громкий рингтон мобильного Влада, который прикреплён к панели в качестве навигатора. Я непроизвольно бросаю взгляд наэкран.
«Сеня».
Я знаю, кто это. Арсений. Лучший друг Соболева.
– Алло, – принимает вызов. – Здорова... Сегодня? У кого?... А, не, я сегодня занят... Бля, жалко... Ну сегодня я никак не смогу... Дела... Слушай, ну у меня впереди две недели... Завтра у меня... Я напишу в чат... Окей, давай.
Влад возвращает телефон с навигатором на место и концентрируется на дороге, чуть нахмурив брови. Из этого короткого разговора я сделала вывод, что Сеня позвал куда-то Соболева, но он отказался, сославшись на дела.
«Дела» – это я? А еще не очень понятно, что значит «завтра у меня, я напишу в чат».
Достаю из сумки телефон и быстро нахожу Арсения в друзьях у Влада. Листаю фотографии, отмечая, что парень красив. Блондин с пронзительными голубыми глазами. У него много фото из ночных клубов и с различных тусовок. На некоторых из них я вижу Влада. Парни определённо не теряют время зря. Живут в свое удовольствие. Тусят и веселятся. На фотографиях много девушек. В основном одних и тех же, из чего я делаю вывод, что это не какие-то случайные девицы, а подруги из их компании. Одна и та же шатенка почти на всех общих снимках возле Влада. Вздохнув, убираю телефон обратно в сумку. Какое мне дело до его личной жизни? Никакого.
– Тебе сегодня куда-нибудь надо? – Влад прерывает мои мысли.
– В смысле?
– Ну, тебя надо отвезти по каким-нибудь делам?
– А, нет. Сегодня никаких дел.
– Когда ты поедешь подавать документы в институт?
– В понедельник.
– Я тебя отвезу.
Я бы предпочла, чтобы Влад никуда больше меня не возил, потому что наедине с ним тяжело. От одного его взгляда в мою сторону внутренности скручиваются. Кондиционер работает намного меньше, а кожа все равно покрывается мурашками. Самое ужасное, что Влад, кажется, замечает это.
Наконец-то он тормозит у ворот дома в Подмосковье. Я аж вздыхаю с облегчением. Быстро отстегиваю ремень и выскакиваю из салона авто. Свобода. Рядом с Владом я находилась будто в тисках. Сейчас же скроюсь в выделенной для меня комнате и дальше сведу общение с Соболевым до минимума. Дом у них большой, двухэтажный. Вряд ли будем каждый день встречаться. Не думаю, что Влад коротает время в компании своей мамы на кухне. У него много друзей и жизнь кипит. Вон, Арсений его уже куда-то звал. Наверное, на вечеринку. Мы проходим во двор. Влад катит мой чемодан по красивой плитке. Чуть поодаль на зеленом газоне спит овчарка.
– Это Чарльз, – Влад прослеживает за моим взглядом. – Он очень старый. Почти не видит и не слышит. Ну и не кусается, так что не бойся.
– Угу.
Про любимую собаку Влада мне известно. У него много фотографий с Чарльзом в соцсетях. Мы заходим в дом, где нас встречает тишина. Я чувствую себя немного неловко. В горле резко пересыхает.
– Можно попить воды?
– Да, кухня прямо. Там бутылка на столе.
Скидываю балетки и иду в указанном направлении. Дома никого нет, что ли? Где родители и сестра Влада? Надеюсь, они отлучились ненадолго. Побыстрее бы пришли люди, чтобы мы с Владом не были наедине.
Наливаю полный стакан и жадно пью. Ставлю его обратно и резко разворачиваюсь, но почти налетаю на Влада.
– Ой! – растерянно произношу и инстинктивно делаю шаг назад. Тут же упираюсь ягодицами в стол.
Влад опускает руки по бокам от меня, захватывая в кольцо, и чуть склоняется к моему лицу. От такой близости Соболева у меня происходит резкий выброс адреналина в кровь. Я как будто мчусь по американским горкам. Боже мой, какой же он красивый. С ума сойти просто.
Влад... От одного этого имени сердце замирает.
– Забыл сказать. Мои родители и сестра уехали в отпуск на четырнадцать дней. Так что мы будем с тобой вдвоём.
– Что?! – восклицаю на весь дом.
Тело простреливает животным ужасом. Это шутка? Я и Влад только вдвоём? Остановите землю, я сойду. А Соболева будто это забавляет. Его глаза смеются, губы расплылись в довольной улыбке. Он склоняется к моему уху и шепчет:
– Обещаю, будет весело.
Влад
Виктория
Глава 2. Плохая привычка
– В смысле весело?
От испуга язык заплетается. Я вонзаю ногти в деревянную поверхность стола у себя за спиной.
– Завтра ко мне приедут друзья. Ну и в другие дни тоже будут приезжать. У меня веселая компания. Тебе понравится. А чего ты так испугалась? – настороженно присматривается ко мне.
Быстро-быстро качаю головой.
– Нет, ничего. Просто папа говорил, что твои родители будут за мной присматривать...
Кошмар, как нелепо это звучит. Присматривать за мной. Как будто мне не восемнадцать лет, а восемь. Все же родители перегибают с гиперопекой. Я совершеннолетняя и давно самостоятельная. Но почему-то папа с мамой упорно не хотят этого замечать.
– У них очень резко изменились планы. Они собирались в конце июля, но у отца возникли проблемы с отпуском, поэтому пришлось перебронировать поездку на сейчас. Но ты не переживай, я тоже могу за тобой присмотреть.
Последнюю фразу Влад произносит с иронией в голосе. Потому что понимает, какой это бред – присматривать за совершеннолетним человеком. Он отходит от меня к холодильнику, достаёт из него бутылку сладкой газировки и наливает в стакан. Медленно перевожу дыхание.
– А почему ты не поехал с семьей?
– Я уже давно не езжу на море с родителями, – произносит с легким смехом, будто я сказала что-то глупое.
– А с кем ты ездишь?
– С друзьями. Мы поедем в августе.
– Ммм, понятно. А я езжу на море с родителями.
Какая же я жалкая по сравнению с Владом. Он давно взрослый и самостоятельный, живет своей жизнью, независимой от семьи. А я без папы с мамой шагу сделать не могу. Ладно... Надеюсь, ближайшие две недели Влад все же будет увлечён своими друзьями. Зачем ему со мной возиться?
– В какой комнате я буду жить?
Хочется побыстрее остаться одной.
– Пойдем покажу.
Влад ставит на столешницу пустой стакан и шагает мимо меня в сторону лестницы наверх. Я плетусь за ним.
– Вот твоя комната, – открывает первую дверь на втором этаже.
Прохожу внутрь за ним. Спальня небольшая, но есть все необходимое: кровать, шкаф, стол со стулом и комод. Стены светлые, окна выходят на улицу.
– Ванных две: одна на первом этаже, вторая здесь, – Влад выходит в коридор и показывает на дверь по диагонали от выделенной мне комнаты.
– Хорошо.
– Моя комната вот эта, – Соболев показывает на соседнюю от меня дверь. Прекрасно. Мы ещё и через стенку друг от друга. – Это комната моей сестры, а это родителей, – указывает на две другие двери.
– Когда они вернутся?
– Через две недели.
– Они уехали...?
– Сегодня утром. Я отвёз их в аэропорт и встретил тебя.
Замечательно. Четырнадцать дней я и Влад в одном большом пустом доме. Чувствую себя так, будто на меня легла бетонная плита. Соболев поднимает ко мне в комнату чемодан, и я наконец-то остаюсь одна. Без сил упав на кровать, просто таращусь на люстру в белом потолке. Ну, на самом деле ничего страшного не произошло. Я это все уже проходила. Мои родители уезжали рано утром на работу, и мы с Владом оставались в квартире вдвоём. Он спал до обеда, потом вставал, шел в душ, пил кофе и уходил к друзьям. Возвращался глубокой ночью и не всегда трезвый. А иногда не возвращался, потому что оставался у какой-нибудь девушки. Со мной Влад только здоровался, если я выходила на кухню, когда он завтракал в два часа дня. А если я не выходила из своей комнаты, сам он ко мне не стучал. Думаю, он вообще про меня забывал, когда я не попадалась ему на глаза. Почему сейчас все должно быть иначе? Родители Влада уехали, он предоставлен сам себе. Я его ни коим образом не обременяю. Носиться со мной не нужно. Я самостоятельная, хоть мои родители считают иначе.
Успокоив себя, звоню папе с мамой, отчитываюсь, что со мной все в порядке, и принимаюсь разбирать чемодан. Влада не слышно. Такое ощущение, что я в доме одна. Но его присутствие где-то тут поблизости все равно ощущается. Это непривычно и провоцирует дежавю. Непроизвольно вспоминаю то время, когда Влад приезжал к нам в Израиль на каникулы. О, я жила от встречи и до встречи с ним! Дни считала, когда Влад почтит нас своим визитом. Сейчас так смешно это вспоминать.
От стука в дверь вздрагиваю. Совладав с волнением, иду открывать.
– Ты не проголодалась? Будешь ужинать?
Ой, ну Влад просто сама галантность и обходительность.
– Буду.
Мы спускаемся на кухню, где нас ждет полный стол заказной еды. Мясо, рыба, несколько салатов, горячие и холодные закуски. Я устала и проголодалась. Причем настолько сильно, что уже не испытываю стеснения в обществе Влада. Накладываю полную тарелку еды и плюхаюсь на стул. Отправляю в рот кусочек ветчины и блаженно прикрываю глаза. Вкусно.
– Куда ты поступаешь? – спрашивает, поливая кетчупом свою картошку фри.
– Подам документы в несколько вузов. Куда возьмут.
– На кого?
– На маркетолога.
– Модная профессия.
– А ты айтишник, да?
Делаю вид, будто не очень осведомлена, чем Влад занимается. На самом деле прекрасно осведомлена. Влад не просто айтишник, он самый настоящий хакер. Может собрать компьютер с нуля, может взломать что угодно. У него мозги компьютерного гения. Он в уме считает огромные математические примеры, уравнения, дроби. Я таких людей больше не встречала. В школе Влад выиграл все олимпиады по алгебре и информатике, поэтому поступил в лучший вуз страны без экзаменов.
– Да, айтишник.
– Работаешь где-нибудь?
– Работаю на себя. Пишу программы на заказ. Но это так, неофициально. Юрлица у меня нет.
– Будешь открывать свою фирму?
– Думаю об этом. Но сейчас учеба много времени отнимает, нет возможности полноценно работать. После универа, скорее всего, создам свою компанию.
Для меня это звучит как нечто заоблачное. Своя собственная компания. Любимое дело. А я до сих пор не знаю, кем хочу стать, когда вырасту. Выбрала маркетинг, потому что это направление стремительно набирает обороты и довольно денежное. В моем случае было бы логично пойти учиться на врача, но у меня какое-то внутреннее неприятие этой профессии. На самом деле абсолютно неблагодарная работа. Если пациент умер, то виноват врач. Если пациент выжил, то благодарят бога.
– Когда твои родители приезжают в Россию? – спрашивает.
– Еще точно неизвестно. Центр акушерства, в котором папа будет работать, планируют открыть в сентябре, если снова не перенесут. Должны были открыть первого июня, но не закончили вовремя ремонт. Я сейчас подам документы, сдам экзамены и улечу обратно в Израиль ждать информации о поступлении.
– А когда придет информация о поступлении, снова прилетишь?
– Да, отнесу оригиналы документов и опять улечу уже до начала учебного года.
– Зачем тебе летать туда-сюда?
– Родители не могут сейчас приехать, а жить одной в нашей квартире они мне не разрешают. Переживают‚ что со мной что-то случится.
– Живи у нас.
Я аж давлюсь салатом.
– Все лето!?
– Ну да, а что? Я же жил у вас все лето.
– Это другое. У тебя очень близкие отношения с моим папой. К тому же ты нашёл в Иерусалиме много друзей, тебя почти не бывало дома. А я что буду у вас делать? Нет, мне неудобно вас стеснять.
– Да никого ты не стесняешь. Родители работают с утра до вечера. У сестры куча занятий: гимнастика, балет, английский, еще что-то. Меня тоже часто не бывает.
– Тем более. Сидеть одной в четырёх стенах не хочу.
– Ты не будешь одна. Я познакомлю тебя со своими друзьями.
Мне кажется, или Влад уговаривает меня остаться? Непонятно, зачем ему это нужно. Но, блин, приятно. Я хочу вежливо отказаться от приглашения, но мой голос тонет в громком рёве мотоцикла на улице. Влад зло бросает вилку на тарелку и закатывает глаза.
– Ну я же сказал, что сегодня у меня дела!
Не поняла, к кому он обращается. Ко мне? Становится ясно через десять секунд, когда хлопает входная дверь в дом.
– Соболь, ты думал съехать с темы? А ни хуя не получится!
На пороге кухни возникает дерзкого вида блондин. Узнаю его по фотографиям. Арсений. Лучший друг Влада.
– Оу, – видит меня и удивленно расширяет голубые глаза. – Я помешал? Прошу прощения, – обводит взглядом стол, заставленный ресторанной едой. – Владос, ну ты бы так и сказал, что у тебя сегодня вечер с прекрасной девушкой. А то на какие-то непонятные дела сослался...
Арсений замолкает, наткнувшись на колючий взгляд Влада. А у меня вспыхивает лицо. Со стороны все выглядит так, будто я девушка, которую Влад привёл домой в отсутствие родителей, чтобы заняться с ней сексом. Мамочки, какой ужас!
– Вика, познакомься, – Соболев говорит сквозь зубы. – Это мой друг Арсений. У него есть плохая привычка сваливаться как снег на голову.
– Вика, значит, – Арсений игнорирует недовольство Влада, внимательно меня рассматривая. Проходит на кухню и садится рядом со мной на свободный стул. – Очень приятно познакомиться, – без спроса берет мою ладонь и подносит тыльную сторону к губам. Только это совсем не выглядит как джентльменский жест. Скорее, похоже стёб. – Надо же, какую красотку Влад от нас скрывает.
Глава 3. Приглашение
На пару секунд возникает неловкое молчание. Влад тоже понимает, как именно Арсений все воспринял. Мне кажется, Соболеву становится не по себе.
– Вика сегодня прилетела в Москву из Израиля, – поясняет другу. – Будет поступать здесь в институт. На период поступления гостит у нас.
Лицо Арсения слегка проясняется.
– А, так вы родственники?
– Мы не родственники, – отвечаем с Владом хором.
Предположение о родстве задевает и распаляет меня. Это мой личный триггер. Мы с Владом друг другу никто. Мой приёмный отец является его крестным. Но в детстве мои приемные родители упорно делали из нас брата и сестру. Владу было по фиг, а вот меня бесило. И бесит до сих пор.
– У тебя же были родственники в Израиле? – Арсений уточняет у Влада. – Ты к ним мотался постоянно.
– Мы не родственники, – громко повторяю. – Мой приёмный папа крестил Влада. Родства у нас никакого нет.
– Приёмный?
– Я выросла в приёмной семье.
Вообще, я не болтаю направо и налево о том, что меня удочерили. Родители тоже сильно не распространяются, что на самом деле я не их дочка. Кто не знает мою семью близко, думают, что я родной ребенок. Во-первых, зачем посторонним эта информация? Во-вторых, я люблю приемных родителей как родных, они меня тоже. У нас в семье тема моего удочерения даже не поднимается. Думаю, мне бы и не рассказали об этом, если бы я не помнила своих настоящих родителей.
У меня в голове сохранилось несколько картинок. Первая – я сижу на кухне, а моя родная мама печёт мне блинчики. Вторая – папа катит меня на велосипеде по парку. Третья – папа за рулем, мама рядом со мной на заднем сиденье. Я сижу в детском кресле. Громкий сигнал клаксонов, сильный удар, машина переворачивается. Дальше в моей памяти полный провал.
У меня остались биологические родственники: двоюродная сестра моей мамы и родной брат моего папы. После гибели родителей они не смогли взять меня к себе, поэтому я отправилась в детский дом, в котором провела несколько месяцев. Но этого я уже не помню. Следующее воспоминание – Израиль и Лена с Игорем, которые говорят, что теперь они мои родители.
Арсений в замешательстве переводит взгляд с меня на Влада и обратно на меня. Почему-то люди всегда чувствуют себя неловко, когда узнают, что я приёмный ребенок. Как будто это что-то постыдное. Я не очень довольна, что мне пришлось рассказать об этом постороннему человеку, но мне жизненно важно донести до Арсения информацию, что мы с Владом не родственники.
– Угощайся, – киваю на стол, заставленный едой. – Мы с Владом столько не съедим.
Хотелось бы как-то разрядить обстановку.
– А какие у вас планы на вечер?
– У меня никаких, у Влада не знаю.
Соболев недоволен, что его друг приехал без приглашения. Взгляд тяжёлый. Вилка стиснута в кулаке.
– Планировал заняться делами, – я улавливаю в голосе Влада напряжение.
– У меня для вас интересное предложение: вечеринка на озере и заезды на мотоциклах. Ты когда-нибудь была на мотогонках? – обращается ко мне.
– Нет.
– Хочешь посмотреть?
– Не хочет, – Влад отвечает за меня. – Сень, я же сказал, что завтра приглашу народ к себе. На сегодня у нас с Викой другие планы.
– А Вика только что сказала, что у нее нет никаких планов.
Не понимаю, почему Влад так разозлился и противится предложению друга. Чем нам с ним заниматься весь вечер? Вот сейчас мы закончим есть, дальше что? Будем смотреть фильм? Пойдем гулять по окрестностям? Или разойдёмся по своим комнатам и до завтрашнего утра не заговорим? Как по мне, так лучше поехать туда, где много людей, чем сидеть вдвоём с Владом под одной крышей. У нас нет ни общих тем для разговоров, ни какого-то совместного досуга. Лично я рада приглашению Арсения. И рада, что завтра друзья Влада приедут сюда. Всё меньше нам с ним быть наедине.
– Вика только прилетела. Она устала, ей надо разобрать вещи. Тусовка будет завтра и у нас.
– Я уже разобрала чемодан. И я совсем не устала.
– Владос, но если у тебя дела, то мы с Викой можем съездить без тебя. Обещаю вернуть ее обратно в целости и сохранности.
Арсений как будто подстёбывает Влада. Ну чего Соболев так противится? Нет, может, он реально планировал поработать, тогда понятно. Ну а мне чем заниматься, пока Влад за стенкой будет кодить? К тому же я никогда не была на вечеринках и мотогонках. Мне правда интересно посмотреть.
– Ладно, поехали, – нехотя соглашается.
– Другое дело! – Сеня довольно потирает руки. – Ты мне торчишь один круг.
– Нет, я сегодня не катаюсь, – Влад отрицательно качает головой. – В следующий раз.
Ого, Влад еще и в мотогонках участвует. Я не знала. Фотографий с мотоциклами у него нет.
Глава 4. Вечеринка
Дорога занимает больше часа. Я еду в машине с Владом, а Арсений за нами на мотоцикле. Соболев недоволен, что пришлось куда-то ехать. В какой-то момент я начинаю жалеть, что согласилась на предложение Сени. Наверное, у Влада правда были дела, он хотел поработать или еще что-то, а пришлось откладывать свои планы из-за моего желания посетить вечеринку.
Тусовка проходит на хате у какого-то Бергера. Это знакомый Арсения. Я так поняла, Влад тоже его знает, но они не друзья. «Хата» – двухэтажный особняк в закрытом коттеджном посёлке с личным выходом к озеру. Основное место тусовки – гостиная в доме и терраса. Некоторые люди рассредоточились по пляжной линии. Кто-то купается.
– Не бери ни у кого из рук еду и напитки, – Влад начинает давать мне наставления сразу, как заходим в дом. – Если захочешь есть или пить, скажи мне, я тебе принесу.
– Хорошо. А почему нельзя брать еду и напитки у других?
– Тебе могут что-нибудь подсыпать.
Ого. Сразу становится не по себе. Оглядываю людей в доме. Кто-то разговаривает, кто-то курит кальян, кто-то пьет. В основном все уже пьяные. Несколько парочек целуются взасос у всех на глазах.
Влад много кого здесь знает. Парни жмут ему руку, девушки кокетливо целуют в щеку. С некоторыми из них он перекидывается парой фраз. Я не знаю, куда себя деть. Я впервые в жизни на такого рода мероприятии. Что здесь принято делать? Пить алкоголь?
Я отрываюсь от Влада, чувствуя себя лишней. Его то один остановит, то второй. А рядом я, как неприкаянная. Это мероприятие лишний раз демонстрирует, какая между мной и Владом пропасть. Он тусовщик, у него огромное количество друзей, он популярен, в том числе среди девушек. Особенно среди девушек. Вон как на нем виснут.
– Влаааад! – подпрыгивает какая-то блондинка и обнимает его за шею. – Ты все-таки приехал! Я так рада!
Соболев вполне охотно обнимает блондинку в ответ. Позволяет ей поцеловать себя в щеку и тоже целует ее. Быстро включается в оживлённый разговор, смеется. Я не такая. У меня нет столько друзей, я никогда не ходила на такие вечеринки. В Иерусалиме у меня три близкие подруги, одноклассницы. После уроков мы ходили есть мороженое в кафе возле школы. Потом расходились по домам делать уроки. Иногда собирались у кого-то из нас, чтобы сделать уроки вместе. Вечером гуляли в парке и возвращались домой не позднее десяти вечера. Иногда мы оставались с ночевкой у кого-то из нас троих. Чаще всего у меня. Мы смотрели комедии, делали маски для лица и маникюр. Болтали до утра, обсуждали мальчиков из нашей школы, кто с кем встречается и кто с кем поцеловался на перемене. Но все это было так невинно и по-детски по сравнению с тем, что я вижу сейчас.
Заиграла томная медленная песня, какая-то пьяная девушка залезла на стол и начала танцевать. Хорошо хоть не раздевается. Она крутит бёдрами, провокационно выгибается, размахивает длинными распущенными волосами. Все смотрят, парни свистят ей. Влад тоже смотрит. Кажется, его недовольство тем, что пришлось сюда ехать, уже прошло. Соболев в своей тарелке, чего не скажешь обо мне.
– Скучаешь?
Я аж вздрагиваю. Рядом со мной Арсений. Он держит в руках два бумажных стаканчика с напитками.
– Не знаю, что ты пьёшь. Я принёс тебе вино.
Мне неудобно отказываться, поэтому беру бумажный стакан в руку.
– А ты что пьёшь?
– Я воду.
– Почему не пьёшь алкоголь?
– Так я же за рулем. У меня еще заезд будет.
– А где проходят гонки?
– На трассе за коттеджным посёлком. Ну как тебе тут?
Неопределённо веду плечами. Если честно, мне не очень. Я не знаю, куда себя приткнуть.
– Расслабься и получай удовольствие, – Арсений щёлкает меня пальцем по носу, бесцеремонно вторгаясь в мое личное пространство. – Давай за знакомство, – бьется своим бумажным стаканом о мой.
Я помню, что Влад велел не брать из чужих рук напитки. Но чтобы не обидеть Арсения, я слегка касаюсь губами вина, имитируя маленький глоток.
– Чем ты занимаешься? – спрашиваю. – Откуда знаешь Влада?
Ответ на второй вопрос мне известен. Арсений и Влад были одноклассниками, учились в одной физматшколе. Они лучшие друзья с первого класса.
– С Соболем мы вместе в школе учились. А занимаюсь я мотогонками.
– Учишься где-нибудь?
– Да, на айтишника, как и Влад, но это так, для галочки. Я не собираюсь работать в этой сфере.
– Понятно. А Влад тоже участвует в гонках? – задаю интересующий вопрос.
– Очень редко, по настроению.
– А я никогда не каталась на мотоцикле.
Арсений удивленно выгибает бровь.
– Хочешь, прокачу тебя прямо сейчас? Обещаю быстро не ехать.
Я машинально перевожу взгляд на Влада и цепенею. Он разговаривает с девушкой. С той самой шатенкой с фотографий. Мне и по коллективным снимкам было очевидно, что между ними что-то есть, а сейчас так тем более. Они выясняют отношения. Вернее, шатенка выясняет, а Влад слушает ее с уставшим видом.
