Текст книги "40к способов подохнуть. Том 4 (СИ)"

Автор книги: Hydra Dominatus

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 23 страниц)

Психическая активность истощала мой разум, слишком большой поток эмоций и чувств проходил через меня, в результате чего вымывал рассудок. Я слышал их голоса, они звучали уже внутри меня и из-за них едва слышным становился свой собственный внутренний голос.

– Используй меня, я выдержу, – тут же ответил мне Мордред.

Вариантов было немного. И хоть отголоски чужих душ так или иначе разделяли со мной ношу, однако они могли сделать больше. В результате раздался чудовищный крик Мордреда, на которого я перенаправил один из потоков. Он буквально оказался на грани с полным разложением, однако… он держался, а я мог зайти ещё дальше и зачерпнуть ещё больше силы, которой у меня и так было много, но всё же её не хватало.

Тем временем Птичка тоже поглощала всё больше энергии и теперь уже не тратила своё время на воплощение. Приняв облик один раз, она теперь села на моё плечо и всё глубже вонзала чёрные когти, пока из её алый глаз по хрустальному оперению текли багровые полосы. Она становилась всё больше и меня свой внешний вид. Если до этого она напоминала маленькую синицу, то теперь вымахала до размеров сокола, правда телосложение её не напоминало более ни одну из известных мне птиц.

– Убивать? Мне интересно, что внутри космодесантника и какова на вкус его печень, – любопытно повернув голову набок Птичка уже впилась взглядом в свою добычу.

Пока я сошёлся в смертельном танце с демонами, она продолжала сидеть и сквозь битву смотреть за своей целью. Удар, кровь льётся во все стороны, прямо перед ней пролетела голова культиста, но всё это её не интересовало. И как только она увидела возможность, то сорвалась с моего плеча, оставив кровоточащие раны.

Словно стрелой она пронеслась сквозь гущу боя и вонзилась клювом прямо в сочленение за коленом силового доспеха. Со скрежетом деформировался металл и подвинулся, позволив острому клюву вонзится даже в плоть. Космодесантник хотел ответить, но не успевал из-за натиска других демонов. В свою очередь Птичка быстро отступила и нанесла ещё один удар, а затем уже начала рвать когтями других демонов, пытаясь отбить у них свою добычу, которой она делиться не хотела.

– Кажется ситуация выходит из-под контроля, да? – вдруг раздался ещё один голос, крайне знакомый и который я не ожидал услышать.

– Лазурь?

– Продолжай буйствовать и через разлом проникну я, даже помогу тебе. По крайней мере Сынам Злобы я тоже не хочу позволить закончить обряд. Да и не только я, судя по всему их действия напрягли всю Четвёрку.

– Что происходит⁈ – воскликнул я и гладиусом разрубил родившегося из варпа крикуна Тзинча, что напоминал собой летающего ската.

– Пока что знаю не больше твоего, но кажется в этой системе есть кое-что, что может дать одной из сторон существенное преимущество. Расширь разломы.

– Легко сказать… – сглотнув собственную кровь, произнёс я и на мгновение восприятие времени изменилось.

Я сконцентрировался на своей душе и происходящих в них процессах, что в купе с улучшенным мировосприятием астартес можно было назвать замедление времени. Хотя время текло также, просто моё восприятие поменялось. Обычно нечто подобное случалось со мной в моменты опасности и зачастую процесс был неконтролируемым, следовательно бесполезным. Однако теперь… с увеличением псайкерского потенциала я смог выделить несколько мгновений длиной в долгие секунды на размышления касательно дальнейших действий.

Расширить разлом… с одной стороны звучит просто, а с другой мне ещё нужно не сойти с ума. Поэтому я решил не искушать судьбу и отступить чуть к краю коридора. Там интенсивность боёв меньше, кроме того в этот момент в мою сторону мчится и кровопускатель, и ещё один космодесантник, что расправился в чумоносцем. Пусть они друг друга месят, а я передохну.

Дальше надо продумать траекторию движения, на это и уходит больше всего времени. После проверить себя на ошибки, секунды капают, напряжение мозга растёт, долго находится в таком состоянии полной концентрации тяжело и это сильно выматывает, а у меня ещё впереди целый бой.

Использовать ещё больше силы я не могу, но расширить разлом надо. Лазурь уже ломится с другой стороны, пытается его раскрыть, но сам физический мир сопротивляется ей. Нужен толчок отсюда или… или я могу запустить приманку и заманить к разломам ещё большей демонов, которые расширят разломы своей массой. Да, лучше сделать так, а там уже Лазурь как-нибудь сама вместе с потоком пробьётся. Она сильная, справится.

Осталось решить вопрос лишь с приманкой.

– Да простит меня Бог-Император, – смиренно произнёс я, полностью принимая то, что будет сделано мной в следующее мгновение.

Моя огромная тень нависла над крохотным силуэтом свернувшегося калачиком человека, что лежал в самом тёмном углу и пытался заткнуть свои уши, чтобы не слышать грохота битвы. Он не хотел всего этого и молил Императора лишь о том, чтобы тот защитил его и унял боль, что разрывала душу даже в посмертии. Для демонов это была лучшая приманка: слабая, беззащитная, полная эмоций, которые дают силу порождениям варпа.

Я схватил его и поднял, после чего заставил посмотреть вглубь варпа и варп посмотрел на него в ответ. Всё худшее, что можно было представить в этот момент, было представлено им, ведь над собой и своими мыслями он потерял всякий контроль. Он был идеальной пищей и одним за другим твари варпа начали ломиться сквозь разломы словно на запах свежего мяса.

Одни увлекали других, поток начал расти сам по себе достигнув критической массы, даже те кто не видели происходящего здесь, всё равно хотели узнать куда же так бегут других. Они мчались и им не было числа, после чего планетоид медленно приближался к полному и бесповоротному осквернению.

– Прости, – произнёс я, но не был услышан. – Но приговор должен быть вынесен врагу, а не нам.

И в этот момент из разлома вылетела ледяная буря, а в самом мощном завихрении появилась Лазурь, уже в своём боевом обличии. С четырьмя кривыми мечами она тут же превратилась в вихрь, что уничтожал всё на своём пути и демонов, и Сынов Злобы. Голова же её то и дело вытягивалась в жуткую птичью морду и отрывала куски от её врагов.

Вместе с ней мы прорвались к барьеру тишины, убив всех Сынов Злобы на пути. Остальные же демоны боялись её зловещего присутствия и предпочли уйти в другом направлении, где оставалось ещё множество вкусных тюремщиков.

– Купол тишины… – произнесла она, не спеша переходить грань.

– Как библиарий может быть неприкасаемым? – спросил я, не понимая как это возможно.

– Он не неприкасаемый. Наоборот, причина тишины – концентрированная злоба. Словно чёрная дыра, она настолько сильна, что не отпускает от себя ничего и создаёт иллюзию тишины. Он крайне сильный псайкер и он… он что-то ищет, нагло и дерзко всматривается в варп и хочет записать нечто на артефакт. На этот скипетр.

– Что именно?

– Не знаю, но… пусть завершит обряд, а мы заберём этот артефакт.

– Кажется вон тот тип будет против. И вон тот тоже.

Я указал рукой сначала на альфа-легионера, а затем на космодесантника со знакомым демонхостом, который то ли выжил, то ли был перепризван снова. Грозные противники, они были единственными выжившими, ну кроме ещё и библиария. Остальные все лежали мёртвыми среди в том числе безумных демонов, которые всё же могли проникнуть через этот барьер, хоть и ощущали они себя в нём… неприятно, но не так плохо как рядом с теми же неприкасаемыми. Так что вероятно Лазурь была права.

– А я его знаю… Ха-ха-ха, сукин сын, ещё живой… – прошипела Лазурь, глядя на демонхоста. – Как ты только попался в руки этих маньяков.

– Так… ты берёшь на себя этих двоих, а я… альфа-легионера?

– Да, постараюсь разобраться с ними побыстрее, но ничего не обещаю. Этот космодесантник сильнее других, воля его огромна, как и демонхост та ещё заноза в заднице. Я бы справилась с ними, будь на пике своих сил, но разломы малы и находится здесь мне сложно.

– Тогда не будем терять время зря, – кивнул я и вошёл за барьер.

– О-о-о-о… игра подходит к своему эпилогу. Как думаете, кто доживёт до прибытия Ордо Хронос, что мчится со своим флотом и чьи корабли через пять минут выйдут в том числе в этой системе? – спросил альфа-легионер, который покрылся ранами и хоть пытался держать бодро, продолжая сеять смуту, но всё же досталось ему нехило.

Что же, тем лучше для меня.

Глава 117

Сверкала сталь и каждый наш отзывался кровавым хлюпаньем, ведь весь пол покрывали трупы. Альфа-легионер был невероятно силён и всё же он практически не нападал и в основном защищался. Раз за разом мне удавалось подловить его и его вполне алая кровь добавлялась к алым рекам, что вытекали из зала к пирующим снаружи демонам.

И каждый раз идя в атаку я чувствовал, что он может убить меня. Даже отражая атаки его клинок мчался настолько быстро, что мне порой не удавалось уследить за атакой. Но почему тогда я всё ещё жил и ран прибавлялось именно на моём враге? Ответ был прост, потому что всё до сих пор идёт по его плану.

– Что ты задумал? – разорвав дистанцию спросил я, окончательно поняв, что никакой битвы за жизнь сейчас не идёт.

В этот раз альфа-легионер решил промолчать. Он в целом не был особо разговорчивым и использовал слова лишь для того, чтобы сеять раздор и сомнения. И с этим он уже справился на все сто, поэтому любые слова были излишни. В процессе собственных размышлений я уже доделаю всё сам: задам нужные вопросы и дам на них ответы, что в свою очередь запустит меня в подготовленную круговерть смуты.

Тем временем Лазурь уже уничтожила оболочку демонхоста, вернув не то своего друга, не то врага обратно в варп. А далее она уже без особых трудностей разобралась и с космодесантником, оторвав тому голову. Истощалось и заклинание библиария, который медленно обращался в пепел, что начал высыпаться через чернеющий доспех. Свою задачу библиарий выполнил на все сто, только вот Сыны Злобы артефакта уже не получат.

Вновь тряхнуло весь планетоид и через десять секунд началась стремительная высадка инквизиции. Большая часть флота ещё находилась в варпе, однако первые суда уже достигли как Вострои, так и её колоний, что пали в поле зрения Ордо Хронос после слов провидца.

И в этот же момент альфа-легионер сделал свой последний ход. В стремительном рывке он рванул на меня, делая опасный, но крайне предсказуемый выпад. Отпрыгнуть я уже не успевал, но мгновенно увидел возможность для контратаки. Рефлекторно полубоком повернул корпус, чуть шире расставил ноги и сделал приставной шаг навстречу. Клинок альфа-легионера прошёл левее от меня, а мой гладиус вонзился прямо в его грудь.

В последний раз заискрило силовое поле, после чего энергия кончилась. Купол тишины в этот же момент спал, после чего я услышал повторяемый сигнал. Инквизиция транслировала молитвы и литании практически по всем частотам.

– Говорит скаут Тюхе, сражаюсь в центре тюрьмы, запрашиваю подкрепление! – тут же я отправил запрос о помощи по тому же каналу, по которому ранее связывался с Ястребом-4.

– Принято, штурмовые группы уже двигаются к вам, – вдруг молитву перекрыл незнакомый мне голос.

– Этот артефакт… – тем временем израненная Лазурь подошла к останкам библиария. – Это ключ…

Всё тело демоницы покрывали жуткие раны, из-за хора праведников с неё слазила кожа, в битве с демонхостом и космодесантником она лишилась двух рук, так ещё и энергии варпа в этом месте не хватало для полноценно поддержания её облика. Физический мир отвергал её и из-за ран она будет вынуждена вернуться в ад куда раньше.

– Ключ от чего?

– Я… я могу только догадываться… но если это затеяла Слаанеш… – вдруг Лазурь резко дёрнулась и повернулась в сторону коридора. – Они уже близко. Не дай им забрать ключ.

И рёв очищающего пламени, что превращал в пепел осквернённые останки, стал ещё громче. Я уже мог слышать грохот и сапог, как без всякого предупреждения Лазурь изменилась и жутко вытянулась её шея, в то время как лицо вытянулось, став жуткой мордой. И мощные челюсти её пасти сомкнулись на левой части моего тела. Она одновременно прикусила плечо, предплечье, частично задела шею, а также левую часть грудной клетке. Кости мои затрещали под давлением, нечто острое внутри пасти пронзило даже Чёрный Панцирь.

От неожиданности я даже сначала не понял причины агрессии, однако в следующее же мгновение до меня дошло. Яростно я начал рубить её шею своим мечом. Без силового поля пришлось прикладывать значительные усилия, благо тело самой Лазури уже тоже разваливалось. И прямо вовремя этого жуткого процесса в зал вошла штурмовая группа.

– СДОХНИ!!! – закричал я и отрубил шею, после чего пошатнулся и выронил меч, чтобы обеими руками размокнуть челюсти и снять голову Лазури. – Проклятье…

Раны были ужасными, повреждён был ряд внутренних органов, но каким-то чудом я продолжал стоять на ногах и даже подобрал меч, после чего взглянул на штурмовой отряд.

– Во имя Императора, назовите себя! – воскликнул я, после чего начал отступать назад к останкам библиария, на которых находился болт-пистолет и рядом с которым в пепле лежал тот самый ключ, довольно огромный, метра полтора где-то.

– Брат, это друзья, Ордо Малеус и Ордо Хронос, – вперёд вышел брат-космодесантник, броня которого была покрыта жуткими дырами от болтов. – Что здесь произошло?

Все внимательно смотрели на меня и кучу тел. Десятки трупов демонов, альфа-легионер, больше дюжины тел космодесантников из Сынов Злобы и бессчётное количество мёртвых культистов. Все они были мертвы, а живым остался лишь я, что вызывало некоторые вопросы и нагоняло жути.

– Артефакт, – ответил я, подойдя к телу библиария и подняв гигантский ключ. – Он провёл какой-то обряд и стал проводником силы из варпа, чтобы… я не знаю что именно он сделал, но узнаю. Мне нужна будет помощь Лахида и епископов.

– Артефакт лучше передать в руки тех, кто посвятил борьбе с демонами всю свою жизнь, – ответил офицер с гербом экклезиархии. – Там он будет в безопасности.

– Нет, – неожиданно для всех ответил я.

И нависла гнетущая пауза. С одной стороны этот офицер был прав, а с другой… разве кому-то кроме себя я мог доверять? Вообще мог, но в их число не входили невесть откуда прибывшие… союзники…

– Брат, – снова подал голос космодесантник.

– После всего того, что пережил Шелест я не доверюсь никому кроме своего ордена, – прямо заявил я. – На нашей территории действует альфа-легион, варбанды входят в систему и проводят обряды, а теперь… теперь каким-то чудом прибыли силы инквизиции? Я должен в это поверить? Шелест от Терры отделяет Великий Разлом. Хотя вы наверняка сейчас выдумаете что-то про секретные храмы ваших ордосов…

– Нет, мы пробились через Великий Разлом, понеся огромные потери и едва не потеряв веру. Но мы пришли сюда исполнить Его волю. И я не позволю обвинять нас в предательстве! – воскликнул офицер и вскинул свой лазпистолет. – Сдайте проклятый артефакт, скаут Тюхе, или будете обвинены в предательстве и ереси!

– Однажды экклезиархия уже предала Империум. История циклична, – ответил я и встал полубоком, уже думая как бы резко выхватить болт-пистолет с трупа библиария и при этом не сдохнуть в то же мгновение.

– Опустите оружие, – тут уже напрягся мой брат, который не собирался смотреть как одного из Щитов Терры расстреливают.

Но стрельбе случится не удалось, благодаря вмешательству высших чинов. Развязывать конфликт никто не хотел и хоть подчинённые на низших уровнях могли вспылить, но во главе прибывших сил стояли мудрые люди. Кроме того они уже связались и с капитаном Андросом. В результате чего до них дошла и наша проблема, которая разрешилась крайне просто.

Исследование артефакта будут проходить в крепости-монастыре ордена, при участие представителей Ордо Малеус. А когда уже прибудут основные силы, то тогда можно будет говорить уже о передаче. Всё же отправленный на эту миссию флот был огромен и далеко не каждый корабль имел на свою борту инквизитора из Ордо Малеус и тем более из куда более малочисленного Ордо Хронос.

Хотя конкретно эти силы, что уже прибыли, имели на борту отряды Адепта Сороритас, лояльность которых действительно не могла ставиться под сомнение без крайне весомых оснований. Однако лично капитан Андрос заявил, что его орден справится с сохранением артефакта для Ордо Малеус если не лучше, то ничем не хуже отряда сестёр битвы. Кроме того орден имел обитель знаний, где всё для этого уже было создано, как и сам Лахид являлся весьма опытным библиарием, которому можно доверять. Ну и вершиной всего стал аргумент того, что именно Щиты Терры так или иначе захватили этот артефакт, заплатив за него огромную цену.

Таким образом до прибытия кого-то из инквизиторов Ордо Малеус решено было оставить артефакт у нас. В свою очередь Сестринство станет почётными стражами и их пустят в крепость-монастырь. Этот вариант устроил всех, ведь лучше так, чем устраивать резню между собой. А резня скорее бы и случилась, ведь капитан Андрос тоже подозрительно отнёсся к неожиданным друзьям. И упёртости ему было не занимать, артефакт отдавать он не хотел, по крайней мере до тех пор, пока не будет установлено то, что он никак не угрожает Шелесту.

Я же ещё на корабле начал составлять рапорт, где пояснял за каждый свой шаг. Составлял его письменно, но параллельно говорил обо всём и вслух, передавая информацию капитану. После меня и артефакт доставили уже в монастырь, где меня встречали как героя. Слухи о случившемся разошлись удивительно быстро, да и летели мы не пять минут.

Чуть задержались силы экклезиархии. Они провели финальную зачистку при почётном присутствии нескольких Щитов Терры, после чего неспешно направились к Шелесту. К их приходу планета готовила великое празднество, ведь большинство населения было крайне религиозны. Это было истинное чудо, что наконец-то развеяло столь плотный мрак смыкавший души людей на протяжении долгого времени.

Но на празднование я не успел. Мои раны оказались… ужасными и требовали долгого лечения, а также временной аугментики.

– Так… вживляю… – произнёс технодесантник, после чего разум мой пронзила адская боль. – Ты в сознании?

– Да, – ответил я, ведь эту процедуру крайне не рекомендовалось проводить с анестезией. – Боль примерно на шесть из десяти.

– Биокодирование… проходит согласно плану… – растягивая слова говорил апотекарий, который и пригласил своего брата-техника, который лучше разбирался в аугментики.

– Как мои братья? – в очередной раз спросил я, чем уже наверное изрядно достал апотекария.

– Всё в норме, Тюхе, не переживай. Каждый второй будет возвращён встрой в течении полугода. С остальными всё сложнее, но думаю вместе с прибывшим флотом мы увидим и других астартес, и апотекариев. Я попрошу у них помощи и ресурсов для проведения рубеконов, после чего и они вернутся. Всё будет хорошо, – повторял апотекарий и даже если я его достал своими вопросами, то он этого никак не показывал.

– Артефакт… Лахид…

– Артефакт находится под максимальным уровнем защиты, а Лахид изучает его крайне осторожно, под пристальным присмотром капитана Андроса, Адепта Сороритас, а также ряда сведущих представителей эккзелиархии. Шелесту ничего не угрожает.

Но в это мне не верилось, хотя в какой-то момент ко мне из-за моих расспросов даже прибыл сам капитан для личного разговора. С ним я поделился своим дурным предчувствием, Андрос даже разделял мои опасения, однако сказал на этот счёт только одно:

– Враг затаился, он ждёт. Мы это знаем. Мы готовимся. Делай то, что в твоих силах и не уповай на удачу.

И он был прав, а я… я всё равно сидел словно на иголках, хоть и понимал, что не рационально и своими переживаниями я ничем и никому не помогу. Должно быть причиной тому было психическая перегрузка, от которой тоже требовалось отойти.

После случилось празднование и сотни шаттлов спустились с небес. Если первые представители прибыли относительно тайно, то капитан крейсера и другие важные шишки приняли участие в целом параде. С этого началось духовное возрождение нашего мира и впервые за очень долгое время духовенство Шелеста наконец-то почувствовало связь с Террой. На корабле не просто присутствовали какие-то там святые… это были праведники, что совершали паломничество к Императорскому Дворцу. Среди них даже была женщина, что лично видела самого Робаута Жиллимана, поднимающегося по ступеням к своему Отцу.

Вместе с этим вздох сделала культура. Сотни картин уже писались по этим рассказам, возводились новые храмы и строились целые монументы. И вечно серый Шелест вдруг даже начал обрастать красками надежды, забыв о прошлых бедах.

К сожаленью большую часть этого времени я провёл в недрах храма, но как только апотекарий дал добро, то я подал запрос капитану, а через три недели получил свой заслуженный выходной. Хотелось изнутри взглянуть на преобразования Шелеста, да и разгрузить напряжённый разум тоже было необходимо. В довесок ко всему у меня уже имелось приглашении от Рябиновых.

Они ждали меня ещё на восьмой день после священного шествия, после семидневных молитв, когда половина Шелеста предавалась молитвам по шесть часов в сутки, а сами служители храмов и вовсе делали это чуть ли не круглые сутки. Но получилось сделать это только сейчас, фактически спустя уже как три месяца.

– О, а вы как всегда приходите заранее! – ещё на походе я встретил Алисию, которая несла тяжеленые сумки с продуктами и окликнула меня.

– Алисия? А я тебя даже и не узнал, – удивился я глядя на девушку, с которой когда-то случайно познакомился.

Она так изменилась. Подстригла длинные волосы, покрасила их в чёрный, макияж начала использовать, но пока что естественный. И одеваться стала… строже что ли. Походка и осанка теперь иные, да что уж там говорить, у неё на шее теперь красовался обручальный кулон.

Как же быстро летело время. Для меня все дни сливались воедино, а на редких посещениях я особо разглядывал её. Здесь же, под яркими лучами солнца, она прямо сияла и становились видны все прошедшие изменения. Жизнь Алисии текла быстро, как и была насыщенной на различные события. Она же была простым человеком, о чём я что-то резко вспомнил только сейчас.

Всё же я жил в окружении своих братьев, которые редко менялись. Мы же даже не стареем, только шрамов прибавляется и опыта. Из-за этого такие элементарные вещи и нюансы забываются.

– Были на параде? – спросил я, беря сумки и направляясь в сторону дома Рябиновых.

Зданий вокруг тоже больше стало, стройка шла быстрыми темпами и возводилось всё больше домов. Население Шелеста несмотря на все беды росло, как и в целом развивалось. От шока потери центрального компьютера постепенно отошли, вся система была перестроена и функционировала штатно. Враг тоже больше себя не являл, давая нам некоторую передышку.

Но он готовился… готовился к очередном удару, который будет куда болезненнее всех предыдущих. Так было всегда. Впрочем, грузить этим других я не собирался, как и в целом сам хотел немного отдохнуть.

– Ох, ну рано ещё, рано! Вечером же звала! – едва я появился, как тут же запричитала старушка.

Она тоже поменялась и хоть резво бегала по кухне, но горбатилась теперь ещё сильнее, как и резвость убавлялась. Но в целом бабка Софья держалась бодро и имела все шансы отпраздновать свою трёхзначный юбилей. В этом плане куда… печальнее выглядел муж Софьи, Александр, который был старше её и был главой рода Рябиновых.

Он почти всегда передвигался с тростью, ему уже было за девяносто и хоть был старше Софьи где-то лет на десять, но… в День Мрака он был младшим офицером. Он не просто был военным, он прошёл через сам ад, где месяц считался за год. И аугментика на нём как-то не очень приживалась, старые раны ныли и в целом… он уже давно был на почётной пенсии. Это те кто Кресты Махариев получают могут позволить себе лучшие процедуры омолаживания, а Александр… он был уважаемым, но перестал развиваться и поэтому уступил место другим.

– Чего сидишь? Делом займись, – произнесла Софья, пробегая через гостиную на кухню.

– Оставь меня, старуха, я в печали… – ответил дед Александр, пристально глядя на семейное древнего рода, которого раньше здесь не было.

– Стол смотрю новый, большой такой… – произнёс я, садясь за действительно крупный стол. – И… вы кажется стену одну снесли и объединили две комнаты, сделав гостиную больше?

– Да-а-а… у нас же вон, целый род Рябиновых… у меня ещё два брата живых, – ответил дед и ещё печальнее вздохнул.

– Они тоже наши родственники, давно пора было забыть эти глупые обиды, – мимо юркнула Алисия, поцелав дедушку в щёку и поставив перед ним тарелку с его любимыми конфетами. – Спроси у Тюхе, если мне и бабушке не веришь.

– Тюхе?

– Я тебе перечитывала письмо.

– А-а-а… точно, вспомнил, – ответил Александр, который всё реже прибывал в настоящем, отдавая всё больше места прошлому. – Ты же получил новое имя. Эх, слабая у меня уже память. Совсем хватку теряю. Так что скажешь? Права моя дочь?

– Да. Братские узы крепче других. И мы все должны думать о единстве. Ради этого наш капитан и отправляет нас сюда. Чтобы никто из нас не забывал за что мы сражаемся.

И хоть Александр был в несколько раз старше меня, но спорить он не стал из уважения к регалиям ордена. Всё же тут я может и находился не совсем официально, однако старая офицерская выправка никуда не делась. Даже со своими сыновьями и внуками на таких застольях он порой общался по привычке как с подчинёнными.

– Говоришь прямо как наш епископ. Но может и правда с вами. По крайней мере попытаться точно стоит. Дочь моя, прекрасная Елена, подойди к старику своему…

– Что такое? – вздохнув спросила Елена, мать Алисии, подойдя.

– Принеси графин, – тихо произнёс Александр. – А то гость пришёл, сама понимаешь. Только… смотри, чтобы Софья не заметила.

И хоть космодесант не пил алкоголь, как и в целом наш организм был слишком устойчив к любым токсинам, что затрудняло всякое опьянение, однако в чужой храм со своими правилам не лезут. Если бы я отказался, то обидел бы хозяина дома, а это разве красиво? Какая разница трезвенник ты или нет? Выпей эту первую рюмку, а потом переходи на сок. К чему выёживаться? Из-за желания что-то кому-то доказать? Показать независимость и силу принципов?

Так сила принципов показывается в совершенно других вещах, как и угрозы независимости от следования простой традиции нигде нет. Доказывать что-то кому-то я тоже не собирался, просто молча выпил эту обязательную рюмку, хотя бы из уважения к Александру, который многое сделал и заслуживал уважения.

Вроде такая мелочь… а вроде именно из-за них род Рябиновых оказался разделён и спустя долгие десятилетия сегодня впервые Александр увидит своих братьев, а также их потомков. И наверное из-за таких вот мелочей всё пойдёт по одному месту, но… если уж святые с Терры прилетели, а астартес напротив тебя с рюмкой сидит, то наверное можно и гордыню свою унять, сделав первый шаг.

Глава 118

На ужин пришло очень много людей. Род Рябиновых был очень огромным и брал своё начало от Юлиана, прадеда Александра, который в те давние времена был простым крестьянским мужиком, затем стал солдатом и невероятными усилиями смог дослужиться до сержанта, младшего офицера, а после накопил средств и заслужил фамилию. Именно с него и начала вестись родовая летопись.

Детей у Юлиана был много, в том числе не совсем законных, о которых не принято говорить. Большинство же родных детей погибало при родах. Адаптация колонии шла… тяжело и даже сейчас некоторые семьи сталкиваются с большими проблемами адаптации из-за не лучших генов первых поселенцев, которые постепенно вырождаются.

В результате единственным ребёнком который смог выжить и дожить до совершеннолетия стал Юрий, при родах которого умерла жена Юлиана. Тогда род Рябинов был в шаге от полного исчезновения и забвения. Юлиан так и не продвинулся по карьерной службе, как и из-за гибели жены… он и до этого пристрастился к алкоголю, но невероятными усилиями всё же смог выбить место для своего сына в офицерском училище, но не дожил до того как Юрий закончил его с отличием.

Юрий продолжил дело своего отца, сохранил род, оплатил все долги и уже в свои двадцать восемь лет стал капитаном роты. А когда наступил День Мрака, то он в какой-то момент взял на себя командование целым полком в количестве сорока тысяч солдат. Вместе с ним сражался и его сын, а также и его внук, сам Александр.

В той жестокой бойни многие погибли. Почти все мужчины рода, кроме самого Александра и двух его младших братьев, что были тогда совсем ещё детьми. Тогда же Александр лишился и своей первой жены. Ему тогда не было и тридцати. Но после он встретил Софью и род постепенно начал восстанавливаться.

И вот, спустя столько времени он сидел во главе стола и смотрел на своих родственников. Рядом с ним также сидели и его братья, которые вообще должны были сидеть по краям, но стол сделали более широким. Так что во главе сидели и братья Александра. Характер у Александра был не сахар, как и сами братья не очень любили строгую иерархию, они считали себя равными Александру, а тот… в общем, такое расположение было компромиссом.

Я сел примерно в середине, по левый край от Александра. Место спокойно, нейтральное и слышно всё превосходно. Трудновато было слушать всех одновременно, но астартес был обязан воспринимать сразу множество потоков информации, а псайкер – тем более.

– Не слишком шумно для вас? – спросила меня Елена, сидящая справа. – Я слышала, что крепость-монастырь прибывает в тишине.

– Не совсем. Жизнь течёт в нашем храме быстро и стремительно, пусть и… музыки не играет, как и громких бесед у нас не бывает.

– Эх, жаль что мой муж не смог явиться. Ваш разговор с ним был бы куда более интересным, чем со мной. Его батальон прибыл одним из первых на поддержку вашей крепости.

– Ох, боюсь последнее о чём бы я хотел говорить это о войне. И благодарю вас за подарок. Все в храме теперь завидуют мне.

– Ой, да будет вам… всю работу в основном делала Софья, да Алисия. Я же отошла от этого ремесла, как только поняла, что моя дочь уже лучше меня во всём.

– И чем теперь занимаетесь?

И в целом ужин шёл по плану, время от времени туда-сюда бегала Софья, которой порой помогали то одни, то другие, помогая приносить новую еду. Однако чем больше времени шло, тем больше алкоголя выпивалось и тем сложнее становилось избегать острых углов. Так например Александр и его два брата вообще старались говорить по минимуму, чтобы не рассориться.

Однако их дети, внуки и даже правнуки… некоторые из них не обладали той же мудростью и выдержкой. Кроме того людей здесь было много и все они опять же крайне разные. Разная внешность, разные гены, разные характеры, разные убеждения, разные цели – казалось бы существовали тысячи причин, которые должны были разделить их, а причина для прихода на ужин – одна.