Текст книги "40к способов подохнуть. Том 4 (СИ)"

Автор книги: Hydra Dominatus

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 23 страниц)

Замерев в абсолютной неподвижности, с натянутыми словно стальные тросы нервами, я не собирался ни двигаться, ни хоть как-то изменяться. Всё моя душа находилась на одном месте и каждый демон видел её, чувствовал, а затем пытался напасть. Но раз за разом любой выпад в мою сторону заканчивался либо жестокой смертью, либо позорным отступлением.

Хтоническая масса резко рванула вперёд, превращаясь в тринадцать волн. Они обтекали меня и собирались наваливаться одновременно со всех сторон. Она напоминала поток жгучего яда и смердела жалостью, что норовила забиться в ноздри и через них поселиться в душе, чтобы изнутри отравить всё и вся.

Однако словно из ниоткуда, также как вокруг нас постоянно появлялись горы и океаны, вокруг меня молниеносно возник целый форт в форме звезде, каждый луч которой представлял собой сверкающий всегда разным огнём бастион. Словно волнорез бастион разрезали поток и в дикой агонии хтоническая масса начала испаряться. Хрустальная поверхность чернела, поток яда превращался в непроглядный туман, но и вокруг меня уже поднимала вихрь Птичка, не давая даже самой малой ментальной частичке проникнуть сквозь защиту к всегда открытой и всё же неуязвимой сердцевине моей души.

Но бесчисленны и неуловимы были порождения варпа. Если на тебя уже нападал один, значит второй также уже готовил нападение или… был в финальном завершении этого нападения. И этот раз не был исключением.

Сверху, в пучинах морей варповых потоков уже закончил формировать свой облик ещё один демон. Острые драконьи когти воплощали гнев того, кто однажды его почти уничтожил. Прочнейшая чешуя сверкала ярко и из разверзнутой пасти раздался предвкушающий победу рёв. Дракон обрушился с небес прямо на меня, пользуясь казалось бы брешью в моей обороне.

Но в последний момент задрожали бастионы и форт схлопнулся, став напоминать бутон розы. Ощетинившись острыми углами он уже в следующую секунду дёрнулся и превратился хрустальную пирамиду, о которую на тысячи осколков разбился казалось куда более плотный и твёрдый дракон. И это на самом деле было так, отдельная его чешуйка была куда прочнее отдельного кирпичика моей обороны. Да вот только прочность завесила ещё и от формы, в данном случае формы энергии.

После чего вся моя оборона взорвалась, превратившись в бурю. Круговорот хрустальных осколков разрывал плоть всех мелких тварей, что смели притронуться к моей добыче. А более крупные куски поверженных врагов пожирала Птичка, становясь ещё больше и сильнее, опаснее и хитрее, быстрее и амбициознее.

Без жалости и пощады научил меня сражаться Криг, что делало мои ментальные чары куда более плотными. Постоянно опасение и паранойя взращённые Тзинчем заставляли меня продумать каждый мой ход минимум на три хода вперёд, что ставило меня выше большинства моих врагов. Целеустремлённость и стойкость космодесантника становились частью моей сути, что делало меня практически неуязвимым к яду тварей варпа.

Я стоял и сражался в окружении демонов, не собираясь ни сдаваться, ни думать о том, что меня ждёт в конце битвы. Был только враг и невероятное желание нанести ему как можно больший ущерб. Выживу или нет – дело десятое.

– Их всё больше, – вдруг прошептал Мордред. – Пусти нас.

– Рано.

И сверкнул внутри бури покрытый пламенем меч, удар которого рассекал саму реальность. В миг исчезла буря, словно бы её сдул своим дуновением сам Тзинч, а вместе с ней к удивлению рогатого демона исчез и я. Какой же глупец, неужели он действительно поверил в то, что я буду стоять так открыто и на самом видном месте? Впрочем, он уже оказался на том месте, где мгновение назад была моя приманка и куда уже было обращено готовое к использованию заклинание.

С грохотом раскололась сам земля, пока я застыл в совершенно иной плоскости. К несчастью были и куда более хитрые демоны среди моих врагов. Как минимум три твари раскусили мою приманку и ждали момента, когда я явлю себя. Убийство того рогатого демона стало этим моментом и мгновенно мои ноги сковали щупальца. В хребет клювом вонзился коршун и глаза выклёвывала ещё одна тварь, ставшая стаей мелких, но крайне проблемных воробьёв.

С выдохом я резко схватил коршуна за спиной, сжав его шею. В ярости он начал извиваться, продолжая отрывать куски моей души. Всё ниже к расколовшийся земле тянули меня щупальца. Благо хоть третью тварь взяла на себя Птичка.

– Всё ещё рано? – снова с явным укором спросил меня Мордред.

– Да, – резко ответил я и голос мой подавил его, а вместе с тем превратил в пепел коршуна.

Не эти демоны были моим главным противником. Неимоверной силы враг, в ловушку которого я попался по собственной глупости, наблюдал за мной с помощью бессчётного числа своих голов. И чем слабее я становился, тем больше змей выбиралось наружу.

Медленно, неспешно, спокойно из глубин земли выбиралась гигантская гидра, мощь которой была невообразимой. Изредка её пасти лениво открывали пасти и пожирали сразу по несколько тварей варпа. Она могла меня уничтожить в любой момент, но почему-то этого не делала. Догадки такого поведения у меня были и самые худшие указывали на то, что прямо сейчас через меня идёт воздействие на весь Шелест. Ужас, страх, террор.

И в этот момент, когда я едва успел уничтожить щупальца и упал недалеко от увеличивающегося разлома откуда появлялась гидра, во мне вдруг возгорелся свет. Глаза мои пронзило яркое свечение и пропасть глубиною в десять тысяч лет стала подобна небольшой яме, которую удалось перепрыгнуть. Тот день, когда два брата навеки исчезли для Империума… я был там, когда Мойран пал.

Но и Он тоже был там, явившийся в ключевой момент разгара Рангданской войны, чтобы поставить точку в этой позорной истории. Приведший за собой целые легионы космодесанта и нескольких примархов, он решил преподать урок им всем. Магнус должен был научиться смирению и лично увидеть последствия взаимодействия с варпом, Мортарион обязан был посмотреть на цену свободе, Леман Руссу было предначертано стать тем, кто должен будет убить даже брата по Его приказу, как и для многих других случившееся было огромным опытом.

Однако лишь один полностью смог осознать то, что от него требовал Император.

– Неизбежно… – раздался Его голос и на мгновение моя память исказилась, а затем загорелась в праведном огне.

Я закричал, но даже мой вопль полный боли не мог сравниться с тем, что испытал в этот момент Мордред. Это была его память и весь удар пришёлся на него.

– Долг… – произнёс Он второе слово и на колени упал уже я, а на лице моём застыл безмолвный ужас и страх.

Пламя усилилось и оно в миг сожгло всех тварей, оставив на поле боя лишь меня и гидру.

– Жертва…

После третьего слова, весь огонь исчез и я остался стоять на коленях, лишённый всякой возможности сражаться. Разум мой надломился и поток восстановленных фрагментов памяти заставлял весь мозг перестраиваться. Это требовало огромного времени, но давать его гидра не собиралась, ведь уже полностью переместилась и готова была нанести свой удар по Шелесту. Но прежде она сделает из меня инструмент.

И в этот момент случилось нечто невообразимое. Дикий рёв разорвал весь варп и на мгновение наступила тишина. Половина варпа в тот же момент испугалась, а вторая же озлобилась в необъятной ненависти. Дерзость, наглость, бесстрашие и… угроза. Пока Хаос праздновал свою победу и терзал галактику из Великого Разлома, он совсем забыл о том, о ком не стоило забывать.

– Я вернулся и я жду вас, – раздались слова, что не были выкрикнуты, но которые громом раздались даже вокруг нашей битвы.

В этот момент гигантская гидра замерла, потеряв бдительность, лишь одна из её голов продолжала следить за мной и смотреть прямо в глаза. Я же не мог отвести взгляда и смотрел прямо в чёрные зрачки, где видел то, что не хотел видеть. Длинные генеральские столы в штабе, за которыми сидят офицеры из глаз и ртов которых лезут змеи. Улицы и площади, на которых что-то кричат люди с татуировками трёхглавого дракона. Космодесантники, что стоят на награждении и шипят, открывая жуткие рты из которых вываливаются мерзкие раздвоённые языки. Золотой трон, который уже был окружён и в тени которого затаились те, чьи мысли были едины.

И вдруг на моё плечо легла чья-то рука, после чего меня вырвало из варпа, прямо под взором вернувшейся из замешательства гидры. Вернувшейся поздно и не успевшей закончить начатое.

С криком я распахнул глаза, перед которыми всё ещё зияли насланные образы. Вокруг взрывались тысячи снарядов, орбитальные удары стирали с земли целые форты и в агонии сгорали люди. Востроянцы со змеиными лицами бегали среди паникующих жителей Шелеста и резали им глотки. Одним за другим детонировали склады с боеприпасами и ухмыляющиеся офицеры отправляли своих солдат друг на друга.

– НЕТ!!! – кричал я, пытаясь вырваться, но всё плотнее сжималось кольцо и змеи сковывали мои руки и ноги. – ВАМ НЕ ПОБЕДИТЬ!!! НИКОГДА!!!

В тотальном отрицании я продолжал сопротивляться и только спустя три литании сумел успокоиться. Никакой войны не было, я лежал на полу храма, держали меня семеро братьев, включая Трояна, на коленях под взглядом святых и Его стоял капеллан. А страх… страх во мне был силён, но даже он мерк в сравнении с тем, что я увидел в глазах своих братьев. Они никогда не видели, чтобы хоть кто-то из астартес так кричал. Каждый из них предполагал худшее, то чего боялся сам.

– Что это было? – тихо спросил Троян, после чего на его лицо упала бурая капля.

Размазав его по лицу Троян, всё ещё удерживая мою правую руку всем своим весом, поднял голову и посмотрел на фрески. Все рисунки будто бы постарели на десятки веков и из глаз их потекла кровь. Снова, как в тот день, о котором я, Троян, Молох, добрая часть скаутов и большая часть простого народа знала только по рассказам старейших и учебникам истории.

– Гидра… – раздался змеиный шепот и на мгновение витражные окна храма почернели, перестав пропускать свет. – Пришла…

– Брат? – спросил космодесантник, положив руку на плечо капеллана и тут же в ужасе он оторвал руку.

Содрогаясь капеллан медленно начал изгибаться, запрокидывая голову всё дальше и дальше назад, под хруст собственных суставов и костей. От жуткого зрелища все космодесантники похватались за оружие, парализованные увиденным замерли востроянцы, которые были здесь чтобы отразить любую угрозу, но… кажется приглашать их сюда было ошибкой, ведь что мог сделать простой человек, когда в ужасе вопил астартес, а демоны склоняли даже капеллана?

И внезапно рот Михаила открылся и он закричал:

– УБЕЙ!!!

В этот же миг сработали космодесантник, дав один точный выстрел голову и затем его напарник дал короткую очередь в грудь, уничтожив сразу оба сердца. Кровь разлетелась повсюду, ошмётки мозгов окропили Трояна, после чего кричать начали гвардейцы. Кто-то застрелил главу храма вместе с его помощником, часть востроянцев начала драться, офицер казнил на месте радиста выстрелом в висок, а большая часть начала ломиться из храма, двери которого были заблокированы по приказу Михаила.

Панический страх снова охватил мою душу. Всё ещё парализован был Мордред, а тот свет что пронзил меня стал главной брешью, в которую накатами бил враг. Ему не нужны были космические крейсера и титаны, он не нуждался в снабжении и сотен тысяч солдат, ему не требовались армии из миллионов солдат. И воевать с нами он начал ещё задолго сегодняшнего дня, когда до нас наконец-то дошло что война уже в самом разгаре и проигрывается.

В этот момент за спинами своих братьев, что держали меня и всё ещё были в шоке, я увидел тень. Во всём этом ужасе она была воплощением невероятного спокойствия. Её не могла затронуть ни паника, ни отчаяние, ни страх и ни даже тот факт, что гвардейцы убивали друга друга, попутно обвиняя товарищей в предательстве. Она ждала лишь приказа.

– Наведи порядок, – неслышно произнёс я, после чего потеснился, чтобы уделить время решению проблем вызванных сиянием света.

В свою очередь Юртен без лишних слов приступил к исполнению приказа. Один взгляд в глаза Трояна, который после этого понял, что никакого страха во мне не осталось. Он неуверенно отпустил руку, после чего и остальные братья переключились на выполнение иных задач.

Я же поднялся, оглядел всю ситуацию и после одарил вниманием Птичку, нужна была её помощь. Тем более всякую власть Бог-Император в этом храме кажется уже потерял. Без особых проблем над моей головой засияло яркое голубое пламя, но из-за мрака оно всё равно казалось тусклым. Впрочем, этого с лихвой хватило, чтобы привлечь к себе внимание.

– За убийство священнослужителя вы проговариваетесь к смерти, – моим ртом говорил Юртен, после чего его рука резко выхватила болт-пистолет и сделала два точных выстрела.

И два гвардейца упали на землю рядом со своими жертвами. Были ли они подчинены демонами? Просто оказались слабы перед силой варпа? Проявили мимолётную слабость? Или же их семьям угрожали? Юртену это было не важно, по законам военного времени приговор был вынесен на месте без сомнений.

Затем же я сделал несколько шагов вперёд, подойдя к офицеру, наклонил голову вниз и произнёс прямо в его лицо:

– Ваши солдаты бегут, исправьте ситуацию сейчас же, – скупо бросил я, а в этот момент в пол были уложены уже все гвардейцы.

Некоторые были обезврежены, в основном те, кто бросил оружие. Однако были и те, кто по каким-то причинам не подчинился приказу. Причина тому была как одержимость, так и просто парализующий страх. Так или иначе с оружием остался лишь каждый десятый востроянец, которые не поддались панике и продолжали исполнять приказы. Остальные же будут допрошены и вероятно казнены, ведь многие из них успели запачкать руки братской кровью.

Когда же паника была остановлена, то моё тело просто встало. Использовал его по большей части Юртен, я же следил вполглаза за происходящим. Его приказ был навести порядок, он его наводил. Внимательно следил за каждым гвардейцем и даже братом, стоя недвижно. Он напоминал грозную статую, а ледяное спокойствие его распространялось вместе с голубым огнём Птички.

И постепенно, лишённый пищи мрак, отступал. Вновь забили лучи яркого солнца сквозь витражные окна. Огонь надо мной потух, а нам теперь предстояло с ужасом взглянуть на последствия. Столько трупов… так ещё погиб и капеллан. Враг нанёс крайне болезненный удар и сделал это в храме. Снова.

– Население узнает о случившемся. Высокий риск паники. Нужны контрмеры, – вслух произнёс Юртен, после чего повернулся к сержанту. – Разрешите предложить план действий.

Удивлённый моим сменившимся паттерном поведения, сержант всё же кивнул и выслушал каждое слово. Криг множество раз сталкивался с подобными проблемами. Бессчётное число раз ему приходилось сражаться с другими полками бок о бок. Паникёров, дураков и предателей в рядах союзников всегда было очень много, с ними Криг научился разбираться. По-своему, но… эффективно.

Что же касается гидры… то она действительно пришла или вернее будет сказать никуда не уходила. Флот еретиков не прилетел, не началось демонического вторжения, даже попытки переворота не случилось. Всё это лишь впереди, ведь казалось что спешить врагу некуда. Скоро Шелест уничтожит себя сам.

И всё же на деле ситуация была немного другой. Ведь тот голос, что услышал весь варпа, а вернее будет сказать его обладатель… его следовало опасаться даже гидре.

Глава 106

– Брать только живыми, – произнёс я, после чего погрузился в бронетранспортёр вместе с востроянцами.

Пять секунд и мы уже были в полной боеготовности, ещё семь секунд и мы уже внутри техники, через две минуты добрались до точки, которую уже начали оцеплять силы правопорядка. Действовали молниеносно, этот дом уже был под нашим пристальным изучением, а как только информация подтвердилась и появился риск того, что враг скроется… решили больше не ждать и брать их.

Зачем было ждать? Почему сразу не убивать их? Такой вопрос обычно задают диванные эксперты, хотя казалось бы, для понимания таких элементарных вещей не нужно иметь профильного образования. Достаточно не быть совсем уж деревянным и думать на один шаг вперёд. Ведь эти шпионы и диверсанты всего лишь инструменты.

Зачем они пришли? Какая у них цель? Кто их заказчик? Кто ещё им помогает? На эти вопросы надо было получить ответы. Поэтому мы следили, ждали пока они попробуют выйти на связь с другими ячейками, проявят какую-то активность. Но в этот раз желаемого мы не дождались, а сами они уже готовы были выходить на задание, предположительно, по подрыву топливного хранилища.

Как только ждать стало нельзя, мы выдвинулись. Командовал группой захватом, как и помогал организовывать операцию я. В целом очень много космодесантников взяли командование над контрразведкой. Лишь лояльность ордена пока что была вне сомнения.

В свою очередь внутри нашей контрразведывательной структуры всё ещё было много вопросов. Фактически случился раскол. Изначально был ИВД, который решал внутренние проблемы вроде классовой борьбы и уничтожения революционных настроений среди крепостным. Однако в связи с активностью деятельностью врага и внедрения в процесс космодесанта была создана отдельная структура, куда забрали лучших из лучших агентов, отбор которых был невероятно строгим.

В результате был образовалась ИБШ, название которого было формальным, как и юридически структуры вообще не существовало. Зато существовали операции, которые хранили порядок и ликвидировали агентурную сеть врага. Еретик, предатель, ксенос, да хоть альфарий – мы не знали с кем именно боремся, но уничтожали всё, проникаясь всем тем, через что приходилось проходить Священной Инквизиции, которую многие так ненавидели и о помощи которой мы могли только мечтать.

– Работаем, – произнёс я, едва наш бронетраспортёр остановился.

И только открылась дверь как загрохотал гранатомёт. Гранаты полетели прямо в стены указанного этажа. Из здания при этом эвакуация не проводилась, некоторые ещё даже не понимали, что происходит. Однако в целом жизни невинных были вне опасности. Гранаты были неосколочными, а специальными. Они пробивали дыру в стене, после чего второй боеприпас выплёскивал внутрь дым или газ.

А пока внутри все начинали кашлять, я уже поднимался на нужный этаж, уходя вперёд всего отряда.

– Противогазы, – произнёс я по воксу, услышав свойственное дыхание, благодаря своему слуху. – Светошумовые.

Тут же бронетранспортёр сработал и от хлопков проснулся весь район. Я же в этот момент прострелил замок и вынес дверь, тут же ударом приклада вырубив или возможно даже убив первого культиста. Точными выстрелами своего болт-пистолета я отрывал руки и ноги, после чего проходя среди кричащих калек ногой отбрасывал подальше оружие.

Когда последний культист упал на колени, крича и хватаясь за свою культю, в квартиру уже забежал отряд востроянцев, начавший накладывать жгуты раненым, чтобы те не дай Бог-Император не сдохли раньше нужного. Их ещё ждут пытки током и водой, которые показали себя как самые эффективные. Они скажут всё, покажут всю силу их воображения, будут врать, но так или иначе мы вытянем всё, а затем мы соотнесёаам всю информацию с имеющимся. Невозможное – отсеем, возможное – проверим, и даже невозможное, но вероятное – возьмём под контроль. Как и на вероятное, но невозможное тоже не закроем глаз.

Правда из-за количества работы и сложности контрразведывательной борьбы… мы порой использовали такие методы, от которых могла стыть кровь в жилах. Вот недавно мы брали группу студентов с кафедры искусства. Они устраивали собрания, сочиняли сатиру центром которой очень часто становился культ Бога-Императора. Ну, казалось бы, обычные ребята, юношеский максимализм, синдром старшеклассника, желание изменить мир и искренняя вера в то, что они такие особенные и вообще находятся в центре всего.

Да вот только прослушка установила, что они обсуждали поджёг преподавательского крыла духовной кафедры. И с одной стороны они обсуждали это в шутку, рассказывая про желание посмотреть на то, станут ли учителя молиться или всё же тушить пожар? И с одной стороны их можно было понять и простить, а с другой состав тяжкого преступления, самого настоящего теракта, ведь с пожаром шутить нельзя. Как и шутить на такие темы в целом нельзя.

И что должны были сделать мы, когда на одной из встреч они напились и кто-то предложил пойти прогуляться по площади напротив их университета? Мы проследили, а когда у одного из них была замечена странная бутылка… группа захвата уложила всех мордой в пол. В бутылке был спирт, который неплохо так горел. Не водка, именно спирт, который конечно можно и разбавить, но…

В любом случае разбирались уже в подвальных помещениях. Разбирались до сих пор, с каждым, потому что если существовала хотя бы малейшая вероятность того, что эти дурные мысли в их голову были вложены кем-то извне или вообще каким-то демоном, то ценность их жизней резко уменьшалась, а пытки действительно становились оправданными. Наш враг был крайне опасен, а значит мы не имели право на сострадание или милосердие.

Правда и сам я порой сомневался в содеянном. Вдруг всё увиденное мной иллюзия и на самом деле предателей среди нас нет, просто нас заставили поверить в их существование? А что если всё же есть? Что же… Бог-Император узнает своих, а мы пока что раз за разом отправляли тысячи на встречу с ним, наверняка ошибаясь, ведь человеческого фактора никто не отменял.

Но кромешный ужас ждал весь орден на следующей недели, когда началась операция «Чистые Сердца». Собравшись все вместе в штабе, мы дождались капитана Андроса и главнокомандующего планетарной обороны, который прошёл такую проверку… после которой стал седым, ведь она была неимоверно жестокой и бесчеловечной, а главным фигурантом проверки стала его семья. Так или иначе этот человек проверку прошёл и теперь лично я в нём сомневался даже меньше, чем в капитане Андросе.

– Отчёт, – скупо и зло бросил Андрос своё одно слово нам, а также пачку от руки написанных документов на стол. – Это катастрофа.

По приказу главнокомандующего были отданы указания всем действующим генералам. Приказ простой, в связи с поступившей информацией надо было привести в полную боеготовность все силы к завтрашнему утру. И из более чем тринадцати высших командиров приказ выполнил лишь один, тот кто командовал внутрисистемным флотом. Все наши корабли, которые не имели варп-двигателей были на позиции и готовы были к войне. Остальные же… приказы не выполнили.

И как это надо было понимать? Не успели из-за неожиданности? Или же предатели? Что делать? Заменить всю ставку и ослабить наши силы? Так враг об этом узнает и сразу же нападёт. Понять и простить? Ударят в спину чуть позже или же просто угробят миллионы жизней, возможно и вовсе проиграют войну. Это не с орками сражаться, которых и было куда меньше, и о которых мы узнали заранее. И которых кстати на нас натравила гидра, которая изучила все слабые места нашей обороны и следила за тем, как мы строим новую оборону изнутри.

Враг был везде, он сжимал кольцо вокруг нас, он был внутри нас, он смотрел на нас через глаза наших товарищей.

– Что вы думаете, главнокомандующий? – произнёс Андрос. – Мы астартес и возможно судим людей по себе. Как это объяснить?

– Вопиющая халатность, опасная бездарность, угрожающее вредительство, – с тяжестью на сердце ответил главнокомандующий. – Нужны меры. Активные боевые действия ещё не начались, начнём постепенно снимать их с постов и заменять более подходящими.

– И наберём новых шпионов в наши ряды?

– Проверим…

– Альфа-легион знает, что мы их проверим! – вдруг рявкнул капитан Андрос и ударом кулака погнул стальной стол.

Злобная гримаса озарила лицо Андроса, он был не просто рассержен, он был взбешён. Взбешён тем, что не имел никакого контроля над ситуацией. Он понимал, что не может тягаться с таким врагом, ведь его готовили к чему угодно, но не к такому. Он тренировал скаутов, давал базу новобранцем, а затем вдруг стал управлять целым орденом. И он управлял, защищал Шелест от врагов, сразил даже варбосса орков. Но он привык сражаться с тем врагом, которого видит перед собой, а не с… с гидрой, голов которой становится только больше несмотря на любые его действия.

– Похож на Илиранта, – вдруг произнёс голос Мордреда в моей голове, пока я читал одно из дел. – Закончил академию, отличился во время битвы с орками. Он превосходный теоретик, но ещё и невероятный гордец.

– Предатель? – мысленно спросил я.

– Нет, скорее просто тот, кто угробит нашу армию в котле, когда все стоящие ниже него командиры будут твердить об отступлении, а он будет утверждать, что удержаться ещё можно. А когда он всё же согласится… будет уже поздно. Педант, своих владений не имеет, синдром отличника, невероятно требователен и щепетилен. Вероятно проблема того, что он не поднял за сутки вверенных ему солдат кроется не в предательстве, а в другом. Нужно больше информации, но убивать или убирать такого сходу точно ошибка.

– Этого стоит проверить последним, – произнёс я, отложив дело одного из генералов.

– Почему? – переключив на меня пристальный взгляд, спросил Андрос.

– Личное мнение.

– Хорошо, – кивнул Андрос, ведь за своё личное мнение у нас в ордене отвечали честью, а в таких случаях – головой.

Так с помощью нашего всеобщего опыта мы выбрали троих, которых возьмём за шкирку прямо сейчас с помощью ударных групп. В процессе это также поможет вскрыть тех офицеров, кто окажется лоялен в первую очередь не нам. Ну и если кто-то начнёт противиться воле космодесанта… таких тоже отметим. Не убьём, а именно отметим. Ведь часть наших действий станет провокацией и проверкой.

Всё же у Шелеста есть и такая проблема, что явившийся в часть генерал может например спокойно зайти в казарму всякой части. Ну генерал же, в погонах, а дневальный кто? Простой мужик, как он дворянина остановит? Пусть даже он не генерал, а командир части. Другой части. По уставу без разрешения даже такой высокий чин права пройти не имеет. Но дневальный… дневальный как было сказано простой мужик, который боится пасть в немилость дворянина, который потом всё его семью сгноит.

На вторые сутки мы провели операцию, к этому времени большая часть генералов успела всё сделать. Только часть каких-то видимо совсем бездарностей отчиталась на бумаге, что всё сделала, а по факту наши агенты докладывали о том, что войска где-то не были усилены техникой, которая почему-то осталась в ангарах, а у некоторых рядовых с собой лазган да две батареи, в то время как хранилища отведённые под подобный случай даже не распечатаны.

В общем, был вскрыт ряд катастрофических проблем, которые мы начали решать. И в процессе решения в допросную попал один из высших чинов, который сходу признался в сотрудничестве с врагом. Тогда дело обернулось крайне неприятной для нас стороной. Ведь то с какой лёгкостью мы его взяли и его прямое признание… это говорило о том, что всё шло согласно плану врага, по которому мы продолжали играть.

Генерал выложил всё прямо. Его семья была захвачена, его шантажировали. Также ему было дан приказ засветиться, что он и сделал. После чего передать конкретную информацию о ячейке культа. Он всё так и сделал, после чего дознаватель кивнул и принесли ток. Начались пытки, а от его криков… мы использовали в этот раз вообще все методы, даже самые жестокие. Но сломать его так и не удалось, его офицерская выправка и желание спасти семью были сильнее. Хотя возможно он просто не знал больше того, что ему позволили знать.

– Это ловушка, – стоя за зеркальным стеклом произнёс Андрос, глядя уже не на офицера, а мертвеца, чей разум был искалечен и находился на грани безумия. – Они хотят, чтобы мы пришли туда. Они будут нас ждать.

– Вне всяких сомнений, – согласился стоящий рядом с ним главнокомандующий. – Войска уже готовы, ждут вашего приказа.

– Брат Тюхе, – повернулся ко мне Андрос и крайне странно на меня посмотрел, будто бы подозревал даже меня в предательстве. – Ты будешь определён в тактический штурмовой отряд. Там понадобятся оба псайкера в этой операции. Надеюсь твой разум вне власти жажды мести?

– Есть только жажда справедливости. И она будет утолена не личным ударом, а тем, что мы остановим врага.

– Хорошо, надеюсь с тобой не будет проблем.

Целью стала резиденция одного из дворянских родов, который владел двумя сотнями крепостных и на котором держался аграрный сектор Шелеста. На связь они не выходили, всё было оцеплено. В ход пошла техника и авиация. Ещё на пути нам начали противодействовать культисты, которых приходилось выкуривать из каждой дыры, из каждого дома. Очень многих культисты убили ещё до нашего прибытия, принеся в жертву Тёмным Богам.

При этом демонов мы не встретили, что говорило о худшем. В варпе и я, и Лахид чувствовали зияющую рану, которая становилась всё больше и больше. Некто могущественный собирал всю мощь в одном месте, в резиденции, которая являлась укреплённым замком с множеством стен, орудий и гарнизоном, ныне павшим от внутреннего врага.

– Ждут нас, гады, заманивают, – шептал Лахид, следя за тактической картой.

Наша огневая мощь быстро подавила вражеские позиции, превратив в расплавленный металл орудия и уничтожив всех, кто был на поверхности. Однако оставались подвальные помещения. И хоть мы могли продолжить равнять всё с землёй, но мы так не поступили. Нам нужно было узнать планы врагов и убедиться в уничтожении тех или иных артефактов. Кроме того существовала существенная вероятность, что обряд будет закончен раньше, чем расковыряем бомбами толщи земли.

Так или иначе наш штурмовой отряд начал высадку. Теперь я сражался в отряде настоящих космодесантников, хоть сам пока и не мог носить силовую броню. Ещё одна группа была с Лахидом. Ещё шесть отрядов скаутов и востроянцев будут позади, прикрывать нас и не давать врагу даже шанса сбежать, если вдруг мы кого-то пропустим.

Что же касается врага… он действительно ждал, ведь сам сдал себя, а значит уже приготовил нам самый радушный приём.

Глава 107

Первые же туннели превратились в ад, но не для нас, а для врага. Мы выжигали ересь дотла и не жалели прометия. Впереди шли отряды космодесанта, прикрываемыми двумя псайкерами, одним из которых был я. Мы работали точно, быстро, жестоко. При этом всём население лишь в общих чертах представляло, что именно происходит. Хотя порой отдельные конспирологи и журналисты оказывались удивительно близки к правде.

– Зачищено, закладывайте взрывчатку, – отчитался наш сержант, после чего в одном из ответвлений начали размещать взрывчатку.

При этом всём большая часть космодесантников ордена и скаутов не присутствовала на операции. Враг явно хотел нас и отвлечь от чего-то, поэтому в полной боевой готовности тактически отделения находились как в крепости-монастыре, так и в городе. Какой бы ход не решил сделать сейчас враг – ответ будет молниеносным.