Текст книги "Дитя Теней (СИ)"

Автор книги: Guiltythree

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 33 страниц)

Глава 58
Выживает сильнейший

Спустя несколько дней Санни сидел на мертвом падальщике, спокойно стирая лазурную кровь с его лица.

[Ваша тень становится сильнее.]

Его меч все еще торчал между пластинами хитиновой брони, слегка подрагивая, пока тело зверя билось в конвульсиях, прежде чем упасть неподвижно.

Где-то позади него раздался звук ломающихся панцирей – Нефис уже выковыривала осколки души из трупов убитых ими существ. После десятков подобных сражений они вдвоем были просто не в состоянии работать эффективно.

Оглянувшись назад, он оценил картину резни.

Проход между двумя багровыми стенами был усеян трупами. Изначально они планировали просто заманить центуриона Карапакса, который следил за ними последние несколько дней, в этот узкий проход, чтобы обратить их численность против монстра. Однако события быстро приняли другой оборот.

Привлеченные шумом битвы, и падальщики, и странные многоножки, которые вели войну против легиона Карапакса в этой части лабиринта, присоединились к сражению. В начавшемся хаосе Санни и Нефис использовали вражду между двумя племенами монстров в своих интересах и в итоге оказались единственными победителями.

Неподалеку от него Эхо расчленяло труп центуриона. Его потерянная рука давно отросла. Теперь падальщик отрывал своей новой клешней куски мяса монстров и мстительно пожирал их.

Формально Эхо не должно было испытывать голод. Однако после встречи с массивным падальщиком с косами в ту роковую бурную ночь оно, похоже, прониклось ненавистью к центурионам Карапакса.

Прошло уже две недели с тех пор, как они покинули скалы. За это время многое изменилось, а многое осталось прежним.

Перебираясь с одной возвышенности на другую, они неуклонно двигались на запад. С Касси на Эхо скорость группы значительно возросла. Тем не менее, прежде чем отправиться в путь на целый день, они тщательно изучили пути к следующей остановке.

Таким образом, риск попасть в очередную бурю сводился к минимуму, ведь они всегда могли либо вовремя добраться до следующего ориентира, либо вернуться к предыдущему.

Их подход к путешествию по лабиринту также изменился. Раньше Нефис и Санни старались избегать падальщиков, вступая с ними в схватку только в том случае, если не было другого выхода. Однако битва с центурионом открыла им глаза на то, что им отчаянно необходимо стать сильнее, причем сделать это быстро.

Поэтому они начали активную охоту на панцирных зверей, уничтожая всех существ, которые были либо полностью изолированы, либо передвигались группами не более трех. Идея двух Спящих, сознательно ищущих кошмарных существ ранга «Пробужденный», была довольно нелепой, но каким-то образом у них все получилось.

Как и говорила Нефис, оба они были ненормальными.

Облаченная в доспехи Звездного Легиона, Меняющаяся Звезда, которая всегда была чрезвычайно грозным бойцом, теперь смогла продемонстрировать всю полноту своих боевых способностей. Проще говоря, она была грозной. Казалось, что ее серебряный меч обладает собственным разумом. При появлении высокой фигуры в белых доспехах непременно текли реки лазурной крови.

Более того, сила Неф росла с каждым поглощенным ею осколком души. Каждый прирост был едва заметен, но когда их становилось несколько десятков, разница становилась очевидной. Она медленно приближалась к границе между пиком человеческой физической формы и порогом сверхчеловеческого мастерства.

То же самое можно сказать и о Санни, хотя в его случае все зависело от своевременного использования тени. Его собственное тело стало значительно сильнее благодаря суровым условиям Царства Снов, но до пика его потенциала было еще далеко.

Пока Нефис становилась все сильнее за счет потребления осколков души, он быстро собирал фрагменты теней. Конечно, он не мог получить каждое убийство, поэтому их количество было меньше, чем осколков. Но ему также не нужно было делиться ими с Касси, что постоянно делала Меняющаяся Звезда.

В результате скорость их прогресса была примерно одинаковой.

Однако медленное накопление силы было не единственным фактором, влиявшим на быстрый рост их боевой эффективности.

Уровень мастерства и боевое чутье Санни также росли семимильными шагами. Под руководством самой богини меча Нефис он быстро освоил все тонкости владения клинком.

Затем его заставили применить эти уроки на практике, каждый день участвуя в кровавых сражениях, где на кону стояла его жизнь. Эта жестокая, безжалостная реальность, к лучшему или худшему, была лучшей тренировочной площадкой для настоящего бойца. Здесь не было места ошибкам, только прогресс – ведь одна ошибка, скорее всего, станет последней.

Один настоящий бой стоил тысячи часов тренировок. С опытом Санни приобретал знания. С ясностью он смог превратить эти знания в семя понимания.

Но даже это не было главным фактором резкого увеличения общей мощи группы.

Главным виновником, к его бесконечному удивлению, стала командная работа.

Так долго сражаясь бок о бок, Санни и Нефис достигли молчаливого, интуитивного взаимопонимания. Без слов и сигналов они могли действовать в унисон друг с другом, идеально координируя свои атаки и действия, чтобы лучше контролировать поле боя и уничтожать противников.

Важность этого единства трудно переоценить. При правильном взаимодействии их численность как будто удваивалась. Эффект был мгновенным и ошеломляющим – по крайней мере, до тех пор, пока они тщательно выбирали сражения. Это было не что иное, как веселье.

Совокупность всего этого превратила их группу из троицы потерявшихся детей в группу хорошо оснащенных, опытных и закаленных в боях выживших.

Даже Касси стала сильнее. Помимо подпитки, полученной ею от поглощения осколков души, слепая девочка постепенно училась жить и функционировать со своей инвалидностью.

В конце концов, прошло менее двух месяцев с тех пор, как она потеряла зрение. Касси все еще приспосабливалась к своему состоянию, и, учитывая обстоятельства, она проделывала невероятную работу.

Она по-прежнему не могла помочь им в борьбе с монстрами, но бремя заботы о ней становилось все менее тяжелым. Санни тоже привык к этому и даже находил время, проведенное со слепой девочкой, несколько успокаивающим.

Цель – добраться до замка людей – уже не казалась такой невыполнимой, как раньше.

И теперь он чувствовал, что они становятся все ближе и ближе.

Глава 59
Тень Багрового Шпиля

Спрыгнув с мертвого падальщика, Санни достал свой меч и свистнул, давая Касси понять, что можно выходить. Вскоре она выползла из небольшого отверстия в коралловой стене и осторожно поставила ноги на землю. Опираясь на свой посох, слепая девушка встала и слегка повернула голову, прислушиваясь к легкому звуку его шагов.

Санни подошел к Касси и взял ее руку, осторожно положив ее себе на плечо. Затем, осторожно обходя лужи крови, он повел слепую девушку к Эхо. По дороге они разговаривали.

– Появились ли эти сороконожки?

Во время путешествия по лабиринту они обнаружили, что падальщики – не единственные существа, населяющие его. В багровом лесу жили разные виды монстров, которые прятались в рифах ночью и выходили на охоту с восходом солнца.

Здесь были и разумные колонии плотоядных червей, нападавших из-под черного ила, и плотоядные цветы, душившие свою жертву кровососущими лианами, и странные прозрачные щупальца, которые, как они однажды видели, затягивали отчаянно сопротивлявшегося падальщика в темную расщелину.

Они до сих пор не знали, что за существо скрывалось в этой расщелине. Санни надеялся, что они никогда этого не узнают.

Короче говоря, в лабиринте обитали всевозможные ужасы, каждый из которых был по меньшей мере рангом Пробужденного. Все они были пожирателями трупов, живя за счет останков, оставленных чудовищами темного моря. При удобном случае они охотно пожирали друг друга, не говоря уже о трех сочных людях.

К счастью, легион панцирных оказался чрезвычайно территориальным и, похоже, имел преимущество в этом районе багрового рифа. Хотя их броня, размер и физическая сила делали падальщиков грозными противниками, иметь дело в основном с одним видом существ было бесконечно лучше, чем постоянно сталкиваться с неизвестной опасностью.

Многоногие монстры были последним врагом легиона падальщиков, с которым им довелось встретиться. Некоторые из этих тварей были более трех метров в длину, со сверкающим красным хитином и сотнями крошечных лапок. Они были отвратительно быстры и проворны, могли передвигаться по грязи, карабкаться по коралловым стенам и даже с невероятной скоростью падать на ничего не подозревающих жертв сверху.

Хуже того, их тела были способны выделять едкую черную жижу, которая за секунды проплавляла самую прочную броню. Единственным достоинством многоножек было то, что их хитиновый панцирь не отличался особой прочностью и мог быть легко пробит мечом.

Санни ответил, не оборачиваясь.

– Да, их шестеро. И еще несколько падальщиков. Мы позволили им сражаться друг с другом, а потом прикончили выживших.

Касси вздохнула.

– Вы были ранены?

– Ничего такого, с чем бы не справились наши доспехи.

– А что насчет Центуриона?

Он взглянул на полуразложившуюся тушу и улыбнулся.

– Больше он нас не побеспокоит.

Это был второй пробужденный монстр, которого они убили после входа в Царство Снов. По сравнению с первой встречей, эта битва прошла гораздо спокойнее. Никто не погиб, никто не был серьезно ранен.

Эхо даже сохранило обе свои клешни.

– Сколько осколков души мы получили?

Подсчитав, Санни ответил.

– Должно быть одиннадцать.

Теперь настала очередь Касси улыбаться.

– Это наша самая большая добыча на сегодняшний день! С большим отрывом!

Он кивнул.

– Да.

Однако им снова не удалось получить Воспоминание. Санни не был уверен, виновато ли в этом его невезение, но за последние две недели ни он, ни Нефис не смогли получить ни одного Воспоминания. Было похоже, что Заклинание решило, что они уже получили достаточно.

«Никогда не может быть достаточно!» – вздохнул он.

Одной из игр, в которую они с Касси любили играть в лагере, было обсуждение того, что они купят, когда вернутся в реальный мир и станут богатыми. Однако сначала ему нужно было собрать несколько Воспоминаний, чтобы выставить их на аукцион. Иначе откуда возьмутся деньги?

Охваченный жадностью и алчностью, Санни подошел к Эхо и с неодобрением посмотрел на него.

– Эй, ты! Прекрати жевать!

Падальщик послушно замер, кусок мяса все еще висел у него во рту.

– Выплюнь!

Покачав головой, Санни помог Касси взобраться на свое место и передал ей вожжи.

– Этот чудак действительно проглотил почти половину Центуриона. Да что с ним такое? Из всех Эхо в мире, почему мне достался бракованный?

Его тень торжественно кивнула, выражая, что полностью понимает его настроение. Санни прищурился. Какое редкое проявление солидарности. У тени не было Эхо, но…

С каким дефектным индивидуумом он застрял?

«Наглый ублюдок…»

Касси рассмеялась.

– Не ругай моего коня. Он отличный Эхо! Он мне очень нравится.

«Теперь это „он“, да?»

Санни снова покачал головой и принялся обдирать оставшееся мясо с туши центуриона. Затем он положил мясо в седельные сумки из морских водорослей, прикрепленные к «падальщику Эхо». Эти сумки он сделал сам, чтобы увеличить грузоподъемность группы. В конце концов, падальщик должен был быть очень сильным – не использовать его в своих целях было бы упущением.

После этого Санни вздохнул и приступил к наименее приятному занятию – сбору мешков с маслом с трупов многоногих монстров. У каждого из них их было по два, соединенных специальной железой. Весь процесс был скорее отвратителен, чем опасен, поскольку коррозийный эффект достигался только после смешивания жидкостей из двух мешков.

Они еще не придумали, как использовать масло многоножек, но Нефис настаивала на том, чтобы собрать его как можно больше. Она была уверена, что когда-нибудь оно пригодится.

По крайней мере, масло было легковоспламеняющимся.

Кстати, о Нефис: к тому времени, как Санни закончил собирать мешки, она уже собрала все осколки души и стояла перед Эхо. Он показал ей свои трофеи и аккуратно положил их в отдельную седельную сумку.

– Все готово?

Она кивнула.

Санни посмотрел на небо, пытаясь определить время. Солнце было прямо над ними, высоко в сером небе. Времени оставалось еще много.

– Как ты думаешь? Мы находимся прямо между Плоским холмом и Костяным хребтом. Стоит ли нам возвращаться или попытаться добраться до хребта сегодня?

Уровень земли в лабиринте был неоднороден. Некоторые его части располагались выше, чем другие. Сейчас они находились в одной из таких зон. Темное море здесь было более мелким, а значит, здесь было больше природных объектов, которые ночью оставались над водой. Это сокращало расстояние между ними.

Нефис немного подумала, а затем сказала:

– Давайте продвигаться к Костяному Хребту.

Вчера они уже разведали большую часть пути к нему, так что не было большой опасности заблудиться в лабиринте и не успеть вовремя. Центурион Карапакса уже мертв, непредсказуемый элемент, который усложнял им жизнь последние несколько дней, тоже исчез. Учитывая это, решение Меняющейся Звезды казалось правильным.

Санни кивнул.

– Хорошо.

С этими словами он послал свою тень вперед.

* * *

Через некоторое время они приближались к Костяному хребту. Солнце готовилось к закату, но у них было еще достаточно времени, чтобы добраться до безопасного места. Однако Санни чувствовал тревогу и дискомфорт.

Это чувство начало преследовать его вскоре после того, как они покинули скалы. Оно всегда появлялось ближе к вечеру и сохранялось до последних минут заката, а затем исчезало, оставляя его в недоумении и тревоге. Чем дальше на запад они продвигались, тем сильнее становилось это чувство.

Казалось, что с миром в это время что-то не в порядке. Но как ни старался Санни понять, в чем же дело, он не мог.

В конце концов, он решил поделиться своим беспокойством с группой. Выслушав его, девочки были удивлены. Казалось, что они не заметили ничего странного. Даже Касси, чья склонность к откровениям обеспечила ей невероятную интуицию, не испытала странного чувства.

Однако она предложила свою теорию. Поскольку только Санни был восприимчив к этому чувству, логично было предположить, что в нем есть что-то уникальное, что делает это возможным. И единственное, чем он отличался от девушек в плане восприятия, было его теневое чувство.

А это означало, что источник неправильности, скорее всего, как-то связан с поведением теней.

Руководствуясь ее советами, Санни наконец-то смог понять причину своего дискомфорта. Как оказалось, Касси была права – в часы, ближайшие к закату, когда солнце низко висело в западном небе, огромная тень двигалась по лабиринту, воздействуя на его чувства и тело.

Тень была слишком далекой и огромной, чтобы ее можно было увидеть, но он все равно чувствовал ее присутствие.

Когда он рассказал Касси об огромной тени, она кивнула, как будто это все объясняло.

Затем она сказала:

– Это тень Багрового Шпиля.

Глава 60
Костяной Хребет

Тогда ему потребовалось несколько секунд, чтобы понять, о чем она говорит.

– Шпиль из твоего видения? Тот, с семью печатями?

Касси кивнула.

– Да. В моем сне он казался высоким, как гора. Я видела его даже со стен человеческого замка, он вырисовывался вдали, словно багровое копье, пронзающее небо. Когда солнце садится, огромная тень шпиля падает на замок и простирается на восток, насколько хватает глаз.

Она замолчала на мгновение, а затем добавила:

– Чувство, которое я испытала, глядя на Багровый Шпиль, было очень похоже на то, что ты описал, только гораздо более сильное.

Санни нахмурился, пытаясь вспомнить точные слова, которыми Касси описала свое видение. Семь отрубленных голов, охраняющих семь печатей… умирающий ангел, пожираемый голодными тенями… чувство крайнего ужаса и потери…

Что же произошло с этим Шпилем?

– Может, он багровый, потому что сделан из того же материала, что и лабиринт?

Багровый «коралл», окружавший их, на самом деле не был кораллом. Просто так его назвали, исходя из некоторого сходства, для простоты. Действительная природа странного материала оставалась загадкой.

Касси колебалась.

– Может быть, все наоборот. Может, лабиринт сделан из того же материала, что и Шпиль.

Другими словами, Багровый Шпиль мог быть источником всего этого безумия. Но это была всего лишь теория – слишком мало информации, чтобы подтвердить ее.

Однако Санни чувствовал, что Шпиль, так или иначе, находится в центре всего, с чем они столкнулись. Он просто надеялся, что это не будет их конечным пунктом назначения.

Зная причину своего беспокойства, Санни смог переносить его гораздо лучше. Он даже нашел в этой ситуации скрытое преимущество – пока он чувствовал тень Багрового шпиля, он мог точно определить направление к человеческому замку, поскольку тот находился где-то между их местом и источником тени.

В каком-то смысле Багровый Шпиль стал его внутренним компасом.

– Приготовьтесь.

Голос Неф вывел Санни из задумчивости. Отмахнувшись от отвлекающих мыслей, он сосредоточился на поставленной задаче.

Они приближались к Костяному Хребту.

Это название пришло им на ум, как только они впервые увидели эту возвышающуюся достопримечательность. Он был виден издалека, резко выделяясь на фоне багровых кораллов и серого неба во всем его великолепии.

Костяной Хребет действительно был сделан из костей. На огромной насыпи хаотично растущих кораллов лежали скелетные останки колоссального морского чудовища, причем его дугообразный позвоночник особенно высоко выступал над землей. Невозможно было сказать, как выглядело это ужасное существо, пока было живым, но одно можно было сказать наверняка – оно было огромным даже по меркам темного моря.

Это был не первый гигантский скелет, который они увидели во время своего путешествия. На самом деле лабиринт был усеян останками мертвых левиафанов, их массивные кости образовывали естественные арки и дворцы. Их было легко заметить, потому что коралловые образования вблизи них были особенно высокими и плотными, словно пытаясь похоронить любой признак белизны в багровом море.

Однако у Санни было ощущение, что ситуация на самом деле обратная. Ему казалось, что коралл вырастает из старых костей и распространяется во все стороны, медленно поглощая мир. Когда он смотрел на багровые курганы вокруг колоссальных останков, он не мог не видеть в них реки древней застывшей крови.

Он был почти уверен, что если они будут копать достаточно глубоко в черной грязи, чтобы найти корни багрового леса, то не найдут ничего, кроме бесконечных слоев костей.

Какая страшная картина.

Независимо от того, что Санни думал о природе лабиринта, зверь, чьи останки образовали Костяной Хребет, был особенно велик. Благодаря этому часть его длинного позвоночника была достаточно высокой, чтобы ночью оставаться над водой. Именно поэтому они выбрали это место в качестве следующей остановки на своем пути.

Близился вечер, и следующая задача была крайне важной. Нужно было вскрыть мертвого левиафана и убедиться, что никакое другое существо не решило укрыться в его останках.

Если таковое появится, то у них не останется другого выбора, кроме как попытаться убить его, поскольку времени на отступление в прежнее убежище уже не было.

Последний шаг часто был самым рискованным.

Подойдя к основанию кораллового кургана, группа двинулась вокруг него, ища удобный путь наверх. В конце концов, они оказались перед расколотым, неправильно сформированным черепом существа. Нижняя челюсть отсутствовала или была погребена под грязью, а верхняя образовывала огромную пещеру.

Чувствуя, как по позвоночнику бегут мурашки, Санни прошел под страшным частоколом зубов и вошел в пещеру. С его тенью, ведущей за собой, они пробрались к задней части черепа существа и вскоре вошли в полость позвоночника.

Внутри позвоночника костная поверхность под их ногами была широкой, как дорога. На самом деле, она очень напоминала шоссе, проходящее через длинный туннель, с яркими лучами света, падающими сквозь щели между массивными позвонками. Туннель был наклонен вверх, большая часть его длины скрывалась за изгибом потолка.

Когда Эхо вошло в позвоночник, его хитиновые ноги издали громкий, гулкий стук.

Нефис скорчила гримасу.

– Есть движение?

Санни сверился с тенью и покачал головой.

Меняющаяся Звезда посмотрела вперед и слегка опустила подбородок.

– Продолжаем.

Несмотря на то, что тень не заметила никакой опасности, они все равно призвали свои мечи, прежде чем двинуться вперед. Это был не первый раз, когда они попадали в засаду на краю безопасности.

К счастью, их меры предосторожности оказались излишними. Внутри гигантских останков ничего не скрывалось, поэтому они смогли добраться до самой высокой точки позвоночника, не прорубая себе путь через неизвестное количество монстров.

К тому времени, когда они добрались до безопасного места, солнце уже садилось. Темное море возвращалось, наполняя внутреннюю часть позвоночника морского чудовища эхом шума стремительной воды. Санни снял с Эхо седельные сумки и отстегнул их, отчего их лагерь сразу же стал казаться намного просторнее.

Все трое отчаянно нуждались в ванне. Оставив девушек одних, чтобы дать им возможность помыться, Санни отошел на некоторое расстояние и сел, давая отдых своему уставшему телу.

Его тень вернулась к нижней части позвоночника, наблюдая, как черная, тусклая вода медленно поднимается и поглощает белизну слоновой кости. Он должен был убедиться, что ничто не выползет из воды в последний момент.

Когда половина его сознания была занята наблюдением за приливом, другая половина была свободна для блужданий. Санни вызвал руны и проверил количество фрагментов теней в своем распоряжении.

Фрагменты Теней: [96/1000].

Неплохо… В начале всего этого у него было всего двенадцать. Меньше чем за месяц их количество значительно увеличилось. Теперь он был сильнее и быстрее. Он также был более опытным.

Однако по физической силе он все еще уступал даже самым слабым кошмарным существам Забытого Берега, даже с помощью тени.

«Как скоро я смогу побороть падальщика голыми руками?»

Ответ был вполне очевиден, не говоря уже о том, что он был крайне неутешителен: не раньше, чем пробудится его собственное Ядро Души, что может произойти только после возвращения в реальный мир.

Санни вздохнул.

Скоро настала его очередь мыться. Взяв у посвежевшей, розовощекой Касси бутылку с бесконечной водой, он вернулся в свое укромное местечко и отозвал Саван Кукловода.

Холодный ветерок коснулся его бледной кожи, заставив Санни вздрогнуть. Он посмотрел вниз, качая головой от количества грязи, пота и засохшей крови, покрывавших его тело.

Быть Пробужденным – не самая чистая профессия.

Пока он мылся, Нефис использовала оставшееся до наступления ночи время, чтобы развести костер и приготовить немного мяса. В эти дни у них даже была соль, чтобы приправить его. Поначалу идея использовать морскую соль, оставленную темным морем, казалась не очень привлекательной, но через некоторое время они привыкли к ней.

Соль делала каждую их еду намного вкуснее.

Они ели молча, слишком голодные и уставшие, чтобы разговаривать. Скоро пришло время спать.

Санни заступил на первую вахту, планируя успеть немного попрактиковаться с мечом, прежде чем наступит его очередь отдыхать. Выполняя движения базового ката, он разделил свой разум на две части. Одной частью он сосредоточился на движениях своего тела, а другой, меньшей частью, наблюдал за поверхностью черной воды через свою тень.

В отсутствие ветра темный круг, охватывающий нижнюю часть позвоночника, был странно спокоен. Он впервые видел черную воду без постоянного волнообразного движения волн, с ее странно ровной и абсолютно неподвижной поверхностью.

Она была похожа на гигантское зеркало, сделанное из чистой тьмы.

Это было неестественно завораживающе. Внезапно он почувствовал сильное желание подойти ближе и взглянуть на свое отражение.

Однако Санни не двигался.

Его пугало то, что может показаться в ответ.