Текст книги "Мия. В Лабиринте (СИ)"
Автор книги: Devi Ant
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 31 страниц)
13. Memories / Воспоминания
Я лежу на диване все в той же комнате. Часто дышу, жадно глотая кислород. Голова свинцовая и разрывается от боли. Не могу ей даже пошевелить. По венам все еще несется яд после передоза. По щеке и губам стекает кровь из носа. Осознаю, что я была по ту сторону жизни. Но главное – я жива. И многое узнала. Пусть и заключив сделку со Смертью.
Кашляю от паров дурмана. Но это, скорее, фантомная реакция. Дым, что до моей отключки стелился густыми облаками по потолку, постепенно растворяется в вентиляции.
Тенет стоит надо мной. Безучастно наблюдает, как я возвращаюсь к жизни. Будто решает, куда меня – в жизнь или небытие. Взгляд спокойный. Хоть и с поволокой, но «не пьяный».
– Я жива. – сиплым голосом. Легкие все еще горят от дыма, в голове пульсирует адская боль.
Но Коул не обращает внимания на мою реплику. У него свои критерии. Сканирует мое состояние. Проверяет, насколько мой организм «поврежден». Подлежит он восстановлению, или нет.
– Ты в норме, – наконец резюмирует он и сжимает длинными холодными пальцами мои виски.
Не сопротивляюсь. Знаю. Сейчас восстановит меня, чтобы сэкономить время и не возиться с больницей.
Тело немеет и я этому рада – уходит боль.
Отпускает голову и кладет ладонь на грудную клетку. И правда, становится легче дышать.
Изучаю его лицо, вытирая кровь со щеки.
Вспоминаю визуал, увиденный по ту сторону жизни. И сопоставляю его со сном из детства.
– Это ведь была я. Только… не в этой жизни. – Пересохшими от жажды губами. – Прошлое воплощение.
Тенет не реагирует, но я и не рассчитываю на его ответ. Проговариваю вслух, скорее, для себя – чтобы осознать, проанализировать увиденное.
– Близких мне людей в той… другой жизни преследовала смерть. Но это лишь последствия.
Молчит. А я готова отдать все что угодно, лишь бы узнать правду. О себе. И о нем. Потому что все больше понимаю, что это как-то взаимосвязано. Мы с Тенетом взаимосвязаны.
– Мы с тобой встречались раньше? Имею в виду, не в этой жизни…
– Джай отвезет тебя в пент, – вместо ответа и, отнимая руку, направляется к креслу.
Аккуратно выдохнув, пытаюсь сесть, но у меня плохо получается. Еще до конца не восстановилась – бьет озноб, в конечностях тремор, и в теле слабость такая, будто я всю ночь разгружала вагоны.
– Лежи, – кортоким указанием, а тем временем в лаундж заходит мой китайский цербер и девушка. Судя по униформе, кто-то из персонала.
Сначала вытирает мое лицо влажным полотенцем, а затем наливает воды, и я залпом осушаю бокал до дна.
Интересно. Как они понимают Коула? Ведь он ни слова не сказал.
В подтверждение моих мыслей, хозяин молча смотрит на Джая, и тот, подойдя к дивану, наклоняется и аккуратно поднимает меня на руки.
Не возражаю. Потому что даже сесть толком не в состоянии, не то что встать и идти.
Пока меня несут к выходу, вновь вспоминаю о сделке и бросаю взгляд через плечо жилистого азиата. Тенет вновь откинулся на диване и продолжил релаксировать, делая очередную затяжку.
– Что ты возьмешь взамен? – тихо спрашиваю я, пока он выдыхает дым.
– Пока не знаю. – Равнодушно. Не открывая глаз.
Из чего я делаю вывод, что ему все равно. Он сам сказал, что ему скучно и тесно. Возможно, это станет частью эксперимента.
Жалею ли я о сделке со Смертью? Нет. Ни секунды. Чего бы мне это ни стоило, истина важнее.
И я к ней почти прикоснулась.
Уже очутившись на улице, жадно вдыхаю свежий, пропитанный морской влагой воздух и чувствую, как с каждой минутой мне становится легче.
Меня укладывают на заднее сиденье, и пока я пытаюсь рассмотреть через темную панорамную крышу ночное небо, машина трогается с места.
Устало откидываю голову на пледе, любезно предоставленном персоналом. После аварии восстановление энергоресурса шло быстрее. Но это и понятно. Сегодня я не просто повредила организм. Это даже сильнее, чем глубокая кома. Я умерла и была где-то очень далеко. В пространстве Смерти.
Слыша тихий ход машины, аккуратно выдыхаю. Но, несмотря на усталость и тяжелую голову, мысль несется на сверхзвуковой.
Вспоминается сон, увиденный мной маленькой, когда загадала желание «быть живой».
Закрываю глаза и погружаюсь в прошлое. Я на руках у мамы, и она, унося меня с пляжа, с тревогой смотрит на меня.
– Почему ты загадала такое желание «хочу быть живой»?
– Я видела сон.
– Какой сон?
– Я больфая. В кловатке. Сплю. В белом платье. Как у тети Малины.
– Ты была в платье невесты?
– Да. В платье неветы. Сплю. И не могу встать.
Чувствую, как мама сжимает меня все сильнее.
– А где эта кроватка находится?
– Не наю. – Пожимаю плечами. – Хотю быть зывой неветой. И не спать.
– Конечно, ты будешь живой невестой, а не спящей. – Мама продолжает прятать тревогу на лице. – И когда вырастешь, мы сошьем тебе красивое белое платье невесты.
– Нет. Не белое. – Мотаю головой. – Хотю челное платье неветы.
Машина тем временем останавливается, отвлекая от воспоминаний, и я открываю глаза. Мы заезжаем в лифт и спускаемся на частный паркинг, а я ловлю себя на мысли, что с нетерпением жду следующего поворота лабиринта. Желая дойти до сути.
14. Challenger Deep / Бездна Челленджера
Следующий день проходит в ожидании. Еще с ночи зарядил ливень. Юми сказала – обычное дело для сентября. Брожу привидением по пенту. Изолирована от всего мира. Но, как ни странно, при всей моей любви к свободе, воспринимаю изоляцию философски. Со стороны может показаться парадоксальным, но в этой стеклянной клетке я, так или иначе, развиваюсь. Иду вперед. Вернее, докапываюсь до сути происходящего.
Единственное средство общения – Юми. Но и она потерялась в недрах стеклянного лабиринта. Чтобы хоть как-то скоротать время до следующего эксперимента, решаю поплавать в бассейне. Которых, как оказалось, здесь два.
Выбираю с морской водой, примыкающий к GYM-у. Глубокий. Черный. С фонтаном.
Погружаюсь в прохладу под шум воды. Делаю пару кругов брассом. Но на середине бассейна внезапно ногу сводит судорогой. Да такой резкой, что не могу доплыть до бортика. Боль сковывает все тело. В страхе хотично перебираю конечностями, зову Юми, но слышу лишь свой голос эхом, отдающим от черной плитки.
Судорога усиливается, перебрасывается и на вторую ногу. Вода становится тяжелой. Непреодолимым препятствием. Меня засасывает в воронку. Черный бассейн не просто имитирует глубину. Становится Бездной Челленджера. Такой же бесконечной и холодной. Я начинаю захлебываться соленой водой. Легкие горят от нехватки кислорода. Тело сковывает холодом.
Внезапно на подкорке проносится мысль – начался следующий этап эксперимента. Без присутствия Коула.
«Поверни руль в сторону заноса» – заставляю себя отключить инстинкты самосохранения. И переставая сопротивляться, чувствую, как судорога болевым шоком утягивает меня на черное дно. Рефлекторно делаю вдох, заполняя легкие морской водой, и проваливаюсь в глубину вакуума.
Я вижу девушку. Совсем юную. Младше меня. Вновь с гетерохромией. Ее светлые волосы убраны в необычную прическу. На ней длинное серебристое платье и голубой плащ со шлейфом, расшитый прозрачными камнями. Где-то я видела этот образ.
Она стоит у черной колонны и смотрит на странный пейзаж. Визуал размыт, но прослеживается парк с необычными деревьями и черное небо с большой луной. Где-то слышится музыка и голоса. В доме, определенно, торжество. Что-то празднуют.
Из зала на террасу выходит мужчина. Брюнет. Старше девушки. Годится ей в отцы. Но, определенно, не отец. Статный. У него необыкновенные глаза. Светло-голубые. С эффектом перелива. Тоже в костюме из необычного черного материала. Становится позади девушки, обхватывая ее в кольцо рук. Та вздрагивает, но не возражает.
– Почему ты здесь? – Голос тихий, но властный.
– У вас красивый дом.
– Ты не ответила на мой вопрос. – Спокойным тоном, но не терпящим возражений.
– Слишком шумно. Голова разболелась.
– Врать будущему мужу плохо. – Разворачивает девушку лицом.
– Да, вы правы, – Признается, но взгляд прямой. Глаз не прячет.
– Так в чем дело? – приподнимает пальцами ее подбородок.
– Мне кажется, вы поторопились, когда сделали мне предложение. А мои родители поторопились, когда его приняли.
– Кто-то посмел к тебе прикоснуться? – голос тихий, но девушка вздрагивает от устрашающего тембра.
– Нет-нет. – Качает головой. – Просто…
Мужчина молчит, ждет объяснения на подобные заявления, а девушка продолжает.
– Мы с вами очень разные… – выдыхает. – Две противоположности. Gravis и Levis.
– Противоположности притягиваются, – спокойным тоном.
– Да. Вы правы… – соглашается девушка.
Но лишь на словах. Продолжает хмуриться.
– Пойдем к гостям.
Но девушка не торопится. Несмотря на разницу в возрасте и властный характер мужчины, не тушуется.
– В выходные за тобой заедут мои люди.
– Зачем?
– Поедем на морскую прогулку.
Девушка внимательно смотрит на мужчину. Хмурится. Качает головой.
– Я не та женщина, что вам нужна. – Тихо, но уверенно. – Я инородное тело в вашем пространстве. Вы не будете со мной счастливы.
Спутник девушки на секунду зависает и внезапно резко вдавливает ее рукой к колонне.
Та вскрикивает, дергается, но мужчина, не обращая внимания, жестко прикладывает вторую ладонь к ее лбу.
Мне сложно понять, что происходит. Но, однозначно, не любовная сцена. Отчетливо понимаю, что девушка парализована. Не может пошевелиться. И даже не дышит. Лишь тревога во взгляде, направленном на будущего мужа.
Мужчина так же внезапно отпускает свою невесту, и та, будто вынырнув из глубины, часто дышит. Трет покрасневший лоб.
– Не делай резких движений. У тебя некоторое время будет болеть голова, позвоночник, грудная клетка, низ живота. – Перечисляет констатацией.
– Что вы сделали? – на ее груди виден отчетливый след от его ладони.
– Я дал тебе свою гравитацию и суперион.
– Зачем? – хмурится она, растирая затылок.
– Чтобы не было повода говорить, что ты инородное тело и не та женщина.
Визуал меняется. В размытом антураже виднеется просторная светлая комната с необычной мебелью. Девушка ходит из стороны в сторону. Остановившись, массирует затылок, привыкая к гравитации и супериону.
Внезапно дверь открывается и на пороге появляется женщина.
– Мам, ну как он?
– Плохо, дочь. Третьи сутки в коме. Врачи разводят руками. Вакцина не помогает.
– Я поеду к нему.
– Нет! Ни в коем случае! Еще заразишься!
– Не заражусь!
– Он лежит в специальном боксе. Все на карантине. Тебя не пропустят.
Девушка садится на кровати. Трет виски, как я.
– Ему не нужно было ехать в красный регион.
– Это его работа. Никто не предполагал, что там разгорится эпидемия.
Девушка качает головой.
– Не нужна была эта помолвка. Из-за нее он в больнице.
– Ну что за глупости. – Женщина подходит к дочери и садится рядом, приобнимая ее.
– Это я виновата, – будто не слыша мать.
– Ты ни в чем не виновата. – Целует дочь в висок. – Нужно молиться и надеяться на лучшее. Он поправится, и вы сыграете свадьбу.
Но девушка лишь качает головой.
– После помолвки… – Машинально тянется рукой к затылку. – Мне приснился сон.
– Какой?
– Будто мы стоим рядом. Я беру его за руку. И он начинает исчезать. Крепко сжимаю его руку, не отпускаю, и он превращается в черный дым.
– Это всего лишь дурной сон… – хмурится женщина и меняет тему: – Пойдем. Тебе надо поесть.
– Я хочу побыть одна…
– Я распоряжусь, чтобы тебе принесли ужин в комнату.
Едва за женщиной закрывается дверь, девушка выходит на небольшую террасу. Смотрит на черное звездное небо.
– Высшие Силы. Если я причина его болезни, верните его. Я расторгну помолвку, – тихо произносит она, но внезапно кривит губы и хватается за затылок. Будто от боли.
Визуал меняется. Вокруг море. Бескрайняя, черная от глубины стихия.
– Какой красивый парусник… – девушка, рассматривает необычные черные паруса. Улыбается. Но в глазах грусть.
Ветер треплет ее светлые локоны. Она жмурится от яркого солнца.
Мужчина молчит. Стоит у штурвала. После болезни он немного похудел, но выглядит бодрым и полным сил.
– Нам нужно поговорить. – Тихо начинает она.
– О чем?
– Нам не нужно быть вместе.
Мужчина молчит, а девушка продолжает:
– Мне приснился сон… Вас заберут, если я останусь с вами…
Но мужчина не реагирует на ее слова.
– Ваша болезнь – это предупреждение мне…
– На выходных свадьба. – Спокойным тоном.
Парусник отходит все дальше и дальше. Когда внезапно погода меняется. Солнце скрывается за тучами, ветер усиливается. Волны поднимаются все выше и выше.
– Пора возвращаться. – Констатирует мужчина. – Скоро начнется шторм.
Но на глазах дружелюбная стихия превращается в агрессивную. Волны хаотично швыряют яхту все резче и резче.
– Спрячься в каюте, – отдает распоряжение мужчина, но девушка будто оцепенела. Вцепившись в канат, фиксирующий ее, отчаянно качает головой.
– Нет! Иначе вас заберут!
Внезапно на них идет волна стеной… и девушка, в ужасе понимая, что сейчас произойдет, кричит:
– Нет! Заберите меня! Не его!
И я тону в безде. Погружаюсь все глубже и глубже. Вновь обрываюсь в черную пустоту. Еще миг и меня поглотит Смерть.
Но за наносекунду до конца приходит решение:
– Я пожертвовала своей жизнью! У меня есть одно право выжить!
Легкие пробивает обжигающим током, горло изрыгает соленую воду с пеной и я, болезненно кашляя, жадно глотаю воздух ртом.
«Жива» – делаю глубокий хриплый водянистый вдох и открываю глаза.
15. Right / Верно
Все еще откашливаясь и сдерживая рвотный рефлекс, возвращаюсь в жизнь. В груди клекающие звуки при вдохе, как при мокром кашле. На губах и во рту неприятная пена. Перед глазами все плывет. Голова ватная. Но, держась за реальность, фокусирую взгляд. Надо мной нависают китайский цербер и Юми. Первый разворачивает меня набок. Мокрый. Скорее всего, он достал меня из бассейна и оказал первую медицинскую помощь. Вторая – бледная, как мел, с перепуганными глазами что-то лепечет по китайски.
– Мы уже вызвали медиков, – переходит на английский, пока Джай фиксирует мою голову набок. – Как вы себя чувствуете?
– Живой… – хриплю я, все еще кашляя. От соленой воды горло раздирает. Легкие горят. Во рту пена.
– Что случилось?
Спутанное сознание мешает сосредоточиться. Звуки доносятся будто издалека. Но я концентрирую внимание. Смотрю на Юми.
– Судороги.
– Хорошо, что в пентхаусе мониторинг круглосуточный. Джай успел. Быстро вас вытащил из бассейна.
Даже в таком состоянии понимаю. Не успел бы он, если бы Смерть решил по-другому. Если бы не засчитал мой шанс на жизнь, везли бы меня сейчас в морг.
Пытаюсь сосредоточится, чтобы не забыть визуал, но в бассейн врывается команда медиков с носилками и начинается суета. Тычут меня приборами, светят в глаза фонариком, что-то спрашивают.
Хмурюсь. Несмотря на слабость, тошноту и дикую головную боль, раздражают. Я получила информацию к размышлению и очень боюсь, что пока меня отвлекают на лечение, я что-то забуду. Упущу детали и сделаю неправильные выводы.
– Я в норме. – Сиплым голосом. Соль обожгла слизистую. Хрипы в легких.
– Какое в норме?! – суетится рядом Юми. Не только потому, что боится наказания от хозяина – не досмотрела за объектом. В глазах искреннее беспокойство.
– Мы отвезем вас в больницу, чтобы проверить и стабилизировать ваше состояние. – парамедики продолжают делать свое дело, накрывая меня серебристым тонким одеялом.
Мое состояние хорошо стабилизирует и Коул. И для этого необязательно ехать в больницу.
– А где Тенет? – прежде чем на меня натягивают кислородную маску.
– Мы звонили, – тараторит Юми, пока меня укладывают на носилки. – Секретарь сказал, что мистер Коул еще утром вылетел в Шанхай. Его не будет несколько дней.
Ну что ж. Значит, буду восстанавливаться своими силами.
– Я поеду с вами.
Вокруг меня продолжается суета, а я лежу на носилках, а затем в карете скорой помощи и думаю только об одном – главное, не забыть все, что я увидела, будучи по другую сторону жизни.
– Я бы отлежалась дома… – тихим голосом из-под маски.
– Нам нужно стабилизировать вашу сердечно-сосудистую систему. Мониторинг ЭКГ, артериальное давление, сатурацию…
– Могут быть последствия? – вклинивается Юми, которая поехала со мной.
– Каждый случай индивидуален. Но даже при успешном спасении пациент может оставаться в реанимации несколько дней из-за риска отсроченных осложнений. Например, отёк лёгких. К тому же, гипоксия может вызвать повреждение мозга. Понаблюдаем за уровнем сознания. Проведем КТ и МРТ, Будем проводить контроль дыхания, сердца, температуры, электролитов и кислотно-щелочного баланса…
Лежу в VIP палате. Наконец меня оставили в покое после всех мыслимых и немыслимых обследований. Уже глубокая ночь. Рядом на диване спит Юми. Сколько я не просила ее ехать домой, стойким оловянным солдатиком оставалась рядом.
Голова по-прежнему тяжелая, в грудной клетке дискомфорт. Все еще чувствую слабость. Закрыв глаза, пытаюсь сосредоточиться.
Сейчас жалею, что Тенета нет. Не потому, что он быстро меня восстанавливал. Хочу получить ответы на свои вопросы. Но одновременно с этим понимаю – он не даст ответов.
Несмотря на слабость, отодвигаю канюлю с кислородом и встаю с кровати. Вместе со стойкой капельницы подхожу к окну. Наблюдаю за ночным городом, утопающем в ярком неоне даже сквозь дождь. Льну горячим лбом к прохладному стеклу. Наконец-то есть время подумать. Проанализировать ситуацию.
Определенно мне показали Айслера и наше с ним взаимодействие.
Визуал был размыт, но из увиденного можно было понять, что мне показали празднование помолвки. Нашей с Айсом.
Причем лично я согласия не давала. За меня это сделали родители. Что, видимо, было нормальным явлением, как и в этой реальности в каком-нибудь девятнадцатом веке. Еще было понятно, что и там Айс был старше меня. Таким же собственником и так же, как и сейчас, занимал высокое положение в обществе. Даже не представляю, могла ли та я или те мои родители отказать такому человеку. Вряд ли. Это все равно, если бы Ростовы отказались выдавать Наташу за князя Болконского.
Улыбаюсь, вспоминая наряд. Серебристое платье и длинный голубой плащ, инкрустированный прозрачными драгоценными камнями. Нечто подобное я выбрала для вечеринки на Сардинии.
Прокручиваю визуал далее. Сцена, когда Айс придавил меня рукой к мраморной колонне и дал мне свою гравитацию и суперион. Машинально тру затылок. Как он сказал тогда? Чтобы не было повода говорить, что ты инородное тело и не та женщина.
А ведь я и правда была инородным телом в его поле. Чувствовала эту чужеродность. Противоположность Gravis vs Levis. Поэтому и убежала с праздника на террасу. Но Айслер все решил за меня. Без моего согласия. Сделал своей в своем энергополе.
И теперь понятно, откуда у меня в числе прочих символы гравитации и супериона на спине. И слова Коула-старшего о нашей с Хардом связи и совместимости теперь выглядят логично.
Свайплю визуал далее. Хмурюсь, вспоминая о болезни Айса.
«Я беру его за руку. И он начинает исчезать. Крепко сжимаю его руку, не отпускаю, и он превращается в черный дым» Но даже наша связь через его гравитацию не спасла бы. Смерть оказалась сильнее.
Добираюсь до главного – кораблекрушение. «Забери меня, не его» – звенят мои же слова в сознании. Я пожертвовала своей жизнью, чтобы он жил. И меня забрали. Без сантиментов и человеческой жалости. Собственно, таков и есть Смерть.
Почему я так сделала? Возможно, чувствовала, что, где бы я не появлялась, в каком бы воплощении не была, со мной рядом идет Смерть.
Грею стекло и рисую на нем несколько глифов. Теперь я знаю. Они означают гравитацию и суперион.
Вновь прижимаюсь лбом к стеклу.
А что бы было с Мальдонадо и Айсом, если бы я осталась с одним из них?
Вспоминаю слова Коула-старшего. «Она будет для тебя закрыта».
На секунду зависаю. Это значит, что и Айслер, и я остались бы живы? Всё? Смерть меня больше не преследует?
Хотя… Как же не преследует? А мои родные? Сначала это была мама. Затем бабушка. А потом не стало и отца. Смерть все равно шла рядом. Забирала всех, кто мне дорог.
Внезапно вспоминаю, как я маленькая на пляже сжимала ведьмин камень и рассказывала маме о своем сне. «Хочу быть живой». Я видела свою Смерть, только не поняла этого, будучи маленькой. Никогда не забуду испуганный взгляд мамы и ее слова «Конечно, ты будешь живой невестой, а не спящей». Именно после того лета она заболела. Болезнь сожгла ее за неделю. И теперь я понимаю. Мама пожертвовала собой. Чтобы я осталась жива. Обеспечила мне коридор без смерти хотя бы в этом воплощении.
А следом за этим приходит еще одно откровение. Тоже одно из главных. Айс все понял. Он меня вспомнил. Но выбрав его, я бы не решила своей проблемы. В чем бы она ни была. Хард просто заблокировал бы этот смертельный шлейф, ведущий откуда-то издалека. Но не разорвал бы. Как обезбол. Который снимает боль, но не причину этой боли. Уйдя под защиту Айса, я бы обеспечила жизнь себе. Но не моим будущим близким. Они бы не избежали смерти в следующих воплощениях.
А значит, я сделала правильный выбор.
