Текст книги "Тот самый Хиддлстон или одна ночь в Барселоне"

Автор книги: Betty Lee

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц)

– Олег, ну прямо бальзам на душу. Ты же знаешь, что самый капризный гость во всем Питере – это ты. И слушать от тебя похвалу, значит быть на высшем уровне! – Борис улыбнулся и поправил очки.

– Ты давай рассказывай, как дела? А то я ж с серфа две недели не слезал. Эх, океан, океан, я б там жил, если б не отец, – Олег мечтательно закатил глаза.

– А что, отец прав, – Борис отпил из бокала вино. – Ты все тусуешь, а Павел Егорович, он же не вечный. У него вон сердечко пошаливает. Въезжал бы в батины дела, да на его место садился.

Олег уставился на друга, как на ненормального.

– Ну, где я, где «Газпром». Ну не люблю я все это. Не понимаю. А мечты и так сбываются!

– Конечно, – перебил его Борис. – Ты и понять не хочешь. Тебя спонсируют, а ты тратишь. Катаешься вон по океанам. А отец умрет, что тогда?!

Разговор принимал не очень приятный оборот, и обстановка между друзьями накалялась.

– Ты отца моего раньше времени не хорони. Я в совет директоров вхожу, если не забыл. И помимо меня, там умных голов хоть отбавляй. Ты не волнуйся за меня. У меня-то конкуренции ноль. Ты вон за ресторанчиками своими следи.

Борис, всегда отличаясь дальновидностью, понимал, что еще чуть-чуть и его вспыльчивый друг может разойтись не на шутку, привлекая к их столику ненужное внимание других посетителей. Поэтому смягчив тон, он произнес:

– Олег, брат, ну ты чего завелся?! Все, прости, завязываю с нотациями, – он поднял руки вверх показывая Олегу, что сдается и не намерен продолжать в том же духе.

– Так лучше. А то аппетит решил мне испортить. Давай еще вина. Зови свою кудесницу, а то я ее до сих пор еще не видел. Обычно все тут крутится. Пусть угадает, чего я хочу с первой «ноты», – Олег залпом допил содержимое бокала.

Борис щелкнул пальцами и попросил появившегося перед ними официанта пригласить бар менеджера.

Олег удивленно вскинул брови.

– А Лиза где?

– Да в Испании она, – раздраженно процедил Борис. 3 день всего нет. А тут наперекосяк все. Вино нормально посоветовать не могут. Гости не в восторге. Вчера на меня Собчак чуть бокал Аргентинского не вылила. Истеричка чертова! – он нервно скомкал пальцами салфетку.

– А я тебе говорил, – спокойным тоном ответил Олег. – Нельзя держать только одного сомелье. Вот ее нет сейчас и все. Работа встала. Заведи по каждому в заведение.

– А ты думаешь, я не пробовал? – Еремеев повысил голос. – Да у них у всех разное виденье. Это хаос и бедлам выходит. Там, где Лиза продажи по вину в 3 раза больше, чем в остальных двух заведениях.

– Я ж говорю, кудесница. Ну, тогда не отпускай ее никуда. Пусть деньги тебе приносит, – серьезным тоном произнес Олег, закидывая в рот очередной кусок стейка.

– Я же не рабовладелец. А она живой человек. Пусть девочка отдохнет. Итак, ей всего неделю дал.

– Ниче такая девочка, кстати, – не отрывая глаз от тарелки констатировал факт Олег. – Боря, ты женишься то когда? А то я боюсь, что улечу опять и все пропустить могу.

– Ну, тоже мне друг! Как это пропустить?! – Борис нахмурился. – Мы с Мариной думаем весной. Она же у меня романтичная натура, хочет, чтобы наша семья расцвела вместе с природой.

Олега пробрал хохот.

– Ну, ты и попал, дружище. Тебя затащили под каблук. А ты даже и не сопротивляешься, – он продолжал смеяться.

– Прекрати! Какой каблук!? – обиделся Боря. – Я люблю Марину. Она замечательная: умная, красивая и меня понимает. А ты чего, вон все ходишь бобылем. Девок своих меняешь, а они все доят, доят тебя и все.

– Зато секс какой! Ух! И каждый раз разный. А на их цацки деньги есть, не жалко, – усмехнулся Олег.

– Твои Олечки, Жанночки и Кристины – дуры набитые. Ты их даже на приемы то важные и встречи не берешь, потому что стыдно. Мордочка красивая, а как рот раскроют, так хоть сквозь землю провались, двух слов связать не могут.

Олег чуть не подавился последним куском стейка.

– Ты это сейчас, что хочешь сказать, друг? Что на меня лярвы, что ли только заглядываются, а с нормальной женщиной, вроде твоей Маринки, я не совладаю?! Так что ли? – лицо побагровело от переполнявших его эмоций.

– Тише, тише, – попытался успокоить его Борис. – Я не совсем это имел в виду. Просто не все ведутся на бабки, тачки и шмотки.

– Да ты никак спятил! – взревел Олег. – Ты со своими ресторанами сам в прошлое ударился. Сейчас XXI век. Сейчас все крутится вокруг бабла! Любая будет с тобой, если есть бабки. Ты мне не веришь?

Еремеев отрицательно покачал головой, чем еще больше разозлил Олега.

– Давай заключим пари! Я женю на себе любую. Умную, сверх умную, не умную, глупую, бедную, богатую, самодостаточную и не очень – любую. Понимаешь!? – его глаза налились кровью.

– Хорошо, – спокойно произнес Борис. – Но кандидатуру выбираю я.

– Валяй! Мне все равно! Я сказал любую. Но если ты проиграешь, то… – он огляделся по сторонам, – «Чехов» – мой.

Борис утвердительно кивнул.

– Хорошо, но если выиграю я, то помещение на Невском, которое вы с отцом с таким трудом приобрели, обведя вокруг пальца все инстанции – мое. Мне последнее время хочется расшириться, и «Бунин» стал бы чудесным вариантом.

Олег не заставил ждать себя с ответом и тоже утвердительно кивнул. Он был по натуре своей азартнейшим человеком, и стояло только вывести его на какой-либо спор или пари, он тут же соглашался в нем участвовать, уверенный в своем выигрыше. Его друг детства был прекрасно осведомлен об этом качестве Олега, часто применяя его в свою пользу.

– Ну что ж, Олег Петрович, подведем итог. Итак, мы заключаем пари. Ты должен жениться ровно через месяц после меня. И избранницей твоей будет Лиза.

– Какая Лиза? – недоуменно переспросил Олег. – Твоя сомелье?

– Да. Моя сомелье. Скажи спасибо, друг, по-моему, я выбрал тебе не самый плохой вариант.

– Я согласен, – усмехнулся Олег.

Мужчины пожали друг другу руки в знак заключения сделки.

========== Воспоминания ==========

Спустившись со смотровой площадки, они первое время не находили, что сказать друг другу. Молча стояли, перекидываясь короткими взглядами. Том первым нарушил молчание:

– Мне нужно в отель. Переодеться и принять душ.

Лиза понимающе кивнула.

– Где ты будешь? – он смотрел на нее в упор так серьезно, как если бы они были на допросе.

– Теперь уже не знаю, – она опустила глаза, успев заметить непонимание в глазах собеседника.

– Почему не знаешь?

– Теперь не знаю. Ты уже третий день рушишь мои планы, – она вдруг задорно улыбнулась, сумев разрядить обстановку.

Ее ответ заставил поползти уголки губ вверх, и Хиддлстон улыбнулся в ответ.

– Ах вот как, так значит виновник испорченных планов я? – он ткнул пальцем себе в грудь.

– Ну конечно! Ты появляешься и планы рушатся, как карточный домик. У тебя есть два часа. Я буду ждать тебя на пляже. Теперь это НАШЕ место.

– Мы не потеряемся, если ты дашь мне свой номер телефона, – мужчина снова и снова поражался легкости ее общения.

– Нет, так будет слишком просто, слишком банально. А вы же не снимаетесь в банальных фильмах, мистер Хиддлстон! – она рассмеялась и звонкий смех отразился в ушах тысячей колокольчиков, а затем добавила:

– А у нас тут еще то кино!

– Барселонские каникулы, – пришло внезапно на ум сравнение.

Лиза вытаращила глаза –настолько четко он попал в ее мысли двухдневной давности.

– Хорошее сравнение, – загадочно произнесла она, наклонив голову набок и смерив актера взглядом.

***

Том стоял под душем, облокотившись руками о холодный кафель. Струйки воды растекались по телу, расслабляя и успокаивая. Два дня как один миг. Завтра он сядет на самолет и покинет Испанию, оставив все произошедшее лишь в своей памяти. Снова вернется к работе и загруженным будням, отпустит легкость и реальность, пребывавшую с ним эти короткие пять дней была. Британец закрыл глаза и удалился в собственные воспоминания.

Лиза, как и обещала, дождалась его на пляже. Он подошел незаметно, наблюдая, как девушка смотрит вдаль на неспокойное море и перебирает в руках песчинки. Он любовался ей, боясь подойти и разрушить мгновение, казавшееся по-настоящему прекрасным. Когда Том окликнул ее, девичьи плечи слегка дрогнули от неожиданности, но когда она, обернувшись, увидела его, на лице вновь засияла улыбка. Безусловно девушка была рада тому, что они снова встретились. В этом не могло быть сомнений.

Какими странными были эти два дня. Хиддлстон плохо отдавал себе отчет в том, что он делал, выключив голос разума. Он не отвечал Люку с того самого утра, когда тот сообщил ему о папарацци. На четвертый день тотального игнора, его менеджер написал последнюю смс из нескончаемого потока, что Том получал на мобильный:

«Том, не знаю, что с тобой произошло, но я верю во временное помешательство. До встречи!» – гласило сообщение.

Временное помешательство. Том прокрутил эту фразу несколько раз в голове и повернулся к Лизе, с восторгом наблюдавшей, как фонтаны Монжуика переливаются всеми цветами радуги в сумерках вечернего города.

Сложно было сказать, что он чувствовал, когда прощался с ней. Смешанное чувство грусти и благодарности за подаренное ему время. Настолько настоящим он еще никогда себя не чувствовал. Актер был готов к новым проектам, ощущая себя полным сил и энергии, а главное –энтузиазма. Девушка сумела вдохнуть в него лишь положительные эмоции, и он был безмерно ей благодарен за дни, проведенные вместе.

Одно только обстоятельство приводило в замешательство: тогда на смотровой площадке, она не дала ему себя поцеловать. Оттолкнула его, едва он коснулся ее губ, настоятельно рекомендовав больше так не поступать. Этот факт больно бил по самолюбию, давая понять, что как мужчина он ей абсолютно не интересен. Лиза, конечно же, открыто не заявляла об этом, общаясь с ним заинтересованно и с явным желанием, но вела себя исключительно по-дружески. Хотя… может это и к лучшему. Романы, пусть даже и курортные, совершенно не входили в планы. Оборвав поток мыслей, Том выключил выключил воду и вышел из ванны.

«Ну все, домой!» – с горечью думала Лиза, подходя к стойке регистрации. Беспокойный сон, подъем, завтрак, трансфер и аэропорт. Все. Барселонские каникулы подошли к концу. Вчерашний день пролетел также незаметно, как и все предыдущие. С Томом время летело с неимоверной скоростью. Девушка только и успевала ловить себя на мысли, что этот чертов британец с каждой минутой, с каждым его словом очаровывает ее все больше и больше. Но чувство страха сковывало ее, каждый раз, когда Хиддлстон находился в опасной близости.

В последний день отдыха, они ранним утром покинули Барселону, отправившись в городок Фигерас, чтобы прикоснуться к прекрасному и посетить музей Сальвадора Дали. Эта чудесная идея пришла к Тому совершенно спонтанно и они, взяв напрокат машину, (Лиза оформила машину на себя, чтобы не акцентировать лишний раз внимание на ее спутнике), отправились в их последнее путешествие. За все время их совместного препровождения, Хиддлстона узнали несколько раз, хотя он не снимая носил очки и кепку. Но настоящих поклонников вряд ли проведешь, они смотрели на него как на Бога и трясущимися руками протягивали ему блокноты, бумажки и прочие наспех найденные предметы.

Девушку поразил тот факт, что Том носил с собой небольшую сувенирную ручку специально для тех случаев, когда просят дать автограф. Когда Лиза спросила неужели он специально носит ее для своих фанатов, он рассказал ей историю про маленького мальчика, который подошел однажды к нему в одном из крупных торговых центров Лондона и, открыв только что купленную мамой книгу сказок, произнес на детском, не совсем понятном языке: «Локки, можно автограф!»

Но ни у Тома, ни у мамы мальчика, ни тем более у самого мальчика, не оказалось пишущего устройства. Малыш, чуть не заплакал, понимая, что уйдет от кумира ни с чем. Но Том не мог этого допустить и побежал в книжный магазин, который, благо, был на этом же этаже, покупать ручку и радовать ребенка своим автографом. После его рассказа Лиза была четко уверена, что если есть на земле святые мужчины, так один из них точно Хиддлстон.

Регистрация и объявление посадки прошли в спутанных мыслях и обрывках воспоминаний. Лиза села в удобное кресло самолета, закрыла глаза, вспоминая, как вчера ей хотелось, чтобы он обнял ее на прощание, прижал к себе и позволил растворится в его руках. Но страх быть влюбленной и зависимой был сильнее этого желания. Поэтому она лишь выдавливала из себя улыбку, произнося какие-то глупые, наспех придуманные слова прощания. А он смотрел на нее улыбаясь, что-то произнося в ответ, но она не слышала, ничего не слышала, запоминая момент, его лицо, его красивое тело и его глаза, смотрящие на нее с искренней нежностью. Самолет взлетел и девушка взлетела вместе с ним, унося свои воспоминая в Северную столицу далекой России.

========== Ход конем ==========

Борис Еремеев сидел в своем кабинете, разложив перед собой чертежи и схемы. Увлеченно изучая их, он едва не пролил только что принесенный ему кофе, который неаккуратный официант поставил рядом с такими важными для него бумагами.

– Идиот! – выругался он и начал промакивать темное пятно, растекшееся по столу, салфеткой.

Прошло чуть больше месяца с того момента, когда они с Олегом, пожав друг другу руки, заключили пари. Только Борис знал, что спонтанным решением и появившимся внезапно азартом этот спор нельзя было назвать. Но об этом его друг Олег совершенно не догадывался. Хоть они и дружили с детства, Борис никогда не понимал, как можно так безрассудно распоряжаться тем, что само плывет в руки. Он же, как и его отец, всего добивался усердно трудясь. Нет, он был не беднее Олега, но его капитал зарабатывался его собственным трудом, а не папиными заслугами. Его же друг плыл по течению, не заботясь, куда оно его принесет.

Умело разобравшись и освоив ресторанный бизнес, Борису хотелось увеличить сеть своих заведений, и он искал для нового ресторана подходящее помещение. Но все варианты, которые ему попадались, совершенно его не устраивали. Когда же Олег в очередной раз похвастался подарком отца, Бориса сковал внутренний гнев. Он практически перестал дышать, внутри все клокотало, когда Игнатьев в подробностях начал рассказ о том, как благодаря связям его отца, он получил в подарок совсем не нужное ему помещение в особняке XIX века.

Именно тогда в голове Бориса созрел план – подкинуть азартному Олегу повод для спора, повод для заключения пари, от которого он не сможет отказаться. Спор, который будет заведомо выигрышным для самого Бориса. Поставить на кон все, что пожелает Олег, а самому попросить взамен то самое помещение на Невском. Успокоив себя этой мыслью, Еремеев выжидал, когда же попадется подходящий предмет спора. И уже практически отчаялся его найти, если бы его друг сам не упомянул о нем.

Олег безумно любил женщин, любил настолько, что менял их каждую неделю. Борис никогда не завидовал ему, по природе своей являясь однолюбом. Он не разменивался на женщин, будучи уверенным, что его будущая избранница будет отвечать всем необходимым ему требованиям. И, когда он столкнулся с Мариной совершенно случайно у касс на заправке, то не влюбился с первого взгляда, а только лишь со временем открыл в себе это новое, ранее незнакомое ему чувство. Девушка из профессорской семьи работала адвокатом в одной небезызвестной в Петербурге адвокатской канторе. Ее ум, манеры, привлекательная внешность, покладистый характер и хозяйственность – были именно теми качествами, которые всегда искал в женщинах Борис, поэтому теперь он был уверен, что Марина именно та, с кем он хочет связать свою жизнь.

Лиза работала на Еремеева чуть больше четырех лет. Придя к нему обычным рядовым сотрудником, она за каких-то полтора года выросла до ведущего сомелье трех его ресторанов. Борис сразу же увидел в ней потенциал и, недолго думая, отправил ее на курсы во Францию, познакомив с мировым виноделием. Умело пользуясь полученными знаниями, она не только вернула потраченные на нее средства, но и значительно увеличила доходы заведений от продаж вина, имея индивидуальный подход к каждому гостю.

Ее яркая внешность, позитив и ум – были редким сочетанием, привлекающим к ней людей. Борис ценил ее, прощая ее вечные опоздания и прочее мелкие недочеты, которые по его мнению, совсем не портили общей картины. Благодаря своей сообразительности, девушка выкручивалась из множества ситуаций, из которых другие вряд ли бы нашли выход. Однако, она всегда была безразлична к ухаживаниям и знакам внимания со стороны знакомых ему мужчин. Вначале, это удивляло Олега, который привык видеть совершенно другую реакцию со стороны женщин на ухаживания состоятельных и влиятельных персон. Но Лизу мало интересовал социальный статус, она общалась со всеми одинаково, слегка кокетливо, но не настолько, чтобы считать это флиртом. В дальнейшем Борис пришел к выводу, что деньги девушку волновали только в одном случае, когда она сама их зарабатывала.

Как только Олег заикнулся, что любая женщина, которую он возжелает, упадет к его ногам, Борис понял, что это и есть тот самый предмет спора, которого он так долго ждал. Дальше все шло как по маслу: распалив Олега, усомнившись в его силах, Еремеев запустил механизм, который было не остановить. В таком состоянии, в котором был тогда его друг, он был готов спорить на что угодно. Прекрасно зная умение Олега завоевать женщин, его банальные ухаживания, которые заключались в основном в осыпании деньгами, Борис был на девяносто девять процентов уверен в своей победе, предлагая Лизу на роль разменной монеты.

Готовясь к триумфу, он уже связался с архитекторами, чтобы те накидали ему приблизительные чертежи ресторана и схемы его подсобных помещений. Теперь же разглядывая их, он представлял заголовки модных глянцевых журналов, оповещающие горожан, что ресторатор Борис Еремеев подарил Санкт-Петербургу еще одно заведение. Борис улыбнулся, но стук в дверь прервал его мечты.

– Да, да!? – громко спросил он.

– Борис Павлович, – послышался писклявый голос одной из официанток, – к вам Олег Петрович пришел.

– Понял, сейчас подойду! – крикнул он в ответ.

– Нет, нет. Он говорит дело важное, просит проводить его к вам.

– Хорошо, приглашай.

Мужчина начал быстро скручивать, лежавшие на столе чертежи и схемы, засовывая из в тубус. Он успел убрал со стола все улики, до того как Олег открыл дверь и вошел внутрь.

– Привет, дружище! – с порога прогремел он.

– Привет, привет! Проходи, присаживайся. Говорят у тебя важное дело, – Борис протянул другу руку для приветствия.

– Да, есть дело. Попроси своих кофе сварить. В сон рубит, не могу проснуться целый день.

– А ночью-то чем занимался? – подмигнул Борис.

– Замотала одна, еле как выстоял, – рассмеялся Олег.

– Эээ, братец, ну ты даешь. И, как я понимаю, эта девушка вовсе не Лиза.

– Какая, нахрен, Лиза?! – понизил голос Олег. – Каменную плиту головой проще прошибить.

Борис рассмеялся.

– И что ж, дорогой друг, ты никак хочешь сообщить, что повержен и спор проигран?!

Олег нахмурился.

– Не дождешься! Я никогда не проигрываю! Просто эта Лиза оказалась крепким орешком.

– Который оказался тебе на по зубам, – ироничным тоном констатировал Еремеев.

– Ничего подобного. Просто на эту надо больше времени и денег, видимо. Хотя итак цветами, подарками засыпаю, а она гордую из себя строит, не берет. Обратно мне все отправляет. Особенно цацки, цветы еще со скрипом, но принимает. Я, собственно, про нее и пришел поговорить.

Борис принял удобную позу и изо всех сил старался принять серьезный вид, но внутри его колотило от смеха. «Ну и Лиза! Ай да молодец! Как помогает ему. Даже не сговариваясь помогает. Олег дурак, раз решил ее купить. Уж кто, кто, а она на такое не покупается. Ничего ты, Олежка, не смыслишь в женщинах», – думал про себя Еремеев.

– Говори, я внимательно слушаю, – все таки найдя в себе силы не рассмеяться, произнес Борис.

– Отпусти ее на пару дней. Дай отпуск. Ты загонял ее совсем, она живет у тебя на работе. Это не честно по отношению к нашему пари. Я с ней даже время нормально провести ее могу.

Борис, понимал, что Олег прав. Он специально загружал девушку по полной, не давая Олегу подобраться к ней слишком близко. Хоть он и был почти уверен в ее стойкости, но все таки процент сомнения оставался.

– Нууу… – протянул Еремеев. – Ты же знаешь, что она незаменимый винтик моей отлаженной системы. А что ты собираешься сделать? Зачем тебе она на пару дней?

– Будет важная встреча в Лондоне и благотворительный прием. Отец настаивает на том, чтобы я поехал. А романтика Туманного Альбиона сделает свое дело, и она влюбится в меня. Я тебе говорю, Бориска. Тебе надо только отпустить ее.

Борис понимал, что отказать Игнатьеву он не может, это была бы откровенно нечестная игра. И он решил пойти на риск, ответив:

– Хорошо. Я дам ей отпуск. Несколько дней, не больше. И только для того, чтобы вы съездили в Лондон.

========== Лондонский дождь ==========

На него смотрели те самые карие глаза. Лиза улыбаясь, сжимала в руках рамку с автографом Моррисона. Фото, сделанное тем первым вечером. Сделанное на его телефон. Он совсем забыл о его существовании, теперь же, случайно наткнувшись на него в своем iphone, не мог заставить себя перелистнуть фотографию. Сердце ускорило ход. Дыхание стало неровным. Среди тысячи лиц, среди тысячи глаз, он теперь узнает ее всегда. Он нажал кнопку и экран потемнел. Том положил телефон, укутался в одеяло и закрыл глаза. Ему снилась Барселона, пляж, а рядом, положив голову к нему на плече, сидела она.

***

– Давай! Я в тебя верю!

– Ну держись, звезда! – послышалось чирканье ножниц и на пол упала прядь волос.

Лиза поудобнее села в кресло, наблюдая в зеркало, как с каждым взмахам ножниц ее волосы становятся все короче. Игорь Калинин – ее стилист и по совместительству друг, колдовал над ней в каком-то своем творческом забвении. Она обожала эти минуты, когда он, обходя со всех сторон кресло, в котором она сидела, взглядом творца оценивал получившееся произведение. Он был мастером своего дела. Настолько хорош, что вся Северная столица стояла к нему в очередь, когда он лично работал в своем салон, возвращаясь из Милана, где вел основную деятельность.

– Это шикарно. Дорогая, все сдохнут, увидя тебя, – он широко улыбнулся, взмахнув последний раз ножницами. – Теперь укладка. И нормальные мужики этого города, сойдут с ума, да и не нормальные тоже, – он подмигнул ей в зеркало.

– Спасибо, о великий из великих. Надеюсь в Лондоне оценят.

– Что!? – брови Игоря поползли вверх.

– Лечу в Лондон. Точнее везут. Как куклу – под мышку и вперед. Если б он не Лондон предложил, я б его в задницу послала.

– Я весь во внимании. Кто он? Рассказывай немедленно! – Игорь картинно топнул ногой.

– Игнатьев Олег Петрович, тридцать пять лет. Денег можно жевать одним местом. Думает, что все в этом мире покупается и продается. Друг моего шефа. Внезапно вспыхнул ко мне любовными чувствами. Одолевает больше месяца уже. Еще?

Игорь задумался.

– И все таки ты чокнутая Лиза. Таких мужиков сетями ловят, а она выделывается. Да он же сам к тебе в руки плывет. Как дура за ипотеку платишь, работаешь, как лошадь. Я тебя не понимаю, ты как с другой планеты! – Калинин непонимающе развел руками.

– Я не умею спать с теми, от кого меня подташнивает. Хотя, он красивый: высокий, блондин, в качалку ходит. В моем вкусе. Но его «куплю дачу и машину в придачу» отбили у меня всю охоту даже присматриваться к нему, – Лиза нервно поежилась.

– Это комплекс. Да. Да. Определенно комплекс! – тоном лечащего врача проговорил Калинин. – Как только перед тобой появляется мужчина с деньгами, ты считаешь его насквозь фальшивым.

– Не всех… – мечтательно вспомнив Тома, почти прошептала Лиза. Но тут же отогнав от себя воспоминания, уверенно произнесла: – я насмотрелась на работе на этих богатых. Ресторан все их нутро показывает, всю гниль внутреннюю, как бы не пытались скрыть, немного алкоголя и все пороки вылезают наружу. Ладно, Игорь, это все лирика. Рассказывай как Милан, как дела и чего это ты такой загадочно-мечтательный? Меня не проведешь, я наблюдала за тобой в зеркало.

Лиза внимательно взглянула на друга, расплывшегося в улыбке.

– У меня был лучший секс в жизни. Это бомба! – он мечтательно закатил глаза.

– Кто он? – спросила девушка, прекрасно зная, что ее стилист никогда не предпочитал женщин.

– Ооо! Он чудный. Такой галантный, умный, а в постели просто огонь. Нас познакомил друг на одной из выставок модного итальянского художника…

Игорь включил фен, начав укладку, и теперь его рассказ она слышала лишь обрывками, но главное уловила – Калинин в очередной раз в кого-то влюбился.

Как же невыносимо забавно было наблюдать за реакцией Олега на ее новый образ. Открыв дверь машины и, в прямом смысле слова, плюхнувшись на заднее сиденье, она повернула голову и одарила своего спутника лучезарной улыбкой. Глаза Игнатьева расширились, когда стянув капюшон куртки, она продемонстрировала ему короткую стрижку, вместо привычного длинного каре.

– Ну, что? Едем? – не прекращая улыбаться, спросила девушка.

– Ддд..ааа, – запнулся Олег, но через секунду придя в себя, жестом приказал водителю трогаться.

Лиза никогда не летала на частном самолете. Этакая непозволительная роскошь, к которой сегодня ей посчастливилось прикоснуться. Как в кино: внутреннее убранство железной птицы было выполнено в бежевых и молочно-кремовых тонах, внутри все блестело и сияло, услужливая стюардесса приносила им напитки и еду, ассортименту которых позавидовало бы любое небольшое кафе Питера. Лиза налегала на коньяк. Через пару бокалов Олег перестал ей казаться таким уж отвратительно слащавым себялюбцем. Они непринужденно болтали, сидя напротив друг друга. Выяснилось, что Лондон будет в их распоряжении пять дней. «Пять дней! Будто это число преследует меня!» – промелькнуло в голове девушки. Вспомнив Барселонские каникулы, внутри что-то заныло, но она заглушила в себе это чувство очередным бокалом.

Через три с половиной часа они прибыли в Лондонский аэропорт Хитроу. Лондон встречал их туманом и дождем. Пока они добирались до отеля, девушка толком ничего не могла разглядеть в окно автомобиля, лишь мерцание фонарей и новогодних украшений, наполнивших город. Когда автомобиль остановился и услужливый швейцар открыл дверь, приглашая их выйти, она ни разу не удивилась, увидев перед собой название отеля: «Hilton London Metropole Hotel». Олег не умел удивлять. «Мог бы и Ritz выбрать, чего уж мелочиться», – думала Лиза, выбираясь из машины.

На ресепшн произошла их первая ссора. Олег выбрал семейный люкс, состоящий из трех комнат. Но Лиза совершенно не собиралась жить с Игнатьевым в одном номере, даже если бы он состоял из пяти комнат. В итоге долгой словесной перепалки, было принято решение поменять номер. И хоть администратор гостиницы уверял их, что свободных номеров нет, но сумма озвученная без всякого стеснения Олегом, решила проблему. Теперь их номера располагались на одном этаже, но в разных концах коридора. Лиза была возмущена выбором Олега. С чего он взял, что она будет жить с ним в одном номере. Он пытался добиться ее расположения, но совершенно не тем способом. Она чувствовала себя куклой. Пока просто куклой, но вот Олег явно хотел сделать из нее марионетку.

Закрыв дверь номера, она кинула взгляд на чемодан, понимая, что с такой погодой ей не подойдет ни одна из тех вещей, которую она наспех взяла с собой. Если бы «скотоБоря» (именно так она называла своего шефа, когда злилась на него) не дергал ее на работу по четырнадцать часов семь дней в неделю, то, возможно, она бы сообразила, что Туманный Альбион, который она собралась посетить, не располагал к солнечной и сухой погоде. У нее не было даже зонта. Необходимо было срочно купить его в дополнение к резиновым сапогам и дождевику. Ведь завтра, когда Олег будет занят обсуждением своих дел с партнерами отца, она обязательно отправится гулять по Лондону, каким бы ливнем он ее ни встретил. Позвонив на ресепшн и узнав расположение ближайшего нужного ей магазина, она схватила кошелек и вышла из номера.

Дворники работали как заведенные, но даже в таком темпе не могли справиться с проливным дождем, охватившим Лондон. Туман и сумерки напрочь лишали видимости на дороге. Том ехал не спеша, напрягая зрение изо всех сил, вглядываясь в поток еле ползущих машин и мигание светофоров. Внезапно он увидел знакомое лицо. Девушка переходила дорогу по пешеходному переходу. Он ударил по тормозам и резко остановился, едва не создав своим поступком аварийную ситуацию. Сзади послышались пронзительные гудки недовольных водителей. Он вновь завел мотор и тронулся с места. «Нет, это не может быть она, просто похожа. У Лизы волосы до плеч, а тут короткая стрижка, как у мальчика. Нет, бред. Наваждение. Это не она!» – думал он про себя, продолжая движение, но почему-то сердце не прекращало бешено колотиться.

========== Платье ==========

Том стоял перед зеркалом, поправляя бабочку. Очередной прием, на котором он вынужден был появиться. Хиддлстон никогда не понимал смысла этих благотворительных “тусовок”. Несомненно, помогать нуждающимся больным детям необходимо, но делать из этого шоу с красными дорожками, прессой и красноречивыми выступлениями было, по его мнению, вовсе ни к чему.

– Может быть я просто выпишу чек? Это напоминает мне бал фальша, Люк. Детям нужно помогать, а не делать вид, – пытался донести до своего менеджера Том, но тот был непреклонен.

– Том, ты обязан! Ты прекрасно понимаешь, что это важно для твоей репутации и саморекламы. Мы обязательно выпишем чек на любую сумму. После… Побудь там недолго, по улыбайся на камеру. Давай, Хиддлстон, это нужно сделать.

Благотворительный прием-банкет проходил в Альберт-холл – великолепном здании, построенном в одна тысяча восемьсот семьдесят первом году, но и по сей день не потерявшего своей помпезности. Том изрядно опаздывал. Туман и проливной дождь изматывали Лондон уже несколько дней. Покинув машину, он сопровождаемый швейцаром, раскрывшим над ним огромный зонт, поднимался по ступенькам, утопая в мокрой насквозь красной ковровой дорожке. Со всех сторон ослепляли вспышки фотоаппаратов.

Зайдя внутрь, актер обнаружил почти пустой холл. Все присутствующие, вероятно, уже собрались в основном зале. Поправив атласные лацканы смокинга, он поднялся по широкой лестнице на второй этаж и оказался перед дверью, за которой уже начался благотворительный вечер. Тому повезло, его столик располагался не у самой сцены и не в середине зала, а совсем недалеко от выхода. Он оказался пуст. Имена соседей, написанные на табличках, были ему не знакомы. Спасибо Люку. Вероятно, он все подстроил, чтобы Хиддлстон мог без лишнего шума покинуть прием, когда посчитает нужным.