Текст книги "Тот самый Хиддлстон или одна ночь в Барселоне"
Автор книги: Betty Lee
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 10 страниц)
========== А по утру они проснулись ==========
Повернув голову и приоткрыв один глаз, Лиза удивлённо уставилась на мужчину, спавшего рядом. Нет, зрение не обманывало, и слева от нее лежал, забывшись в объятиях Морфея – Том Хиддлстон. Тот самый Хиддлстон. Натянув одеяло до подбородка и скомкав его края цепкими пальцами, девушка начала судорожно вспоминать события прошедшей ночи: встреча на пляже, ее нелепый английский, бутылка виски, затерянный бар между домов и провал в памяти. Как Том оказался в номере? Такси… Опять алкоголь. Да, вероятно, они оба хорошенько напились вчера.
И одна мысль приносила ощущение внутреннего спокойствия – по слухам актер предпочитал мужчин и ломать голову на тему: «Был ли между ними страстный и необузданный секс?» – становилось вовсе не обязательным. Одежда, оставшаяся на обоих, ещё раз подтверждала правильность Лизиных домыслов. Вновь развернувшись в сторону спящего Тома, девушка принялась внимательно рассматривать его лицо.
И что было такого в этой английской, весьма не чопорной, но запоминающейся внешности, что заставило узнать мужчину в сумерках на пляже, даже на миг не усомнившись, что перед ней известный актер. Рост? Может быть скулы или изгиб губ? Ответ на вопрос не рождался в голове, но одно Лиза знала наверняка – если бы не алкоголь, развязавшийся язык, убравший стеснение и стеревший границы между миром «звёзд и простых смертных», она никогда в жизни не осмелилась бы заговорить с Хиддлстоном.
Том был популярным английским актером, известным не только в родной Великобритании, но и далеко за ее пределами. Журналы пестрели его фотографиями, а интернет судачил о невыставленной напоказ личной жизни, все больше склоняясь к мнению, что обожаемый всеми артист придерживается отнюдь не гетеросексуальной ориентации. Папарацци безуспешно пытались уличить Хиддлстона хоть в чем-то, достойном очередной светской сплетни, но безуспешно. Том всегда оказывался кристально чист и непорочен, как младенец, принявший крещение.
Лицо с мировой известностью спало сейчас в комнате, где стоял запах перегара и сигарет. Приоткрытая балконная дверь не смогла уничтожить за ночь неприятный аромат, и девушка поморщилась, глубоко втянув носом воздух. Приступ кашля подступил к горлу, но Лиза сдержала его, стараясь не разбудить Тома. Однако, чутье подсказывало, что стоит поступить именно так. Пока алкоголь ещё гулял в крови было бы не так стыдно смотреть в глаза человеку, чье присутствие этим утром в ее гостиничном номере оказалось нелепым стечением обстоятельств. Последнее, что помнила девушка – рассвет и мужские руки, державшие с особым аристократизмом бокал с карамельной жидкостью.
Голова гудела и хотелось спать, но Лиза стойко приняла решение дождаться пробуждения Хиддлстона. Мысленно она представляла, как будет смущённо улыбаться ночному гостю, перекинется парой дежурных фраз на ломанном английском, закажет в номер завтрак, проводит актера до двери и распрощавшись, представит все произошедшее ночью лишь приключением в Барселоне, о котором потом будет рассказывать внукам. С каждым новым образом веки тяжелели, и уже через пару минут девушка провалилась в глубокий сон.
Том потянулся и открыл глаза. Оглядев комнату, он бросил взгляд на женское тело, завёрнутое в одеяло и безмятежно спящее. В голове вихрем пронеслись воспоминания о ночных приключениях. В висках загудело. Мужчина сел на кровати и сжал голову руками. Из резкой боль превратилась в ноющую. Вот что значит быть приверженцем здорового образа жизни, а потом встретить незнакомку на городском пляже, так аппетитно пьющую из горла американский бурбон. Наваждение. Он хотел было сбросить с себя оковы вчерашних сумеречных чар, но вовремя одумался, вспомнив про коварную головную боль.
В кармане брюк завибрировал телефон. Том вынул аппарат и взглянул на дисплей. Тренер по бегу. Интересно, какой раз он пытается дозвониться? Вчера его новая знакомая чуть не выбросила мобильный, когда он в очередной раз заиграл незамысловатую мелодию входящего вызова.
– Либо мы общаемся, либо расходимся в разных направлениях, – решительно заявила девушка, когда они, уже изрядно захмелевшие, направлялись к бару.
***
В этом году осень в Каталонии выдалась особенно теплой. Сентябрь оказался ничуть не холоднее августа. Листья на деревьях и не думали желтеть, а море было похоже на парное молоко. Особенно по ночам, когда температура воздуха и воды становились одинаковыми. В октябре стало чуть прохладнее. Туристы съезжались с разных уголков света, чтобы прогуляться по изысканной Барселоне, вдохнуть свежего Каталонского воздуха, заняться качественным шоппингом и насладиться мировыми шедеврами архитектуры и искусства.
Лиза прилетела в столицу Каталонии спонтанно. Буквально вырвав несколько дней отпуска из цепких лап начальства. Этим городом она грезила с того самого дня, как отправившись с подругой в испанский городок Мальград-де Мар, мимолетно посетила Барселону. С тех самых пор девушка ни о чем другом не могла думать, кроме той непередаваемой, манящей атмосферы мегаполиса. Город показался ей живым, дышащим и близким по духу.
Все вышло в точности так, как она и хотела. Поселившись в отеле неподалеку от Гауди-парка, туристка в первый же вечер решила насладиться морским прибоем и ночным Барселонским небом с такими далекими и прекрасными звездами, глядя на которые невольно становишься романтиком. Взяв плед, пачку сигарет и бутылку медового Джек Дэниэлс, девушка уверенно зашагала на городской пляж, не имея ни малейшего предчувствия на звездную встречу. В планах было отключить мозги, выпить виски и, выпуская едкий сигаретный дым, насладиться одиночеством.
Как только отгремела премьера «Багрового Пика», и Том посетил всевозможные светские рауты, приемы, фотосессии и фуршеты, посвященные этому событию, он понял что устал, выдохся. Томас Шарп высосал из него жизненную энергию, сделав его самого призраком. Дав себе немного времени войти в привычное русло, актер начал съемки в фильме «Высотка». Закончив этот проект, Тому совершенно неожиданно предложили роль кантри-музыканта Хэнка Уильямса, от которой невозможно было отказаться. Ему всегда хотелось сделать фильм о музыке, и судьба предоставила ему шанс. После тяжёлой и изнуряющей работы, нужно было срочно вернуться к нормальной человеческой жизни и вновь стать самим собой, поэтому поездка в Барселону была запланирована заранее. Хиддлстон договорился с местным тренером о совместных утренних пробежках, даже на отдыхе он хотел держать себя в форме. Дождливый Лондон навевал тоску, от которой хотелось сбежать, восстановить силы и вернуться в реальность. Прилетев ноябрьским утром, актер сошел с трапа самолета, вдохнул теплый воздух испанской осени и еще раз убедился в том, что выбрал нужный курс.
Водитель доставил Тома прямиком к отелю «Хилтон». Актер выбрал его из-за удобного местоположения: рядом было много ресторанчиков, зелёная ветка метро и близость всех центральных улиц. Впервые за долгое время, он отправился отдыхать в гордом одиночестве. Том надеялся, что так он быстрее придет в себя. Его менеджер Люк был не в восторге от этой идеи и всячески отговаривал актера, но Хиддлстон был непреклонен. Ему было необходимо время наедине с собой.
День прошел лениво. Сон был лучшим восстановителем сил и одновременно роскошью последнее время, поэтому актер не мог упустить момент и не воспользоваться случаем. Том проснулся, когда солнце уже село за горизонт, поэтому ничего другого, как поужинать в ресторане отеля и отправиться на прогулку, ему не оставалось.
Хиддлстон привык, что после выхода на экраны фильма «Тор» его стали узнавать на улицах. Вначале, это было неожиданно и приятно, но постепенно с ростом популярности усиливался контроль над его личной жизнью. Теперь, когда люди с фотоаппаратами следили за ним повсеместно, он стал крайне разборчив в выборе мест для прогулок и отдыха. Особо фанатичные поклонники также вели тотальную слежку, поджидая Хиддлстона то у театра, то в любимом ресторане. Том любил свою армию фанатов и был ей во многом благодарен, но не позволял им нарушать границы личного пространства. Натянув бейсболку, британский актер слился с толпой, надеясь остаться незамеченным.
========== Случайная встреча ==========
Расстелив плед у воды, она удобно уселась и, открутив крышку, сделала глоток прямо из бутылки. Терпкая сладковатая жидкость обожгла небо. Прикурив сигарету и сделав затяжку, она улыбнулась и легла на плед, подняв взор к вечернему небу. Только у моря можно увидеть такие звезды, большие далекие и очень яркие. Глядя на них она делала то, что редко получалось у нее в повседневной жизни – мечтать. И вот сейчас, лежа на пляже, слушая шум волн и выдыхая в темноту дым, она мечтала о том, как было бы здорово никуда не спешить, любоваться звездами не два раза в год, когда наступает отпуск, а когда захочется.
Мысли одна за другой вертелись в ее голове, отвлекая от безмятежности звездного неба. По набережной прогуливались люди, но здесь вблизи моря, на песке, она была одна. По крайней мере, так ей казалось. Отблеск фонарей едва освещал пляж, но даже этого света хватило, чтобы различить в темноте приближающуюся фигуру. Это был мужчина, высокий, хорошо сложенный мужчина. Очертания его тела были достаточно притягательными, чтобы заставить ее не отворачивать голову и привстать с пледа. Она ждала, когда же он подойдет ближе, чтобы по едва уловимым чертам лица понять насколько красив обладатель столь статного силуэта. Когда же мужчина практически поравнялся с местом, где она сидела, ее глаза слегка округлились и с губ сорвалось:
– Мистер Хиддлстон!
Погуляв по людным центральным улицам Барселоны, Тому захотелось тишины и покоя. Недолго думая, он направился в сторону пляжа. Вряд ли вечером там людно. Даже если он кого-то и встретит, то темнота скроет лица, а тишина и звуки прибоя помогут расслабиться. Да, он был прав на пляже не было ни души.
Здесь, вблизи моря, было прохладнее, дул ветерок, от которого мурашки побежали по коже, заставив его наглухо застегнуть куртку. Он не спеша шел по пляжу, утопая в мягком песке, слушая как волны то набегают, то вновь откатываются назад, оставляя после себя лишь мокрый песок. Мыслей не было. Они исчезли, оставив в одиночестве, что совершенно не расстроило его. Последнее время он постоянно держал в голове столько всего: сценарии, роли, имена коллег по съемочной площадке, которую за этот год он так часто менял. Сейчас, когда поток мыслей остановился, давая ему отдохнуть, он был счастлив.
Вдалеке он увидел очертание фигуры, сидевшей на песке и огонек, по-видимому, это была сигарета. Одинокая фигура на вечернем пляже, очевидно, тоже пришла сюда не случайно, а скрыться от посторонних глаз. Темнота, окутавшая все вокруг не позволяла рассмотреть сидящего, но с каждым шагом, приближаясь все ближе и ближе, Хиддстон понимал, что перед ним женщина. Подойдя уже совсем близко, он увидел перед собой девушку, сидевшую с сигаретой в руке. Рядом на покрывале лежала бутылка, очевидно крепкого алкоголя.
Том вел здоровый образ жизни, поэтому выпивал крайне редко и то, когда его уж очень об этом просили для поддержания компании или на премьерах и приемах – пару бокалов шампанского. Когда снимали фильм «Я видел свет», ему приходилось много репетировать с гитарой, чтоб быть максимально похожим на Хэнка Уильямса. Одной долгой ночью в студии, когда делали предварительную запись нескольких треков, и никто не хотел останавливаться и возвращаться на следующий день, его наставник Родни достал бутылку виски и сказал: «Держите, ребята!» – все продолжили петь и играть всю ночь, подбадривая свой организм хорошим шотландским алкоголем. Да и, к тому же, сам Хэнкс был алкоголиком. Чтобы понять, как он вел себя и что чувствовал, пришлось применить и на себе пьянящие чары этого напитка, помогшие войти в роль и прожить ее. Воспоминания прервал голос незнакомки, который подобно раскату грома, произнес его имя.
О, Господи, зачем она произнесла это вслух. Если бы не темнота вокруг, то он бы заметил, как зарделось от стыда ее лицо. Но эта неловкая пауза, что возникла между ними еще больше пугала ее. Казалось, что ночной воздух замер в ожидании его ответа. Ошибки быть не могло. Это был Томас Уильям Хидделстон – популярный британский актер, чье лицо только сегодня мелькало в ленте новостей ее социальной сети. И теперь, когда он стоял так близко, ей стало не по себе. Еще больше путаясь в собственных мыслях, она произнесла то, на что способен был ее несовершенный английский и желание не показаться полной дурой (хотя именно так она себя и чувствовала).
– Вот это встреча. Виски? – Лиза протянула актеру бутылку.
Хиддлстона сложно было чем-то удивить или шокировать. Обычно он заранее знал, как поведет себя с ним тот или иной человек. Том научился понимать это по первому, брошенному на него взгляду, и давно уже предугадывал поведение людей. Но сейчас девушка выбила его из равновесия. Он не ожидал, что кто-то узнает его в такой темноте, но он ошибся. Более того, ее предложение. Он оказался в замешательстве, не зная, что ответить. Свет фонарей с набережной не позволял разглядеть лицо, но нет, они определенно никогда не встречались. И ее акцент. Хоть она и уверенно обратилась к нему, но даже в коротких фразах, он смог его уловить.
– Смелое предложение, – наконец произнес актер. – Но я все-таки откажусь. У вас что-то случилось?
– Простите за мой английский, – робко отозвалась незнакомка. – Все в порядке, просто сегодня настроение одиночества. Хотелось побыть одной, подумать и полюбоваться звездами.
– Но разве сигареты и алкоголь хорошая компания? – в голосе Тома чувствовалось недоумение.
– Это сложно объяснить. Особенно на чужом языке, но я все же попробую. Это как ритуал. Ты приезжаешь в чужую страну, чтобы отдохнуть ото всех, услышать шум моря, послушать чужую речь и насладиться одиночеством. Ты берешь бутылку вкусного виски, пачку сигарет и отправляешься туда, где можно почувствовать самого себя. А виски и сигареты нужны не для того, чтобы забыться, а чтобы прочувствовать удовольствие от пребывания здесь. Выдыхая дым, ты запоминаешь момент.
Глаза, привыкшие к темноте, стали четче видеть происходящее. Будто кто-то настроил резкость и увеличил контрастность. Том не видел отчетливо черты лица, но уже вполне мог понять, что девушка не дурна собой. Ее английский был не настолько плохим, как она говорила. Он понимал все до единого слова, но этот акцент невольно заставлял гадать из какой страны приехала незнакомка.
– Насколько я знаю, вы любите бегать по утрам, – продолжала монолог девушка. – Поэтому вряд ли одобряете персон вроде меня.
– Да, бег моя слабость. Но почему я должен осуждать таких как вы? Если я бегаю – это еще ничего не значит, – Хиддлстона поражал ход мыслей этой особы, более того, отвечая ей, он терялся.
– Еще как значит. Вы же не можете бегать пьяным. А раз вы бегаете, значит вы не пьете.
Повисла секундная пауза. Сердце бешено колотилось, а в ушах пульсировало. Большей глупости она в жизни еще не несла. Так же как и не встречала актеров с мировой известностью лицом к лицу, пусть даже и в темноте. Последняя произнесенная фраза показалась ей настолько шизофренической, что она даже поморщилась. Однако Хиддлстон так не думал. Он расхохотался. Его смех был настолько заразительным, что она невольно засмеялась вместе с ним.
– Вы очаровательно шутите. Так же очаровательно, как застаете в врасплох незнакомых мужчин в кромешной темноте.
– О, простите мистер Хиддлстон. Я не хотела нарушить ваш покой сегодня вечером на этом пустынном пляже. Я и моя бутылка приносим извинения.
– Хорошо, девушка с бутылкой, ваши извинения приняты. Позвольте узнать, откуда вы приехали?
– Из России, – она произнесла это нарочно на родном языке.
Ей была интересна реакция актера в отношении ее страны, ведь последнее время, мировое сообщество считало Россию агрессором. Страной, которая лезет на рожон и пытается качать права. Благодаря умело подтасованным фактам в вопросах политики, мир смотрел на ее страну из-под лобья. Она же гордилась тем, что русская. И в любой удобный момент выказывала этот факт, как нечто достойное и требующее уважения. Но Том не разочаровал ее своей реакцией.
– Русская, – протянул он. – Я был в России. Это неординарная страна. Я удивляюсь ей. Вы научились сочетать несочетаемые вещи. Это достойно уважения.
– Спасибо. Приятно, что не облили грязью, как это теперь принято во всем мире. Нас русских не очень любят. Особенно в Европе. Мы ценны только когда приносим деньги.
– Вы очень критично судите. Возможно, не все так плохо, но, если честно, я не хотел бы вести дискуссию на политические вопросы.
– Простите меня, мистер Хиддлстон, – начала она. Вероятно, я слишком много болтаю и задерживаю вас.
– Нет, я никуда не торопился и не тороплюсь. Можно я присяду? – он указал рукой на плед.
Он и сам не мог себе объяснить появившееся желание остаться. Ему не хотелось уходить и дальше идти по песку в одиночестве. Эта девушка, чье имя он даже не знал, за каких-то пару минут смогла вернуть его в реальность. Он стал обычным человеком. Просто Томом. С которым, вот так запросто, можно заговорить на улице. Она даже выпить ему предложила. Совсем неслыханное дело. Девушки, узнававшие его, всегда вели себя одинаково. Они либо наигранно улыбались и строили ему глазки, либо визжали и кричали: “Том, дай автограф”, “Том, сходишь со мной на свидание?”. Его персональному менеджеру Люку часто приходилось вставать стеной между ним и поклонниками. “Не нарушай свое личное пространство. Дал автограф, перекинулся парой фраз и все. Это твой максимум, который ты можешь им дать”. Хиддлстон не помнил, когда последний раз знакомился на улице. А ведь эта девушка знала кто он такой, но вела себя совершенно естественно. Том опустился на край пледа.
========== Приглашение ==========
– Привет. Ну что ж. Давай знакомится, я Том.
– Привет, Том. Я Лиза. Рада знакомству.
– Лиза, – на русском повторил Хиддлстон.
– Если тебе сложно произносить, то у меня есть куча вариантов как можно меня назвать: Лиз, Элизабет, Бетти и т.д. Но я вряд ли буду на них откликаться.
Оба засмеялись. А потом Лиза протянула ему руку для рукопожатия.
– Ну вот, теперь нас вполне можно считать приятелями. Не против, если я выпью?
– Нет, совсем нет. Пожалуй, я присоединюсь.
Он понимал, что сейчас он отошел от своих принципов, совершая совсем не свойственные поступки, но ему это чертовски нравилось.
– Что?! Ты же бегаешь и не пьешь! – удивилась она.
– А еще я не знакомлюсь с русскими девушками на пляже. Давай сюда бутылку! – нарочно суровым голосом произнес актер.
– Только после меня, – она откупорила виски и сделала большой глоток. – Ну что ж, за знакомство, мистер Хиддлстон! Попробуйте Джек. Он вкусный и веселый.
Когда бутылка оказалась в руках Тома он, ни секунды не сомневаясь, поднес ее к губам и сделал глоток. Рот обожгло. Такое непривычное ощущение, чувствовать алкоголь на языке. Сладкий бурбон. Да, она не ошиблась. Он был вкусным. Не более. Ничего такого, чтобы заставило бы наслаждаться каждым глотком. “Сладкий, терпкий Джек”, – сделал вывод Хиддлстон. И тут же почувствовал тяжесть в ногах.
– Почему ты прилетела в Барселону?
Он хотел узнать о ней побольше. Уж слишком загадочной и непредсказуемой она казалась. Да и эта темнота. Он так и не мог разглядеть ее лица. Даже сейчас, когда сидел так близко, он видел только два блестящих глаза, улыбку и волосы до плеч. Девушка была одета в мешковатые джинсы “бойфренды”, кроссовки и толстовку с капюшоном. Этакий совершенно удобный и непримечательный вид.
– Люблю Барсу. Красивая. Меня сюда тянет. Много что еще могу сказать, но боюсь, мой словарный запас меня подведет. Заранее прошу прощения. Я плохо говорю и долго думаю над тем, как сказать, – Лиза вновь отпила виски.
Том решил не отставать и, не дав ей опустить бутылку на землю, перехватил ее.
– Пока я не заметил, что ты плохо разговариваешь. Да, есть акцент. Где-то не совсем верно составляешь предложения. Но так гововит пол мира.
– Кроме коренных англичан! – перебила его девушка. – Всегда подозревала, что не просто так учу английский. Видимо чувствовала, что однажды встречусь с великим Томмом Хиддлстоном на пляже и надо будет как-то изъясняться.
– Я вовсе не великий! – рассмеялся Том.
– Ну да, – протянула Лиза. – Ты просто клевый.
Том опять поразился легкости ее общения. Даже их языковой барьер не смущал его. Он, словно под гипнозом, ловил каждое ее слово, позволяя себе нетипичное поведение.
– А что вы, известный во всем мире британец, делаете ночью на пляже Испании в одиночестве? – продолжила диалог Лиза.
– Я прежде всего человек, – он усмехнулся. – Я тоже устаю и тоже нуждаюсь в отдыхе. Я приехал отдохнуть. Очень уж насыщенным получился год.
– Еще бы. Ты настолько часто мелькаешь в ленте новостей синематографа, что я узнала тебя даже в темноте, – она улыбнулась.
– Чем меня шокировала. Я планировал остаться незамеченным.
– Простите, мистер Хи… – она не успела договорить. Том прервал ее.
– Никаких мистеров. Давай просто Том. Мы ведь теперь приятели, – он положил руку ей на плечо.
Лиза невольно дернулась. Она не ожидала его прикосновения и ее буквально дернуло током, когда она почувствовала тяжесть руки Тома. Иногда реальность заставляет сомневаться. Сейчас ее реальность нуждалась в доказательствах происходящего. Она незаметно ущипнула себя за запястье, дабы понять, что все это не сон. Почувствовав неприятное ощущение на коже от собственных ногтей, она убедилась в том, что не пьяна и что рядом сидящий мужчина, действительно известный актер. Мысленно поражаясь происходящему, она старалась никак не показывать это собеседнику, что бесспорно у нее получалось. Но внутри нее запускались салюты, били в барабаны и взрывали хлопушки. Ну еще бы. Не просто встретить голливудского актера, но еще каким-то неведомым образом завязать с ним беседу и, более того, пить с ним бурбон из одной бутылки. Лиза прекрасно помнила статью о пристрастиях Тома к ежедневным пробежкам и предпочтении здорового образа жизни. Даже и намека не было, что Хиддлстон порой пропускает пару-тройку стаканчиков виски. Пытаясь остановить мысли, она вновь отпила Джек. “Если так и дальше пойдет, то я скоро напьюсь”, – подумала она.
– Знаешь, я посмотрела «Багровый Пик», – совершенно неожиданно для самой себя выпалила девушка. Видимо виски давал о себе знать и язык начал развязываться. – Я осталась в восторге. А эти декорации. Гильермо знает толк в своей работе. Вышла из кинотеатра под впечатлением. Но Шарп, он чертов предатель.
– Предатель? – Том всем телом развернулся к ней, давая понять, что обсуждение его персонажа особенно интересно. – Объясни, пожалуйста. Ты первая, кто его так однозначно охарактеризовал.
– Он предал Эдит и кучу других женщин. И мне плевать, что у него с самого детства была душевная травма. Каждый сам выбирает свой путь, он выбрал путь предательства и единственное, что было в нем хорошего – это упругая задница и пронзительный взгляд.
– Упругая задница! – Хиддлстон расхохотался. – Лиза, ты невыносимо забавная. Это была моя задница и мой взгляд. Я буду считать это комплиментом. Спасибо.
Девушка явно смутилась. Но Том не прекращал смеяться. Ему нравился ее неординарный ход мыслей, ее умение говорить то, что она на самом деле думала. Да, некоторые фразы на английском давались ей тяжело, но она находила способ заменить их более простыми, не потеряв при этом суть. Девушки с незаурядным умом всегда привлекали его внимание. Ему захотелось разглядеть ее внешность, увидеть цвет глаз, оценить цвет волос и изгиб губ. Сейчас он, по сути, разговаривал с тенью. Виски подобрался к голове, и Том ощутил легкость по всему телу. Все-таки иногда приятно немного опьянеть. Он ни сколько не пожалел, что остался на пляже. Это было верным решением. Он давно не чувствовал себя таким свободным. Он так давно не позволял себя просто расслабиться.
– А как же сестра?
– Какая сестра? – удивилась Лиза.
– Люсиль. Он ведь все делал ради нее. Был ей предан.
– Не соглашусь. Он боялся. Боялся перемен. Уйти от нее. Найти свой путь. А потом он и ее предал. Он же влюбился в Эдит, переспал с ней, тем самым, предав Люсиль, – чуть помедлив, она продолжила. – Тебе, наверное, не интересно говорить о фильме, о котором ты говорил 1000 раз в интервью почти для всех стран мира, – Лиза потерла лоб и снова отпила из бутылки. Судя по весу содержимого, они выпили больше половины.
– Мне интересно твое мнение. Поэтому, когда ты говоришь, я ловлю каждое слово.
“Лиза в стране чудес, где голливудским актерам интересно мнение простых смертных”, – на родном языке пробубнила девушка.
– Это не честно. Я не понимаю русского. Переведи мне! – потребовал Хиддлстон. Он хотел еще добавить что-то о неуважении к собеседнику, но в кармане зазвонил телефон. Звонил Люк. Том нехотя взял трубку.
– Том, привет. Ты почему не позвонил? Мы договаривались, что как будешь на месте – наберешь меня, – Люк был слегка взбешен.
– Привет. Я забыл. Прости.
– Что значит забыл? Я сидел с телефоном весь день. Порой ты как ребенок. Чем ты занят сейчас?
Тому хотелось нажать кнопку отбоя. Он ненавидел это чрезмерное опекунство Люка, но все-таки ответил ему совершенно спокойным голосом.
– Я сейчас на пляже. Слушаю шум моря. Все в порядке. Я обязательно наберу тебе завтра.
– Ты один?
– Естественно. Приятных снов, Люк. – Том нажал на красную кнопку и повернулся к девушке. Ее взгляд был устремлен в темноту.
– Прости. Необходимо было ответить.
– Я понимаю, – не поворачивая голову в его сторону, произнесла она.
Когда зазвонил телефон. Лиза вернулась в реальность. Она поняла, что кто-то потерял Хиддлстона и этот кто-то был явно обеспокоен. Волшебство пропало. Она отчетливо стала различать шум прибоя и звуки, доносившиеся с набережной. И сейчас реальность подсказывала девушке, что пора прощаться. Судьба итак сделала ей подарок – встречу с морем и прекрасной Барселоной, а на десерт она преподнесла ей знакомство с британским актером. За те несколько минут, что он говорил по мобильному, она, не взирая на темноту, жадно пожирала его глазами, пытаясь запечатлеть в памяти, как на кинопленке. Под действием алкоголя мысли путались, но одно она знала наверняка. Лучше попрощаться и уйти вовремя, чем затянуть момент и сделать их встречу похожим на плохое кино.
Хиддлстон не умел читать чужие мысли и сейчас жалел об этом. Его собеседница о чем-то крепко задумалась. Он понятия не имел о чем, но ему очень хотелось это выяснить.
– Лиза, все в порядке? – прервал он тишину.
– Да. Просто пора уходить. Я еще хотела немного прогуляться по вечернему центру, – в ее голосе он прочитал столько нескрываемого сожаления, что невольно замер от произнесенного.
Она собирается уйти. Просто взять и уйти. Но почему? Уйти, когда сама этого не хочет. Том ведь четко услышал это в ее голосе. Что за странная девушка, она то и дело удивляет его. Ее нельзя предугадать. Это ставило его в тупик. Словно загадка, которую необходимо разгадать. Сама окликнула его, сама предложила выпить, а сейчас уходит, просто оставляя его. Черт побери, как он не привык к такому поведению. Женщины, окружающие его, не могли да и не хотели себя так вести. Но она. Он даже ее не знал, но зато она знала кто он, но вела себя так, будто он случайный прохожий. Так не бывает, точнее так не должно быть. “Я не дам ей просто так уйти” – пронеслось в его голове.
– Ты ужинала? – как будто, между прочим, спросил он.
– Я? – Лиза зачем-то огляделась по сторонам, как если бы с ними был кто-то еще. – Нет, – наконец ответила она.
– Прекрасно. Я тоже. Пока я гулял, я набрел на одно местечко. Там довольно уютно и наверняка есть выпивка, – Том подмигнул девушке, хотя бесполезно было делать это в темноте. – Ты составишь мне компанию?
– Ты считаешь меня алкоголиком? – недовольно спросила его собеседница.
– Почему? – на лице Тома промелькнула растерянность.
– Ты только что сказал, что в том местечке, что тебе приглянулось, есть выпивка, т.е. ты считаешь меня алкоголиком?
Том расхохотался. Его смех был настолько громким, что эхом разнесся по пляжу. Наконец, он успокоился и, вытирая глаза, от выступивших слез, произнес:
– О, Господи. Вот это логика! Лиза, нет, поверь, я даже в мыслях не держал этого. Прости, если я обидел тебя. Я просто… – он наклонился над ее ухом. – Хочу поужинать с тобой.
– Ущипни меня! Сильно! Прямо сейчас! – скомандовала она, выставив перед ним руку.
– Зачем?
– Быстрее, Том! – девушка практически трясла рукой перед его носом.
Ничего другого не оставалось. Он слегка надавил пальцами на кожу ее запястья.
– Сильнее! – не унималась Лиза.
Он с силой сжал кожу и резко отдернул руку.
– Теперь пей. Сделай пару глотков! – не меняя тон, вновь потребовала она.
Хиддлстон беспрекословно взял бутылку и сделал пару приличных глотков, а затем растерянно взглянул на девушку.
– Теперь повтори, что ты хочешь сделать? – ее голос стал совершенно спокойным.
– Я хочу поужинать с тобой. Да в чем, собственно, дело? – недоумевал актер.
Теперь был Лизин черед прикладываться к виски. Она сделала разом большой глоток и чуть не подавилась. В груди потеплело, а в голове слегка помутнело. Опьянение растеклось по всему телу. Она была не трезва и прекрасно осознавала это. Но вот чего она не могла понять, так это предложения Хиддлстона. Да и как, в принципе, такое можно понять. Она ведь не Алиса и они не в стране чудес. И знакомы они от силы не больше часа.
Нет, ну допустим, что он просто мужчина, совершенно не известный всему миру, но мужчина. Он встречает ее на пляже, настолько очаровывается, что решает продолжить знакомство. Но ведь он ее даже не видит. Он сидит с тенью. Тем более это Том, за которым толпы женщин бегают, да что там женщин. Мужчины толпами носятся. Тут ведь не Россия. Тут это вполне нормально. Да и сколько слухов вокруг про ориентацию актера. Он тщательно скрывает личную жизнь, да так, что не подкопаться. А тут вон как: вечер, пляж, он и она и пойдем ужинать. Вот так просто как в кино. Ну не бывает же. Не пять же лет Лизе. Она девочка взрослая. Она в сказки не верит, а верит во временное алкогольное помешательство. Но не так уж много Том и выпил, это она чаще него налегает на бутылку. Она же расслабиться приехала, отдохнуть, а он пришел, потревожил, взбудоражил. Хотя странно, что пьет. Интернет только и пестрит информацией о том, как Хиддлстон бегает из пункта «А» в пункт «В» в ритме с любимыми композициями.
