Текст книги "История Лорда: Лед и Пламя (СИ)"

Автор книги: Беличья Почта"

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 19 страниц)

– По силе он едва уступает Поттеру. Меня спасло лишь чудо и Раважио.

– Выдержал Раважио? – Симус с неподдельным интересом посмотрел на начальника. – Тебе повезло, даже Поттера бы штормило, прими он Раважио на щит. Хотя, несмотря на это, он бы просто задавил тебя чистой силой. Кто из врагов мог предположить, что ты, глава мракоборцев, будешь использовать запрещенные, э-э-э, «условно» запрещенные проклятия? За это светит десять лет в Азкабане, между прочим. Никто, кроме него не выжил; остальных размазало кровавым слоем на остатках дома. Что ж, газ – это действительно опасная штука.

– Это точно, – произнёс Рон, распахнув поясную сумку и выпив подряд три флакона зелий. Под действием энергетических стимуляторов боль отступила как и усталость. Уходя, они лишь «махнули на прощание рукой», обещая вернуться через сутки, чтобы поразить его на целых шесть часов. Финниган недовольно покачал головой, продолжая наблюдать за мастерством боевых магов. Да, он всегда остерегался тонизирующих зелий, за которыми неизбежно следовал жёсткий отходняк и необходимость очищения организма от токсинов. Даже не курит и не пьёт – спортсмен.

– Не стоит так осуждающе качать головой, Симус. Меня, в сущности, накрыло осколками и неожиданно крепкими объятиями стены. Лишь левая рука пострадала от плети, да еще и крик баньши, – коллега рассмеялся.

– Я всё думал, как же удалось взорвать голову медведя, не затронув остальные части тела. И только сейчас понял – крик баньши! Тебе просто повезло, Рон. Он принял весь удар звуковой волны. В противном случае, у нас не получилось бы разговаривать из-за отсутствия твоей головы на плечах. – Симус хмуро оглядел начальника. – Слушай, ты отказался от медицинской помощи, поэтому лучше сразу направляйся к министру. Он уже ждёт. И да, теперь тебе не стоит бродить в одиночку. Нам не хватало чтобы тебя прибили; а всему отделу оторвали тот инструмент, которым не стоит мыслить на работе.

– Возможно, тогда вам пришлось бы менять пол?" – Рассмеявшись над грубой и солдатской шуткой, присутствующие маги с облегчением перевели дух. Шеф жив, а мертвецов и улик всегда достаточно – это занятие быстрое. Сотрудники вернулись к работе, а Рон аппарировал прямиком в прихожую министра. Приятно быть одним из советников и приближенным к министру. Постучав для приличия, Рон открыл дверь и подошел к столу, вытянувшись, как на плацу.

– Добрый вечер, Министр. Сьюзен. – Сьюзен Боунс кивнула, а министр изящно кивнул на стул.

– Сколько раз говорил, без официоза среди своих, – две пары глаз внимательно осмотрели мага. – Хреново выглядишь, Рон.

– Бывало и похуже, Тед. Удалось выяснить, кто пытался меня «слить в унитаз»?

– Нет, Рон. Именно поэтому мы тебя и позвали, – цепкий взор Сьюзен ловил каждую деталь. В то время как министр, откинувшись на спинку стула, полагался на более компетентную в этом деле верховную судью Визенгамона. Рон, сохраняя спокойствие, встретил взгляд Сьюзен.

Интересно, не правда ли? Встреча трех столпов власти магической Британии не частое событие: Закон, Суд, Порядок. Четвертым столпом был Отдел Тайн, обладающий полной автономией от Министерства Магии и министра. В отличие от Рона и Сьюзен, которым эта свобода мерещилась лишь отчасти. – Последние три года я веду только два дела, которые остаются нераскрытыми.

– Мы знаем, что у тебя на руках оригиналы дел о смерти моей дочери и о Гарри Поттере, Рон, – в голосе министра сквозило раздражение. – Но до сих пор никто не пытался избавиться от тебя столь открыто. Нападение на главу мракоборцев говорит о том, насколько ты стал опасен. Кукловоды решили дразнить спящего дракона. Твой отдел уже кишит как муравейник. Ты что-нибудь выяснил?

– Не совсем, Тед. За это время мне удалось составить список кандидатов, которых никто не видел в течение полутора часов в момент, когда Нимфадора погибла.

– Кто. – Министр резко встал, устремляя на Рона требовательный взгляд. Не смирившись с потерей дочери и полным провалом расследования, он не собирался отступать. В голосе Теда Блэка звучала жажда крови и мести. Сьюзен напряглась, готовая к немедленным действиям.

– Малфой.

– Глава Отдела Тайн? – Верховная судья удивленно подняла бровь. – Хотя весь Отдел Тайн ежемесячно проверяют на лояльность к министру и обществу. Но ведь Гарри Поттер и Нимфадора никак не связаны с министром или обществом. К тому же такое идеальное преступление вполне могло быть делом рук невыразимцев, особенно если Гарри что-то нашёл

– Да, последний месяц Гарри усердно работал над личными делами участников битвы за Хогвартс и героями той войны. К концу месяца он выглядел очень обеспокоенным. Все свидетели дуэли между ним и Невиллом ясно помнят, как Гарри говорил о необходимости проведения расследования и суда для всех виновных. – Сьюзен слегка нахмурилась.

– Но Малфой не герой той войны. – Министр магии бросил пристальный взгляд на Рона, который нервно сглотнул и закрыл глаза. Он молился, чтобы его подозрения оказались неверными. Ведь речь шла о его семье.

– Уизли. Мои братья и сестра. Они могли быть замешаны или даже сделать это. Но нет никаких доказательств, что Малфой или моя семья имеют отношение к убийству Нимфадоры. Однако я их найду.

Рон опустил голову, переживая за своих близких. В кабинете воцарилась напряженная тишина. Министр магии, судья и представитель отдела правопорядка размышляли о том, насколько далеко могут зайти родственники Рона, если придется защищать свою репутацию. Зачем они совершили преступление? Каковы были их мотивы? Неужели они заказали Рона? И как доказать или опровергнуть причастность, если улики отсутствуют?

Но самым главным вопросом оставалось: что хуже – то, что семьи и герои недавней войны теперь стали врагами, или то, что самый опасный отдел в магической Британии оказался под подозрением?

Перед ними стояла сложная задача – разобраться в этой запутанной ситуации и найти истинных виновников.

Комедия и фарс

Снова, как и всегда, я проснулся рано утром от яркого света, который безжалостно бил мне прямо в глаза. Я резко сел и сладко потянулся, вспоминая, что накануне пил медовуху, приготовленную Мастером. Этот чудесный напиток был крепким, как виски, но утреннее похмелье обходило меня стороной.

В моей голове тут же закружились воспоминания прошедшей ночи. Мы с мастером вели долгие беседы. И я взахлёб рассказывал ему свои приключения – битвы с василиском, Томом Гонтом, драконами и дементорами. Мастер слушал внимательно, иногда удивлялся, иногда смеялся над забавными моментами моих историй. Затем мы перешли к спонтанному соревнованию. Кто дальше бросит и вобьёт меч в стену. И каждый раз мы промахивались, вызывая хохот друг друга.

Очень скоро это занятие надоело. Плюнув на катану, Мастер потянул меня в Квартал Красных Фонарей. Даже не понял как мы туда переместились. Долгое время смеялся над названием, показавшимся мне весьма забавным. Последнее, что я помню – обнаженная ведьма, хотя, пожалуй, она больше напоминала вейлу. Светилась мягким голубым светом, а в воздухе плавали голубоватые крупицы, словно пыль, струившаяся от вейлы и окутывающая меня. Ещё секунда и горячие, страстные губы касаются моих, вызывая непреодолимое желание.

Спускаюсь на первый этаж, где, как всегда, сидел Мастер, устремив взгляд в стену. Услышав мои шаги, Учитель радостно улыбнулся и рассмеялся.

– А-а-а, наш терминатор проснулся? Как ощущения?

– Отлично себя чувствую. Какой терминатор? – Учитель засмеялся.

– Ха! Когда через три часа я решил проверить тебя, предо мной открылась удивительная картина. Вейла лежала без сил, едва дыша, а наш герой, без зазрения совести, увлекся физкультурой! Голышом, и твоя «волшебная палочка» была готова к бою. Когда мы наконец тебя вытащили, ты проревел: «Я ещё вернусь!», на что она, с трудом улыбнувшись, произнесла шепотом: «Заездил, терминатор, но я буду ждать». Ха-ха! Впервые вижу нечто подобное. Нет, не терминатор, терминаторище, человечище! Мне даже завидно стало, если между нами. Так заездил бедную, опытную ночную бабочку. – С каждым словом старика я, против воли, краснел, осознавая, как забавно и одновременно стыдно это всё выглядело.

– Мастер! – он усмехнулся в ответ на мой рык. Вскоре улыбка исчезла с его лица.

– Всё готово. Твои вещи собраны и ждут тебя у порога. Присядем что ли.

Я присел рядом с ним. Мы оба молчали. Гнетущая тишина висела в воздухе. Учитель хмурился, а я не мог придумать, как разрядить обстановку.Наконец он нарушил молчание:

– Бери с собой старую палочку. Она тебе пригодится. Но помни, она рассчитана только на одно заклинание, после которого сломается.

– Почему? – удивился я. – Палочка из остролиста и пера феникса?

Мастер только хмыкнул.

– Горе мне. За что я так провинился, что мне достался такой ученик? Ты стал другим – наполовину мертвец, наполовину живой, Еристарх. Эта палочка больше не твоя, она чужая. Используй только первый дар Светлейшей. Другая палочка пригодится в час скорой нужды. Понял?

– Да, мастер.

– Молчать, – произнес он, и я впервые улыбнулся за утро. – У меня для тебя задание. То, которое не смог выполнить никто, даже я.

– Даже вы? И вы, Мастер, думаете, что я смогу справиться?

– Да. Тебя ждет Авалон. Королевство эльфов, истинных, с острыми ушами, о которых столько сказаний и мифов шепчут в мире неодарённых – мои брови удивлённо приподнялись. Он снова сумел поразить меня загадками этого мира.

– Они существуют?! Как? Где? Почему маги не знают? – Учитель хлопнул по столешнице, и вдруг меня охватило странное чувство дежавю.

– Хорошо. Не спеши. Да, они действительно существуют. После эпохи Золотых костров они навсегда покинули нас, укрывшись защитой, которую неодаренные называют Бермудским треугольником. Площадь острова, конечно, в три, если не в четыре раза превосходит защитную зону, но это уже магия пространства. Забавно... – Мастер замялся, покачав головой. – Не важно. Важен мой наказ. Точнее, твой долг. Долг наследника. Ты должен вернуть четвертую реликвию рода Певерелл. Меч короля Артура.

– Я знал! Знал, что меч Пендрагона – наша реликвия! Но как его вернуть? Украсть? – Учитель усмехнулся, пытаясь изобразить улыбку, но его лицо осталось мрачным.

– Украсть? С королевой Авалона мы не справимся даже вдвоём, не уничтожив всех эльфов. И даже если победим, не факт, что сможем выбраться. Так что нет. Тебя ждут два испытания. – я наклонился ближе, прищурив глаза. Учитель, как обычно, закрыл свои.

– Три года жизни на Авалоне. Затем – бой с королевой. Главное – выжить, даже не думай побеждать. Она развоплотит тебя в прах. Я не шучу. И не вздумай поднимать мертвых! Не повторяй моих ошибок. Однажды я проиграл битву, впервые за две сотни лет, и меня захлестнула волна обиды и злости. Я поднял мертвых. И что ты думаешь? – голос мастера давил на меня тяжестью. – Одним мановением руки она их развоплотила! Даже нам нужны слова силы! А меня прокляла на вечную жизнь. Сурова ведьма.

– Мастер. Мы найдем способ снять это проклятие, – сказал я с отчаянием, но учитель лишь отмахнулся.

– Меня уже… скажем так, спасли. Светлейшая заберёт мою жизнь, когда сочтёт нужным. Когда все мои дела будут завершены. Она разорвет цепи проклятия, что удерживают мою душу. Но ты понял меня? Не смей поднимать мертвых! Не смей применять магию, иначе эльфы узнают, что ты Еристарх, и даже Богиня не спасёт тебя.

– Понял. Я верну реликвию обратно в род. Клянусь словом некроманта! – Учитель открыл глаза и улыбнулся. Мы замерли, каждый погруженный в свои мысли. Меня ждёт новое испытание. Непреодолимое испытание. Но где наша не пропадала? Правда, рядом со мной нет Рона. Дружище И вновь наша встреча откладывается. Но это обязательно случится. Когда-нибудь.

Решительно поднявшись, я закинул маленькую сумку за плечо. Взяв в руку палочку из остролиста, я только грустно хмыкнул. Когда-то тёплое, пульсирующее в такт моему сердцу, дерево стало безжизненно холодным, не отзываясь на мою руку. Прости, родная. Сколько же мы с тобой пережили! Ты всегда выручала меня. А я подвёл тебя. И даже хуже: когда придёт время, ты в последний раз почувствуешь, как по твоей сердцевине пронесется магия, разнеся дерево вдребезги.

Было до обидного грустно. Хотя, приятно, что другие эмоции, кроме ненависти и злобы, снова появились. Эти две предвестницы безумия отошли на второй план.

Убрав палочку в подаренный Хагридом мешочек на шее, я положил бузинную палочку в набедренный чехол. Учитель, наблюдавший за мной, встал со стула и подошел ближе.

– Вот, возьми этот портал на Авалон и обратно в Певерелл-мэнор, – сказал он. Приняв портал, я неожиданно протянул руку в привычном жесте приветствия и прощания. Мастер, с легкой улыбкой, сразу же ответил тем же. – Только не вздумай меня трогать, непутёвый. Я знаю вас, сопли, слёзы, обещания писать. Тьфу, срань небесная!

– Как ты мог так подумать, Старик? Это не тот случай. Ещё получу я от тебя! – Мы дружно рассмеялись, наполняя момент легкой радостью перед расставанием.

– Всё, всё. Проваливай! Того и гляди слезу пущу старческую. Это вредно для моего авторитета!

Снова рассмеявшись, мы кивнули друг другу. Я мгновенно развернулся и вышел за дверь. Учитель не изменится. Старый хрыч. Мне тебя будет не хватать. Прощай, Мастер. Слегка улыбнувшись своим мыслям, я шагнул в вихрь портала.

На Авалон!

* * *

Старый некромант замирает, наблюдая, как портал, уносящий его друга и ученика, исчезает. Ему предстоит ещё долгая жизнь, по меркам смертных. По крайней мере, до того момента, когда он сможет обучить следующее поколение искусству некромантии. Знают ли они что ждёт Гарри в будущем? Несомненно. Он был хорошим учеником и всё понял. Истина одна: играя за одним столом с высшими силами, будь готов отдать всё.

Испытывают ли они грусть? Да. Тяжесть расставания – сильное чувство. Однако для некромантов это обычное явление. Они не могут позволить себе оглядываться назад; их путь – это движение только вперёд. Нет времени на горечь разлуки и скупые слезы по ушедшим друзьям; остановка означает поражение. Поражение из-за собственной слабости.

В сердце некроманта, как в темной бездне, горит решимость и холодная уверенность. Его обязанность – передавать знания, укреплять могущество Госпожи. Вечная память о тех, кого он потерял, станет топливом для его дальнейших шагов. Напоминая, что в этом мире побеждает лишь сила и нежелание поддаваться меланхолии. Вперёд, обязательно вперёд – там, за горизонтом, ожидают новые ученики, готовые постигнуть тайны смерти.

* * *

Авалон, я стоял на протоптанной тропе, вдыхая кристально чистый воздух. Даже в уютной долине Мастера атмосфера не могла сравниться с этой свежестью. Лиственные и хвойные деревья сплетались между собой, создавая узоры, которых не увидишь в обычном лесу.

– Какие же они высокие. – восхитился я, запрокидывая голову, пытаясь увидеть вершины деревьев. Деревья Авалона возвышались в небо, теряясь в облаках. Мой взгляд с восторгом блуждал по лесу, где тропинки извивались, соединяясь подобно кровеносным сосудам, пронизывающим человеческую кожу.

Лес определённо был обитаемым – протоптанные тропы говорили сами за себя. Трудно было сказать, что лучше: обилие путей или неизвестность. Кто знает, какие существа скрываются в его глубинах? Однако углубиться в размышления мне не дали отдалённые звуки. Лязг стали и крики, напоминающие человеческие, смешивались с незнакомыми восклицаниями. Хм. Неужели на Авалоне наступили времена войны? Надеюсь, эльфам может понадобиться моя помощь.

Привычным движением я вытягиваю меч из ножен, издавая тихий звон, и, сохраняя осторожность, медленно продвигаюсь к источнику звуков. Внезапно, едва успеваю осознать угрозу: свист летящей стрелы. Руки будто сами по себе вращают меч, отражая стрелу, летящую в мою шею.

Звуки в этом месте воспринимаются необычно. Лязг и рокот заклинаний едва слышны, хотя само действие происходит всего в нескольких метрах от меня. Передо мной – отряд из двух десятков эльфов, с решимостью мечущих стрелы и стихийные заклинания. Они отступают под натиском приближающейся фигуры. Фигура невозмутимо идёт к ним, полностью игнорируя силу магии и стрелы эльфов. Это противостояние сжимает пространство, вызывая пульсацию крови в висках.

Ледяные когти страха впились в позвоночник. Передо мной возник двухметровый силуэт человека с приятными чертами лица. Если бы не прозрачные чёрные крылья, расправленные за спиной. В памяти всплыл момент нашей дуэли с Невиллом. Вызванная мною сущность, демон или нечто подобное, утащила моего бывшего друга в Ад.

– Какая смелая глупость вызвать демона, безмозглые вы создания! – пронзительно воскликнул я.

Удар рукоятью ширасайи об собственный рот рассёк кожу, по подбородку потекла кровь. Но сделанного не воротишь. Эльфы и загадочное существо замерли, удивленные и заинтригованные. Они прекратили бой и оглядывали меня. Раскрыв глаза от растерянности, я сделал круговое движение рукой и выдал первое, что пришло на ум.

– А, господа. Продолжайте, извините, кажется, я заблудился.

Теперь в глазах эльфов читалось возмущение и шок. Что им не понравилось на этот раз? Демон с ироничной ухмылкой поднял бровь и холодно произнес, обращаясь ко всем присутствующим:

– Это напоминает какой-то глупый фарс или комедию. Мне нужен меч Артура Пендрагона.

Дальнейшие события начали стремительно развиваться. Демон медленно, с торжественным величием, поднял руку. Эльфы, полные решимости, но обреченные на неудачу, натянули тетивы своих луков. Наконечники стрел сверкали агатовым светом, прицеливаясь и в меня, и в демона. Я инстинктивно выбросил правую руку, отбросив меч-посох в сторону, открытой ладонью. Нет. Вы не убьёте меня стрелами, и мой меч не будет вашим.

– Падите!

Эльфы в страхе упали на колени, словно под тяжестью невидимой силы, закричав от боли; демон же опустился на одно колено, его хриплый вздох напоминал стон разрушающегося мира. Я остался стоять на подкошенных ногах, но на плечах ощутил многотонную тяжесть моего… приказа?! Как интересно: заставить демона опуститься на колено. Если вспомнить, как спокойно Ангел выдержал мой Огонь Тьмы, подпитываемый гибелью нерождённого. То какая могучая сила заставила демона подчиниться? Как я смог устоять на ногах, когда эльфы даже не способны двинуться? Почти не замечая, как нечто проходит через меня в внешний мир, я невольно понимаю, что оно управляет ими.

– Антихрист? – демон с треском повернул ко мне голову, ужас заполнил его глаза; а крики эльфов наполнились новой гаммой паники, достигая ультразвуковых частот.

– Что? Ты ошибаешься! Я не Антихрист, – да, я Еристарх. Под ложечкой кольнуло, эти два титула звучали слишком похоже.

– Конечно, ты не можешь быть Антихристом. Но только он способен управлять Гласом и Волей. Кто ты, смертный?

– Какая разница? Я не позволю тебе получить Экскалибур. – я не отводил взгляда от демона, но его рывок вырвался из-под контроля.

В мгновение ока он стал едва заметной тенью, устремившейся вверх. И хотя моя "магия" сдерживала его, но с очень злой и предвещающей неприятности ухмылкой он встал. С хрустом расправил искалеченные суставы и крылья.

– Да, ты не Антихрист. Ты едва держишься на ногах, в то время как он без труда ставил на колени десятки падших архангелов. Я снова спрашиваю. Кто ты? Кто твоя Богиня?

Королева и некромант

– Да, ты не Антихрист. Ты едва держишься на ногах, в то время как он без труда ставил на колени десятки падших архангелов. Я снова спрашиваю. Кто ты? Кто твоя Богиня?

Я замер, наблюдая, как Демон, преодолевая мою магию, медленно подходит ко мне. В его глазах теперь не было и следа прежнего страха, только раздражение и злоба.

– Знаешь ли ты, что Глас и Воля Бога в первую очередь угрожает тебе, смертный?

– Угрожает? Чем же? – отступаю на шаг, чувствуя, как дрожу. Демон усмехнулся и продолжил двигаться ко мне.

– Не знаешь? Тогда я расскажу тебе настоящую историю Антихриста. Известного также как Мерлин, Сатанинское отродье.

Несмотря на все свои опасения, я стал слушать Демона. Он остановился уже в десяти метрах от меня.

– Так вот, после того как Пендрагон занял трон Камелота, Мерлин пропал без вести. Даже мы не в силах понять, что заставило его уступить господину. И пред лицом Люцифера, убить нерождённого дитя Равены – своей ученицы. Конечно, ваши маги не намеревались терпеть такое: на его след вышли четыре лучших ученика, эта бешеная королева Авалона и сам Артур. Им едва удалось одолеть его. Даже дважды применив глас, Мерлин лишь отсрочил свою неизбежную гибель. Антихрист почти пал, но тут вмешался сам Владыка. Послал на помощь Мерлину отборную гвардию – падших ангелов, вкусивших наслаждение греха и предательства. Возможно, Мерлин всё-таки прозрел, осознав, чем чреват для Камелота союз с падшим архангелом. Полное уничтожение. Он не для этого тратил годы, лучшие годы своей жизни. Мерлин смог изгнать их обратно в Ад, но сам пал. Его тело, как дым, растворилось вместе с душой. Смертная оболочка не в силах выдержать даже малейшую силу божества. И пусть это всего лишь капля божественной силы, она способна менять мир одним лишь словом.

Я как заворожённый слушал такие древние тайны магического мира, о которых не знал даже мой Учитель.

– Мерлин сжёг себя. Ты желаешь такой же судьбы? Ты слабее древнего колдуна, и в любую же секунду можешь исчезнуть. Почему, при частой смертности детей до их рождения, именно Мерлин стал первым и последним? До тебя, отмеченный силой богов.

Пожелав и сказав... Воля и Глас богини. Ответ был очевиден. Так я получил часть сил Светлейшей. Эта мощь помогла мне победить и демона, и эльфов. Перспективы, открывшиеся благодаря этому дару, были соблазнительны. Но как я стал обладателем этой силы? Оказывается, чтобы обрести статус Гласа и Воли, необходимо присутствие самой богини.

– Это не просто присутствие, – объяснил Демон, самодовольно улыбаясь. – Они должны направить твою руку на убийство. Так ты находишься под покровом Смерти. Спасибо за ценную информацию. Смехотворно наблюдать, как ваша защита разума трещит по швам, смертные.

Неожиданная реплика поразила меня.

– Как?! – воскликнул я, вдруг осознав, что расстояние между мной и Демоном сократилось до двух метров. Забыв обо всем вокруг, я сосредоточился на Демоне. В голове внезапно вспыхнуло знание:

– Сдохни! – в воздухе возникли невидимые тиски, окружающие ничего не понимающего демона.

Багровая вспышка озарила пространство, и в воздухе появились алые руны на неизвестном языке. Эти рунные символы горели ярким пламенем, преграждая путь любой попытке сжать демона. Наша схватка напоминала мне дуэли с Томом: ни хитростей, ни уловок, лишь чистая воля против воли. Время словно замедлилось, пока лицо противника искажалось от боли и ужаса. Руны начали тускнеть, и стало ясно, что божественная сила превзошла демоническую магию. Меня охватила радость, но я сдержал эмоции.

Демон упал на колени, его крылья безвольно опали, а конечности, казалось, были изломаны.

– Пощади! – прогремел он, вопя от страха и боли. – Я могу быть тебе полезен!

– Ты? Мне? Я не торгуюсь с демонами. Это всё равно что собственноручно проложить путь в Ад. Нет, ты обречён на гибель. – но всё же я слегка ослабил хватку, понимая, что слова его отчасти правдивы. Такой союзник, возможно, упростит мой путь. Уловив моё замешательство, демон вновь заговорил.

– Я – мастер ментальной магии. Хочешь узнать чьи-то тайны? Обращайся, и я открою тебе истину. Ликвидировать ненужных? Для меня это проще простого. Я – суккуб. Приму облик человека так, что у всех слюнки потекут. Но вызывать меня ты сможешь лишь раз. Для большего нужен контракт с оплатой в виде души.

Как заманчиво! Информация мне точно пригодится по возвращении в Англию. Слишком много времени прошло. Докатился ты Гарри. В союзниках – демоны, враги – ангелы. Но это выглядит очень привлекательно.

– Предположим, я согласен. Как мы будем закреплять эту сделку? И не соберешься ли ты меня обмануть? Всё выглядит слишком гладко. – Я чуть сильнее сжал его, но главное – не потерять контроль. Ненароком могу и удавить. Вскинув голову, гость из ада излучал самодовольство.

– Души – это товар. Сделки – это репутация и жизнь. Ни один демон не осмелится нарушить заключенное соглашение. Обхитрить мы можем, если смертные будут недостаточно осмотрительными. Но никому из нас не дано нарушать следки. Иначе товар перестанет течь рекой, из-за недоверия. Профессиональная репутация и этика также имеют немалую ценность.

М-да, ожидаемо. Бизнес демонов, очевидно, процветает. Пока я углубляюсь в размышления, противник продолжает искушать.

– Клянусь своей душой, я явлюсь один раз по твоему зову и выполню любое твое желание, если мои силы позволят. Ты не убьешь меня ни сейчас, ни по окончании контракта, за исключением случаев самообороны. – демон остановился и задумчиво взглянул на меня. Всё?

– Да. Скрепляем? – в ответ на мою реплику взгляд демона сверкнул, и он рассмеялся.

– Ты станешь моим должником, смертный. Кроме того, я обязуюсь не раскрывать о тебе ни слова никому, даже самому Люциферу. И, признаюсь, у меня имеются проблемы с памятью – такая противная вещь, что забыл, где покоится Экскалибур. Да. Теперь всё.

Меня прошиб холодный пот от осознания собственной глупости, и горло пересохло от волнения. И вновь удача спасла меня. Если бы демон рассказал Люциферу и другим демонам, кто я и где находится меч Пендрагона. Охота на мою скромную личность началась бы немедленно. И, боюсь, она бы не завершилась в пользу простого смертного, обладающего даром Светлейшей.

– Зачем?

– Спасение твоей жизни – это первый шаг к долгосрочному партнёрству. Ты, возможно, не знаешь, что существуют бесчисленные параллельные миры, подобные твоей Земле. В каждом из них души умерших распределяются между Адом и Раем, объединяясь в едином потоке.

Демон, больше не боясь, что я уничтожу его, удобно устроился, словно хозяин положения. Раны, нанесенные ему, уже полностью зажили. – Это инвестиция в тёмную лошадку, пешку. Которой я надеюсь суждено стать ключевым игроком. И, возможно, когда-нибудь помощь от игрока мне понадобится. Кто знает. Так что, скрепим сделку, партнёр?

Как только мы обменялись клятвами, мои кулаки разжались сами собой, и демон исчез. Эльфы, восстановившись после моего приказа, вновь взяли меня на прицел. Моя рука метнулась к бузинной палочке, но мир перед глазами потемнел, меня залило кровью, а невыносимая боль сковала тело. Я был полностью обездвижен и не мог говорить. Неужели, так и умру? Глупо.

– Не стрелять! Не стрелять в человека! – прогремел властный, красивый женский голос. Это было последнее, что я запомнил, и сознание поглотила мягкая темнота.

* * *

– Ха. Это уже становится привычкой – терять сознание по ничтожным причинам. – прошептал я, открыв глаза. Первым делом увидел незнакомый потолок, сделанный из загадочного синего дерева.

Весь дом, который впоследствии оказался построенным в честь королевской эпохи, был вырезан из древесины, исполненной синеватых оттенков. Хотя роспись была простой и плавной, её изящество непреложно завораживало, словно оно предназначалось исключительно для королевского дворца.

Однако наслаждаться этой простотой мне не позволило неторопливое покашливание. Удивленно повернув голову, я замер. Застыл в восхищении перед усталой, но величественной особой, удобно устроившейся в кресле. Она королева, никаких сомнений. Гордая, великолепная и полная благородного величия.

Длинное платье спускалось до пят, нежно обвивая талию и подчеркивая высокую грудь. Волосы тёмно-зелёного цвета, подобно свежей листве, ниспадали до лопаток, словно мягкий покров леса. Лицо её излучало величие и гордость. Тёмные, загадочные глаза манили, заставляя меня невольно отводить взгляд. Передо мной стояла старая, но мудрая королева Авалона, чьё присутствие напоминало о таинствах.

Её фигура олицетворяла дикую, первозданную красоту, силу, власть и непокорный характер. Но, в то же время, в каждом её движении ощущалась тяжесть пережитых веков и глубокая усталость.

Это флёр вековой мудрости и страдания постепенно облекал аурой необъятной глубины, соединяя вечность с настоящим. В этом противоречии красоты и усталости можно увидеть величие жизни в самой истинной, неподкупной форме. Где каждое мгновение пропитано весом истории и печатью утрат.

– Наконец-то ты пробудился, некромант. Я уже собиралась приступить к более глубоким силам исцеления. Зачем ты пришел в наш дом, проклятый Еристарх?

Я решился поднять глаза и встретить холодный, презрительный взгляд. В нем переплелись безразличие и злоба. В душе разгорелась опьяняющая безумная смелость. Барыня негодует? Какое досадное зрелище.

– Я пришел за тем, что принадлежит моему роду, гордая королева, – она горько усмехнулась.

– Моим поданным пришло время обнажить мечи, раз наследник моего брата здесь за мечом. Ты знаешь условия задания, возложенные самим Артуром?

Брата?! Как же ты стара…

– Знаю. Три года жизни на Авалоне, и бой с тобой, королева. Ты знаешь, кто я, но учитель предупреждал: как только это знание станет явным, ты лишишь меня жизни. Так почему же я жив? – эльфийка нахмурилась, отражая мою взволнованность.

– Я не глупа, – после долго молчания произнесла она. – Убить полномасштабную фигуру в игре высших сил, способную всколыхнуть мир. Да к тому же отмеченного Смертью в моих землях. Это неразумно. Я стара, и бремя времени давит на мои плечи. И я решила, что ты сможешь помочь в одном деле.

Складывая руки, она наклонила голову в знак уважения.

– Ах, куда же подевались мои манеры? Позволь представиться: Морганна ЛаФей, королева Авалона.

– Гарри Певерелл, – пытаюсь встать, но обессиленное тело подводит, и я вновь падаю на кровать. – Вы… о тебе много сказаний в нашем мире, королева.

– Наглец. – холодный голос обжёг, как удар кнута. – Ко мне на "ты" смели обращаться только Артур, наша матушка и Мерлин. О да, почти все эти сказания правдивы. Все эльфы в юности слегка спесивы и горячи.

– Тебе необходимо мое преклонение, королева? – оскалившись, я прямо встретил её безразличный взгляд. – Я могу преклонить колено. Но это будет лживо. Никогда не гнул спину и не собираюсь.

– Вот как? – мы несколько мгновений пристально смотрели друг на друга, после чего Морганна слабо, но всё же улыбнулась. – Ты точная копия моего брата. Поставь вас рядом, и различить будет непросто. Можешь называть меня по имени, некромант.

– Это честь для меня, Анна. – её глаза сверкнули, но гневной реакции не последовало. – Какое же поручение вы хотите мне задать?

– Воистину, кровь королей крепка… Но прежде чем мы обсудим мое поручение, внемли мне: