Текст книги "Играя с огнём (СИ)"

Автор книги: Айрест

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 45 страниц)

Как я понял, мы пришли рано и пришлось подождать минут 15, пока соберутся все или почти все участники. Кто-то наверняка не пришёл, но когда были заняты почти все места, Гораций тоже подошёл и, задумчиво нас оглядев, слабой улыбкой отвечая на мой и другие взгляды, сразу начал с знакомства.

– Собрание Клуба Слизней объявляю открытым! – Когда все уже сели, он встал во главе стола, театральным жестом обводя весь кабинет, под наши вежливые аплодисменты. Может, ему это нравится? Хотя, он по канону специально искал такие вот таланты, вроде нас, дабы потом на них всю жизнь жить-проживать. Может, также лет через 50 замутить во времена канона? – И сразу хочу представить собравшимся новых участников клуба… – Он перевёл дыхание, уже смотря на нас.

– Адам Беркли! – И, хотя он прямо не указал на меня, лишь вежливо кивая в мою сторону, но я встал со своего места, делая небольшой поклон присутствующим.

Вскоре, он озвучил имена ещё примерно 5 человек, включая Тома и его компанию. Не знал, кстати, что Том аж со 2-го курса сможет попасть сюда. Хотя, Гораций, вроде, славиться своим чутьём на таланты…

Поскольку все люди были разного возраста, пола и даже факультета, общение было неловким и, в основном, лишь между знакомыми, что сидели рядом друг с другом. Я вот вообще молчал, потому что я сидел между старшекурсниками гриффиндора, да и не хотел попусту трепать языком. И как эти сюда попали…

– Мистер Беркли, что вы думаете о рябиновом отваре? – Не сразу поняв, кто меня спрашивал, я немного помотал головой по сторонам, пока не увидел – какой-то парень с Пуффендуя. А тебе то, что надо, страдалец? Какой отвар…

– Думаю, что это прекрасное зелье. Вы так не думаете? – Видя чуть искажённое выражение лица парня и почувствовав странную атмосферу, я про себя усмехнулся – наверняка Гораций упоминал меня косвенно, говоря о моих талантах в зельях или типа того. Вот кто-то и решил поставить новичка на место. Как пошло, ох… – Или вы знаете ему достойную замену?

Своим вопросом я дал шанс парню, чем он и воспользовался, прямо мне сказав – есть несколько зелий со схожим эффектом, некоторые даже проще, если использовать их, то…

– Прежде всего, эти рецепты неудобны. Подождите. – Остановив его жестом, я продолжил уже в молчание, пока все меня слушали: – Хотя многие зельевары знают эти зелья и зачастую их варят, но уже травники вам возразят – зачем делать зелье, ингредиенты для которого не выращиваются в этих землях? Придётся ингредиенты заказывать, это накладно. Мало того, качество будет трудно контролировать и это займёт много сил. Выращивать специально? Зачем, если рябиновый отвар готовиться из местных трав, с которыми нет никаких проблем? Оптово – можно. Но рядовой волшебник может даже не знать, какая там разница между этими двумя зельями и что они вообще есть. Зачем ему головная боль в определении, что там эффективнее или нет, по вашему мнению? Он купит, что ему доступно, понятно и проверено другими волшебниками. А доступно и знакомо будет рябиновый отвар, который подешевле, нежели его более современные и эффективные аналоги. Конечно, вы можете готовить их лишь для себя или малыми поставками, но… оно вам надо?

– Мистер Беркли, вы рассуждаете как торгаш, а не зельевар. – Меня упрекнул кто-то из старшекурсников, на что я обернулся к нему. Новая жертва.

– Вы говорите так, будто это минус. А если я не мастер зельевар и вынужден готовить не то, что мне самому интересно, а простой аптекарь, который вынужден каждый день клепать десятками рябиновый отвар, костерост и другие зелья, востребованные на рынке? Предлагаете, пойти в Церковь и заняться благотворительностью? – Со слабой улыбкой смотря на сложное выражение лица парня, я для себя отметил, что лучше аргументов многие слышали эмоции. Даже Гораций не стал меня попрекать после первой моей реплики, куда больше этих детей понимая мои слова…

Некоторое время споря, не всегда сумев софистически опрокинуть оппонентов, которые не понимали своих же аргументов и тезисов, я вскоре зацепился языками с самим Слизнортом.

С ним мы спорили около получаса. Я не хотел сдаваться, не шаря в теме на его же уровне, но ссылаясь на всё, что угодно – метафизику, восточную философию, западный оккультизм, славянскую мифологию, алхимию из игр старого мира и на многое, многое другое.

И хотя мы оба понимали, что я просто придумываю вопросы и ответы с потолка, мы оба получали удовольствие от того, что соперник был умён, не пересекая черты и балансируя буквально на грани приличий. Как же давно я не вёл таких дебатов…

Но вот, пару часов спустя почти все разошлись, Слизнорт попросил меня остаться.

– Адам, недавно ко мне заходил Альбус, то есть профессор Дамболдор и… ты ведь знаешь, насчёт Дурмстранга? – Обратив на меня внимание и подождав, пока я кивну, он продолжил: – Я так и думал, что он выберет тебя. Не думал, что скажу это хоть кому-то, но… ты хорош во всём, за что берёшься. На самом деле, я уже говорил ему, что ты неплохой кандидат, но он почему-то упирался до недавнего времени, почему-то лишь сейчас резко став выдвигать тебя. Теперь… если мы хотим, чтобы ты был одним из учеников по обмену, нужно будет тебя подготовить. Я провожу дополнительные занятия по зельям, туда впишу и тебя. Они проходят каждое воскресение, вечером. Через пару часов начнутся, кстати. Ты ведь готов стать отличником по всем предметам? – Я кивнул и вскоре мы начали занятие.

Про себя я вспоминал требования, чтобы стать учеников по обмену. По всем предметам отлично, минимум промашек, идеальное для своего уровня владение теорией по всем предметам и практическое применение заклинаний из них же, высокий магический потенциал и предварительное понимание правил поведения… Почти невозможно, говоря объективно, для обычного ученика…

Кроме меня.

21. Хогвартс, одно за другим, часть десятая

Ложась на пол Выручай-комнаты, я чувствовал – вот-вот грянет буря. Мне нужно быть готовым к ней, сумев, как и когда-то преодолеть очередное испытание. Впрочем… теперь я знал, зачем оно мне.

Как только я лёг, ток энергии в меридианах будто застыл. Моя воля всего на пару мгновений, но смогла остановить посредством остановки мыслей и ток энергии. Но пусть разбушевавшаяся энергия Розы и пыталась опять проникнуть в Ядро, но её было слишком мало. Хотя нет, было уже поздно в любом случае…

В теле будто что-то взорвалось. Провалившись, как и в первой Инициации в мир энергий, я сразу сориентировался, находя Ядро, Меридианы и чувствуя – энергию Розы я хотя и смог убрать подальше от Ядра, но она скора опять понесётся сюда. Нужно торопиться…

Как и когда-то я обратил внимание на Ядро. Оно было намного больше, ярче и… как будто величественнее, чем я помнил. Со времён первой Инициации много воды утекло…

Почти сразу прекратив тупить, я встряхнулся, смотря на змеившиеся трещины по поверхности Ядра. Я не нашёл никакой информации ни в обычной библиотеке, ни в Запретной секции по поводу магических аспектов. Точнее, их прямого упоминания. В некоторых книгах давали намёки, но они были расплывчаты и, как я сам думал, не знай я заранее о том же Ядре – я бы ни хрена не понял из путанных слов авторов.

Было много пустых слов, но всё сводилось, по сути, к одному – на всё воля Магии. По ты не Предатель крови, пока ты не слишком силён, пока ты благочестивый сын или дочь магии, что чтит её заветы и послушен её воли – ты пройдёшь вся тяготы без проблем. Конечно, чем дальше ты будешь идти, тем труднее будет, но с подготовкой всё по плечу.

В итоге, я понял – я могу рассчитывать лишь на себя. Кто-то явно подчистил библиотеку от лишних книг. Наверняка там когда-то было нечто подобное, но… теперь уже ни хрена нет, кроме монографий с намёками на намёки.

Впрочем, мы тоже не лаптем щи хлебаем.

Реки энергии перекрыли все возможные меридианы, со всего тела доставляя нужную мне для перестройки Ядра энергию. Сейчас оно хотя и трескалось, но увеличивалось, повреждаясь. Чем больше оно увеличивалось, чем больше оно трескалось и чем быстрее я посылал энергию, тем меньше у меня её оставалось. Больше половины Резерва уже нет. Хотя… осталась тут энергия одна…

Решившись, я почти всю оставшуюся энергию единым порывом послал в Ядро. Миг и оно будто вспухнуло, поверхность затрещала уже совсем не по-детски, но… оно держалось. Понемногу я поглощал энергию из Выручай-комнаты и она как бальзам на душу питала Ядро, затягивая понемногу трещины. Впрочем…

Спокойно наблюдая за энергией Розы, я остатками энергии закрыл Ядро, полностью освободив второе чужеродное влияние от сдерживания, открывая для себя большой кусок энергии. У меня был план…

Я никак не мешал энергии Розы, когда она потихоньку начала проникать в моё Ядро. Вот только…

Если бы я мог, я бы ухмыльнулся – энергия не была разумна, а явно подчинялась толи алгоритмам, толи инстинктам. И хотя чувствовала, что не может проникнуть в сверхплотное Ядро, но всё равно понемногу сгорада в нём, пытаясь хотя бы немного туда пролезть. Этим она его совсем несильно, но питала. Жаль…

Вдруг ядро почти закончило улучшение, последний раз испустив сильнейшую пульсацию. И хотя энергия Розы было явно рванула к нему, но не тут-то было – пульсация от Ядра словно раздробила на части некогда прежнюю энергию Розы, начиная быстро поглощать и перерабатывать в безопасную для себя энергию. Что-то поняв, энергия было попыталась свалить вглубь организма, но…

Та самая энергия, которой я когда-то сдерживал энергию Розы, поставила жирную точку в долгом противостоянии – она раздробила некогда целую энергию Розы на отдельные частицы, волной направляясь к Ядру вместе с поверженной противницей.

И как только Ядро впитало питательную энергию, оно почти полностью восстановилось, значительно увеличившись в размерах, затянув основные трещины и став как будто ещё более величественнее.

– Это успех. – Потеряв сознание от потери почти всей энергии, я подумал о том, что завтра нужно будет натаскать Антонина.

Я думал просто, ища себе помощников – я слишком долго был один. Слишком долго избегал людей. Может, оно себя и оправдывало раньше, но… времена меняются.

Грядёт состязание учеников в конце курса. По словам Дамболдора, в нём будут оцениваться все ученики школы. Чисто технически, может быть выбран любой ученик, в независимости от его пола, возраста, происхождения и прочего.

Требования были просты – нужно было стать лучшим во всем на своём курсе. Всего-то, мда?

Вот и я подумал, что пупок развяжется. Поэтому решил, что мне нужны люди. У меня не было кого-то особого на примете, но… если играть грязно, то играть до конца.

Вскоре я нашёл нужного человека, что подходил по всем параметрам – Антонин Долохов. Потомок белых эмигрантов с моей бывшей родины. Но вот загвоздка, его семья не была такой богатой и влиятельной, как многие другие, вроде как у знакомых мне девочек. Этим я и решил воспользоваться…

Признав его перспективным для вербовки посредством моих новых наблюдений, связанных с недавними открытиями в менталистике, я решил начать его понемногу обрабатывать.

Достаточно было выяснить по нему общую информацию, дабы выстроился простой план действий – случайно познакомится, например в Дуэльном зале, помочь ему. А там, я уже знаю, что ему надо и что я могу ему предложить, как это сделал Том в каноне…

Он был полукровкой. Отец волшебник, мать маггла. Первый встретил вторую уже здесь, насколько я знаю. И хотя история типичная, но результат превзошёл все ожидания – появился Антонин.

И хотя он пока не был вторым Томом, но я сразу отметил – у него высокий потенциал. Пока податливые и простые мысли – он хотел выжить, стать лучше и тоже, как я когда-то, что-то доказать этому миру. Вспоминая канон – он смог. Вроде бы, я не помню, в конце этого века его толи убьют, толи он сгниёт в тюрьме – незавидная участь. Но чем выше взлетел, тем, будь готов, будет больнее падать.

Но я также помнил – он был одним из самых верных последователей Тома. Одним из самых сильных, опытных и знающих. Будучи почти ровесником Тома, он явно был замечен последним и был обласкан вниманием, что в итоге вылилось в его резкий подъём – было мало людей в стране с подобным ему статусом. Том смог дать ему всё – силу, власть и прочее. Всё, что он сейчас хотел, но пока не мог получить…

Я уже видел – Том понемногу набирает влияние. Мальчишка пока не смог подбить клиньев к преподам, будучи пока не раскрыт как примерный и лучший ученик, но людей он уже привлекал – всякие полукровки с его факультета его уже слушали. Он понимал лучше других их положение, местами подсказывая, как себя вести и местами даже в чём-то помогая. Заклинание отработать, книжку посоветовать, дать нужное направление… мелочь, скажите?

Я так не думал. Всё строится на этих самых мелочах. Простой камень, как известно, может устроить сход целой лавины. Как и Том, я тоже когда-то начинал с малого, прекрасно понимая – этот далеко пойдёт. Скоро это поймут и другие – вспомним канон. Конечно… зная о последнем, я решил подстелить соломку на будущее.

Антонин был сложным мальчиком. Но не настолько как Том. Просто обычный беспризорник резкого характера, который ценил настоящую дружбу, принципы и прочие, мне тоже понятные вещи. Вещи, которыми я его легко его покорил. И которыми было легко управлять, вспоминаем Доброго Дедушку и Гарри Поттера.

Я не говорил ему ненужных слов в поддержку, не обнадёживал его. Я просто учил его – это говорить не стоит потому-то. Нужны такие вот заклинания для хорошей дуэли, боя и разных жизненных ситуаций. Тебе баллы также нужны, да побольше. Зачем? Смотри, есть Выручай-комната, Запретная секция – это не бордель, но даже лучше. Там можно найти вроде даже и книги интересного содержания с голыми бабами. Не веришь? А ты поищи.

Паренёк, что называется, аж воспылал. Нет, не по голым бабам… он увидел надежду. И хотя я пока просто будто от скуки им занимался, я видел результат – я смог запечатлеться в его мыслях, его образе жизни и прочем. Теперь он тренировался почти до упаду, физически стал покрепче из-за моих советов, дисциплина улучшилась и многое другое.

Я не рассчитывал на него слишком сильно. Один человек не может сильно изменить ситуацию. Нужен было кто-то ещё. Благо, что у меня были люди на примете. И благо, что Роза меня теперь не побеспокоит…

* * *

– Не унывай, не падай духом:

Господь развеет царство тьмы,

И вновь прилежным чутким слухом

Наш русский гимн услышим мы…

– И тебе привет, Адам. – Первокурсник Антонин Долохов на мои познания не совсем одобряемых массами стихов, осторожно было оглянулся на нашей гостиной, сразу понимаю – меня увидели, услышали. Но никто не отреагировал, лишь наблюдая со стороны. Ещё бы… – Ты бы ещё декламировал стихи красных… – Это ты зря сказал.

– Конь революций буйно вскачь

Верст миллионы в пространствах рвы,

Каждый волос хвоста и гривы –

Знамя восстаний, бунта кумач… – Едва я успел закончить, как этот смешной мальчишка тихо зашипел и, оглядываясь по сторонам, с натугой потащил меня из гостиной, чему я не особо сопротивлялся.

– Как там Роза, София? – Мы с ним неторопливо шли по коридору, пока я следил за его реакциями. Нужно было узнать, осталось ли всё на том же уровне, что был в нашу последнюю встречу, или что-то изменилось.

– Не знаю, я с ними не дружу. Да и… – Идя рядом со мной и как-то неловко себя ведя, он покачал головой. Все его реакции, по моему мнению, означали – не врёт. – Больно эти девочки сложные. Сами себе на уме, водятся только с чистокровными. А последние уже лично мне не нравятся. Особо ничего не умеют, сидя на готовеньком и радуются… – Поджав губы и нахмурившись, парень хотя и пытался показать осуждение, но… я чувствовал – завидует. Конечно, он бы тоже хотел жить ни в чём не нуждаясь, быть везде своим и делать лишь то, что хочет. А не свою текущую жизнь простого паренька, что лишь горбатится, не видя особых перспектив…

– Я уже говорил тебе, Антонин, что не стоит оглядываться на других. – Вскоре мы дошли до Дуэльного зала, забравшись на помост. Церемонно поклонившись, я лёгким движением палочки отвёл его невербальное заклинание, даже не задумываясь и не напрягаясь. Быстро, конечно, но… недостаточно быстро. – Ты, кстати, доволен своими успехами?

Но хотя мальчик хотел ответить, но просто не мог – так сильно я ему мешал, каждую секунду посылая невербальные заклинания, которые он вынужден был все принимать на стремительно разрушающиеся щиты.

И хотя казалось, что я как пулемёт посылаю град заклинаний в него, на самом же деле… мне было скучно. Я мог в любой момент закончить бой, ещё в начале отметив слабые стороны противника – хрупкий щит, малая выносливость, слабая воля… по сути, я скорее больше издевался над ним сейчас, нежели дуэлировал. Впрочем, он сам так не думал.

– Фините. – Отменяя свой невербальный Ступефай, я помог подняться уставшему, но радостному и довольному мальчику. – Как, нормально, сам дойдёшь?

– Дойду! – Искренне мне улыбнувшись, он отряхнулся и, уже собираясь было уйти, о чём-то вспомнил, повернувшись ко мне и неловко спрашивая: – А, когда тебе удобно, в среду?

– Можно и в среду. До встречи! – Смотря в спину уходящему мальчику, я думал – может, сам по себе ты и не очень выгодное вложение, но… тебя можно использовать. Всё-таки, скоро ты попадёшь в Пожиратели смерти. И хотя мне самому туда путь заказан, но… ты проложишь мне туда тропинку.

Сразу отправившись в Выручай-комнату, я заплатил положенные баллы, входя внутрь и выбирая дуэльную комнату. Приступим…

Достав деревянный прутик и костыль, я начал выписывать вензеля палочкой, говоря вслух несколько строчек заклинания трансфигурации.

Но даже учитывая все меры предосторожности и моё развитие, помощь костыля и самую лёгкую вербальную напевную версию заклинания, я почувствовал большую нагрузку на сознание и на магические аспекты, когда вместо прутика в руках у меня оказался настоящий меч – палаш века 16–17, весом, мм… килограмма полтора, я думаю, по ощущениям. Нда…

Попробовав по старой памяти сделать фланкировку, я сразу понял – затея гиблая, особенно с этой фигнёй у меня в руках. Была бы шашка, а так…

Учитывая его баланс, сложный корзино-образный эфес, прикрывающий руку и саму форму, он больше подходил для дуэлей. Впрочем, учитывая метровую длину, с ним можно было натворить делов. Особливо учитывая мои скромные познания в махании металлоломом…

Переведя дух, я достал картонный щит, трансфигурируя его схожим с палашом образом. И вот, в руках у меня маленький щит сантиметров тридцать в диаметре, что ещё называется баклером.

– Вот и потренировался… – Аж цыкнув от небольшого разочарования, я чувствовал – все магические аспекты нагружены почти по максимуму после создания оружий, дополнительно отягощаясь их поддержанием. Я чувствовал, будто каждый миг выпускаю по простому невербальному заклинанию. Бедные, бедные мередианы…

И хотя я вложил большое количество энергии в сами заклинания, но… так трансфигурация продержится всего пару минут, пока энергия не закончится. Потом карета обратится тыквой и оружия вновь станут картонными. Но был выход – пока я держу их в руках, я как-бы делаю трансфигурацию почти вечной. Ну как вечной…

Не смотря на всё описанное, я церемонно поклонился одному из големов с идентичным у меня оружиям, задавая простые правила – физические возможности обычного человека, поединок учебного плана, уровень владения оружием – стандарт рыцаря.

До этой дуэли я думал, что рыцари – это просто элитные воины такие. Как обычные, только в тяжёлой брони и с красивым оружием и лошадкой. Ха. Ха-ха-ха…

Я оказался удивлён ещё до того, как бой начался. Если до этого голем был будто неживым, лишь механически двигаясь, то с началом боя он… словно его подменили.

Голем был в виде обычного мужика метра двух ростом здоровой комплекции, в кольчужной рубахе поверх обычной тканевой. Но если до этого я видел в нём именно голема, то вскоре он буквально стал живым. В чём-то даже пугая меня. Не осмысленным взглядом, не мелкими движениями, которыми пытался привыкнуть к своей экипировке и даже не редкими оглядыванием по сторонам, а…

Вот он подобрался, вот посмотрел на меня, сделав очень плавный и естественный шаг, который не вызвал ни шума, ни дал мне никакой возможности атаковать – а он только этого ждал, мёртвым взором голубых неотрывно смотря мне куда-то в грудь, подобрав меч и щит, понемногу приближаясь, шажок за шажком…

А я… сделал шаг назад, уже не горя желанием сражаться. Летом я проверил – я стал адептом. Уровень, когда ты можешь убить обычного человека за миг, небрежным движением меча, легко вспоров горло, проткнув сердце или вскрыв брюхо. Я думал, что теперь смогу легко повысить уровень в Выручай-комнате. Ну, кого она может предложить, я думал? Рыцарь был одним из самых высоких уровней. Были и выше, но я пока понимал, что против ребят больше себя я пока банально ничего не смогу сделать – надо было подрасти немного.

Но сейчас… я чувствовал – этот рыцарь не был адептом. Его уровень был выше. И хотя я не хотел верить чувствам, реальность подтвердила мои выводы.

Выпад меча я встретил баклером, отводя меч влево и рубящим движением снизу-вверх, словно шашкой, попытался рубануть. Чёрт!

В глазах потемнело, когда моё лицо встретилось с ребром его баклера. Но, наученный опытом легионера и боксом, я смог не упасть и попытался сохранить равновесие, мечом и щит широко махнув перед собой.

И хотя всего через секунду я смог открыть глаза, но тут же я вынужден был опять их закрыть – в глаза прилетел ком песка, неприятно прошедшись по коже. Впрочем, не это меня заботило.

Тихий, почти неразличимый свист меча и слабый звон кольчуги – лишь это мне дало понять, что рыцарь атакует. Тело среагировало само, осторожным взмахом баклера сумев изменить траекторию его меча, которую я почти предсказал, ударив вскользь. Впрочем…

То, что перерождение уже близко я понял, когда почувствовал очередной удар по морде баклером и ощутил чувство падения. Что?

Мозг, моделируя ситуацию и не видя её, додумал – он меня ударил, воспользовался слабостью и, подойдя… подножкой отправил на пол, явно собираясь добить, судя по звону оружия и тому, что он сделал шаг в мою сторону. Просто и элегантно, настоящий рыцарь.

Удар спиной о пол хотя и почти заставил меня потерять сознание, но я успел закрыться баклером, невольно сразу чувствуя им огромную отдачу – в него пришёлся удар меча, который заставил баклер едва не выпасть из онемевшей руки, буквально вдавливая его в моё тело – настолько был силён удар. Вы знаете, чем тренировка отличается от настоящего боя? В ней работает стоп-слово.

– СТОЙ!

Оружие выпало из ослабевших рук, я перевернулся на бок, выплёвывая на пол песок вперемешку с кровью. Чёрт, кажется, зубы некоторые шатаются…

Ощущая себя побитой собакой, я дрожащей от адреналина и боли в ней рукой достал костыль, тихо прошептав разбитыми губами шепеляво: – Ахуаменси… – Подняв палочку над головой одной рукой, что ещё дрожала, второй я смыл слабой струёй воды песок с лица, убирая и кровь с саднящих рассечений. Чёрт, как же меня этот ублюдок приложил…

Сумев открыть глаза, я обнаружил немного сгорбленного рыцаря, что уже собирался сделать укол мечом, прижимая баклер к своему телу – явно боялся, что я огрызнусь в последний раз. Чёрт, учитывая его рефлексы, он бы точно успел бы закрыться от моего слабого и неточного выпада.

Попытавшись встать, я сразу сел обратно, понимая – сил нет. Ни магических, ни моральных, ни физических.

– Что же ты творишь-то, проклятый содомит… Вулнера Санентур… – Трансфигурировав себе зеркальце, я сейчас смотрел в него. Мама дорогая…

И хотя я уже смыл кровь, но лицо было опухшим, обильно саднящим и рассечённым в нескольких местах ударами баклера. Благо, что рассечены были щёки – удар в череп вполне мог скользнуть на висок и всё. Был попаданец и кончился весь…

После Вулнеры, что заставила кровь вернутся назад и зарасти ссадины, ситуация выровнялась. Ну… почти.

Вернулась не вся кровь и остались шрамы от ран, из-за моей неопытности в этом заклинание. Имей я опыт в нём, я бы одним движением навёл хороший такой марафет. А так… даже лицо осталось опухшим, будто я учувствовал в боях без правил. А впрочем…

Переведя взгляд на неподвижного рыцаря, я упал на песок арены, похожей на Колизей, где мы сейчас были. Я специально думал о такой местности, чувствуя себя в ней привычно и собираясь использовать её преимущества. Рыцарь оказался слишком хорош, сделав это раньше меня…

Лёжа на тёплом песку, я думал – отдохну часа два, за это время восстановлюсь немного и… хрен его знает, надо уровень сложности понизить до обученного. Обученный, блин… кто же знал, что рыцарь вытрет мной пол…

* * *

Это был только первый месяц моего второго курса. Событий, правда, уже было больше, чем за весь 1-ый курс. Хотя, они скорее были насыщеннее. Или, быть может, мной это так ощущалось из-за изменившегося мировоззрения?

Самыми важными изменениями и моими приобретениями я считал те две книги по менталистике. Первая была больше теоретической с элементами всяких подготовительных упражнения и фокусов, дабы у вражеских легилиментов или иже с ними началась весёлая жизнь. А вторая была наоборот, больше практической. Она повествовала, что есть такое ментальный щит и что с ним делать.

Обе книги сыграли огромную роль в стабилизации моего странного положения. Теперь у меня не было угрозы прямо сейчас стать рабом, но… Роза вела себя странно, и я просто не мог сказать, во что это выльется. Впрочем, я мог точно сказать – пока она толком ничего не понимает и зависит почти полностью от меня, это надо использовать на полную. А в следующем году свалить отсюда. Ну, в Дурмстанг, в смысле, а не на совсем…

Первая книга дала мне базис – там, помимо информации о эмоциях, воспоминаниях, сознании и прочем, были ещё и разные интересные приёмы. Одним из них был тот самый, по работе с эмоциями. Он, кстати, с мыслями тоже работал. Наверно, из-за этого автор не стал давать практических приёмов в главе с мыслями, отсылая с него на другие. Но, зато он отыгрался на воспоминаниях, главе о ментальных характеристиках, сознании и подсознании. Тут было много всего…

Прежде всего автор рекомендовал, даже требовал – НЕ ЛЕЗТЬ в главы дальше теоретической части с упражнениями, пока не сможете отточить свои ментальные навыки до предела.

Он даже давал непростые тесты – можете прекратить на день внутренний диалог? Мысли – изучено и натренировано. Можете на день контролировать эмоции, понимать их природу и в корне гасить, либо выгодно для себя испытывать? Эмоции – изучено и натренировано. Можете на время, равное ровно часу, полностью сконцентрироваться на тикающих часах, будучи абсолютно неподвижным, лишь подсчитывая количество тиков? Сознание – изучено и натренировано…

Ещё оставались воспоминая, но я так и не понял, что с ними делать. Требования автора было простым на первый взгляд – будто оборачиваясь во времени, будто переворачивая страницы книги назад, также отмотайте свои воспоминания. Чем дальше, тем лучше. Тот момент, когда вы осознаете своё рождение знаменует вас как прошедшего тест.

Считая, что проблемы были лишь в самом конце на каких-нибудь ранних годах, я неожиданно понял – я не помню, что я делал вчера, позавчера и неделю назад. Вроде тренировался, вроде ещё что-то делал. Кого я видел, где и как, что думал…

Автор сам говорил – прежде, чем переходить к воспоминаниям, вы должны понять все другие аспекты – мысли, эмоции и прочее. Тот миг, когда вы изучите всё, лишь позволит вам заняться своими воспоминаниями. А до момента, пока вы не закончили с остальным – к воспоминаниям не лезть. Ему я, конечно, не поверил.

А зря. Помучавшись пару дней и ничего не добившись, я просто забил. Он был прав – воспоминания содержат суть всех других аспектов и пока я не пойму их, я ничего не смогу сделать, лишь запутавшись в самом себе. Впрочем, я не просто так мучался.

Если эмоции дали мне способность их как-бы не испытывать, то сознание сделало почти тоже самое. Эффект был пугающим.

Открыв глаза, я увидел мир по-другому. Я был словно компьютером, который воспринимал мир совсем иначе, будто думал на незнакомом языке.

Вот мой пустой взор обратился на двух старшекурсниц. Сознание будто очистилось от всего лишнего, убрав всё лишнее и мешающее ему.

Его больше не манили волнующие бюсты или игривые движения ягодиц. Также, он не обращал внимания на искренние улыбки и прочее. Не находясь под пеленой эмоций, предрассудков и прочих социальных конструктов, сознание вдруг выдало мысль – стоит удовлетворить физиологические потребности, они подходят. Миг, и другая возразила – физиологические потребности в норме, на текущем этапе развития удовлетворение подобным образом почти неэффективно. Третья добавила – через 1,5 года потребности расширятся до заявленного уровня, дабы удовлетворить их с этими объектами.

Это произошло лишь за миг, пока я повернул голову к объектам. Объекты обратили на меня внимание, недоумённо смотря.

Сознание не дрогнуло от внимания объектов. Оно распланировало всё на несколько ходов вперёд. Из памяти был извлечён целый пласт навыков по обращению с подобными объектами. Он был предназначен для быстрого удовлетворения своих физиологических потребностей, не подходя при этом под ту парадигму, что обычно называли здоровыми и долгими семейными отношениями. Кодовое имя – пикап.

Сознание имело полный доступ к памяти, подсознанию и прочему, дабы понять – текущий возраст тела не соответствует минимальным требования для практики пикапа. Объекты не воспримут адекватно привычные для подсознания действия по так называемому их соблазнению. Сознание встало перед выбором – изображать поведение ребёнка или смутиться от внимания, спустив ситуацию на тормозах.

Второе не подходило потому, что не вписывалось в образ, что уже успел сформироваться у объектов. Сознание сразу поняло по косвенным признакам, что объекты знают его. У них сформировался образ – поскольку объекты с ним были лично незнакомы, оно решило, что образ плюс-минус соответствует его репутации. В этом образе было недопустимо распространение клевещущих на него слухов. Решение – смутиться и убить объектов. Решение отвергнуто – на текущем этапе убийство выполнимо, его сокрытие почти невозможно полностью…

Первое сначала отклонено с теми же пунктами, что и у второго, но было доработано – можно было в шутливой манере изобразить приём пикапа, так называемый подкат, самому себя разоблачив и, из-за своего возраста, добиться отношение объектов к сознанию, как к забавному ребёнку.

– Леди, постойте! – Всё было естественно – мимические мышцы нужным образом напряжены, улыбка была, чуть прищурены глаза. Само выражение лица будто выражало некую лукавость. – Вы уверенны в том, куда идёте?