Текст книги "Играя с огнём (СИ)"

Автор книги: Айрест

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 45 страниц)

В монографиях даже остались рисунки тех времён и примерные описания. Согласно которым я понял, что эти самые потусторонние сущности были внешне очень похожи на демонов. Да и по рассказам выживших, что потом стали портретами и глубоко в своём сердце запечатлели события тех времён, ситуация была интересной.

Все высокие, около двух метров роста, высокие мужчины и женщины, что отличались лишь комплекцией и телосложением, но не видом. Выглядели они для меня прозаично – полностью закованы в чёрную странную броню, что была очень похожа на таковую у тех римлян, с которыми я вместе сражался и вооружены кто чем – мечами, глефами, топорами и прочим обычным оружием. Многих из них смогли тогда убить, под доспехами те выглядели почти как обычные люди, только цвет кожи многих был непривычен для людей, на голове были рога разной формы с редко присутствующим хвостом на теле, а зрачки их были подобно кошачьим, вертикально вытянутыми. Это если не упоминать того, что у них даже внутренние органы были другими…

Благо, что среди них не было магов. Но даже так, пока волшебники успели отреагировать, около сотни людей успели зарубить, частично унося в портал вместе с чем попало. Вскоре подоспели преподы с директором, что послали сигнал куда могли – в Министерство, Попечительский совет, Мракоборацам и многим другим.

Примерно половина преподавателей умерла в битве, директор был ранен. Но ценой огромных усилий, портал смогли закрыть, всех иномирцев либо загнали в портал, либо убили на месте. Тот день заставил основу школы пошатнуться. Этот случай стал одной из причин текущего упадка школы. Оказывается, Диппет не особо был виноват. Хотя…

Вскоре все прибывшие могучие волшебники того времени подтвердили – источником проблемы и прорыва из-за грани была Выручай-комната. Вскоре они заключили, что хотя тот самый ученик и был ключевой фигурой прорыва, но… сложилось впечатление, что где-то на той стороне его скорее всего использовали, дабы он облегчил доступ к проникновению в школу, при прорыве сюда проигнорировав защиту Хогвартса и, тем паче, использовав его же силу, дабы нанести ему тяжёлый улар, от которого он не отошёл до сих пор, медленно умирая.

Удар по школе был настолько силён и настолько была сильна неприязнь волшебников того времени, что они сковали почти нерушимыми чарами Выручай-комнату, надолго про неё забыв.

Раненного директора за его халатность хотя и не убили, но затравили, и он вынужден был уйти с поста директора. На его место пришёл Финеас Блэк, который показал себя очень хорошо, сумев остановить деградацию школы и не дать ей скатиться на самого дно магического образования в этом мире. Но и он ушёл вскоре. Его сменил Армандо Диппет в начале уже текущего, 20 века…

И если Финеас прекрасно понимал опасность Выручай-комнаты, оставляя её запечатанной и даже не давая её использовать детям за баллы, то Диппет либо был смелее или просто недальновидным. Хотя он не стал полностью снимать защитных чар, что уже тогда понемногу слабели, но теперь у детей Хогвартса и у меня в том числе появилась возможность опять использовать Выручай-комнату. Конечно, только безопасным образом – даже захоти я, чтобы она создала для меня нечто новое и прочее, она уже не сможет, скованная чарами. План создать полную копию библиотеки Хогвартса за всё время трещит по швам…

Но тут уж и я сам думал – а может, ну её на хрен, эту Выручай-комнату? У меня воображение хорошее, а фантазия так и вовсе больная. Представлю себе какую-то фигню вроде Вархаммера и всё. Да и очков мне всё равно не хватает…

* * *

Неторопливо помешивая зелье по часовой стрелке, я педантично добавлял нужные ингредиенты в нужной последовательности. Знаете, но как не забавно, но Зельеварение – это тоже самое, что приготовление того же супа.

Берём кастрюлю или котелок. Его разогреваем плитой или пламенем. Туда вливаем воду, предварительно или в зависимости от условий. Её либо доводим до кипения, либо немного не доводим, либо вообще оставляем тёплой. Многие продукты или ингредиенты в экстремальных условиях и температурах теряют свои полезные свойства.

А дальше нам нужна основа для супа или зелья. Если на суп мы возьмём, к примеру, курицу и всё что в ней, то у каждого зелья есть своя основа, в зависимости от предназначения. Чаще всего, эти одни и те же ингредиенты, если зелья простые.

Также, как и для супа, зелью нужны дополнительные ингридиенты. Мастер может справиться минимум, сделав конфетку, тогда как дети обычно едва-едва не портят больше половины, укладываясь в минимально хорошее зелье со слабым действием и огромным количеством шлака в себе.

Добавляем ингредиент, который правильно приняли со склада, проверили его, обработали, взвесили и, опять проверив, погружаем в воду. Выполняем особо колдунские заморочки – помешиваем. А далее, в случае супа, просто ждём около часа. Добавляем подпечённых овощей. Ещё час и сырых овощей, в виде долек моркови и корня сельдерея. Ждём ещё немного, суп почти готов. Добавляем соль, специи, лаврушку и кому что нравится по вкусу. Вуаля, суп готов.

К чему я всё о супе? А зелья так же готовятся. Основной ингредиент обработали и в воду. Мешаем, ждём. Туда постепенно добавляем правильно обработанные дополнительные ингредиенты, которые либо сами обработали, либо второй человек, что решил ими заниматься в вашей зельеварной паре. Мешаем, ждём. Температуру сохраняем, делаем последние штрихи в виде каких-нибудь магических слов, жестов, движений палочки, если они нужны. Вуаяля, суп, тьфу, зелье готово.

– Мистер Адам, вы очень аккуратны и точны, 10 баллов Райвенкло и вам, 5 баллов вашему помощнику. – Гораций Слизнорт принял моё зелье под конец урока, задумчиво проверив его на просвет, явно оценивая количество осадка на дне. Чему-то кивнув, он приветливо мне улыбнулся, как бы в шутку сказав: – С вашими качествами вы далеко пойдёте. Заходите, если что, ко мне в клуб Слизней в воскресенье, я могу подсказать вам, что в вашем зелье было сделано не так.

– Спасибо, профессор, обязательно зайду. – Ведя себя естественно для своего образа немного замкнутого ученика, я слабо улыбнулся ещё молодому мужчине, про себя равнодушно отмечая – мало, мало баллов. Где мне взять в быстрые сроки так много баллов, чтобы я мог получить всё, чего бы хотел…

С другой стороны, живи я во времена Дамболдора, особенно будь Гарри Поттером и особенно имейся у меня моя Система, я вообще не знаю, что я бы делал. Тут я уже могу свалить из Англии, хотя мне и будет сложно выжить, но я уже смогу прожить, по мелочи колдуя, а вот будучи тем пацанов, у которого приключения похлеще моих будут… Когда-нибудь может освою беспалочковую магию и будет попроще…

Впрочем, даже не в Дамболдоре была проблема. Проблема была в интересных школьных правилах. Правилах, что были в Уставе. Уставе, что не всегда был таким, какой он сейчас и не сразу стал таким, какой он есть…

Устав с самого начала менялся пару раз уже. Старые правила себя изживали, приходили новые люди с новыми взглядами и другими проблемами. Например, раньше, вы ни за что не догадаетесь, в школе царили расистские настроения, по отношению к маглорождённым. Удивительно, не правда ли?

Конечно, нравы старого времени отличались от текущих. Сейчас кажется, что убить ребёнка или человека просто потому, что он провинился и, тем самым, попрал какую-то там честь – уже в большинстве прошлый век. Ещё через 50 лет даже бить детей будет не очень. Впрочем, я знал, что примерно ещё через 50 их права вообще будут особенными, но до этого почти сотня лет…

Но если иметь ввиду Англию или сам Хогвартс, тут всегда были строгие правила. И может спустя века тоже самое мнение Салазара Слизерина о меньшей позиции маглорождённых относительно других волшебников и была крамольной, но в его время она была не только популярна, но и мягка. Мягка потому, что в его время многие не считали тех вообще полноценными волшебниками.

Примерно до введения Статута Секретности, маглорождённые были фактически слугами замка. Они не имели средств, дабы оплатить обучения и фактически подписывали контракт на срок вдвое больший, чем срок от их будущего обучения, по которому школа их вполне могла продать какой-то чистокровной семье, если та изъявит волю взять себе в род перспективного человека. Так, кстати, поддерживалась сила родов – проверенных людей брали из школы и, тем самым, кровь не смешивалась и не застаивалась в родах.

Но со Статутом всё изменилось. Теперь было нельзя контактировать открыто с магглами и волшебники были вынуждены начинать уходить в подполья. И хотя не сразу до всех дошло, но вскоре волшебники осознали – времена изменились.

Маглорождённые, подогреваемые Церковью или пытаемые ею одни за другим выдавали различные убежища, школы, общины и прочие малые и средние организации волшебников, которые вскоре стёрлись с лица земли почти со всей Европы. В той же Великобритании, например, было около десятка школ раньше. Сейчас ни одной, кроме Хогвартса. Различные специализированные учреждения, которые готовят волшебников в тех же Мракоборцев, зельевары или целителей Мунго я не учитываю.

Это объясняется тем, что Хогвартс проектировали безумцы-параноики которые, казалось бы, предусмотрели всё и могли сказать сквозь века, как подумают и что сделают другие. Ну и фактом того, что хотя маглорождённые были на положении слуг, их хотя бы считали людьми здесь. В отличии от многих других родовых школ, которые специально искали магически одарённых детей на заклание и усиление своего рода, и просто не выдержали проверку временем. Но и Хогвартс был не всесилен…

Вскоре, один маглорождённый и очень сильный волшебник стал директором школы. Он был довольно дальновидным, уже понимая, что архаичные порядки хотя ещё и крепки, но пора было взять ситуацию в свои руки.

Он не мог открыто менять Устав, в те годы его бы поняли превратно и просто бы убили, но начал понемногу увеличивать роль маглорождённых. Здесь уступка, там послабление, здесь щадящее наказание из-за незнаний местных порядков…

И хотя он не добился многого, вынужденный вскоре из-за травли добровольно покинуть пост директора, его усилия дали плоды. За ним появились и те, кто тоже мог ясно видеть ситуацию. Они смогли протолкнуть революционное на тот момент решение – вместо двукратного срока в роли слуги от срока обучения, теперь маглорождённый или полукровный мог расплатиться золотом!

Поначалу это ничего не изменило. Ну откуда у одинокого ребёнка огромная по тем временам сумма в 500 галеонов за один лишь курс? Впрочем, сразу выяснилось откуда – за него кто-то может расплатиться.

Появилось Министерство магии почти сразу после Статута. Оно было создано Советом Волшебников, который некогда был управляющим органом из не очень знатных родов, что противопоставляли себя Палате лордов, где были сплошь священные рода.

Можно сказать, что именно Министерство дало толчок к тому, чтобы сейчас всё было именно так, как есть, а не иначе. Были созданы множество отделов, вроде Визингамота, Мракоборцев, Внешней политики и прочих. Но, самое важное, они взяли на себя функцию заботы о маглорождённых, пополам деля стоимость их обучения, вместе с Советом Попечителей, что состоял из 12 человек наиболее уважаемых остальными волшебников.

Конечно, маглорождённые куда охотнее шли в Министерство, занимать хоть какое-то положение, иметь там деньги, власть и свободу, нежели становится слугами знатных родов.

И хотя поначалу велась антимаггловская политика, но уже веку к 19 права магглорождённых и полукровок были почти на том же уровне, что и сейчас. Больше они не были слугами, уравнявшись в правах с другими волшебниками и платя также, как и другие, традиционные 500 галеонов за курс обучения. По крайней мере на поверхности…

И хотя в связи с техническим прогрессом магглов некоторые из волшебников стали к ним осторожнее, даже переняв некоторые их изобретения, вроде Хогвартс-экспресса, но многие ещё сто лет назад считали их людьми второго сорта. Так было до Первой Мировой войны…

И хотя волшебникам было категорически запрещено применять магию на поле боя, многие пренебрегли этим правилом, всё больше колдуя на поле боя. Это привело к серьёзным шатаниям среди маглорождённых, их конфронтации с чистокровными и огромным головным болям всем, кто имел хоть какую-то власть. В том числе так было и в Хогвартсе.

А учитывая ослабление роли Палаты Лордов, роль Министерства Магии возросла, как и количество маглорождённых в ней. Среди Попечительского Совета вскоре тоже появились люди Министерства и, в итоге, теперь Хогвартс во многом зависел от Министерства. Что уже взял полностью на себя, по сути, заботу о маглорождённых.

К коим, кстати, я сам и относился в этом плане. Год прошёл, надо бы где-то найти 500 галеонов. Учитывая их курс к фунтам, надо ограбить банк, наверно, чтобы оплатить в одиночку учёбу в этой шараге…

И хотя уже не было в Уставе того правила, что чистокровные были вправе перекупить у школы магический контракт, согласно которому учащиеся в долг студенты должны будут позже как-то отработать в школе или роду этот долг, мне всё равно было не по себе. Это правило лишь видоизменилось, глася – чистокровный род может взять на себя расходы за оплату определённого человека с его же согласия и желания. Ха-ха-ха…

Ну да. Империус и вперёд, трудиться до конца жизни во славу рода. Надо будет подумать потом насчёт денег, а пока…

– Ты слишком сильно взялся за голову. Настолько, что я уверена – либо Выручай-комната, либо Запретная секция. Угадала? – Игнорируя вопрос девочки, что не сразу заметил, я лишь молчал, не понимая, что происходит.

Как оказалось, так много заброшенных кабинетов в школе было не просто так. И хотя многие из них уже нельзя использовать по разным причинам, но разные кабинеты люди приспособили для своих клубов, кружков и прочего. А ещё администрация школы нередко использует такие кабинеты, дабы временно трансфигурировать из них кому-то индивидуальную комнату на его вкус. Чем не логичное использование прежде ненужных вещей?

Когда я пришёл на очередную нашу с Розой встречу, я на секунду подумал, войдя в привычный кабинет, что я ошибся дверью.

Это больше не был пыльный кабинет с одними столами и пустыми, давно ставшими гнилыми шкафами. Это была просторная комната с искусственным освещением, которое исходило от многочисленных свеч, что были везде – на люстрах, что величественно висели под далёким, словно монастырским потолком, на полу и даже в воздухе, летая, как в Большом Зале, погружая в полумрак комнату, что была обставлена даже на вид дорогой мебелью и прочей, на мой взгляд, ненужной фигнёй. Впрочем…

Больше меня смущало не это. А огромная, алых цветов роскошная кровать с балдахином. На которой в позе скромной школьницы сидела Роза, положив руки на коленях и улыбнувшись мне, когда я сначала осмотрел помещение, а затем посмотрел на неё.

– Как ты уже наверняка понял, это так называемая индивидуальная комната. Почти любой ученик, что будет прилежно заниматься и не тратить свои баллы попусту, может ещё получить. Например, как я сейчас. Впрочем, разумные люди обычно тратят вещи на что-то более весомое, нежели очень временный и относительный комфорт. Что думаешь по этому поводу?

– Думаю, что это дело самих людей, куда и что им тратить. – Лишь недавно я понял, зачем были все её ко мне вопросы. Хотя печать раба была сейчас относительна бессильна надо мной, но это лишь пока я мог подавить мысли, что появлялись от неё. Даже получая, кстати, от этого много плюсов, хотя и не очевидных даже мне до недавнего времени. – И ты права, я хочу попасть в Выручай-комнату. Есть идеи, где можно раздобыть побольше баллов?

Но проблема была в том, что мысли появлялись постоянно. Особенно много и часто, когда я рядом с Розой. А вот подавлять я их мог, в идеале, только когда был один, когда мне ничего не мешало и я был в полном покое, ни о чём сам не думая. Но с Розой было всё в точности до наоборот. Она специально задавала мне различные вопросы, много разговаривала, трогала меня и, в итоге, я был вынужден продумывать буквально каждую встречу, пытаясь держать баланса дебета с кредитом.

Впрочем, я чувствовал себя на них всё увереннее. Хотя описание печати было пугающим, но она больше никак не усиливалась, не изменялась и прочее, лишь заставляя появляться у меня крамольным мыслям, что уже могли повлиять на моё поведение, но которые я слишком рано замечал, гася на корню. Видимо, она ограничивалась лишь накопительным эффектом. Ну, или ещё что-то было, в запасе не активированное, пока не знаю…

И хотя я ещё не мог на ходу уничтожать эти самые мысли, но я мог их очень долго сдерживать и игнорировать. Примерно пол часа, если буду контактировать тесно с Розой всё это время. Поэтому, нужно было с одной стороны вести себя естественно, а с другой не быть слишком отчуждённым. Грань тонка, хех.

– Выручай-комната, значит… и зачем она тебе? Нет, ничего не говори, дай подумаю… – Остановив меня жестом, эта мелкая откинулась на кровати. – Ты и так хорош во многом. Пока тебе не достаёт только знаний и навыков, дабы твой магический потенциал скакнул дальше. По идее, тебе бы просто попасть в Запретную секцию и что-нибудь ты себе бы там нашёл, ту же окклюменцию. Или, на крайний случай, получить полный доступ в обычной библиотеке. Может, ты хочешь подуэлировать с големами? Тебе настолько мало меня?

– Как быстро ты поняла этот очевидный момент. – Лёгкими движениями палочки, я без проблем отвёл в сторону несколько слабых невербальных заклинаний, лениво пущенных Розой. – Не злись, просто я хочу посмотреть, что за големы там такие интересные. А то уже на второй месяц первого курса големы в Дуэльном зале меня не впечатляли…

Какой же полезный навык, этот отвод. Жаль только, что ты почти в любом случае тратишь больше сил, нежели тот человек, что пустил в тебя заклинание. Хотя, я вроде слышал, что можно равным или даже меньшим количеством сил отводить пущенные заклинания. Но тут уже дело практики, твоей силы воли и магических сил. Но как я думаю, там ещё есть свои подводные камни, вроде качества ваших энергий.

Я готовился с самого детства, имел многие преимущества, но всё равно тренировался всё лето дома, когда Эмили показала мне этот крутой приём. Который дался мне далеко не сразу, ибо волевой контроль – это прекрасно, но, когда ты даже не понимаешь, как выпустить свою энергию в больших количествах через палочку – это не круто. Я вот вроде и могу сделать много невербальных заклинаний, но… а кто я без палочки? Никто, в общем-то. Угнетает это странное чувство, когда там много что-то делал, а результат не самый лучший…

Впрочем, по словам Эмили, это намного облегчит мне практику невербальных заклинаний. Она была права, стало полегче и привычнее, ибо каналы энергий привыкли к постоянной разноплановой нагрузке и не так сильно страдали.

– Пф… – Надувшись, девочка язвительно подначила меня: – Я хотела сама тебя туда пригласить, разделив плату баллами пополам, а ты…

– Пополам? Разве можно было её разделять? – Я не был удивлён на самом деле, заранее узнав всё, что только мог. Я действительно уже мог бы попасть куда мне надо, но… кроме Розы я особо и не мог никого попросить этого сделать.

Оглядываясь вокруг другим взглядом, я понимал, что у меня не было здесь настоящих друзей. Были знакомые, приятели, подруги, товарищи и Роза, что могла бы стать кем-то большим, нежели знакомой, если бы не эта штука у меня на шее. Впрочем, я сразу понимал, почему у меня не было здесь друзей и почему, по сути, я лишь всех лишь использовал в своих целях.

Было бы правдой сказать, что я не хотел проблем ни себе, ни другим, специально ни с кем не углубляя отношения, понимая свой нрав, потребности и требования к окружающим. Я прекрасно понимал, что почти все в этом замке младше меня ментально. Я-то уже хоть что-то понял в этой жизни и вполне выдержу внезапное предательство, расставание, разрыв и прочие прозаичные вещи. А вот дети…

Также правдой было бы то, что я воспринял другом лишь равного себе, может чуть младшего возрастом. А эти дети меня лишь умиляли или раздражали – я нашёл ответы на те вопросы, что возникнут у них лишь после того, как они догадаются ответить на свои текущие вопросы. Мне было просто неинтересно с ними. Да и, я заметил, многим самим со мной неинтересно говорить – я молчу, не играю, не делаю как им удобно и прочее. Бука и редиска, если кратко.

И хотя я мог банально использовать кого-то из них, я подумал и решил сам накопить нужное количество баллов. Пусть на это уйдёт ещё некоторое время, но я ещё в той жизни не привык просить помощи, когда я ещё мог справиться сам. Зачем же менять удобное положение вещей?

– Бедный мой Адам, порой ты так забавен… – Поманив меня пальчиком к себе, уже перевернувшись на спину и видя меня перевёрнутым из-за своего странного положения, она достала палочку: – А ещё ты бываешь очень плохим мальчиком. Предлагаю условие – если ты сегодня победишь, то на я на день стану твоей слугой, выполняя твои приказы и наоборот, ты будешь моим слугой на день, если проиграешь. Согласен? – Она уже явно была готова начать сражаться, лениво перевернувшись, но напрягшись для рывка с кровати и держа меня палочкой на мушке.

Ещё раз возблагодарив того странного человека, что меня сюда отправил именно в текущем возрасте, а не лет в 15, когда я был озабоченным подростком, я отрицательно покачал головой. Что я получу от этого? Удовольствие, власть над чужой судьбой и временное чувство победы? Смешно…

Без слов начался наш бой. Если раньше я недоумевал от того, что эта девчонка слишком быстро становится сильнее магически и опытнее, то сейчас я уже знал всю подноготную. Но хотя я знал, мне всё равно было сложно с ней в бою. Особенно сейчас, когда она хотела победить.

Мы сражались молча, не выкрикивая заклинания и, постоянно передвигаясь, рваными жестами посылали друг в друга всякие заклинания, периодически прячась за всякие стульчики, диваны и кресла в помещении. По нашему предварительному договору, мы придерживались примерно таких схем сражения – один день вербальные заклинания, второй невербальные, третий трансфигурация, четвёртый защита, пятый бытовой… короче говоря, мы старались использовать в бою все заклинания, дабы максимально разнообразить свою тактику, рефлексы и боевой опыт. В принципе, именно это мне и помогло громить так много не чистокровных в боях.

И хотя нельзя сказать, что в этот раз я ошибся, скорее я переоценил себя. Увидев яркий луч заклинания, я совсем немного недооценил его мощь, закрывшись 6-ти слойным Протего, а не 7-ми, который хотя и лишь недавно научился делать, но мог уже уверенно держать секунд 10. А больше и не надо, если это бой подобного толка. Жаль, что я всё равно проиграл.

– Ты слишком предусмотрительный, Адам. Это тебя и погубит… – Дёргая меня за щёки и явно ожидая моего возмущения, сидя на мне же, что сейчас был обездвижен Инкарцеро, она добилась противоположного – я закрыл глаза, расслабляясь и очищая эмоции. Пусть делает со мной, что хочет, я потом ещё отыграюсь. – Ах ты! – Но даже дёргая всё сильнее, несильно меня ударяя и шлёпая, она ничего не добилась. Я всё также лежал, держа себя под контролем.

– Ну ничего, сейчас я тебя… Я помню, мама говорила, что у мужчин есть слабое место в штанах, которое ими управляет… – При последних словах я аж открыл глаза, чувствуя, что её руки медленно и печально опускаются к моим ногам, что не были обвязаны верёвкой. Заметив моё странное выражение лица и мою реакцию, она начала меня дразнить, гладя по лицу: – Вот, вот! А теперь быстренько скажи, что ты проиграл и я…

– Я сдаюсь. – Выбирая между принципами и своим ментальным здоровьем, я выберу второе. – Отпусти пожалуйста, руки не чувствую.

– Нет. – Та лишь нагло улыбнулась, явно найдя мою больную точку, как она думала, и гладя по ноге. Эх, если бы ты знала, что имела ввиду твоя мама и что я на самом деле очень даже не против твоих действий…

Как я понял, этому странному ребёнку говорили и учили лишь тому, что непосредственно было связано с магией. У неё был с самого начала большой боевой опыт, коллекция заклинания, различные знания и даже секреты в магии. Но… был один существенный недостаток.

Она почти ничего не знала о жизни. И хотя я думал, что мне тогда могло показаться, но нет – её действительно слишком избирательно ограничили в информации и знаниях. Как получаются дети, по её мнению? В результате магического ритуалу зачатия. А что такое зачатие? А это специальный процесс, вроде заклинания, когда двое магически одарённых и совершеннолетних юноши и девы, будучи непорочными и благочестивыми, собираются соединить воедино свои силы и… дальше я не стал слушать, я боялся не выдержать и заплакать…

Но если бы только знания. У неё не было даже начального понимания и опыта того, как вести себя с людьми. И хотя это оправдывалось тем, что она банально и не могла ни с кем, кроме родственников, долго контактировать или, тем более, трогать его, это не особо пошло ей на пользу.

Её поведение со мной вначале было именно таким, как в каком-то аристократическом роде. Держала меня на дистанции, даже не подходя и говоря лишь по делу. Уже потом всё изменилось, но… весьма странным образом.

Она явно различает людей на сорты. Есть чистокровные. Эти хороши сами по себе, если хотя бы немного собой занимаются. Но даже самые тупые в её глазах просто оступившиеся, которых надо вернуть на путь истинный. Есть все остальные волшебники, которые уже не совсем люди. В том плане, что хотя они могут быть полезны, добры, хороши собой, но лишь до поры до времени, пока полезны именно ей и её роду… я отчётливо видел её поведение вначале и понимал её расчётливость, видя – ведёт она себя так уникально только потому, что я интересная для неё зверушка, позволяя многое. Третья категория, кстати, это магглы. Но тут и так всё явно, они пыль под ногами…

Но потом она немного потерялась в ориентировании, ведя себя со мной так раскованно. Она не считала это чем-то постыдным или прочим. Точнее, у неё уже были базовые понятия, вроде она даже какие-то книги художественные читал, и они сводились примерно к следующему – мне хорошо от того, что она делает? Не жалуется. Ей хорошо, от того, что она делает? Во всех смыслах. Значит, делать это не только можно, но и нужно.

И сейчас, смотря в эти глаза ещё маленького бесёнка, которая провокационно то била меня по ногам, то гладила их, то щипала, всё никак не в силах понять, где там моя мужская слабость, я думал – как прекрасно, что она ничего не понимает. Если бы понимала и использовала бы это, сколько было бы проблем… Хотя, если доживу, уже на 3-ем курсе они у меня будут. И вновь к небесам устремятся боевые знамёна, и вновь прогремят барабаны войны… если вы понимаете, о чём я…

* * *

– По пятьдесят баллов с каждого. – Подождав, пока мы распишемся в журнале учёта, дежурный волшебник кивнул нам, больше не обращая внимания и показывая на небольшую дверь, что сейчас являлась входом в Выручай-комнату. – Вы знаете ведь правила?

– Да, сэр. – Одновременно ответив это с Розой, ловя её улыбку, я зашёл вместе с ней в эту дверь, чувствуя давление на сознание. – Дуэльный зал. – И опять мы сказали вместе эту фразу, чего уже требовали правила и требования текущего ограничивающего заклинания, что было модернизировано разными волшебниками под нужды студентов.

– Ну вот, иди и смотри на своих големов. – Роза махнула мне рукой на дальний конец зала, где стояли знакомые по канону здоровые угрожающие фигуры големов. Странно…

И хотя я до этого думал, что их вид был знаком, но сейчас я был уверен – эти големы были точной копией тех, что будут защищать Хогвартс от осады Воландеморта, громя его армию. Только там они были каменными, а здесь… разными.

Были и живые големы из плоти и крови, были и каменные, и деревянные, и на любой вкус и цвет. Не зная, в чём их различия, я бросил вызов одному из них, про себя чётко вспоминая и описывая кратко свой уровень сил, примерное требование к противнику и прочее – это тоже нужно было по правилам уже именно этого зала.

Я выбрал голема метров 3-ёх ростом. Забавно, но он был похож на Хагрида. Впрочем, скоро стало не забавно. Ибо похож он был не только внешне…

Почти все мои заклинания, кроме максимально насыщенных, не имели эффекта. Я посылал в него и Ступефаи, и Редукто, и Экпульсо… бестолку. Лучи заклинаний попадали по его телу, рассыпаясь и искрясь.

В это время он махал глефой, нарочито небрежно и неаккуратно, дабы я успевал уходить от ударов. Я же, недолго думая, решил – значит, ты защищён от магии. Понятно, что не ото всей, но я ещё не могу использовать ту, что тебе навредит. Тогда попробуй трансфигурацию!

Заранее принеся в карманах с собой деревянные крошки, опилки и прочее, я обратил их все в камень, невербально на огромной скорости посылая в сторону противника.

Он успел подставить руку и закрыть ей лицо, сразу разъярённо рыча – камни ему слабо повредили, ударяясь о руку и, хотя и навредив, но лишь мелкими ранами и небольшой потерей крови. Надо что-то посерьёзнее…

Поняв это ещё до атаки, я готовил свою коронную атаку, достав несколько заготовок под мечи. Успев их трансфигурировать и уйти со своего старого места до того, как он ударил туда глефой. Конечно, он не может меня убить по правилам, зато адреналина сколько…

Голем упал на пол, пронзённый сразу пятью мечами, почти все из которых легко убили бы обычного человека. Фух…

– Есть… – Я устало выдохнул, едва не оседая на пол и чувствуя огромную потерю энергии, вкупе с болью в голове и жжением в меридианах. Впрочем, мне почти сразу стало легче, ибо сзади меня обняли и поддержали руки Розы, что до этого лишь наблюдала за моим боем.

– И как, наигрался? – И, хотя она сейчас понемногу выпивала мои силы, я уже привык к этому чувству, не обращая внимания. Как же хорошо, сейчас бы поспать…

– На сегодня точно… – Едва сумев это выдавить, я встряхнулся и отстранился от неё, едва успев также поймать момент, когда крамольные мысли едва не ускользнули от меня. Этим только дай слабину. – Ты будешь заниматься?

– Мы будем. – И не обращая внимания на мой вопросительный взгляд, она подошла ко мне, кладя руки на моё лицо. Пару секунд я пытался понять, чего она пытается добиться, пока не напрягся. Я почувствовал.

Слабость понемногу уходила. Меридианы жгло чуть слабее, хотя голова ещё как барабан отжигала. А вот мысли… они роились так, будто копились много дней подряд. Чёрт…

– Что ты сделала?

– Я не только могу забирать твою силу у тебя, но и отдавать тебе свою. Мы стали достаточно близки, дабы наши энергии привыкли друг к другу, адаптировавшись. Теперь мы можем понемногу помогать друг другу, передавая энергию туда-сюда… – Поймав падающую девушку и ощущая себя так, будто я не занимался месяц очищением мыслей, я мрачно подумал – надо копить на Запретную секцию. Срочно нужна менталистика…