Автор книги: astiko
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 59 страниц)
Та, которая стала для меня всем, лежала в пугающей луже крови. Стеклянный взор родных голубых глаз был направлен в небо, а рука покоилась возле горла, которое раздирала глубокая режущая рана. Мутными глазами я сумел разглядеть, что ранение было не одно. Она была просто словно решето. Такое же решето как и мое обливающееся кровью сердце.
Ноги больше не держали и я рухнул на колени в лужу крови возле нее. Подойти ко мне никто не решался, да и их же благо. Я находился в агонии от чувства потери, боли, скорби и вины. Это же я, блядь, виноват в том, что с ней случилось! Ее последние слова рикошетом проносились в моей голове. Мразь, какая же я мразь. Влажная дорожка очертила мои щеки. Я хотел сейчас оказаться на ее месте. Сука, как же я желал сейчас сдохнуть.
Так боялся потерять ее на вылазке, а сам просрал свое то светлое, что было в моей жизни из-за своего собственного эгоизма. Я же хотел вернуться, так почему же я этого не сделал? Почему я вообще тогда ушёл, бросив ее одну? Потому что я конченная мразь. И как же сильно я себя сейчас ненавидел.
Человек в белом халате, который сидел рядом с телом, громко сказал, повернувшись в сторону военной полиции:
— Предварительно могу заключить, что смерть наступила от большой потери крови. На теле приблизительно около двадцати ножевых ранений. Смею предположить, что смерть наступила приблизительно в районе часа ночи.
Осознание произошедшего впилось клинками в грудину. Это произошло примерно когда я ее оставил. Руки сжались в кулаки до побеления костяшек. Я молча умирал.
— Да уж, это же каким нужно быть извергом, — почесал голову глава военной полиции Найл Док. — Эрвин, это же девушка из вашего подразделения? Я видел ее вчера с вами на балу.
— Всё верно, это Сия Андина, солдат разведкорпуса и член элитного отряда, — прозвучал бесцветный голос Смита. Он стоял рядом со мной и в знак поддержки положил мне руку на плечо. Он чувствовал, как я дрожу.
— Пошли, Леви. — Я почувствовал, как он помог мне встать. Я был безвольной марионеткой в его руках. Я снова последовал за ним.
Мои чувства отключились, я был пустым внутри. Я остался там, рядом с ее телом, утопая в своем отчаянии и погибая от чувства вины. Теперь от меня ничего не осталось, кроме опустошенного тела с каменным лицом бесчувственного ублюдка.
***
Произошедшее стремительной волной разнеслось по всему разведкорпусу. В замке царила скорбная тишина. Ее знали не так много людей, чтобы искренне скорбеть, но сам факт того, что сослуживец ушел таким страшным образом, да и еще не от рук титана, а за стеной Сина, от рук человека, просто выбивал почву из-под ног. Ребята из элитного отряда закрылись в ее комнате. Я, сидя на диване, отчетливо слышал рыдания Петры и скорбные голоса парней утешающие ее, да и самих себя. И я уверен, что выйдут они оттуда не скоро. Да и не потревожит их там никто.
Ведь капитан сам не собирается никуда выходить.
Бросив встречающим меня ребятам сухую фразу «Сию убили», я умчался в свой кабинет, едва не вышибив дверь. Единственное, что мне сейчас хотелось, это напиться до беспамятства. Дрожащими руками откупорив бутылку коньяка, я судорожными глотками опустошил ее наполовину. Глотку нещадно обжигало, но эта боль и в каплю не сравнится с тем, что происходило внутри. Я горел. Адски сгорал внутри. Облокотившись спиной о стену, я медленно сполз по ней, оседая на деревянный пол. Память жестоко вырисовывала кадры из тех дней, что с произошедшим казались такими далекими…
«— Леви, а ты задумывался над тем, что будешь делать, когда титаны исчезнут? — спросила Сия.
Мы сидели на стене Роза, любуясь красивым закатом. Девушка лежала головой на моих коленях и, смотря в небо, вырисовывала пальцами незамысловатые круги в воздухе.
— Сомневаюсь, что мы застанем это время, — протянул я, любуясь ее умиротворенным лицом.
— Ну, фу, быть таким пессимистом. Я уверена, что мы застанем это время, — и закатив глаза на мое фырканье, продолжила: — Ну, а все-таки, чем бы ты мечтал заняться?
— Возможно бы открыл свою чайную лавку, — ответил я после пары минут раздумья. — А может бы так и продолжил быть солдатом, кто знает…
Она перевела свой взгляд на меня и нежно улыбнулась, заставляя мое сердце пропустить удар.
— Обещаю тебе, Леви, мы обязательно откроем чайную лавку и она будет самой лучшей во всех трех стенах.
— Откроем? — удивлённо вскинул я бровь.
— Разумеется. Или ты планируешь уже от меня сбежать? Так и знала, что рано или поздно я тебя в конец задолбаю, — наигранно печально вздохнула она.
— Не неси чушь. Вероятнее всего ты первая же от меня и слиняешь.
— Ну уж нет, мой капитан. Я от тебя никуда не денусь, уж смирись со своей участью, — беспечно пожала плечами девушка, снова продолжая разглядывать небо.
— А ты чем хотела бы заняться? — решил поинтересоваться я.
Она нахмурила брови, глубоко задумавшись над моим вопросом:
— Знаешь, я бы возможно пошла бы куда-нибудь петь. Думаю, с моим запасом репертуара, карьера бы построилась весьма успешной. Конечно, с моими навыками выживания весьма сомнительно, что я дотяну до спокойных времен.
— И кто из нас еще пессимист? — скептично изогнул я бровь.
— Я реалист, Леви. Вот ты точно застанешь время без титанов, в этом я ни капли не сомневаюсь. Но знаешь, — она снова перевела на меня небесно голубые глаза, — даже если мне повезет и я застану это время, я бы провела его рядом с тобой. Помогала бы тебе развивать свой чайный бизнес. Ведь как бы наша жизнь не сложилась, я хочу чтоб ты помнил, Леви, — она приподнялась на уровне моего лица и прошептала в губы: — Я всегда буду выбирать тебя.»
Судорожно выдохнув, я уже не сдерживал рыданий вырывающихся из груди. Я плакал, плакал беззвучно. На сколько я себя помню, я никогда себе этого не позволял. Но мои стены были разрушены до состояния песка. Сплошная пустыня. Я не знал, что мне делать дальше. Мне просто уже не хотелось ровным счетом ничего, кроме как остановить эту боль. Но нет, она будет со мной постоянно, как гребанное напоминание о том, что я снова выбрал неправильно. Снова облажался.
Снова прильнув к горлышку бутылки, делая громкие глотки, меня как молнией поразила мысль, которая от скорби до сих пор не посетила мою голову.
Какая тварь, и главное за что совершила такое с ней?
========== Надеюсь, там ты будешь счастлива… ==========
— Мне нужен небольшой отпуск, — без лишних приветствий произнёс я, только войдя в кабинет главнокомандующего.
Эрвин посмотрел на меня изучающим внимательным взглядом. Представляю, какую картину он наблюдает. Помятый, взъерошенный, с покрасневшими глазами, некогда идеальный капитан Разведкорпуса. Возможно я выглядел жалко, но мне было абсолютно наплевать на это. Я желал мести. Только это послужило для меня толчком двигаться дальше, найти того ублюдка, который лишил меня дорогого человека и пустить его на корм титанам. Но а лучше, чтобы я убил его сам лично. Медленно, мучительно, слушая крики мольбы о скорейшей смерти. Я никогда не хотел убивать людей, хоть это частенько приходилось делать пытаясь выжить в Подземном городе, но сейчас я желал этого как никогда.
— Леви, тебе нужно успокоиться. Импульсивные поступки до хорошего не доведут.
— Импульсивные? — недоверчиво переспросил я. — Эта мразь на ней живого места не оставила и ты думаешь, что я приму это как должное? Если ты меня не отпустишь, то я сам уйду и плевать мне на последствия. Можешь судить меня за дезертирство, но я найду эту свинью и пущу его кишки, чего бы мне это не стоило.
Я тяжело дышал, пытаясь изо всех сил держать себя в руках. Я очень рассчитывал на понимание Эрвина, но знал, что даже если он будет против, меня это не остановит.
— Леви, тут все не так просто. Поверь, военная полиция углубленно займется этим делом и ты вряд ли сможешь сделать большее чем они. Так как все случилось во дворце аристократа, сейчас найти убийцу задача одна из главных, ибо опасность может поджидать каждого, как они считают. — Эрвин нахмурил брови и опустил глаза в пол.
— Как они считают? А как считаешь ты? — в его словах и интонации я улавливал нечто такое, что заставляло меня напрягаться.
Смит тяжело вздохнул и указал рукой на диван в предложении присесть. Это означало, что разговор вероятнее всего будет долгим. Он явно о чем-то догадывается или что-то знает и это понимание заставляло сжимать челюсти до желваков. Что ты скрываешь, Эрвин Смит?
— Я считаю, что опасность им не грозит, ведь цель была устранена, — устало выдохнул он, облокачиваясь на спинку стула.
Я ошарашено уставился на него, приоткрыв рот. Цель? Это он про нее?
— О чем ты?
— Им нужна была она и они выполнили свою работу. Другим людям ничего не угрожает. Я и сам был слишком наивным, не предполагая, насколько это все может быть серьезно. Вот и расплата за такую беспечность. Мы потеряли очень ценного солдата и я чувствую за это свою вину. Мне жаль, Леви, я искренне тебе соболезную. Я был не настолько слепым, чтобы не видеть, что между вами нечто большее чем отношения командир-подчиненный. Между вами сразу появилась некая искра. И я искренне был рад за тебя, наблюдая, как ты меняешься рядом с ней. — Я болезненно сморщился на этих словах. Зачем он все это мне говорит? — И знаешь, каким бы ты сильным ни был, я действительно беспокоюсь за тебя. Сможешь ли ты пережить эту потерю?
— Если ты думаешь, что я побегу лезть в петлю, то ошибаешься. Это слишком лёгкая и незаслуженная для меня смерть. Я продолжу вариться в этом котле, пока на какой-нибудь вылазке не буду сожран одной из тупорылых тварей.
Эрвин заглянул в мои глаза с крайней серьезностью выискивая в них ответы. Но я сомневаюсь, что он сможет там что-либо разглядеть. Вероятнее всего ничего кроме потухшего безразличного взгляда он увидеть не сможет, хотя проницательности в нем не занимать.
— И ты уверен, что это не случится на ближайшей же вылазке?
Что и следовало ожидать. Слишком умен. Да, я действительно задумывался о том, чтобы покончить со всем дерьмом, захватив с собой побольше этих неразумных тварей. Сперва я жутко разозлился на себя за такие мысли. Я всегда презирал слабых людей, готовых так просто распрощаться со своей жизнью. Но теперь слабым оказался я и навязчивая мысль все больше крутилась в моей голове. Я не ответил ничего на его вопрос, продолжая в ответ смотреть уставшими потухшими глазами. Молчание было красноречивее слов.
Эрвин сложил ладони в замок, оперев на них свой подбородок и задумался. По истечению пары минут, он снова уставился на меня каким-то решительным взглядом:
— А что если я скажу, что она не умерла?
Что? Да как он смеет? Я бы все на свете отдал, чтобы эти слова были правдой. Но глаза меня еще никогда не подводили и не нужно быть профессиональным лекарем, чтобы понимать, что с такими травмами выжить просто не реально. Она была мертва и это неоспоримый и мучительный факт. Злость охватила меня целиком от и так натянутых нервов:
— Что за хуйню ты сейчас произнес? Шутить надо мной вздумал?
— Я не шучу. Это мое предположение, о котором я искренне надеюсь. Но не буду тебя обнадеживать, в этом мире она действительно мертва и мы все это видели. Извини, это я просил ей не рассказывать о себе всю информацию.
Когда он начал рассказывать мне о странниках, я думал, что начал потихоньку сходить с ума. Либо Эрвин съехал с катушек и пытается мне впихнуть какую-то сказку, чтобы мне было немного легче. Легче от понимания того, что она вернулась в свой мир, где нет блядских титанов, каких-либо ущемляющих свободу стен. Где она может спокойно вернуться к своему мужу и зажить той жизнью, которую она заслуживала. Сердце предательски защемило. Но я мысленно дал себе по лицу. Я больше никогда не буду с ней эгоистом. Даже в мыслях. И не важно, что больше я ее никогда не увижу, но я не посмею больше лелеять себя и свои чувства. Уже пошел на поводу у них и вот к чему это привело.
— Подводя итог с фактом ее убийства, мы убедились, что есть люди выслеживающие и устраняющие странников. Ее друг из военной полиции теперь будет действовать более решительно и я уверен, что он любыми способами найдёт их. Именно поэтому я не хочу, чтобы ты вмешивался в эти поиски. Этим уже занимаются те, кто более компетентен в данном вопросе
— Хиро в курсе всего этого? — я до конца не понимал, что происходит. Потом я вспомнил, она же говорила мне, что он из того же мира, что и она. А значит он тоже в опасности и пытался это исправить.
— Да, он занимался поиском информации и за несколько дней до бала сообщил ей, что есть вероятность что существуют люди выслеживающие их. Я просил ее видеться с ним, чтобы узнавать как можно больше информации. Но к сожалению все случилось гораздо раньше, чем мы узнали всю степень опасности для них наверняка.
— Значит, она виделась с ним по твоему требованию? — неприязнь к себе снова сковала все мое нутро.
— Разумеется, ты же не думаешь, что ее бы свободно пропускали на проходной. Раз ты не давал этого разрешения, то оно шло от меня. Я просил ее держать в тайне информацию, пока мы не сможем узнать что-либо наверняка. Это мое упущение. Возможно если бы я посвятил тебя в это дело, она была бы в большей безопасности. Не знаю, сможешь ли, но я прошу простить меня за это.
Я резко встал изо всех сил, пытаясь совладать с эмоциями. Не сказав ни слова, я пулей вылетел из кабинета главнокомандующего и словно в тумане оказался в своем кабинете. Остановившись в середине комнаты, я тяжело дыша схватился за голову. Меня просто всего трясло от злости. В порыве гнева я со всей силы пнул ближайший стул, который от мощи моего удара распался на части. Облокотившись двумя руками о стол, я закрыл глаза, опустив голову. Я был зол на Эрвина, на Сию, но самое больше на себя самого. Какая ирония, это снова случилось. Я снова сделал неправильный выбор, борясь за пустышку. Думая, что все дело просто в обычной ревности, неуверенности, а на самом деле тут все было гораздо серьезнее и глубже. А она ведь собиралась мне все рассказать. И просто ждала момента, когда я буду в трезвом рассудке, ведь скажи она мне все там, как он и просил, вероятнее всего я бы дико разозлился, и скорее всего обидел бы ее своим поведением. Но блядь, лучше бы это было так! Пускай я бы накричал на нее, зацепил бы колкими словами, вел бы себя как озлобленный зверь, но она была бы, мать его, жива! И я бы не отходил от нее ни на шаг, прицепил бы к себе цепями и никого не подпускал и близко. И пока я страдал хуйней, трепя нервы и себе и ей, тот парень действительно пытался что-то для нее сделать.
И все же мне хоть ненамного, но стало легче. Мысль о том, что она все-таки жива грела душу. Пускай там она будет счастлива. Я искренне всей душой надеялся на это.
Тяжело вздохнув, я скептически осмотрел кабинет и брезгливо сморщился:
— Тц, ну и свинарник.
С этими словами я принялся за уборку. Нужно срочно навести порядок и в кабинете и в своей голове. Иначе здраво рассуждать не получится, а лишние эмоции в моем случае играют со мной обычно злую шутку.
***
Погода радовала солдат ярким солнцем и приятным весенним теплом. Жизнь кипела на территории штаба. Кто-то выгуливал своих лошадей, некоторые сидели за уличными столами, о чем-то оживленно болтая, чей-то отряд направился в сторону леса оттачивать свои навыки пространственного маневрирования. Лишь незримая туча накрывала отряд на тренировочной площадке. С того злополучного дня прошел месяц. Я не был на ее похоронах, просто не смог себя осилить появиться там. Я максимально настроил себя, что она жива в своем мире и поэтому хоронить ее казалось мне диким. Похоронить же ее для самого себя казалось мне невозможным. Как ни старался, я не мог забыть о ней, да и в глубине души не хотел. Ребята ходили к ней каждую неделю, захватывая с собой гитару. Они тосковали и таким способом пытались облегчить свою скорбь. И я их поддерживал в этом, каждый справляется с потерей по своему.
Наблюдая за тем как ребята оттачивают навыки рукопашного боя, я снова погрузился в себя. Со мной это случалось довольно-таки часто. Словно таким способом я пытался абстрагироваться от всего происходящего. А память мне в этом услужливо помогала:
«— Черт, я конечно знала, что раздражаю тебя, но не думала что настолько, что ты захочешь меня убить, — простонала Сия поднимаясь с земли и отряхивая с себя песок.
— Хватит ныть. Ты очень невнимательная и это мешает правильно отразить удар, — хмуро сказал я.
— Да его у тебя отразишь, конечно. Сравнил жопу с пальцем. У меня, обычного человека, против тебя никаких шансов, — она резко закусила губу, отведя взгляд.
— Я по твоему необычный человек что ли?
— Ну знаешь, с твоими умениями в этом начинаешь сомневаться, — она пустила нервный смешок и, сделав шаг ко мне, резко сморщилась. — Черт.
— Все еще болит? Это же какой нужно быть неуклюжей, чтобы сломать ногу упав с лестницы.
— Если бы кто-то не заставил того солдата вымывать лестницу, я бы и не упала. Он же залил её что и шага спокойно не сделаешь. Хоть бы табличку ставили, что-ли: «Аккуратно, тут мокро», — раздраженно процедила Сия, разминая ногу.
