Текст книги "Калгари 88. Том 11 (СИ)"

Автор книги: Arladaar

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)

Арина неожиданно поняла, что они в одежде сильно отличаются друг от друга: она сегодня пошла на тренировку в шортах, спортивной майке и кроссовках, да ещё и вельветовая спортивная сумка с надписью USSR через плечо, что совсем не подходило к официальной одежде Серёги Николаева. Однако разве когда-либо такой незначительный факт являлся преградой к свиданию?

– Ты столько вопросов задала, я даже не знаю, как отвечать, – улыбнувшись сказал Серёга, и огляделся. – Давай по аллее прогуляемся, на лавочке посидим. Поговорим не спеша. И, кстати, давай твою сумку.

Серёга взял сумку, закинул её на плечо, протянул локоть Арине, и парочка неспешным шагом отправилась по аллее, засаженной берёзами и рябинами. По всей аллее тянулись лавочки, а в её начале стояли два прилавка под тентами, к которым от ближайшего дома были проброшены провода. За одним прилавком продавали мороженое, за другим – газировку в стаканах.

Серёга спросил Арину, что она будет, купил два стакана дюшеса по 3 копейки, потом, после того как дюшес был выпит, купил два пломбира в вафельных стаканчиках за 20 копеек.

– Теперь можно и посидеть, поговорить не спеша, – улыбнулся Серёга и показал на ближайшую лавочку. – Прошу.

Сначала минут пять были полностью поглощены вкуснейшим мороженым, а потом наконец перевели дух. Как классно-то! Прекрасная погода, на улице жара, которая так и манит окунуться в речку где-нибудь на пляже, легкий ветерок, бегающие дети, родители, прохаживающиеся с колясками, сидящие на лавочках бабушки и дедушки. Идиллия! Советское государство во всей красе!

– Ну-ка, рассказывай, что новенького? – с интересом спросила Арина.

– Особо ничего! – смутился Серёга. – В мае в чемпионате мира участвовал, ездил в Америку. Дошёл до полуфинала, проиграл кубинцу Теофило Стивенсону по очкам. Категория свыше 91 килограмма. Силён, зараза… Тренеры меня чуть со света не сжили. «Нас работы из-за тебя лишат!», «Партбилеты на стол положим!».

Арина внимательно посмотрела на Серёгу, надеясь что он шутит. Но шутит ли он? Ходили слухи что в ЦСКА очень болезненно относились к поражениям своих спортсменов, особенно сборников.

– Серёж, четвёртое место – это тоже хорошо! – осторожно сказала Арина и положила Сереге руку на колено, как будто подбадривая. – Всё у тебя ещё будет! Москва не сразу строилась!

– И то правда! – рассмеялся Серёга. – Сейчас готовимся к Играм Доброй Воли. Они уже начались, скоро соревнования по боксу будут.

– Скоро? – недоумённо спросила Арина. – И ты в них будешь участвовать?

– Конечно! – улыбнулся Серёга.

– Но… Как…

Арина хотела спросить, почему он тогда не тренируется сейчас, ведь это казалось очевидным, но Серёга предвосхитил её вопрос.

– Хотел увидеть тебя, – просто ответил парень. – Иначе бы ничего не получилось.

В глазах парня была безмерная доброта и, наверное, то чувство, что издревле называется «любовь»…

Глава 20
Новые обстоятельства

Посидев в аллее и поговорив о всяком, Арина с Серёгой решили прогуляться по городу. Шли как парочка, держась за руки. Попадающиеся навстречу люди с интересом смотрели на них. Кто-то узнавал Хмельницкую, ведь она была очень колоритная и заметная, кто-то узнавал Серёгу Николаева, такого парня тоже трудно не заметить. Многие здоровались.

– Скоро весь город будет знать о нашей дружбе, – смеясь, сказал Серёга.

– Это же хорошо! – рассмеялась Арина. – Твои фанаты и мои объединятся.

Так хорошо ей уже давно не было. Неожиданно отпустили все печали и заботы, терзавшие её последнее время. Куда-то пропала иногда накатывающая грусть, на сердце легла радость и ощущение всего прекрасного, что есть в этой жизни. Она поняла, что даже если они большую часть времени разделены с Серёгой тысячами километров, всё равно они рядом.

Потом сходили в кафе, потом в кино, потом Серёга проводил её до автобусной остановки. Пока стояли, несколько раз пропускали автобусы по надуманным причинам: то подходил якобы полный, то старый, то грязный. Серёга хотел проводить до самого подъезда, но Арина сказала, что не нужно.

– Там есть кому встречать! – с улыбкой сказала она. – Целая толпа девчонок и мальчишек, которые только и ждут, чтобы втянуть меня в какую-нибудь авантюру. Одна из них – Анька Фролова, глава моей фанатской поддержки. Девчонка хоть и шустрая, баловная, острая на язык, но на деле очень хорошая. Она весь день там во дворе гуляет, увидит, будет язвить потом.

– Ну что ж, тогда до завтра, – улыбнулся Серёга. – Встречу тебя также, прогуляемся, а потом вечером я полечу в Москву.

– Ты же сказал, приехал на неделю, – заметила Арина и тут же поняла, что ни на какую неделю Серёга Николаев не прилетел. Прибыл он всего на пару дней, чтобы только повидать её.

– Надо лететь, меня команда ждёт, Игры на носу, – смущённо сказал Серёга и отвёл взгляд. – Люда, я бы не хотел, но… Надо.

– Я, кстати, кажется, на следующей неделе тоже вылетаю в Москву, – заявила Арина. – У меня будут сборы в Новогорске с командой по фигурному катанию. Так что… А! Вот вроде бы, хороший автобус!

Серёга улыбнулся, приобнял Арину, поцеловал в щёку, и, когда подошёл автобус, отдал ей сумку. Когда Арина села на место у окна и улыбнулась через стекло, помахал ей рукой. Икарус тронулся и, рыча, и плюясь чёрным дымом, неспешно потащился в сторону вокзала и далее, через городскую больницу, в Рабочий посёлок. Серёга остался стоять на остановке, улыбаясь и о чём-то думая.

…Утром в четверг Арина собиралась на тренировку и захватила с собой одну вещь, о которой думала очень часто: мужскую туалетную воду Christian Dior Fahrenheit, купленную в свердловском магазине «Берёзка». Точно такую же она купила отцу, другие не понравились ей. У Арины были свои предпочтения в мужской парфюмерии.

Так как подавляющую часть своей жизни она встречалась с людьми, обладающими определённым весом в обществе, иногда управляющими целыми странами, то заметила, что они пользуются парфюмом с тяжеловатыми вечерними ароматами: сандал, кедр, гвоздика, восточные благовония, мускус, пачули, бергамот. Эти ароматы как нельзя лучше передавали властность, элегантность и благородство. Именно такие ароматы у мужчин ей очень нравились. Именно такой была туалетная вода Christian Dior Fahrenheit, красивая чёрно-красная коробка которой, перевязанная подарочной упаковкой и лентой, лежала у неё в спортивной сумке. Осталось только вручить её. Причём вручить так, чтобы тренер не обиделся и не подумал, что это взятка или подачка, ведь на самом деле это был подарок от чистого сердца. Арина решила подарить туалетную воду после тренировки, чтобы потом по быстрому смотаться и никому не стало неловко. Если Левковцев, конечно, приехал и придёт на тренировку.

…Естественно, он пришёл, даже на перекличку. Когда ученики привычно выстроились в ряд в коридоре, дверь тренерской открылась, и вышли Владислав Сергеевич с Викторией Анатольевной. Оба в спортивных костюмах Adidas, оба весёлые и улыбающиеся. Похоже, только что говорили о чём-то позитивном.

– Здравствуйте, ребята, вот и я, – улыбнулся Левковцев. – Скучали? Начинается рутина: все по одному на взвешивание!

Фигуристы начали по одному заходить в тренерскую, и вскоре пришла очередь Арины. Тренер сидел в кабинете и листал какую-то тетрадь, похоже, с записями, которые вела Виктория. Увидев, что вошла Арина, улыбнулся.

– Здравствуй Люда, Виктория Анатольевна говорит, у тебя успехи хорошие.

– Ну… Как бы да… – неуверенно ответила Арина и пошла к весам, но тренер остановил её.

– Не нужно. Сегодня обойдёмся без этого! – заявил Левковцев. – Вижу, что ты в хорошей форме. Садись. Нужно поговорить о ближайшем будущем.

Дождавшись, когда Арина села на стул напротив, Левковцев начал говорить.

– О самом важном. С 22 по 30 июля в учебно-тренировочном центре «Новогорск» состоятся сборы команды по фигурному катанию. В них будут участвовать все спортсмены сборной команды: и юниоры, и взрослые, и одиночники, и парники с танцорами, как основной состав, так и запасной. То есть народу будет порядочно, человек 60 фигуристов и столько же тренеров. Естественно, сборы посетят ответственные лица из федерации и комитета по физкультуре и спорту. Вылетать мы будем двадцать первого числа.

– Что будет происходить на сборах? – спросила Арина. Она, конечно знала, что там будет, так как неоднократно участвовала в них в своём времени, но решила поинтересоваться: вдруг здесь есть какие-то изменения.

– В сборы будут входить сдача нормативов по разным видам спорта, и общая готовность к сезону. На ледовой арене тоже будут тренировки, скорее, похожие на предварительный экзамен к контрольным прокатам. Нам нужно к ним подготовиться. Речь, конечно, не идёт о тройных прыжках, но хореографически программы должны быть выкатаны. Почему, собственно говоря, я по телефону и дал указание Виктории Анатольевне проводить с вами прокаты коротких программ. Всё для тебя, Люда.

– Спасибо большое за ваше участие, – вежливо сказала Арина. – Я могу идти?

– Иди на ОФП, – согласился Левковцев. – Я сейчас подойду.

… После взвешивания Левковцев отдал распоряжение Горинскому начинать общефизическую подготовку, а сам отправился в кабинет к директору. На планёрке не стал обращаться к нему, так как народу было много: даже после планёрки многие тренеры остались – как всегда, что-то просили у отбивающегося изо всех сил Каганцева. Сейчас настало самое время поговорить.

Левковцев постучал в дверь, получив ответ, зашёл в кабинет. Каганцев собрался попить кофейку, но, увидев тренера по фигурному катанию, закрыл сейф.

– Что-то хотели, Владислав Сергеевич? – вежливо спросил директор ДЮСШОР. – Присаживайтесь, в ногах правды нет.

– Вы знаете, Владимир Иванович, я общался на семинаре в Москве с очень авторитетными специалистами в своём виде спорта, – Левковцев сел напротив директорского стола, положил на него правую руку и побарабанил пальцами по столешнице. – Безусловно, это общение пошло мне на пользу. У меня коллеги спрашивали, почему в нашей секции нет представителей других видов фигурного катания: спортивных пар и танцев на льду. Таким образом мы упускаем из виду большой пласт современного спорта. Я, естественно, ответил, что у нас нет столько спортсменов, которые могли бы заниматься этими видами фигурного катания.

– Вот как? – неожиданно заинтересовался Каганцев. – И что вам сказали на этот довод?

– Мне сказали, что нужно поступать так же, как поступают абсолютно все тренерские школы: переводить в парники и танцоры бесперспективных одиночников, – заявил Левковцев. – Я знал этот подход, но не считал его приемлимым из-за относительно низкой наполненности юниорской секции. Но московские тренеры меня переубедили. Нам нужно попробовать так сделать. Чем больше наши ученики будут представлены на областном и общесоюзном уровне, тем лучше.

– В этом я ничуть не сомневаюсь! – закивал головой Каганцев. – Но давайте взвешенно посмотрим на действительность. У нас в школе нет даже ни одной девушки-мастера спорта. То есть, чемпионат города проходит без этой дисциплины. Нам в первую очередь нужно подтянуть уровень девушек, чтобы у нас появились свои мастера спорта. Хмельницкая это конечно ого-го! Но… Как сами понимаете, она уже принадлежит не нам, а стране.

– Новая смена на подходе! – заверил Левковцев. – Авдеева, Муравьёва вполне могут стать кандидатами в мастера спорта в этом сезоне: все серьёзные соперницы на областном уровне перешли во взрослый разряд. Осталось только натренировать тройные прыжки. Я не говорю, что эти звания в кармане, но шанс получить вполне реален. А из КМСов в мастера прыгнуть полегче. Я плотно займусь этим. Опять же, вы говорите, Хмельницкая… В этом году мы вполне можем первый раз провести розыгрыш медалей в женском катании, заявив на него Авдееву, Муравьёву и Хмельницкую. Им уже исполнилось 15 лет. Если мы с Зоей и Жанной возьмём звания мастеров спорта в начале сезона на каких-нибудь зоналках, то вполне можем провести чемпионат Екатинска во взрослом разряде. У нас будет три взрослых фигуристки-мастера спорта.

– Но это же абсурд, – рассмеялся Каганцев. – Три человека: три медали. Да и всё это как-то… авантюрой попахивает.

– Именно так раньше и было бы, – согласился Левковцев. – Однако не забывайте, что мы можем сделать этот чемпионат открытым, по примеру свердловчан. Новый ремонт арены дал нам возможность размещать девять судей, арена сейчас полностью соответствует всем требованиям для проведения региональных соревнований. Скажу даже больше того, по техническому оснащению она соответствует самым лучшим клубам Москвы, в которых во время семинара, естественно, я побывал. На ней и общесоюзные соревнования проводить можно! Отличие нашей арены от московских только в том, что количество зрителей 500 человек, этого недостаточно для проведения общесоюзных соревнований.

– А как будет с финансированием соревнования? Это же билеты участникам, гостиница, призы, – с беспокойством спросил Каганцев. – У нас денег нет!

– Финансирование таких мероприятий, естественно, пойдёт со стороны Федерации фигурного катания, – заверил Левковцев, показывая, чтобы директор ДЮСШОР не беспокоился.

– Ну хорошо, с открытым чемпионатом вполне реализуемый план, как я понимаю, – согласился Каганцев. – На это я даю добро. Какие могут быть подводные камни в реализации этого проекта?

– В таком статусе заявку нужно будет отдавать заранее, не менее чем за два месяца, – подумав, ответил Левковцев. – Перед Новым годом мы уже должны знать, сможем ли организовать его.

– То есть, вы хотите сказать, что вам нужно точно знать, смогут ли до этого времени Авдеева и Муравьёва получить звания мастеров спорта? – уточнил Каганцев. – Ведь всё дело в этом?

– Правильно предположили! – согласился Левковцев. – Если к новому году я не добьюсь такого результата, значит, отложим на год. Но это нежелательно, сами понимаете: в феврале будет Олимпиада, и всё внимание будет притянуто к ней. Хотя… Возможно, наоборот, на этой волне наши фигуристки блеснут.

– А как быть с вашим первым предложением: с танцами на льду и спортивными парами? – напомнил Каганцев.

– Я сегодня предложу ребятам, особенно тем, у кого особых результатов в спорте нет, попробовать себя в этих видах фигурного катания, – пожал плечами Левковцев. – В секции у нас есть такие фигуристы.

– А тренировать их вы сами будете? – поинтересовался директор ДЮСШОР.

– На первых порах сам, – согласился Левковцев. – Но понимаете, это повлечёт большую занятость. У меня много времени будет уходить на персональную работу с Хмельницкой. Даже не то что работу: с ней придётся очень много ездить на соревнования, сборы и мероприятия. Нам нужна ставка ещё одного тренера по фигурному катанию.

– Владислав Сергеевич, – рассмеялся Каганцев и откинулся в кресле. – У вас уже в секции два тренера на полную ставку, плюс помощник тренера на полставки. И вы ещё хотите просить ставку тренера? Но это ведь не я решаю. Разве мне жалко, что у нас появятся новые люди, новые преподаватели? Такие дела нужно решать в Москве. Я отправлю заявку в комитет по физкультуре и спорту. Не знаю, как решат.

– Я уверен, что решение будет вполне положительным! – заверил Левковцев. – В дополнение напишите, что это я попросил.

Каганцев с интересом посмотрел на тренера по фигурному катанию. Похоже, авторитет у него всё больше возрастал…

…Общефизическая подготовка 10 июля 1986 года в секции фигурного катания ДЮСШОР-1 запомнилась причастным лицам надолго. Левковцев зашёл в помещение тренажёрного зала, попутно размышляя, кого же отрядить в парники. Задумал он начать с парного катания, как более привычного себе. Впрочем, по срокам это особо не горело, но всё равно ребят оповестить о грядущих планах было необходимо.

Посидев и подумав, правильно ли он делает, хватаясь сразу за много дел, Левковцев полистал тетрадь, отметив про себя правильность подхода Виктории Анатольевны к тренировочному процессу. Потом оценивающим взглядом посмотрел на учеников.

– Ребята, хочу сделать одно объявление, – сказал тренер. – Я решил открыть в нашей секции новое направление подготовки: парное катание и танцы на льду. Я был на семинаре в Москве, и заслуженные коллеги поинтересовались у меня, почему мы не занимаемся этими перспективными видами фигурного катания. Я решил, что действительно, в этой жизни нужно пробовать многое. Поэтому делаю объявление: все, кто желает освоить новый для себя вид фигурного катания, подумайте, посоветуйтесь с родителями и дайте взвешенный ответ. В первую очередь это касается Нины, Натальи и Ольги. А также ребят-юниоров: Данила, Егора и Алексея. Подумайте хорошо. Перед вами открываются новые возможности.

– А зачем это нам? – сказал Данил, тряхнув копной белокурых волос.

Левковцев внимательно посмотрел на воспитанника: парнишка способный, высокий, симпатичный, чемпион Екатинска прошлого года в категории юниоров. Есть все задатки для парного катания. Судя по росту в 170 и длинным рукам и ногам, вытянется ещё больше, может даже до 180 сантиметров: идеально для парного катания. А в пару ему… Нет, Нина довольно плотная и тяжёлая. Убьёт парню позвоночник. А вот Наташка и Ольга – идеал. Тонкие, звонкие, по 13 лет, и вроде бы, без склонности к особому росту.

– Затем, что парное катание – самый популярный вид фигурного катания в нашей стране, – объяснил Левковцев. – Многооборотные прыжки большой сложности прыгать не нужно, на первых порах даже с двойными можно выигрывать региональные и союзные соревнования. Главное: парные элементы. Если в одиночном катании продвижение не получается, можно попробовать в парном. На сегодня я вижу в нём большие возможности. Вы сейчас юниоры, и время для переучивания ещё есть.

Однако, как Левковцев и ожидал, однозначного чёткого ответа на своё предложение не получил. Переход от одиночного катания в парное или в танцы на льду всегда был сложным, и в первую очередь психологически. Нужно было осознать, что в одиночном тебе ничего не светит. Для многих спортсменов это был очень сложный шаг. Многое зависело и от родителей, особенно девушек: не все были согласны, чтобы их кровинушку кидали и швыряли на лёд или провозили на высоте в два метра над головой.

Впрочем, Левковцев никого никуда не гнал, это были, по сути дела, лишь мысли вслух и планы на будущее. Сейчас нужно было сосредоточиться на подготовке к сезону, на накатывании поставленных программ. Потом они поедут с Хмельницкой на сборы, где наверняка выяснятся другие подробности по подготовке к сезону. После сборов Левковцев планировал разучивать с Хмельницкой тройной риттбергер, чтобы включить его в произвольную программу. Такие планы были у Владислава Сергеевича на конец лета.

В целом Левковцев тренерским семинаром был доволен и полнился впечатлениями до сих пор, недаром идеи самого разного толка так и фонтанировали из него: попав в среду профессионалов высокого уровня, он подчеркнул многое из их работы, бывал на катке в ЦСКА, в химкинском «Динамо», где смотрел, как устроено всё, как тренируются известные спортсмены. Видел даже Маринку Соколовскую на льду. Бывшая ученица, увидев бывшего тренера в компании с несколькими другими специалистами, в том числе и вместе со своим нынешним тренером Станиславом Жуком, от неожиданности сначала растерялась и прекратила кататься, но тут же, к большому удовольствию Левковцева, подъехала к бортику и радостно улыбнулась.

– Владислав Сергеевич, как я рада вас видеть!

– Я тоже рад тебя видеть, Марина, в добром здравии и в хорошем физическом состоянии, – улыбнулся в ответ Левковцев.

Разговора, естественно, не получилось, так как присутствовали другие тренеры. Но Левковцев ощутил прилив тепла и гордости: всё-таки его Маринка, которую он воспитал с 4-х лет и выучил кататься на коньках, производила большое впечатление даже на московских тренеров…

Глава 21
Весточка от родителей

Тренировка протекала как обычно: закончили контрольные прокаты коротких программ все оставшиеся участники старшей группы, потом перешли к точечным отработкам элементов. Опять выявились старые проблемы, скорее относящиеся к хореографии: не дотянутые руки и ноги, некрасивые позы, недодержанные обороты во вращениях. Предстояло очень много работы. Однако Левковцев признался себе: всё время, пока он отсутствовал, Горинский и Дайнеко время даром не теряли, учитывая, какой невысокий уровень катания был у спортсменов во время первой тренировки и какой стал сейчас, по истечении 10 дней. Как говорится, небо и земля. Учитывая, что до контрольных прокатов ещё полтора месяца тренировок, это давало надежду на более успешную подготовку к надвигающемуся сезону, отличную от той, что получилась в прошлый раз.

После того как тренировка закончилась, Левковцев отпустил Викторию на обед, а сам отправился в тренерскую передохнуть. Неожиданно рядом с раздевалкой к нему обратилась Хмельницкая. В руках у воспитанницы был красивый пакет, похоже, купленный за границей.

– Владислав Сергеевич, можно вас на пару минут? – покраснев, спросила Люда.

– Да, Люда, слушаю, – с большим удивлением откликнулся тренер.

– Я не знаю, принято здесь это или нет, я… – было видно, что девушка совсем засмущалась и понесла какую-то околесицу. – Я очень благодарна вам за то, что вы занимаетесь мной, очень благодарна за то, что вы привели меня к чемпионству области, союза и мира. Я хотела бы поблагодарить вас за ваш вклад в моё спортивное развитие. Примите небольшой презент. На память, так сказать.

Люда протянула тренеру пакет и совсем засмущалась. Конечно, Левковцеву было очень неловко: никакие презенты он никогда не принимал ни от родителей, ни, тем более, от спортсменов, но заставлять ученицу смущаться ещё больше он не хотел. Поэтому пакет взял.

– Спасибо огромное, Люда, – неловко улыбнулся Левковцев. – Ты большая молодец. Я тебе очень благодарен, за то, что ты есть и что ты ученица нашей школы. Что ты моя ученица.

Люда радостно засмеялась, неожиданно подбежала к Левковцеву, обняла его, и так же быстро скрылась в раздевалке. Всё произошло буквально за пару секунд. Левковцев улыбнулся, покачал головой и отправился в тренерскую. Вот из таких приятных минут тоже состоит работа тренера. Хотя бывают они очень и очень редко…

В тренерской Левковцев достал из пакета упакованную в подарочную плёнку туалетную воду «Fahrenheit» от Christian Dior и поставил на стол, не зная, что делать дальше. Эта вода стоила, как минимум, его зарплату. Ну хорошо, пусть половину зарплаты. И как вот реагировать на такие подарки? Очевидно, что Хмельницкая купила его в магазине «Берёзка», потратив свои призовые деньги. Но всё-таки…

Не придя ни к какому выводу, Левковцев осторожно вытащил воду из коробки. Даже красно-черно-оранжевый бутылёк был прекрасен и совсем не похож на то, что продавали в советских магазинах. Левковцев попробовал брызнуть на спортивный костюм, и внезапно по тренерской разнёсся такой насыщенный, яркий аромат, которого он никогда ещё не чувствовал. Он словно окрасил в яркие цвета унылую тренерскую, как обычно, заваленную бумагами, методическими пособиями, книгами по тренировкам, и прочей дрянью. Этот аромат пах заграницей. И Левковцев вдруг подумал, что визиты за границу могут быть постоянными. Нужно лишь упорно работать…

… – Я так думаю, ты сегодня опять решила нас продинамить? – с пониманием спросила Муравьёва.

– С чего ты решила? – поинтересовалась Арина. – А ну, отвечай, мне очень интересно.

Хотя… Можно было и не спрашивать, Арина была уверена, что по её внешнему виду было всё видно. Когда пришли в раздевалку и начали переодеваться, на неё всё больше нападал какой-то тремор, какое-то волнение. Ведь сейчас опять будет свидание с Серёгой Николаевым! От наблюдательных девчонок, которые постоянно наблюдали, что делает знаменитая Люська, естественно, эта «дрожь земли» не скрылась.

– Я вам всем завтра куплю столько мороженого, сколько вы съедите! – пообещала Арина. – Но сегодня действительно, я тоже не смогу. Прошу понять-простить.

– Правда? Купишь столько, сколько мы съедим? – радостно спросила Анжелика. – Ловим на слове!

В этот раз девчонки наблюдать за ней не стали, вышли весёлой компанией и отправились в сторону аллеи, в которой вчера сидели Арина с Серёгой. Наверное, решили тоже поесть мороженого и посидеть на лавочке. Сегодня Арине и Серёге вход туда был закрыт.

– Привет! – с обратной стороны ДЮСШОР к Арине подошёл Серёга. – А я сегодня так и подумал, что ваши пойдут не в эту сторону. И я тебе…

Арина вдруг увидела, что у Серёги руки спрятаны назад.

– Люда! Это тебе! – Серёжа протянул Люде букет из пяти белых роз.

Букет был завернут в подарочную упаковку. Больше в нём ничего не было, никакой травы, улучшающий дизайн букета. Но при всей простоте смотрелся букет шикарно. Розы хоть были небольшие, но очень красивые. Люде сразу пришла на ум песня Шатунова «Белые розы». Можно было пропеть её, да вот только песня эта будет звучать только через пару лет…

– Спасибо огромное! – покраснела и засмущалась Арина. – Ты очень милый, и хороший.

Потом опять гуляли остаток вечера, сходили в кафе, в кино и точно так же распрощались на автобусной остановке, до последнего выжидая подходящий автобус. Романтика! Сейчас они уже не знали, когда встретятся.

– Мне сегодня тренер сказал, я поеду в Москву только 21 числа, – заявила Арина. – Пробуду там до тридцатого. Наверное, жить будем в Новогорске.

– Я хорошо знаю этот учебно-тренировочный центр, сборы проходили там постоянно! – заверил Серёга. – 19 числа Игры доброй воли уже закончатся. Я попробую договориться с тренером, возможно, если выиграю на играх медаль, смогу отпроситься на недельку там пожить, якобы на тренировке. Наши так делают иногда, чтобы от общаги откосить и от части.

Люда улыбнулась в ответ. Похоже, сборы, которые обычно бывали очень тяжёлыми, в этот раз намечались более интересные…

…Букет, подаренный Серёгой, с которым Арина ходила сегодня как минимум 3 часа, уже начал слегка подвядать, когда она добралась до Рабочего посёлка. Так мало этого, его ещё и увидела глазастая Анька, которую Оксана Ивановна уже пятый раз за день безуспешно звала домой.

– Я сейчас спущусь и хворостину возьму! Кто-то давно по заднице не получал?– крикнула из окна будущая бабушка. – Аня, ты испытываешь моё терпение? Марш домой! Весь день не евши – не пивши.

– Щщас! Скоро! Последний раз! – тонко пискнула Анька, на одной ноге прыгавшая по классикам. И надо же было в это время как раз проходить мимо Арине.

– Люська, привет! – крикнула Анька и сразу же увидела букет. – Это тебе чё, жених твой подарил? Кто таков? С Максом уже не мутишь?

– Вообще-то невежливо такие вопросы задавать! – строго ответила Арина. – Я вижу, ты от безделья мучаешься. С мамой говорила насчёт катка?

– Нет! – пискнула Анька и лукаво посмотрела на Арину. – Забыла!

– А я вижу, что ты врёшь! – заметила Арина. – Как я могу говорить насчёт тебя с тренерами, если ты не поставила в известность родителей?

– Завтра поговорю! – хихикнула Анька.

Арина махнула рукой и отправилась домой. Спорить попусту не хотелось: устала за день и физически и эмоционально. Ещё и Серёга… Сейчас унесёт его самолёт в Москву и что будет дальше, неизвестно…

…Вечером, в 22 часа, когда Арина за столом готовилась чертить макеты короткой и произвольной программ, расставив элементы на листке бумаги, позвонила мама. Звонок прозвучал междугородный, и это мог быть кто угодно, учитывая, что она сейчас сборница, но Арина почему-то догадалась, что это именно она.

– Привет Люда! – мамин голос казалось, пробивался издалека и звучал как из подвала. – Звоню с городской телефонной станции. Как твои дела?

– Привет, мама! – обрадовалась Арина. – Всё хорошо! Всё просто прекрасно! Тренируюсь, вечерами читаю, слушаю музыку. Всё как обычно. Готовлю себе только завтрак, всё ещё ем тефтели, которые ты приготовила. Но в выходные что-нибудь сварю. Ничего не забываю, выключаю свет, воду, окна, захлопываю дверь, когда ухожу, стараюсь не забыть ключ.

– Это прекрасно, что тебя не покидает чувство юмора! – засмеялась мама. – По голосу вижу, что всё в порядке.

– Как вы там? Как папа?

– С нами всё в порядке! – заверила Дарья Лонидован. – Ходим на пляж, загораем, купаемся в море, едим фрукты, барабульку и чурчхелу. Жалеем, что ты не с нами! Тут очень классно!

– Я очень рада за вас, – заявила Арина.

– А я вот за тебя не рада, – голос мамы стал грустным. – Иногда забудемся, а потом сразу же вспоминаем тебя, как ты там, что ела, как спала.

– Мама, я уже взрослая! – решительно сказала Арина. – Рано или поздно мне нужно взрослеть. Папа с тобой?

– Со мной, сейчас он с тобой поговорит.

– Привет, зайка! – раздался в трубке радостный голос папы. – А я вот, наоборот, говорю маме: хорошо, что ты на время осталась одна. Так и проявляется в человеке ответственность.

Сразу же недалеко от телефона послышался возмущённый голос мамы, похоже, что-то возражавшей ему в давнем споре, и Арина улыбнулась. Поговорив с родителями ещё немного, она сказала, что ей пора спать.

– Хорошо, малышка, – на прощание сказала мама. – Давай, до завтра. Снова позвоним.

Арина положила трубку, и отправилась в свою комнату. Настроение было хорошим. Если родителям хорошо, то и ей хорошо… Но предстояло очень много работы. Зря мама и папа думали, что она тут мается от безделья. Дела ей предстояли самые серьёзные… Нужно было составить план программ с расстановкой элементов. Сейчас Арина подходила к этому делу очень серьёзно, именно так, как составляли чемпионские программы Бронгауз и Аделия Георгиевна, которые всегда ставили во главу постановки единство, контраст и нарастание. И они создавали шедевры!

«Единство» в постановке означало то, что вся программа должна смотреться цельной тематикой: если начала катать сальсу, то программа сальсой и должна закончиться, и не скатиться в другой стиль, например, в танго.

«Контраст» являлся полной противоположностью единства. Ведь если делать одни и те же движения всю программу, она не заиграет, не понравится судьям и зрителям. Программа должна чередовать разные моменты, перемещения в пространстве в разных направлениях, чередовать высокие и низкие позиции, различные шаги и спирали.

«Нарастанием» тренеры называли смену групп элементов и связок в такт музыки, которые могли исполняться быстрее или, наоборот, медленнее, и заканчивались, как правило, статичной позицией или эффектным движением. Поэтому для фигурного катания всегда очень ценилась музыка, которая на протяжении нескольких минут меняет темп, имеет яркие акценты и даже участки абсолютной тишины. В эти моменты можно как раз и вставить начало или окончание «нарастания». Поэтому-то Арина для произвольной программы и сделала музыкальное сопровождение из трёх разных разных участков балета «Египетские ночи».