Текст книги "Своё место (СИ)"

Автор книги: . Анна Дарк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 34 страниц)

– У тебя сердце воина, – послышалось вдруг, заставив меня замереть. – Сильные даже больно упав, вновь поднимаются и идут вперёд с гордо поднятой головой, а слабые сдаются. Ты сильная и храбрая девушка. Моё уважение.

Всё это Кастиан произнёс привычно тихим шелестящим голосом, а потом убил на повал неожиданно слегка поклонившись.

А ещё с его слов мне хотелось горько рассмеяться. Сильная и храбрая? Ах, если бы! Я всего лишь дикая лесовичка, которую не научили признавать авторитеты и общаться с людьми. Из-за чего я постоянно совершаю глупые ошибки и нарываюсь на неприятности.

– Ошибаешься, – обронила я, невесело усмехнувшись. – У меня всего лишь нет выбора. Я или буду бороться, или очень скоро погибну.

– Многие предпочли бы сдаться, – мне послышалось, или он усмехнулся.

– Я не многие, – ответила, ощутив укол тоски.

Чужая в этом мире аристократов, лишняя везде, кроме родного леса. Есть ли где-то место, где я буду своей? Встречу ли я людей, что примут мен такой, какая есть?

– И этим выгодно отличаешься, – прошелестел Кастиан.

Ничего отвечать на это не стала. Ещё раз поблагодарив на автомате, поспешила уйти. Странный разговор. Саму себя я не считаю какой-то особенной в хорошем смысле слова, скорее я чужеродный элемент в здешних реалиях.

В дверях столкнулась Шаоном. Чудом не налетела на него всем телом. Он кинул на меня такой мрачный, полный ярости взгляд, что я чудом не шарахнулась в сторону. И в целом он выглядел как человек полный бессильной злости и обречённой тоски. Похоже, властный отец был сильно недоволен и хорошо пропесочил заигравшегося отпрыска.

Не моё это дело, своих проблем хватает. Не до выяснения причин недовольства братца. Выжить бы… А ему полезно, иногда получить трёпку.

***

Этот день явно решил, что мне мало досталось. Иначе я не знаю, как ещё расценивать вызов к ректору, поздно вечером. Ужин остался позади, я спокойно готовилась к завтрашнему дню, заканчивая переписывать конспекты Джали, как раздался стук в дверь. Открывать пришлось мне, так как Анноли отсутствовала, Талина с Денизой намазали на лицо какую-то вонючую дрянь коричневого цвета и скорее выпрыгнут в окно, чем покажутся кому-то в таком виде.

Там обнаружился апатичный слуга, который передал мне распоряжение явиться к начальству. Неужели снова проблемы? Не хочет ли, ректор выставить меня виноватой во всём произошедшем? А что, удобно и снимает львиную часть ответственности – девица вела себя вызывающе, постоянно оскорбляла и провоцировала достойных людей, а значит и наказывать надо её. И вся недавняя ситуация уже не кажется такой мерзкой и жестокой. Если он думает, что я с подобным соглашусь, то сильно заблуждается. Когда я ходила к нему в поисках помощи и поддержки, меня выставили вон, даже слушать толком не стали, пусть теперь пожинает плоды своего наплевательства. К тому же, если верить леди Камелии, он за него получал не мало монет.

Впрочем, что гадать, нужно идти. Вздохнув отложила бумаги в сторону и направилась за новыми неприятностями. В том, что ждут меня именно они, не сомневалась ни минуты.

А переступив порог кабинета невольно изумилась. В ректорском кресле меня поджидал не ректор Корган, а сам герцог Эрвейский.

– Илейра Олсин, – то ли поприветствовал, то ли констатировал он.

– Ваша светлость, – опомнившись, попыталась сделать реверанс, но вышла откровенно жалкая пародия.

– Присаживайся, – кивнул герцог на диванчик для гостей, сам при этом поднялся на ноги.

Подойдя к окну, он с минуту созерцал открывшийся ему пейзаж. Я не рисковала первая начинать разговор. Не по чину. Если местных аристократов я изначально не воспринимала авторитетами, то в присутствии этого мужчины робела и чувствовала неуверенность.

– Не буду ходить долго вокруг да около, – наконец заговори он. – Я велел позвать тебя сюда, чтобы сообщить, что ты моя дочь.

Как должна реагировать на подобное заявление простолюдинка? Испытать шок, радость, надежду, или на худой конец – испугаться. А я банально застыла. У меня разом кончились не то что слова, мысли и те разбежались в разные стороны от такой прямоты. Такого развития событий я никак не ожидала. Даже помыслить о нём не могла. Пусть и побледнел герцог в нашу прошлую встречу, наверняка вспомнив мою мать, но чтобы вот так утверждать? И ведь вряд ли он стал бы кидаться такими словами без полной уверенности. Проверил? Но как и когда? Пока в лазарете валялась – пришёл быстро ответ.

– Ты знала, – не вопрос, утверждение.

Всё это время, герцог внимательно следил за моим лицом и от него не укрылась моя реакция, а в проницательности ему не откажешь…

– Знала, – решила быть предельно прямолинейной. – Уже несколько месяцев. Перед смертью дедушка открыл мне тайну моего появления на свет.

Возможно, это глупо. Стоило попытаться как-то отовраться. Только мне ли тягаться в искусстве лжи с главой имперской службы безопасности?

– Почему не сказала при нашей прошлой встрече? – допытывался герцог с непроницаемым лицом.

– Зачем? – удивилась я в ответ. – Ваша светлость, кровное родство не делает нас родными людьми. Можете быть спокойны, на ваше имя, деньги или какие иные блага я не претендую. Ничего плохого против вас, вашей семьи или империи не замышляю. Давайте сделаем вид, что этого разговора не было и будем жить, как жили.

– Нет.

Прозвучало резко, даже зло. А мне стало страшновато. Почему нет? Я предложила самый оптимальный выход из ситуации. Не верит?

– Я принесу вам магическую клятву молчать. Никто никогда не узнает о нашем кровном родстве.

– Нет.

Снова нет? Да почему? Неужели он так жаждет меня уничтожить? Предупреждал ведь дедушка избегать герцога Эрвейского и его родни всеми возможными способами! Только разве я виновата? Так сложились обстоятельства! Моя мать за связь с ним заплатила жизнью, но я так не хочу!

– Что вам нужно? – спросила, стараясь не выдавать страха. – Какие гарантии? Я понимаю, избавиться проще всего. Именно так поступили с моей матерью. Но я хочу жить!

– Что? – тут в голосе мужчины послышалась растерянность. – Как поступили с твоей матерью?

– Прокляли на смерть. Некромантским проклятием. И её, и меня. Если бы дедушка с мамой не повстречали настоящую ведьму, я бы даже на свет не родилась. Обе погибли бы намного раньше, – говорила я, чуть дрожащим голосом. – Все эти годы вы были уверены, та история и все её последствия в прошлом, но тут выяснилось, что ребёнок выжил. Но во имя богов, оставьте мне жизнь! Вы же второй человек, после императора. Вы должны нести в мир закон и справедливость, а не уничтожать неугодных.

Высказавшись, старалась унять нервы. Этот монолог, всколыхнул воспоминания. Исповедь дедушки, которая перевернула всю мою жизнь. Горечь и обида, а былое неверие сейчас сменилось страхом.

– Отец, – произнёс герцог мёртвым, тусклым голосом.

Он и сам выглядел не очень. Бледный, аж серый. Сжал кулаки и зажмурился. Лицо исказилось, словно от боли. Длилось это считанные секунды. Взяв себя в руки, герцог повернулся ко мне с горящими глазами и выпалил:

– Я любил твою мать! Как никого и никогда! Я мечтал провести с ней жизнь, а принёс смерть. Не смог уберечь и защитить, потому что был слишком слаб. Сейчас всё иначе. Айси ушла, но оставила мне бесценный дар – тебя. А ты говоришь забыть и сделать вид, что ничего не было. Не бывать этому! Я собираюсь признать тебя и представить императору и обществу. Теперь тебе не придётся опасаться будущего, никто не посмеет косо на тебя посмотреть!

Ничего себе… Вот это поворот! За событиями я определённо не успевала. Недавно я опасалась за свою жизнь, теперь же… тоже необходимо опасаться за свою жизнь. Повод только другой.

– А меня спросить не хотите, ваша светлость? – вырвалось у меня. – Или моё мнение значения не имеет?

– О чём ты? – нахмурился мужчина.

– Как я уже говорила, кровного родства мало, чтобы стать родными, – попыталась я объясниться. – Мы с вами чужие люди. И я совершенно не хочу жить в высшем обществе. Академия ясно показала, что представляют из себя аристократы и никакого желания иметь с ними что-то общее нет. Я девчонка, выросшая в лесу, так что блеск драгоценностей и мягкость шелков меня не особо манят. А деньги на жизнь будут, бедных магов не бывает. Надо только закончить академию. Тем более, у меня особо и выбора нет.

Ответом стало молчание. Герцог смотрел на меня пристально, во взгляде мне чудилась глубокая печаль. Мне не было известно, о чём он думает, но хотелось надеяться, мои слова хоть что-то да значили.

– Ты права, – произнёс он спустя минуты две. – Нам нужно узнать друг друга лучше. Тебе необходимо время принять меня. Твои желания много значат для меня, но не проси меня от тебя отказаться. Ты всё, что осталось от моей единственной возлюбленной. Её последний дар, моя драгоценная дочка. Я знаю, о твоей ситуации с магией и учить тебя буду сам. Никому в этой кмаровой академии не доверю столь важное дело. К тому же, так мы сможем чаще видеться. А пока отдыхай. Сегодня у тебя был тяжёлый, полный потрясений день, девочка моя.

Подойдя в плотную, герцог неожиданно наклонился и поцеловал меня в лоб, после чего покинул кабинет. Я так и стояла, пытаясь осознать, чем мне грозит вся эта ситуация. Одно известно точно – как раньше больше ничего не будет.

Недавно я очень страшилась гнева герцога. Не оказалась бы его милость ещё хуже.

Глава 10, Прикосновение смерти

Илейра

Снова мне было весьма сложно сосредоточиться на учёбе. Все мысли крутились вокруг вчерашнего дня, особенно, его окончания. Герцог не показался мне злым или жестоким, но главой имперской безопасности и правой рукой императора не становятся за красивые глаза. И этого человека я должна как-то убедить, не признавать меня официально, а лучше вовсе не афишировать наше родство. Только здравый смысл подсказывал – это безнадёжно. Моё «не хочу» для него не аргумент. А упорствуя я рискую увидеть ту сторону личности герцога, за которую его и прозвали «палачом короны».

Но и смириться так просто я не могла! Это не мой мир, я не хочу быть его частью. Взять хотя бы то, насколько я отличаюсь от урождённых аристократок. Из них с пелёнок лепили леди. Их хлебом не корми, дай посплетничать. Мужчины и наряды – главные темы для разговоров. Многие обожают всяческие интриги. А я… Я совершенно другая.

Начать хотя бы с того, что меня воспитывал мужчина. Дедушка, конечно, пытался привить мне манеры, обучить этикету и многое другое надлежащее воспитанной девушке, только получалось у него так себе. Да и могло ли быть иначе, если иногда после очередного урока этикета, мы с ним шли в лес на несколько дней за редкими травами? А там только мы и кружащая голову свобода!

Я привыкла бегать по лесу в мужских штанах, потому что это удобно. Не в юбке же пробираться через заросли? Про кровососущих насекомых тоже забывать не стоит. Потому в академии меня часто угнетала необходимость почти всегда ходить в платьях. Исключением были уроки физической подготовки, где девушкам полагалось облачаться в штаны и тунику до колена. И если я наслаждалась этими минутами, другие аристократки были в ужасе. Они считали подобное одеяние до скандального неприличным. Ненавидели саму физическую подготовку. Для изнеженных дворянок, элементарные три круга по стадиону были равны пытке. Я же не видела в этом никаких сложностей, длительные походы по лесу давали себя знать.

Зато я была равнодушна к блеску драгоценностей и мягкости шёлка. Не умела кокетничать и флиртовать, да и не интересно мне это было. Точно так же, мне было совершенно плевать на различные сплетни высшего общества.

В общем, между мной и урождёнными аристократками ничего общего. Учиться всему этому не хочу. Нет желания ломать себя в угоду «так надо» и «так положено». У меня была простая цель – закончить академию, стать магом и обрести свободу от кучи желающих контролировать мою жизнь. Появления герцога грозило всё это испортить. Пусть есть закон гласящий – маги могут сами решать, как им жить и с кем, но сомневаюсь, что настолько приближённый к императору человек, не найдёт способа его обойти.

Эти мысли кружились по кругу, сводя с ума, вгоняя в тоску. Лишь дважды мне удалось полноценно вынырнуть из их плена в реальность. Первый раз, когда столкнулась с куратором в коридоре. Сообщил ли ему герцог о своём намерении меня учить, я не знала и считала важным уточнить данный вопрос.

– Профессор Тристор, – обратилась я к нему, – вчера вечером у меня состоялся разговор с герцогом Эрвейским и он…

– Я знаю, – перебил он меня. – А вы полны сюрпризов, студентка Фернор. Ваш отец поможет раскрыть все ваши таланты, куда лучше меня.

Хотела на автомате его поправить, но прикусила язык, наткнувшись на взгляд профессора. Он смотрел на меня с каким-то разочарованием, даже презрением. Тон голоса был неприятным, с едва заметной ноткой яда. Сначала я растерялась, следом меня накрыло озарением, которое заставило задохнуться от обиды. Он считает я это всё спланировала?! Сначала специально привлекла к себе внимание компании Шаона, а потом их провоцировала, в надежде на встречу с герцогом? Сама себе организовала почти месяц непрекращающегося кошмара, закончившегося немыслимым унижением? Чуть не рассталась с жизнью и сейчас до сих пор в зоне риска. И всё ради возможности пробиться в аристократки?!

Стало до слёз обидно, даже горло стиснуло спазмом. Сначала хотелось объясниться, потом я разозлилась. Почему я должна что-то доказывать? Куратор легко навесил на меня клеймо девицы готовой на всё ради положения и денег, зачем я должна его переубеждать? Мне казалось, он лучше разбирается в людях. Выходит, я в очередной раз ошиблась.

– Я поняла вас, куратор Тристор, – произнесла максимально холодно. – Вы полностью правы, лорд Фернор поможет мне раскрыть мои таланты.

Похоже, было что-то такое в моём голосе и взгляде, заставившее мужчину усомниться в своих выводах. В глазах мелькнула растерянность.

– Студентка Олсин… – начал он.

– Мне пора, куратор, – перебила я. – Пара вот-вот начнётся.

Во второй раз мысли о собственном будущем отошли в сторону, когда я увидела Джали после обеда. В столовую она не пошла, сказала появились срочные дела. Сейчас я смотрела на её лицо с кровоточащей губой и наливающимся фингалом.

– Боги, Джали, – невольно ахнула я. – Что случилось? Кто это сделал?!

– Никто, – ухмыльнулась она. – Я всего лишь показала этому степному ползуну Дошру, что бывает с продажными тварями, вроде него. Если ты думаешь, что мне досталось, то видела бы ты Дошра! А скоро вся степь узнает, насколько он жалок.

Несмотря на побитый вид, Джали лучилась довольством. Ни намёка на сожаление. Очевидно, она наваляла некому Дошру, как принято у них в степи, когда возникает конфликт и была уверена в собственной правоте. Понять бы ещё, кто это такой и чего ей сделал…

– Дошр – тот кмаров сын, который вызвал меня на разговор вчера, – пояснила она, приметив моё непонимание. – Отвлёк, чтобы тебя было легче завлечь в ловушку. Продался за горсть монет. Он не достоин зваться сыном степи, он променял честь на золото. Двое, что были с ним, лишь мелкие сошки, недостойные даже того, чтобы марать о них руки.

Так вот в чём дело. Джали вчера в самом деле позвал поговорить какой-то орк. В самом деле умело отвлекли. Любого другого она бы проигнорировала, она не искала больше друзей, а местные обитатели чаще всего вызывали у неё что-то напоминающее отвращение. Но проигнорировать соплеменника она не могла. Умно.

Осознав, как её провели, Джали преисполнилась праведного гнева и как только шум маленько утих, пошла разбираться с неким Доршем по законам степи. Законам силы.

Как бы мне не хотелось, чтобы время бежало помедленнее, пары закончились и впереди меня ждала встреча с герцогом. Мне уже успели передать, что он будет ждать меня в южной части парка. Сейчас я шла туда и с каждым шагом, нервничала всё сильнее.

Он ждал меня неспешно прогуливаясь по одной из тропинок, заложив руки за спину. Вокруг него образовалось пустое пространство. Это не удивительно. С герцогом предпочитали не связываться, особенно после шороха, который он навёл в академии. Студенты держались на почтительном расстоянии, опасливо косясь в сторону мужчины.

– Здравствуй, Илейра, – поприветствовал он меня, когда я подошла.

– Ваша светлость, – попыталась я изобразить очередной кривой реверанс.

– Не надо этого, – чуть поморщился герцог. – Как бы ты к этому не относилась, ты моя дочь. А значит не нужно приветствовать меня, словно чужака на светском приёме. Понимаю, ты не готова называть меня отцом, но обращайся хотя бы лорд или эс Фернор, для начала.

– Хорошо, лорд Фернор, – согласилась я покладисто.

– Идём, – кивнул он. – У нас много работы и мало времени.

Идти пришлось недалеко. Мы отошли от людной часть академии, чуть углубившись в лесной массив. Отсюда было видно шпили академии, но не было любопытствующих. Тихое место, этакая микро-поляна в окружении кустов.

– Садись, – распорядился герцог.

– Куда? – растерялась я.

– На землю, – последовал ответ.

После чего он ничуть не заботясь о чистоте собственных брюк уселся на траву. Погода пока стояла приятно тёплая, несмотря на вступившую в свои права осень. Наша империя Иклинор занимала обширные территории. Север славился своими суровыми зимами и коротким летом, на юге снег был крайне редким явлением. Кертер, а с ним академия располагались в широтах умеренного климата. Потому сейчас листья только начинали желтеть и облетать, трава не успела пожухнуть, а земля остыть. Сидеть на ней было исключительно приятно. Единственным неудобством была длинная юбка форменного платья, заставившая меня остро пожалеть, что не одела брюки.

Мне никак не удавалось усесться удобно, а именно этого требовала от меня лорд Фернор. Тогда я не долго думая, легла под одобрительный смешок герцога. После чего мы занялись одним из моих нелюбимых занятий, проще говоря – медитацией.

Мои успехи в данной дисциплине не впечатляли. Некоторые сокурсники уже начали чувствовать свою силу, я пока не ощущала ничего. Стоит отдать герцогу должное, он объяснял действия куда подробнее профессора Фиорнука. Предлагал разные способы достичь результата.

Увы, с ученицей ему не повезло. Я старалась. Видят Боги, старалась изо всех сил! Но всё было бесполезно. Попытки ни о чём не думать разбивались о настойчиво лезущие в голову мысли. Отрешиться от всего так же не получалось, сама того не желая я слышала каждый шорох вокруг и чувствовала прикосновения теплого ветра к лицу. А стоило представить место где мне хорошо и спокойно, перед глазами вставали родной домик и множество укромных уголков в лесу. Эти образы наполняли тёплой ностальгией и щемящей сердце тоской. Какое тут спокойствие! А старания почувствовать, увидеть свой магический резерв и артерии внутренним зрением приводили к разгулу фантазии, которая рисовала множество причудливых линий, не имеющих к действительности никакого отношения.

Я уже знала, печать – своеобразная метка, отделяющая отдарённых от обычных людей. От герцога мне стало известно, когда-то у людей не было никаких печатей. Люди с первого вздоха были наделены магией, в чём и была главная проблема. Дар у ребёнка был, а ума и умения контролировать его не хватало. Из-за этого маги часто гибли чуть ли не в младенчестве, попутно неумышленно убивая окружающих. Тогда все расы сообща пошли на поклон к ведьмам, коих в стародавние времена в мире хватало и взмолились о помощи. Ведьмы согласились помочь и наложили на мир и всех живущих мощнейшее заклятие, которое блокировало магию при рождении и одаривало печатью. Какую цену пришлось за это заплатить, история умалчивает. Мне хотелось знать об этом больше, на что герцог посоветовал несколько книг в библиотеке и потребовал вернуться к занятию.

Неудача следовала за неудачей, вызывая у меня жгучее разочарование в себе. Лорд тоже хмурился, наблюдая за моими провалами. Невольно я ждала момента, когда он скажет мне о моей полной безнадёжности. Закралась даже мысль, что всему виной зелье, которое я вынуждена пить каждое утро в лазарете. Герцог её отверг, лишь усугубив моё уныние.

– Илейра, просто слушай мой голос, – так началась очередная попытка найти общий язык с непокорным даром. – Мир вокруг нас пронизан магией, почувствуй её. Ощути прохладу земли и мягкость травы, ласковое дуновение ветра и нежное тепло солнца. Магия вокруг нас, ей надо лишь открыться, позволить проникнуть в себя, прочувствовать…

Удивительным образом, начало происходить нечто необычное. Голос герцога, словно удалялся, растворялся в пространстве. Вскоре я увидела мир вокруг, пусть мои глаза и были закрыты. Всё вокруг стало иным, хоть и осталось прежним. Мир стал каким-то полупрозрачным, сказочным. А вокруг искристыми потоками текла она – чистая магия. Без цвета или привязки к какому-либо направлению. Незамутнённая ничем энергия. Такая прекрасная, что слёзы невольно выступили на глазах.

Потом пришло оно… Нечто чёрное, злое. Первобытная тьма, мрак сулящий смерть всему. Оно коснулась меня только краем, едва задев, но душа тут же наполнилась бесконечным ужасом. Из груди вырвался отчаянный крик.

– Илейра! Илейра! – пробивался чужой, полный паники, голос сквозь грохот крови в ушах. —Да что с тобой! Открой глаза! Лейри!

Наконец мне удалось распахнуть веки. Герцог с перекошенным ужасом лицом тряс меня за плечи. Увидев меня, он прикрыл глаза и облегчённо выдохнул.

– Что это было? – спросил лорд.

– Я не знаю, – прошептала я, обхватив себя за плечи пытаясь сдержать дрожь.

Реальный мир наконец отвоёвывал меня у этого касания ужаса. Щебет птиц, шелест ветра и свет солнца – всё это оказывало лечебный эффект на мою душу. Спустя пару минут, я почувствовала, что могу говорить.

– Я видела её – чистую магию, – заговорила я. – Такую прекрасную. А потом пришло зло. Беспощадное, бесконечное, способное уничтожить всё. Оно здесь и не здесь одновременно.

– О чём ты? – тахмурился герцог.

– Не знаю! – отозвалась я нервно. – Говорю лишь, что почувствовала.

Попросив тишины, герцог замер. Минут пять он сидел и не шевелился.

– Ничего не чувствую, – выдал он, открыв глаза. – Должно быть тебе почудилось от переутомления. На сегодня хватит, продолжим завтра. А сейчас, Илейра, не согласишься ли ты составить мне компанию за чаем?

Конечно же я согласилась, куда мне деваться? Но при этом все мысли были о другом – мне не показалось. Эту тьму я ощутила каждой частичкой души. Это было. И пусть сейчас, вокруг всё спокойно и меня отпустили тиски ужаса, невнятная тревога не спешила уходить. Она повисла удушающим маревом, предчувствием неясной беды.

Как бы я не пыталась, избавиться от этого ощущения не получалось. Выпить чаю с герцогом было не суждено, по пути к нему в руки спланировало магическое письмо – вызов во дворец. Он был недоволен, а мне с трудом удалось не показать свою радость. Не готова я сейчас к задушевным беседам, особенно с этим человеком. Сначала нужно навести подобие порядка в собственной голове и чувствах, а для этого мне необходимо хоть немножко побыть одной.

Кастиан

Попытки анализировать собственное поведение в последние пару дней ни к чему вразумительному не привели. Я ведь принял решение, не ввязываться в истории. Мне не нужна популярность. Ни плохая, ни хорошая. Меня сторонятся, пусть дальше продолжают это делать. Моя цель – знания и магические навыки, а не чьё-то признание.

Что в итоге сделал я? Дважды угодил в самый эпицентр событий! С одной и той же бедовой девчонкой!

Если в первый раз, пусть и был в шоке с ситуации и себя самого, но всё же я спас чужую жизнь, то зачем вылез второй? Жизни Илейры ничего не угрожало, только гордости. Развлечение, затеянное аристократами, оказалось крайне мерзким и подлым, но от подобного не умирают. Но в тот момент я об этом не думал. Крайне возмущённый чужой низостью и жестокостью, отдал собственный балахон, продемонстрировав всей академии, какие они, шодены под мрачными одеяниями.

Раз понимание собственного поведения ко мне не спешит, буду считать приступом нежданного благородства. Главное, больше так не высовываться и всё должно быть в порядке.

Так я думал в тот вечер, когда всё произошло, новый день заставил меня усомниться в своих умственных способностях. Моё добровольное одиночество грозило рассыпаться в труху, а всё потому что женщины существа вне логики и понимания.

С того момента, как я переступил порог академии, ничего не изменилось, кроме того, что я глупо засветил собственную физиономию. Я сам остался прежним. Не перестал быть шоденом. Только женщин, и не только человеческих, это словно перестало беспокоить.

Ещё за завтраком ко мне подсела компания из трёх девиц. Они томно вздыхали, хлопали ресницами и восхваляли, какой я весь из себя благородный герой. Это оказалтсь только первыми ласточками. В коридорах я то и дело ловил зазывные кокетливые улыбки, от которых хотелось поёжиться. Интерес девиц был хищным, потребительским. Они, отбросив в сторону все слухи о моей расе, желали заполучить себе трофей в моём лице. Хотя бы на одну ночь. Чтобы потом хвалиться перед подругами и всем рассказывать, о необычном кавалере, которого удалось покорить.

Многие, на моём месте были бы только рады и воспользовались ситуацией. У меня же подобные мысли вызывали отвращение. Не потому что мне противна мысль о близости с женщиной иной расы, а её причина. Мне доводилось предаваться плотским утехам без всякой эмоциональной или душевной привязанности. Эти встречи оставляли после себя чувство неудовлетворения, странной опустошённости и сожаления. Быстро пришло понимание – это не моё. Мне нужно не просто сношение, а нечто большее. Потому внезапный женский интерес совсем не радовал.

Апофеозом помешательства стала пара по расоведению. Ко мне подсела Зиана, единственная девушка в группе благородного происхождения. Кокетливо улыбнувшись, она провела кончиками пальцев по моему плечу, заставляя окаменеть, после чего выдала:

– В выходные, в нашем столичном доме небольшой приём, – плавным движением, она опустила на стол золочёную карточку. – Только самые достойные члены общества и близкие друзья. Приходи. Я бы хотела, чтобы такой благородный молодой человек стал мне близким другом.

Слово «близким» она выделила особо, заставляя невольно передёрнуться. И это дочь благородного семейства? Человеческая девушка, коей предписано блюсти целомудрие? Предлагает себя, чуть ли не открытым тестом! Нет, у нас такое тоже встречается, более того, не является редкостью, но у нас и традиции иные. Девственность не имеет никакой особой ценности. Даже приветствуется, если будущая жена опытна. Но то у нас, шоденов. А это человеческая девушка. Аристократка. И такая она не одна. Что не так с этими женщинами?

После пар закрылся в комнате, не желая никого видеть. Подобное времяпровождение надоело быстро. Это смешно – взрослый парень, шоден, и прячется от обычных девиц! Я сюда прибыл с определённой целью. Значит – вперёд! Нечего отсиживаться в своей норе. С такими мыслями я направился в библиотеку, которую посещал чаще большинства обитателей академии. В книгах таятся столь необходимые мне знания. О магии, которую жажду освоить и мире, где пришлось очутиться и жить.

Самостоятельно практиковаться в магии без присутствия наставника было слишком опасно, во всяком случае, пока. Да и все книги с серьёзными заклинаниями были зачарованы. Одни невозможно было взять с полки, защитный барьер не давал. В других информация была попросту скрыта – человек видел обычные пустые листы, пока преподаватель не давал доступ. Как это делалось, мне неизвестно. Узнавать нужды не было. Пока. Потому я чаще всего бывал в дальней части библиотеки, где оказались собраны книги, которых не было в программе обучение, но где можно найти много интересной информации о мироустройстве, обитающих на Азалеоне расах и их традициях, и многом другом. Меня интересовало всё. Уверен, во дворце отца есть книги или какие записи о жизни за пределами Шордарии. У отца гарантированно шпионы по всему миру и прежде чем отправлять их на задания, нужно обучать. Но мне, увы, так и не удалось их обнаружить эти сокровища знаний.

Застыв у полки, пытался выбрать между описаниями быта эльфов и оборотней на острове Камор или сборником древних легенд и сказаний.

Едва заметные шаги заставили поднять голову и насторожиться. Я не слышал, как открылась дверь и это с моим-то слухом! Неужели тут уже кто-то был, когда я пришёл? Мне казалось в библиотеке ни души, чему только порадовался.

Главным оказалось не это, а ощущение, возникшее с появлением неизвестного. Тягостное, давящее, вызывающее смесь агрессии и ужаса. Словно прикосновение смерти, от которой не спастись и жажда уничтожить источник этих эмоций, во что бы то ни стало. Подобное я чувствовал лишь несколько раз, когда с отрядом дорма Асмитер, полгода путешествовал по Шардарии отслеживая прорывы Мрака в наш мир и уничтожая его порождений.

Отец был убеждён, даже такой как я обязан пройти полевую подготовку. Потому и отправил под присмотром дорма Асмитер, сделав ему предварительное внушение, что тот отвечает за меня головой. Конечно прославленный дорм рад не был, но и перечить не стал. Быстро навёл порядок в своём отряде. Заткнул говорливых и приструнил излишне активных. Его слушались, он пользовался большим уважением в нашем народе. Своё звание, эквивалентное генералу у людей, он получил ещё совсем юнцом, в одиночку уничтожив целое гнездо пимиков и зачистив местность от влияния Мрака, чем спас среднего размера город. Полулегендарная личность! В составе его отряда я ощутил, что такое Мрак и узнал на деле, насколько опасны его порождения.

Сейчас ощущение было схожим, но настолько слабым, едва заметным, что я невольно усомнился. Но и выходить из-за полки не спешил. Замер, ожидая сам не знаю чего.

Пока я думал кто-то ещё зашёл в это хранилище знаний. Довольно громкие шаги, шумное дыхание. Стихли они совсем рядом, заставив осознать – нас разделяет только этот стеллаж с книгами.

– Зачем назначил встречу? – раздался голос похожий на шипение. – Академия киши имперцами!

– Именно потому что академия кишит имперцами! – ответил другой голос, с нервными визгливыми нотками. – Мы должны ослабить туман, пока не заметили.

– Нет! – отказался первый категорично. – Нельзя! Ни в коем случае! Иначе рискуем потерять весь прогресс. Мерзкие магичишки и так плохо поддаются воздействию. Чуть ослабь и они очухаются. Тогда мы рискуем потерять слишком многое.

– Мы уже теряем! Имперцы выставили из академии самых перспективных учащихся! – нервничал второй. – Сейчас утверждаются списки на увольнение преподавателей. Это… Это…