Текст книги "Своё место (СИ)"

Автор книги: . Анна Дарк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 34 страниц)

Глава 15, Ты была права

Илейра

Герцога ждать пришлось чуть больше часа. Присланная им служанка оказалась исполнительной и молчаливой. Если смыть косметику я могла сама, то в распутывании хитрой причёски помощь пришлась, как нельзя, кстати. Мелькнула даже мысль, не попросить ли её добыть мне какое простое и удобное платье, но я быстро её отбросила и заказала чай и что-нибудь к нему.

Оставшись одна старалась обрести душевное равновесие, получалось так себе. Так сложилось, что до момента, когда жизнь вынудила покинуть родной лес, моё общение с мужчинами было исключительно родственным или профессиональным. Дедушка многому меня научил, но вот науке общения с противоположным полом – нет. Не сказать, что я вообще ничего не знала. Всё же прочла множество книг, услышала массу историй от приходящих к дедушке за помощью людей. Для меня не было секретом, откуда берутся дети или что отношения двоих – это не только прогулки за ручку. В академии свой багаж знаний на эту тему я значительно расширила, наблюдая за парочками и теми, кто любил вступать в лёгкие необременительные связи. Оставалось понять – чего бы я хотела для себя?

У меня не было какого-то чёткого списка качеств, которыми должен обладать потенциальный избранник. Как и образа в мыслях. Я всего лишь хотела… любить? Любить и быть любимой. Доверять своему мужчине. Знать, что он на моей стороне, не предаст и не сделает больно. Не будет меня принуждать и примет такой, какая я есть. М-да… Уже целый список получается. Пусть и весьма абстрактный.

И точно мне не было нужно, что предлагали мне встречные мужчины с момента выхода в большой мир – они желали обладать мной, моим телом. Им было совершенно безразлично моё мнение на этот счёт. Ганя желал красивую, но долгое время недоступную, девицу в жёны. Граф хотел коротких ничего не значащих отношений в горизонтальной плоскости. Принц вовсе жаждал овладеть мной быстро, не взирая на сопротивление.

Всё это заставляло задуматься: почему так? Что за проклятие на мне? Почему парни, обратившие на меня внимание, жаждут получить моё тело, завладеть мной, даже если это означает сломать безвозвратно? Неужели это всё, чего я заслуживаю? А как же мои чувства и желания? Неужели мне не суждено познать любви и встретить достойного мужчину? Куда все они делись? Вымерли или по какой-то причине обходят меня стороной? Столько вопросов! И снова, ни одного ответа.

Когда вернулся лорд Фернор обрадовалась бесконечно. Мне хотелось поскорее оказаться в стенах академии, смыть с себя этот день и прикосновения принца. Как он и обещал, мы сразу покинули дворец и направились к академии. Мне стало интересно, герцог тут, со мной, а как же его семья? На мой вопрос он заверил меня, они предупреждены и домой доберутся без проблем, когда сами сочтут нужным.

– Я навещу тебя завтра, – произнёс лорд, когда мы остановились у ворот академии. – Мне нужно кое-что с тобой обсудить, но сейчас ты слишком расстроена и подавлена для беседы.

– Можно хотя бы узнать о чём будет разговор? – я невольно напряглась.

– Ничего плохого, – заметил он мою реакцию и постарался успокоить, – Никаких новых приёмов в обществе или обязательств. Не переживай.

– И всё же? – не отставала я.

– Поговорим завтра, – отрезал герцог.

Понятно, сейчас ничего не скажет. Об этом говорила категоричность, проступившая в выражении лица. Лучше бы тогда вовсе молчал! Ну кто так делает?! Заинтриговал, невольно напугал, и отказывается прояснять что-либо! Я же теперь изведусь в догадках!

Увы, ничего поделать я не могла. Пришлось попрощаться и покинуть герцогскую карету. Он подождал пока я преодолею защитный барьер, окружающий академию и только после этого уехал. Несколько секунд смотрела вслед уезжающей карете и пыталась осознать – тяжелейшее испытания осталось позади. Всё прошло далеко не идеально, но и не критически плохо. Главное, теперь можно расслабиться и перевести дух. Пусть завтра меня ждёт очередной разговор с герцогом непонятно о чём, но оставшийся вечер только мой! Я могу провести его так, как хочется мне и никто мне не помешает.

Если бы не это созерцание отдаляющейся кареты, я бы вряд ли заметила бредущую в темноте фигуру. Сначала подумала пьяница какой-то, но потом опознала уже привычный балахон и буквально приросла к месту.

Кастиан шёл нетвёрдым шагом. Его ощутим шатало. Неужели, моё первое подозрение не такое бредовое и шоден напился?! Никогда не замечала за ним подобных склонностей… Хотя, чего я знаю о нём? В том-то и дело, что ничего!

Решила дождаться, пока он пересечёт защиту академии, так как обратно она не выпускала без специального пропуска, тем более, в такое время.

– Ты в порядке? – шагнула я навстречу, когда он вошёл в ворота.

– Уйди, – получила вместо ответа.

Голос его звучал слабо, будто задушено. И спиртным совсем не пахло. Так в чём дело?

Сделав ещё с десяток шагов, он неожиданно особенно сильно покачнулся и осел на землю.

– Кастиан! – испугалась я.

Подбежав к парню, не особо думая о своих действиях, прикоснулась к спине и вздрогнула: ткань балахона была насквозь мокрой. А глянув на собственную ладонь, чуть не заорала. Тусклого света от фонарей вдоль аллеи хватило понять – это кровь.

– Сказал же, уйди, – выдавил Кастиан.

– Ты ранен, – озвучила свои выводы. – Тебе надо к целителю!

– Мне надо в свою комнату, – ответил он. – Отосплюсь и завтра буду в порядке. Никаких целителей!

– Давай, хотя бы, помогу дойти, – произнесла я.

– Сам дойду! – прошипел Кастиан.

Да в чём дело? Он вляпался в неприятности и поэтому отказывается идти к целителю и от помощи в целом? Или просто глупый гордец, готовый до последнего строить из себя сильного и ни в ком не нуждающегося?

Попытался встать, но потерпел неудачу выдав какое-то непереводимое ругательство. Наплевав на недовольство Кастиана, подошла к нему и помогла сначала встать на ноги, потом велела опереться на меня, чтобы обоим идти было проще. К моему удивлению, он послушался. Сдавленно охнула, ощутив часть веса парня на порядок меня крупнее, и это при том, что он отчаянно пытался идти сам, а не виснуть на мне. Так мы и побрели в направлении элитного общежития. Даже думать не хочу, какие завтра по академии поползут слухи…

Казалось бы, короткий путь до элитного общежития и комнаты Кастиана, которая вопреки моим представлениям, оказалась действительно всего лишь одной комнатой с дверью в ванную комнатушку, показался мне бесконечным. Под конец я взмокла, словно сдавала двойной норматив на физической подготовке. Даже не удалось сдержать стон облегчения, когда сгрузила тяжеленного парня на кровать.

– Показывай, что там у тебя, – потребовала, пытаясь привести дыхание в норму.

– Зачем? – уставился на меня Кастиан своими невероятными глазищами. – Ты помогла мне дойти, и я искренне за это благодарен, но дальше я сам.

– Немедленно снимай свои тряпки! – приказала я, не выдержав.

Голос неожиданно приобрёл командные нотки, которые я часто подмечала у дедушки, если он сердился на нерадивых пациентов.

Кастиан в ответ уставился на меня ошарашенно, даже румянец проступил на неестественно бледных щеках.

– А я думал, ты девушка приличная, – выдал он.

Боги, дайте мне терпения!

– Мой дедушка был ведьмаком и талантливым травником, – пояснила, стараясь утихомирить эмоции. – Я хочу посмотреть твои раны. Неплохо в этом разбираюсь, знаешь ли.

Это было правдой. До дедушки, мне было далеко, но кое-что я тоже умела. Сколько лет ассистировала ему, когда приходили люди с самыми разными ранениями. И почему мне досталась некромантия, а не целительство? Несправедливо!

Вопросом, зачем я это делаю, я как-то не задавалась. Дедушка всегда говорил, если можешь помочь – помоги. Сделай всё возможное. Разве можно пройти мимо и отвернуться? Смотреть, как кто-то истекает кровью или сгорает от болезни? Я не совсем была с этим согласна. Считала есть люди, которым помогать совсем не стоит. Откуда такие взгляды у дедушки, бывшего стражника, мне не ведомо. Может, так влияла ведьмина сила?

Сейчас передо мной был Кастиан. Шоден, и многие порадовались бы, наблюдая за его мучениями и гибелью. Только мне он жизнь спас и на помощь пришёл, когда остальные предпочли повеселиться. Да и в целом, он не казался мне таким уж злом, какими рисует шоденов молва. Напротив, он был мне интересен и по-своему симпатичен. Увы, он сам в обществе не нуждался, что не раз сказал и показал.

Он всё-таки снял свой балахон, а затем и рубашку, у которой не хватало одного рукава. Обнаружился он на ноге, выполняя функцию то ли жгута, то ли бинта.

От испуганно вскрика удержал меня лишь опыт. Доводилось мне видеть жуткие раны, хуже той, что кровавой, рваной линией пересекала спину Кастиана.

– Штаны тоже снимай, – потребовала я.

– Штаны? – опешил Кастиан.

– Конечно, – отозвалась я уверенно. – Там рана. Только не говори, что у тебя под ними ничего нет.

О таком варианте я как-то не подумала, а ведь есть чудаки, пренебрегающие нижним бельём. Шоден из таких?

– Есть, – буркнул он. – И где только девичья стыдливость простой девушки из народа?

– Её задавил целительский долг, – вздохнула я.

– Ты некромантка, – парировал Кастиан.

– Которая всю жизнь прожила с ведьмаком, лечащим всё, от простуд до тяжелейших ранений, – не уступала я.

Тем временем шоден разделся и моему взору предстала рана пересекающая бедро, которая добавилась к, гадкой на вид, полосе на спине. Тоже нехорошая. Глубокая. И в каждой, наверняка, полно грязи. Обычным очищением и перевязкой тут не обойтись, шить надо. Да если бы и не нужно было, все снадобья и мази, что я взяла из родного дома, у меня в комнате.

– Сиди тут и никуда не уходи, – произнесла, направляясь к двери. – Я быстро.

– Сбегу. Обязательно. Не догонишь.

А Кастиан, оказывается, ещё та язва. Так ненавязчиво указал мне на глупость моих слов.

До собственной комнаты добралась быстро. Соседки ещё не спали. Анноли снова сидела за книгами, Талина с Денизой сплетничали. Первым делом достала свой золотой лечебный запас, приготовленный ещё дедушкой. Затем попыталась избавиться от платья, чтобы облачиться во что-то более удобное. Тут-то и крылась проблема – шнуровка располагалась на спине и мне никак не удавалось извернуться, чтобы её распустить.

– Это же платье из салона «У Селены», – опознала авторство моей одежки Дениза. – Как?!

– Интересно, чего наша дворнажка пообещала герцогу, что он её не только на бал во дворец потащил, но и обеспечил такой красотой? – завистливо прищурилась Талина.

Они обе смотрели на платье, как на некое чудо. Наверное, дай им волю, спали бы с ним в обнимку, такое восхищение горело во взглядах, не смотря на грязь, льющуюся из их ртов.

– Хотите знать, чем я заслужила бал и платье? – надоело мне молча слушать оскорбления. – Всего лишь родилась. Я – младшая дочь герцога Эрвейского.

Соседки так и замерли с открытыми ртами.

– Жаль, завтра об этом завтра будет знать каждая собака, – не сдержала я тягостного вздоха, ни к кому конкретно не обращаясь.

Пока соседки-подружки переваривали сказанное, ко мне молча подошла Анноли и так же молча ослабила шнуровку, давая выбраться из плена платья.

– Как я и думала, ты не так проста, – произнесла она тихо.

Затем вернулась на своё место. Не так проста? Мне вспомнился разговор состоявшийся в самом начале, когда только заселилась в комнату. Но тогда я даже не помышляла связываться с герцогом! Однако пояснять что-то не стала. Ни к чему. И времени нет.

– Спасибо, – произнесла вместо этого.

Быстро переодевшись, устремилась обратно к Кастиану, коря себя за задержку из-за платья. Он нашелся там же, в своей постели. Пока меня не было, парень умудрился задремать.

– Кастиан, – коснулась его плеча.

– Это ты, – вздохнул он, распахивая нечеловеческие глаза. – Я-то надеялся, ты не вернёшься.

Нет, ну почему он такой противный? Неужели нельзя молча принять помощь?

– Не дождёшься, – пробурчала в ответ.

В ранах, как я и думала, оказалось полно грязи. Стоит отдать Кастиану должное, пока я очищала их, он не проронил ни звука. Даже не поморщился! Это невольно вызывало уважение. Насмотрелась в своё время на мужиков, которые из-за пустяковой царапинки стенали так, будто их режут заживо.

– А ты молодец, – похвалила я, – Не капризничал. Теперь зашьём и наложим повязки.

– Медяк цена тому воину, который плачется из-за несерьёзных ран, – был мне ответ. – Шить не нужно, само зарастёт.

– Кастиан, такие раны нужно шить, – пыталась я достучаться до упрямца. – Само такое не зарастает.

– Ты забыла, я – шоден, – закатил он глаза. – У нас регенерация в разы выше человеческой. Забинтуй потуже и всё. Уже завтра я смогу более-менее двигаться, через три-четыре дня, от ран останутся только рубцы, а через пару недель даже шрамов не будет.

Сведения ошеломляли. Такими возможностями к восстановлению оставалось только восхититься и позавидовать им. Мне пришлось подчиниться. Обработав, на всякий случай, ранения восстанавливающей мазью, туго забинтовала спину и бедро Кастина, как он того и просил.

– Спасибо, – произнёс он и даже чуть улыбнулся.

Он даже выглядеть стал лучше, не таким бледным и измученным. Тогда-то я и осознала, что сижу в комнате парня с ним наедине, а из одежды на нём только трусы. Щекам стало жарко. Пока я видела раны и всё во мне требовало ими заняться, смущение меня не посещало, а сейчас стало неловко.

– Да ты покраснела, мисс великая лекарка, – усмехнулся Кастиан.

От его наблюдательности стало ещё хуже. Казалось, даже шея окрасилась в алый. Давно я не ощущала себя так глупо.

Следом вспомнился минувший вечер, вылетевший из головы из-за беспокойства за чужую жизнь и здоровье. Руки принца, жёстко мнущие моё тело. Ужас от бесконечной беспомощности. И жгучий стыд от собственной беззащитности.

– Эй, ты чего? – нахмурился Кастиан, накидывая на бёдра одеяло.

– Ничего, – мотнула я головой.

Теперь мне хотелось одного – сбежать. Кастиан ранен, но он мужчина, а моё общение с мужчинами как-то совсем не задалось. Не стоит искушать судьбу.

– Илейра? – не отставал он.

– Я пойду, – выдохнула я и попятилась к двери.

– Не раньше, чем объяснишь, что с тобой, – стоял на своём шоден и даже морщась поднялся с постели, не забывая одеяло, и сделал шаг в мою сторону.

– Что ты делаешь! – тут же всполошилась я. – Тебе нельзя вставать!

Он позволил уложить себя в постель, но при этом крепко сжимал моё запястье.

– А теперь рассказывай, чего такого с тобой случилось, что ты побледнела за какую-то секунду? Что за мысли такие пришли тебе в голову.

Мне не ведомо о чём думал Кастиан. Возможно воображал, всё дело в нём. Точнее, его расе. В академии хватало идиотов, боящихся его до медвежьей болезни. Я же внезапно подумала – почему бы и нет?

Рассказала ему всё. О смерти дедушки и тайне рождения. О Гане и пути в академию. Поведала ему свои чаяния и страхи. Как ужаснулась, встретив тут Шаона и какое отвращение вызвали поползновения графа. Про знакомство с герцогом, как он прознал правду о нашем родстве. О занятиях магией и долгих разговорах. Рассказала про обмен клятвами, знакомство с семьей герцога и бал, оказавшийся не в радость. И конечно, про нападение принца.

Говорила особо не думая. Просто изливала накопившееся на душе. И с каждым произнесённым словом, мне становилось легче. Наверное, давно стоило сделать это – высказаться. И лучше бы Джали. Она всё же моя лучшая и единственная подруга. Но закончив, никаких сожалений не испытывала. Кастиан точно не станет болтать.

– Кастиан, ты ведь мужчина? – спросила я и тут же устыдилась своего вопроса.

– А есть какие-то сомнения?! – возмутился он.

– Нет, – замотала я головой. – Просто, как мужчина, скажи, почему всё так? Почему мужики постоянно стремятся принудить меня силой? Физической или с помощью морального давления, но получить своё невзирая на отказ! Что со мной не так? Я же не даю никаких поводов, не стараюсь привлечь внимание. Так почему вы, мужики, так себя ведёте?!

На мой эмоциональный монолог Кастиан только моргал, как филин. Потом встряхнул головой и посмотрел на меня внимательно, с лёгкой задумчивостью.

– Дело не в тебе, – наконец произнёс он. – Ты хороший человек, Илейра. Можно сказать, своеобразная драгоценность среди представителей своей расы. Уж поверь мне, я знаю о чём говорю. А ценности часто окружены грязью и мусором. Не стоит так расстраиваться из-за того, что мусорные недомужики, ведут себя, словно животные в гоне. Этим они унижают не тебя, а себя. Мужчина никогда не опустится до насилия над женщиной. У нас, в Шордарии, заведено – кто сильнее, тот и прав. Женщины могут сражаться наравне с мужчинами. Порой истину между собой мужчины и женщины выясняют в поединках чести. Но поединок и насилие – разные вещи, не находишь? У нас величайший позор тому мужчине, кто принудил женщину к близости силой. А у вас, мне начинает казаться, это в порядке вещей. Так что, дело точно не в тебе, а в вашем обществе, забывшем законы чести и совести.

Я не была согласна, что всё человеческое общество прогнило. Мне встречались достойные люди. Но и доля истины в словах Кастиана была.

– Спасибо, – улыбнулась я. – И за то, что выслушал и за твои слова. Время позднее, мне пора.

– Хорошо, – кивнул он.

Получив обратно руку, собрала свои лекарские принадлежности и направилась к двери.

– Илейра, – окрикнул меня Кастиан. – Я совсем не против, твоего общества. Буду рад твоей компании, даже если к ней прилагаются твои друзья. Ты была права – совсем одному нельзя.

– Рада это слышать, – улыбка стала какой-то уж совсем счастливой. – Тогда, до завтра?

– До завтра, – уже открыто улыбнулся он в ответ.

Шла обратно, и никак не могла придать лицу серьёзное выражение. Ну и денёк! Слишком много впечатлений! Думала, ничто не сможет сделать этот день, хотя бы терпимым, а теперь иду к себе и чувствую себя странно счастливой. А всего-то стоило пообщаться с одним невозможным парнем пугающей расы.

Уважаемые читатели! Думаю, многие, кто часто читает на данном сайте заметили, что часто авторы выкладывают главы не целиком, а частями. Мне хотелось бы узнать у вас: хотелось бы вам читать так? То есть, чтобы продолжение выходило, например, дважды в неделю, но не целой главой? Или вам удобнее читать в прежнем формате – одна глава раз в неделю? Прошу ответить в комментариях. И по ним я уже сделаю вывод, как будет проходить публикация дальше.

Мне бы очень хотелось, выкладывать продолжения чаще и полноценными главами, но реальная жизнь диктует свои правила, и писать часто и много, сейчас не выходит.

Жду ваших ответов и надеюсь на ваше понимание.

Ваша, Анна Максимова.

Глава 16, Ритуал

Кастиан

Ночь выдалась скверная. Быстрая регенерация не означает отсутствие боли. Даже несмотря на помощь Илейры и обезболивающую настойку, раны болели так, что о нормальном сне не шло и речи. Всю ночь я, то проваливался в тревожное забытье, где меня поджидали кошмары, то мерзкое липкое состояние где-то между сном и явью. Из-за этого утром был совершенно разбитым. Это при том, что мне на отдых требовалось меньше времени, чем тем же людям.

Путь в академию помнился мне чередой мутных образов. Более-менее в себя я пришёл только в собственной комнате, пытаясь осознать привиделась мне Илейра или она плод воспаленного сознания? К сожалению или счастью она оказалось реальной.

Сначала немного шокировала просьбой раздеться. Мне казалось, такие как она, невинные нежные человеческие девушки из простого народа, отличаются болезненной скромностью и целомудрием. Оказалось, не все. Во время работы, Илейра была максимально сосредоточена и действовала со знанием дела. Лишь потом словно осознала, что находится наедине с почти обнажённым парнем и вспомнила о смущении.

Эта её помощь, которую она буквально заставила меня принять… Сначала я даже разозлился. Зачем лезет, куда не звали? Потом здравый смысл возобладал над глупой гордыней и эмоциями, позволяя отдаться умелым манипуляциям. Только благодаря им, минувшая ночь была тяжёлой, а не адской, как ожидалось. Дед многому её научил.

Затем, к собственному изумлению, я заметив, как она резко побледнела и будто сжалась, вызвал её на откровенность. Выслушал рассказ, больше смахивающий на исповедь. Что сказать… Не просто пришлось девчонке. В слишком короткий срок, вся жизнь перевернулась. Пришлось столкнуться с подлостью, жестокостью и множеством чужих пороков, от которых её оберегал дед. В краткий срок она разочаровалась в элите собственного общества, частью которого стала без всякого желания. И мужчинах, чьё поведение заставило Илейру думать, что с ней что-то не так. Невольно проникся сочувствием к этой маленькой, но сильной девушке. Попытался неумело, как мог, поддержать.

А ещё внезапно захотел и дальше видеть её рядом. Как товарища. Друга. Человека, с которым можно поговорить. Пусть даже к ней прилагались её друзья. Может и с ними удастся поладить?

Что это? Устал от одиночества? Или так сказалось предательство отца?

Сколько бы я не обдумывал случившееся, как бы не искал оправдания, интуиция и знание повадок моих недоброжелателей говорили одно – на такое пойти мог только он. Мой отец. В академию он не сунется. Если я достаточно его знаю, в ближайшее время мне вовсе не о чем переживать. Он затаится. Временно отступит. Чтобы потом выждать удобный момент и нанести удар наверняка.

Не думать! Это слишком… больно. Лучше о чём угодно другом. Например, об Илейре и том, как вести себя сегодня.

Да что, собственно, думать? Я не ветреная девица, чтобы сначала говорить одно, а потом идти на попятный. Попробовать сдружиться с новым человеком? Подпустить ближе, чем привык? Почему и нет? Это будет, во многом новый, довольно волнительный опыт. Даже если я разочаруюсь в своём решении и Илейре, никто не мешает мне вернуться к прежней жизни, а именно сторониться окружающих, не подпуская их близко.

Когда я оказался в столовой, Илейра и её друзья уже сидели за одним из столов, о чём-то оживлённо беседуя. После короткого раздумья, забрал свою порцию еды и направился к ним.

– Доброе утро, – произнёс я, присаживаясь рядом с Илейрой.

Голос звучал привычно глухо, но люди почему-то часто пугались этого. Данную привычку – говорить приглушённым низким голосом, выработал ещё в юности. Когда осознал, что даже среди ровесников мой голос, ну чисто эльфийский колокольчик. В окружении шоденов с их звучными баритонами, он казался особенно неуместным. Привлекал ненужное внимание, потому я намеренно приучил себя говорить тихо и чуть шипяще.

Вот и сейчас, стоило мне открыть рот, как на меня уставились три пары глаз, с абсолютно разным выражением.

– Доброе, – чирикнула Илейра. – Присаживайся.

Она, определённо была мне рада. Оказывается, это приятно.

– Привет, – настороженно бросила орчанка.

Как её? Джали, вроде. В отличии от Илейры, она смотрела настороженно. Словно, ожидала подвоха. Стоило мне сесть, как её лицо вытянулось в немалом удивлении.

Их приятель, имени которого я не запомнил, в ответ опять звучно икнул. Парнишка смотрел на меня с таким ужасом, что я невольно поморщился. Ну как так можно? Кто растил эту нежную ромашку, которая собственной тени боится? Какой из него некромант? Он же от одного вида чьих-нибудь костей в обморок грохнется.

– Джали, Десмир, – взяла слово Илейра, – с этого дня Кастиан будет частью нашей компании. Вы же не против, правда? Он очень славный. Вы сами это поймёте, когда узнаете его получше.

– Хм, посмотрим, – проговорила Джали с ощутимым сомнением.

– Ик! – всё, что послышалось от Десмира.

Я им не больно-то нравился. Решению Илейры позвать меня к ним они тоже не обрадовались, но и протестовать не стали. Точнее, не стала Джали. Парнишка, как мне кажется, при любом раскладе не раскроет рта. Слишком боится.

Покончив с завтраком они решили прогуляться. Осень всё настойчивее заявляла о себе, но пока ещё погода радовала последним теплом. Меня тоже пригласили составить компанию. Посомневавшись, решил согласиться. Устал сидеть в четырёх стенах, выбираясь на прогулки исключительно в гордом одиночестве. В конце концов, если я хочу понять, что такое быть частью группы, не стоит чуть что прятаться в свою нору.

Когда отошли, Илейра начала объяснять своим друзьям причины молчания о родстве с герцогом. В столовой она это делать отказалась из-за обилия лишних ушей. Я всё это слышал вчера, потому не участвовал в беседе. С одной стороны, я её понимал. Она жаждала независимости. Доказать себе и миру, что чего-то стоит сама по себе. И абсолютно не желала быть часть местного высшего общества, играть по их правилам. С другой…

– Зря ты так, – выдал я сам того не ожидая.

– Прости? – обернулась ко мне Илейра удивлённо.

– Говорю зря воспринимаешь ситуацию настолько в штыки, – повторил я и наткнулся на хмурый взгляд. – Мне понятно твоё стремление к независимости, желание быть собой и чего-то добиться. Как дочь герцога ты имеешь гораздо больше возможностей на это. Теперь ты не никто, а целая маркиза. Это сила. Ты можешь постоять как за себя, так и за близкого человека и никто тебе слова не скажет. Нужно во всём искать свою плюсы, а не концентрироваться на минусах.

– Вот! – воскликнула Джали. – Даже шо… Кастиан, со мной согласен! Сколько можно повторять – всё не так плохо. Теперь ты маркиза и об этом все знают. Это привлекает внимание, которое тебе так не нравится. Но никто ведь не может тебя заставить общаться с неприятными тебе людьми. Или делать что-то, чего тебе не хочется. Как дочь столь влиятельного человека, ты можешь делать почти всё, что только хочешь. Не хочешь играть в принятые в этом обществе игры? И не надо! Будь собой. Им придётся смириться и проглотить, даже если что-то не по нутру. Связываться с герцогом дураков нет, а если такой найдётся, ему же хуже!

– Именно – связываться с герцогом! – вспылила Илейра. – А мне хочется, чтобы считались именно со мной! Не потому что я чья-то дочь, потому что сама по себе чего-то стою!

– Так добивайся, – отозвалась Джали. – Просто сейчас это стало чуть легче.

– Они правы, – внезапно подал голос Десмир. – Быть дочерью герцога куда лучше, чем никем. Это сила и возможности. А то, что иногда приходится всё же общаться с аристократами соблюдая их правила… Не так велика цена за полученные блага. Особенно с учётом безумия на которое пошёл герцог, чтобы ты наконец приняла его фамилию и дала ему шанс.

– Сама поражаюсь его поступку, – вздохнула Илейра. – Непонимаю…

– Он тебя любит, – произнёс я тихо.

А по сердцу снова полоснули острые когти тоски и обиды. Начал расползаться яд разочарования в душе. Пришлось сжать зубы, и прикрыть глаза, чтобы отогнать гнетающие мысли.

– Я тоже так думаю, – поддержала Джали. – Так что переставай киснуть и попробуй посмотреть на всё под другим углом.

– Вы не понимаете! – всплеснула Илейра руками.

– Куда уж нам, – буркнул Десмир. – Мы…

Парнишка резко замолчал. Причиной была полянка, на которую мы вышли. Точнее то, что мы там нашли…

Не раз я выбирал этот пятачок земли с ровным ландшафтом и густой растительностью по краям, для тренировок. Вон, даже бревно, которое притащил, чтобы складывать туда одежду, месте. Сейчас место моего уединения было не узнать.

Траву словно испарило. А на голой земле была начертана гексаграмма, заполненная знакомыми шоденскими рунами. А в её центре находилось обнажённое тело девушки, на котором так же были вырезаны руны. Её кровь пропитала землю. Лицо искажено от чудовищной муки.

– Кровавый ритуал для получения силы, – прошептал я, опознав увиденное.

Мерзкий звук ударил по слуху, заставляя поморщиться и вызывая инстинктивное желание зажать уши руками. Громкий, пронзительный и удивительно гадкий визг. Вопреки логическим ожиданиям, это не Илейра сорвалась от ужаса. Это вопил Десмир. Хотя… это как раз-таки логично.

– Заткнись ты уже! – не выдержала Джали, отвешивая приятелю подзатыльник, от которого тот чуть не влетел в гесаграмму. Взвизгнув, шарахнулся прочь, но наконец перестал издеваться над окружающими.

– Говоришь, кровавый ритуал? – прищурилась Джали.

– Да, – сглотнул я. – У нас так казнят самых страшных приговорённых к смерти преступников, – в меня впились сразу три напряжённых взгляда, – Это не я! Я всего лишь знаю теорию, как и любой представитель нашей расы!

Стало как-то холодно. Неужели только из-за того, что знаю о данном ритуале, меня сразу сочли кровавым монстром?

– Это и так понятно, – пробурчала беззлобно Джали, удивив меня этим.

Илейра тоже смотрела без страха или обвинения. Только Десмир, как и раньше таращился с ужасом. Но ему для этого и повода не нужно.

– Надо сообщить ректору, – тихо произнесла Илейра.

Возразить ей было нечего, и мы устремились в обратный путь. Вот вам и погуляли! Чует моё сердце, это только начало «радостей» данного дня.

Но самое худшее, улегшаяся за несколько дней тревога, после подслушанного в библиотеке разговора, снова накрыла с головой. Верный своему решению, я каждый последующий день присматривался и даже принюхивался к любому встречному студенту, преподавателю и даже слуге. Ничего. Никаких особых ощущений, запахов или особенностей поведения. Самые обычные люди и нелюди.

Но ведь труп есть! И убили несчастную одним из самых жестоких, но энегрговыгодных способов. Другой шоден на территории? Сомнительно. В балахонах или без, мы выделяемся. А с учётом, сколько тут сильных магов, никакая личина не спасёт.

Могли ли наш ритуал провести те неизвестные из библиотеки? Недавно, я бы сказал: это невозможно. Сейчас я уже ни в чём не уверен. Тревожно на душе. Муторно. Будто грядёт что-то гадкое, но нет ни малейшего понимания что, и откуда ждать неприятностей.

Илейра

Сидя в своей новой комнате я пыталась понять, как всё до этого дошло. Собственная жизнь мне казалась бурной рекой, а я в ней щепка, которую несёт бурным течением.

Вчера у ректора нам пришлось просидеть почти два часа. Новый ректор, пришедший на смену Коргану, внимательно нас выслушал. В процессе хмурился, а после велел сидеть в приёмной и ждать, тогда как сам куда-то ушёл.

Надо признать, Эдман Доленс был суровым мужчиной, которому можно было дать лет сорок. Сколько ему было на самом деле неясно, ведь маги могут долго сохранять молодость. После проверки, устроенной безопасниками, которая вскрыла множество неприятных инцидентов и сильно проредила преподавательский состав, ректор Доленс принялся управлять академией железной рукой. Он не менял установленных правил, но теперь их приходилось всем соблюдать. Никакого глумления багатеньких деток над слабыми и безродными. Никакого – делай, что душе угодно и ничего за это не будет, родители всё решат. За взятку и получатель, и тот, кто её даёт рисковали распрощаться с академией.