Текст книги "Своё место (СИ)"

Автор книги: . Анна Дарк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 34 страниц)

Нашей элите это не нравилось. Им пришлось серьёзно поступиться привычками и желаниями, и вообще – страх и ужас! – начать учиться. Ведь теперь их социальный статус или толщина родительского кошелька не спасали, преподаватели боялись брать деньги и поддержки вышестоящего руководства не было, потому плохие оценки посыпались на вчерашних отличников, как крупа из прохудившегося мешка. Чтобы не вылететь с позором, им пришлось сесть за учебники.

К тому же, ректор Доленс не обладал слащавой красотой Димса Коргана. Слишком брутальный и мрачный имел вид. Его было легко представить с мечом в руках где-нибудь на поле боя, тогда как ректорская мантия казалась на нём несколько чужеродной. Местные красотки совсем не оценили такую смену руководителя. Никто не пускал на него слюни, что тоже не добавляло ему популярности.

Наше ожидание закончилось приходом людей из имперской службы безопасности. Меня, Джали и Десмира лишь опросили, тогда как Кастиана забрали с собой. Это заставляло нервничать. У меня не было никаких доказательств, но я была уверена, Кастиан не виноват. О чём и сообщила лорду Фернору, когда он вызвал меня для разговора.

– Откуда такая уверенность? – удивился он.

– Я просто… Просто знаю, – смешалась я. – Интуиция.

– Не переживай, Илейра, если парень невиновен, мы это узнаем, – попытался успокоить меня герцог. – Я хотел о другом с тобой поговорить…

Как оказалось, лорд Фернор был категорически не согласен с моим проживанием в бюджетном общежитии. Я его дочь и мне не подходит делить комнату с тремя другими девушками, будто я до сих пор обычная девчонка без роду и племени. Для него это был вопрос принципа, он не хотел, чтобы кто-то говорил, будто герцог экономит на своих детях. Если про Шаона все знали – он наказан, то я…

Результатом нашего спора стал мой переезд в элитное общежитие в комнату для тех, кто «попроще». То есть, для богачей, кто не мог себе позволить оплатить целые хоромы, но был в состоянии заплатить за отдельную комнату соединённую с другой комнатой общей гостиной. При таком раскладе студент получал личную жилплощадь, а ванную приходилось делить с единственным соседом. Не говоря о том, что размер помещений и обстановка были куда солиднее, чем в бюджетном общежитии.

Моей соседкой стала Джали. Герцог совсем не возражал против такого расклада и был готов оплатить проживание нас обеих, если это было залогом моего согласия. Джали дала добро, только после клятвы, что она не окажется у меня или герцога в должниках. Пусть она и пыталась это скрыть, но была рада переезду. С соседками она ладила не лучше моего.

Новая комната оказалась оформлена в бледно-лавандовых и бежевых тонах. Огромная мягкая кровать, вместительный шкаф. Столик для женских мелочей и конечно же стол для занятий. Два мягких кресла у настоящего камина и пушистый ковёр. Больше всего мне нравилось огромное окно, дающее так много света. Конечно, комната была излишне роскошной, тогда как я не привыкла к излишествам, но она понравилась мне с первого взгляда. Такая уютная.

И ванную теперь приходилось делить только с Джали, а она не любитель сидеть там часами. Бытовой аспект жизни обещал определённо стать приятнее. Может, ребята не так уж и неправы, и не стоит все перемены воспринимать в негативном свете? А ведь скоро должна прийти одежда из магазина «У Селены»… На мои возражения, герцог заявил, уже всё оплачено, если я откажусь вещи придётся выбросить или раздать бедным. Пришлось согласиться. Мне не слишком нравилась ситуация, но… ладно, сейчас это меньшая из проблем.

Куда больше меня беспокоил обнаруженный труп. Выглядело всё крайне жутко. Страшно представить, что довелось пережить несчастной перед смертью, какие муки ей пришлось вынести. Спину в тот момент как инеем осыпало. Почему-то вспомнился тот день, когда я пыталась почувствовать магию вокруг себя. Тот момент, когда почувствовала нечто жуткое. Будто саму смерть.

Могло ли нечто подобное происходить на территории академии ранее? Могла ли я ощутить последствия такого вот, чудовищного ритуала? Или это было нечто иное? Ничего не знаю. Оттого становится ещё более страшно. Мне казалось академия неприступная территория, где бояться стоит только козней зарвавшихся золотых деток. Всё оказалось куда хуже. Либо кто-то посторонний нашёл способ проникать на территорию академии, либо убийца по-прежнему где-то рядом. В пользу второй версии уверенно говорило то, что лезть в кишащее магами пространство для свершение кровавого ритуала нереальная опасная глупость. Всё то же самое можно сделать подальше от носителей дара, без лишнего риска. Ну, или я чего-то не понимаю.

Страшно. Собственные размышления не добавляли спокойствия. Только усугубляли тревогу. Я пыталась думать о чём-то нейтральном. Жаль, получалось плохо.

На фоне этих волнений, даже назойливое внимание окружающих стало казаться мелкой раздражающей неприятностью. Как и думала, на следующее после бала утро, я проснулась знаменитой. Все те, кто недавно с упоением травил меня и наслаждался последствиями этой травли, внезапно возжелали моего общества. Стоило выйти из комнаты, как меня забросали приветствиями и комплиментами моему образу на балу. Слухи здесь разносятся быстрее пожара.

Мои друзья стали для меня неким щитом от жаждущих стать другом дочери герцога Эрвейского. Присутствие Кастиана остудило пыл даже самых настырных. Они смотрели, но не решались подходить, пока он был поблизости. Жаль, стоило остаться одной, как снова рядом обнаруживался кто-то с готовой и насквозь лживой лестью.

Мысль, что Кастиан решил начать общение из-за обнаружившегося родства со вторым человеком империи, отбросила, как нелепую. Он не был подданным империи, ему было совершенно плевать на титулы местных обитателей.

Только вот пообщаться в новом дружеском статусе нам толком не удалось. Забрали его в воскресенье и только сегодня после занятий он вернулся в академию. Подойти не решилась. От его закутанной в балахон фигуры распространялась аура раздражения, усталости и нежелания кого-либо видеть. Я не могла его за это судить. Очевидно, общение с безопасниками не может быть приятным. Тем более, столь продолжительное.

О нюансах этого общения мне рассказал герцог Эрвейский. Вчера Кастиана пробовали допрашивать подчинённые герцога, но ничего особенного не добились. Он подтвердил, что знает ритуал. Как и всякий шоден изучал его в теории. Даже пояснил о его составляющих, что помнил, но свою причастность отрицал категорически. Как бы подчинённым лорда Фернора не хотелось закрыть дело побыстрее, ничего у них не вышло.

В отличии от подчинённых, сам герцог был заинтересован в правде. В академии училось сразу двое его детей, и он не хотел, чтобы рядом с ними находился кровавый убийца балующийся опасными ритуалами. Тогда он решился допросить Кастиана при помощи редчайшего артефакта – камня истины.

Проблема использования данного артефакта заключалась в том, что он требовал колоссальных затрат магической энергии, а задать можно было только три вопроса. Дальнейшие попытки докопаться до правды грозили выгоранием, а то и безумием, как задающему вопросы, так и отвечающему на них. Артефакт тянул энергию и силы из обоих. Одно хорошо, солгать при его применении не было никаких шансов. Любая попытка лжи даже в мыслях, отзывалась чудовищной болью во всём теле, а глупое упорство могло и убить.

В общем, использовали его редко, в силу ряда неприятных последствий и проблем, и только когда остро нуждались в установлении истины. Например, если вопрос касался государственной безопасности. Правда, лорд Фернор пользуясь полномочиями и огромным запасом собственных магических сил, использовал артефакт, чтобы узнать виноват ли самый подходящий на эту роль кандидат. Он сам поведал мне о нюансах использования артефакта и выглядел таким измождённым, а что должно быть с Кастианом и представить страшно.

– Могу тебя успокоить, – вздохнул герцог, – Этот Кастиан не виноват в убийстве несчастной.

Вздох ощутимого облегчения сорвался сам собой. Одно дело верить интуиции, другое получить точное подтверждение.

– Зато он повинен в смерти четверых неподалёку от Итаниса, – произнёс лорд Фернор.

У меня аж дыхание перехватило от его слов, заставляя уставиться на лорда огромными непонимающими глазами.

– Вчера утром в наше управление поступил сигнал из итаниского отдела правопорядка. Рыбаки из местной деревушки обнаружили четыре трупа. На всех присутствуют различные ранения, но причиной смерти послужили не они. Из них выпили душу. Поглотили её. Об этом свидетельствует совершенно красные от лопнувших капилляров глаза. Такое происходит, когда душу резко вырывают из тела, чтобы её пожрать. В последствии наши специалисты получив тела подтвердили данный факт. А после к нам попадает шоден, который как раз накануне вечером через Итанис возвращался из дома сюда. Раненый шоден, которому, как выяснилось, кто-то помог обработать раны, при том, что к лекарям или целителям он не обращался. Ответь честно, Илейра, это была ты?

– Да, – сорвалось с моих губ.

– Занимаясь такими ранами ты не подумала где и как он их получил? – продолжал герцог мрачно.

– Нет.

И ведь правда, я совсем не раздумывала откуда такие раны. Так привыкла, когда к дедушке приходили с самыми разными травмами и ранениями. Он помогал всем, никогда не спрашивая, что послужило причиной такого состояния. Вот и мне в голову не пришло размышлять особо над данной задачей. Так, мелькнуло что-то на задворках сознания, но я быстро отмахнулась от странных мыслей.

Оказывается, вот оно что. Скорее всего, эти четверо зачем-то напали на Кастина. Он, понимая, что не справляется пустил в ход своё самое грозное оружие данное природой – поглотил души жаждущих его убить. Осуждать его за это сложно. Но и от понимания, что «пожиратель душ» не просто жутковатое выражение, страшно. Эти сведения выбили меня из колеи. Заставили чувствовать себя растерянной и подавленной.

– Данная четвёрка напала на шодена и он убил их таким образом защищаясь, – подтвердил мои размышления лорд Фернор. – Он сам рассказал это, после того как подтвердил факт убийства этих… четверых. К тому же, нам не удаётся опознать никого из погибших. Это заставляет верить, все они не местные и пришли в империю с целью прибить парнишку. Почему? Он утверждает, что не знает. Как мне кажется попросту не хочет говорить. У него крайне непростое происхождение, у таких семей, как его, всегда полно врагов.

– Что не так с его семьёй? – спросила я, в очередной раз теряясь.

– А ты не знаешь? – удивился герцог. – Что вообще ты знаешь о существе, которое решила назвать другом?

Очередной вопрос, ответ на который привёл в смятение. Истина в том, что на самом деле я ничего не знаю о Кастиане. О его жизни, семье, вкусах, планах или мечтах. Он для меня закрытая книга с красочной обложкой. Почему-то мне всегда казалось, он хороший. Он не раз мне помогал. Даже жизнь спас. Могла ли я из-за этого стать настолько беспечной, чтобы игнорировать столь очевидные вопросы и довольствоваться своими ощущениями, не пытаясь заглянуть глубже? Пришлось со стыдом признать – могла. И сделала. Как была, так и осталась наивной дурочкой. Оставалось надеяться, моя интуиция не ошиблась несмотря на новые сведения.

– Кастиан Карсианэ – сын короля Шордарии Обрайдена Карсиане рождённый от любовницы-эльфийки, – снова шокировал меня лорд Фернор. – Конечно же, он не является наследником в силу происхождения, но отец его признал.

Ещё и принц. Прикрыв глаза покачала головой, чувствуя себя морально опустошённой.

Шоден, необщительный чужак способный превращаться в монстра, пожиратель душ и принц закрытой от мира страны. А ещё тот, кто способен погасить даже неконтролируемый выброс магии, спасая чужую жизнь. Не боится пойти против толпы и плюёт на её мнение. Тот, с кем неожиданно просто разговаривать, кому хочется доверять вопреки здравому смыслу. Всё это Кастиан. И я не знаю, абсолютно не понимаю, кто он такой. Какой он под всеми своими масками.

– Лорд Фернор, – произнесла я заглядывая в чёрные глаза мужчины, – возможно я во многом наивна и даже глупа, но Кастиан не мировое зло. Я так чувствую.

Замерев он несколько мгновений всматривался в моё лицо, затем стремительно побледнел и отшатнулся.

– Милосердные небеса! – выдохнул он. – Только не говори, что влюбилась в него! Ты не могла совершить такую глупость! Только не ты, Лейри!

Он был так напуган и шокирован своей догадкой, что даже слишком личное для меня «Лейри» решила проигнорировать.

– Что вы, – рассмеялась я вполне искренне. – Я не сумасшедшая и не собираюсь уподобляться тем дуракам, что крутятся вокруг представителей иных рас в надежде стать их супругами. Пусть я дикарка из леса, но отлично знаю – представители других видов не прочь закрутить необременительный роман с человеком и крайне редко, просто запредельно, вступают с людьми в законный брак. А Кастиан… Он мне нравится, но не как романтический интерес, а как друг. Как некая загадка и чело… тот, кто не раз меня выручал. Так что не беспокойтесь, лорд Фернор, никой влюблённости нет. Кастиан просто ещё один друг, которому я верю вот и всё.

– Надеюсь, это так, – прикрыл герцог устало глаза.

Он мне не больно-то поверил. Сомнение было крупными буквами написано на его лице. Возможно, он бы даже был рад запретить мне, как отец, общаться с Кастианом, да только недавно дал опрометчиво клятву так не поступать и придерживался её. Он беспокоился обо мне и это не раздражало, а наоборот согревало изнутри. Я не готова была назвать его отцом, но он определённо перестал мне быть чужим.

Я сказала герцогу чистую правду, я не была влюблена в Кастиана. Чувствовала к нему искреннюю симпатию. Доверяла вопреки фактам, а значит и здравому смыслу. Конечно, понимание его природы, которое стало значительно ближе, пугало. Было жутковато от осознания, что он в любую минуту может поглотить мою душу и нет никакой защиты от этого, но я верила, Кастиан так никогда не поступит. Он не злой, не жестокий, умеет ценить чужие жизни и ему не чужды понятия чести. Правда, как с ним общаться при встрече не знала. Ладно, подумаю об этом позже. Сейчас стоит переварить новую информацию и взять себя в руки.

Двое неизвестных вдали от чужих глаз и ушей

– Ритуал дал отличную подпитку «туману» – отчитывался мужчина, скрывая лицо в тени.

– Идиот! – ответил ему другой, на ком был плащь с глубоким капюшоном. – Твоя самодеятельность привлекла внимание безопасников!

– После их чистки поддерживать «туман» на должном уровне стало проблематично, – возразил первый. – В академии стало слишком благостно, слишком мало негативной энергетики.

– Ты должен был убрать за собой! – рыкнул второй.

– Не успел!

– Говорю же – идиот.

На несколько мгновений повисла тишина.

– Больше не смей рисковать, – снова заговорил тот, что в капюшоне. – Делай что хочешь, но не привлекай внимания. Ещё пара недель, может, месяц, и мы запустим первую ступень нашего действа. Если из-за тебя всё сорвётся, если безопасники что-то почуят, от тебя не останется даже памяти ни на одном уровне бытия. Ты меня понял?

– Понял, – сглотнул первый испуганно. – Больше таких ошибок не будет.

– Очень на это надеюсь. Потому что твоя следующая подобная ошибка станет для тебя последней. Мы не имеем права рисковать в шаге от воплощения всех наших планов.

Второй собеседник неслышно удалился, так и не снимая капюшона, а первый вышел на свет, вытирая холодный пот дрожащей рукой. Он снова ошибся. Всех подвёл. Больше это не повториться. Не сейчас, когда до всего, к чему они стремились годами, осталось так мало.

Глава 17, Принцы

Илейра

Вечером я всё же решилась сходить к Кастиану. Мне было тревожно. Если сам герцог Эрвейский выглядел таким вымотанным, то что должно быть с ним? Ведь в отличии от герцога, его магия ещё не раскрыта до конца и допрос при помощи камня истины помимо того, что тянул силы, должен был доставить Кастиану прилично болевых ощущений. Никто не захочет так вот сразу, выкладывать всё напрямую.

Моя инициатива разбилась о закрытую дверь. Сколько бы я не стучала, Кастиан мне не открыл. Из его комнаты не раздавалось даже шороха. Так и пришлось мне уйти ни с чем.

Утром моя решимость куда-то бесследно сбежала. Я страшилась встречи с ним, а он даже не пришёл на занятия. Появился Кастиан только в обед. Вплыл в столовую подобно мрачному призраку. Никакой уверенности, что он вообще теперь скажет мне хоть слово, после столь тесного общения с моим биологическим отцом, у меня не было. Вопреки моим опасениям, забрав свой обед, Кастиан сел рядом и буркнул приветствие. Прозвучало оно настолько мрачно и недружелюбно, что даже Джали чуть поёжилась, а Десмир снова начал трястись. Мне же удалось выдавить из себя лишь жалкое подобие улыбки.

Столовая гудела. Безопасники, конечно, постарались скрыть происшествие. Увы, безуспешно. Кто-то прознал про девушку в лесу убитую столь жестоким способом. Она оказалась третьекурсницей, сильным магом воды. То есть, она была девушкой поступившей в академию ради учёбы, а не замужества. Уже умела управлять магией, могла себя защитить. Только её это не спасло. И виновным в её смерти местная общественность назначила Кастиана. Ситуацию усугублял факт, что многие видели, как его забрали вчера безопасники. Даже то, что его сегодня отпустили на свободу, ничего не менял.

Люди и нелюди шептались и косились в сторону Кастиана. Старались делать это тихо, но их «тихо» отлично слышала даже я, а у представителей иных рас слух, как правило, сильнее человеческого. По тому, как Кастиан сжимал ложку, он прекрасно всё слышал.

Мне хотелось его как-то поддержать, сказать что-то ободряющее, но я не могла заставить себя открыть рот. Злилась, почти ненавидела себя за это, но продолжала молчать.

В таком гнетущем молчании прошёл остаток занятий. Даже Джали и Десмир притихли, лишь изредка обмениваясь короткими фразами. Сам Кастиан подал голос только после последней пары: попросил конспекты пропущенных лекций. Друзья записывали далеко не всё, потому что уже знали многое из того, что диктовали на парах и делиться пришлось мне. Но даже когда передавала записи, так и не смогла сказать ничего, хотя в голове построила десятки разных монологов.

Готовиться к занятиям не получалось. Мысли разбегались в разные стороны, не желая концентрироваться уроках. Устав от эти пустых попыток, отправилась погулять. В ту часть академического парка, которую игнорировали большинство студентов. Там не было ухоженных тропинок и лавочек, где можно отдохнуть. Почти настоящий лес, а в лесу мне всегда становилось легче. Мысли обретали упорядоченность, а на душу снисходило спокойствие.

Я не дура, понимала, бродить по академическим зарослям после того, как там убили девушку – не лучшая идея, но ничего не могла с собой поделать. Мне это было нужно, как воздух. Хотя бы десять минут вдали от людей и давящих каменных стен академии.

Отходить далеко не решилась, устроилась у рослого дуба прямо на траве. Отсюда видно башенки академии и было легко выбраться, чтобы убежать в случае угрозы. Не гарантия безопасности, но вселяло небольшое успокоение.

– Зря ты тут бродишь, – раздалось тихое из-за кустов сзади.

Испуганно пискнув, вскочила на ноги и повернулась лицом к опасности. Из зарослей выступил Кастиан, а мне захотелось выругаться.

– Зачем подкрадываешься? – зашипела сердито, будто не меня недавно мучал недуг глупой немоты в его обществе.

Отвечать он не стал. Молча выбрался на облюбованный мной пятачок. Сделал он это так тихо, что оставалось только поразиться. Ни одна веточка не хрустнула, никакого шороха не послышалось. Интересно, так умеют передвигаться все шодены или это эльфийское наследие? Не зря же говорят, эльфы умеют передвигаться по лесу не потревожив даже росу на траве.

– Не думал, что ты такая безрассудная, – привычно тихо произнёс Кастиан. – Не боишься стать следующей жертвой?

– Нет, – выдала я, пусть и не совсем правду.

– Неужели? – оскалился он, блеснув двумя парами угрожающих клыков. – Тут только ты и я. Я могу спокойно скрутить тебя и провести подобный ритуал. А могу не тратить лишнего времени и просто пожрать твою душу.

Говорил он это тихим, вкрадчивым голосом, подойдя совсем близко. Остановился за спиной и опустил мне на плечо руку с впечатляющими когтями. Со стороны это, должно быть, смотрелось угрожающе и мне полагалось испугаться, но вместо страха испытывала желание рассмеяться.

– Перестань, – покачала я головой не сдержав усмешки. – Не действует.

– Что, правда? – прозвучало уже обычным голосом.

Спрятав когти Кастиан сел рядом, и пусть я не видела его лица, но он всё равно казался мне озадаченным.

– Правда, – хихикнула я.

– Интересно, почему? Я старался! – возмутился он.

– Потому что ты не такой, – вздохнула я. – Лорд Фернор многое мне рассказал. Например, что ты не убивал ту несчастную.

– И про Итанис тоже, – прозвучало то ли вопросительно, то ли утвердительно.

– И про Итанис, – согласилась я.

– Хочешь сказать, после этого ты не боишься? – скептически поинтересовался Кастиан. – Не поэтому ли ты за весь день не сказала мне ни слова?

Вот же! Как объяснить ему то, чего сама до конца не понимаю? Как обличить в слова своё странное доверие к нему и подсознательный, глупый страх от осознания его истинной природы?

– Я выросла в лесу, Кастиан, – попыталась я подобрать слова. – В наших краях не было никого, кроме простых людей. Даже аристократа увидеть было настоящим событием, а нелюди туда попросту не заходили. Им нечего было там делать. Впервые я увидела представителей других рас, именно тут, в академии. И, наверное, до вчерашнего дня до конца не понимала – вы другие. То есть, умом я изначально понимала, ты и Джали не люди, но вот внутри… Неким, подсознанием что ли, нет. Невольно видела в вас людей и относилась как к людям. И только вчера окончательно осознала, насколько ты иной.

– Серьёзно? – в голосе Кастиана звучало искреннее недоумение.

– Как есть, – развела я руками. – По меркам цивилизованного общества я обыкновенная дикарка, не понимающая многих, очевидных для всех вещей. Я другое хотела сказать. Кастиан, не буду врать, меня несколько пугает понимание, что ты в любой момент можешь поглотить душу любого в этой академии, но так же, я знаю – ты этого никогда не сделаешь.

– Почему?

– В тебе есть благородство, внутреннее достоинство, которого лишены большинство местных обитателей. В тебе нет желания доминировать над теми, кто слабее. Ты не стремишься самоутверждаться за чужой счёт. Желаешь стать сильнее и для этого поступил в академию, тогда как при твоём положении, на родине тебе не составило бы труда подпитывать силы чужими душами, но ты не убийца. Не нападаешь первым, ценишь чужие жизни.

– И о происхождении моём расказали.

– Ну и что? Ты оказался ненаследным принцем самой закрытой страны мира, но это ничего не меняет для меня. Разве для тебя известие о моём родстве с герцогом Эрвейским что-то изменило?

– Нет.

– Так почему твоё происхождение должно что-то менять для меня? Я в местное общество вписываюсь не лучше тебя.

В ответ Кастиан неожиданно скинул свой капюшон и расхохотался. Звонко, как мальчишка. Окончательно уничтожая ауру мрачной опасности окружающую его.

– Ты просто невозможна, Лейри, – произнёс он продолжая смеяться. – Сейчас от меня шарахаются даже преподаватели, а ты тут сидишь рассуждаешь какой я хороший.

– Кастиан, не зови меня так, – попросила я. – Это очень личное имя. Так звал меня дедушка.

– Это твоë имя, – не согласился он. – Илейра – слишком официально. Илей – похоже на кличку домашнего любимца. А Лейри тебе подходит от и до, отражает твою внутреннюю суть. Оно созвучно названию эльфийского цветка Далейрис. Поразительно красивого и нежного, но невероятно выносливого и живучего. Ты такая же, Лейри.

– Да ты романтик, – растерялась я.

– Вовсе нет, – покачал Кастиан головой, – просто вижу тебя именно такой и потому буду называть Лейри, даже если ты против.

– Ну ты и…! – растеряла я все слова поражённая чужой наглостью. – Гад ты, Кас!

Я намеренно обкорнала его имя. Думала рассердится и согласится звать меня как угодно мне, а он, сволочь шоденская, только снова расхохотался.

– Кмар с тобой, – буркнула в ответ.

– Касательно остального… – проигнорировал моё недовольство Кастиан. – Поглощение чужой души даёт невероятный заряд силы. Ощущение чуть ли не всемогущества. Но мне это не подходит. Эльфийская кровь бунтует против, даря массу отвратительных ощущений. Да и мерзко это – искать силу за счёт чужой жизни и души. Так что, ты права, Лейри, я не собираюсь пировать чужими душами. И этих четверых не тронул бы, будь возможность спасти иначе собственную жизнь.

– Я знаю, – улыбнулась я.

Солнце выглянуло из-за туч, осветив поразительно красивое нечеловеческое лицо. Сама того не осознавая, я залюбовалась этим совершенством линий. А стоило Кастиану улыбнуться, как сердце вовсе споткнулось, сбиваясь с ритма. Улыбка делала его красоту ослепительной, даже внушительные клыки не портили её.

– Спасибо, – произнёс он. – Не думал, что это настолько приятно, когда в тебя кто-то так верит.

Он отвернулся, думая о чём-то своём, а я мысленно надавала себе пощёчин, приказывая очнуться. Если в чём лорд Фернор и прав, так в том, что влюбиться в представителя иной расы – самая фатальная глупоть, какую только можно вообразить. Я такой не совершу. У меня другие цели в этой жизни. Нужно придерживаться их, а не терять голову от созерцания чужой красоты.

***

Засиживаться со мной Кастиан не стал. Оказывается, изначально он направлялся на тренировку, но заметив меня решил изменить маршрут и теперь желал вернуться к изначальному плану. Мне было интересно посмотреть, особенно если он снова примет тот завораживающе-пугающий облик. Увы, с собой звать он не спешил. Более того, я подсознательно ощущала, Кастиан желает всё проделать в одиночестве. Что ж, его право. Возможно, для него это что-то сокровенное, а мы не столь близки, чтобы он этим делился.

Посидев ещё минут десять в тишине и осознав, что наконец обрела душевный покой, решила вернуться. Домашнее задание за меня никто не сделает. Тем более, я ещё не всё за пятницу наверстала.

Добравшись до облюбованных массами территорий, не сразу поняла причину оживления представительниц прекрасного пола. Только внимательно присмотревшись к месту наибольшего их скопления осознала, в академию зачем-то пожаловал сам наследный принц – Колдер Солтари.

Он вальяжно развалился на скамейке у фонтана, на губах блуждала снисходительная полуулыбка, и целая толпа студенток стремилась привлечь к себе его внимание. Пройти рядом, стрельнув глазками, замереть в поле его зрения в соблазнительной позе. Самые наглые – или смелые? – подошли к самой скамейке, вовлекая принца в разговор.

Не понять мне этих девиц. Ох, не понять! По империи давно гуляют легенды о выходках, гадких наклонностях и совершенно скотском поведении наследника, а они всё равно жаждут его внимания. Неужели не понимают, ничем хорошим это кончиться не может? В лучшем случае он затащит их в койку и к утру забудет имя, в худшем может опозорить так, что до самой смерти не отмоются.

Присоединяться к толпе не самых умных девчонок я не собиралась, потому слегка покачав головой направилась к общежитию. Единственная встреча с принцем меня совершенно не порадовала и пересекаться с ним снова не было ни малейшего желания.

– Илейра, душа моя! – раздался голос, который ещё недавно требовал от меня покориться, внушая мне, насколько я ничтожна.

Захотелось выматериться, как старый охотник, который периодически заходил к дедушке штопать свои раны. Цензурными в его речи были только предлоги и междометия.

Кмар! Гадство! Чего ему нужно?! И ведь не пошлёшь, как того же графа Ольского!

– Добрый день, ваше высочество, – ответила я, приседая в реверансе.

В академической форме это выглядело нелепо, но формальности и этикет никто не отменял.

– Колдер, Илейра, – улыбнулся он слащавой, насквозь лживой улыбочкой. – Для тебя просто Колдер.

Боги! За что?! Все глаза и уши в округе были прикованы к этой гадкой сцене! Мне хотелось его убить. Послать в самых изощрённых выражениях, но приходилось улыбаться. Нахамить наследнику на глазах у толпы – слишком опасная глупость. Даже родство с герцогом тут может не спасти.

– Не думаю, что настолько фамильярное обращение уместно, ваше высочество, – отозвалась я, стараясь не скрежетать зубами. – Мы с вами слишком мало знакомы.

– Потому я и здесь, чтобы это исправить, – и снова улыбка, от которой впечатлительные дуры аж запищали.

Что ты задумал, сволочь венценосная?!

– Ваше высочество, я не думаю… – начала я сбивчиво.

– Удели мне немного своего времени, душа моя, – перебил меня принц, потом подошёл вплотную. – Всего лишь небольшая прогулка.

Внутренне воя от злости, приняла предложенный локоть. Прежде чем устремиться вперёд, принц всё с той же приторной улыбкой сказал, что хотел бы побыть со мной наедине и очень расстроится ели заметит лишних соглядатаев или их уши.

– Чего вам нужно, ваше высочество? – спросила я прямо, стоило нам отойти подальше от толпы.

Остановившись, он повернул одно из своих колец.

– Всё, теперь можно говорить, – хмыкнул наследник и снова продолжил движение. – Возвращаясь к твоему вопросу… Я бы хотел извиниться. Моё поведение в нашу прошлую встречу совершенно недопустимо.

Серьёзно?! Он думает, я ему поверю? Уверена, принц Колдер вообще не в курсе, что такое совесть. Он ей отродясь не пользовался ввиду полной ненужности, так что её муки ему точно неведомы. Он слово-то такое знает только благодаря словарю!

– Вас прислал ваш отец? – поинтересовалась я.

Мне хотелось остановиться, чтобы иметь возможность смотреть собеседнику в глаза. Да и прикасаться к принцу, даже сквозь слой ткани, было неприятно. Хотелось отстраниться и отряхнуть одежду. Я ничего не забыла. Того ужаса и бесконечной беспомощности. Своего презрения, считай ненависти к этому человеку возомнившему, что ему законы не писаны. Но вместо этого приходилось идти дальше с лёгкой улыбкой на лице, ведь пусть подходить близко не решались, но издали на нас глазели десятки любопытных.

– Не веришь, значит, – чуть поморщился он.

– А должна? – изумилась я совершенно искренне.

– Между прочим, зря не веришь, – выдал принц. – Я правда сожалею о своём поведении. С моей стороны было глупо действовать руководствуясь слухами.

Как же, слухами он руководствовался. Пусть эти сказки рассказывает влюблённым в него идиоткам. Я же убеждена, он попросту привык к безнаказанности и считал, что вчерашняя девушка из деревни будет в восторге от одного только факта его внимания. Даже если оно весьма сомнительное.