Текст книги "Чернокнижник. Первый класс (СИ)"

Автор книги: Андроид

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)

Ну а так у парня все шло спокойно. Первую неделю баллов не ставили, все приживались и привыкали. Днем Гриша занимался в школе, часто читал разные книги про Инициацию и темную магию, как талант. Зарядку делал, ибо его заставлял оборотень. По вечерам гуляли с Яшкой и Линой по острову, разговаривали, шутили. Опять ей завидовали. Она тоже выбрала боевой класс, но у нее с учительским составом было как-то повеселее. Физрук-паладин, эрудицию вел тоже Сергей Петрович, заклинания, понятное дело, Елена Ипполитовна, а тварей какой-то ученый демонолог, кажется, Лебедев, но это не точно. В общем, жили припеваючи.

Было, правда, пару инцидентов. Ну, во-первых, это бум девичьей активности по приезду старшеклассников. У них учеба начиналась на неделю позже, чтоб не смущать в начале первачков. И вот тогда понеслась. Целую неделю были слезы, крики, споры, драки.

Алину это тоже не прошло стороной, она высмотрела какого-то себе светлого третьеклассника, но повстречалась с ним ровно три дня и бросила. Странно в эти дни был раздражителен Яшка, да и потом того парня, уже брошенного, нашли в немного помятом виде в лесу. Устраивали разборки, но потом решили сослать все на то, что паренек просто в дерево врезался.

Зато Яшка потом ходил, как кот сметаны объевшись. Конечно, Грише было несложно сложить два и два, да и оборотень потом сам признался, что немного похулиганил. Объяснял это тем, что «просто этот пи*** забрал у Лины лучшие три дня ее жизни». Странный этот Яшка, но Гриша допустил и это.

Напасти не обошли и самого чернокнижника. Занятия медитацией приносили свои плоды, Гриша чувствовал, как может контролировать часть своих сил. Но вот однажды он сильно разозлился из-за того, что на уроке Дениса Валерьевича его перебил какой-то парень и случайно призвал целую банду чертей. Эти крылатые демоны разворошили кабинет, но никто, кроме самих чертей, не пострадал, учитель не зря работал охотником. По этому поводу с Гришей общался декан и говорил, что «ай-ай-ай, как плохо призывать чертей на уроках» и бла-бла-бла.

Сам же чернокнижник по ночам любил какого-нибудь беса в этот мир принести. В часа два ночи он выходил «в туалет», а сам в гостиной призывал различных бесов. Ему нравилось это ощущение власти, когда агрессивное и опасное существо из другого мира слушается твоих приказов. Правда, Гриша всегда помнил слова деда о том, что никогда нельзя терять контроль над демонов, ведь для него нет большей радости, чем сожрать того, кто его призвал.

Так прошла еще неделя, все было спокойно. Баллы у Гриши были вполне сносными, особенно за изучение тварей и обучение заклинаний. Физкультура всем давалась плохо, только Яшке и вампиру давали оценку «хреново». Какую оценку получал Гриша и остальные лучше не знать, ибо такие слова нельзя перевести на цензурный язык.

Но вот, в один прекрасный осенний день, на уроке изучения заклинаний случилось кое-что необычное.

– И так, сейчас, думаю, вы готовы лицезреть свой Источник, – торжественно, но все так же гаденько, произнес Феофан Ибрагимович. – Слушайте меня внимательно. Закройте глаза. Расслабьтесь. Представьте, что вы – река. И двигайтесь к своему руслу, двигайтесь…

Дальше слова, вошедший в транс Гриша разобрать не мог. Он прибывал в состоянии полудремы, слова декана доносились, как сквозь вату и вот он уже «приплыл». Как и рассказывал Феофан Ибрагимович, Гриша появился в темноте. Всюду была темнота, ничего не было, только гладкий черный пол под ногами. Все так, как описывал учитель. Но вот не было ожидаемой сферы. По рассказам преподавателя, перед учеником должен появится Источник сферической формы. Гриша уже ожидал увидеть фиолетовый шарик, но его здесь не было. Где же он?

– Не это ищешь? – спросил смутно знакомый, но какой-то ехидный, голос.

Парень обернулся и обомлел.

Глава 9

За окном больничного крыла светило уходящее солнце. Денис, до этого дремавший на стуле у койки, протер свой единственный глаз. Какие бы байки он не травил про свое увечье, потерял он его о собственное же оружие.

Своим последним, но зорким глазом, он осмотрел лежащего на койке больного. Парень был по пояс раздет, что открывало вид на результат жестких тренировок Степана. Денис встал со стула и подошел к крану, чтобы смыть оставшуюся дрему.

Вот уже второй день юноша лежит в кровати. Местный лекарь, Тереза Васильевна, говорит, что юноша здоровее всех здоровых, просто без сознания. Второй день. Сомневаться в магическом происхождении обморока нельзя, к тому же зная, что в обморок юноша упал во время урока, когда вошел в транс.

Вымыв лицо и вытерев его висящим на крючке полотенцем, Денис занял свой неизменный вот уже вторые сутки пост. Конечно, он покидал его, но только для того, чтобы сообщить новости о состоянии Гриши его деду и провести свои уроки.

Услышав о том, что произошло, Андрей был немного взволнован. Настолько немного, что, увы, но сейчас в Сахаре стало на один оазис меньше, а у половины новеньких паладинов на один страх больше. Сам Денис, видавший виды, немного струхнул, когда под оазисом разверзлась Адская пучина, всасывая в себя и песок, и воду, и демонов. Андрей же не сказал ни слова, лишь ушел к себе в палатку, попросив сообщать о состоянии мальчика каждые четыре часа.

– Что же происходит, – вслух спросил у самого себя старый охотник.

Действительно. Этот прорыв в Сахаре все больше казался неким терактом какой-нибудь секты. Но зачем? Отвоевать Египет, чего не смогли сделать в далеком две тысячи восьмом? О, Денис хорошо помнил ту битву под Каиром, когда секта, называющая себя Вестниками Смерти (фу, как банально), пыталась воскресить фараона Тутанхамона. Если бы им это удалось сделать, то у них в подчиненных был бы один из сильнейших некромантов прошлого, и почему-то Денис не был уверен, что они хотят фараону поручить работать горничной в их домах.

Но нет. Район прорыва слишком близко к Египту, что не имеет смыла. Не лучше ли было устроить его где-нибудь в центре Африки, чтобы у охотников не было возможности вернуться так быстро, чтобы помешать воскрешению Тутанхамона?

Значит ли это, что у тех шаманов просто крыша поехала, и они решили от нечего делать создать портал? Нет, кому-то нужен был этот прорыв, остается узнать кому и зачем.

Тут из размышлений старого охотника вывело шевеление на одной из коек. А так как единственным пациентом здесь в данный момент был Гриша, то Денис быстро развернулся к открывшему глаза юноше.

***

Темно. Грише было темно и все. Никаких других чувств. Ни холода, ни боли, ни блаженства. Так выглядит смерть? Нет. Гриша отчего-то точно знал, что не умер. Сейчас он дышит. Мертвым незачем дышать в загробном мире. Тогда почему темно? Наверное, стоит открыть глаза?

А, нет, не стоило. Острая вспышка боли пронзила голову. Однажды Гриша дотронулся до раскаленной кочерги, которой дед мешал поленья в камине, так вот боль была такой, словно этой кочергой его огрели по затылку. Но вот пляска цветов в глазах прекратилась, вернулись остальные чувства и Гриша отчетливо осознал, что лежит в кровати.

Белый потолок больничного корпуса, в котором он был, когда Яшка «случайно» сломал руку, когда подрался с второклассником. Парень оказался геомантом, отлично владел магией земли и успел создать себе каменную броню. Конечно, Яшка сломал себе конечность, но тому парню он задницу надрал даже так. Все-таки у оборотня был талант к рунной магии, которой издревле пользовались войны для усиления, поэтому раздробить камушек было плевым делом. Хоть и с последствиями.

Так вот, Гриша точно знал, что он сейчас в больничке, но не помнил, как сюда попал. Может, подрался, его отмутузили чем-нибудь тупым и тяжелым по башке, он в отключку и ничего не помнит? Это на него похоже, учитывая то, что под влиянием Яшки он стал махать кулаками направо и налево, дай только повод. Правда, у драчунов было правило, мол, побили – молчи. Скажи, что упал с лестницы или в дерево спросонья врезался. Как так можно врезаться в дерево, чтобы руку сломать? Ну, Елена Ипполитовна, знаете, я после сна быстро передвигаюсь.

Да, именно Елена Ипполитовна, потому что, кто бы что не говорил, а между факультетами была вражда. Не потому что «мы темные, вы светлые», а потому… Хотя да, именно поэтому. Драки, споры, особенно за девочек. Не потому что они нравились кому-то, и надо было их защитить, а потому что просто не хотели давать их светлым. А дамам того и надо, лишь бы внимания побольше к их персоне.

За Лину столько стрелок было. И не особо хотел Гриша за подругу-то драться, взрослая девочка и сама разберется. Учитывая то, что она была одной из лучших в боевом классе светлых. Но вот Яшка как заправский пес вынюхивал про новых обожателей княжны и планомерно на них нарывался. Особенно второклассникам досталось, ибо они тоже пока были молоды и горячи, а вот кто постарше, те уже полностью отдавались своей учебе или нашли пару, так что с ними парни обычно терок не имели.

Но что-то Гриша ушел в воспоминания, вот Денис Валерьевич сидит. Наверное, за драку отчитать хочет бедного побитого чернокнижника.

– Что бы кто не говорил, он первый начал, – не успел учитель открыть рот, выстрелил Гриша. Конечно, был шанс, что ему наваляла девочка, но он надеялся, что в нокаут его отправил какой-нибудь парень.

– Кто? – поинтересовался недоуменно друг деда.

– Ээээ… в том-то и дело, что я не помню, – пожал плечами Гриша.

– Так, подожди, ты сейчас о чем? – помассировав виски, спросил Денис Валерьевич.

– Ну, что я ввязался в драку. Я просто защищался, – начиная что-то подозревать, объяснил парень, чуть приподнимаясь на локтях.

– Ты просто упал в обморок, когда вошел в транс, – видимо, учитель понял, что Гриша все забыл и решил прервать поток бессмысленных вопросов.

И тут парень все вспомнил. Темноту транса, поиски Источника и… О да, он вспомнил, но образ никак не мог сформироваться. Гриша подергал себя за волосы, пытаясь вспомнить, но в мозгу мелькали только две ярких желтых точки. Его глаза.

– Помнишь, почему упал в обморок? – спросил Денис Валерьевич. Гриша не умел скрывать эмоции, поэтому по его лицу было видно, что он что-то да вспоминает.

– А? Я? Не, ничего не помню, только темноту, – почему Гриша соврал, не знал сам парень, но вдруг решил, что пока никому не скажет об увиденном. Видеть в трансе себя ненормально даже для магов.

– Что ж, ладно. Видимо, ты просто перенервничал тогда, – как-то не очень доверчиво сказал учитель. – Пойду тогда, сообщу деду, что ты уже очнулся. Передать ему что-нибудь? – вставая, Денис Валерьевич нажал на кнопку вызова медсестры у кровати.

– Нет, ничего не надо, – смотря невидящим взором на то, как друг деда создает портал, проговорил Гриша. – Сколько я тут лежал?

– Два дня, – произнес учитель, прежде чем исчез из комнаты вместе с хлопком портала.

Гриша упал на подушки и закрыл глаза.

***

Денис уже чувствовал жару Сахары, как вдруг, не успел его портал закрыться, как его мгновенно скрутили, наложили печать молчания и вырубили каким-то заклинанием. Прежде чем полностью отключиться, он лишь видел вдалеке лагерь, где его ждал Андрей, ждущий новостей о внуке.

Очнулся Денис с гудящей головой. На нем все еще висела печать молчания, так что он не мог издать даже кряхтения, не то что хорошенько выматериться. Сидел старый охотник на железном стуле, прикованный наручниками к железному же столу. Для мага огня, уровня Дениса, железо не составит проблемы. Не составило бы, если бы наручники не были зачарованы.

Денис не мог наколдовать даже искру, не то что расплавить железо, поэтому он просто стал оглядываться. Типичная комната для допроса, которые показывают фильмы про спецслужбы и КМБ. Стальная коробка со стеклом, за которым сейчас за пленником явно кто-то смотрит, но Денис видел лишь собственное отражение. Маг улыбнулся зеркалу и поднял к затылку два пальца, шутливо отдавая честь.

Спустя минуту часть стены напротив Дениса уехала вниз, открывая темный проем, из которого вышел типичный агент. Лысый, со шрамом через щеку и наушником в ухе, в пиджаке и брюках, с белой рубашкой и красным галстуком, он зашел с огромной папкой.

Подойдя к столу, он выдвинул такой же как у Дениса стул, положил папку перед собой и сел, сложив руки на ней. Денис просто ждал, рассматривая этого человека, пытаясь угадать его возраст.

Молчание длилось минут пять, пока Денис не уловил чей-то голос, мужчина в костюме приложил палец к наушнику, чуть кивнул и открыл папку.

– Здравствуйте, Денис, – голос агента был под стать его внешности – хриплый и холодный. – Не догадываетесь, почему вы оказались здесь?

– Без понятия, – пожал плечами пленник, гремя цепями.

– Так вот, – лысый открыл папку на какой-то нужной ему странице и перевернул к Денису.

Тот слегка нагнулся, щуря единственный глаз, а потом едва не раскрошил свои зубы от злости. С фотографии, прикрепленной к документам, улыбался знакомый ему парень, сверкая своими желтыми глазами.

***

Гриша, сидя на подоконнике, грыз ручку и смотрел в окно, где сейчас шел проливной дождь. Конец ноября выдался очень холодным и дождливым, поэтому все выходные Гриша с Яшкой сидели дома.

Оборотень сейчас рубился в контру, изредка крича что-то очень матное в чат, когда умирал по чьей-то вине. Вообще, он был очень вспыльчивым игроком, но Гришу это только веселило. Один раз ему удалось выложить историю в Инстаграмм с тем, как злиться оборотень. Гриша так никогда быстро не бегал, но от разъяренного Фенрирова это не спасло. Зато Лина долго еще подтрунивала Яшку, вспоминая этот инцидент.

Поэтому с тех пор он садиться играть только тогда, когда телефон Хвостова стоит на зарядке. Да и Грише самому не хочется получать нагоняи от оборотня еще раз.

Хвостов вздохнул, посмотрел на капли дождя, стекающие по окну, улыбнулся мыслям о том, что он сейчас напоминает депрессивную малолетку, которую бросили. Вынул ручку изо рта и продолжил рисовать на блокноте. Но в очередной раз Гриша добавил к своему рисунку лишь пару штрихов. С бумаги на чернокнижника смотрел он сам. Только это был не совсем он. Черный силуэт, подкидывающий на руке фиолетовую сферу и презрительно улыбающийся. Это все, что помнил Гриша с того транса месяц назад.

Гриша с того момента больше не пытался войти в транс, ибо выкинуть из жизни еще два дня не хотелось. Он стал усерднее заниматься, копя очки. Не потому, что он очень любит напиток одной известной компании, зеленая бутылка которой сейчас взирала на него с тумбочки, а потому что хотел поучаствовать в турнире факультетов.

Вскоре после отключки Гриши начались настоящие занятия. На магической эрудиции рассказывали про вязи заклинаний, на физкультуре учили рукопашной борьбе, а на изучении заклинаний изучали заклинания(невероятно, правда?)! И да, у Гриши получалось. Он был одним из лучших на темном факультете среди первого класса, щелчком пальца создавая требуемые заклинания. «Стрела Тьмы»? Вот, хоть колчан. «Темный разряд»? Да вот вам хоть гроза! Манекены для оттачивания заклинаний вспыхивали и взрывались, не выдерживая мощи, которую вкладывал в заклинания Гриша. За это он получал от Феофана Ибрагимовича очки и по шее. За счет этого у него было больше всего очков в классе, поэтому чернокнижник не отказывал себе почти ни в чем.

Но вот на днях объявили о зимнем турнире факультетов. По правилам, среди боевых классов каждого факультета выбиралось по претенденту. А так как в школе было около шестисот учеников всего, было бы довольно проблематично устроить выбор по победам. Поэтому решили, что участие на турнире стоит пять тысяч очков. У Гриши на счету сейчас висело четыре тысячи с хвостиком, остальное он планировал набить за месяц до отборочного тура, который будет восьмого января.

В соперниках у Гриши было три человека. Яшка, который отлично осваивал руны, а по физкультуре стал лучшим учеником, заканчивая спарринги за три-четыре секунды нокаутом. Вторым соперником являлся Эдуард, вампир, который, как представитель кровопийц, изучал магию крови. При этом природная скорость и сила давала ему преимущество на физкультуре. Ну и последний соперник. Точнее соперница, и вспомнив ее, Гриша сжал ручку так, что та вспыхнула фиолетовым огоньком и превратилась в пепел. Парень вздохнул, полез в карман, и среди еще пяти выбрал новую ручку. Все-таки, не первый раз его, как он это теперь называл, «клинит».

Так вот. Анастасия Воробьева, ух, та еще сука. Гриша как сейчас помнил тот первый раз, когда увидел ее. Вся такая смуглая и беловолосая, как эльфийка какая-то (хотя Гриша точно знал, что эльфы живут только в устье реки Амазонки и с людьми не контактируют), с соблазнительными формами, прям слюни текут. Но пирожок оказался не с повидлом, а с крысиным ядом. Анастасия тоже была чернокнижником, но призывать у нее получалось куда лучше, чем у Гриши. Хоть и энергии у него было полно, но при призыве это мало поможет, так что он так и остался на уровне, когда может максимум со злости призвать бесов или чертей. А вот эта мразь могла спокойно уже призывать рой смертожалов. О, Гриша до сих помнит тот день.

***

Стояла солнечная погода, хоть и ноябрь уже был на пороге. Очередной урок изучения заклинаний, очередной сгоревший манекен и еще один нагоняй. Декан не выдержал и сказал, что, мол, все, Хвостов, «капец тебе» и «бла-бла-бла». Самоуверенный Гриша не сильно в это верил, ибо Феофан Ибрагимович пошел за кем-то из учеников, а так как Яшка и Эдуард занимались рядом, то Гриша не боялся от слова «совершенно». Тренировки проходили на одной из пяти арен местного Колизея, на арене первого класса, размером с хороший стадион, где сейчас вместе занимались светлые и темные, но на достаточном расстоянии, чтобы не трогать друг-друга.

Так вот в начале каждого урока Сергей Петрович обновлял манекены, а тройке лучших, то есть Грише, Яшке и Эдуарду, ставили отдельно, чтобы они своими заклинаниями не задели других. Как сейчас понимал Гриша, он был чересчур самоуверен в тот день.

Спустя минуту пришел декан с обворожительной красоткой. Гриша даже подумал, что его пытаются уговорить вести себя хорошо в обмен на ее душу, но это звучало дико и слишком смешно. Потом было не до смеха.

– Ну, объявляю дуэль на звание лучшего чернокнижника этой арены, – усилив свой голос магией, пророкотал Феофан Ибрагимович так, что собрал в виде зрителей не только темных, но и светлых, что порадовало декана, судя по его растущей ухмылке.

По правилам дуэли, которые соперникам уже поведали, Гриша пожал руку беловолосой девушке и представился. Та, откину прядь волос со лба, тоже представилась:

– Анастасия Воробьева, – и противники отошли друг от друга на пять метров.

Гриша все время безмятежно улыбался. У него в арсенале было до десятка различных заклинаний, способных быстро поразить такую легкую цель, как эта Настя. Выбрав банальную «Стрелу Тьмы», он хотел быстро закончить этот бой и продолжить насиловать манекен и мозги декана, и как только Феофан Ибрагимович дал команду о начале дуэли, метнул сразу две фиолетовые стрелы.

Два темных росчерка сорвалось с рук чернокнижника, целясь в хрупкое тело противницы, но были остановлены прозрачным щитом, поставленным чернокнижницей. Правда, сила, которую Гриша вложил в такое простое заклинание, как «Стрела Тьмы», просто снесла щит, который осыпался на землю осколками стекла, но ощутимого вреда Насте не принесла.

Гриша зло цокнул, и, сделав пару пасов руками, запустил «Сгусток Тьмы» в девушку. Еще щит, принявший на себя темное пламя этого заклинания, и тут Воробьева решила действовать. Ухмыльнувшись, она пассами рук призвала за собой портал, из которого вылетел рой знакомых Грише по урокам Дениса Валерьевича смертожалов. Адские пчелы, проще говоря. Их яд вызывает лишь сильные болевые ощущения, до смерти не доведет, тем более, тут на страже Елена Ипполитовна, которая откачает парня. Но противопоставить сотне адских насекомых Гриша ничего не мог. У него не было массовых заклинаний, чтобы убрать рой в один выстрел, и сейчас чернокнижник жалел, что отложил изучение «Дыхания Инферно» на потом.

Настя что-то сказала, но из-за гудения роя Гриша ничего не услышал, а потом эта жужжащая туча налетела на парня. Он пытался что-то предпринять, но сбил от силы десяток смертожалов …

Когда Гришу с опухшим лицом вели в больницу, к нему подошла Настя. Гриша уже хотел злобно крикнуть, что «не нужны мне твои извинения», но девушка достала телефон и сделала селфи с парнем, пояснив свои действия Феофану Ибрагимовичу тем, что «это трофей». Его победила какая-то самоуверенная девчонка…

***

С тех пор Гриша знает заклинание «Дыхание Инферно» как «отче наш», а так же ненавидит Настю. Да и она особой любви к нему не испытывает. После дуэли Воробьева пыталась вывести Гришу, напоминая о том, что он «тучка, тучка, тучка и вовсе не медведь», но парня этим нельзя было пронять. Зато как он ей потом стал мстить.

Гриша, жуя ручку, аж причмокнул от воспоминаний. Каждый урок заклинаний, когда она подходит, пытаясь его подколоть, она потом в ярости на шутки Гриши пытается его убить. Ну, безуспешно. Гриша до сих пор смакует тот раз, когда она пыталась его разозлить, Гриша что-то ей ответил, что вывело ее, и она призвала свой любимый рой смертожалов. И это ее лицо, когда она видела, как все призванные ею насекомые сгорают в пламени Инферно. Она тогда полезла с кулаками, видя, что магией не победит, но в ответ на ее выпад Гриша просто отошел, ставя девушке подножку, из-за чего та поела немного песка.

С тех пор они злейшие враги, а перед турниром стали еще агрессивнее. Гриша жил мечтой о том, как победит ее на отборочном туре, стерев в порошок. А Настя все время подсовывала ему подлянки. То смертожалов во время уроков к нему направит, то подножку поставит, то еще что. Гриша же, игнорируя все это, всегда холодно подкалывал ее, вызывая хохот Яшки и злобное скрежетание зубов Воробьевой.

Так и идет война: она его заклинанием, а он ее словом. Конечно, он и сам иногда поддавался на ее провокации. Вспомнить бы хотя бы тот раз, когда на уроке физкультуры, когда они тренировали баланс, она призвала прямо на Гришу беса, который его сбил, за что физрук, не разбираясь и не желая ничего слушать, заставил чернокнижника бегать десять кругов.

О, чего он тогда ей только не говорил. Мимо ребята проходили, так они даже присвистнули от одобрения. А Настя просто улыбалась, качаясь с пятки на носок, мол, она тут вообще не причем. В конце концов, Гриша хлопнул себя ладонью по лицу, и, рыча проклятья, удалился под радостные шуточки Воробьевой.

От воспоминаний Гришу отвлекло оповещение на телефоне. Встав с подоконника, Гриша взял вышеупомянутый гаджет, из-за чего на него недобро покосился Яшка.

– Сейчас Лина придет, – прочитав сообщение от княжны, сказал чернокнижник.

И в подтверждении его слов, зазвенел дверной звонок.